ВОСПОМИНАНИЯ РОК-Н-РОЛЬЩИКА

0
126

От автора
Я ни в коей мере не претендую на художественность своего труда. Это личный опыт и, возможно, он будет кому-то интересен. Кто-то сделает выводы и не станет наступать на мои грабли, кто-то посмеется, а может, и задумается, как в нашей стране живут независимые андеграундные артисты. А может, это станет для кого-то пособием, как начать свой музыкальный путь. Я специально не стал изменять имен и фамилий, которые будут фигурировать в этой книге, по собственным причинам.
Ярослав Смирнов, 22 февраля 2018

Глава 1. РОЖДЕНИЕ
Я родился вначале 80-х и, сколько себя помню, в детстве в моем доме всегда играла музыка. Мой отец увлекался ею и в его коллекции можно было встретить очень много всего. Начиная от Высоцкого, Boney M и заканчивая пластинками фирмы «Мелодия», на которых выходили разные пиратские сборники классики мирового рока типа Queen, Deep purple и заканчивая российскими группами, исполняющими так называемый советский рок: «ДДТ», «Алиса», «Наутилус», «Аквариум». В то время в СССР и слыхом не слыхивали ни о каких авторских правах. Записи его фонотеки позже сформировали мой музыкальный вкус, и это дало мне развитие как музыканту. Все это звучало в нашем доме достаточно часто, особенно на дни рождения, Новый год и другие праздники. Я очень любил слушать записи с пластинок, и это производило на меня большое впечатление. Помню очень ярко, как я впервые услышал альбом ДДТ «Я получил эту роль». Это было очень сильным эмоциональным потрясением для меня: в 87-м году мне было всего пять лет. Тогда это казалось чем-то взрывным и необычным. Эта пластинка есть у меня до сих пор. Позже, когда винил стал отходить, и в нашу страну хлынул поток польских пиратских кассет, в начале 90-х я приобрел кассету с этим альбомом. Ну, а еще позже, уже в середине нулевых, я познакомился лично с Вадимом Курылевым из «ДДТ», участником записи этого альбома, но это уже совсем другая история. Возвращаясь назад в школьные годы: где-то примерно в классе пятом-шестом я стал собирать свою небольшую коллекцию аудиозаписей. Естественно, это были аудиокассеты – компакт-диски появились чуть позже в моей жизни, когда мой отец приобрел CD-проигрыватель на пять дисков, японского производства Technics. На тот момент (это был 93-й год) у меня была не очень большая коллекция кассет, в основном это был разный классический рок типа групп Queen и Roxette, немного русского рока и обильное количество групп, исполняющих техно — этот жанр был очень популярен в первой половине девяностых: MO-DO, Loft, DJ Bobo, Doctor Alban, E-Rotic, 2 unlimited, Ace of base. Все сильно перевернулось, когда в конце 93-го года я переехал в другой район и, собственно, перешел в другую школу. Один мой одноклассник, Иван Дорофеев, спасибо ему огромное, познакомил меня с группой Nirvana и она засела надолго в моем сердце.
Что скрывать, я и сейчас периодически слушаю эту группу. Жаль, Иван, что ты так рано ушел, не дожив до тридцати лет, но наркотики и алкоголь были сильнее. Царствие тебе небесное.
Позже в моей коллекции стали появляться такие группы как Green day, Четыре таракана, I.F.K, Тайм-Аут, Наив, Metallica, Sepultura, Accept, Король и шут, Ramones, Sex pistols, Гражданская оборона, Iron maiden, Offspring. Все это слушалось запоем и было очень душевно, музыка воспринималась совершенно иначе, чем сейчас. В школе у нас было небольшое сообщество примерно из десяти человек неформальной тусовки, которые слушали разную музыку начиная от «Кино» и Nirvana и заканчивая «Арией» и «Чижом». Так продолжалось практически четыре года: мы тусовались, обменивались записями, обсуждали их. Все изменилось к середине 98-го, когда мы заканчивали девятый класс.
Был у меня в школьные годы друг Сергей Шорох, который был на год старше меня и тоже очень сильно любил группу Nirvana. Мы частенько обсуждали записи группы, да и просто нам было интересно вместе тусоваться. И вот, заканчивая девятый класс, я узнаю, что в нашей школе будет проходить концерт, и устраивает его Сергей, и будет выступать его группа «Бритва». Все это действо решили провести в столовой: убрали все столы и стулья и, так как в нашей столовой была настоящая большая сцена, то, собственно, все само подразумевало сделать концерт в нашей школе. Не знаю, как Сергею удалось договориться с директрисой, но это, конечно, было круто. И вот вечером мы пришли на концерт. Надо сказать, что публики было очень мало. Оно и понятно — никакой рекламы, вся информация только через своих. Точно не помню, но, по-моему, это были как раз те десять человек из нашей тусовки. И еще кто-то из случайных слушателей, кто по каким-то причинам остался в школе и, видимо, забрел на шум из столовой. Да и невозможно было представить, чтобы кто-то из «левых», посторонних людей пришел в школу на концерт — директор бы такого не допустил.
Репертуар группы составлял, в основном, каверы на Nirvana, какие-то собственные треки, тоже стилизованные под любимую группу Сергея, и в конце, на закуску, пару каверов на «Гражданскую оборону». Оборудование, конечно, оставляло желать лучшего, звук, соответственно, получился тоже еще тот.
Концерт на меня произвел очень сильное впечатление, и, собственно, после этого я и понял, что хочу сам играть в группе и сделать свою. Как сейчас помню: стоим на крыльце школы с Антоном Сазоновым, басистом. На улице май, тепло, а он мне показывает на басу фирмы «Орфей» партии песни «Все идет по плану» Гражданской обороны. И, пока все мои одноклассники отмечали выпускной в съёмных кафе и занимались чаепитием под присмотром классного руководителя и своих родителей, я впитывал начальные неформальные соки питерского андеграунда. На пороге стоял май 98-го года. Позже Антон очень сильно выручит наш коллектив на концерте: когда у нашего барабанщика случится приступ эпилепсии и он не сможет играть, Антон без репетиций сразу сядет за ударную установку и спасет наш концерт. Спасибо, Антон. К сожалению, я не знаю, как сложилась его судьба, слышал, что он женился, но виделись мы последний раз очень давно — наверное, году в 2000-м или 2001-м. Сергея Шороха, я тоже видел давненько: в две 2014-м мы с ним случайно встретились в автобусе недалеко от станции метро «Московская». Насколько я знаю, он какое-то время продолжал заниматься музыкой, потом ушел в армию, отслужил и даже играл на параде Победы 9 мая в Москве. Позже работал продавцом в музыкальном магазине «Кантус». А сейчас занимается фотографией — работает на свадьбах и праздниках.

Глава 2. ПЕРВАЯ ГРУППА
Все лето 98-го года я думал о том, как создать свою группу. Я буквально грезил этой идеей, она крепко засела у меня в мозгу. Меня не волновало и в голову даже не приходило, где мы возьмем инструменты, оборудование, где будем играть и какой будет состав группы, не говоря уже о ее названии.
Вернувшись с каникул в конце лета в город, я записался на курсы испанской гитары, так как совсем не умел играть, а идея все еще была слишком ярка. Там я стал изучать нотную грамоту, немного теории и начал играть небольшие этюды. И случайно через общих знакомых я познакомился с парнишкой из соседнего дома, которого звали Денис Очнев. Он играл на гитаре почти год и это для меня было чем-то недосягаемым. Денис показал мне связки аккордов, что дало мне тоже большой плюс к моему развитию и умению играть, да еще и занятия с учителем пошли на пользу.
В общем, через пару месяцев я уже спокойно играл аккордами и умел ставить «баррэ». И однажды, когда мы снова встретились, я предложил ему сыграть какую-то песню вместе в две гитары в унисон. Надо сказать, что по нашим оценкам у нас получилось довольно неплохо и мы были бесконечно этому рады. Решили, что создадим свою группу, тем более, как выяснилось, у Дениса есть еще и синтезатор, а в нем и встроенная драм машина — это вообще позволило нам очень много: басовая линия тоже могла играться клавишами на синтезаторе. Назвали мы нашу группу «Интерактив». Собирались мы тогда каждые выходные, что-то играли, что-то записывали. Каждая такая новая репетиция, которая проходила у меня дома в моей комнате, несла какие-то эксперименты и, соответственно, записи. Мы записывали все, что играли и исполняли, если это можно было назвать игрой. Немного про инструменты: кроме двух акустических гитар, одну из которых можно было подсоединить к музыкальному центру, и синтезатора у нас ничего не было, поэтому говорить о каких-то примоченных гитарах не приходилось. И это сказывалось на стиле музыки и звучании. Так, из наших разных записей мы выбрали наиболее удачные песни (на наш взгляд) и выпустили для себя первое демо, которое назвали «К полюсу, к северу». Оно нигде не распространялось и было доступным только для узкого круга друзей. Позже на короткое время к нам присоединился третий участник Александр Ястребов. Он играл на разных перкуссиях, но долго с нами не ужился и плавно покинул коллектив. Все это продолжалось примерно полгода. Я окончил школу в 98-м году и ушел из нее после девятого класса. На момент создания группы «Интерактив» я учился на первом курсе лицея, где и познакомился со своим сокурсником Дмитрием. Добавлю еще пару слов об Александре Ястребове: хоть наши музыкальные дела быстро и закончились, мы периодически виделись, так как жили в соседних домах. Музыкой Александр не занимался: вел обычный образ жизни, был поглощён «бытовухой», как и все. Но судьба не была к нему благосклонна: Александра зарезала его гражданская жена, обвинив в измене. Да и Денис после нашего с ним расставания, о котором будет написано дальше, не продолжил заниматься музыкой. Где он сейчас, мне не известно.
Во время учебы на первом курсе я познакомился с Дмитрием Малаховым, ярым поклонником группы «Алиса». Мы стали тусоваться вместе и, как выяснилось чуть позже, у него была группа и называлась она «Эксперимент». Он пригласил меня в качестве гитариста, так как вакансия была открыта. Я с радостью согласился. С предыдущим составом у него не сложилось и, поэтому он искал новых единомышленников себе в коллектив. Мы стали играть вдвоем, попутно подыскивая других участников коллектива — барабанщика и басиста. Соответственно, о своей группе с Денисом пришлось забыть, да и он не проявлял никакой активности, так что моя совесть перед ним чиста. Остальные участники приходили по мере нашего роста в музыкальном плане. Первым нашелся басист Андрей Котов. Играли сначала втроем: две гитары и бас. Вакансия барабанщика была открыта и поиски наши затягивались, однако через некоторое время, когда у нас уже была готова программа почти на сорок минут, нам поступило предложение сыграть на одном из концертов в питерском клубе «Клим Ворошилов». Об этом мероприятии я расскажу чуть позже, а пока вернемся к нашим учебным делам. Так как после занятий в лицее я регулярно ездил то на репетиции, то на курсы гитары, иногда приходилось приносить гитару в лицей, чтобы после учебы сразу ехать по своим делам. Оставлял я инструмент у нашего охранника, мужик он был очень добрый и относился к нам с пониманием, спасибо огромное ему за это. Естественно, заметив, что я и Дмитрий приходим с гитарами и куда-то после занятий с ними едем, директор нашего лицея предложил нам сыграть на каком-то празднике в актовом зале, точно не помню, но, по-моему, это был день лицеиста. Мы решили не играть своих песен, а исполнить два бессмертных хита от двух глыб русского рока: «Все это рок-н-ролл» Алисы и «Все идет по плану» Гражданской обороны. Вся ненормативная лексика была заменена на приличные слова. В зале был фурор, наш молодой нонконформизм был принят на ура учащимися лицея, в отличие от первых рядов, где сидели завучи, директора, гости и учителя. Они медленно сползали со своих кресел в предынфарктном состоянии, глотая валидол. Это был кайф: пятьсот человек свистели и неистовствовали, адреналин бил в кровь, весь «мандраж» ушел и с каждой сыгранной нотой мы были все уверенней и уверенней в себе. Естественно, после нашего выступления нам сделали выговор, но, как позже стало известно, руководство само было виновато, так как не прослушало заранее, что мы будем петь.
Но вернемся к концерту в клубе «Клим Ворошилов». Естественно, стал вопрос, где взять инструменты. По удачному стечению обстоятельств мой отец взял у своего знакомого какую-то самопальную гитару, стилизованную под Gibson SG, и на первых порах она очень сильно выручала. У басиста, Андрея, был свой бас фирмы Урал: кто в теме, тот знает, что это за ужас. Стоял вопрос: что делать с барабанщиком, кто будет играть? Я предложил кандидатуру своего брата Николая, так как знал, что у него очень сильно развито чувство ритма, но есть большая проблема: он ни разу не сидел за барабанами, и у него нет ничего, даже барабанных палочек. Выручили нас ребята из группы Rifle F, с которыми на ранних порах мы очень часто играли. Они выручали нас на концертах всем необходимым оборудованием, которое требовалось барабанщику. Даже подарили Николаю несколько комплектов палочек. И вот день концерта: мы в клубе, в зале пятнадцать человек, в том числе и мой отец. Брат первый раз в своей жизни за барабанами, и многие, наверное, не поверят, но на момент этого концерта ему еще не было и двенадцати лет. Сначала легкая неуверенность, а потом с каждой песней все лучше и лучше… И было решено, что он станет полноправным участником нашей группы.
Отыграв в клубе «Клим Ворошилов», мы решили и дальше продолжать свою концертную деятельность. Играли где только могли, даже в школах, где учились наши знакомые. Первый гонорар мы потратили на покупку проводов для гитар, так как нам уже надоело паять и перепаивать наши «самоделки», которые не раз подводили на выступлениях. На вторую часть гонорара мы купили немного пива и отметили все это дело нашей скромной компанией у Дмитрия дома.
Время шло, мы потихоньку развивались, как в музыкальном, так и в духовном плане. Я приобрел гитару получше — некую самоделку под Gibson Les Paul и самую простую примочку, названия которой не помню. Но на одном из концертов — на фестивале в клубе «ВМЦ» (Василеостровский Молодежный Центр, в котором в начале 91-го года открылся культовый клуб «Там-Там») в Питере — она меня подвела: на последней песне она просто сгорела. Около тысячи человек в зале, всеобщий кураж и вдруг – облом! Стоит отметить, что из достаточно известных групп, дошедших до наших дней, из тех, с кем мы выступали в те годы, остались только «Психея», «Порт 812» и Amatory. Что касается музыкальных пристрастий – я очень сильно увлекся сибирским панк-андеграундом, и это завертело меня по полной программе. «Гражданская оборона», Янка, «Инструкция по выживанию», «Коммунизм», «Черный Лукич», «Путти», «Родина», «Ник рок-н-ролл», «Кооператив ништяк» — все это просто погружало меня в музыкальный астрал. Я слушал их музыку, читал книги о «Гражданской обороне» и Янке Дягилевой и впитывал в себя все, как губка.
Как-то раз, сидя дома у Дмитрия и снова обсуждая наш русский рок, я увидел у него на столе записную книжку и попросил разрешения ее посмотреть. Мне было интересно, что за контакты у него там записаны. И какого же было мое удивление, когда я увидел у него в книжке телефон Сергея Фирсова. Этот человек достаточно хорошо известен еще со времен советского андеграунда. Это большой коллекционер и распространитель записей наших российских (тогда еще советских) групп, и, конечно, питерских. Фирсов также периодически записывал акустику, в том числе и Егора Летова. Даже одно время был, как принято сейчас говорить, продюсером «Гражданской обороны» в далекие 80-е годы. В общем, я взял телефон и позвонил, договорился о встрече и приехал к Сергею домой. Надо сказать, что Сергей оказался очень открытым и простым человеком, без «понтов» и «загонов». Мы сидели в его квартире, вспоминали те дни, разговаривали о Янке и «Гражданской обороне», слушали музыку. У Сергея оказалась очень большая коллекция аудиозаписей — кассеты, диски, винил. Я спрашивал его обо всем. Время летело очень быстро, и несколько часов за беседой промчались мгновенно. Та встреча не прошла для меня даром и оставила большой эмоциональный и культурный след. Сергей оставил мне автограф в книге о Дягилевой, под фотографией, где он вместе с Янкой и «Гражданской обороной» стоит у фонтана на площади в Симферополе. Эта книга до сих пор хранится в моей библиотеке. Сейчас Сергей является директором клуба-музея «Камчатка», где работал кочегаром Виктор Цой и прочие культовые персонажи советского рока, и проводит концерты, в том числе и бывших участников легендарной группы «Гражданская оборона».
Шло время, мы играли концерты в разных клубах Санкт-Петербурга и его окрестностях, все было пущено на самотек. Не помню, как это точно получилось, но на место моего брата, барабанщика, пришел Юрий Сафонов, и у него была своя ударная установка и прочее необходимое оборудование. Николай хорошо играл, но из-за своего возраста мы приняли совместное решение, что нужно все же искать в состав своих сверстников или участников чуть старше. Надо сказать, что практически год мы репетировали прямо дома в квартире: подключали колонки к усилителям, а вокальный микрофон, гитары, бас шли через небольшой микшер. Барабанная установка слегка приглушалась, чтобы дома не стоял адский шум. Юра неспешно вливался в коллектив, мы с ним репетировали, давали концерты, все шло своим чередом. Юрий был поклонником тяжёлой музыки, я бы даже сказал, тяжелой экстремальной музыки и, естественно, это не могло меня не заинтересовать как музыканта. Мне стали интересны эти стили, о которых я ничего не знал. Black metal, doom metal, gothic, thrash, все это слушалось в большом количестве и, как выяснилось чуть позже, российская сцена была богата группами, играющими такую музыку. Помимо занятий музыкой, Юрий делал себе и всем своим знакомым татуировки: у него была своя самодельная машинка для тату и куча черных чернил марки «Аист», которые продавались в «Доме книги» на Невском проспекте. Работы Юрия украшают мою левую руку, да и Дмитрий в свое время тоже сделал цветное тату на ноге. Юрий был не очень уравновешенным человеком и иногда у него случались срывы — особенно часто это было в каких-то спорах или эмоциональных обсуждениях. Он продержался в группе чуть больше года. Позже, в 2015 году в электричке Сосновый бор – Санкт-Петербург, Юрия найдут мёртвым. Как выяснится, из-за сердечного приступа. Что, собственно, нас не удивило, так как последние пять лет своей жизни Юрий вел маргинальный образ жизни.
Мы продолжали давать концерты в родном городе, иногда выезжая в Выборг в легендарный клуб «Кочегарка», но сильного восторга от этих концертов не было, хотелось большего. Нам хотелось играть в более просторных и профессиональных клубах. Верхней планкой для нас тогда был клуб «Полигон», в то время он находился на станции метро «Лесная». Я как зритель посещал его несколько раз в месяц, ходил на разные концерты, в основном, метал-направления и для меня казалось это высшим пилотажем. Не помню, как и кто нас пригласил туда играть, но известно было одно: чтобы попасть на сцену клуба, нужна была демо-запись, но на тот момент у нас ее не было. У нас вообще не было ни одной записи сделанной группой «Эксперимент». И, как сейчас помню: концерт, в зале десять человек и в глазах музыкантов уныние. Рекламы на концерт ноль, поэтому и отдача ноль. Кроме того, если мне не изменяет память, это был еще и будний день. Единственный плюс из всего — это большая сцена и хороший звук. Звукорежиссёром в клубе работал Стас, игравший тогда на басу в группе «Пилот», да и вообще – те, кто в теме, знают, что директором куба «Полигон» был Павел Клинов, который отчаянно продвигал группу «Пилот». Еще неплохо было то, что в клубе можно было сразу записать на кассету свое выступление с пульта, что мы и сделали. Но каков же был потом облом! Когда я приехал домой и включил запись, оказалось, что Стас записал не нас, а группу, которая играла перед нами. Это был провал: судьба дала нам шанс, но нам помешали им воспользоваться, человеческий фактор внес свою лепту.

Глава 3. ПЕРВЫЕ ЗАПИСИ
После неудачи в клубе «Полигон» мы начали предпринимать попытки, чтобы вновь записать свой материал. Первой стала запись нашей песни, которая называлась «Тебя никто не слышит» — она была одним из наших главных хитов. Дмитрий договорился с одним из своих знакомых, который жил на юго-западе, что мы будем писаться у него дома. У друга был компьютер, на нем были установлены все нужные программы. Мы сделали компьютерные барабаны, так как возможности записать живые у нас не было, потом я приступил к записи гитар. Впервые на записи я взял в руки одну из самых крутых гитар в своей жизни фирмы Jackson. Удобный гриф, мягкие струны, пальцы так и бегали по ладам, одно удовольствие. Запись стала получаться, а главное — это было качественно, все инструменты было слышно, что не могло не радовать. Позже эта песня вошла в кассетный сборник молодых рок групп. Как он назывался, я уже и не вспомню. Последующая попытка записи была уже другой. Так как техника игры нашего барабанщика Юрия оставляла желать лучшего, мы решили, что на записи на барабанах будет играть Виктор Бурнашев, хороший друг Дмитрия. У Виктора тогда тоже была своя группа и называлась она «Катахреза». Надо сказать, что и сейчас она тоже активна.
Помимо игры на барабанах Виктор был очень компетентен и в плане техническом: он знал, какие именно ручки нужно вращать, как и что подключать. Решили попробовать записать свой, так сказать, первый альбом, который назывался «Время изменения». В него входило девять песен, мы всегда играли его на концертах и добавляли еще несколько треков — все зависело от времени выступления. Запись проходила на окраине Петербурга, на репетиционной базе группы Deflection. Не буду сейчас подробно расписывать, что это за группа и что за база, но на тот момент об этом месте знали многие группы, особенно метал-направления. Всем, кому интересна информация о группе Deflection и об этом месте, могут найти на просторах интернета документальный фильм, снятый мной летом 2017 года — там все подробно описано из первых уст. Но вернемся к записи. Первая ее часть проходила так: в несколько каналов мы писали барабаны, потом через микшер все сводили и пускали в отдельный канал. Одна из гитар — если не изменяет память, ритмовая — тоже была пущена через один канал. Писались сразу «живьем»: барабаны и гитара шли сразу на пленку. Дублей делали не очень много, так как заранее хорошо подготовились и отрепетировали. Потом на эту запись методом наложения мы уже добавляли остальные инструменты и голос. Получилось, в общем, не очень хорошо, но, по крайнее мере, в этой записи было все слышно и можно было сделать свое представление о группе, прослушав наши песни. После этого встал вопрос об оформлении нашего альбома. И мы решили доверить это дело нашему однокурснику Антону Трифонову по прозвищу «Худо». Антон очень хорошо рисовал и через неделю принес готовое оформление для нашего альбома. Позже Дмитрий сделал себе тату на ноге с изображением обложки альбома, об этом я уже писал выше. Тату делал Юрий.

Глава 4. КОНЕЦ «ЭКСПЕРИМЕНТА»
Время шло, проходили концерты, но в глобальном плане ничего не менялось. Дмитрий не особо старался как-то продвинуть нашу запись — в основном, о ней знали только в моем небольшом окружении друзей. Позже записи оригиналов пленок вообще потеряются и, как выяснится, копий тоже ни у кого нет. Летом 2001 года мы поехали выступать в город Выборг. Надо сказать, зря поехали, ибо народу на концерте было ужасно мало. Единственное, что запомнилось — это костер на берегу Финского залива, теплая вода и белые ночи. На следующий день мы приехали в Питер. Ничто не предвещало беды, но через пару дней я заболел отитом, который дал осложнения, так как лечиться начал не сразу. Пришлось лечь в больницу, ибо дело было серьёзно: осложнения повлияли на нервную систему, и здоровье сильно пошатнулось. Слабость в руках была так сильна, что я с трудом держал кружку с водой. Ноги, как ватные, головокружение… Я еле ходил. В больнице провел около месяца, потом реабилитация… Срубило меня конкретно, силы в конечности в полной мере так и не вернулись. Я решил для себя, что здоровье важнее. Принимал все препараты, которые назначали врачи, бросил курить, делал специальную лечебную гимнастику и все, что требовалось для восстановления. Чтобы разработать руки, я попросил принести своих близких мне в палату акустическую гитару. Я стал делать разные упражнения для того, чтобы силы вновь вернулись в кисти и пальцы могли зажимать нормально струны. Соседи по больничной палате не возражали, иногда я что-то им пел и играл. Вообще больница, в которой я лежал — это ужас, гнетущая атмосфера, просто ад. Пожилые, полумертвые старики, которых привозили в больницу умирать, лежали прямо в коридоре, привязанные бинтами к кроватям. Постоянно кто-то кричал. В выходные у нас был настоящий калейдоскоп смерти: морг почему-то не работал и всех, кто перешел в мир иной, складировали практически штабелями в душевой или вывозили на каталках на черную лестницу. И так до понедельника, пока не заработает морг. Как же я был рад, когда меня выписали из этого кошмара. Концерт в Выборге поставил жирную точку в группе «Эксперимент» с моим участием. Но надо сказать, что группа просуществовала еще пару лет. Записей больше сделано не было, постоянная смена состава, безответственность, полный непрофессионализм. За всю историю группы, а она просуществовала пять лет, было сыграно 48 концертов. Я же в составе группы отыграл около половины концертов, а точнее — 25. В 2003 году группа окончательно перестала существовать, не оставив после себя никакого культурного наследия в виде аудио- и видеозаписей. Из бывших участников я поддерживаю контакт только с Дмитрием. Музыкой он не занимается, ведет обычный образ жизни. Чем занимаются бывшие участники, мне не известно.

Глава 5. МЕТАЛ
Знакомство с Юрием и увлечение метал-музыкой не могли пройти мимо меня. После ухода из группы «Эксперимент» я полностью сосредоточился на тяжелой музыке. Купил себе новую электрогитару фирмы Apollo китайского производства и новую примочку. Тогда в нашу страну только-только стали поставляться музыкальные инструменты из Китая. Купил также все необходимые провода в магазине и начал пробовать сочинять разные композиции в стилях thrash и black metal. Через своего друга Сергея Петрова, с которым мы были знакомы еще с детского сада, я узнал, что по выходным на станции метро «Горьковская» собирается тусовка любителей метал-музыки. Сергей предложил как-то поехать с ним, я согласился и не пожалел. Он познакомил меня с несколькими отличными ребятами, с которыми мы поддерживаем отношения и по сей день.
Шло время, хотелось продолжать играть, но было не с кем. Летом 2002 года я познакомился с Антоном Балясниковым, который тоже оказался большим любителем экстремальной музыки. Антон не умел играть ни на каких инструментах, но у него был мощный компьютер, а у меня был уже кое-какой готовый материал, который мы решили записать.
Решили поступить так: я отвечаю за запись гитар и вокала, Антон отвечает за запись барабанов – их мы, естественно, сделали на компьютере. Приступили к записи нашего первого «демо», которое называлось «Темень». В него вошли четыре композиции. И встал вопрос, как будет называться наша группа. Название искали долго, но так в голову ничего и не приходило. Позже, при просмотре кассетных обложек наших андеграундных групп, я наткнулся в тексте на словосочетание De Monibus. Оно чем-то меня зацепило и я решил так и назвать нашу группу. Итак, встречайте: Demonibus! После записи «демо» мы сразу же приступили к записи первого альбома, который назывался «Нежить», в него вошло восемь песен, и хронометраж его превысил тридцать минут, нам это очень нравилось, что у нас есть целый альбом. Мы ходили гордыми, задрав нос.
В нашей тусовке были два отличных парня. Не помню их настоящих имен, помню только клички: De Meon и Odin. У них было несколько разных проектов: один назывался Under, этакий грязный grindcore, а другой – Flegethon, мелодичный среднетемповый black metal. Эти ребята были отличными дизайнерами, умели классно оформлять свои релизы. И я решил, что было бы неплохо, чтобы они и мне помогли в этом вопросе. Ребята согласились и разработали несколько вариантов логотипа для нашей с Антоном группы. Да и что скрывать — первые две наши работы были полностью сделаны их руками, начиная от логотипа и картинки релиза, заканчивая шрифтами, которыми были написаны названия песен и другая необходимая информация.
После завершения записи мы решили, что нужно сделать небольшой тираж нашего «демо» и альбома. Напечатали на цветном принтере обложки. Пришлось скинуться деньгами — картриджи для цветного принтера тогда стоили не дешево. Записали первую партию кассет, около 50-ти штук. Распространяли все по питерской тусовке через знакомых и магазин «Фенька Рок-н-Ролл» — один из культовых магазинов наряду с Castle Rock. Через некоторое время пошла обратная связь: нам стали писать с разных уголков России и интересоваться нашей музыкой. Мы продавали свои записи, отсылали кассеты почтой, посылки, бандероли, разные промо-пакеты. Позже мы посчитали, что разослали около трехсот штук и что-то даже заработали на этом. Через какое-то время поступило предложение от краснодарского независимого лейбла Hell Division издать наши записи в формате аудиокассет. Мы объединили первое «демо» с альбомом и выпустили таким образом релиз, так как хотели издать сразу весь материал, что у нас был записан.
Оформление было сделано лейблом, хорошая типографская печать, плотная бумага. Договоров мы никаких не подписывали, все на честном слове. Тираж релиза составил пятьсот штук и свою часть гонорара мы получили кассетами, а точнее, обложками в количестве ста штук.
В конце 2002 года мне поступило предложение от Сергея Петрова помочь ему с выступлениями. Меня попросили присоединиться к группе, где он играл на барабанах, в качестве сессионного басиста. Я сразу согласился — нужно было выручать ребят, на носу у них были концерты, да и я, собственно, давно не играл живьем и не репетировал, соскучился сильно по этим вещам. Группа, в которой играл Сергей, называлась Mehafelon и на тот момент у ребят было записано два «демо». Из этих песен и состоял концертный репертуар. Позже я помог им в издании одного из них на все том же краснодарском лейбле Hell Division.
Практически каждую неделю мы репетировали на своей точке в промышленной зоне недалеко от станции метро «Новочеркасская», но так как это место находилось, прямо скажем, в глуши, а жили мы на другом конце города, было принято решение, что все оборудование мы перевезём к Сергею на работу. На тот момент Сергей работал в Институте Радио и подрабатывал ночным сторожем в детском саду, в который мы когда-то вместе ходили. Его мама работала там преподавателем музыки, и весь актовый зал и прочие подсобные помещения нам очень пригодились. В этом зале мы и репетировали по ночам, размышляли, вели философские беседы, выпивали.
В 2003 году в помещении этого сада, а точнее, в длинном коридоре, который соединял одно крыло с другим, ребята помогли мне записать новое «демо» моей группы Demonibus, которое называлось «Черные Скрижали». Записывались живьем, делали несколько дублей каждой композиции, затем выбирали лучший. Таким образом были отобраны самые удачные, на наш взгляд, которые и попали на «демо». Качество его было в разы хуже моих предыдущих работ, поэтому я решил, что издам его сам. Сделал небольшой тираж кассет, если не изменяет память, сто штук, пронумерованных вручную. За несколько месяцев я сам распространил этот тираж по Санкт-Петербургу и России.
Позже, в этом же году, группе Mehafelon по счастливой случайности представилась возможность записать свой первый альбом абсолютно бесплатно. У Сергея Лебедева, лидера Mehafelon, который отвечал за гитару и вокал, был друг Александр, у которого был компьютер — мы не могли этим не воспользоваться. Решили, что для экономии времени все гитары и голос будет записывать Сергей, а барабаны сделает Александр. На том и сошлись. Альбом получился достаточно динамичным и слушался на одном дыхании. Единственный его минус — это пластиковое звучание барабанов. После выхода альбома мы стали его исполнять на своих концертах, отрепетировали до автоматизма. Через некоторое время поступило предложение от нашего питерского лейбла «Опричь Продакшн» издать его в кассетном формате. Ребята согласились и к осени 2003 года альбом вышел. Наши глаза не могли нарадоваться: глянцевая цветная печать, кассета была тоже оформлена с большими стилизованными наклейками с обеих сторон. Альбом назывался «Падение в бездну». Позже нам предложил его издать Паук из группы «Коррозия Металла» на своем лейбле «К.Т.Р.», но мы отклонили это предложение, так как считали и считаем его полным клоуном в мире рок- и метал-музыки.
Через некоторое время мы подумали, что было бы хорошо громче заявить о себе и о нашем новом альбоме. На проспекте Стачек находился офис радио «Рокс», и мы решили, что отнесем туда наши записи для программы «Банзай». Эта передача выходила по воскресеньям, в двенадцать часов вечера, и там можно было услышать как новинки зарубежной экстремальной сцены, так и начинающие андеграундные команды из России и ближнего зарубежья. Сергей оставил «промо» на проходной с пометкой «для передачи Банзай» и мы стали ждать. Также в поддержку этой программы проходил трехдневный фестиваль с одноименным участием. Местом действия был клуб «Полигон», который на тот момент находился на станции метро «Лесная». Фестиваль проходил осенью и весной. Ведущей была Нинон Сергина, очень странная дама с еще более странной внешностью. Передачу на радио, собственно, тоже вела она. На этом фестивале выступало достаточно много классных российских групп: Ora pro nobis, Burial shades, Simonia, Deflection, Shadow host и другие. Но вернемся чуть назад. После того, как Сергей оставил кассету на проходной, мы постоянно слушали передачу и гадали, поставят нашу композицию с альбома или нет. Каковы же были наши удивление и радость, когда в один из вечеров мы все же услышали знакомые звуки на FM-диапазоне! Это была маленькая победа для нас. После выхода альбома мы решили, что пора заняться концертной деятельностью и выступить хотя бы пару раз в родном Санкт-Петербурге. Скооперировавшись через свой круг с музыкантами, мы решили, что было бы классно сделать свой небольшой фестиваль. Этой идеей занялся Дмитрий из группы «Райфах» (на момент написания этих строк группа уже отметила свое двадцатипятилетие, она до сих пор активна и даже иногда дает концерты). Сказано – сделано. Дмитрий нашел на окраине города клуб «Легенда», который, надо сказать, находится в очень неудобном месте с точки зрения логистики, но иногда на такие мероприятия приходило достаточное количество народу, что не могло нас не радовать. Дмитрий делал такие концерты регулярно, практически каждый месяц. Начав репетиции, мы поняли, что не дотягиваем до того уровня, на котором был записан альбом, а на носу концерты. В основном, вся проблема заключалась в том, что Сергей, игравший на барабанах, не мог поднять свой уровень игры в такой короткий срок. Я опять предложил кандидатуру своего брата Николая, зная его способности и потенциал. Ребята согласились. Стоит отметить, что он очень долгое время не играл и очень волновался по этому поводу, ведь перерыв после ухода из группы «Эксперимент» был достаточно большой — почти пять лет. Николай втянулся в процесс достаточно быстро, и работа пошла. Отрепетировав все за пару месяцев, мы сыграли несколько концертов в Санкт-Петербурге в клубе «Легенда». Наша группа из трио превратилась в квартет. В составе произошла небольшая рокировка, я остался на басу, Сергей Лебедев на гитаре, Сергей Петров теперь отвечал только за вокал, а мой брат Николай по праву занял место за ударной установкой.
После нескольких концертов в Санкт-Петербурге в группе настало затишье почти на полтора года. Группа формально существовала, мы продолжали репетировать в детском саду, общаться, выпивать и философствовать. Мы плыли по течению. Я не мог не воспользоваться этой ситуацией. Так как я постоянно сам сочинял композиции, то к осени 2004 года у меня снова накопился материал, и я решил его реализовать в рамках своей группы Demonibus. С записью в этот раз мне помогали два человека: мой брат Николай и Александр Васильев, один из друзей Антона Балясникова, помогавшего мне с группой на первых порах. В актовом зале детского сада были записаны барабаны и черновая гитара для будущего релиза. Позже я пришел к Александру домой, где мы немного улучшили черновики, прогнав их через цифру, потом наложили несколько гитар и бас. В последнюю очередь записывали голос. Всего получилось шесть песен общей длительностью на двадцать пять минут. Надо сказать, что в те времена практически все наши релизы были около получаса или чуть больше, никогда не дотягивая до стандартных сорока минут. Свой новый релиз я назвал «Метафизика зла». После завершения записи мне в голову пришла идея издать его совместно с какой-нибудь дружественной нам группой — так сказать, с «братьями по оружию». Выбор пал на группу из Иваново Koven. Это старые приятели Сергея Лебедева, он их знал очень давно, когда еще сам жил в «городе невест». Так получилось, что это был наш первый релиз на цифровом носителе, до этого все выходило только на аудиокассетах. А тут мы решили сделать все по-взрослому. Купили кучу пустых болванок, заказали специальные наклейки на диски — записывали и сразу клеили. Сделали качественный дизайн обложек для дисков, напечатали их на плотной бумаге. Все это выглядело хорошо, но, конечно, не типография. Денег на все это не было. Не знаю, каким тиражом в итоге разошелся этот релиз, но могу сказать, что я его встречал в нескольких каталогах разных европейских лейблов. Сами мы тоже его распространяли через разных дистрибьюторов. Краснодарский лейбл Hell Division всегда помогал нам в этом нелегком деле.
В 2005 году я познакомился с Александром – большим коллекционером и поклонником тяжелой музыки. Мы сразу нашли общий интерес, так как и у меня тоже была своя большая коллекция записей и видео разных андеграундных групп, тем более, что значительную ее часть составляли эксклюзивные подарки от самих музыкантов. Моя коллекция и на четверть не уступала его, но главным было не это: нас интересовала новая музыка, новые группы. Мы открывали для себя новые коллективы и это было как глоток свежего воздуха. Я постоянно обменивался с Александром записями, мы записывали друг для друга разные MP3-сборники, чтобы можно было ознакомиться с творчеством разных команд. Позже выяснилось, что Александр тоже знал очень большое количество групп, так как много путешествовал и в своих поездках лично встречался со многими музыкантами и приобретал у них записи для своей коллекции. Со временем Александр плотно влился в нашу тусовку. Его очень сильно зацепил наш андеграунд и он стал помогать нам с концертами. Сначала это был все тот же клуб «Легенда», где Саша периодически делал концерты и даже иногда привозил туда группы из других городов. Потом решил замахнуться на более широкую площадку — на клуб «Арктика», который находился на станции метро «Приморская». В те времена арт-директором клуба был Костя Тролль, известный многим по группам «Тролль гнет ель» и «Оркестр Тролля». Мы встретились с Константином, договорились о дате и начали готовиться к концерту. Риск был очень велик — если мы не окупаем концерт по посещаемости, то влезаем в свои и так практически пустые карманы и отдаем деньги за аренду зала и аппарата. Мы решили, что нужно действовать изо всех сил и не давать слабину. Заказали в типографии билеты, сделали афиши и флаеры. Разместили постеры во всех рок-магазинах Санкт-Петербурга. Договорились с группами, взяли несколько громких на тот момент имен в лайн-ап концерта – Grenouer, Morrha, ну и, конечно, парочку наших групп, так сказать, для представления перед более широкой аудиторией. И вот — день концерта, народ вяло подтягивается к клубу, мы судорожно бегаем то в зал, то к дверям на контроль, все в мыле. Пора было выходить на сцену первой группе. Не помню, кто точно в этот вечер открывал концерт, но после того, как мы посчитали выручку в кассе и корешки от билетов, поняли, что концерт прошел с успехом. В кассе было пятьдесят тысяч рублей: этого с лихвой хватало на то, чтобы отдать аренду в двадцать тысяч и еще заработать для себя — нас это не могло не радовать. Первый блин вышел далеко не комом.
В те времена билет на концерт такого плана стоил от двухсот до трехсот рублей, и то такую цену ставили, когда хотя бы один коллектив что-то более или менее из себя представлял. Прошло уже достаточно много времени — на момент написания этих строк, уже тринадцать лет. С тех пор ничего не изменилось, билеты по-прежнему стоят так же. Кто-то скажет: «Вот стабильность!» По моему мнению, это, конечно, полная стагнация. Никакого развития и возможности заработка, как музыкантам, так и организаторам нет. Все валится в бездну, в болото. Публики на концерты приходит в разы меньше, группы стали просто бездарными — слабый, неинтересный, а порой и пошлый материал. И это касается не только локальной малоизвестной сцены, но и мэтров — «Алисы», «ДДТ», «Арии», «Мумий Тролля», «Пилота» и многих других. Этот список можно продолжать и продолжать. Про фестивали я вообще молчу: одни и те же имена! Впечатление такое, что афиша одна и та же, а меняются только места проведения. Группы эти ничем не лучше той же старой плесени, которая куражится по ТВ в «Новогоднем огоньке» – между ними смело можно ставить знак равенства и списывать на свалку истории.
В 2005 году мы решили окончательно отказаться репетировать в детском саду, так как поняли, что качество нашего оборудования не позволяет нам в полной мере добиться четкого и хорошего звучания. Мы решили переехать на точку, которая находилась на станции метро «Балтийская». Не помню точно, как она называлась, но, чтобы пройти к ней, нужно было преодолеть улицу Шкапина, которая напоминала блокадный Ленинград — полная разруха и бомжатник. И это в десяти километрах от центра города! Наше новое репетиционное пространство находилось, как это принято, в промышленной зоне на третьем этаже. Что, в принципе, нас устраивало, и мы были готовы платить пятьсот рублей за три часа. Мы приступили к репетициям. Весной того же года у меня вновь накопился некоторый материал, который хотелось реализовать. В этот раз решили писать сразу все живьем на компьютер, потом накладывали сверху все недостающие инструменты. Записывались на новой точке, на которой мы репетировали с Mehafelon. Работали вдвоем — я и брат. Все было уже по отлаженной схеме: первый дубль – репетиция, второй – запись. За одну ночь мы записали живьем восемь песен и назвали наш релиз «Свинец зверя». Эта работа так и не была выпущена в свет, и на данный момент ее никто не слышал, кроме нас — меня и брата. Вообще надо сказать, что мы очень недовольны звуком на этом «демо», так как звукорежиссер оказался полным профаном. Позже несколько композиций с этого «демо» войдут в последнюю работу группы Demonibus в качестве бонус — треков.
После успешного концерта в клубе «Арктика» мы решили провести еще один в начале мая. Это уже была полная авантюра — как я ни отговаривал Александра от этой затеи, он не хотел отказываться. Май вообще такой месяц, когда люди после долгой зимы начинают уезжать за город, на дачи, устраивать пикники и делать шашлыки на природе. Людям не до зрелищ, тем более в этот же день выступали King diamond. Разве мы могли соревноваться с такими гигантами? Естественно, наш концерт провалился, и мы были крайне огорчены этим. Спасибо Константину, который по доброте душевной простил нам десять тысяч рублей аренды. Все же, есть на земле добрые и порядочные люди.
После нашего провала мы с Александром не стали опускать руки и решили, что все равно будем продолжать продвигать наши группы. Концерты – это, конечно, хорошо, но было бы неплохо еще, и распространять записи наших дружественных групп. Подумали, что нужно сделать собственный небольшой независимый лейбл и через свои продакшн и дистрибьюцию заниматься продвижением. Так и поступили: на первых порах мы издали несколько релизов разных коллективов из России, Украины и Израиля. Списались с несколькими лейблами – и дело пошло. За два года существования нашего лейбла мы издали около десяти релизов. У нас были подписаны группы с разных уголков земного шара – из России, Украины, Португалии, Бразилии, Чехии, Польши. Также мы наладили свою небольшую сеть распространения нашей продукции. В Москве у нас была точка на «Горбушке», куда мы постоянно ездили и тусовались. В Питере это были магазины «Дохлая рыб-ба», «Фенька Рок-н-ролл», Hell store и Castle rock. Не забывали мы и про почту – постоянно отправляли на «дистро» кучу посылок по матушке России и Украине. Позже помимо дисков, кассет и DVD в нашем каталоге стали появляться фирменные диски, а также некоторый «мерч» от групп. Просуществовав два года, наш лейбл так же быстро и закрылся. Наступил более глобальный век интернета, лейблы отпали сами собой. Любые записи теперь можно скачать в одну секунду кликом мышки по экрану, музыка обесценилась.
Осенью 2005 года мы поехали в Москву по делам лейбла и познакомились там с ребятами из группы Gelida obscuritas. Они рассказали нам, что через месяц планируют большой фестиваль в Питере в клубе «Орландина». Нас это заинтересовало и, после небольших переговоров, было решено, что Mehafelon примут участие в этом концерте. Сам концерт прошел достаточно хорошо: много драйва, хорошая отдача от зала, внятный и читаемый звук. Да и концерт оставил самые яркие впечатления.
Заканчивалась осень, мы неспешно продолжали репетировать новый материал, попутно готовясь к записи второго альбома. Отметив мой и Сергея дни рождения, а разница у нас с ним всего в неделю, мы решили месяц-другой отдохнуть, тем более на носу были праздники — Новый год и Рождество. И вновь я не мог не воспользоваться этим перерывом. Я снова решил, что нужно начинать запись нового материала Demonibus.
На этот раз по сложившимся обстоятельствам мне вновь помогал Александр Васильев, с которым я работал на альбоме «Метафизика зла». Записывали все на компьютер, я писал все гитары и голос, Александр сделал барабаны, так как сам на тот момент играл на них в группе и имел четкое представление, как и что должно звучать. Также мы решили использовать военные сэмплы — взрывы, выстрелы, звук затвора и прочее. Альбом получился очень мощным и агрессивным. Мы сразу решили, что издадим его на собственном лейбле. Ребята из «Опричь Продакшн» помогли нам напечатать типографские обложки. Релиз было решено выпускать вновь на цифровом носителе. Тираж составил пятьсот штук. Это был последний полноформатный релиз от Demonibus, под названием «Космогония смерти».

Глава 6. ЗАПИСЬ И ГАСТРОЛИ
Начало 2006 года выдалось очень бурным. Мы приступили к записи нового альбома Mehafelon. Это был новый опыт для нас: до этого мы работали абсолютно по-другому. Запись проходила в студии «Егоров», которая находилась на одноименной улице в подвале школы, недалеко от станции метро «Технологический институт». Очень хорошая и удобная студия с демократичными ценами. Помимо самих комнат, предназначенных для записи, тут можно было репетировать с довольно хорошим и качественным звуком. Многие достаточно известные группы на тот момент этим и пользовались: «Кукрыниксы», «Разные люди», «Электрические партизаны»… Именно тогда я и познакомился с Вадимом Курылевым из «Электрических партизан». Как сейчас помню, он подарил мне диск с новым альбомом и подписал его. В течение зимы мы записали четыре трека в достаточно хорошем качестве, и я рискнул их отвезти в Москву на лейбл «CD-Максимум», встретился в главном офисе с редактором, передал промо-пакет и стал ждать. Ждем ответа до сих пор. Материал лейбл не заинтересовал, но мы не расстроились и продолжили запись альбома. Весной 2006 года Александр заявил, что пора действовать в регионах и сделал нам концерт в Великом Новгороде. Списавшись с местным организатором, Александр принял решение, что мы едем из Питера связкой из трех групп и еще две местные группы из Новгорода будут в качестве поддержки. Загрузившись утром в электричку, мы поехали на свои первые гастроли. Ехали четыре часа, коротая время прослушиванием музыки и чтением разных поп-журналов. Сергей все снимал на камеру, так сказать, для потомков и истории. Концерт проходил в актовом зале учебного заведения. Оно находилось на окраине города — кругом частные дома, никаких бетонных коробок, одним словом, провинция. Единственное, что очень сильно порадовало — это то, что от самого места проведения концерта до набережной реки Волхов было всего метров триста. Очень живописное место, но в полной мере его красотой мы не могли насладиться, так как еще лежал снег.
Сам концерт не оправдал ожиданий: ужасный звук, который и звуком назвать было нельзя — просто каша из скрежета, куча непонятных мутных людей, которые почему-то заходили в гримерку, как к себе домой и тусовались там, как ни в чём не бывало. Охрана хоть и была, но со своими обязанностями не справлялась и после каждой песни в зале включали свет. «Левые» люди из зала постоянно лезли на сцену и считали своим долгом побрататься с музыкантами, охрана же этого просто не замечала. Единственный плюс этого концерта — это достаточно хорошая посещаемость, зал на пятьсот человек был практически наполовину заполнен публикой, это не могло не радовать. Можно сказать, успех для групп, которых никто не знает.
После концерта нас ожидало очередное разочарование: всю нашу толпу (напомню — это три группы и несколько человек поддержки), в сумме около двадцати человек, поместили на ночлег в детский сад, а точнее, в одну большую комнату, в которой был только стол и несколько стульев. Стало понятно, что сегодня нам, уставшим после дороги и концерта, отдохнуть так и не удастся. Самые отчаянные стали в себя вливать горячительные напитки, а мы своей компанией, кое-как разместившись на подручных средствах, решили подремать, ибо до обратного поезда была еще целая ночь. Чуть поспать удалось только в поезде, на котором мы ехали обратно. От этой поездки мы вынесли только два плюса: это нужный приобретенный концертный опыт и документальная видео зарисовка о нашем путешествии, которую снял Сергей Петров. В 2014 году, разгребая свои архивы, я наткнулся на эту запись, решил ее отредактировать и сделать в формате HD. Сейчас это видео можно найти на просторах интернета и в полной мере прочувствовать ту атмосферу. Вернувшись в Санкт-Петербург, мы неспешно продолжили запись альбома. Так как денег у нас было немного, то приходилось постоянно откладывать и скидываться на студию. Обычно наши сеты были по выходным и, как правило, длились от восьми до десяти часов, чтобы можно было сосредоточиться и полностью себя посвятить творческому процессу. Весной нас пригласили сыграть в клубе-музее «Камчатка», что находится на станции метро «Спортивная». Там хранится акустическая гитара Виктора Цоя, которую его жена Марьяна подарила директору кочегарки Сергею Фирсову, и много разных вещей того времени. Собственно, там так ничего практически и не изменилось с тех пор, а прошло более тридцати лет. Концерт наш прошел на полном эмоциональном подъеме — такой энергетики мы давно не испытывали. Публика очень тепло принимала и даже сломала несколько стульев и стол в зале! Шло время, мы неспешно продолжали записывать альбом, но у всего хорошего рано или поздно наступает финал.
Так как нам постоянно требовались деньги на запись и приходилось залезать в свой собственный карман, то у нас начались конфликты внутри группы на почве финансов. Случилось так, что Сергей Петров по каким-то своим соображениям решил, что он не будет скидываться на запись инструментала, так как не принимает в нем участия, и решил за день до записи уведомить нас об этом. Меня и Сергея Лебедева это привело просто в бешенство и стало последней каплей — мы единогласно уволили его из коллектива. Если вы думаете, что мы его выгнали только из-за этого, то вы ошибаетесь. Уже на протяжении почти полугода до описанных выше событий Сергей приходил на концерты пьяным и выполнять свои функции фронтмэна он не мог, а его валяния по сцене терпеть уже не было сил. Поэтому было решено, что он покинет группу. Место у микрофонной стойки пришлось занять мне, ребята меня поддержали, теперь я был поющим бас-гитаристом. И следующий концерт, который состоялся в клубе «Пятница», стал для меня дебютным в качестве фронтмэна Mehafelon.
Через некоторое время после концерта пришли и плохие новости из студии. Звукорежиссер, который работал над нашим альбомом, уволился и забрал все дорожки, а контактов не оставил. Это был просто ужас, мягко говоря.
Мы не знали, что делать и как действовать дальше. Писаться заново? Нужны опять деньги, которых у нас и так нет. Продолжать дальше? А есть ли в этом смысл? Мы были в отчаянном положении. Поиски контактов затянулись на очень длительное время, но нам все же удалось забрать уже записанный материал. Доводили до ума уже своими силами, но об этом чуть позже.
Весной 2007 года Александр по своим каналам решил нас отправить снова на гастроли, на этот раз в город Мурманск. Но перед этим нас пригласили выступить в клубе «Арктика», где мы сыграли четыре новые песни, которые были записаны на студии. Это была своего рода проверка на зрителях — как им зайдет новый материал. Через несколько дней мы погрузились в поезд и двинулись за полярный круг. Ехали долго — почти 27 часов. Мурманск на нас произвел очень большое впечатление: такой природы и пейзажей мы не встречали, живя в своей средней полосе. Люди тоже понравились, открытые и отзывчивые, не такие, как в Питере и в Москве.
Мурманск встречал нас, как звезд: большая экскурсия по городу в комфортабельном автомобиле премиум-класса, съёмная квартира и трансфер от места проживания до места концерта на такси. Стоит отдельно рассказать и про само место, в котором проходил концерт. Это небольшой поселок на противоположной стороне Кольского залива, который называется Абрам-Мыс. Очень живописное место. Директор ДК и по совместительству организатор Эдуард Гаврилов — очень компетентный и профессиональный человек. Да и сам Эд, как мы его потом называли, знает не понаслышке, что такое настоящий рок-н-ролл, ибо со своей группой Mash нарезает добротный трэш-метал второй десяток лет подряд. Концерт прошел очень хорошо – много народу, отличная организация, но звук, как всегда, оставлял желать лучшего. Нам даже удалось в этот раз заработать немного денег. На концерте мы продавали наши релизы с лейбла, что тоже стало приятным бонусом. Впервые часть нашего выступления снимало местное телевидение, а после концерта у нас взяли еще и интервью — такого мы и представить себе не могли! В Мурманске мы провели несколько дней и познакомились практически со всеми представителями групп экстремальной сцены: Навь, Old wainds, Full decay, Deva obida, Mash. Спустя почти десять лет Григорий из группы «Навь» станет свидетелем на свадьбе у моего брата, а чуть позже устроится в небольшой Мурманский театр и даже снимется в эпизодической роли в сериале «Адаптация», который показывали на канале «ТНТ». Я до сих пор поддерживаю с ним теплые и дружеские отношения. Спустя год после первого концерта я снова поеду выступать в Мурманск, но уже с двумя разными коллективами, Mehafelon и Deflection.
По возвращении назад в Санкт-Петербург мы твердо были убеждены, что нужно издать хоть что-то, так как очень много времени прошло с выхода нашего первого альбома. Мы посовещались и приняли решение выпустить два трека в сплите с Тверской группой Hagl, тем более на тот момент Иван, вокалист Hagl, находился под следствием и ему нужны были деньги на адвоката. Таким образом, мы решили его поддержать. Всего на записи было четыре трека — два от нас и два от Hagl. Обложку релиза сделал мой товарищ из Москвы Вячеслав. Релиз был напечатан своими силами тиражом в триста штук. Наш сплит-релиз назывался Hail the terror…We are destruction.
Чем больше и профессиональней я отдавался Mehafelon, тем меньше у меня оставалось времени и желания продолжать свой проект Demonibus. К концу 2007 года я полностью потерял интерес и потребность в сочинительстве и записи нового материала к своему проекту. Я принял решение закрыть свою группу. И чтобы, поставить жирную точку, я предложил лейблу Hell Division эксклюзивный материал для издания. Лейбл согласился: на мое предложение он захотел издать материал 2004 года «Метафизика зла» с бонус-треками. Дополнительные три трека были взяты из нашего не реализованного «демо» «Свинец зверя». Релиз вышел в DVD-боксе. Сейчас, к сожалению, я уже не помню, каким тиражом он разошелся, но думаю, не очень большим. Последняя работа Demonibus называлась Never stop the black metal. На этом и закончилась история моего проекта.

Глава 7. ЗАКАТ ЭКСТРИМА
В конце 2007 года у нас с братом появился свой первый компьютер, который мы купили в кредит. Выплачивали целый год, но это нас не расстраивало. Наоборот — теперь мы могли в любое время дня и ночи спокойно записывать свой материал. В то время мы уже стали потихоньку отходить от экстремального метала в более лояльные жанры, но все же это была еще метал-музыка.
В те времена я очень конкретно «подсел» на пост-рок и шугейз. Эти стили поразили меня своей мелодичностью и атмосферой.
Я решил, что нужно попробовать себя в этих жанрах. Немного подумав, предложил брату записать несколько песен в этом стиле. Он согласился, и работа пошла. Вначале мы очень скептически к этому отнеслись, но потом с каждой песней у нас появлялась уверенность, что наш материал достаточно неплох. Решили, что мы точно будем делать новый проект. Название придумали практически сразу – Endless journey, что в переводе означает «бесконечное путешествие». И действительно, если послушать наши некоторые треки, то погружаешься в палитру красок и уходишь в другую реальность, как некое путешествие в пространстве. В течение почти всего 2008 года мы нарабатывали материал для нашего нового проекта. Было придумано и записано два небольших релиза. Первый состоял из шести песен и длился около 30 минут. Он так и назывался – «Бесконечное путешествие», по названию коллектива. Вторая работа уже отличалась от первой – туда вошли две композиции общей длиной около 18 минут. Эти два трека несли абсолютно другое звучание и имели свою концепцию. Мы назвали этот релиз «Меланхолия». Материал получился достаточно хорошим, и мы захотели показать его более широкой аудитории. Разослали несколько «промо» по различным лейблам и через некоторое время нам пришел ответ от Back fire production. Это российский лейбл из Свердловской области. Не знаю, жив ли он, но думаю, что нет, так как сейчас лейблы вообще не актуальны. Переговоры длились не очень долго, с нашей стороны нужно было передать права на издания и предоставить мастер-диск с обоими релизами. Лейбл делает все оформление компакт-диска, буклет и задник, печатает диски и делает мастеринг альбома. Итак, контракт был подписан. Свою долю гонорара мы получили, как обычно дисками в количестве ста штук, общий тираж составил пятьсот копий. Обложка получилась очень атмосферной и стильной, но после мастеринга в одной из песен появились щелчки и это не могло не разочаровать. Не знаю, почему лейбл решил оставить это так, но на всем тираже остался этот цифровой дефект.
Стоит вот что еще сказать: перед тем как подписать контракт на издание альбома, я случайно встретил Виктора Лосева, который работал на лейбле «Фоно» и имел большой опыт в издании релизов. Он прочитал внимательно наш контракт и сказал, что «смело можете издаваться, никаких подводных камней в нем нет». Виктор вообще был «мастодонтом» бизнеса, имел очень богатый опыт издания и распространения релизов на высоком профессиональном уровне. От организаций концертов он тоже не отставал — еще в середине 90-х одним из первых начал возить группы из соседней Финляндии. Очень жаль, что судьба Виктора так трагически оборвалась: у него случился сердечный приступ недалеко от дома, где он проживал, но скорая, увы, слишком долго ехала.
2008 год выдался очень ярким на события. Мой давнишний приятель Вячеслав Савельев, один из основателей группы Deflection, пригласил меня и моего брата на пробы в качестве новых участников в группу. Вячеслав решил возродить свое детище спустя почти семь лет, после распада в 2001 году. Из старого состава группы остался он и Альберт, который играл на бас-гитаре. На вокале был Алексей, внешне похожий на актера Вин Дизеля ¬– мы его так и звали между собой. Собрались, приступили к репетициям, и за шесть месяцев нам удалось сделать небольшую программу, чуть больше тридцати минут. Через некоторое время поступило предложение от Вадима Носова, организатора концертов в Санкт-Петербурге, сыграть в клубе «Орландина». Мы согласились, да и Альберт с Вячеславом были с ним в старых дружеских отношениях, так что грех не сыграть концерт, как говорится. Что касается меня, то я как-то раз с ним столкнулся в 2005 году, когда мы с Александром делали концерт в клубе «Пятница». Вадим тогда работал в магазине «Рок-подвал», что находился на станции метро «Нарвская». Мы с Александром привезли афиши на наше мероприятие и хотели повесить их в магазине в качестве рекламы. Вадим пренебрежительно посмотрел на нас, потом на афишу и сказал, что такие афиши ему не нужны. Это запомнилось надолго. Я не злопамятный, но, как говорится, осадок остался. А тут мы в гримерке перед концертом, и он как лиса нас обхаживает и интересуется группой. Лицемерие в самом ярком проявлении. Вообще в нашем питерском андеграунде сплошные лицемеры и завистники – при удобном случае обольют грязью и всадят в спину нож. Будут распространять слухи и завидовать черной завистью твоим успехам…
Отыграв концерт в клубе «Орландина», мы, разгоряченные и на эмоциях, вышли на улицу и стали бурно обсуждать в кругу друзей наше выступление. А на противоположной стороне дороги лежало бездыханное тело девушки, которая только что умерла в ночном клубе и ее положили возле входа. Над ней склонились только что приехавшие родители, не понимающие, что произошло и что делать дальше. Вот так проходит жизнь: с одной стороны – праздники, а с другой – смерть и горе.
После концерта в Санкт-Петербурге мы отправились в Мурманск, на фестиваль. Эд снова нас радостно встретил и сделал все, чтобы концерт прошел очень круто. По возвращении в свои родные пенаты я понял, что экстремальный метал, стал меня интересовать еще меньше, а точнее, вообще перестал. Вкусы и вид на музыкальное развитие резко поменялись, и я решил, что пора идти дальше, делать что-то новое. Пришлось сообщить ребятам, что я покидаю Mehafelon и Deflection. Все ребята приняли мое решение спокойно. Выяснилось, что и Сергей тоже потерял интерес к группе и находится в метаниях. Но все же в 2008 году нам удалось дописать своими силами второй альбом Mehafelon Anti-social terror metal. С Deflection мы тоже оставили свои следы в истории: сделали концертную запись с пульта в клубе «Орландина», а в Мурманске нам удалось снять на видеокамеру целиком наш концерт. Позже мы сделали небольшую нарезку из видео и наложили на нее звук с концерта в «Орландине». В 2017 году поступило предложение от одного андеграундного российского лейбла переиздать единственный альбом Deflection на компакт диске. Всеми вопросами по выпуску занимался Вячеслав, гитарист-основатель группы, но все же и мне удалось внести свою лепту в это переиздание. Я сделал ремастеринг альбома, который после проделанной мною работы зазвучал совсем по-другому, а во вкладке диска красуются мои имя и фамилия. Проект Endless journey тоже не получил продолжения, и мы решили его закрыть. Так закончился мой период увлечения экстремальной музыкой.

Глава 8. LATELESS
Осень, 2008 год. Я и Вячеслав сидим в баре и обсуждаем разные музыкальные новинки. Достаточно заложив за воротник, мы стали дискутировать между собой о последнем альбоме группы Theatre of tragedy, называвшемся Storm. О том, какой он простой и хитовый, но в тоже время и метальный. «Вот бы нам так!» — подумал я и сказал об этом Вячеславу. «А почему нет?» — сказал он. Вначале я все свел на наше небольшое алкогольное опьянение и думал, что, протрезвев к утру, он уже и не вспомнит об этом, но оказалось все наоборот.
Утром, позвонив ему и поинтересовавшись о самочувствии, я напомнил о нашем вчерашнем разговоре. Вячеслав сказал, что все помнит, идея ему очень нравится и что у него есть кандидатура на вокал, но как быть с другими участниками группы, не знает. Я сказал, что это беру на себя.
Через несколько дней раздается телефонный звонок. Это был Вячеслав — он звал меня в клуб «Манхеттен», что на Фонтанке и сказал, что там будет его знакомая, Наталья, и что нам нужно встретиться втроем и все обсудить. Я был не против и через несколько дней мы приехали на какой-то концерт в этот клуб. Народу было много, но нас не интересовали группы, выступавшие в этот вечер. Мы нашли тихое место в баре, познакомились и стали обсуждать наши дела. Наталья оказалась очень добрым и открытым человеком. Она с радостью согласилась принять участие в нашей авантюре. Теперь стоял вопрос об остальных участниках группы. Я сразу вспомнил о своем брате, который может занять место за ударной установкой. Николай согласился без раздумий. На вторую гитару я решил пригласить Сергея Лебедева из Mehafelon, он тоже согласился, но, как потом показало время, ему это было не очень нужно — пьянки и гулянки у него были на первом месте. Но об этом позже, а пока наш состав выглядел так: Наталья Соловьева – вокал, Вячеслав Савельев – гитара, Сергей Лебедев – гитара, мой брат Николай на барабанах и ваш покорный слуга – бас. Название Вячеслав придумал тоже практически сразу. Этакая игра английских слов. Решили, что и петь тоже будем на английском языке, хотелось попробовать двигаться в этом новом для нас направлении. Не правда ли, стильно звучит Lateless?
Если вы спросите, как переводится и что означает наше название, то сразу скажу – ничего. Это полностью выдуманное слово, которого нет в английском языке.
Весь декабрь я и Вячеслав старались наработать какой-то материал для нашей новой группы. Что-то получалось, что-то – нет, но на первой репетиции, которая случилась сразу после новогодних каникул, мы изо всех сил работали над зарисовками Вячеслава. Репетиция длилась три часа. Все это время мы что-то меняли, что-то добавляли в наброски, и к концу процесса у нас уже была готова первая композиция. Позже эта песня получила название Breathe again. В течение зимы мы усердно репетировали и нарабатывали материал. В этот период мы записали своими силами первое «демо» и назвали его в честь самой первой песни, которую мы придумали — Breathe again. Работа шла быстро, из нас било, как из фонтана — каждую неделю мы придумывали по новой песне. Мы отвечали за музыкальную часть, а Наталья — за тексты. Все продолжали усердно репетировать, и к маю 2009 года у нас в багаже было уже пять готовых песен. И совершенно неожиданно нам предложили сыграть концерт в клубе «Арктика». Мы, естественно, согласились – нам необходимо было показать свою новую группу, что мы из себя представляем. Не помню, кто еще с нами играл, но приняли нас хорошо, несмотря на то, что играли мы первыми и открывали концерт. После выступления парочка человек даже взяла у нас автографы, что было чертовски приятно.
После первого концерта мы были на высоком эмоциональном подъеме, нам хотелось творить и как-то еще громче о себе заявить. Мы подумали, что пора брать штурмом радио и телевидение. Конечно, речь не шла о федеральных каналах и FM-диапазонах, но кое-что у нас получилось. Нам удалось попасть на передачу кабельного канала «Пик-ТВ», где в прямом эфире мы общались и отвечали на вопросы слушателей. Интерактив оказался очень интересным. С радио тоже все получилось — в эфире поставили нашу песню с первого «демо». Пусть это было интернет-радио, но маленькую победу мы одержали. Летом нами было принято решение перезаписать наше первое «демо», так как звук нас совершенно не устраивал, да и гитарный строй стал ниже, соответственно, песни уже звучали по-другому. Несколько песен с первого релиза были заново перезаписаны с новыми аранжировками. Звук стал более плотным и качественным. Начал сказываться опыт записи. В наше второе «демо» вошли четыре трека – это были перезаписанные песни с нашей первой работы и новая песня All right, которая стала абсолютно новым глотком для нас. Этот трек был нашей визитной карточкой, хитом, если хотите. Его мы всегда включали в каждый плейлист. Нашу вторую демо-запись мы решили назвать Lonely days.
Все лето мы упорно и усердно репетировали, работали на износ. Мы с нетерпением ждали осенних концертов. Помимо активных репетиций я вел переговоры с нашим питерским агентством «Инфинити», чтобы сыграть на большом мероприятии в конце сентября. После первого успешного концерта в «Арктике» нужно было двигаться дальше, еще громче заявлять о себе, вылезать из болота и рутины. Мы замахнулись на разогрев легенды финского метала – группы Amorphis.
Все мы были большими почитателями этой группы, и этот шанс упускать не стоило. Еще в подростковом возрасте я ходил с плеером и заслушивал их альбомы практически до дыр. Мог бы я тогда себе представить, что буду вот так запросто играть с ними на одной сцене, стоять в гримёрке и общаться, как со своими друзьями из соседнего двора. Нас не смущало, что на момент концерта у нас не было ни одной студийной записи и ни одного видеоклипа, знайте – деньги решают все. В большинстве случаев организаторам наплевать, кто и что играет на разогреве больших артистов. Они просто на вас зарабатывают — таким образом они окупают часть своих затрат на концерт за ваш счет. Бывает, что и сами группы не знают, что их кто-то будет разогревать. Цена вопроса в данном случае составляла пятнадцать тысяч рублей.
Концерт прошел отменно — очень много народу, клуб битком. Очень жаль, что клубы, о которых писалось выше, «Орландина» и «Арктика», закрылись. Это были очень хорошие и, в каком-то смысле, культовые заведения. Несмотря на то, что концерт прошел хорошо, все же остался небольшой осадок негатива: директор агентства «Инфинити» Владислав Яколин почему-то посчитал, что мы не можем снять свое выступление на видеокамеру и запретил нам это сделать. Мы были, мягко говоря, огорчены, но не хотели ругаться и портить себе настроение перед концертом, но зато теперь все можно изложить в этих строчках. Гори в аду! Нет, я не злой, но платит тот, кто заказывает музыку. После концерта с Amorphis мы еще раз пробовали разогрев другой группы за деньги, но там была сумма уже скромнее. Скажу одно: в России нет смысла платить за все это, группе популярности это не приносит. Народу больше на концерты ходить, к сожалению, не станет, а порой вы можете услышать очень много ненормативной лексики в свой адрес прямо во время выступления, как это было у моих друзей, группы Lowriders, когда они разогревали Оззи Осборна и Iron Maiden. Наша публика — это необразованная серость и биомасса, иногда им хочется сначала дать в морду, а потом начать свое выступление. Просто знайте, что кроме как потешить свои амбиции и показать свои «понты» перед другими группами, это больше ничего не даст. Так что думайте, нужно вам это или нет, пускай каждый решает для себя сам.
В начале зимы 2009 года мы окончательно поняли, что пора идти и записывать свой дебютный альбом. Выбор пал на недорогую студию, что находилась на Цветочной улице, на территории фабрики «Скороход». Для тех, кто не знает или тех, кто родился уже в новой России, там изготавливали обувь для всех жителей Советского Союза и дружественных республик. Студия называлась Top Records, в ней царствовала очень дружеская и творческая атмосфера. Да и вообще было очень весело, мы хорошо проводили время. Из тех групп, кто там репетировал и записывался, сразу приходят на ум Dominia, Roman rain, Lowriders. Эти группы и сейчас активны. Да и я последовал примеру и устроился на работу, на репетиционную базу, правда, не на Top Records, а на Format, что находился на территории другой фабрики – «Красный треугольник». Это вообще оплот творчества, магическое место. Сюда стекается весь андеграунд Санкт-Петербурга, тут очень много разных репетиционных баз и студий. В нашем городе почему-то все студии находятся в очень странных местах — промышленные зоны, старые заводы… Даже и не скажешь, что на дворе двадцать первый век — пора давно вылезти из подвалов, КГБ ни за кем не следит. Но музыкантов почему-то тянет именно туда. На территории «Красного треугольника» есть несколько музыкальных клубов, где можно давать концерты, разные артпространства и даже, скажу я вам по секрету, порностудия. Не говоря о подпольных цехах, где раньше производили пиратскую аудио- и видеопродукцию. Проработал я на «Формате» недолго: ответственности много, график ужасный, а «выхлопа» в виде материального достатка очень мало. Но были и положительные моменты – это опыт в звукорежиссуре и административной работе. Опять же, я познакомился с кучей хороших коллективов, таких как «Порт 812», «Марсель», «Маррадёры», «Top display». В 2018 году я узнал, что Format закрылся, просуществовав ровно десять лет. После смены владельцев база превратилась, откровенно говоря, в обычную репетиционную точку для пионеров, не умеющих настраивать гитары. Оборудование не менялось, политика цен — тоже, что, собственно, и привело к ее краху.
Вообще про Format можно рассказать много. Это было, не побоюсь этого слова, целое явление. Помимо нескольких комнат, в которых стояло оборудование для репетиций, у студии имелось большое помещение, использовавшееся как холл. В этом пространстве устраивались вечеринки, разные закрытые концерты, дискотеки и просто попойки. Алкоголь и наркотики также присутствовали, с этим ничего нельзя было поделать. Туалет после таких мероприятий, как правило, был разнесен в щепки, страдали не только наши керамические братья, но и стены с дверьми. Да что там говорить, все первые четыре этажа, ведущие на Format тоже в разной степени подвергались пьяным атакам. Это и выбитые окна, и заблеванные лестничные пролеты, и еще черт знает что. Еще одно знаковое событие, состоявшееся в застенках все того холла – это съемки клипа группы «Обе-Рек». Холл был полностью задрапирован в черную плотную ткань, был выставлен свет, и другое необходимое оборудование – и началась магия киносъёмок. Сейчас я точно не могу сказать, кто был режиссером этого клипа, но операторы, снимавшие его, работали в свое время с одним из лучших, на мой взгляд, режиссёров, Алексеем Балабановым.
Возвращаясь к записи альбома, скажу, что на нее мы потратили практически всю зиму, делая перерыв на новогодние и рождественские каникулы и еще какие-то дни, в которые мы давали концерты. Зима тогда выдалась очень снежной – сугробы были, без преувеличения, по колено, все это, естественно, не чистилось, и на студию мы с трудом пробирались сквозь снежные завалы. Мне кажется, что в блокаду и то снег лучше убирали, не то, что в наше время. Уже на записи альбома между нами стали происходить первые конфликты: Сергей, гитарист, так и не появился ни на одной студийной сессии, и это нас очень выводило из себя. Пришлось гитарные партии прописывать мне. Вообще, во время записи альбома мы тщательно все документировали: фотографировали и снимали видео всего творческого процесса записи на студии. Получился небольшой документальный фильм о нашем альбоме. Последний мы назвали просто Lateless, по имени нашей группы. Обложку сделала Наталья: она совместила две предыдущие обложки с наших «демо» и получилось очень необычно. Мы решили, что это полностью нам подходит. После записи пришло время сводить альбом. Заняться этим трудоемким процессом вызвался наш приятель Дмитрий Кожуро (на тот момент он еще был нашим приятелем). Дмитрий раньше играл в Мурманской группе Naily, а сейчас играет в «Стигмате». Ниже будет целая глава, посвященная группам Amatory и Stigmata. Думаю, вам будет интересно узнать несколько фактов из жизни этих групп.
…Из-за многочисленных скандалов нами было принято коллективное решение проститься с Сергеем. И вот, отдав материал на сведение Дмитрию, мы приступили к поискам нового гитариста. Остаток зимы и начало весны 2010 года мы посвятили этому нелегкому делу. Кто только к нам не приходил! Попадались такие личности, что просто диву можно было даваться, как вообще такие люди играют на гитаре. Остановились мы на одном кандидате, Дмитрии Татьянине (прямо какая-то мистика — одни Дмитрии!). Отличный гитарист-виртуоз, схватывал на лету, профессионал своего дела. Но со сценическим поведением у него была одна большая проблема, которую мы называли «бетонный столб»: вышел на сцену, встал — и так до конца выступления. Шаг влево, шаг вправо – расстрел! Не дай бог вообще пошевелиться. Это нас, конечно, тоже очень сильно напрягало. Пытались как-то сказать об этом или намекнуть – как об стенку горох. Ничего не помогало, мы не знали, как с этим бороться. Спустя время Дмитрий тоже отколется от нашего состава.
Пока наш альбом находился в стадии сведения, мы провели небольшой фотосет, сыграли несколько концертов в Санкт-Петербурге, в том числе, и для компании «Бомба-Питер». Никаких плодов это не принесло, но мы не расстраивались. В начале лета мы поехали в Выборг на фестиваль «Ночной Вояж». После холодной и снежной зимы выдалось очень жаркое лето. Приехав за несколько часов до нашего выступления, мы решили отдохнуть и искупаться. В процессе нашего отдыха на воде я очень сильно поранил ногу, и наше выступление находилось под угрозой срыва. Рана была очень глубокой, кровь шла без остановки, нужно было ехать в больницу. Спасибо нашим дамам, которые были с нами и оперативно решили все проблемы. Пришлось наложить два шва, боль была адская — на ногу не наступить, но концерт все же я отыграл. Мне поставили на сцену стул, и я сидя играл весь наш сэт. Как мы возвращались в Санкт-Петербург – это отдельная история, но о ней не будем. После концерта вновь приходит печальная новость – на этот раз от Наташи. Она сообщила нам, что покидает группу по личным причинам и переезжает в Москву. Что за причины, мы не стали выяснять. После ухода Натальи мы какое-то время с ней переписывались, поддерживали контакт, поздравляли с днем рождения и другими праздниками, но это продлилось недолго. Потом человека как подменили: она оборвала все связи, на телефонные звонки и сообщения в социальных сетях тоже не отвечала. Что произошло, мы не знаем, да и наплевать уже, если честно – жизнь продолжается. Не стоит оглядываться в прошлое.
После концерта в Выборге мы занялись поиском новой вокалистки. Прослушивание проходило на репетиционной базе Ravenloft, где мы репетировали все лето. Кандидатов, а точнее, кандидаток мы прослушали немного, может, человека три или четыре, сейчас уже не вспомню. Остановились мы на Татьяне Москаленко, молодой и дерзкой девчонке. Таня за полтора месяца выучила всю нашу концертную программу, а репетировали мы не очень часто — раз в неделю. Таким образом, было всего шесть репетиций и, надо отдать должное Татьяне, справилась она со своей задачей очень хорошо. В начале осени Дмитрий отдает нам наш альбом, он готов. Мы начали готовиться к его презентации в Санкт-Петербурге опять в нашем любимом клубе «Арктика», где мы выступали вместе с финской группой Lovex. Все прошло достаточно хорошо, мы подарили несколько дисков слушателям и подписали их. Перед презентацией мы напечатали сами десяток промо-дисков, чтобы как-то заинтересовать людей на концерте. Еще нам удалось снять наше выступление на видеокамеру — несколько песен так и блуждают по просторам интернета. В октябре нас пригласили в город Череповец вместе с еще одной группой из Санкт-Петербурга, Sacrament. И тут опять злой рок – Дмитрий, наш гитарист, перестал приезжать на репетиции, просто ушёл в запой и на все «забил». Мы оперативно переделали все аранжировки под одну гитару и решили выступить так. Подъезжая к Череповцу, мы увидели серо-желтый смог, который висел над городом – этакая мистическая дымка. Это дымил завод, размеры которого, конечно, впечатляют: площадью около нескольких кварталов, промышленный гигант со своей инфраструктурой. Как нам сказали организаторы, на нем работает почти 4000 человек. Оказалось, что, решив все-таки ехать на концерт, несмотря на неполный состав. Народу было в клубе достаточно много, почти под завязку, нас хорошо принимала публика. Организаторы провели нам экскурсию по городу, но аппарат в клубе оставлял желать лучшего: постоянно что-то фонило и гудело, просто невозможно было нормально играть. Вернувшись в Санкт-Петербург, мы предложили Алексею c Ravenloft издать наш альбом на физическом носителе, так как предварительная договоренность уже была. Мы передали все материалы и мастер-диск. Но издание так и не состоялось. Сначала Алексей все кормил нас завтраками и пел о том, какая мы классная группа и, какая у нас хорошая музыка. А потом выяснилось, что мы играть не умеем и ,что наша вокалистка очень много фальшивит на альбоме. Вот тебе и друзья! Естественно, после таких слов за спиной (а узнали мы это от наших общих знакомых) ни о каком сотрудничестве и речи быть не могло. Мы съехали с его репетиционной базы и больше не общаемся, по сей день. Я терпеть не могу лицемеров.
После ухода Дмитрия мы вновь приступили к поискам гитариста. Нашли достаточно быстро, им стал Евгений Мананников. Он пришел уже подготовленный и мог играть несколько треков с нашего альбома, несмотря на легкое волнение на прослушивании. Мы приступили к репетициям и, параллельно, снова отправились в студию на запись сингла. В этот раз мы с Николаем сами решили попробовать свои силы в качестве звукорежиссеров и полностью сделать все самим. Это была первая работа для Татьяны в качестве нашей новой вокалистки. Песня получилась, на мой взгляд, необычная, не характерная для нас. Кто следил за творчеством Lateless, поймет, о чем я говорю. Сингл назвали Discover. Также свою помощь нам предложила одна девушка (к сожалению, не помню ее имени), которая захотела снять для нас промо-видео на эту песню. Снимали все на репетиционной базе Piter sound на Лиговском проспекте. Монтировал все это дело я – первый раз в своей жизни сел за программу для монтажа, что и как надо делать понятия не имел. И вот через восемь часов рутинной работы за компьютером вышел наш первый шедевр с продакшном, сделанным «на коленке».
Не успев ничего толком отрепетировать, мы вновь приняли предложение сыграть концерт в обновленном клубе «Орландина». Обновления, конечно, хороши, но от метро, надо признаться, далековато: если раньше клуб находился в пяти минутах от станции метро «Петроградская», то теперь надо было идти почти двадцать минут, что резко отталкивало публику — не любят люди далеко ходить, ленивые. Что и сказалось на посещении концерта: большая площадка на триста человек, а в зале всего два десятка поклонников тяжелой музыки. Еще и организаторы на рекламных флаерах перепутали название клуба и указали «Арктику». Такого провала я давно не встречал! Но не все было плохо, очень понравилась группа из Финляндии Throes of dawn. Ребята существуют с середины 90-х, имеют за своими плечами не один альбом, подписаны на крупном европейском лейбле, но широкой известности, к сожалению, не имеют. Стоит сказать, что у них было два концерта: один в Санкт-Петербурге, а другой — в Москве и приехали они за свой счет. Представляю их удивление, когда они увидели так мало публики на концертах. Не знаю, как они морально оправились от такого провального концерта… А оправляться было от чего: после выступления на сцене у музыкантов наступает моральное опустошение. Если хотите, эмоциональное выгорание с некой долей отреченности. Для того, чтобы восстановиться, нужно, чтобы прошло какое-то время, отвлечься, перекинуться на другие не менее важные дела. Погрузиться в работу.
Так мы и поступили. Вновь отправились в студию и, так как материала на полноформатный альбом у нас не хватало, то решили записывать ЕР из четырех песен. Да и хотелось быстрее записать эти песни, так как они принадлежали еще авторству Натальи, чтобы потом начать с чистого листа и дать полную свободу творчества в написании текстов нашей новой вокалистке Татьяне. Записываться решили на небольшой студии, на станции метро «Старая деревня». Само помещение принадлежало Филу, бывшему барабанщику группы Stigmata, на тот момент игравшему в группе Naily, а всем студийным процессом руководил Дмитрий Кожуро. Дмитрий сразу сказал, что возьмется с радостью за наш новый релиз и сделает все от начала до конца. А вообще, если говорить о студии, то это было маленькое частное помещение в большом элитном многоэтажном доме с кучей видеокамер по периметру и частной охраной. Запись проходила очень быстро и динамично, мы приезжали уже подготовленными и не нужно было тратить много времени на перезапись партий и другие лишние моменты. После записи всех инструментов, когда уже стала вырисовываться общая картина звучания нашей пластинки, мы поняли, что наш материал достаточно серый и «проходной». Казалось, все это было уже двадцать раз и навевало скуку. Нужно было изменить аранжировки, добавить каких-то красок и новых ходов, чтобы наши песни заиграли по-новому, более свежо. Дмитрий предложил добавить электроники и сэмплов в нашу музыку, а также экстремальный вокал в одну из композиций. Этакий дуэт «красавица и чудовище». И действительно, наши песни зазвучали по-новому, все стало намного лучше, современнее. Вдвоем мы перелопатили практически заново все наши четыре трека. На каждую песню уходило от шести до восьми часов, но наша работа того стоила. После записи последовала другая, не менее важная работа – мастеринг и сведение. Этим тоже занимался Дмитрий. И вот, к началу весны 2011 года наш мини-альбом Bless from the heaven был готов.
После такой плодотворной работы все были просто в восторге от того, что нам удалось сделать. Кроме одного участника нашей группы — Вячеслава. Он все это очень жёстко раскритиковал, стал подговаривать Евгения, чтобы общими усилиями выгнать меня из группы. Женя на эти провокации не поддался, да и нечему было поддаваться, поскольку ему такие изменения пришлись по душе. Да и меня при всем желании из коллектива выгнать просто невозможно. Так как без лишней скромности скажу, что самой важной и движущей силой всегда был я. Все переговоры о концертах, поездках, интервью и просто делах группы всегда проводились мной. Авторство большинства композиций – тоже моих рук дело. Конфликт продолжался несколько дней, после чего от Вячеслава последовало заявление, что он покидает группу. Мы быстро перестроились снова на опору одного гитариста и продолжали концертировать. Так как в нашей музыке после записи нового ЕР появились электронные сэмплы, мы стали играть с «минусовками» (прим.ред.: минус-фонограммами), звучание сильно обогатилось, что, в принципе, компенсировало отсутствие второго гитариста. Мы просто взяли и добавили некоторые ключевые партии гитары в «минус». После того, как Вячеслав покинул группу, мы сделали презентацию нашего нового ЕР, разбавив программу треками с первого альбома. Первый концерт проходил в Санкт-Петербурге в обновленном клубе MOD. Хороший клуб, мы играли там несколько раз и, помню, на каком-то концерте удалось даже собрать сто человек, что было для нас просто аншлагом. В этот раз все было скромнее, арт-директор не пошел на наши условия и дал клуб только в будний день. Хорошо еще, что за аренду не пришлось платить — все прошло очень скромно. Единственный плюс от презентации — это качественная видеосъемка всего нашего концерта, которую сделал Дмитрий Цуранов, за что ему огромное спасибо. После презентации в Санкт-Петербурге мы поехали в Петрозаводск. С этим городом у нас связаны самые теплые и приятные воспоминания: всегда хорошие посещаемость, звук и отношение. Самые лучшие гастроли – в Петрозаводске, об этих концертах стоит написать отдельную главу, которая будет следующей.

Глава 9. ПЕТРОЗАВОДСК
Город Петрозаводск, столица республики Карелия, с небольшой численностью населения — спокойный тихий город с прекрасными пейзажами и красивым Онежским озером, с большой набережной, где гуляют туристы, и с очень плохими дорогами в городе. Так сложилось, что в Петрозаводск с гастролями мы ездили три раза, и все они были очень насыщенными. Первый раз мы приехали с презентацией нашего ЕР на небольшой фестиваль, который проходил в клубе «Завод». Название говорило само за себя и было оправдано на все сто процентов, так как клуб действительно находился на какой-то промышленной территории, на окраине города.
География коллективов меня тогда слегка потрясла: помимо местных групп, в фестивале участвовали коллективы из Мурманска, Санкт-Петербурга и Италии. О группе Shiver из Италии мы поговорим позже. На фестиваль пришло не очень много народу, но группы все отыграли достаточно хорошо, аппарат тоже порадовал. Единственно, что было неудобно — так это сам выход на сцену. Чтобы туда попасть, нужно было пройти через зрителей со всеми инструментами. Но самый, на мой взгляд, нелепый курьез произошел, когда пришел черед выступать гостям из Италии. Выяснилось, что ни организатор, ни звукорежиссер не понимают и не разговаривают по-английски, и все переговоры в качестве переводчика выполняла наша вокалистка Татьяна.
После того, как мы вернулись в Санкт-Петербург и отыграли еще пару концертов в домашней обстановке, нас вновь пригласили в Петрозаводск сыграть большой сольный концерт. Нам предложили хороший, большой клуб, просторный номер в гостинице и, конечно, гонорар за выступление. Мы погрузились в автомобиль и двинулись на трассу «Кола». Приехали мы достаточно рано. Разместившись в гостинице, пошли гулять по городу, попутно снимая все, что мы делали, на видеокамеру. Впоследствии получился небольшой документальный фильм о нашем путешествии. В этот раз мы выступали в клубе FM, его даже можно было назвать «мажорным». Клуб очень уютный, с хорошим звуком и дружественным персоналом. Нас очень волновали два вопроса: сколько народа придет на концерт и как нам с нашей не очень большой программой растянуть свое выступление хотя бы на полтора часа. Сразу скажу, что все прошло очень хорошо — публики пришло порядка ста пятидесяти человек. Как мне сказал сам организатор, он даже не ожидал такого, да и что скрывать, мы тоже. Выступление наше тоже прошло на ура, просто замечательно. Сыграв около семи песен, мы сделали небольшой перерыв на десять минут, а Николай, наш барабанщик, чтобы как-то вновь зажечь толпу и немного растянуть время выступления, показал небольшой мастер-класс на барабанах. Затем мы сыграли все оставшиеся песни. После такого концерта все были выжаты, как лимоны, как будто отработали смену в восемь часов в порту, таская тяжелые мешки. Да и то — после завершения выступления, публика не унималась и требовала еще. Мы выходили на бис два раза. И в эти два раза, она становилась все более буйной, начался даже небольшой стейдж-дайвинг и мош. Мы были слегка в шоке от такой реакции, но не скрою, это было приятно. После концерта мы все вернулись в гостиницу, чтобы немного отдохнуть, но Евгений и Николай решили пойти погулять по городу и посмотреть, как кипит ночная жизнь Петрозаводска.
Я и Таня отказались сразу от этой идеи, так как в девять часов утра мы должны были выезжать из гостиницы, нужно было хорошо выспаться. Но наших ребят это не останавливало. Особенно странно было то, что Жене утром нужно было садиться за руль, а пришли они около пяти утра. Первым, на ком сказался такой ночной отдых, стал Николай, который практически сразу уснул в машине. А дальше было еще хуже: толком не протрезвев, Евгений, на свой страх и риск, сел за руль. Явного опьянения и заплетающейся речи не было, но если бы нас остановили сотрудники ДПС, то их приборы сразу бы показали, насколько наш водитель был нетрезв. И все же этот фактор сыграл с нами злую шутку: мы попали в небольшую аварию. При обгоне рейсового автобуса, водитель которого прозевал поворот и резко повернул влево, мы, уходя от столкновения с ним, зацепили его и от удара наш автомобиль отбросило другим боком в отбойник. Останавливаться мы не стали и поехали дальше — скрылись с места ДТП. Никто не пострадал, но передние крылья нашего автомобиля пришлось менять.
Мы продолжали давать концерты, разучивать новый материал, иногда выступая в Санкт-Петербурге и ближайших городах. Съездили на фестиваль «Джамп» в город Кириши, маленькую столицу нефтепереработки в Ленинградской области. Сам фестиваль проходит достаточно давно, в хорошем просторном зале и с качественным звуком. Вход на фестиваль всегда бесплатный — это политика организаторов. Кроме того, специальная бригада операторов снимает все выступление на две видеокамеры и это монтирует со звуком с пульта — получается неплохое концертное видео. Съездили также в Выборг, в легендарный клуб «Кочегарка», из которого вышло много культовых групп — на ум сразу приходят «П.Т.В.П» и «Химера». Играли и у себя дома в Санкт-Петербурге, но через три месяца мы вновь отправились в Петрозаводск, в тот же клуб FM. На этот раз мы играли с какой-то московской группой. Названия я не помню, но знаю, что ее вокалист был бывшим участником шоу «Дом-2». В этот раз организаторы оплатили нам билеты на поезд и нам не нужно было ехать самим за рулем.
Приехали очень рано — в шесть часов утра и отправились сразу в знакомую нам гостиницу «Фрегат». Номер нам снова достался тот же самый, что и в прошлый раз. На концерт пришло уже на порядок меньше народу. Не знаю с чем это связано, но после последнего раза, когда клуб был практически битком, пришедшие семьдесят человек особой толпы не создавали. Сидели своими компаниями и лишь около двух десятков человек активно вели себя у сцены. После концерта мы оперативно собрались и поехали на вокзал. На платформе нас ожидал поезд, а вокруг него в оцеплении находились ОМОН и сотрудники полиции с собаками. Вначале мы не могли понять, что происходит, но потом поняли, что к нашему поезду прицеплен специальный вагон с заключенными, которых перевозят по этапу. Когда мы проходили по перрону, то видели, как из окон с решётками высовывались руки и разные лица — этакие зомби, жаждущие человеческой плоти.
И, как обещал, небольшая история о группе Shiver. Как-то, лазая по интернету, и, в частности, по Facebook, я совершенно случайно наткнулся на их страницу. Решил ознакомиться более плотно с творчеством группы, посмотрел видеоклип, скачал альбом и через какое-то время позабыл про их существование. И тут нас приглашают в Петрозаводск, я начинаю просматривать афишу и вижу до боли знакомое название группы. Вначале не поверил и решил уточнить информацию у организаторов. Они подтвердили, что это группа из Италии, и что они едут в тур по России и посетят Петрозаводск с концертом. Не знаю, почему я решил сам написать вокалистке Федерике и спросить про концерты, но — слово за слово – мы стали переписываться, обсуждать группы, общаться на разные музыкальные темы. Встретились мы уже в гримерке в клубе «Завод». Федерика оказалась очень открытой и обаятельной девушкой, да и хорошим музыкантом. Во время всего тура она играла на гитаре и пела, так как на тот момент у них были проблемы с гитаристом, но это не помешало им хорошо отыграть концерты. После Петрозаводска мы вместе пообщались на концерте в Санкт-Петербурге в клубе Barcode bar. Сейчас уже клуба не существует, но для тех, кто помнит это место, предыдущее название клуба – «Пятница». По слухам, он принадлежал Константину Кинчеву. Арт-директором там был очень душевный и замечательный дядька. Я, к сожалению, не помню, как его зовут, но знаю, что в последний год своей жизни у него была очень сильная депрессия. Он покончил жизнь самоубийством – повесился. Продолжая тему группы Shiver, скажу, что и по сей день мы с Федерикой периодически общаемся в социальных сетях, а в 2014 году она приняла участие в записи последнего альбома Lateless и спела песню A million lies (она является автором текста). Если хочется подробней узнать об этой истории, то она изложена в небольшом фильме, который называется «Lateless, 10 лет выдержки», посвященному юбилею группы.

Глава 10. СТАБИЛЬНОСТЬ
2012 год стал более стабильным для нас — все встало на свои места, мы хорошо сыгрались как группа, концерты стали постоянными — в общем, пришла стабильность. Денег музыкой мы по-прежнему не зарабатывали, но чувствовали себя достаточно уверенно на музыкальной сцене Санкт-Петербурга. Думаю, стоит отметить несколько самых ярких концертов за тот год. Безусловно, это был концерт в клубе «Орландина» вместе с легендами белорусского металла Gods tower. Особенно было приятно видеть, когда за кулисами ребята плотно рубились под нашу музыку, да и вообще — то выступление одно из самых лучших за историю коллектива. Отличный концерт в Киришах на фестивале «Джамп», о котором я писал выше. Поездка в Выборг на фестиваль «Ночной вояж», где мы играли с легендой советского hard’n’heavy, группой «Август». Ее вокалист Павел Колесник – очень интеллигентный и открытый человек. Это была, лебединая песня фестиваля, так как он проводился в последний раз. Что может быть лучше такого яркого завершения! Еще вспоминается выступление в клубе «Арктика» вместе с американским исполнителем Бароном Мизуракой. Таня спела с ним в дуэте песню Фрэнка Синатры «Summer wind». Особенно было интересно за этим наблюдать со стороны, потому что совместных репетиций не было — только две пробы на саундчеке, но Татьяна справилась на все сто процентов. Спасибо огромное Дмитрию Цуранову, который вновь снял все наше выступление с двух камер с отличным звуком и картинкой!
В 2012 году у нас было наработано достаточное количество материала на новый альбом — порядка четырнадцати композиций. Естественно, по разным причинам, в новую работу вошли не все из них. Мы выбрали самые удачные, на наш взгляд, треки, и решили их включить в новую пластинку. Всего на альбоме получилось десять композиций. И вновь от начала и до конца альбомом занимался Дмитрий Кожуро. Забегая немножко вперед, скажу, что этот альбом нам дался очень тяжело, по причине полной безответственности со стороны Дмитрия. Перед записью альбома, посовещавшись, решили, что выпустим вначале сингл с текстом на русском языке, так как периодически нас упрекали в том, что мы поем на английском. Сказано – сделано. Я придумал вместе с Таней лирику. Музыку написали совместно с Евгением, и получилась у нас такая баллада о любви под названием «Улетаю». Песня была действительно красивой и душевной. Мы даже решили снять на нее свой первый клип. До этого у нас были промо-видео на треки Discover и Prisoner of life, снятые нашими друзьями еще в старом клубе MOD. Все это было не то. И даже наш первый неофициальный клип на песню Of your memory больше походил на качественную нарезку из наших путешествий по Петрозаводску, совмещенных со съемками с презентации ЕР. Да, это было сделано максимально качественно на тот момент, но клипом это можно было назвать только с натяжкой.
За съемку нашего первого видеоклипа взялся Сергей Чугунов, знакомый нам еще по студии Top records. Он, собственно, был одним из звукорежиссеров, записывающих наш первый альбом. На тот момент Сергей еще играл на бас-гитаре в группе R.A.F и успел снять для своей группы достаточно хороший, на наш взгляд, видеоклип, поэтому решили воспользоваться таким моментом и пригласили его. Да и по деньгам нас тоже все устраивало. На главную роль я пригласил свою одноклассницу Елену, которая вначале категорически отказывалась, но в итоге согласилась. Снимали все летом, с погодой нам везло, но под конец съемки что-то пошло не так. Сергей стал по каким-то своим, непонятным нам причинам, «съезжать» с творческого процесса, несмотря на то, что была договоренность и работа была оплачена. Пришлось собственными силами доснимать клип. Это очень сильно повлияло на качество, так как съёмочный аппарат был разный. Но было решено, что мы завершим процесс. Весь монтаж опять делал я «на коленке». Сейчас, спустя годы, я смотрю на него и понимаю, что сейчас бы ни за что не выложил бы этот клип в Сеть. Что и следовало ожидать, наш клип не произвел впечатления и затерялся в помойке «Ютуба».
Однако около шести месяцев спустя мне поступил звонок из Москвы от редактора какой-то музыкальной программы с предложением подписать контракт на трансляцию нашего клипа на музыкальном интернет-канале. Название я его уже не помню, но мы отказались, так как для нас это было уже не актуально. После выхода сингла мы продолжили запись альбома. Тут уже было настоящее творческое раздолье для Татьяны, которая написала девяносто процентов текстов. Но и я не остался в стороне – тоже кое-что подкидывал. В альбом вошло десять песен: восемь на английском и две на русском языке. Альбом решили назвать Way out, «Выход». Обложку для альбома нарисовал польский художник Лежек Бужновски. Ожидания альбома не оправдались, несмотря на то, что по звуку он стал более легкий и, в каком-то плане, даже коммерческий. «Way out» прошел незамеченным среди питерского андеграунда. Мы ушли от метал-составляющей в прошлых релизах, перешли в сторону современного рок-звучания с электроникой и даже русскоязычные тексты, которыми мы хотели зацепить больше слушателей, не принесли никаких плодов. Так что даю совет по собственному опыту – никого не слушайте и пойте на том языке, на котором хотите, потому что если вы не Киркоров и прочий мусор с федерального канала, то не вижу причин подстраиваться под серую биомассу и удовлетворять их безвкусные потребности в угоду своему творчеству.
Осенью 2012 года в группе неожиданно вновь назрел вопрос о кандидатуре второго гитариста. Хоть Евгений и был против, но мы подавляющим большинством посчитали, что это было необходимо. Как показало время, Евгений оказался прав. К нам присоединился Антон, но, правда, совсем ненадолго. Его участие в коллективе ограничилось примерно шестью месяцами. Мы сыграли несколько концертов с ним, сделали фотосессию и все. Проблема Антона заключалась в малой мотивации. Я, конечно, понимаю отчасти таких людей: они идут в группу, поначалу вроде даже и играют, и отдаются ей, погружаются в творческие процессы, но потом внутренний огонь быстро угасает и превращается в скучную рутину, особенно когда больших денег это не приносит. С другой стороны, даю совет всем музыкантам, которые хотят играть в коллективе: взвесьте все свои «за» и «против» и только потом с уверенностью приходите на прослушивание и репетиции. Цените свое время и время других: коллектив будет заниматься вами, тратить деньги и ресурсы, вместо того, чтобы заниматься творческим процессом, концертами, записью и другими вещами. Подумайте, насколько вам это нужно и важно – возможно, вы занимаете чьё-то место.
Все шло своим чередом, подходил конец года, а альбома так и не было. Все записано, все практически сведено, а наш звукорежиссер Дмитрий покинул город и поехал на свою родину, в Мурманск. Мы были поставлены перед фактом: «Мне надо уехать!» – и все. Отъезд затянулся практически на целый год. Нашей злости не было предела. Скажу лишь, что альбом вышел в итоге с очень большим опозданием и на тот момент был для нас уже не актуален. Да и, как назло, пришла еще одна плохая новость от Тани, которая сказала, что покидает группу – она устала и хочет посвятить себя другим вещам. Последний концерт мы сыграли в клубе Barcode bar, что находился на станции метро «Сенная площадь». Тогда мы презентовали наш еще не вышедший альбом. Все это действо вновь снимал мой приятель Дмитрий Цуранов, который запечатлел это на две видеокамеры. Позже я все это смонтировал, добавил звук с пульта и несколько треков выложил на «Ютуб».

Глава 11. STIGMATA И AMATORY
В этой главе я расскажу, как познакомился с участниками этих групп, как они возникали на моем творческом пути, и, конечно, приоткрою небольшую тайну из самой внутренней «кухни». Еще в конце девяностых – начале нулевых, играя в группе «Эксперимент», мы несколько раз пересекались на разных концертах-солянках в маленьких клубах. Речь, конечно, в первую очередь идет о группе Amatory, но парадокс состоит в том, что мы никогда не были знакомы и не общались. С ребятами из ансамбля Stigmata мы тоже не знакомы и никогда не играли на одной сцене. Но, как показало время, все не так просто, и пути Господни неисповедимы. В 2008 году, находясь в Мурманске, я познакомился через своих общих друзей с Дмитрием Кожуро, который на тот момент играл в группе Naily. В своем родном городе ребята были достаточно хорошо известны, у них на тот момент уже было записано несколько альбомов, а один из них вышел тогда на самом популярном лейбле «Капкан». Также был снят профессиональный видеоклип и ребята всерьез подумывали о переезде в Санкт-Петербург.
Через год самые сильные духом и легкие на подъем оказались в культурной столице, снимая двухкомнатную квартиру через дорогу от моего дома. Как выяснилось, группа Naily решила перебраться к нам в город на Неве, но доехали самые стойкие — это гитаристы Дмитрий Кожуро и Дмитрий Музыченко, а также вокалист Алексей Крюков. Ребята стали активно искать остальных участников и позже к ним присоединился Фил, бывший барабанщик «Стигматы», и бас-гитарист, чье имя я не помню, но, в общем, у ребят стало все хорошо складываться. Они начали выступать и даже ездить в небольшие туры. Как я писал выше, у Фила была точка, на которой мы и записывали свой многострадальный альбом Way out, процессом записи которого руководил Дмитрий Кожуро. Конфликт вырос на ровном месте, по причине халатности и полной безответственности по отношению к нам. И, так как на тот момент весь этот негатив было не остановить, я написал большой гневный пост об этом человеке на всех крупных музыкальных порталах. Я решил его опубликовать в этой главе полностью. Вот текст без цензуры:

ВНИМАНИЕ, КРЫСА!!! ДМИТРИЙ КОЖУРО
Дорогие друзья музыканты, хочу вас всех предупредить и рассказать об одном индивидууме. История, которая произошла с нами, многих предостережет и послужит уроком, но обо всем по порядку.
Наверняка многие знают (или сейчас узнали), что наш коллектив «LATELESS» сотрудничал с этим человеком, а точнее он был продюсером всех наших альбомов. Но произошла следующая ситуация. Наш последний альбом WAY OUT, который вышел в конце августа 2013, на самом деле должен был выйти в сентябре 2012 года. Этот человек полностью взял на себя запись нашего альбома и через некоторое время срочно уехал на восемь месяцев, не предупредив нас об этом. На сообщения во «Вконтакте» и на телефонные звонки он не реагировал. На тот момент альбом был готов, и половина песен находилась в стадии сведения. Надо ли говорить, что таким своим подходом он сорвал нам готовящийся тур в поддержку альбома и обломал промо-кампанию. Еще стоит отметить, что на протяжении записи альбома этот человек жил абсолютно бесплатно у нашего гитариста Евгения, который давал ему деньги на проезд и еду. Хотя за альбом все равно мы платили, так как это было заранее оговорено. Но потом, видимо, у него проснулась совесть, и он сказал, что все доделает бесплатно.
В середине весны 2013 года мы получаем от него сообщение, что мы можем сами забрать с точки системный блок с альбомом. Приехав на студию, мы все забрали и, радостно подключив компьютер дома, обнаружили кучу неполадок в системе. Радостные ожидания померкли. Кое-как нам все же удалось реанимировать все записи и доделать альбом самим. Через некоторое время, уже ближе к лету 2013 года, мы совершенно случайно узнаем, что он вернулся в Питер. Причем узнаем от совершенно посторонних людей. Связавшись с ним, мы разъяснили ситуацию с компьютером и всем остальным. Узнав, когда он собирается забрать все вещи с системным блоком, последовал ответ, что как только будет время, он приедет и все заберет. Позже мы снова узнаем, уже от других людей, что он написал на нас заявление в полицию о краже. Звонок следователя не заставил себя долго ждать. Сейчас вся ситуация находится в подвешенном состоянии. Также хочу дополнить, что от него ждут материал еще несколько групп, которые у него находились в работе и которых он «кинул», а именно: Kombodge, Pull the curtains, Q-devoza. Как стало известно от барабанщика R.A.F., было взято оборудование для записи, внесена часть предоплаты, а потом был отключен телефон и письма в социальных сетях игнорировались. Оборудование удалось вернуть, а денег до сих пор нет.
Завершая эту трагическую историю, хочу сказать, что сведение и мастеринг альбома я уже доделывал собственными силами, методом проб и ошибок. Никакого уголовного дела не было, и никаких других санкций со стороны правоохранительных органов к нам не применялось. Мы просто забыли о существовании этого «человека».
Шло время и в группе Naily тоже назрел конфликт: вначале ушел вокалист Алексей, а потом и Дмитрий Музыченко — один из основателей группы. На момент развала коллектива у них уже был готов англоязычный мейнстримовый альбом и контракт с концертным агентством «Полигон». Казалось бы, что еще нужно? Но, видимо, личные отношения и атмосфера в группе взяли свое. Эра Naily закончилась.
В 2015 году в сети появляется информация, что после долгого распада группа Amatory возвращается на сцену. Как мне стало известно, Дмитрий Музыченко теперь является новым гитаристом коллектива и практически в одиночку сочинил весь материал для нового альбома. Альбом действительно получился очень динамичным и стал «свежим глотком» в творчестве группы. Я всегда относился к Amatory, как группе, которая идет на поводу у моды, да и с музыкальной точки зрения, это была лишь копирка западных групп. А с новым альбомом я резко поменял свое мнение, так как он мне действительно понравился, и я долгое время слушал его в своем плеере.
Другой же пассажир, который остался в свое время не у дел, каким-то магическим образом влился в состав группы Stigmata. Это я о «господине» Кожуро. Он тоже пошёл по стопам своего бывшего коллеги по группе и решил сделать для них альбом. Что из этого вышло, можно посмотреть в моем видео, где я сделал обзор на их альбом Mainstream. Вообще – насколько надо быть лицемером, чтобы наступить на себя и на свою гордость, и всеми правдами и неправдами оказаться в модной, успешной группе. Это я в первую очередь о Дмитрии Кожуро, который еще до появления в «Стигмате», за пять лет до этого при личных беседах, да и в наших компаниях, поливал группу грязью, как мог, обвинял ее в безвкусице, называл «русским роком в худшем его проявлении»… Да и другой соратник тоже не отставал – и Amatory и Stigmata считались, по мнению этих людей, дикой лажей для малолеток, а тут вдруг все стало так клево, как только сами попали в эти коллективы. Пусть это останется на их совести. Делайте выводы, дорогие читатели.
Возможно, читая эти строки, кто-то обвинит меня в излишней предвзятости или зависти по отношению к этим группам. Поверьте, друзья, лучше я буду заниматься своим творчеством честно и играть в небольших клубах и барах, чем пойду на поводу стадного инстинкта, слепо следуя моде и мэйнстриму. В наш век потребления и постмодернизма машина под названием «Время» всех разжует и выплюнет, всех поставит на место. Публика всегда чувствует, кто делает искренне, а кто ее обманывает. Но и, конечно, не стоит забывать про стадный инстинкт, который присущ людям. Как говорил один классик: «Поклонники тоже бывают бездарными».

Глава 12. СДЕЛАЙ САМ
После ухода Татьяны в конце 2012 года мы практически всю зиму занимались поиском нового кандидата на вокал. Мое внутреннее предчувствие начало воплощаться в реальность: я почему-то всегда был готов, что каждый новый альбом мы будем писать с новой вокалисткой. Не знаю, с чем это связано, но именно так и получалось. Кандидаток в это раз было гораздо больше, приходилось несколько раз в неделю прослушивать певиц, некоторые из которых были действительно на высоте, но быт, семья и дети сразу отметали эти кандидатуры. Мы не хотели проблем в группе на почве этих факторов. Некоторые девушки очень сильно обижались по этому поводу. Наш выбор остановился на Анне Серебряковой, она уже была достаточно опытная в плане выступлений и записи. А ее тексты, которые она написала для альбома «Иллюзия сознания», действительно заслуживали уважения и внимания. Но скажу честно, отчасти мы ее взяли на перспективу. Аня очень давно не практиковалась и голос ее стал менее уверенным, опора стала хуже и порой ей приходилось очень трудно. Но это нас мало волновало на первоначальной стадии, мы нарабатывали материал, репетировали и чем мы дальше продвигались в творческом процессе, тем лучше и уверенней становился вокал Анны. Мы как единое целое, росли в профессиональном плане.
Весна 2013 года стала для нас очень плодотворной. Мы взяли новый вектор развития, решили, что отныне наш коллектив полностью переходит на так называемый D.I.Y., сделай сам. Мы полностью взяли бразды правления в свои руки, теперь всей записью и видеосъемкой для группы мы занимались сами. Нам хватило предыдущего печального опыта и, чтобы теперь ни от кого не зависеть, не ругаться и не спорить о конечных результатах, решили все делать сами. Первым этапом стала запись нашего нового сингла Upside down. Мы полностью записали все инструменты собственными силами на своей скромной домашней студии. А вот с записью вокала стало сложней. Решили записать голос на частной студии, что находилась в культовом клубе «Метро» на Лиговском проспекте. В девяностые это было знаковое место, тогда на модных рейвах из клуба выносили мертвые и угашенные тела в наркотическом опьянении. Место, а точнее, студия была достаточно неплохая, но самое главное, что больше всего нас устраивало — это цена. Звукорежиссер нам тоже попался довольно толковый, с ним было легко работать, да и что скрывать, это был хороший друг нашей вокалистки Анны. Как я запомнил из личных бесед, из известных личностей и артистов на этой студии работала даже Татьяна Буланова. Но скажу честно, нам на это было наплевать, лишь бы смогли хорошо и качественно записать вокал.
Сингл получился взрывным. Мы снова поменяли звучание и стиль, решили вдарить по металлу с элементами прогрессива. Это была вторая наша работа, которую мы сделали сами от начала и до конца. Решено, что нужно снимать и видео на наш новый трек. Я купил себе полупрофессиональную видеокамеру и на репетиции за три часа мы сняли промо-видео на нашу песню. Нам нужно было как-то снова заявить о себе, показать, что мы не сидим, сложа руки, и движемся дальше. После этого мы поехали на гастроли в Великий Новгород в «Клуб 39». Неплохое уютное место с приемлемым звуком. Отыграли достаточно хорошо, но народу было очень мало. Сказались майские праздники и хорошая погода – все поехали на пикник и шашлыки, какая на хрен рок-музыка? Люди выбираются на природу после долгой серой зимы, им не до концертов.
Лето проходило достаточно тихо и спокойно, периодически мы репетировали, тусовались, да и просто занимались своими делами. Но уже к середине июля у нас появилась хорошая новость. Наша подруга из Москвы, Юлия Фильченкова, предложила свою кандидатуру в качестве менеджера. Мы, естественно, согласились. Два человека гораздо эффективнее справятся с делами группы, особенно, когда один из них в столице. Одна голова – хорошо, а две – еще лучше. Тем более, у Юлии уже был хороший опыт – она была менеджером американского певца Барона Мисураки, о котором я уже писал выше, и занималась его гастролями в России. Первые плоды ее работы не заставили себя долго ждать: мы сделали большое интервью для американского печатного журнала, не помню, к сожалению, как он называется. И, совместными усилиями, организовали небольшой тур в честь пятилетия группы. Про весь тур рассказывать не имеет смысла, а вот самые курьезные и запоминающиеся моменты расскажу. Первый запоминающийся концерт состоялся в поселке Оленино Тверской области на фестивале «Ураган». Все это проходило при поддержке мэра-единоросса Олега Дубова, неплохого мужика, но, конечно, промывка мозгов высшими слоями из партии дает о себе знать. Все, что мы видим по федеральным каналам, всегда читается у чиновников, поставленных на места от правящей партии. О том, что все хорошо и что будет еще лучше.
Фестиваль прошел просто на высшем уровне. Организация, звук, публика – что еще нужно артисту? Нам заплатили очень хороший гонорар – это был единственный раз, когда государство заплатило нам деньги. Хоть на этом спасибо, не все же государству обдирать свой народ. Еще немаловажным плюсом оказалась съемка телевидением: местное отделение телекомпании «РЕН-ТВ» показало большой сюжет с нашим выступлением и интервью. Не всегда же показывать один мусор с Прокопенко.
Дальше последовал концерт в Москве. Я всегда хотел посетить этот город с концертом и вот судьба дала нам такой шанс. Играли мы в Mona Club. Это неплохой клуб с двумя залами, уютной гримеркой, неплохим баром — в общем, как раз для того, чтобы играть настоящий рок. Перед самим выступлением нас ждал саундчек – это когда музыканты заранее настраивают звук перед концертом, чтобы можно было потом сразу играть и ничего не настраивать. Все это затянулось на четыре с половиной часа. Такое было в первый раз в нашей музыкальной карьере, если ее так можно было назвать. Обычно эта процедура длится около тридцати минут, а тут – потратить на это практически весь день и ничего толком не сделать. Как выяснилось потом, всей отстройкой занимался не звукорежиссер, а техник сцены, который и понятия не имел, какие ручки куда крутить. Да и сам звукорежиссер тоже особо не внушал доверия, особенно после просьбы нашему барабанщику «сделать барабаны потише». Концерт мы, конечно же, отыграли, куда нам было деваться, но звук был далеко не идеален. Это выступление запомнилось и тем, что стало самым длинным в истории группы Lateless — оно составило один час сорок минут. Уже после концерта, когда мы паковали свой багаж в вагоне поезда, выяснилось, что нам заплатили не весь гонорар. Не знаю, кто недосмотрел за этим, но думаю, что ответственность лежала на плечах нашего менеджера Юлии, так как именно она занималась организационными моментами в Москве. Как позже сказала сама Юлия, ей недоплатил директор клуба. Не знаю всех точных подробностей, но, пожалуй, напишу имя и фамилию директрисы Mona Club, чтобы музыканты, читающие эти строки, не теряли бдительности. Это Алла Бутова, будьте с ней начеку.
Вернувшись в родные пенаты, мы сделали небольшой перерыв, чтобы вновь с новыми силами продолжить свою работу. Осенью мы сыграли ещё несколько концертов в родном городе и ближайших его окрестностях. Заработав небольшие деньги с наших концертов, мы решили, что будем обновлять свою студию и докупать необходимое оборудование, которого нам не хватало. В конце осени мы приступили к записи своего нового, четвертого альбома. На этот раз вновь все делали сами от начала и до конца, все оборудование было куплено, все отстроено, и мы приступили к таинству записи. Она продолжалась около четырех месяцев. Писали весь альбом практически вдвоем – я и мой брат. Евгений на записи так и не появился, аргументируя сильной загруженностью на работе. Надо ли писать, до каких скандалов это доводило.
Уже на записи третьего альбома Way out мы четко знали, что нужно менять звук и расти в музыкальном и композиторском плане. Нам нужен был сильный толчок и рывок вперед. И этот момент не заставил себя слишком долго ждать. На стадии сведения альбома Way out мы начали экспериментировать на репетициях с новым утяжеленным звучанием и нехарактерными для нас риффами. Мы хотели пойти против правил игры и сделать все сами, проверить свои силы и возможности, взять себя «на слабо». Нужно сказать, что запись нового, четвертого альбома Illusion of consciousness началась практически спонтанно – у нас даже не было четкого плана записи, не говоря уже о необходимом количестве материала. Как только закончились наши концерты в ноябре, мы приступили к экспериментам с новым звуком. Было решено расширить палитру инструментов и использовать семиструнные гитары для записи, что обогатило наше звучание. Некоторые песни мы также решили записать в другом, более низком строе. По мере экспериментов некоторые песни становились длиннее, что было не характерно для нас. Иногда у нас была уже готовая песня, но после записи и последующего прослушивания мы ее переделывали, и от нее оставались только вступление или проигрыш.
С конца ноября 2013 и до начала января 2014 года мы сидели и записывали инструменты на студии. Иногда наши сеты длились до двух часов ночи, все это сопровождалось поглощением виски, а на следующий день приходилось идти на работу. Продолжая эксперименты, мы придумывали и редактировали песни на ходу. Иногда это получалось круто, иногда – не очень. Из нас были выжаты последние соки. Но после прослушивания становилось ясно, что мы на верном пути. В небольших перерывах между записью мы оттачивали композиции на репетициях – необходимо было послушать, как это будет звучать живьем.
После записи всех инструментов мы начали работать над вокалом и текстами песен. Мы решили отойти от некоторых стандартов на предыдущих наших альбомах и захотели разнообразить вокал. Мы стали комбинировать несколько стилей, так на записи помимо стандартного женского вокала, появился гроулинг, харш и даже рэп. Нам было интересно попробовать то, что мы никогда не делали. После записи композиций мы решили исполнить несколько песен с готовящегося альбома на концерте. Интуиция нас не подвела – зрители реагировали хорошо. Как уже говорилось, мы использовали мужской вокал, который на альбоме записал я. Изначально планировалось заполучить на запись Даниеля Томпкинса из Tesseract, но его ответ затягивался, и стало непонятно, получится все или нет. Мы решили связаться с Федерикой «Faith» из Shiver, чтобы она приняла участие в записи одной из песен. Мы хотели привлечь ее еще на сете с Way out, но тогда что-то не получилось. Продолжая работать с записью вокала, мы все продумывали до мелочей, не оглядываясь на время – иногда на запись одной песни уходило около семи часов. Но это нас мало волновало, мы ни от кого не зависели, никто на нас не давил, мы были абсолютно свободны во всем.
Во время записи альбома мы активно гастролировали, чтобы держаться в тонусе, и потихоньку стали добавлять для затравки новые песни с альбома в свой концертный плэйлист. Теперь, как человек, который это наблюдает со стороны, я могу сказать по видеозаписям с концертов того периода: песни между собой сильно различались не только стилистически, но и подачей, даже некой долей агрессии.
Весной 2014 года выходит наш четвёртый альбом «Иллюзия сознания». Это была первая большая работа, сделанная нами от начала и до конца. Самостоятельно выполнен весь концепт альбома: от звука и записи до самого оформления релиза. Сведение, мастеринг и вся звукорежиссерская работа – не побоюсь этого слова, продюсирование – все сделано собственными усилиями. Это была победа. После записи сразу же последовал небольшой тур – презентация альбома. Он включал несколько городов по России плюс парочку фестивалей. Конец весны и начало лета тогда выдались просто адски жаркими, в средней полосе стояло настоящее пекло. В клубах была парилка, кондиционеры не спасали. Единственное, что облегчало наше существование – это переезды между городами, которые проходили по ночам, так как жара уже спадала и можно было себя комфортно чувствовать. Отыграв клубные концерты, мы вернулись домой с кучей положительных эмоций и впечатлений. Хочется отдельно поблагодарить ребят, которые пришли в клуб A1 в Смоленске и подарили нам сувениры.
Лето начало брать бразды правления в свои руки, а это значит, что пришло время фестивалей на открытом воздухе. И тут я бы хотел остановиться на одном из них, а именно на «Детях холмов», который проходил в Выборге. После закрытия фестиваля «Ночной вояж» в этом старом приграничном городе не осталось больше ничего. Был еще клуб «Кочегарка», где Андрей Лукашков, бывший гитарист группы Psilocybe Larvae, делал метал- и рок-фестивали несколько раз в сезон, но никакой музыкальной жизни больше в городе не было. Главный идейный вдохновитель и организатор фестиваля «Дети холмов» Олег Куракин делал все, что мог. Зачастую в изысканиях бюджета на фестиваль ему приходилось и залезать в свой собственный карман. Конечно, в организации ему помогали, в том числе и Андрей, и Сергей Юдин, хозяин клуба «Кочегарка», но, к сожалению, фестиваль просуществовал всего шесть лет, а в последний год проводился в большом клубе «Кинза», где с треском провалился. Музыкантов оказалось больше, чем слушателей. Если формат «опен-эйра» как-то еще устраивал и музыкантов, и публику, то перенос его в клуб — это было уже, на мой взгляд, ошибкой. Я понимаю, что все хотели, как лучше, искали выходы из плачевной ситуации, но время расставило все на свои места – фестиваль окончательно умер. Еще один период истории фестивалей в городе Выборге был закончен.
Альбом готов, тур отыграли – решили снимать клип. Весь съемочный процесс лег на мои плечи. Погрузившись в литературу по съемкам и монтажу, я начал глубоко изучать этот процесс. Клип снимали в трех локациях: часть в Выборге в заповеднике «Монрепо» – это просто фантастически прекрасное место. Потом мы отправились в город Павловск, что недалеко от Санкт-Петербурга – тоже историческое и очень живописное место, снимали все в парке. Ну, а третья локация – это студия Format, где я когда-то работал администратором и где мы репетировали. После съемки клипа мы начали промо-акцию в поддержку альбома, стали рассылать свой материал по европейским лейблам. Первым кто откликнулся, был небольшой лейбл из Италии – он нам предложил издание на CD, еще и в диджипаках, что нас очень порадовало. Но, как выяснится чуть позже, радоваться мы начали раньше времени. Условия лейбла тут тоже были стандартны – от нас мастер диск с песнями и фотографии группы с технической информацией, наш гонорар – это так же, часть тиража. Обычный, самый простой контракт. Каково же было наше разочарование, когда при детальном общении, лейбл узнал, что мы – группа из России, и сразу оборвал с нами все контакты и предварительные договоренности по выпуску нашего альбома. Аргументировали все это тем, что наша страна незаконно присоединила Крым, и таким образом лейбл поддержал санкции против России, что отразилось на нашей группе.
Впрочем, мы не расстроились, все быстро забыли и стали готовиться к осенним концертам, чтобы вновь показать слушателям наш новый альбом. Наш оптимизм очень быстро закончился. Осенью назрел очень серьезный скандал между Николаем и Евгением. Я специально остался в нейтральной зоне, чтобы не принимать ни одну из сторон. Аня поступила так же. Каждый оказался настолько упрям в своей правоте, что о каких-либо компромиссах или примирениях речи идти не могло. Первым сдался Евгений – перед концертом он просто отключил телефон, всех заблокировал в социальных сетях и таким образом открестился от всего происходящего. Как ни странно, мне было все равно – утраты или сожаления я не испытывал. Да и после выхода последнего альбома я видел развитие группы в более тяжелом ключе с комбинированным вокалом, мужским и женским, как, собственно, мы и поступили на альбоме «Иллюзия сознания», где я исполнил вокальные партии в нескольких песнях.
Такое развитие группы не все хотели принимать, поэтому я решил, что хватит — пора самому становиться у микрофонной стойки и делать все так, как сам считаю нужным. Собственно, скандал и логическое завершение Lateless пришлись совершенно вовремя. Видимо, так сошлись звезды.

Глава 13. ROCKETS PARALLELS
В конце осени 2014 года я твердо решил, что и дальше продолжу заниматься музыкой, несмотря на все трудности. Новый коллектив Rockets parallels не заставил себя долго ждать. Это стало как бы логическим продолжением Lateless, но только на первых порах. Название группы пришло в голову ассоциативно и быстро. Я, как-то загорая летом, смотрел в небо и увидел летящий высоко самолет оставлявший след из своих турбин. Две белые параллельные полосы, уходящие на несколько километров. Ракеты-параллели промелькнула мысль у меня в голове. Такая вот история о названии группы.
Группа постоянно растет, меняется, экспериментирует – это настоящий живой организм. Все той же осенью мы вдвоем с братом пишем первый сингл I’m Rock I’m a Star – это шутливая песня, которую мы придумали за пятнадцать минут. Трек очень даже неплохо зашел, но встал другой вопрос – где взять остальных недостающих участников. Посовещавшись, мы решили написать Вячеславу, с которым на первых порах мы играли в Lateless. Он после недолгих раздумий согласился. Мы приступили к репетициям. Репетировали все там же, на «Формате», да и свой первый самодельный клип мы тоже снимали на нашей репетиционной базе.
Всю зиму мы посвятили записи своего первого альбома, после успешного опыта с Lateless мы поверили в свои силы и стали записывать себя сами. Альбом получился очень разноплановым, тут было все – от инструментальных песен с элементами прогрессива, до жесткого модерн-метала, и, заканчивая рок-балладами. Тяжелее всего мне давался вокал – так как я никогда не считал себя певцом, то, соответственно, и не имел практики вокала. Да и мой голос оставлял желать лучшего. На записи я старался, как мог, труднее всего мне далась песня Falling down, но все же мои труды прошли не зря.
Альбом вышел весной 2015 года и получил название Abstract, так как определенной концепции он не имел, да и походил он больше на компиляцию песен в разных жанрах, но от этого хуже не стал. Наоборот, даже выиграл – в прессе он получил достаточно много хороших отзывов. А некоторые СМИ назвали его «глотком свежей крови», да и коллеги по музыкальному цеху в кои-то веки снизошли до положительной оценки. Хорошенько подготовившись, мы поехали в небольшой промо-тур по нашей необъятной родине. Первый концерт проходил в нашем родном городе в небольшой связке с группами-соратниками, если это слово применимо в данном случае. Отыграли сыровато, чувствовалась некоторая доля волнения и слабой неуверенности. Но небольшое количество слушателей мы все же зацепили – после концерта к нам подходили несколько человек и расспрашивали о нашей музыке. Дальше последовал концерт в городе Пскове, где мы играли вместе с группой из Петрозаводска. Тут уже было совсем по-другому – народу больше, да и звук тоже в разы отличался в лучшую сторону. Играли мы в клубе TIR – это такое атмосферное и культовое место в Пскове. Весь андеграунд нашей страны всегда играет в этом клубе. Финальным аккордом нашего тура стал концерт в Великом Новгороде в клубе «Железный папа». Тут мы выступали вместе с нашими друзьями из Выборга, группой Kaos. Народу был полный клуб. Публика принимала просто на ура, такой поддержки и энергетики я давно уже нигде не встречал. Особенно поразили девушки, которые отрывались похлеще, чем парни – они явно давали им фору в несколько раз. Но самый трогательный момент – когда одна очаровательная блондинка во время нашего выступления подарила мне цветы. Это было неожиданно для меня, ведь такого в моей жизни никогда не было. Очень странное чувство: вроде так и должно быть, что зрители дарят цветы артисту, это некий показатель качества его творчества, а с другой стороны, как-то и неудобно мужчине принимать цветы, да ещё из рук представительницы противоположного пола.
Шло время, мы играли концерты, а наш московский менеджмент в лице Юлии Фильченковой все молчал. Было решено, что мы расстаемся – зачем нам «балласт»? Мы сообщили ей, что наши пути расходятся и мы продолжим курс в одиночном плавании. Это очень не понравилось Юлии – она обвинила нас в предательстве и во всех остальных тяжких грехах. Но скажу честно: зачем нам такой менеджер, которого нужно постоянно «пинать» и напоминать о своей работе.
2015-й стал самым черным годом в моей жизни: у меня умер отец. Такой быстрой потери я не ожидал – он умер дома от обширного инсульта, не дожив до пятидесяти шести лет всего две недели. Мое понимание жизни резко изменилось, ни о какой музыкальной и творческой деятельности речи быть не могло. Все запланированные концерты мы перенесли – спасибо огромное организаторам, которые пошли навстречу. Мы взяли паузу на неопределенное время, я стал заниматься различными семейными вопросами вместе с моим братом. Да и оставлять мать одну, уезжая на гастроли, я не хотел.
Время шло, все потихоньку входило в свое русло, жизнь продолжалась, нужно было как-то двигаться вперед, отбросить хандру, набраться новых сил. После такой паузы мы записали сингл под названием Way out, «Выход». Звук на записи получился сырой, несмотря на то, что мы делали все возможное для лучшего качества. Писали все на том же оборудовании, что и свой первый альбом, но все равно получился сырой гаражный звук. Наверное, так было суждено, так сложились звезды. Сразу хотел бы добавить, что песня «Way out» группы Rockets parallels не имеет ничего общего с песней группы Lateless с таким же названием.
Весной 2016 года к нам в качестве второго гитариста присоединяется Сергей Мацуков. Идея взять еще одного музыканта принадлежала Вячеславу. Он это аргументировал тем, что на концертах мы слишком бедно звучим с точки зрения музыкального оформления и что наши аранжировки на альбоме и на концертах сильно разнятся. Мы быстро отрепетировали концертную программу, да и Сергей тоже неплохо подготовился – пришел и сразу смог сыграть практически весь наш альбом. Это было очень круто, особенно если учесть, что не нужно было тратить много времени на репетиции и мы могли сразу приступить к концертам. Мы вновь оправились в мини-тур. Псков, Великие Луки, Санкт-Петербург, Сосновый Бор, Зеленогорск. Клубы, тусовки, фестивали… Мы хорошо проводили время, играли, путешествовали, в группе был большой эмоциональный подъем.
Итак, мы снова в студии. На этот раз пишем новый трек, авторством которого стал Сергей. Это не могло не радовать – новый человек в группе предложил свои идеи. Конечно, мы тоже не отставали – сделали аранжировку, я написал текст. Наш новый сингл получил название Dead end, «Тупик». Но Сергей, к сожалению, в составе группы продержался недолго, у него начались проблемы со здоровьем, и он был вынужден уехать к себе на родину, в Белоруссию. Мы вновь стали трио.
Вы, наверное, заметили, что в течение двух лет мы выпускали только синглы. Связано это было в первую очередь с тем, что альбом, как правило, требует большого количества песен и много времени в студии. Но нужно еще и придумать музыку, сделать аранжировку, да и сами песни пишутся не быстро. Потом студийный процесс. Все это отнимает большое количество сил и на это может уйти несколько лет. Поэтому в наш скоростной век интернета и постмодернизма проще и актуальней выпускать синглы и ЕР, да и альбомы сейчас практически никто целиком не слушает.
В 2015 и 2016 годах я занялся более активно организаторской деятельностью. Конечно, я и до этого делал концерты для своих групп, но в этот раз нас было трое – команда, которая четко отвечала за свои действия. Я, в основном, занимался дизайном афиш, оформлением встреч в социальных сетях и видеосъёмкой. Мы даже сделали свой небольшой фестиваль, который назвали «Невский – Рок». Все это действо просуществовало два года, но на серьезный уровень так и не вышло, как мы ни пытались. Без хороших спонсорских вложений мы не могли развиваться, а залезать в свой карман мы не могли только потому, что там ничего не было. Но от этого были свои плюсы: за два года, пока существовал фестиваль, я познакомился со многими интересными людьми. Это Юрий Байдак, бывший продюсер фестиваля «Окна открой», «Каспер» из группы «Король и шут», Сергей Паращук из группы «НЭП», «Вагон» — бас-гитарист группы «Кукрыниксы», с Еленой Вишней, первой женой, не побоюсь этого слова, легендарного Алексея Вишни, который записывал альбомы группы «Кино». Это действительно очень интересные и талантливые люди, и я рад, что судьба подарила мне такую возможность познакомиться с ними.
Творческий процесс меня накрывал с головой, мне хотелось полностью отдать себя музыке и всему, что с ней связывает. Я начал выпускать авторскую передачу для московского портала Cyber Snake TV, где я делал обзоры на новые клипы разных исполнителей преимущественно рок- и метал-направления. За первый сезон было снято порядка шести выпусков, каждый примерно около тридцати минут. Всем процессом занимался я сам. Тут была полная свобода действий – сам снимал, монтировал и отправлял в эфир. Через некоторое время мы решили, что нужен новый, более лаконичный формат, с добавлением некой динамики, чтобы было интереснее смотреть. Так выпуски из тридцати минут превратились в пятнадцать. Не любят у нас смотреть длинные «видосики», говоря на молодежном сленге. Новый сезон не заставил себя ждать – я вновь погрузился в процесс создания передачи, но и на следующий сезон рассчитывать не пришлось – он стал последним. Как ни пытались мы общими усилиями подойти к процессу креативно, ничего не вышло. Проект был заморожен.
Конец 2016 года был омрачен печальными событиями – ограбили нашу домашнюю студию. Было вынесено практически все оборудование. Мы были разбиты морально: украли новый компьютер, на котором находился студийный материал для нашего нового альбома. Мало того – многое было куплено в кредит, и на нас лежал груз ответственности по выплатам. Это нас просто втоптало в уныние. Стали опускаться руки: вначале из группы ушел гитарист, потом обокрали студию – все это, как снежный ком, катилось на нас. Эмоционально мы были повержены и растоптаны. Не хотелось больше ничего делать, группа и выступления стали для нас обузой, вначале кое-как мы сопротивлялись своему собственному «я», чтобы это не забросить. Но от этого было не уйти — в декабре 2016 года я решил закончить историю группы Rockets parallels.
Примерно через полгода после кражи пришла повестка из полиции. Это была одна из первых хороших новостей – нашли одного из участников ограбления нашей студии, а позже удалось вернуть и кое-какое оборудование. Не скрою, было приятно, что хоть в какой-то мере наша доблестная полиция смогла что-то сделать, отвлекшись от своей основной работы – «крышевать» бордели и брать взятки. «Да здравствует самый гуманный суд в мире!» – как говорил классик.
В 2017 году я решил полностью переосмыслить все то, чем я занимался до этого. Мне необходимо было решить для себя, какое место занимает музыка в моей жизни и какое место занимаю в ней я. Начался внутренний поиск. Я от всего дистанцировался и решил переключиться на музыкальную журналистику. Я стал вести свой видеоблог о рок-музыке. В нем я рассказывал о разных концертах, группах, делал обзоры на новые альбомы, брал интервью у музыкантов. Стал делать то, чего мне не хватало как потребителю и как слушателю. Сейчас музыкальная рок-журналистика находится в упадке, на дне. Все сводится к проплаченным постам с накрученными подписчиками в сообществах. Я и сейчас продолжаю дальше вести свой блог – мне интересно этим заниматься, у меня есть небольшое количество подписчиков, которые следят за тем, что я делаю.
Еще 2017 стал юбилейным годом, двадцать лет творческой деятельности. Я захотел это как-то отметить – сделать небольшой концерт, пригласить друзей, знакомых, братьев по оружию, по прошлым группам. Естественно, я написал Дмитрию Малахову, с которым мы играли в «Эксперименте», Сергею Петрову и Сергею Лебедеву из Mehafelon. Так же я решил сделать сольную акустическую программу, состоявшую из репертуара собственных песен и песен группы Rockets parallels. Ну, и на закуску настоящий эксклюзив – я списался с Женей и Таней, бывшими участниками группы Lateless и предложил им сделать небольшую акустическую программу для юбилея. Ребята согласились, и мы начали репетировать. И вот час пик, маленький клуб, несколько десятков человек зрителей, вначале гости – парочка дружественных групп, потом я со своей акустической программой. Из всех приглашённых мною друзей и коллег по группам, в которых я играл, пришел только Дмитрий Малахов, с которым мы вместе сыграли пару песен из нашего раннего творчества. Остальные не пришли, как не пришли и участники Rockets parallels. Выступление Lateless прошло хорошо, такой формат понравился присутствующим на концерте. Некоторые даже писали и спрашивали, будут ли еще такие концерты, так как на этот не смогли попасть. Но это было разовое выступление, и продолжение этой истории вряд ли последует. Вообще акустический формат – это такое, в некотором роде, интимное действо – ты один с гитарой, у тебя за спиной никого нет, нет участников группы, которые бы играли вместе с тобой, прикрывая тыл. Ты один, «голый», а напротив тебя слушатели, тут все по-честному, без пафоса и фальши. Такой формат выступлений мне очень нравится, я и сейчас продолжаю периодически играть акустические концерты.
Параллельно со съемками видеоблога мне поступило предложение о съемке видеоклипа для группы «Топоры» вместе с Иваном Демьяном из «7Б». Я c огромным удовольствием согласился. Тем более, съёмочный процесс проходил достаточно интересно. Песня была на военную тематику и в съемках учувствовала команда, которая снималась у Федора Бондарчука в «Сталинграде». Клип получился очень интересным. Несмотря на то, что проект был абсолютно некоммерческим, с бюджетом всего в 30 тысяч рублей, работа получилась настоящей и искренней. Монтаж «на коленке» тоже не смог внести своих отрицательных факторов. Еще одна работа – которая мне самому понравилась, это концертное видео для группы «П.Т.В.П», очень динамичное и живое. Да и самому Алексею Никонову, вокалисту «П.Т.В.П», видео тоже понравилось.
Весной 2017 года меня вновь посетила идея записать несколько акустических песен из репертуара Rockets parallels. Идея давно меня не покидала, еще со времен выпуска первого альбома. Мне было интересно, как наши песни зазвучат в новом ключе и с другими аранжировками. Я предложил своему брату Николаю поэкспериментировать и записать что-то в акустике. Мы приступили к записи. Вначале четкого концепта у нас не было, но чем больше мы работали в студии, тем ярче вырисовалась картина и тем четче мы видели, в каком ключе нам нужно двигаться дальше. Конечно, на целый альбом у нас материала не хватало, да мы и не хотели – записали всего шесть песен. Это были некоторые полностью переигранные, уже записанные песни с предыдущих релизов и несколько новых, которые мы иногда играли на концертах. Материал получился отличный, живой, на мой взгляд, это самая лучшая наша работа. Мини-альбом, ЕР Vector — искренний, настоящий. Я даже не хотел его выпускать и выкладывать в Сеть. Был уверен, что он вообще никому не понравится и не хотел никому его показывать. Я представлял, как люди бы его обсуждали, критиковали в большинстве случаев, поливали говном, ведь это так любят в нашей стране. Вообще если твое творчество постоянно не обливают грязью диванные «эксперты», то ты как художник и музыкант просто не достоин ничего. Даже несмотря на то, что такие «люди» никогда не купят твой альбом и билет на концерт, им проще своровать все из интернета. Почему в нашей стране именно так, для меня до сих пор остается загадкой.
Но переступая через свои внутренние преграды, мы все же решили выложить альбом в Сеть. Наши ожидания прямо противоположно оправдались – наш мини-альбом понравился очень многим. Несколько «пабликов» писали рецензии, от организаторов поступали предложения выступлений именно с этим материалом. Но нам было не интересно, эта запись для нас выше всего этого. Это настоящее откровение, если хотите. Это не какой-то пафосный бред, это, не побоюсь слова, лучший андеграудный релиз, который вышел в 2017 году в Санкт-Петербурге. Когда вокруг безвкусица, самокопирование и посредственность, наш ЕР – это как глоток свежего воздуха в маленькой, прокуренной годами комнате.
Несмотря на то, что весь 2017 год прошел без выступлений с группой Rockets parallels, так как она была заморожена, концерты и разные музыкальные события в моей жизни все равно присутствовали. Я смотрел на группы и думал, что ими движет, почему они не опускают руки и продолжают играть в маленьких клубах по будням для пятнадцати человек. Многие из них играют уже десяток лет, но дальше этого не смогли продвинуться. У них есть альбомы и клипы, некоторые ездят на гастроли, но почему они находятся на таком дне, мне непонятно. И тут дело не в музыке или в текстах, я говорю о разных жанрах и разных группах. Почему так, мне непонятно. С каждым годом мы катимся вниз, хотя и катиться-то уже некуда, мы с треском ударились о дно и находимся там.
Не знаю почему, но осенью 2017 года я решил дать себе еще один, на этот раз, последний шанс. Многое, переосмыслив, полностью поменяв свою точку зрения на нашу музыкальную действительность, я решил вновь собрать ребят. Коллеги по группе согласились. Несколько репетиций, запись нового сингла – и вот мы снова в строю. За этот год, что мы не выступали, ничего не изменилось. Интересно, а изменится ли вообще, и если да, то когда? Сколько времени должно пройти, мне неизвестно.

Глава 14. ЭПИЛОГ
Конечно, можно еще о многом рассуждать и писать, заниматься бумагомарательством и демагогией. Но зачем? Все, что я считал нужным, я изложил на этих страницах, можно было еще написать о разных веселых и нелепых случаях, которые случались с нами во время поездок и гастролей. Я мог бы написать про свои четыре сольных альбома, как я их записывал и экспериментировал и что в итоге они никому не нужны. Почему наш барабанщик Николай не ушёл в группу The Korea, когда его звали. Но это просто никому не нужно и не интересно. Я вообще писал эту книгу с очень большой долей скепсиса, да и сейчас оптимизма тоже не прибавилось. Очень интересно, кому моя книга понравится, и кто ее захочет прочитать, не говоря о том, чтобы ее кому-то посоветовать. Таких музыкантов, как я, сотни, если не сказать, тысячи, которые выпускают альбомы, гастролируют, но не каждый из них способен заставить себя написать книгу или проанализировать свои жизнь и творческий путь. Наверное, такое положение вещей их устраивает, и они не хотят ничего менять, а может быть, они слишком ленивы для этого.
В любом случае, те немногочисленные люди, которые это, возможно, прочитают до конца, будут иметь уже какое-то представление о том, как нелегко приходится независимым музыкантам. На этом все. Спасибо, что были со мной до конца.

0

Автор публикации

не в сети 5 месяцев

Yaroslav

0
Комментарии: 0Публикации: 2Регистрация: 24-05-2018

Регистрация!

Достижение получено 24.05.2018
Выдаётся за регистрацию на сайте www.littramplin.ru

Добавить комментарий

Войти с помощью: