ПО СЛЕДАМ ПРЕДКОВ (ИЗ ИСТОРИИ КАЗАХОВ)

0
196

Косаев Алихан Камович
ПО СЛЕДАМ ПРЕДКОВ
(ИЗ ИСТОРИИ КАЗАХОВ И ТАБЫНОВ)
АЛМАТЫ
2018
3
Посвящается моим внучкам
Акмарал Жанатовне
Саламат и Сание Жанатовне Умаровой,
чьи пытливые умы вдохновили меня написать
эту книгу.
УДК
ББК
О
О
ISBN
ISBN УДК
ББК
4 5
Предисловие
Казахи говорят: «Сирота тот муж, кто не знает семи своих
предков, сирота – народ, не знающий свою семивековую
историю». В основе этих слов лежат отзывчивость и уважение к
дедам и прадедам, родство и близость к своему народу и любовь
к Отчизне.
Одной из свойственной казахам особенностей является
также честность и доброта к друзьям, почтение по отношению
к родственникам, родне жены и сородичам матери. В эпоху
сегодняшней глобализации мы не растеряли эту ценность,
впитавшуюся в кровь каждого казаха, и вошедшую накрепко в
нашу традицию. Юноша, хорошо знающий казахские традиции,
может гордиться своими национальными особенностями и
активно придерживаться их перед другими нациями. Это,
конечно, национализм, но в хорошем смысле. Благодаря ему,
Казахстан, сбереженный силой и пиками наших предков,
отстоял свою независимость.
Для того, чтобы найти ответы на вопросы откуда и когда
произошла нация казахов, нужно знать историю тех родов и
племен, которые исторически проживали на территории его
современной государственности и сейчас составляют казахский
этнос. Мы можем сложить гуманное казахское гражданство и
нести, как поднятый флаг, общий национальный интерес только
тогда, когда знаем свое родословие.
В детском возрасте старики часто донимали меня вопросами:
кто ты, как зовут твоего отца, как зовут деда, с какого ты рода
и где проживали твои предки? В то время этому не придавали
большого значения, и я иногда возмущался почему, мол, они
пристают с такими вопросами. И не находил этому объяснений,
скорее по причине отсутствия в нашей семье людей из старших
родственников, знающих обычаи казахов.
Во времена Советского Союза знать историю далеких
предков родного народа было в категорической форме
запрещено, и я не старался, а как и все умело адаптировался к
обстоятельствам и условиям того времени.
Кто я, откуда я пришел, почему я здесь и куда я иду? Эти
фундаментальные вопросы не покидали мои мысли еще с детства.
Я задавал их бабушке и получал минимальные разъяснения и
краткие ответы на то, что она помнила из собственной жизни.
Уважение к памяти великих мужей и любопытство ко всему,
что их касается, благоприятствуют таким помыслам и передают
их отдаленным потомкам.
Интерес к своему прошлому возник у людей на самых
ранних этапах развития. У различных народов существует
много устных преданий об их далеком прошлом, о деяниях и
подвигах предков, о происхождении родов и племен. К глубокой
древности относятся и наблюдения за образом жизни близких
народов, попытки разобраться в том, откуда они появились,
заглянуть в их прошлое…
В этой книге приводятся исторические данные о нашей земле
с древних времен. Из источников мы знаем, что на территории
Казахстана жило множество людей и племен: найманы,
уйсуны, канглы, кипчаки, гунны и другие. Благодаря тому, что
великие торговые караванные пути шли через Казахстан, на его
просторах происходило непрерывное движение степных кочевых
народов. С другой стороны, оседлые элементы проникали в
Казахстан, строили города и укрепленные пункты на торговых
путях. Таким образом, смешение различных рас и племен в
Казахстане происходило еще в глубокой древности. Поэтому в
современном казахском языке мы имеем большое количество
ассимилированных и видоизмененных слов, заимствованных из
персидского, арабского, монгольского и других языков.
Движение тюрко-монголов в XIII веке под предводительством
Чингисхана сыграло большую роль в мировой истории. Тогда
через Казахстан хлынули массы кочевых племен и народов.
Эта эпоха (XIII–XIV вв.) является эпохой большого развития
Средней и Центральной Азии в докапиталистический период.
В результате тюрко-монгольских завоеваний усиливается
роль и значение оседлых областей и государств, возникших в
то время. Таковы государства Тимура в Средней Азии и Золотой
орды на Волге. Кочевники, оставшиеся в степях, обособились
от своих сородичей, завоевавших культурные области и
смешавшихся с оседлыми жителями. Они разбились на два
союза: ногайский и узбекский. В XV веке ногайцы под давлением
Московского царства уходят в Ставропольские степи. Почти
6 7
одновременно узбеки завоевывают Среднюю Азию – бассейны
Аму-Дарьи и Сыр-Дарьи.
Оставшиеся тюрко-монгольские роды и племена, замкнутые
в круг пустынь и полупустынь с севера, граничащие на западе с
Московским царством, на востоке – с Китаем и на юге – с вновь
образовавшимися узбекскими ханствами: Хивой, Бухарой и
Кокандом, окончательно обособляются под именем казахов.
Таково происхождение казахов. Мы находим у казахов
различные родовые и феодально-патриархальные пережитки,
оставшиеся от прошедших исторических эпох (деление на роды
с сохранением древних тюрко-монгольских названий, которые,
между прочим, встречаются у ногайцев, башкир, узбеков,
кипчаков, канглы, конрат, родовые обычаи и институты и т. д.).
«Мы – казахи сорока родов» ( «Қырық рулы қазақ») говорят они
про себя, а также: «Мы – казахи, проживающие в войлочных
жилищах под лозунгом «Алаш» («Киіз туырлықты, «Алаш»
ұранды қазақпыз»), или еще – «Наш кереге из дерева, наш
боевой клич «Алаш» («Керегеміз – ағаш, ұранымыз – «Алаш»).
В научной литературе распространение получило лишь
мнение историка Р. Г. Кузеева о тюркском происхождении
табынцев. Это связано с недостаточностью изучения этнических
связей отдельных родов и племен племенного объединения
табын с древними и средневековыми народами (динлины,
хунны, уйсуни, енисейские кыргызы, древние уйгуры и древние
тунгусо-маньчжурские племена: тоба, та-табы и кидани), из-за
чего проблема происхождения табынцев остается нерешенной
(тюркская, монгольская или угро-самодийская гипотезы). По
результатам исследования А. С. Сальманова особую роль в
происхождении и формировании племенного объединения
табын сыграло межэтническое взаимодействие между тунгусо-
маньчжурскими племенами и древними обитателями Саяно-
Алтайского нагорья. Последние, по лингвистическим данным,
были кетами и угро-самодийцами, а по китайским источникам
указанную территорию населяли динлины. Известные
этнические связи табынцев с древними уйгурами (теле),
уйсунями и кыргызами выводят этническую основу табынцев к
динлино-усуньской общности, сформировавшейся в догунский
период (I тыс. до н. э.).
Исходя из этого, мы задались целью в хронологическом
порядке изложить генеалогию племенного объединения «Табын»
(проблемы происхождения, формирования и этнической
истории).
Отдельной главой книги представлена наша семья, задача
которой – оставить сегодняшнему и будущему поколениям
знания о своих предках. Потому что, как гласит народная
мудрость: «Жеті атасын білмеген – жетесіздік («Незнание семи
поколений предков – бездуховность»), «Түбін білмеген түгін
білмейді» («Не знающий своих истоков – не знает ничего»).
8 9
РАЗДЕЛ I.
Историческое развитие Казахстана
от древности до современности
1. Легенды и предания древних времен
Легенды и предания древних времен представляют собой
мощную основу тюрко-монгольской картины мира в прошлом,
составляющую ее духовную мощь. Но эти генеологические
мифы, ставшие мировоззрением и средством регуляции
поведения в семье и обществе, в истории казахского народа
советского периода были запрещены. На шежіре, легенды и
предания был наложен запрет. Были уничтожены ценнейшие
документы, записанные еще на коже животных, закопаны,
сожжены, разорваны… Но в народной памяти сохранилась
устно передаваемая информация, которую известному ученому,
этнографу и литератору Мухамеду Халел Сулейманову
пришлось собирать буквально по крупицам, сравнивая ее с
письменными и устными источниками других народов. В своей
книге он впервые представил историко-философское учение
Майкы-бия, как идейную основу «чингизизма», а самого
Майкы-бия – главным идеологом этой доктрины, фрагментом
которой явилась концепция «Алаш». Благодаря Мухамеду
Халел Сулейманову русскоязычная аудитория получила
доступ к поэзии выдающегося казахского ученого-филолога и
политического деятеля Ахмета Байтурсынова, ознакомилась
с философией и мировоззрением великого «алаш-ордынца»,
погибшего в застенках НКВД в 1937 году. Вот строки перевода
стихов Ахмета Байтурсынова, характеризующие казахский
народ в 30-е годы:
Мы были белыми гусями,
Едиными и равными в строю,
Парили вольными над чистыми лугами,
Ныряли в родниковую струю.
Невесть откуда взявшийся пожар,
Огнем всю нашу доблесть, честь слизал,
Лишь у немногих тлеет сердца жар,
У большинства пожар его сожрал…
Сегодня много бьющих в грудь себя,
Свою предусмотрительность хваля,
Умишка лишь на то хватает им,
Чтобы хватать себе в ущерб другим.
Сегодня стало много болтовни,
Делячества, снобизма напоказ,
Но деловитость, только пальцем ткни,
Как пыль с кошмы, слетит бесследно враз.
Богатых также много развелось,
Но толк от них – напиться горьких сл ез,
А больше всех – любителей поспать,
Носителей пустых мечтаний, грёз…
Увы, нет больше ценностей у нас,
Богатым нужен скот,
Ученым – власть,
И мало уж кому – народ.
Каждый народ, подобно отдельному человеку, имеет череду
предков. Их корни так далеко уходят вглубь тысячелетий, что
проследить их до начала практически невозможно. Особенно
сложно отследить историю бесписьменных народов, к которым
на протяжении значительной части своего существования
относятся кочевники, не оставившие письменных
свидетельств своего прошлого. Их не могут заменить никакие
другие источники: ни археологические (от материальной
культуры древних кочевников мало что дошло до нас), ни
палеоантропологические (антропология – наука, изучающая
типы ископаемых людей), ни отрывочные, часто искаженные или
плохо поддающиеся расшифровке сведения, зафиксированные
соседями кочевников, имевшими письменную традицию. Так
что история древних народов Турана, предков казахов, носит
в чем-то полулегендарный, т. е. не подлежащий проверке на
истинность, характер. И тем не менее, трудами нескольких
10 11
поколений исследователей многие ее страницы расшифрованы
и могут, правда с разной степенью достоверности, поведать
нам о ранних этапах жизни насельников Великой степи, в
частности, о той ее части, которая в средние века прозывалась
«Дешт-и-Кыпчак», т. е. страною кыпчаков, а сегодня известна
как Республика Казахстан.
У каждого народа есть легендарная история и
«предфилософия»: у индусов – «Ригведа», у иранцев – «Авеста»,
у евреев – «Ветхий завет» и т. д. У тюркских народов Турана
таковыми является древнее учение «Жасау ізі» («Яссы», «Тропа
существования») хранителем и ретранслятором которого был
соратник Чингизхана и Джучи-хана по имени Майкы-бий. Он
по праву считается основателем казахской классической школы
биев.
На протяжении восьми веков, вплоть до начала 30-х годов
ХХ века, это учение передавалось из уст в уста и потому со
временем теряло многие фрагменты. В устных народных
преданиях излагались устоявшиеся традиционные учения
духовно-философского, исторического, психологического,
самоидентификационного характера. В них находило яркое
выражение то, что называется «душой казахского народа» и
«казахским менталитетом».
Судьба древнего учения, приписываемая народной
памятью чингизхановскому нояну, легендарному Майкы-
бию, его правнуку Байдибек-бию, Жалантос-бию, Толе-бию,
Айтеке-бию, Жазы-бию и другим мудрецам, была столь же
драматичной, как и судьба ее носителей: казахов, башкир, татар,
ногайцев, каракалпаков и десятков других туранских народов,
где институт хранителей традиций и знаний – аксакалов и
биев – был уничтожен в период царского колониализма и
сталинских репрессий. Но есть еще одно обстоятельство,
сыгравшее свою роль в идейном третировании учения «Яссы»,
основанного на тенгрианстве, это – процесс исламизации,
бурно начавшийся при золотоордынском хане Узбеке. Именно
тогда был проложен этнокультурный барьер между туранскими
народами Монгольской империи, ставший впоследствии
непреодолимым, и идеологически отделивший казахов от
узбеков, с одной стороны, казахов от казаков – с другой стороны,
казахов от ойрат-калмаков – с третьей. Особенно раздражало
ортодоксальных богословов почитание степняками: ногайцами,
башкирами, казахами, кыргызами, каракалпаками – Великой
праматери «Ал Бір-ана» вместо пророка Нуха. Непримиримость
этих догматиков настраивала правителей против суфийских
шейхов, поддерживающих степняков, ибо суфийские легенды
удивительным образом совпадали с древнейшими философскими
учениями, собранными в своде «Яссы».
1.1.Эпоха формирования человека
В «Яссы» началом начал считается возникновение понятия
«кісі» (человек) и в первом ее предании говориться, «Бәріміз –
Бір ананың балаларымыз, бәріміз бір іннен шықтық». Имея в
виду вопрос о происхождении туранских народов, это означало:
«Все мы – дети Первой матери («Бір ана») и наши предки
являются выходцами из ущелья «Бір ін», то есть все люди родом
из матриархата. На Алтае есть Беренское ущелье. «Бір ана» –
образ первой матери, или «праматери», возглавлявшей племя,
обитавшее в Беренском ущелье. Еще ее называли «Ал-Бір-ана».
В «Яссы» говорится: «Әжеміз біздің Бір-ана, атамыз Көк-
бөрі». Это означает: «Праматерь наша – Первая мать, а отец
наш – небесный волк-вожак». В образном языке биев «бөрі»
означает не просто волк, а «матерый волчище» или «волчий
вожак». В этом древнем изречении под понятием «волк-вожак»,
подразумевается охотник-лидер, подобный волку по своей
выучке, сноровке, стремительности, выносливости, чутью,
зоркости и решительности.
Что касается понятия «небесный волк», то под ним
подразумевается «человек-охотник», отличающийся от хищных
зверей тем, что ориентируется в пространстве по звездам также,
как обычные волки – по следам на земле.
Известны предания только про праматерь «Бір ана». Она
родила и воспитала троих сыновей с именами «Қ», или «Қ-бір»
(Кибирь), «Іс», или «Іс-бір» (Сибирь), «І» или «І-бір» (Ибирь),
от которых пошел человеческий род «Қ-Іс-І» или просто «кісі».
«Бір» – означает «первый», «қ» – «делай», «іс» – дело, «і» –
«объединяй словом и делом». Вместе три имени образовали
слово «кісі» (у некоторых тюркских племен оно звучало как
12 13
«киши» или «кичи»). С тех пор, по преданию, слово «кісі»
означает «человек». После принятия ислама казахи стали
называть человека «адам». Вместе с тем прежнее название
«кісі» сохранилось и имеет столь же расхожее употребление,
как и название «адам». Предание объясняет прибавление
«бір» к именам тем, что по древнеалтайским матриархальным
традициям полное имя человека произносилось с добавлением
имени матери к его собственному имени. При этом вначале
произносилось собственное имя, а затем – имя матери. Поэтому,
как гласит предание, троих сыновей праматери «Бір ана» звали
«Қ-Бір», «Іс-Бір» и «І-Бір». «Ал-Бір ана» заявила, что на ней
кончается эпоха матриархата, после чего стали прибавлять к
имени сыновей уже не имя матери, а отчество, причем впереди
имени.
В «Яссы» также говорилось: «Кісінің түбі кісі, кісі өз
қылған ісі». Не зная древнего образно-символического языка
биев, невозможно понять этот императив, который означает,
что человек «кісі» стал человеком только лишь тогда, «когда
научился делать дело», что в древнетюркском звучало также
как «қы-іс», а в современном казахском «қыл-іс»: растить злаки,
одомашнивать дикие растения, приручать диких животных,
разводить и пасти коней, коров, овец, верблюдов, изготовлять
оружие, инструменты, посуду, шить одежду и производить
множество других жизненно важных предметов. Таким образом,
понятие «кісі», «человек», означает суть «делающий дело», что
в принципе отличает человека от «двуногого хищника».
Великая праматерь также объявила, что понятие «кісі»
не совместимо с каннибализмом. До праматери «Бір ана» не
было человеческого общества. Были вечно враждующие между
собой стаи «екі аяқты қасқырлар» «двуногих волков». Они
не знали, что такое единство, не знали общего языка. Каждая
стая («үйір») признавала собственного вожака и считала за
непримиримого врага другую стаю. Убить представителя
другой стаи считалось необходимостью, продиктованной целью
собственного выживания. Выживание вне родной стаи было
невозможным. Хищник-одиночка часто становился жертвой
других хищников. Внутри стаи сохранялись только те порядки,
которые были продиктованы вожаком. Всякое непослушание
жестоко каралось. Дисциплинированность была основана не
на сознании и воспитании, а на инстинкте самосохранения и
подчинения. Вожак был примером во всём. В случае бескормицы
и угрозы гибели всей стаи, он жертвовал собственными детьми:
перерезал им горло («бауыздайтын») и вскармливал мясом
жертвы тех представителей стаи, которые были способны
выжить и продолжить род.
Территория играла первостепенную роль. Чем больше была
территория, тем больше дичи для охотников, больше вероятность
выживания общины. С целью расширения территории стаи
постоянно враждовали друг с другом. Но пришло время, когда
три могущественных племени выделились среди окружающих
племен и стали полновластными хозяевами трех территорий,
которые назывались «Күн жер» («Дневная земля»), «Түн жер»
(«Ночная земля», или «Земля полярных ночей») и «Тайғы жер»
(«Охотничья земля»).
Ни одно из этих трех племен не претендовало на территорию
друг друга. Каждое занималось своим делом на территории, ему
принадлежащей. У них был общий враг – масса диких хищных
общин, привыкших убивать и поедать представителей других
родов. Таких «диких стай» было много, но они находились в
вечной вражде друг с другом, а чтобы разбить их и изгнать
требовалась объединённая сила.
Все три племени нуждались в союзе друг с другом.
Требовался вожак, способный объединить три племени. Таким
вожаком выступила «Бір ана», поэтому ее титуловали как
«Бөрі ана» – «мать-волчица, вожак стаи». Она провозгласила
«Бірлік бар жерде, тірлік бар» («Где есть единство, там
есть выживание»). Кроме того, она говорила сыновьям: «Іс
бірліктіреді» («Дело объединяет»), «Отбасының ізгі ошақтың
үш тірегіндей болыңдар» («Будьте подобно трем опорам
священного треножника семейного очага»).
Первым общим делом трех племен считалось искоренение
каннибализма. Каннибалы безжалостно уничтожались и роды
«қанқұмар» (кровопийц), принуждены были навсегда покинуть
территорию трех племен. «Бір ана» запретила приносить в
жертву человека. Стали жертвовать животными: собственной
скотиной или дичью, убитой во время охоты. Благодаря
14 15
введению этого обычая, к племени «Бір ана» присоединились
все соседние родовые общины, в которых правили женщины.
Ни одна мать не желала приносить в жертву своего ребенка, и
поэтому идея создания могучего союза племен под руководством
сыновей праматери «Ал Бір Ана»: Кибиря, Сибиря и Ибиря –
нашла горячую поддержку женщин, которые были лидерами в
родовых общинах.
1.2. Союз трех племен
В результате был создан союз трех племен с названиями
Кибирь, Сибирь, Ибирь. Путем испытания и отбора сделались
вождями племен три ее сына, что явилось началом мужской
власти в обществе – патриархата. Каждый из них обязался нести
ответственность за судьбу своего племени и, вместе с тем, союза
трех племен. Они женились на женщинах-вождях, и с той поры
пошла традиция различать царский род мужской «солнечный»
и женский «лунный», поскольку правление этих трех новых
вождей-мужчин олицетворяло восход солнца после долгой
ночи. С тех пор бытует поговорка: «Жамбыр жауса жер көгереді,
ер туса – ел көгереді» («Когда идет дождь, то расцветает земля,
когда родится «ер», достойный муж, вождь, то процветает
народ»). А особо отличившихся предводителей стали с той поры
имновать «Таң» т. е. «рассвет», «восход солнца».
В предании говорится, что от имени Ибиря в произношении
«абыр», «абар» произошло слово «абырой» в значении «честь
и слава лучшего охотника», позже означавшего «престиж»,
«авторитет», «репутация». Говорится, что ибири-абары, приняв
имя «Таң» (восход) ушли на восход солнца. По Майкы-бию,
страна «Таңқұт» (Тангут), которую покорил Чингизхан, была
основана этими потомками Ибиря, принявшими народное имя
Тан. Поэтому они были обязаны подчиниться Чингизхану, как
потомку более древнего рода Кибирь.
Без коней не было бы ни ариев, ни скифов, ни гунов, ни
тюрков, ни монгол. «Яссы» подразумевает именно это общество
всадников-коневодов. В «Яссы» утверждается, что именно под
руководством «Бір ана» женщины привлекли кормом и лаской
кобылиц, помогали им жеребиться, а затем растили жеребят
вместе со своими детьми. Когда жеребята подрастали, то матери
сажали на них детей и постепенно приучали их быть всадниками.
Первой научилась доить кобыл «Бір ана» и обучила этому
мастерству всех женщин подвластного ей племени. Именно
она изготовила первую уздечку, первую попону, первый хомут.
Именно женщины обучили своих сыновей разным ремеслам.
Именно матери обучили детей общению на деловой основе,
достижению единства на базе общего дела. Земледелие и
садоводство также осваивали женщины.
Интересна легенда про «запретный плод» – «алма», что в
тюркских языках означает «яблоко», но буквально переводится
«не бери», или то же самое – «брать нельзя». Это предание почти
полностью совпадает с библейской легендой об изгнании Адам
и Евы из рая, только вместо абстрактного «плода добра и зла»
конкретно говорится о яблоке – «алма».
После изгнания людоедов «қанқұмар» племя кибирь заняло
территорию Южной Сибири, и эта территория была названа
Кибирь. Племя сибирь занимало территорию центральной
Сибири, и эту территорию назвали Сибирь. Племя же ибирь
занимало территорию северной Сибири, и она была названа
Ибирь. Эти же территории, как уже говорилось, имели и другие
названия – «күн жер», «түн жер» и «тайғы жер». Позже на
русском языке «тайғы жер» стали называть тайга, «түн жер»
– это тундра, а «күн жер» – степная зона Сибири и Дальнего
Востока.
Эти три племени называли также «күн құс» («дневные
птицы»), «түн құс» («ночные птицы», или «птицы Заполярья»)
и «қы-тай» («делай новое богатство»). «Дневные птицы» – это
степное кочевое племя. «Ночные птицы» – северные кочевники-
оленеводы.
Коневоды в Южной Сибири говорили: «Ат кісінің қанаты»
(«Конь – крылья человека»). На коне они чувствовали себя
«птицами, летящими над землей». Напротив, оленеводы
Заполярья считали, что именно олени придают крылья человеку.
Они тоже считали себя «птицами, летящими над землей».
В русском языке понятие «түн құс» получило прописку как
«тунгус», а древние китайцы, произнося слово «хунхуз»
вместо «күн құс», придали этому понятию смысл аналогичный
русскому образу «казаки-разбойники». Еще они себя называли
16 17
«ақ құс», «белые птицы», «гуси-лебеди». Коневоды после
войны с «двуногими волками» в качестве тотема выбрали птиц,
отказавшись от волчьего тотема.
Племя же «қы-тай» стало известно в истории под
названиями «қытай» или «кидань». Они сохранили память о
праотце, «небесном волке» – «Көк бөрі». Первоначально это
было охотничье племя. В отличие от скотоводов охотники
не имели наследственного богатства «құн» в виде конских и
оленьих табунов, стад крупнорогатого скота и овечьих отар. Их
богатством всегда было «новое богатство» в виде охотничьей
или военной добычи. Новое богатство называлось «тай». «Қы»
в древнем языке означало «делать» в самом широком смысле
этого слова. Отсюда «қытай» – «делай новое богатство». «Тайғы»
– «край нового богатства» или, иносказательно, «охотничий
край». Свою территорию они называли «тайғы», поскольку в
древние времена тайга была действительно богата дичью.
Коневоды же обобщенно именовали себя «ақ құс», или
«қу» (и то, и другое означает «лебедь»), ассоциируя себя со
стаей вольных перелетных птиц, приземляющихся на чистых,
заповедных лугах и озерах. От них пошел народ «қу» (во
множественном числе «кун», китайцы произносили «хунну»,
гунну) – племена всадников, коневодов. Тюрки-кипчаки,
булгары, монголы прекрасно помнили свое происхождение от
древнего народа «қу» и неспроста их предки дали титул «Ақ
құс» («Белый, праведный лебедь», «Огуз») шаньюю Модэ.
«Ал Бір Ана» призывала очень бережно относиться к
природе. Она требовала: «Жерде бір қылшық жатпау керек»
(«Ни один волос не должен засорять землю»). Когда в первые
годы своего каганства Чингисхан побывал для поклонения
духам первых предков в Беренском ущелье на Алтае, то по
возвращении домой он немедленно приказал, чтобы нигде не
смели совершать святотатство, как загрязнение природы.
Поклонялись духам по традиции заложенной «Ал Бір Ана»,
завязывая на ветвях деревьев разноцветные лоскутки ткани.
Когда праматерь «Бір» состарилась, ее стали «Кем Бір» (Кемпір).
Поэтому Майкы-бий для обозначения понятия «радуга»
использовал не традиционное тюркское «алаш», а более образное
«кем-бір-қосақ», которое в казахском языке звучит сейчас как
«кемпірқосақ». Радуге, как природному явлению, тем самым
придавался глубокий сакральный смысл: «Пожилая праматерь»
связывает цветные лоскутки и, тем самым, благословляет
нас». Поскольку стадо домашних животных тоже именуется
«қосақ», а животноводству, по преданию, обучила людей «Бір
ана», то это образное выражение можно расшифровать так:
«Праматерь» нас благославляет, чтобы стада были тучными».
Радуга воспринималась как доброе знамение, благословление
праматери к росту благосостояния. Дочерей и внучек своих «Ал
Бір Ана» учила находить целебные травы и коренья, искусству
врачевания, поэтому лечебные травы Майкы-бий назвал «кем-
бір-шөп», что в современном казахском языке звучит как
«кемпіршөп».
Праматерь говорила «Бога» мы называем «Тәңір».
Единственный Бог – это «Тәңірі». Она требовала «Признавайте
всемогущество «Тәңірі» и молитесь ему». Предупреждала, что
если кто-то говорит: «Тәңірі сақтай көр» («Боже храни меня»),
то должен помнить, что «сақтансаң Тәңірі сақтар» («Бог хранит
того, кто сам к себе бережно относится», или «береженного Бог
бережет»).
Бога именовали также «Көк Тәңірі», т. е. «Создатель и
Верховный правитель Вселенной». «Көк» – это небеса, синева,
космос, Вселенная. «Көк» не имеет границ, это – «верхний мир».
Божья обитель, синева без конца и края, и в этой бесконечности
мать-земля, «Ұмай», земная природа, является песчинкой,
судьба которой – «данность свыше», и подчиняется верховной
воле Тенгри. Все, что происходит на земле, зависит не только от
людей, но прежде всего от Тенгри.
«Тәңір» познать невозможно, но его присутствие всегда и
во всем ощутимо. Необходимо преклоняться перед Матерью-
природой – «Ұмай» и ее творениями. «Ұмай» говорит точно так
же, как «Тәңір», который представлен во Вселенной в одном
единственном числе.
Если «Ұмай» – женское, материнское, земное начало в
созидательном процессе, то «Тәңір» – мужское, отцовское,
небесное. Небо дождем оплодотворяет землю и дает жизнь
всему сущему. Что касается земной природы «Ұмай», то это одна
из бесконечного множества граней созидательной деятельности
18 19
«Тәңір».
Не составляет исключения и «құт» («благо»). Его приносят
деяния выдающихся личностей («ер»), которые действуют не
только руководствуясь знанием («білгірлік»), но и по наитию
(«сезім»), а также следуя высоким порывам души («күй»),
предугадывая тем самым верховную волю Тенгри.
«Қүт» – это благая ипостась Тенгри, поэтому Тенгри – это
«Құдай», что означает «Повелевающий благом», «Распределитель
блага». «Таң» – это рассвет, свет, утренняя заря, восход Солнца.
«Тән» – это тело, материя. «Тән» – взаимное превращение
«таң» в «тән» и наоборот, т. е. взаимный переход энергии в
материю и материю в энергию. «Тәңір» – причинная сущность
созидательных и разрушительных процессов взаимодействия
энергии и материи. «Тәңір» – это не телесное, не материальное
явление, это невидимая, всепроникающая, вездесущая,
всеведущая и все предопределяющая энергетическая сила,
вселенский программатор.
Примерно так можно описать чувственно-эмоциональное
восприятие Тенгри в древне-алтайском обществе. Характеристика
«Көк Тәңірі», как всеобщей универсальной творящей сущности,
показывает, что знатоки и истинные последователи учения
«Яссы» могли принять одну-единственную религию, а именно
ислам, поскольку в этой религии Аллах также ассоциируется с
неведомой, непознаваемой созидательной энергетической силой,
в отличие от других монотеистических религий, допускающих
антропоморфизм.
Истинные тенгрианцы – степняки – никогда не согласились
бы с версией о человекоподобии Бога, в отличие от «лесных
народов», склонных к идолопоклонству. Не случайно многие
проказахские племена исповедовали христианство именно
несторианского толка, не допускающее изображения Бога в
человеческом обличье. Не случайно казахи, принявшие, при
Узбек-хане ислам, называют Бога не просто «Аллаh», а говорят
о нем «Аллаh-Тәңірі», подразумевая, что для них понятие
«Аллаh» совпадает с понятием «Тәңір».
Праматерь «Бір ана» завещала, чтобы все ее потомки,
начиная от внуков, вели свою родословную по мужской линиии.
Это закономерно: признание приоритета Тенгри перед Умой
означало признание доминирования мужчины, отца, патриарха.
Полные их имена должны были произносить с упоминанием
имени отца прежде произношения собственного имени.
Прежнюю матриархальную традицию упоминать имя матери
после собственного имени «Бір ана» отменила.
Это было воспринято в качестве одного из символических
знаков начала периода патриархата. Другой завет праматери
«Бір ана» имел уже не символический смысл, а вполне
прагматическое назначение: руководимый ею союз племен
она разделила на три части, всю власть и богатство в каждом
племени передала каждому из трех сыновей.
1.3. Родовые общины
Назначение вождей и наследственная передача власти
находятся в явном противоречии с версией о конкурентных
выборах трех вождей. При этом Праматерь постановила, что
с момента ее ухода из жизни, за власть и богатство в каждом
племени должны будут отвечать достойные мужчины – родовые
старшины (ру-ақсақал) и племенные старшины (ұт-ақсақал), –
«Ақ сақал», дословно – «белая борода». Позже, с принятием
ислама, древнее слово «ұт» – «огонь», «домашний очаг»,
«семья», «род», «племя», «община» – заменилось на арабское
«тайпа», появилось слово «тайпа-ақсақал».
Вообще, следует отметить, что со временем забылось
и глубокое значение категории «ұт»: оно превратилось в
формальную частицу, окончание множественного числа либо
аффикс принадлежности к какому-либо роду. Так же отметим,
что аксакалами до сих пор именуются те мужчины, пусть и
вовсе безбородые, которые отличаются приверженностью делу
«ақтық», т. е. делу праведности и справедливости. Главным
качеством аксакала должно было быть обладание не «белой
боролой», а чувством справедливости вкупе с большим умом. Сам
Майкы-би, к примеру, уже в 15 лет был признан «аксакалом». С
другой стороны, безбородый старец, не имеющий врожденного
чувства справедливости и природного ума, до самой смерти
будет «шал» т. е. просто «старик.
По заветам Великой праматери каждый отец и каждая мать
семейства обязаны были растить и воспитывать достойных детей
20 21
так, чтобы следующее поколение было лучше предыдущего, и
его представители лучшим образом соответствовали званию
«кісі» (человек). Отцы обязаны были заботиться о том, чтобы
старшие сыновья имели «құн» («наследственное богатство»)
в виде скота, а младшие наследовали родовую общинную
территорию «жер-су» и создавали на ней новое богатство –
«тай».
В случаях, когда из-за переизбытка скота не хватало
пастбищ, старшие сыновья обязаны были откочевать в поисках
новой территории с богатыми пастбищами. С тех пор все
правители, старшины и вожди племен, своих старших сыновей
наделяли людьми, имуществом, скотом и отделяли, а отчий дом,
землю и угодья наследовал младший. Это императив звучит так:
«Қара шаңырақ ұстайтын – кенжесі» (младший сын является
хранителем «қара – шаңырака», т. е. отчего края). Закон этот
называется «тарау» (дословно – «разъединиться», «разъехаться»,
«разойтись», «отмежеваться»).
«Ал-Бір ана» усыновила троих внуков – детей Кибиря,
Сибиря и Ибиря – в качестве «қара шаңырақ ұстайтын –
кенжесі», т. е. хранителей семейного очага, қара – шаңырака
и жер-су. Старшего назвали в честь бабушки «Кем-бір»
(«Қамбар», «Кемпір»), среднего – «Шопан» (Чабан), младшего
– «Байсал» («Ойсыл», «Ойбас»). Камбару было завещено
заниматься коневодством, Шопану – овцеводством, Байсалу
– верблюдоводством. Отсюда, по словам Жазы-бия, берут
древнейшие истоки трех казахских жузов, разграниченных
Толе-бием, Казык-бием и Айтеке-бием.
С возникновением целого ряда новых родовых общин,
созданных поколениями внуков и правнуков, племена Кибирь,
Сибирь и Ибирь откочевали далеко от сибирской земли.
Племя Кибирь, согласно преданию, откочевало на юго-восток,
племя Сибирь – на север и запад, а Ибирь – в юго-западном
направлении. На исторической арене остались «младшие».
По мере занятия территории племена дали новые названия
этим местностям. Так, Кибирь своего старшего сына назвал
«Колым». Сейчас эта местность называется Колыма. Второго
сына он назвал «Көмір». «Көмір» первым использовал каменный
уголь в качестве топлива, поэтому уголь называется «көмір» в
честь того, кто первым обнаружил его горючесть, а местность,
где добывали первый уголь, сейчас называется «Кемерово».
Третьего сына Кибиря звали «Ал-тай», слово «Алтай» в
переводе на русский язык означает «пылающее богатство».
В древнем праязыке «ал» означало пламя, жар, энергию, как
таковую, в современном казахском языке – «алау». Его имя
носит Алтайские горы. О происхождении этого имени говорит
следующее предание.
Десятки лет стояла жара, когда «земля горела под ногами».
Это время в преданиях именуется «жер күйген мезгід». Алтай
сумел вывести свое племя из горящих лесов и расселил его на
достаточно прохладных склонах гор. Там соплеменники сделали
многочисленные пещеры (ін) в горах и хорошо обустроились. С
тех пор легендарный предводитель Алтай остался в народных
преданиях как «Ін» или «Арғы Ін» («Древний Инь»). Он
считается как Ин Первый и Аргын Первый, поскольку после
него был еще десяток вождей с именами Инь и Аргын. Следует
учитывать, что в родословной центрально-азиатских кочевников
было несколько личностей, носивших имя «Аргын». Как и
руководителей племен с именами «Үйсін», Аргынов было не
менее десяти…
Соплеменники и потомки изображали Алтая – Иня в
виде змея. Об этом говорится следующее: когда Алтай вывел
свой народ из горящего ада и начал копать землянки, то
возмутились живущие под землей, в «нижнем мире», змеи.
Алтай, унаследовавший ум и дипломатичность праматери «Бір
Ана», как вождь, первым спустился под землю и преподнес
змеиному царю парное молоко свежего надоя, при этом говоря
ласковые почтительные слова. Тому так понравилось угощение
и вежливо-обходительное поведение гостя, что он распорядился
змеям больше не трогать людей и уползать из своих нор, когда
там копают люди. С тех пор бытует поговорка: «Жылы сөзбен
жыланды да іннен шығарады», т. е. «Добрым, ласковым словом
и змею можно заставить покинуть свою нору».
Кроме того, змеиный хан подарил Алтаю самородок, которых
под землей оказалось великое множество. Алтай научил людей
делать из золота различные красивые украшения. Поэтому с тех
пор золото называется в его честь «алтын», что означает «алтай-
22 23
ін». Змеи покинули это место и люди могли беспрепятственно
строить жилища и откапывать золото. С тех пор на знамени всех
потомков Арғы (древнего) Иня – золотой змей.
Многие века спустя, покинув Алтай и придя в древний
Китай, иньцы изгнали туземных правителей и основали
империю Цинь (золото), правящей династией были Инь, а их
родовым гербом был змей-дракон. По преданию, до их прихода
туземцы не знали, что такое золото, отсюда «золотое» название
государства. Династия Инь, как сейчас установлено учеными,
пришла к власти в XVIII веке до нашей эры.
Сыном Иня был «Ди» («Деятельный», «Творческий»),
который почитался как один из пророков тенгрианской религии
и праотец ряда племен. Вот что о нем говорит легенда: в горах в
ту пору жило племя, которое западные соседи именовали «дәу»,
а восточные – «алп». И то, и другое означает «великан». От
слова «алп» произошло «албасты». «Албасты» сейчас у казахов
несет крайне негативный смысл, означая неприятного человека,
а также «ведьму-оборотня» и дикую женщину с грудью до колен,
перебрасываемую за спину, которая ворует молоко и всячески
пакостит людям. Однако так было не всегда: в древние времена
люди весьма почитали дэвов-албов. Именно дэвы-алпы научили
людей добывать огонь высеканием искр из кремня. Люди раньше
были очень зависимы от огня, добывали его на кострищах от
ударов молний или у других племен обменивали на женщин
своего племени. Поэтому, по преданию, женщины тщательно
следили за огнем, чтобы он не погас, поддерживая его даже при
дальних переходах в специальных глиняных горшках – им не
хотелось быть предметом торга …
Когда огонь угасал и не было возможности его раздобыть до
зимы, то это приводило к гибели всей общины. Так, например,
случилось в эпоху «Аяз-би» («Аяз би мезгілі»). Говориться, что
суд Аяз-бия был так суров, что все қара (можно трактовать и как
«неправедные», и как «темнокожие») погибли, а выжили только
«ақ» («праведные» либо «светлокожие»). Под «аяз-би мегілі»
имеется в виду не время правления какого-либо человека, а
образное выражение периода лютых морозов: «Время, когда от
мороза застыли звезды и настала долгая ночь». Но в образно-
символическом языке природное явление представляется в виде
человека, как у поэта Н. Некрасова: «Мороз-воевода дозором
обходит владения свои».
Это было страшное время, когда выжить удалось лишь
немногим, и только благодаря дэвам. По описанию дэвы были
«сары дэу» и «қазанбас», т. е. были рыжими, огромного роста
и с большой, круглой, как казан, головой. Они отличались,
с одной стороны, храбростью, прямотой, простодушием,
отзывчивостью, а с другой, неуправляемой вспылчивостью и
буйным нравом.
Дэвы жили в «жерұйық», т. е. в «райском месте», где мороз
был не так силен, снег не глубок и водилось множество разной
живности. По преданию Инь охотился в горах и встретил
там женщину-дэва с изумрудно-зелеными глазами, которая
расчесывала длинные густые волосы, сидя на камне. Инь
соблазнился ее золотыми косами («алтын шаш»), стал бороться
с ней и, несмотря на то, что она была намного крупнее и сильнее
его, каким-то образом сумел хитростью завладеть ею, после
чего она забеременела и родила богатыря.
Мальчика назвали «Дәу» в честь племени матери. Когда
он подрос, то овладел всеми секретами горцев-дэвов, а также
ввел несколько собственных изобретений, за что получил
новое имя «Ді». Говоря современным языком, имя Ди можно
перевести как «креативный». Так, например, ему приписывается
изобретение лука, стрел и легкого переносного жилища
«абылайша», от которого произошла юрта. Говорят, также,
что он усовершенствовал землянку, изобретенную его отцом и
придумал шаңырак. Ему же приписывают изобретение кобыза.
Он научился гнуть деревья, делая из них луки для стрельбы
и уыки для походных шатров, за что получил второй титул
«қыбшақ» («Қыпшақ», кыпчак). Он научился у своих «нағашы»
(родня по материнской линии) дэвов-алпов приручать барсов
и гепардов для охоты, делать хитроумные ловушки (следует
заметить, что когда-то гепарды во множестве водились в
евразийских степях).
Дэвы, в отличие от людей, не любили собак, а вместо них
для охоты на горных баранов («арқар») и козлов («таутеке»)
использовали снежных барсов. У них с барсами даже глаза были
похожи – как холодные серые льдинки. Поэтому Ди получил
24 25
третье имя «Қарлық» («Снежный»). Поэтому его народ помимо
«самоназвания» «ді» именовался соседями – «қарлық», или
просто «қар ел» («снежные люди»).
Иначе говорится в версии историка С. Имбергенова: по
ней у Ди первым родилась двойня, два сына. Старший изобрел
лук, стрелы, шаңырақ и колесо, за что его прозвали «кыпчак».
Младший построил телегу (повозку), за что его прозвали
«қаңғлы». Вскоре все люди племени Ди породнились с алпами-
дэвами и все «сары» (светловолосые и белокожие) – их потомки.
По изложению исследователя Масгута Шайкемелева, Ди
научился у дэвов высекать огонь из кремня, за что получил
еще одно прозвание «Бірінші Шақшақ» (Шакшак Первый).
После него было еще несколько личностей, называемых в его
честь. Отсюда, дескать, берет начало доминирующее положение
шакшаков, не только среди аргынов, но и во всем Среднем жузе.
В честь него же река на Алтае называется «Шақшақ».
Но главное чему научили дэвы выживших людей – это
уважению стариков, не убивать их и не бросать на произвол
судьбы. Об этом в учении Майкы-бия говорится так: в эпоху
Аяз-бия скот гиб от бескормицы, еды стало мало и люди стали
убивать немощных стариков, либо просто выносить их на мороз,
где они, брошенные, умирали. Когда Алтай-Инь состарился и
пришел его черед, то он попросил сына не убивать его, а отнести
к сватьям-дэвам. Те приняли его со всем гостеприимством,
а поскольку он знал множество интересных, поучительных
вещей, то научил им дэвов: как приручать и разводить горных
баранов и коз. Он также рассказал алпам в каком отчаянном
положении находится его народ. Тогда те, в свою очередь,
научили его секретам, как находить и выкапывать из-под снега
съедобные и питательные корни и клубни. Инь, вернувшись,
научил этому соплеменников, чем спас свою общину от
голодной смерти. После этого пристыженные люди перестали
умерщвлять стариков и стали уважать их мудрость. С тех пор,
говорят, и появилась поговорка: «Күйеу жүз жылдық, құда –
мың жылдық» («Если зять – на сто лет, то сватовские отношения
между кланами – на тысячу лет»).
Аналогичное предание о происхождении от брака охотника
и женщины-албасты (алмасты) имеется у алтайского племени
«алмат» («албат»), когда-то входивших в кереитский племенной
союз. Интересно то что родовая тамга алматов – свастика,
называется «кас». Говорят, что алтайские алматы и казахские
албаны – одно племя.
Примечательно также то, что среди тюрко-монгольских
племен искусством находить зимой съедобные корни отличались
коныраты, и именно знание этого искусства спасало семью
Темучина зимой, когда их покинули все родичи. Этот факт, а
также рыжая борода служили свидетельством происхождения
Темучина от великих пращуров Иня и Ди. Поэтому, когда
Темучин был избран ханом и получил титул «Шыңғыс хан»
(Чингисхан), то тем самым он получил право возглавлять всех
потомков Иня и Ди.
Интересное сообщение Масгута Шайкемелева о древних
алтайцах-иньцах как о народе «шу» («ямники») и «шуді»
(«чудь»): в иньском сообществе, после изобретения землянок
произошло разделение труда – одни пасли скот, а другие рыли
землянки и общались со змеями, заговаривая их. Было еще
отдельное сословие тех, кто общался с хищными птицами
– соколами и беркутами, приручая и дрессируя их. Были те,
кто растил и тренировал охотничьих борзых собак «тазы»,
пастушьих степных овчарок «алабай» и горных «төбет», а также
грозных волкодавов «бөрібасар», которые защищали людей и
скот не только от обычных волков, но и от «двуногих волков».
В отличие от версии Жазы-бия, это было еще до периода
«жер кұйген мезгіл», т. е. до переселения в горы, когда люди жили
на низменности. Тех сородичей, кто копал ямы для землянок,
таскал камни для их обустройства, назвали «шұ» («яма»). В их
честь названа река Чуя на Алтае. Лопат в те времена не было
и землю в буквальном смысле приходилось ковырять, отсюда
слово «шұқы» («шұқыл») – «ковырять, тыкать».
Как уже говорилось, в древних языках «кісі» (человечества)
слово «қ» означало то же, что современное «қыл» («делать»).
Поэтому «шұқы» буквально означало «делать яму», а поскольку
яму делали методом тыканья и ковыряния, то это значение и
осталось. Позже, когда настала эпоха зноя, засухи и пожарищ и
Алтай увел свое племя в горы, он научил там людей выкапывать
прохладные землянки, спасающие летом от зноя, а зимой – от
26 27
холода, также научил добывать золото, медь и другие металлы.
Алтай-Инь считался отцом-основателем металлургии.
Племя чуйцев, занимавшееся строительством, называлось
«ақ шу» («белые или праведные шу»), те, кто добывал самородки
и руду, именовались «қара шу» («черные или земные шу»), а
те, кто плавил металл и делал из него разного рода предметы
– оружие, инструменты и ювелирные украшения – назывались
«сары шу» («желтые, или богатые шу»). Были еще «алау-шу»
(«алые или пламенные шу») – воины, охранявшие золотоносные
прииски и мастеров ювелиров.
Общее название простонародья – «қарашу» – говорят, идет
с тех незапамятных времен. После того, как закончился период
«жер күйген мезгіл», спала жара и обмелевшие водоемы вновь
наполнились водой, алтайцы, включая чуйцев, под руководством
«Ді» спустились с гор в степь и широко расселились по ней.
Говорят, что река Шу (Чу) в алатауском «Жетісу» (Семиречье)
также названа в их честь. Их также называли «шуді», т. е.
«племенной союз Чу и Ди», по-другому это название можно
перевести как «ямники».
Это был великий народ воинов, скотоводов, земледельцев,
плотников, кузнецов, ювелиров, металлургов и рудознатцев.
Народной молвой им приписывается изобретение
консервированных непортящихся продуктов – «шұжық»
(«колбаса») и «шұбат» («кислое верблюжье молоко»). Хотя
племена дулатов Южного Казахстана кислое верблюжье молоко
именуют не шубат, а «қымыран», а по сказаниям Жазы-бия
«кымыз» («кумыс») и «қымыран» изобрели кыпчаки, айран
(кислое коровье молоко, простокваша, кефир) – аргыны.
В народных преданиях древним чуйцам давали такие
эпитеты, как «шұқшия» («целеустремленные, настойчивые»)
и «шұқынды» («тщательные, кропотливые, вникающие в
мельчайшие детали»). Говорят, что сословие «зергеров»
(«ювелиров») – их потомки.
В казахском эпосе известно также имя мудрого Шу-кагана,
который тщетно пытался дипломатическим путем урезонить
Александра Македонского, вторгшегося в Степь, после чего
собрал сакские племена и дал ему бой возле реки Талас, разбил
его войска и отбросил до границы по реке Сыр-Дарья. После
этого, как говорится в дастане «Шу-каган», Искандер Зулхарнай
(Александр Двурогий) заключил мир и больше не предпринимал
попыток завоевать степняков.
Также в предании рассказывается о печальной судьбе
«қарашу»: во время «топан су мезгіл» («великого потопа»)
все элитарные чуйцы – богатые «сары», праведные «ақ» и
воинственые «алау» – ушли в горы, расположенные в «восьми
частях света», бросив простых тружеников в степи. За что, как
говорится, бог их наказал, рассеяв среди других племен так, что
как единый народ – «ел» они не сохранились и имя их осталось
только в народных преданиях.
Оставшиеся карашу каким-то чудом умудрились перетаскать
неизвестно откуда многотонные каменные глыбы, построить из
них город и, таким образом, спастись от наводнения, запасшись
на крышах построек всякой живностью – почти так, как это
описывается в Библии про Ноя – «каждой твари по паре». Но
постоянное пребывание в городе, в узком, тесном пространстве
превратило потомков великанов-алпов в крошечных существ.
Это усугублялось кровосмешением: поскольку притока «свежей
крови» не было, братья женились на сестрах, в результате чего
рождались умственно отсталые, хилые, но злобные. Они, как их
предки, умели только копать землю, добывая руду, и совершенно
не умея разводить скот и выращивать растения. Поэтому среди
них началось людоедство – матери поедали своих детей, сильные
поедали слабых. «Карашу» вернулись в дикое первобытное
состояние, из которого когда-то их предков вывела праматерь
«Ал-Бір ана».
Когда после Потопа народы вновь заселили Сары-Арку, то
встретили этих одичавших несчастных, совершенно потерявших
разум и человеческий облик, сородичей. Забыв элементарные
правила гигиены, они не мылись, и от них шел такой запах, что
с тех пор вонючих, дурнопахнущих людей предки казахов стали
именовать «шуаш». Они бездумно «ковыряли землю», накопав
целые горы отвала, поскольку некому было плавить добытую
ими руду и обрабатывать драгоценные камни. Огромные холмы-
терриконы в Жезказгане и Прибалхашье, говорят, их рук дело.
Когда их пытались ловить, они умудрялись мгновенно
исчезать под землей, а затем точно так же неожиданно появляться
28 29
из-под земли, воруя скот и даже детей. В основном этим
промышляли женщины-карашу, называемые в народе «мыстан»
(ведьма, возможно, от слова «мыс», т. е. медь) и «жезтырнақ»
(«медные когти»).
Тогда на специальном курултае было решено затопить все
их копи, служившие для них убежищем. Диких карашу, таким
образом, частью истребили, частью изгнали в северные леса, где
они смешались с «лесными народами». На этом же курултае, по
легенде, и был установлен принцип «жеті ата», запрещающий
браки между родственниками ближе седьмого колена и строго
соблюдающийся степняками по сей день.
Во время почти двухсот лет перманентной войны с
джунгарами, казахи пугали детей, говоря, что калмак-ойраты –
это «карашу-шуаш», т. е. нечистоплотные потомки тех самых
людоедов-карашу по материнской линии («жиен»). Объясняли
тем, что, дескать, тюркское племя «ойрат» смешалось с дикими
«лесными народами», которые в свое время приютили и
смешались с «карашу-шуаш», переженившись на их женщинах-
мыстан («лесных ведьмах»).
Также калмаков, и, в целом, манчжуров, казахи обзывали
«шуршыт», намекая на их происхождение. Видимо, принятие
ислама, требующего ежедневного омовения и строгой личной
гигиены, создало у казахов такое неприятие традиционной
нечистоплотности джунгар-калмаков.
Сыном Иня был «Ді» («Деятельный», «Творческий»),
так вот он одного из своих сыновей назвал в честь деда «Ін»
(«Пещера»). Он прославился тем, что первым «цивильно», по
тем временам, обустроил для своей семьи подземное жилище
(«ін») из нескольких комнат, с бычьими пузырями в качестве
окон, пропускающих дневной свет. Стены и полы в комнатах
в гигиенических целях, а также в качестве инсектицида от
пауков и других насекомых обильно покрывались известковым
раствором. Этот второй «Ін» был прозван «Таб-Ін» (Табын).
В его пору люди алтайского, иньского племени стали
враждовать с дэвами. Причина была в том, что женщины, выходя
замуж за великанов-казанбасов, почти все умирали при родах –
большие головы младенцев убивали матерей. А великаны-алпы
требовали себе девушек по принципу «құда мың жылдық»,
поскольку выдавали своих девушек за алтайцев. Тогда люди, не
желая воевать со своими «құдалар» («сватами»), ушли с Алтая
на восемь сторон света. После этого из-за того, что не было
притока свежей крови, алпы стали вырождаться и превратились
в уродливых, туповатых албасты.
Слово «албасты» Жазы-би объяснял, как «азған алыптың
тұқымы», т. е. «выродившиеся потомки великих алпов». У их
женщин груди свисали до колен, и они перебрасывали их через
плечо. Говорилось, что эти албасты вредят роженицам, внезапно
появляясь и пугая их, вызывая преждевременные роды из зависти
к ним и в отместку за то, что люди покинули их. В предании
также говорится, что женщины алпов были оборотнями, а
когда люди ушли от них, то превращаясь в «таутан» («самку
барса»), они похищали детей, поскольку хотели иметь детей от
людей. Детей они воспитывали батырами, и от них ведут род те
турано-арийские племена, тотемом или самоназванием которых
является барс.
Предания про «таутан», похищавшую детей и
воспитывавшую из батыров родоначальников племен, имеется
у казахского племени «шапырашты», у кыргызского племени
«саяк» и среди алтайских найманов. По легенде о происхождении
рода «саяк» у тянь-шанских кыргызов, барсиха унесла мальчика
из Тян-Шаня на Алтай, вскормила его, он вырос, стал батыром,
а позже – ханом найманов и родоначальником племени «саяк».
Повторяет этот сюжет – легенда о происхождении казахского
племени «шапырашты» и у шапраштинца Казыбек-бека Тауасар-
ұлы, только вместо кыргызского «саяк» там – «шапырашты».
Албанов также относили к потомкам великанов-албов.
Как уже говорилось, к потомкам охотника и женщины-албасты
относят себя и алтайские алматы (албаты). Женщин-оборотней,
превращавщихся в барсиху – потомков дэвов-алпов, албастыек
– казахи, киргизы, узбеки, уйгуры называли «сары кыз»,
«рыжеволосыми девами». Слово «албасты» означает «ведьма».
Видимо отголоски этих древных легенд повлияли на то, что
рыжие волосы издавна считались чем-то роковым и мистическим
почти у всех евразийских народов. Известно, что в европейском
средневековье рыжих женщин преследовала инквизиция и
охотники на ведьм. Их часто обвиняли в колдовстве просто за
30 31
цвет волос.
Табын Первый откочевал в горы, названные в его честь «Ін
шаң» («Иньшань» – «Заоблачная вершина Инь»). По его примеру
все соплеменники правильно обустроились в подземных
жилищах. В жаркие месяцы года они днем отдыхали в подземных
жилищах, а все работы выполняли ночью. В летние месяцы
со стороны казалось, что на поверхности земли присутствует
только один скот, а людей нет вообще. Несведущие люди могли
подумать, что скот находится без присмотра. Бодрствуя по
ночам, предки гуннов часто заглядывались на звездное небо
и внимательно изучали его. Дети мечтали вырастить таких
лошадей, на которых можно было бы доскакать до звезд.
Во времена Табына Первого они еще сохраняли
европеоидные черты, унаследованные от своих допотопных
предков – алтайских «кибирь-бореев». Но через несколько
поколений сказались последствия частого нахождения в
подземных жилищах – представители новых поколений
становились коренастыми, коротконогими, широкоскулыми
и узкоглазыми. Так предания «Яссы» объясняют образование
монголоидной расы.
Данные о потомках Кибиря: четвертого сына Кибирь
назвал «Қы-тай» («Делай новое богатство»). И по традициям,
установленным праматерью «Бір Ана», самоназвание «Қытай»
стало носить племя, которым руководил старшина «Қы-тай».
Это племя первым прикочевало на территорию современного
Северо-Восточного Китая (Маньчжурия) еще при жизни
Кибиря. Позже племя «қытай» ушло на юг и расселилось
вблизи многочисленных племен, родственных между собой,
но чуждых по крови и языку пришельцам – кытаям. Это были
«черноголовые» («қарабас») потомки греховной связи Ману и
Бану.
Переселившееся племя называло новых соседей «қүмырсқа
ел» т. е. «народ муравьев». В свою очередь, местные племена
называли пришельцев «хунхуз», произнося по-своему слово
«күн құс» («дневные птицы»). Поскольку отношения были не
всегда мирными, то слово «хунхуз» в китайском языке стало
означать «разбойник».
По традиции, о которой говорилось выше, қытай назвали
созданное ими государство «Таң» («Восход солнца»).
Евразийские кочевники по старой исторической памяти,
тщательно хранившейся биями, называли новую территорию
и населявшие ее племена «қытай», а позже употребляли это
название по отношению к целому государству, хотя племя
«қытай» уже было изгнано из империи Тан и растворилось
среди евразийских народов. Собственно же китайцы, т. е.
подчиненные кытаям аборигены, как известно, страну свою
Китаем никогда не называли.
Старшего сына Сибиря звали «Сыр» («Сокровенный»,
«Тайна»), по имени-отчеству «Іс-Сыры». В честь него названа
река Уссури и Уссурийский край. В свою очередь, «Іс-Сыры»
назвал своих детей «Байкал» («Байкөл», «Богатое озеро») и
«Аңғар» («Речная долина», а также «Понимай»). В период,
именуемый «жер күйген мезгіл», т. е. когда «леса и травы
горели на земле», сыновья «Іс-Сыры» оставили Уссурийскую
тайгу и переселились близко к водоемам. В их честь получили
свои названия озеро Байкал и река Ангара. В этот же период к
озерам и рекам перекочевали и другие племена, руководимые
потомками Кибиря, Сибиря и Ибиря.
Правнук Кибиря, усыновленный внук Алтая-Иня по имени
«Би», был по преданию первым независимым «гражданским»
судьей. Дело в том, что вся жизнь общин до него была
милитаризирована и подчинялась приказам вождя, который и
разбирал все споры между соплеменниками. Бий стал первым
судьей, который разбирал споры не только внутри общины, но и
между разными племенами. В честь него названа река на Алтае
– Бия. А в честь его жены, которая стала руководительницей
рода, названа другая река. На русском языке ее название звучить
как «Катунь» («Қатын»).
По словам Жазы-бия прямые потомки этого алтайского
бия были ядром казахского Среднего жуза, и Толе-бий, лучший
знаток учения «Жасау-ізі», сформулировал: «Орта жүзге қалам
беріп дауға қой» (в образно-смысловом переводе «Судейство и
улаживание споров лучше всего получается у Среднего жуза»).
В честь легендарного Бия всех независимых судей и хранителей
древнего знания потомки древних алтайцев стали впоследствии
именовать биями. С тех пор слово «би» (бий) обрело новое
32 33
значение – «справедливый независимый судья – хранитель
древнего знания, традиций». Имя супруги Бия «Қатын» можно
перевести как «делай именитые личности». От имени этой
достойной женщины, согласно учению Майкы-бия, произошло
понятие «қатын» (хатун), обозначающее в смысловом переводе
«достойная супруга» и «достойная женщина». Поэтому Жазы-
бий различал два определения женщины: «қатын» и арабское
«әйел». Последнему в русском языке соответствует просто
«баба». Смысловая разница такая же, как у мужчин «ақсақал»
и просто «шал».
Старшего сына Бий назвал «Абыл» («Мастер облавной
охоты»). Во главе своей родовой общины он откочевал к реке,
которая была названа в его честь «Амур». Старшего сына Абыл
назвал «Алай» («Исполненный энергии. Подобный пламени»).
Годы возмужания и зрелости Алая совпали с периодом великого
бедствия, сохранившегося в народных преданиях как «топан-
су мезгіл», т. е. «время великого потопа». Вода на пастбищах
поднялась выше колен и не подавала никаких признаков спада,
не просачивалась в почву.
В один прекрасный день все устремились на юг, но
грозовые тучи и ливневые дожди двигались за ними, а иногда
обгоняли их, потому люди неделями шли без отдыха. Когда
они прибыли на юг, то оказалось, что и тут равнинные места
были затоплены водой. Местное население освоило склоны гор.
Вновь прибывшим беженцам ничего не оставалось, как тоже
подниматься высоко в горы.
Кони алтайской породы привыкли находить горные
тропы и взбираться по ним. Оголодавшие за несколько недель
перемещения по затопленным местам, они устремились высоко
по тропам, чувствуя запах трав горных лугов. Именно благодаря
коням, кочевники освоили высоты, которые прежде казались
недосягаемыми. Так Алай, возглавив родовые общины «Би-
Абыл» и «Алай», покорил горные вершины, которые позже
были названы «Бабыл» (узб. «Бабур», кырг. «Памир») и «Алай»
(«Алайские хребты») в честь тех родовых общин, которые
первыми освоили высотные луга. Подобным же образом в
период Всемирного потопа получили свои названия и другие
горы.
У Кибиря был еще один сын по имени «Бөрі», «волк-
вожак», названный так в честь деда. Он руководил племенем
«Қ-Бір-Бөрі», что означает «Борей, сын Кибиря». Возможно,
таинственнное племя гипербореев у Геродота и есть потомки
Кибирь-Борея. У «Бөрі» был сын по имени «Қас» (или «Хас»,
«Бровь»). Говорят, что он родился с густыми бровями. Его
назвали «Қас-би», поскольку он был главным бием своего
племени, а по имени-отчеству «Бөрі-Қас».
Они жили и пасли коней вместе с родственниками из
племени «Қамбар» («Кемпір») от Алтая и до Урала. Когда народ
их разросся, то в поисках новых пастбищ они откочевали на
юг к морю, которое называли по имени главного рода «Бөрі
қас». Но в эпоху когда «земля горела под ногами» («жер күйген
мезгіл»), это море обмелело и превратилось в озеро, которое
ныне именуется «Балқаш» («Балхаш»). «Славное море Борукас»
(Варукаш), упоминаемое в «Авесте», очевидно, и есть Балхаш.
У Хаса было два сына – «Хасан» («Қасан») и «Хасен»
(«Қасен»). Спасаясь от жары и засухи племена «Қасан» и
«Қамбар» откочевали к морю, которое казахи поныне называют
«Қас-би» («Каспий»), хотя турки его именуют «Хазар дениз»
(«Қазар теңіз»), «Хазарское море»). Хасены ушли на восток, в
монгольскую степь. Вся степная часть от Балхаша до Каспия
называлась «қасқа жер», а потомки Хаса, сына «Бөрі», внука
Кибиря, «кибирь-бореи», именовались «қасқы» («бровастые»),
или «қасақ», «қазақ», «қазар».
Касательно Каспия несколько иная версия у исследователя
Масгута Шайкемелева: у Хаса было три сына. Своего старшего
сына «Қас» назвал «Би» в честь великого алтайского Бия, это
Бий Второй по имени отчеству «Қас-Би». Его именем названо
Каспийское море. Среднего сына Хас назвал «Бек». По имени-
отчеству «Қас-Бек». Младшего сына – «Болат» (Сталь), по
имени-отчеству – «Қас-Болат» («Хасбулат»). Последний был
известен как «тас жарылған ұста» («кузнец, раскалываюий
камни»). Народная молва приписывала ему мистическое
происхождение, будто бы семя Хаса попало на камень и Болат
вылупился из камня, как из яйца, «с треском расколов камень»,
за что получил прозвище «Хаста», или «Ұста». Интересно также
то, что казахское племя Кете Младшего жуза считало его своим
34 35
прародителем.
Позже, во времена Всемирного потопа («су топан мезгіл»)
племенной союз «Қас-Бек» откочевал со своим народом в горную
местность, которая получила название «Қау-Қас» («Кавказ»)
из-за высокой травы, а одна из вершин в этой местности была
названа «Қас-Бек» («Казбек»). В честь имени Бека появился
титул «бек» и впоследствие всех сильных организаторов и
вождей стали называть «бек». Жазы-бий отмечал, что не следует
путать звания «бий» и «бек»: первое означает гражданского
судью, ученого-жреца, тогда как второе, означает военно-
административного управленца, вождя, правителя.
По версии С. Имбергенова у «Бөрі» был еще один сын по
имени «Қу» («Лебедь»). В честь него названа река Лебедь на
Алтае. У «Қу» были сыновья с именами «Таң» («Рассвет»),
«Нән» («Громадный»), «Алаш» («Радуга, или Пестрый») и «Ін»
(«Нора»). В период Всемирного потопа этим братьям пришлось
осваивать пастбища на склонах гор, которым были присвоены их
имена: «Таң-Шаң» («Тянь-Шань»), «Алаш-Шаң» («Алашань»),
«Нән-Шаң» («Нян-Шань»), «Ін Шаң» («Инь-Шань»).
Здесь явное противоречие с версией Жазы-бия, согласно
которой Инь-Шань был назван в честь Иня Второго (Табына),
сына Ди. Слово «Шаң» обозначало одновременно такие понятия,
как «падающий снег», «клубящаяся пыль», «марево», «силуэт»,
«неясные очертания, контуры чего-либо»,, «облако, окутавшее
горную вершину», «заоблачная, едва видимая вершина». Жазы-
бий пояснял, что если «шың» это – «пик», «скала», «видимая
вершина», то «шаң» это – «заоблачная, едва видимая вершина».
У Тана были сыновья «Алау» и «Қара». В честь них названы
горы «Алау-тауы» («Алатау») и «Қара тауы» («Каратау»).
Такова версия Султана Имбергенова. Здесь обращает внимание
упоминание Иня уже в роли сына Қу, а не сына Ди, внука Борея
Второго, а не Алтая-Иня. Очевидно, что речь идет об Ине
Втором, в варианте Жазы-бия. Как бы то ни было, генеалогия
от Кибиря алтайское происхождение и миграция в Иньшань
совпадают.
Правнуки Сибиря звали «Істі» («Деловой»). Целиком имя
его произносится «Істі-ұрт». Во времена Всемирного потопа
родовая община «Істі-ұрт» освоила прикаспийское горное
плато, которое в настоящее время называется «Устюрт». В тот
же период один из правнуков Кибиря по имени «Қазық ұрт»
возглавил родовую общину, которая освоила гору, получившую
название «Казыгурт», расположенную в Южном Казахстане.
Похоже, что приставка «ұрт» в праязыке имела то же значение,
что и позже тюрко-монгольское «ду», т. е. «языкотворец»,
«мыслитель, обогащающий понятийный аппарат и лексику». На
языке «қазық-ұрт» говорили алтайские племена. На языке «істі-
ұрт» говорили тянь-шаньские, нянь-шаньские и инь-шаньские
племена. Был еще «алай тілі» на котором говорили племена,
спасшиеся от потопа в горах Памиро-Алая. Первые два языка
были родственными, и в истории их воспринимают как один
язык – древнетюркский. Третий язык назвают древнеиранским
языком. Были также смешанные яэыки, например «сарт
тілі», или согдийский язык. Первые евразийские мыслители
проповедовали свои устные учения на нескольких языках.
Кочевники ассоциировали свои коллективы (роды, племена,
союзы племен) или с образом волчьей стаи, или с образом
стаи птиц. Например, «қу» («лебедь»), или, что то же самое во
множественном числе, «қун» – это гунны. В своих народных
песнях гунны пели: «Мы свободны, как стаи лебедей».
«Бөрі» («матерые волки») – төрки. Гунны считали своим
родоначальником личность по имени «Қу» – «Лебеди». Төрки
вели свое происхождение от «Бөрі ана» – «Матери волчицы,
вожака стаи».
Лебеди не случайно считались священными птицами.
Маршруты этих птиц служили евразийским кочевникам в
качестве ориентиров для перекочевки, а также сезонных
временных ориентиров. Заповедно чистые озера и реки, которые
были облюбованы лебедями и гусями, оказывались самыми
удобными местами, вблизи которых можно было проводить
весенне-летний выпас скота. На практике оказывалось, что
коневоды и «ақ-құс» («белые благородные птицы, гуси-лебеди»)
постоянные соседи. Древние евразийские кочевники подражали
голосами гоготу гусей, высшей оценкой певца или певицы
было «қаз дауысты» («голос, подобный гусиному») и даже
музыкальные инструменты делали в форме лебедя. Эмблема «қу
мойын» («лебединая шея») стала одним из основных элементов
36 37
орнамента потомков древнего Лебедя. Убийство лебедя до сих
пор у казахов считается уголовным преступлением. Более того,
народная этимология само имя «қазақ» выходит от мифического
«гуся белого»: «қаз» – «гусь», «ақ» – «белый», хотя, конечно же,
истинная этиология иная, о ней говорилось выше.
С периодом возвращения кочевников в степи связаны
ниже приведенные легендарные имена потомков таких
родоначальников, как «Пәмір», «Әз», «Таң», «Нән» «Ін»,
«Істі-ұрт», «Қазық-ұрт». Степные народы считают «Әз»,
основоположником идеологии кочевого образа жизни в Степи,
«казакования». Он считается образцом мудрости, и казахи
называли самых мудрых своих ханов «Әз»: «Әз-Жаныбек», «Әз-
Тауке». Поскольку во времена «Әз» еще не было письменности,
то единственным способом передачи знаний и опыта молодому
поколению был устный способ обогащения детей информацией,
получаемой из уст взрослых членов семьи. Информация
передавалась от отцов – детям, от детей – внукам, от дядей – к
племянникам и далее.
«Әз» считается первым изобретателем письменности. По
преданию он также изобрел орнамент, в котором каждый символ,
каждый завиток узора нес какой-то смысл. Благодаря ему новый
орнамент стал не просто украшением кошмы, одежды, посуды,
сбруи или оружия, но стал нести в себе целые послания и
скрытые смыслы.
В новом орнаменте появились такие знаки как «түе табан»
(«верблюжья лапа» в форме сердца), «құт» («жизненная сила,
дарующая благо» в форме спирали), «айқышты» («сакральное
число восемь» в форме креста или свастики, символ пространства
и движения). Две спирали составляли «қошқар мюйіз» («рога
барана-вожака, производителя») и неспроста этот древний
символ украшал шлем Александра Македонского, которого
казахи именовали «Зұл-қарнай», т. е. «двурогий». «Сыр құт» –
это «таинство харизматичной власти» в форме двух спиралей с
наконечником копья по центру. «Қу мойын» – это «лебединая
шея» в форме буквы S, которая символизировала диалектику
мироздания: единство и борьбу двух противоположных начал.
На этом древнем символе построена величественная китайская
философии «инь-янь» с тех пор как степняки – потомки «Әз»,
на боевых колесницах установили династии в Древнем Китае.
«Әз» знаменит был также тем, что основал для своих прямых
потомков системную школу мудрости. Он ввел понятие «сана»
(«рассудок, логика») и «сезім» («чувственное познание мира,
интуиция»). Параллельно «Әз» оперировал такими понятиями,
как «санасыз» («несознательный, глупый, безрассудный»)
и «сезімсіз» («бесчувственный»). Ему же приписывается
изречение, получившее статус императива: «Ойланбай аяқ
баспаңдар» («Не делайте ни одного необдуманного шага»).
По преданию «Әз» ввел для родовых общин такия понятия,
как «ұя» («родное гнездо») и «бір ұядан ұшқан» («вылетевшие
из одного гнезда»). Он говорил: «Птицы летают стаями и
приводняются на заповедных озерах также стаями. Мы тоже
лебеди и гуси, кочуем родовыми общинами и осваиваем
заповедные пастбищные территории».
«Әз» учил: «Каждая родовая община должна иметь свое
богатство – это скот и пастбища, «жайляу» («летнее пастбище»)
и «қыстау» («зимнее пастбище»). Все вместе – это «жер-су»,
святая святых каждого рода-племени. Никто не имеет права
посягать на «жер-су» других родов. Любая трудовая община
(«ру») может процветать только лишь при условии, что каждый
член рода трудится, не покладая рук. Тяжело разводить скот,
тяжело за ним ухаживать, но еще тяжелее его сохранить. Скот
невозможно хранить под замком. Он пасется на воле, на раздолье,
поэтому за ним беспрестанно охотятся стаи разных хищников.
Но самыми опасными являются «двуногие хищники». Угнать
скот для них ничего не стоит. Поэтому каждое племя, каждая
родовая община должна уметь защищать себя и свое богатство.
Для этого необходимо создавать и совершенствовать оружие.
Главным богатством являются кони. Нужно уметь взращивать
боевых коней, уметь изготавливать оружие для воинов».
Старшего сына «Әз» назвал «Дат-ұя» («защитник родного
гнезда»). В древнеарийском языке «алай-тілі» имя «Дат»
означало «месть», «возмездие», «защита», «правосудие», в
целом подразумевая «правопорядок». Датья создал учение о
возмездии, правосудии как основе правопорядка. Дат – это не
месть одного человека. Это правосудие целого рода, племени,
всего сообщества, коллективное правосудие.
38 39
Возмездие общества всегда справедливо. Но и
ответственность за преступление члена общины, рода или
племени, тоже будет коллективной. Род отвечает за каждого
своего члена, и род мстит за каждого своего сородича. «Один за
всех и все – за одного». Дат не преследует конкретных людей,
послуживших средством для нанесения незаслуженных обид.
Дат преследует причинно-следственные корни конкретной
несправедливости и стремится к их уничтожению.
Если провинился кто-то один из соседей, то делается набег,
«барымта», и угоняется скот всей общины, к которой принадлежит
виновник инциндента. Если это оседлое поселение, то также
делается набег и оно разоряется. За воспитание члена общины, а
следовательно, и за его деяния отвечает вся община. Вершителя
правосудия, возглавляющего набег называли «датқа». У гуннов
«датқа» обозначало «командир отряда», «полевой командир».
Тысячелетия спустя слово «датқа» стало означать «прокурор» и
судоисполнитель. Степняки-коневоды не задавались вопросом
«кто персонально совершил преступление?», их интересовало
только «какого рода-племени преступник?». Таков был «дат» –
правосудие, возмездие и месть степняков …
Как уже отмечалось, в кочевом обществе воинов, охотников
и коневодов для мужчин бытовал принцип «Общественное благо
выше личных благ. Общая цель выше личных устремлений.
Коллективное – выше индивидуального». Правило гласило:
«Әкеңнің ұлы болма – елдің ұлы бол», т. е. «настоящий мужчина
должен быть не сыном своего отца, а сыном своего эля, (рода,
племени, народа)».
Общественное благо именовалось «игі». Поэтому Датья к
императиву «бірлік бар жерде, тірлік бар», сформулированную
праматерью Ал-Бір ана, добавил: «Ігі бірлікте». С тех пор это
правило так и звучит «Бірлік бар жерде, тірлік бар. Ігі бірлікте»
(«Жизнь цветет лишь там, где есть единство. Общее благо
достижимо лишь общими усилиями»).
Согласно учению «Дат-ұя», все блага делятся поровну,
не обходится стороной даже самый слабый и немощный. Все
имеют равные права на добычу в облавной охоте, на порцию
пищи в коллективной трапезе и так далее. Но точно также все
мужчины в равной мере должны быть воинами на войне и на
охоте. Отлынивать от исполнения мужского долга не может ни
сын бия, ни сын бека, ни сын хана.
Датья выработала методику воспитания воинов с
малолетства. Шестилетние дети метко стреляли из маленьких
луков, специально изготовленных для них, и учились ездить
верхом на собаках, овцах. Их называли «тырнақ» («ногти»).
Десятилетние дети участвовали в облавной охоте и военных
учениях вместе со взрослыми. Они прекрасно владели не только
луком, но и пикой. Их называли «бармақ» («пальцы»). В 16 лет
юноши становились искусными воинами, которых называли
«қол» («руки»). Этот принцип воспитания мужчин-воинов
позже использовался степняками на протяжении тысячелетий,
вплоть до ХХ века. Похоже, что фразеологизм «с младых
ногтей» проистекает отсюда.
1.4. Союз племен
У Дата от первой жены родились три сына: «Мад» («Мад-
ұя», «Мәди», «Мадар», «Матай»), «Мағ» («Маға», «Маға-ұя») и
«Сауыр» («Савир», «Заур»); от второй жены – «Қанғ» («Қаңғар»,
«Қаңғлы»), «Бақ» («Бақтияр»); от третьей жены – «Балта»
(«Балталы»), «Тары» («Тарақ», «Тарақай») и «Қада» («Кете»).
Также Дат усыновил племена из колена «Ін-Ді» «тағылау
жетімдер» («одичавших сирот»), потомков Алтая-Иня и Ди
Первого: «шақшақ», «қыбытшақ» («қыпшақ»), «барс» («берш»,
«парс») и «жалайыр» («жағалақ», «иглакар»).
Есть и другие версии касательно индо-арийского союза
племен. Так в варианте Масгута Шайкемелева говорится, что в
союз племен, которым руководил Ар после смерти Дата, влилось
новое племя «інді», прикочевавшее с берегов Иртыша. По
версии Жазы-бия название реки «Ертіс» («Иртыш») происходит
от имени союза племен «ар» («ер») и «дат» («таз», «тіс»), как
результат откочевки с запада на восток, от Урала к Иртышу, а
превращение «дат» в «таз», или «тіс» произошло из-за картавых
соседей, совместно с племенем «ар», прикочевавших к ним с
берегов Иртыша «інді», они создали союз «інді-ар» («индар»,
«индра», «индира»).
Местность, которую освоило новое племя, до сих пор
называют Индер. Расположена она в Западном Казахстане,
40 41
Приуралье. Подробнее это звучит так: Инь второй, имевший
прозвание «Таб-Ін» («Табын») назвал своего сына «Ді» в честь
деда. Этот Ди Второй возглавил племя «інді», которое позже
разделилось на три части, возглавляемые сыновьями и внуками
Иня Второго Табына.
Младшие, как хранители «қара-шаңырақа» остались
кочевать между Иньшанем и Монгольским Алтаем. Средние
ушли западнее, кочевать между Рудным Алтаем и Тянь-шанем.
Старшее племя под названием «інді» откочевало еще дальше на
запад, в Западную Сибирь и Южное Приуралье, где с частью
арийских племен образовало союз под названием «інді-ар»,
который позже перекочевал на территорию Китая, Афганистана,
Пакистана, Индии, где создал государства и династии. Руководил
этим союзом племен Ар Второй, известный в истории как
«Інді-Ар» (Индра, Индира). Это дало основание Чингизхану
претендовать на руководящую роль «старшего брата» в
отношении всех государств когда-то образованных племенами
индов (синдов) и ариев. Другая, «младшая» часть племенного
союза «інді-ар», вначале откочевала к Прииртышью, а позже
вернулась на запад, в местность, получившую название Индер.
В родном краю Инь-Шань остались следующие потомки
Ди Второго: сын Инь Второй, внук Ди Третий, правнук Инь
Третий, праправнук «Іле», в честь которого названа река Или.
Каждый из них возглавил родовую общину, которые вместе
составили племя с самоназванием «Ін-Ді-Іле». Не исключено,
что «динлины» китайских хроник и есть те самые «Ін-Ді-Іле» из
учения Майкы-бия.
Хрантелем своего учения Дат назначил сына по имени
Мад («Мад-ұя», «Мәди»). Тот должен был зорко следить,
чтобы все народы Степи свято сохраняли установления Аза и
Дата, законность и порядок. Самым страшным преступлением
считалось нарушение «анта» («клятвы») и обман доверившегося.
Ибо нет ничего более святого, чем верность данной клятве,
присяге и договору – только на них и держались все межродовые
и межплеменные союзы.
Мад разбирал все жалобы и споры, а его летучие отряды
колесили по всей Степи и наказывали клятвопреступников…
В честь Мала Первого, кочевники называли своих сыновей.
Так, к примеру, звали скифского вождя Мадия, покорившего
Ассирию, Вавилон. Но самый известный из названных в его
честь – создатель гуннской державы «Ер Мәди», известный в
преданиях также как «Мәдиар» («Мадьяр») и «Ақ-құс Мәди»
(«лебедь праведный Мади или огуз Мади»).
Конфедерация «дат-ар» имела мощные племенные
союзы: «ін-ді-ар», «мад-ар», «қада-ар», «қаңғ-ар», «сауыр-
мад». «жағалық-ар» («жалайыр»). Первые три по казахской
генеалогии – шежире – считаются родными братьями от «сары-
жетім» и входят в племенной союз Аргын Среднего жуза с
именами «Алдиар», «Мадиар» и «Құдиар», причем «Құдиар» по
легенде считается погибшим, а вдову его по закону «әменгер»
(«левират») взял «Алдиар» по прозвищу «Таз», детей его,
соответственно, Алдиар-Таз усыновил.
После смерти Алдиара всех усыновил Мадьяр. Дело в том,
что по древнейшей традиции степняков «ер» («лидер, вождь»),
возглавивший род, племя или союз племен, утрачивал свое
личное имя, данное при рождении, и принимал новое имя-титул.
Если возглавляемый им народ был уже с известным и древним
«престижным брендом», то он принимал в качестве прозвания-
титула имя рода-племени, которое возглавил. Это отражает
философию степной морали и демократии: вождь тем самым
как бы отрекался от себя, от своих личных забот во имя заботы
о всей общине, он отрекался и от личной жизни во имя жизни
всего возглавляемого им «эля».
Правитель любого уровня должен беззаветно предан
руководимому им народу. Кроме того, часто родоплеменными
старшинами становились отнюдь не выходцы из этой общины, а
«приглашенные со стороны» – «ады», «атығай». Слово «атығай»
буквально означает «тот, которому дано новое имя и он обязан
к нему привыкнуть». К примеру, знаменитый чингисхановский
полководец «Мүкірейіл» (кит. «Мухали») из племени «үйсын»
возглавлял племя «жалайыр»; тамерлановский соратник
Байдибек-бий (потомок Майкы-бия из племени «үйсын»)
возглавлял племя дулат, а его внуки руководили племенами
«сары-үйсын», «ысты», «ошақты», «шапырашты», «албан»,
«суан», «дулат», оставшись в памяти потомков под этими
именами.
42 43
Таких примеров можно привести множество. Поэтому,
изучая летописи, шежире или эпос, следует иметь в виду, что,
например, в эпосе «Едыге» под именем «Қыпшақ-бий», имеется
в виду ру-ақсақал и бий кыпчакского племени. Мы не знаем его
имени, данного при рождении, не знаем его мусульманского
имени, знаем лишь его «лақаб» («прозвище») «Қобланды-
батыр» (батыр, победивший Қобылана), которое он получил
после победы над ногайским батыром по имени Қобылан
(«леопард, гепард») из племени манғыт в пору юности, когда
был на службе у Тохтамыша. Точно так же Қара-ходжа в том же
эпосе именуется Арғын-бий, поскольку возглавлял аргынов…
После смерти Дата его младший брат Ар (младший сын
Аза) по закону «әменгер» («левират») женился на его вдовах,
усыновил его детей и присоединил к себе племенной союз
«Дат», который стал называться «Дат-ар» («татар, таздар»).
Алтайские шорцы до сих пор называют себя «дат-ар-кісі» (или
по-другому «тад-ар кижи»).
Присоединившиеся к ариям «чистые» даты, по преданиям
Жазы-бия, сейчас именуются «таз» и распылены среди казахских
родов и племен. С тех пор они известны как «сары-жетім»:
«рыжие сироты» или «богатые сироты» (аргыны племени «таз»
Костанайской области по сей день отличаются белизной кожи,
темно-русыми волосами и серыми глазами).
Сам Жазы-би, будучи из этого рода, считал трактовку «таз»
как «лысый», простонародной этимологией, возводя историю
тазов к легендарному Дату. По его словам, все было с точностью
до наоборот: тазы-даты брили голову наголо, либо оставляли
чуб «айдар», в отличие от других племен, отращивавших космы
и заплетавших косы, в которых заводились вши. Вместо «дат»
диковатые косноязычные («сақау») усыновленные соседи
произносили «таз», а поскольку культурные, чистоплотные тазы
брили головы, постольку слово таз у незнакомых с гигиеной
соседей стало означать «лысый», «плешивый».
Ар был признанным бием и вождем, отличался способностью
моментально находить верные решения и выходы из трудных
ситуаций. Также он отличался молниеносными атаками на
врагов. Поэтому в народе ему дали прозвище («наме», «неме»)
«Жайық». В народной памяти он известен как «Жайық нама»
(«по прозвищу Молниеносный») и «Ар-Жайық» («Подобный
молнии Ар»). Поскольку на территории Западного Казахстана
пребывал ряд племен, которых предки казахов называли «сақау»
(картавые), не умевшие произносить звук «р», то вместо «Ар-
Жайық» стали произносить «Ат-Жайық», «Ақ-Жайық». Так,
по преданиям Жазы-бия от младшего сына Аза по имени «Ар»
произошло древнее название местности «Ақ-Жайық» и реки
«Жайық» (Яик) именовавшейся пришлыми также «Орал»
(«Урал») вместо изначального «Арал».
По версии Масгута Шайкемелева, название «жайық»
произошло от «жарық» («свет») по той же причине «картавости».
Как бы то ни было, но с тех пор, по преданию, белый цвет
(«ақ») стал символом благородства, высокой нравственности
и душевной чистоты («ар»), и эти два понятия стали, по сути,
синонимами. Поэтому казахское описание женской красоты:
белой кожи, чистоты и целомудрия именуется «ару», а мужские
лучшие качества – «арыс». На казахском языке слова «ару» и
«арыс» – это воплощенные идеалы женственности и мужества.
В народных преданиях Арал-батыр (Орал-батыр) и Жайық
нама – это один и тот же персонаж – «Ар» учения Майкы-бия,
младший сын Аза, которого звали Ар («честь», «мужество»,
«достоинство», «благородство»).
О Жайык-нама в народной молве ходили легенды, что он
был настолько мудрым и справедливым бием, что улаживал
споры не только людей, но и зверей, и птиц. Существует целый
цикл преданий о его судебных решениях и творимых им чудесах,
в основном в форме сказок о животных.
На образно-символическом языке биев, именуемом «билердің
қызыл тілі», один из сюжетов означает территориальный
конфликт между племенами с тотемами «волка» и «барса».
Казахское племя «берш», кстати, в древности имело тотем барса
(достаточно вспомнить перстень-печатку султана Бейбарса), а
аксакалы-берши считают, что иранское племя «парс» («персы»)
происходят от них.
Очевидно, что племя, ассоциирующее себя с орлом,
исполняло функции «датка», т. е. надзорно-судейские и
военные. А руководителем конфедерации племен и верховным
судьей-бием был, видимо, сам Арья по прозвищу Жайык. Не
44 45
зря двуглавый орел был символом древних хеттов. Хетты,
как известно, мигрировали в Малую Азию через Кавказ с
восточных берегов Каспия. А казахское племя «кете» («қада»),
как и «берш», относящееся к Младшему жузу, до сих пор хранит
память о славных предках, покоривших берега Кара-Тенгиза
(Черное море) и Ак-Тенгиза (Средиземное море), торговавших
конями с Мысыром (Египтом) и ходившими за чаем в Индию.
Выдающиеся русские исследователи-этнографы и историки
Н. А. Аристов, В. В. Григорьев, А. Н. Харузин также неспроста
отождествляли хеттов и кете – они основывались на древних
генеалогических преданиях.
По преданиям «Яссы» часть потомков «Дат-ұя» не
захотела объединятся с арийцами и откочевала на «восемь
сторон света». На Алтай, Саяны, Сибирь и в монгольскую
степь ушли «усыновленные»: жалаиры, аргыны-шакшаки и
кыпчаки. Из «родных сыновей» Дата самым сильным считался
племенной союз «сауыр-матай», куда входили также балты,
барсы и маги. В честь племен «сауыр» и «матай» именуются
местности Алматинской области, местность Сауран – на
границе Туркестанской и Кызылординской областей, Савиран
– в Китае и Индии. А мады-матаи вместе с магами-магауя
и парсами-бершами позже образовали государство Мадай
(Мидия) в древнем Иране. Поэтому Хулагу-хан и его полководец
Аргын-ата, завоевывая Иран, этими историческими данными
обосновывали легитимное право чингизидов на власть.
Собственно даты, в отличие от «сыновей» и «усыновленных»,
не приняли арийского старшинства, не согласились с арийским
усыновлением, ибо Дат был старше Ара, и ушли на юг, на берега
Сыр-Дарьи, которая в их честь именовалась Датья. Там они
частично преобразовались в «жатаков» и «сартов», смешавшись с
«недостойными потомками грешников» («Ману-Бану»). Майкы-
бий называл эту местность «сартаул», в истории она известна как
Согдиана и Хорезм. Это возмутило арьев, с которыми датьи не
захотели родниться, и они совместно с усыновленными кангами
атаковали их, поскольку преступать через «азское проклятье» и
вступать в брачные связи с «проклятыми потомками греховной
связи» считалось недопустимым.
Другая часть мятежных датов под давлением союза племен
«қаң-ар» (кангов и ариев) ушла в бесплодные пустыни. В честь
вождя и бия по имени «Ар» была названа еще одна река «Ар-
би», которой позже тюрки дали новое название Аму-Дарья. Имя
Арби до сих пор популярно также и на Кавказе, где им называют
своих сыновей кавказские народы, в частности, чечены и ингуши.
От пустынных беглецов пошли «строптивые», «неразумные»,
по характеристике Майки-бия, туркмены-даи (дахи) предки
врага Чингизхана – хорезмшаха Мухаммеда. Поэтому война
Чингизхана с Мухаммедом трактовалась биями как естественное
продолжение войны датов и арийцев с датьями-даями.
После бунта туркменского тумена, включенного в правое
крыло монгольских войск, который подавлял сам Майкы-бий,
туркмены не были включены им в состав «Алаш-орды» и на
легендарном құлыптасе в Үлытау их тамги не присутствуют
(это при том, что официально туркмены были включены в
число «алты алаш», т. е. «шесть алашей»). Полтысячелетия
спустя, такой же идеологический окрас имела война казахов
Младшего жуза с туркменами за полуостров Мангышлак.
Главное участие в войне принимали племена «таз», «адай» и
«алаша». Жазы-бий особо отмечал, что казахское племя «адай»
никакого отношения к туркменским даям-дахам не имеют кроме
того, что заняли их кочевья и женились на их женщинах. Слово
«адай» Жазы-бий производил от «адығай» (каз. «атығай», рус.
«адыгей»), считая их ногайцами, ближайшими родственниками
ногаев-черкесов (каз. «шеркещ»), прикочевавшим с Кавказа и
влившимися в казахскую конфедерацию племен лишь при хане
Хак-Назаре. Превращение же «адығай» в «адай» объяснял очень
просто: адайцам надо было легитимизировать свое присутствие
на Мангышлаке не как захватчиков, а в качестве древних
автохтонов, поэтому они убрали из названия одну букву и
активно женились на туркменках, перенимая от сватовского
рода древнюю историю пребывания в тех местах. За столетия
мирной жизни многие адайцы, тазы и алаши породнились с
туркменами-дахлы, а некоторые адайские аксакалы искренне
уверены в своем происхождении от древних «сепаратистов
дахов, арийских политических противников». Название «ады-
ай» они объясняют, как «вождь, приглашенный из другого
племени».
46 47
Как уже ранее говорилось, младшего сына Аза звали «Ар»
(«честь», «мужество», «достоинство», «благородство»). Полное
его имя было «Ар-ұя» («достоинство родного гнезда Арья») в
соответствии с учением Аза о родном гнезде «Ұя». Ар развил
учение своего отца Аза и, помимо понятия «үя», ввел понятие
«үят» («совесть»). Он разработал эффективную систему
воспитания у детей достоинства, чести («ар») и совести («үят»).
Логика мышления Ара была очень простой и легкодоступной
для степняков. Он говорил, что поскольку единственным
условием процветания общества скотоводов является обилие
скота, то на первый план выходит обязательство сохранения и
приумножения его поголовья. Но при достаточном обилии скота
никогда не будет хватать сторожей, чтобы стеречь его. Необходим
общественный договор с вердиктом, что собственность родовой
общины и личная собственность неприкосновенны. У человека
не должно возникать и мысли о посягательстве на чужую
собственность.
Датья, старший брат Ара, утвердил этот порядок,
внушающий чувство страха пред неотвратимостью наказания за
нарушение договора и посягательство на чужое богатство. Его
сын Мади был назначен хранить этот порядок. Но Ар считал, что
этого недостаточно. У человека, согласно его новому учению,
должно присутствовать чувства чести и совести, воспитанное
с детства. Эти качества не позволяют человеку покушаться на
чужую собственность.
Ар настаивал на том, чтобы любая родовая община считала
главным своим богатством людей чести, совести и достоинства.
Такие люди неподкупны и служат обществу не за страх
(«дат»), а за совесть («ар»). Ар завещал, чтобы в собранном
им союзе племен властью и богатством распоряжались только
благородные личности, руководствующиеся принципами чести,
совести, достоинства и верности слову. Такое общество людей
чести и совести стало называться «Ар қауым». «Қауым, хауым»
– это очень глубокое понятие из древнего праязыка, означающее
дом, семью, общину, некую общность, сословие, клан, родню,
племя, народ и общество в целом, а также математические
понятия количества, множества, применительно не только
к людям, но ко всему сущему. К примеру, в казахском языке
«бір қауым» означает «некоторое количество». О древности
его говорит тот факт, что оно встречается практически во всех
языках. Гора, где Ар построил свою столицу, так и называется –
«Ар қауым», «сообщество потомков Арьи», или же «сообщество
честных, благородных людей».
Жазы-бий, когда проводил границу между казахскими
и башкирскими кочевьями на территории современной
Челябинской области, а также определял границу поселений
для уральского казачества, руководствовался историческими
сведениями «Жасау-ізі» о расселении племен, ориентируясь по
курганам и горе «Ар қауым» – месту, где жил и был похоронен
легендарный Ар, Ар-Жайық. За это, как говорилось, Жазы-
бию был присвоен титул «почетный гражданин Российской
империи».
Арья вырастил и воспитал целую плеяду личностей,
которые стали отцами-основателями новых союзов племен.
Главным для всех них было понятие «ар» – чести, совести,
мужества и благородства. С тех пор у потомков «Ар-Жайық»,
подчеркивавших свое благородство души и морально-
нравственное превосходство, перед другими, утвердилась
поговорка: «Жақсылыққа жақсылық істеуге – әр кісінің ісі,
жамандыққа жақсылық істеуге – Ар кісінің ісі». Образно-
символическое значение этого императива было таково:
«Отвечать добром на добро – свойство любого человека из
любого рода-племени, а вот отвечать добром на зло – свойство
лишь благородного душой потомка Ара, оно присуще тем, у
кого присутствует впитанное с молоком матери свойство «ар».
Ар сформировал главный морально-нравственный принцип
для своих потомков: «Мал жаныма садақа, жан арыма садақа»
(«Жизнь дороже богатства, честь дороже жизни»). Также
он говорил: «Өлімнен ұят күшті» («стыд смерти», «Лучше
смерть, чем позор»). Этими принципами руководствовались
все степняки, их пропагандировал среди своих соратников
Чингисхан.
При Ар-бие, как следует из «Яссы», с утверждением
понятия «ар», как «личного достоинства», «индивидуальной
гордости», понятие «собственность» тоже приобрело частный
характер, как имущество отдельной персоны или семьи – «еге»,
48 49
«владельцев». При нем кочевать стали аулами, отдельными
семьями, а не целыми родами-таборами. При нем появились
богатые и бедные, появилось понятие торговли («ауда», «сауда»)
и первые купцы.
У Ара было семь сыновей, которых он назвал «Бай», «Жан»,
«Еге» (каз. «Ие»), «Нам», «Энг» (каз. «Әнгі»), «Иса» (каз. «Іс»).
Седьмым Ар-ұя усыновил внука по имени «Ая».
Старший сын по имени «Бай» ввел понятие «бай-ар»
(«честь и достоинство богатого человека») и создал учение
«Байар» о богатстве. Согласно этому учению, ни одной
важной общественной цели невозможно достичь без опоры
на достаточное количество богатства. Невозможно сохранить
численность населения и обеспечить ее устойчивый рост.
Невозможно выводить новые, улучшенные породы скота.
Невозможно создать должные условия для труда мастеров-
оружейников и ремесленников. Невозможно посылать во все
концы света летучие экспедиционные отряды для изучения
местностей, в которые можно было бы перекочевать в случае
природных катаклизмов или же из-за переизбытка скота,
нехватки пастбищ и водопоев. Богатство легко истратить, но
трудно накопить. Умение делать богатство – это искусство.
Такому искусству нужно учить, как и воинскому ремеслу, с
«младых ногтей». Необходимо учить бережливости, умению
обменивать излишки продуктов труда на необходимые вещи.
Неимущий человек не может быть хозяином в своем доме. Кто
же допустит его хозяйствовать в обществе?
С другой стороны, не всякий имущий имеет честь,
достоинство, гордость. Обычно человек, делающий богатство,
не может быть «ар иесі» – «хозяином собственных чести и
достоинства». Он не способен быть бием, судьей. Но он обязан
стремиться стать «бай-ар» – «достоинством богатства». «Бай-
ар» может служить общественному благу. Он делает добро и для
себя, и для общества. «Бай-ар» увеличивает славу и богатство
рода, дает работу сородичам. «Қойдың құйрығына қарап қалмау
керек» – так звучали его слова в пересказе казахских биев. Это
означает: «Опасно застилать салом собственные глаза, упершись
взглядом на курдюки своих баранов». Ему же приписывают и
мудрое изречение, предостерегающее от опасности гордыни,
возникающей от изобилия: «Семіздікті қой ғана көтереді,
кісі көтереалмайды» («Жир может переносить только лишь
баран, человеку свойственно зазнаваться от богатства»). Он
также завещал: «Байлық – мұрат емес, жоқтық – ұят емес»
(«Богатство – не самоцель, а бедность – не срам»). «Бай-ар»
(«бояр», «достойный богатый человек») с честью переносит
испытания судьбы и не позволяет себе ни относиться свысока к
соплеменникам, находясь «на пике удачи», ни чувствовать себя
униженным в момент испытаний нуждой и лишениями.
По мнению Бая, мало быть «хозяйном самому себе», мало
быть человеком справедливости, чести, достоинства и гордости.
Чтобы иметь уважение среди окружающих, необходимо иметь
имущественную независимость и самодостаточность. Бай
утверждал: «Жемеседе май жақсы, бермеседе бай жақсы», то
есть «Масло, жир все равно остается ценным продуктом, если
даже ты его не кушаешь, а имущий все равно считается хорошим,
даже если он не делиться». Бай ввел правилом для имущих
помогать бедным родичам, давая им скот для размножения. При
этом наделенные скотом сородичи не бывают ему за это ничем
обязаны, кроме чувства человеческой благодарности. С другой
стороны, если благодетель в лихую годину вдруг лишится своих
стад, то его родня должна выдать ему такое же количество скота,
какое получила ранее, причем с приплодом. Поэтому богатый
(«бай») посредством такой благотворительности делает свое
богатство, образно говоря, вечным. На современном языке можно
сказать, что таким образом создавался своего рода «страховой
депозит» для богатой части скотоводов. Такого принципа казахи
придерживались вплоть до прихода к власти коммунистов.
Второму сыну Ар присвоил имя «Жан» («Душа»). Жан,
по преданию, был великим «сазгером» («музыкантом»). Он
изготовил несколько разных музыкальных инструментов и
сочинил множество произведений. Жан считается основателем
песенно-поэтического творчества людского племени и
создателем таких музыкальных инструментов, как домбра
и саз. Он создал учение «Жан», согласно которому душа не
может быть спокойна ни в условиях нищеты, ни в условиях
угрызений совести, ни в условиях вражды. Тот, кто теряет
совесть, сострадание, любовь и другие чувства, тот теряет душу.
50 51
Без чувств душа каменеет. Она становится мертвой в глазах
окружающих и потомков. Люди с больной душой опасны. Они
могут заразить этой болезнью своих соплеменников и потомков.
Главным же средством излеченья души являются не лекарства и
снадобья, а поэзия и музыка. И не только души, но и тела.
Жан ни в коем случае не признал бы принцип древнеримских
медиков «mens in corpore sano» («в здоровом теле – здоровый
дух»). Считалось, что наоборот – здоровый дух может изгнать
любую болезнь. Поэтому, шаманские практики народных
целителей «бақсы», использовавших психотерапевтические
способы лечения, в том числе и музыкой, берут начало в учении
Жана, а его, согласно учению «Яссы», можно считать первым
шаманом и первым психотерапевтом.
Третьего сына Ара звали «Еге» (каз. «Ие», монг. «Екей»,
«хозяин»). Он считался автором учений о чувстве хозяина («ие
сезімі»). Он ввел понятие «Ана жер-ана» (матушка Земля – мать
всех земных существ). Ие занимался земледелием и садоводством
(«бақ бағу»). Бай был материалистом, а Ие – идеалистом, если
можно применить к ним современные понятия. Он создал учение
«Жаратқан Ие» (о вселенском хозяине-создателе «Жаратушы»),
существенно дополнив древнее понятие Тенгри.
Его суть заключалась в том, что все существующее живое
и неживое, имеет одного-единственного создателя-творца и
хозяина, владельца «материального мира». По его всемогущей
воле каждый миг кто-то рождается, что-то возникает, кто-то
умирает и что-то исчезает. Во всех процессах, происходящих
в мире, есть разумное начало, высший порядок, недоступный
логике простых смертных. Разум человека есть только частица,
малая толика Вселенского Разума. Если эта частица в гармонии
с целым, то она приносит пользу и себе, и окружающей среде.
Чтобы приносить пользу и себе и другим, человек должен
правильно мыслить и поступать. Человек должен быть
«хозяином самому себе», то есть хозяином своего ума, своих
чувств, своих поступков, иначе говоря, уметь подчинять чувства
разуму, постигать мир не только интуитивно, но и логически.
Четвертого сына Ара звали «Нам» («Гордый»). Он ввел
понятие «нам-іс» («дело воспитания гордости») и развил
учение «Намыс» («О чести, достоинстве и гордости»). По этому
учению человек должен быть гордым. И не только. Он должен
поступать так, чтобы им гордился его род не только при жизни,
но и потомки. Нам говорил: «Ер намысы – ел намысы», то есть
«Гордость человека и гордость эля (отечества) совпадают». По-
настоящему гордый человек проносит знамя чести, достоинства
и совести своего рода-общины и племени через всю жизнь. Нам
призывает учить детей гордости с раннего возраста. Мальчишек
нужно рано приобщить к делу обуздания необъезженных
коней, к охоте, к военному делу, к изготовлению собственными
руками разных видов оружия и снаряжения. С девушками
нужно обращаться нежно и бережно, как с дорогими гостьями.
По выходу замуж они становятся членами других родовых
общин, а потому до того времени они являются «гостьями» в
родительских семьях: «Қыз – үйдегі қонағы» (дочь – гостья в
родительском доме). Наму по традиции «Яссы» бии приписывают
мудрое изречение: «Ырыс қойса да туыс қоймайды» («Если и
покинет везение, гены и порода победят»). По легенде, ему же
принадлежит императив: «Гордый человек уважает гордость
другого человека». Истинно гордый человек не унизит другого,
поскольку, унижая другого, он унижает себя.
Самым крупным был в те времена союз племен «ар» и «еге»
(«ие»). Этот союз разделился на несколько частей. Основная
часть откочевала на просторы между реками «Дана» и «Арқа».
В настоящее время эти реки известны под названиями Дон и
Волга. Названы они в честь вождей «Дана» и «Арқа», которые
были предводителями этой части ариев. В пересказе казахских
аксакалов эти имена трактуются, разумеется, по-казахски, как
«Мудрец» и «Опора», хотя ученые считают, что эти названия
иранского корня и имеют другое значение. Другая часть ариев
откочевала далеко на юго-запад. Будучи скотоводами, арии
обосновались вблизи больших рек и, в силу принципа экзогамии,
смешивались с местными населениями.
Для содержания большого количества скота, ведения
домашнего хозяйства, строительства и ремесел всегда не
хватало людских ресурсов, не хватало пастбищ, поэтому часто
происходили нападения на соседей. Осколок союза племен Ар и
Еге присоединился к сильному племени Нам. Этот новый союз
племен «Ар-Еге-Нам» откочевал на территорию современного
52 53
Ирана и смешался с местным населением, возглавлял его Аргын
Третий. Союз племен Аз, Ар, Бай и Жан, по легенде, создал
государство Азербайджан …
Пятого сына Ара прозвали «Мәнгі» («Вечный»). Он создал
учение о вечном (каз. «мәңгі»). Вечным является движение по
кругу. Круг этот не имеет ни начала, ни конца. Конец одного
цикла является началом другого. Циклы сменяют друг друга. В
природе весна сменяет зиму, лето – весну, осень – лето и снова
зима сменяет осень. В человеческом существовании юность
сменяет детство, зрелость – юность, старость – зрелость. Старцев
сменяют зрелые, зрелых – юные, юных – дети. Отцов сменяют
дети, детей – внуки, внуков – правнуки и так далее. И в жизни
общества, и в жизни отдельной семьи, и в жизни отдельного
человека «лето сменяет весну, осень – лето, зима – осень, а весна
– зиму». Нужно уметь достойно переносить природные стихии
и трудности судьбы: «не расслабляться весной и летом» и «не
опускать руки осенью и зимой». В жизни каждого человека и
каждого племени есть свое «колесо судьбы»: если для одного
наступает лето, то для другого – зима.
«Колесо судьбы» или «колесо жизни» можно представить
следующим образом: круг, а внутри круга крест, на пересечениях
креста с кругом колеса образуются 4 полюса – «весна», «лето»,
«осень», «зима». Человек не подневолен. Своим разумом и
чувствами, соей волей и работоспособностью человек может
выбрать большое или малое «колесо судьбы», разную скорость
вращения этого «колеса». Человек участвует в определении
своей судьбы. Но это лишь участие, а не самоопределение.
Миром правят законы вечности, или законы вечного
периодического, циклического движения. «Мәнгі» вместе с тем
заявлял, что ни при каких обстоятельствах нельзя проявлять
покорность судьбе. Человек должен говорить сам себе: «Я все
могу, все умею, все преодолею». Достойный мужчина (каз.
«ер») должен добровольно брать на себя груз ответственности
за выживание и существование своей семьи, рода или целого
племени, заявив «ермін», то есть «кто же, если не я?». Только
в этом случае он может стать «ар иесі», «ар-ісі», арысом: бием,
батыром, ру-аксакалом или правителем-ханом.
При освоении нового языка и нового ремесла человек
должен говорить «ермін» и браться за трудное дело. В минуты
опасности, нависшей над родом, истинный арыс должен
говорить «ермін» и идти навстречу опасности. Древние арийцы,
в отличие от поздних казахов, никогда не присваивали детям
неблагополучные, уничижительные имена и прозвания, т. к.
суеверного страха у них не было. Считали, что «ат» (имя)
или «лақаб-ат» (прозвание) – это будущая судьба человека,
как его назовешь, таким он и будет. Например, если ребенок
переболел серьезной болезнью, а затем выздоровел то ему
давали прозвание «Мәңгі». Если ребенок сильно голосил, то
присваивали прозвание «Әнгі» («Песенный»).
Шестого арийского сына, по преданию, звали «Әнгі».
Он считался Аргыном Четвертым. Жазы-бий считал, что от
него происходят казахские аргыны и англичане. Насколько
обоснованно – неизвестно. Основную часть аргынов Жазы-
бий производил от арийского сына «Әнгі» по имени-отчеству
– «Ар-Әнгі». Более того, согласно Жазы-бию «Ар-Әнгі» звали
Алан, т. е. исторические аланы и аргыны по его мнению – суть
одно племя, но по-разному именующееся. Этот момент неясен и
объяснить его сложно. Также говорилось, что та часть племени
«әңгі», которая ушла в монгольскую степь, объединилась с
потомками «Арғы Қу» («Лебедя древнего») и стала называться
«Қу-Әңгі», которое в предании Майкы-бия значится как «қоян»,
составив ядро гунской конфедерации.
Вообще, с названием «аргын» была большая путаница,
поскольку часть аргынов производила себя от Алтая по
прозвищу Древний Инь («Арғы Ін») и считала себя «старшими»
по отношению к кыпчакам, что, естественно, не могло не
вызвать раздражения кыпчаков. В кочевом сообществе градация
«младший-старший» имела первоочередное значение – отсюда
известное по многочисленным свидетельствам соперничество
между кыпчаками и аргынами в средние века. О философском
учении «Әңгі» в предании что-то говорилось, но, к сожалению,
в чем его суть – уже неизвестно…
Аксакалы из казахского рода «албан» представляют этот
фрагмент предания об арийских сыновьях в иной версии: Ар
имел семь сыновей, имена которых не уточняются, он также
усыновил своего внука по имени Ал. Племенной союз «ар-ал»
54 55
освоил побережье моря, которое называется Арал, и реку Урал.
То ли это был союз племен Ар и Ал, то ли одно племя, названное
по имени-отчеству вождя – говорят по-разному.
По генеалогическому преданию Байузака Кожабек-ұлы
Албани, этого Ала ласкательно звали «Алаш», дескать, поэтому
потомки его, оставшиеся на земле предка, называют себя
народом «Алаш». У Алаша было трое сыновей: «Ал-Мәңгі»,
«Ал-Әңгі» и «Ал-Бәңгі». От них пошли алманы, вошедшие в
союз германских племен, аланы, предки современных осетин,
и сами албаны. «Старшие» племена ушли на запад, с ними
вместе откочевали племена «аз» («ас», «ас-ұт»), «бай» и «жан»,
а младшие – албаны – частью тоже ушли на запад и восток,
но большей частью остались. Албаны, ушедшие на запад,
основали на Кавказе страну Албанию. Албаны, ушедшие на
восток, основали Албанию на территории Синьцзяна. Царское
правительство отдало в XIX веке их кочевья китайцам, что
послужило причиной восстания тех албанов, которые остались
в Китае. Казахские албаны также себя именуют «адбан» и
«абдан» …
Седьмого арийского сына звали «Іс». Это был Іс Второй.
Называли его по имени отчеству «Ар-Іс» («Ис, сын Ара»),
позже – Арыс-бий. Поскольку он был младшим сыном Ара, то
отец прозвал его «Туран», что означает «Право наследования
отчего края». По древним обычаям евразийцев старшие
сыновья наследовали богатство (скот) и отселялись, а младший
сын наследовал территорию. Поэтому, дескать, старшие братья
называли младшего брата «Тұр» («Оставайся»). Но историк
Шакарим Кудайберды-улы (племянник Абая Кунанбаева) и
филолог Султан Имбергенов считали, что слово «тур» и «дулы»
(«дулы-ұт», «дуғлат») – одно и тоже, и происходят от «дулыға»
(шлем, холм). В истории он известен также как «Алп Арыс
би» (Афрасиаб, по согдийски), а также «Алп-Ар-Тұңға» (по
тюркски). «Алп» означает огромный, великий, «Тұңға» – тигр.
В «Авесте» его имя звучит как Франхрасьян.
Султан Имбергенов уточняет: «Младшего сына Ара
величали по имени-отчеству «Ар-Іс», или Арыс (отчество
ставилось впереди). На инаугурации его нарекли прозванием
«Дулыға», т. е. шлемоносец, которое превратилось в «Тур», а
все подвластные ему племена приняли общенародное название
«Дулы-ұт», которое звучало в устах согдов и персов как
«Туран». Поэтому вся оставшаяся в наследство территория
именовалась Туран. Масгут Шайкемелов название местности
Тургай тоже как-то связывает с Туром-Афрасиабом, говоря, что
никакого отношения к воробьям оно не имеет (воробей – каз.
«торғай»), считая его – родиной предка скифов и саков. Однако
подробности, к сожалению, утрачены …
Майкы-бий подчеркивал, что все перечисленные
исторические личности и их учения сыграли выдающуюся
роль в деле преодоления вражды и объединения родов в
племена, а последних – в многоплеменные союзы. Но сами
учения искажались до неузнаваемости, как только становились
достоянием толпы. Вместо здорового честолюбия появлялось
болезненное тщеславие. Вместо стремления хозяйствовать –
властолюбие. Желание стать имущим перерастало в непомерную
алчность. Только избранные личности правильно понимали
учения мудрецов и адекватно претворяли их в жизнь.
Со временем «Ар-Іс», или Арыс стал великим полководцем
и государственным деятелем. Его величали уже «Алп Арыс
би» («Афрасиаб»), «Ар-Тур» («Тур сын Ар’а») и «Тур-Ар».
Место под названием Турар есть в Каскеленском районе
Алматинской области. Для древних греков он стал богом войны
Аресом, латинские племена величали его Марс. В честь этого
бия названа река Арыс в Южном Казахстане. Также вплоть до
конца тридцатых годов ХХ века казахи называли словом «арыс»
личностей, которых они признавали в качестве «аристократов
духа». Большинство из них погибло в застенках НКВД и в
лагерях ГУЛАГа в период 1936–1938 годов по обвинению
в национал-фашизме, а слово «арыс», т. е. «ариец» стало
запрещенным. После этого национальное понятие «арыс» было
заменено большевистским понятием «азамат» («гражданин»).
Война с Германией, в которой участвовало полтора миллиона
казахстанцев, еще более укрепила неприятие этого слова, которое
стало ассоциироваться с нацизмом, поскольку гитлеровцы тоже
именовали себя «арийцами» …
По казахскому шежире народ «алаш» считает своим
праотцом Арыса и трех его сыновей с именами Ақ-арыс, Жан-
56 57
арыс и Бек-Арыс. От них пошли три жуза – старший, средний и
младший, соответственно. «Арыс би» (Афрасиаб) ввел понятия
«бек ар-ісі», «жан ар-ісі» и «ақ ар-ісі». Ар-ісі означает «дело
чести» и «аристократ духа». Власть в племени признавалась
или не признавалась. Если правители лишались признания, то в
течении одной ночи они оказывались покинутыми и оставались
в степи лишь в окружении своих домочадцев. Чтобы получить
признание и власть в арийском обществе, необходимо было изо
дня в день проявлять абсолютную преданность возгавляемому
племени, самоотверженное служение его интересам, полную
беспристрастность и объективность при разрешении споров
между соплеменниками. Это и есть «ар-ісі».
Степняки считали себя детьми матери-природы и были
таковыми на самом деле. Они ощущали себя такими же детьми
природы, как волки и птицы. Если последние выживали стаями,
то степняки выживали родовыми общинами и племенами.
Матерого вожака стаи волков людская молва наделяла особыми
качествами благородства, имея ввиду его ежесекундную
готовность жертвовать собой ради сохранения стаи. Среди
этих качеств прежде всего отмечалось свойство «ар» – честь
и достоинство. Арыс не допускал ущемления интересов
степняков со стороны городских цивилизаций, которые часто
пользовались их природным простодушием, широтой души,
и взвинчивали цены на свои товары, либо устанавливали
непомерные пошлины на скот, кожи, шерсть и другие товары
кочевников. Про непомерно алчных правителей Афрасиаб
говорил: «Түйені түгімен жұтатындар», т. е. «Те, кто сособны
свободно проглотить верблюда целиком вместе с шерстяным
покровом». Он наказывал их по степным законам Дата, за что
был люто ненавидим ими, как и все его последующие потомки,
включая Аккуса-Мадиара (Огуза) и Чингизхана. Когда Кайыр-
хан правитель Отрара, зверски равправился с монгольским
караваном, то Чингисхан, по свидетельству Майкы-бия,
произнес именно эту фразу в отношении Кайыр-хана…
Арыс-бий, развивая учение Аза «Ұя» («Родовое гнездо»),
ввел понятие «үю» («собирать»), здесь имеется ввиду собирание
племен в единый союз. На этом понятии основывался и другой
термин, введенный им, – «ұйымшылдық» («соборность»). В
утвердительной форме глагол «үю» звучит как «үй», понятие
«дом», «семья» тоже звучат как «үй». Вряд ли это случайное
совпадение, особенно если иметь ввиду символически-образное,
глубоко ассоциативное мышление степняков.
Предок туранцев говорил, что жизнь людей зависит от
поголовья скота, а последнее – от капризов природы. Засуха,
наводнение, буран и гололед периодически случаются. Когда
они наступают, то сопровождаются крупным падежом скота. В
результате от голода погибают целые родовые общины. Но когда
они объединены в племя, то своевременная помощь со стороны
других родовых общин может спасти сотни человеческих
жизней. Если же организовать прочный союз нескольких
племен, то в случае разных природных катаклизмов можно
спасти тысячи жизней. Поэтому необходимо целенаправленно
развивать в людях чувство братства, взаимопомощи, милосердия
(«бауырмалдық»).
Но, с другой стороны, каждая родовая община мечтает
жить так же свободно, как стая птиц, и вольно кочевать таким
же образом, как перелетные птицы. Каждая родовая община
считает себя зависимой только лишь от Бога (Тәңір) и Природы
(Ұмай) и дорожит своей независимостью от других родовых
общин, а потому очень настороженно относится к вопросам
соэдания единого племени, тем более – союза племен.
Требования абсолютной прозрачности в принятии решений,
честности и справедливости, непосягательства на право
свободного волеизьявления рода являются естественными
для кочевников требованиями, предъявляемыми к вождям
родоплеменных союзов. Отвечать таким требованиям могут
лишь самоотверженные личности, наделенные богатым умом,
тонкими чувствами, развитой интуицией и беспредельно
преданные делу чести («ар ісі»). Именно таких личностей
признают родовые общины своими вожаками и готовы доверить
им свои судьбы. Они доверяют им право распоряжаться всем
богатством кочевого племени: территорией и скотом. Поэтому
те, кто заслуживают такого доверия в кочевом обществе, по праву
должны быть самыми богатыми людьми. Власть и богатство
должны принадлежать настоящим аристократам духа – «ар ісі»,
арысам. Именно аристократы духа способны создавать союзы
58 59
племен и обеспечивать прочное монолитное единство общества.
Такое единство Арыс-бий называл «ел» (эль). В его трактовке
понятие «ел» это понятия «народ» и «отчизна» («унаследованная
от предков территория») вместе взятые, в совокупности.
В современном понимании «ел» это – нация. Но степняки
давали слишком расширенное толкование этому понятию «эль»:
и нация, и племя, и родовая община. Каждый раз этот термин
мог быть истолкован по-разному, исходя из предмета разговора.
Но, в конечном итоге, под данным понятием подразумевалось
братство, основанное или на кровном родстве, или на
языковой общности, на схожести образа жизни и мышления,
территориальной общности, верности вековечным традициям и
обычаям. Чтобы укреплять родство, родовые общины должны
были устанавливать максимально широкие брачные связи с
соседями по принципу «жеті ата».
Арыс-бий по тюркскому прозванию «Дулы» или иранскому
«Тур» последним начал создавать союз племен в середе кочевых
арийцев. Он поставил целью собрать воедино непокорные
племена и родовые общины, которые в силу традиционной
приверженности к кочевому образу жизни очень болезненно
воспринимали любые попытки концентрации властных
полномочий в одном центре управления. Афрасиаб понимал,
что при существующей раздробленности степняки рано или
поздно попадут в полную зависимость от оседлых соседей-
родственников, с которыми они постоянно воевали.
Исходя из учения Аза о мудрости, он сделал вывод,
что единство внутри родовой общины носит, в большей
степени, инстинктивный характер, такое же, какое приводит
к образованию стай волков, гусей и лебедей, свободу которых
воспевали кочевники. Но уже другой смысл единство приобретает
внутри племени. Наиболее разумным, по его мнению, являлось
создание союза племени. В этом случае повышалась и военная и
экономическая безопасность. Собрание родовых общин в племя,
а затем в федеративный союз племен Арыс-бий обозначил
понятием «үю». Из тридцати трех своих сыновей, по преданию,
он выбрал троих для дела «үю» и дал им новые имена: «Үюшы»
(«Собирающий»), «Үйғыр» («Способный собирать») и «Үйсін»
(«Пусть собирает»). Их именами были названы три больших
племени: «үюші», «үйғыр» и «үйсын».
Жазы-бий, кстати, призывал различать Уйгура Первого
(арийского Уйгура) и Уйгура Второго (тюркского хана Уйгура),
а также подчеркивал, что главный бий Монгольского улуса Төбе
би был одиннадцатым по счету степным арбитрам, носившим
имя «Үйсін». Имя «Үюшы» после арийского периода истории
больше не повторялось. Оно созвучно с китайским «юэчжи»,
но ученые-синологи переводят «юэчжи» как «гет» или «куш».
Так что, скорее всего, это созвучие просто совпадение, которое
иногда случается.
Арыс-бий считал, что необходимо создать свою структуру
власти. И он сумел это сделать, опираясь на свое учение «Бек-
арыс». По этому учению верховным правителем единого союза
племен является «бек» («несокрушимый»). Очередные ступени
в иерархической лестнице должны занимать, по нисходящей
линии: верховный бий союза племен, бии отдельных племен,
старшины племен, бии родовых общин и родовые старшины (ру-
аксакалы). Арыс считал желательным совмещение статуса бия и
должности родоплеменного вождя (старшины). На практике так
и случалось.
Биев никто не выбирал и не назначал – они были
инициативными самовыдвиженцами и либо признавались
обществом, либо не признавались. Беки выбирались на курултаях
родоплеменных старшин. Понятие «курултай» состоит из
двух слов: «құрыл» и «тай». В образном переводе слово
«құрыл» обозначает «самообустройство», «самосозидание»,
а словосочетание «құрыл-тай» означало «самообустройство»,
самоопределение вместе с наличным богатством – территорией
и скотом. Родоплеменные старшины выступали на курултаях в
качестве доверенных ответственных лиц от племен и родовых
общин.
Первым беком при жизни Афрасиаба был выбран его
старший сын «Үюшы». Он был прозван «Бек арыс». Используя
силу, он опирался на вердикт суда верховных биев. При
вынесении вердикта в верховном суде голос бека приравнивался
к голосам двух верховных биев. С другой стороны, бек был
обязан подчиняться единогласному решению трех верховных
биев. Поэтому только тогда, когда вердикт суда биев принимался
60 61
окончательно и бесповоротно, Уюши решительно употреблял
всю военную мощь для исполнения решения верховных биев.
Вопросы войны и мира бек решал только по согласованию с
тремя верховными биями…
Следующий сын Арыса по имени Уйгур носил прозвание
«Жан арыс». Он воплощал в жизнь одноименное учение
отца о духовной цельности человека. Уйгур Первый уделял
много внимания созданию новых инструментов и технологий,
развитию поэзии, музыки, танца, ковроткацкого мастерства,
различных ремесл. Считалось, что развитие искусства и
ремесел, удовлетворение позывов души к красоте, творчеству,
созидательной деятельности также объединяет людей.
Наконец, третий сын Афрасиаба по имени Уйсын Первый
успешно проводил в жизнь учение отца «Ак арыс». Еще при
жизни отца он стал верховным бием туранского союза племен.
Арыс-бию наши предки приписывают создание учения
«Билік» как целостной системы знаний, основанной на
принципах кочевого бытия воинов и поэтов, пастухов и
музыкантов, мудрецов и ремесленников. До сих пор народная
память хранит бессмертные афоризмы учения «Билік»: «Тұралы
биде туған жоқ» («У справедливого бия нет родни»); «Би – ақтың
құлы» («Бий – добровольный раб справедливости»); «Ақты ақ
деп бағала, қараны қара деп бағала» («Белое цени как белое,
черное без колебаний определяй, как черное»); «Өлімнен ұят
күшті» («Совесть сильнее смерти, лучше умереть, чем испытать
нестерпимые угрызения совести»). Афрасиаб проповедовал:
«Ничто не способствует единству кочевников больше, чем
справедливый суд биев. Ничто не способствует разъединению
кочевников больше, чем несправедливость. Ни одно племя, ни
одна родовая община не должна чувствовать себя ущемленными
в правах. Как только возникает такое чувство, род покидает
племя, а племя покидает союз племен или же с оружием в руках
отстаивает свои права». Действительно, каждая родовая община
представляла собой мобильную военную дружину, и лишь
справедливый суд мог предотвратить междоусобные войны…
Жазы-бий считал, что у древнеиранского, древнетюркского
языков были одни и те же истоки. И, что интересно, этого
же мнения придерживается сегодня целый ряд современных
ученых-лингвистов. Что касается исхода значительной части
арийцев и туранцев из родных мест, то можно объяснить это
традицией: старшие племена покидали родные места, когда
становилось тесно. На исторически освоенном месте оставалось
племя, которое считалось самым младшим среди объединений
родов-общин…
Таким образом, начало степных народов в эпоху неолита
получило прочную социальную структуру в виде племени.
Племена имели свои имена, территорию, диалект, культурно-
бытовые ососбенности. Племена пока еще оставались
этническими общностями и лишь в незначительной степени
– общностями социально-потестарными. Для раннего этапа
родоплеменной организации характерна незначительная роль
племени и очень большая, доминирующая, роль рода.
С древним этапом истории связаны многочисленные
миграции из степных равнин Центральной Азии. Согласно
некоторым научным гипотезам из первоначального степного
сообщества племен отделились шумеры, затем индоевропейские
группы. Насколько мы можем судить, расселение по планете
индоевропейских народов было многоэтапным и постепенным
процессом, охватывающим всё новые районы Европы и
Центральной Азии.
Вероятно, самые активные переселения шли в конце IV-
начале III тысячелетия до н. э., после чего в Великой степи
наступает период относительного затишья и стабильности. На
многих местах нового поселения эти народы скрещивались
с уже жившими там пралюдьми. Такое могло произойти и в
степях Казахстана, где они появились уже в древнекаменном
веке. В социальном плане это привело к укреплению таких
форм общежития, как племена или же союзы племен. Племена
состояли из нескольких родовых общин, объединенных не только
родством, но территориальной близостью, генеалогическими
узами, однородным хозяйством, диалектом и культурно-
бытовыми особенностями.
О появлении раннего государства на территории Казахстана
в эту очень раннюю эпоху (III тысячелетие до н. э.) говорят
некоторые фрагменты казахского шежире. Шежире повествует
о ранних обитателях Великой степи, ступивших уже на путь
62 63
формирования государства, что выражается казахскими словами
«ель болу, жұрт болу». В легендах отражены отголоски древних
представлений казахов о своем прошлом, о своих первопредках,
обитавших в Великой степи в эпоху энеолита и бронзы. В это
время складывается общность коневодческих племен, идет
формирование основных параметров этносоциальной структуры
и усиление потестарно-политических институтов. Одновременно
происходят процессы нарастания имущественного неравенства,
выделения племенной верхушки, вождей.
2. Страна Ариев
Ундасынов Искандер Нуртасович, доктор исторических
наук, профессор, главный научный сотрудник Института
сравнительной политологии Российской Академии Наук в первой
части своей книги «История казахов и их предков» описывает
этнополитическую историю насельников казахстанских степей
от ариев до тюрков. Так, в V–III тысячелетиях до н. э. был
наплыв индоевропейцев, волна за волной расселявшимися со
своей прародины и ко II тысячелетию до н. э. захватившими
необозримые пространства от Байкала до Британских островов,
от Северного до Средиземного моря, от Малой Азии до Северной
Индии.
Уже в начале II тысячелетию до н. э. на территории
Казахстана сложилось своеобразное комплексное хозяйство,
соединяющее скотоводство, земледелие и высокоразвитую
металлургию. Несмотря на обширность территории, племена
эпохи бронзы демонстрируют культурное единообразие,
сменяющее племенную чересполосицу эпохи неолита.
Курганы эпохи бронзы известны под названием «мық»
«мықтың үйі». В археологической литературе говорится, что в
степях Казахстана проживали две архелогические общности.
Западная, сформировавшаяся между Днепром и Волгой,
получила название «срубной культуры» (по сбособу погребения
в срубах). Восточная, относящаяся к степной зоне Казахстана и
Южной Сибири (в 30-х годах ХХ столетия впервые памятники
этого типа были найдены археологами на Енисее у села
Андроново в Сибири), стала именоваться «андроновской
культурой» (или культурой «мык» по местному наречию).
Основой культурного комплекса стали освоение бронзового
литья, резко улучшившиеся орудия и оружие, появление
конской упряжи и легкой боевой колесницы. Обе степные
общности раннебронзового века стали основным населением
казахстанских степей.
Успеху индоевропейцев способствовало много
обстоятельств. Отметим самое главное, ибо большая часть
остальных – суть его производные.
IX–III тысячелетия до н. э. составляют ново-каменный
век – неолит. В этот период времени произошло самое важное
событие в истории человечества, это переход от присваивающего
(охота, собирательство) хозяйства к хозяйству, производящему
(земледелие, скотоводство), т. е. неолитическая революция. Она
создала непреодолимую пропасть между теми человеческими
общностями, которые ее пережили, и теми, которые в силу разных
причин сохранили присваивающее хозяйство. Первые вступили
в Историю и построили все существовавшие и существующие
цивилизации. Вторые остались в каменном веке и обрекли
себя на вечное прозябание. Время для них остановилось,
и они выпали из потока Истории. Так вот, вторгнувшаяся в
степи часть индоевропейцев, прошла через неолитическую
революцию. Соответственно они были носителями более
прогрессивного типа хозяйства, более высокой культуры,
более обширных знаний, лучше вооружены и превосходили
аборигенов по степени организации. При контактах с ними у
последних не было ни малейших шансов на победу. Пришлые
индоевропейцы либо уничтожили, либо согнали аборигенов
с наиболее удобных для жизни мест. Лишь отдельные группы
аборигенов были ассимилированы пришельцами. Вот почему их
нельзя считать самыми древними предками казахов. Ими стали
индоевропейцы, образовавшие первый крупный пласт, на базе
которого через многие тысячи лет и сложился казахский этнос.
Вторым таким пластом стали многочисленные тюркские
племена, уже в VII в. н. э. преобладавшие в Дешт-и-Кыпчаке.
Специалисты единодушны в том, что именно индоевропейцы
образовали ранние исторически засвидетельствованные
этносы Великой степи от Дуная до Алтая. На этом единогласие
заканчивается и начинаются бурные споры о том, откуда начали
64 65
свое движение по евразийским просторам индоевропейцы и
какими путями-дорогами расселялись они из своей прародины.
Очевидно, что второй вопрос тесно связан с первым.
Чтобы определить пути движения необходимо установить
тот регион, из которого оно начиналось, т. е. прародину
индоевропейцев. Современная наука дает несколько достаточно
аргументированных, но не очевидных (иначе не было бы
ожесточенных дискуссий) ответов на этот вопрос. Одни
помещают прародину индоевропейцев на Балканы, вторые
– в Северную Европу, третьи – в Причерноморье, четвертые
– в Среднюю Азию, пятые – в Малую Азию (современная
Турция). Увы, ни я, ни ты, читатель, не обладаем необходимыми
знаниями, чтобы включиться в дискуссию. Нам остается только
присоединиться к одному из вышесказанных специалистами
мнений, а выбор может быть сделан только на основании
того, кто из них, с нашей точки зрения, наиболее убедительно
обосновывает свою точку зрения. Лично я отдал предпочтение
малоазиатской гипотезе, обоснованной в фундаментальном
труде Т. В. Гамкрелидзе и В. В. Иванова «Индоевропейский
язык и индоевропейцы» (т.1–2, Тбилиси, 1984).
И снова мы стоим перед выбором. Дело в том, что среди
сторонников малоазиатского происхождения индоевропейцев
нет единого взгляда на то, какими путями-дорогами они
расселялись со своей прародины, в частности, что нам
особенно интересно, как они попали в казахские степи. Ответ
специалистами дается двоякий: первый – через Иранское нагорье
и Среднюю Азию, второй – через Кавказ, Причерноморье,
Волго-Уральский регион. Последний вариант представляется
нам предпочтительнее.
Сейчас самое время напомнить читателю, что название
сформировавшейся в Малой Азии этнолингвистической
общности, сугубо условное. Она не имела в период сложения
(V тысячелетие до н. э.) никакого отношения ни к Индии, ни
к Европе. Да и таких географических понятий в то время еще
не существовало. Свое название – индоевропейская – получила
уже не та первичная общность, а вся совокупность народов,
говорящих на языках индоевропейской языковой семьи. И
сделано это было лишь в XIX в. Как называли себя люди,
положившие начало этой языковой семье, нам не известно
и, уверен, никогда известно не станет. Зато нам известно
самоназвание людей, отделившихся от общности условно
именуемой индоевропейской, и обживших территории между
Доном и Алтаем. Имя им арии, именно арии, а не индоарии,
как их обычно называют в литературе. Индоарийская общность
сложилась гораздо позднее, когда часть ариев мигрировала в
Северный Индостан и, смешавшись с аборигенами, создала там
особую культуру и новый этнос.
К началу II тыс. до н. э. арии создали в евразийских степях
две мощные родственные культуры – срубную и андроновскую.
Первая занимала обширную территорию от Дона до Урала,
вторая – большую часть территории современного Казахстана
– от Урала до Алтая и даже еще восточнее. Ее носители –
арии – являются древнейшими, из известных науке, предками
казахского народа.
Об ариях – андроновцах мы знаем почти исключительно из
археологических материалов. Однако сведения о них скудные,
разрозненные, «темные», с трудом поддающиеся расшифровке,
сохранились и в древнейшем памятнике ираноязычной
литературы, своде священных книг зороастризма «Авесте».
Зороастризм – религиозное учение, созданное в начале I
тысячелетия до н. э. великим религиозным реформатором
Заратуштрой, преобразовавшем древнюю религию
индоевропейцев митраизм в соответствие с изменившимися
условиями бытия.
На конец II- начало I тысячелетия до н. э. пришелся
пик многовековой засухи, охватившей степи Евразии. Это
обстоятельство привело к масштабным миграциям ариев-
андроновцев. Они расселялись в Среднюю Азию, Иран,
Афганистан, Пакистан, дошли до берегов Инда. Арийская
общность распалась, точнее сказать, разветвилась на три общности
того же уровня: восточно-арийскую (восточно-иранскую);
западно-арийскую (западно-иранскую); индоарийскую.
Восточно-арийская (иранская) общность раскинулась на
огромной территории, включавшей Причерноморские степи,
Волго-Донское междуречье, Поволжье, Казахстан и Среднюю
Азию. Западноарийская (иранская) располагалась на Иранском
66 67
нагорье, индоарийская – на севере Индостанского полуострова.
Нас, естественно, интересует первая общность.
На севере андроновцы постепенно переходили к кочевому
способу животноводства. Их южные соседи, напротив,
активно развивали земледелие и ремесло. Это, в конце концов,
привело к полному различию образа жизни северных и южных
народов восточно-арийской общности. В духовной сфере оно
проявилось в том, что кочевники остались верны богу солнца
Митре, а земледельцы, противопоставив себя кочевникам,
приняли зороастризм. Соответственно, оседлые зороастрийцы
именовали себя благородными ариями, а кочевников-митраистов
– нечестивыми турами, вероятно потому, что значительная часть
кочевников обитала в Туранской низменности, раскинувшейся
от Каспия до отрогов Тянь-Шаня. Не будем, впрочем, слишком
сурово осуждать Заратуштру и его последователей за нелюбовь
к кочевникам. У них имелись для этого веские основания.
Постоянными набегами на оседло-земледельческие поселения,
часто с пролитием крови, безудержными грабежами, уводом их
жителей в рабство, кочевники и не могли вызывать у оседло-
земледельческого населения положительного к себе отношения.
Вернемся, однако, к священному трактату зороастрийцев
«Авесте» (его название переводится как «Наставление»
или «Восхваление»). «В этом своде эсхатологических (т. е.
посвященных конечным судьбам мира и человека) и литургическим
(т. е. посвященным религиозным обрядам) текстов, – отмечают
известные специалисты по истории Казахстана и Средней
Азии С. Г. Кляшторный и Т. И. Султанов, – самому Заратуштре
приписываются только Гаты («Песнопения»). В течение многих
веков жрецы – последователи Заратуштры заучивали и устно
передавали из поколения в поколение священные тексты… Лишь
через полтора тысячелетия в Иране при династии Сасанидов
зороастризм, ставший государственной религией, был
зафиксирован специально изобретенным письмом. Письменная
Авеста составила 21 наск (книг) из весьма разнородных и
разновременных частей, лишь некоторые из которых восходят
к времени Заратуштры или еще более древним временам. К
наиболее древним «дозаратуштровским» разделам «Авесты»
принадлежат «Яшты» («Гимны»), сохранившие, несмотря на
все позднейшие переделки и сокращения, бесценные крупицы
прошлого знания и знания о прошлом, повествования и
мифы веков, безмерно далеких от дней Заратуштры». Вот эти
последние и дают нам бесценные, хотя и скудные сведения об
андроновцах.
Прежде всего только по «Авесте» устанавливается их
самоназвание арии (точнее – арья). Если бы не «Авеста», они
так и остались бы для нас, их далеких потомков, безымянными
носителями андроновской культуры. Далее «Авеста» содержит
довольно подробные сведения о родине ариев. Она называлась
Арианам Вайджа («Простор ариев»). В ее пределах упомянуты
реки Волга (Ранха), Аму-Дарья (Ардви), Сыр-Дарья (Датья),
Каспийское море (море Вадукаша), Аральское озеро (Чайчаста),
горные системы Памиро-Алая и Тянь-Шаня (Хукарья, т. е.
высокая Хара). Включена в состав родины ариев и «страна
Баври» («Бобровая страна»), расположенная в бассейне реки
Камы. В целом, это как раз те области, которые занимали
андроновская и, частично, срубная культуры.
Тем самым «Авеста» подтверждает данные археологии о
том, что родиной ариев был Казахстан и прилегающие к нему
территории. В более поздних по времени частях «Авесты»
приведены названия еще 16 стран (Мерв, Согдиана, Бактрия,
Северный Афганистан и др.), которые, якобы, тоже являлись
родиной ариев. Но это явная аберрация исторической народной
памяти. Ведь в указанные регионы арии-андроновцы попали
гораздо позднее в результате миграции со своей родины,
интенсивно начавшейся во второй четверти II тысячелетия до
н. э.
Из «Авесты» же мы узнаем, во-первых, названия и ряда
этнических общностей, входивших в более широкую общность
ариев. Они сложились не позднее середины II тысячелетия до
н. э. и даже, вероятно, раньше. Это – хвона, дана, сайрима, саина,
даха. О том, что это не названия племен, а мощных племенных
союзов, слившихся в этносы, свидетельствует, прежде всего,
небольшое число этнонимов, приведенных в «Авесте». Племен
наверняка было много больше.
Во-вторых, об этом свидетельствуют сообщения «Авесты»
об ожесточенных столкновениях между ними. В-третьих,
68 69
очевидно, что мощная миграция, преодолевшая сопротивление
местного населения, изгонявшегося, уничтожавшегося или
в большинстве случаев ассимилировавшегося мигрантами-
ариями, не могла осуществляться разрозненными племенами.
Такая огромная историческая работа была под силу только
крупным племенным объединениям, имевшим многочисленные
и хорошо вооруженные войска. Их ударной силой были боевые
колесницы. Запряженные двумя или четырьмя лошадьми, с
одним или двумя воинами, вооруженными луками, дротиками
и секирами, быстрые, маневренные, неудержимые, они и стали
той непреодолимой силой, которая до середины II тысячелетия
до н. э. сметала всех противников. И совсем не случайно находим
мы в «Авесте» пронзительные строки, прославлявшие боевые
колесницы и их огненного покровителя бога-солнце Митру:
«Мы почитаем Митру,
он правит колесницей
с высокими колесами.
******************
Выводит мощный Митра
Свою легко-везомую
Златую колесницу,
Красивую, прекрасную.
И колесницу эту
Везут четыре белых
Взращенных духом, вечных
И быстрых скакуна
И спереди копыта
Их золотом одеты,
А сзади серебром.
******************
Так дай же нам, о, Митра!
Чьи пастбища просторны,
Упряжкам нашим силу,
И нам самим здоровье!
Дай нам способность видеть
Врагов издалека.
И чтоб мы побеждали,
Врагов одним ударом,
Всех недругов враждебных
И каждого врага».
С середины II тысячелетия до н. э. боевые колесницы в степях
Евразии постепенно исчезают. Их место в качестве ударной
силы кочевников занимает конница еще более стремительная и
маневренная. Предпосылкой замены боевых колесниц конницей
стали, во-первых, резкое увеличение поголовья высоко-
породных лошадей, пригодных для употребления в бою, и, во-
вторых, широкое использование упряжи для верховой езды.
Именно конница обеспечила успех завоевательных походов
ариев конца I тысячелетия до н. э. и верховенство кочевников в
Евразии вплоть до середины II тысячелетия н. э.
Обратимся теперь к данным палеоантропологии, науки,
изучающей физические типы по останкам людей. Они
свидетельствуют, что арии-андроновцы были европеоиды. При
этом население центральных, северных и восточных районов
Казахстана относилось к памиро-ферганскому (андроновскому)
варианту, тогда как обитатели западных и юго-западных районов
– к средиземноморскому варианту протоевропеоидной расы.
Первые обладали массивным средним короткоголовым
(мезокранным) черепом, низким и широким лицом, резко
выступающим носом. Вторые имели длинноголовый
(долихокранный) череп и удлиненную форму лица. Основной
блок данных об андроновцах, особенно об их материальной
культуре, дает нам археология. Какая доля «андроновской
крови» в современных казахах и проводились ли какие-
нибудь масштабные исследования? Насколько поглощалось
(полностью уничтожалось, частично ассимилировалось)
местное население евразийских степей мигрирующими, так
называемыми, «индоевропейскими» потоками, в результате
чего ко 2-му тыс. до н. э. сложилась андроновская (арийская)
культура, т. е. насколько андроновцы «местные» или
«пришедшие»? Их комплексный анализ осуществлен Е. Е.
Кузьминой в великолепной монографии «Откуда пришли
индоарии?». Обратимся к ее тексту: «Археологические
находки свидетельствуют, что хозяйство андроновцев было
производящим и комплексным, сочетавшим земледелие со
скотоводством. Однако в разных регионах и на различных
70 71
этапах развития андроновского общества соотношение этих
форм хозяйствования существенно менялось. На севере ареала
в лесостепной зоне (Северное Приуралье, Северный Казахстан)
преобладало пашенное земледелие и огородничество. В южной
степной зоне (Южное Приуралье, Западный и Центральный
Казахстан) основу экономики составляло животноводство.
А коль скоро эти районы представляли основной ареал
проживания андроновцев, то и в целом в их хозяйстве главную
роль играло животноводство. В тех регионах, где земледелие
занимало значительное место в хозяйстве андроновцев, оно
было примитивно-мотыжным. Основным орудием земледелия у
андроновцев была каменная мотыга; использовались и мотыги
из рогов оленя. Из камня изготовлялись также приспособления
для растирания зерна: песты, ступы, зернотерки. Для уборки
урожая применялись бронзовые ножи, позднее – бронзовые и
медные серпы; они использовались также для заготовки кормов
для скота».
В конце эпохи бронзы (XII–IX вв. до н. э.) андроновцы
ряда регионов научились сооружать плотины и примитивные
ирригационные сооружения ручейного и лиманного типов.
«Андроновские ирригационные сооружения, – констатируется в
книге Е. Е. Кузьминой, – по своей конструкции принципиально
отличны от синхронных и более древних оросительных
систем юга Средней Азии и Ирана, что свидетельствует об их
местном происхождении. Типы всех земледельческих орудий
андроновцев также не имеют ничего общего со среднеазиатскими
и иранскими, но тождественны восточноевропейским, что
указывает на одинаковый уровень развития и общий генезис
земледельческого хозяйства, и андроновцев, и срубников,
а также на вероятное восточноевропейское происхождение
земледелия в Казахстане и Западной Сибири».
Формирование хозяйственно-культурного типа и эволюция
хозяйства в Великой степи прямо зависели от природно-
климатических условий и их периодических изменений. В
силу особенностей природно-климатических условий в период
становления и первых этапов развития (XVIII–XIII вв. до н.
э.) андроновцы вели оседлое комплексное земледельческо-
скотоводческое хозяйство с доминированием скотоводства.
Именно оно давало андроновцам основные средства
существования: мясо, молоко, шерсть, шкуры и зерно. Состав
стада у андроновцев был достаточно разнообразным. На первом
месте был крупный рогатый скот, на втором – мелкий, на
третьем – лошади, что свидетельствует об оседлости населения.
Имелись у андроновцев в небольшом количестве двугорбые
верблюды-бактрианы. Для охраны стад они разводили собак.
«Андроновское скотоводство, – приходит к выводу
Е. Е. Кузьмина, – по видовому составу и породам скота
сходно с восточноевропейским, особенно срубным, и имеет
восточноевропейское происхождение. Оно носит ярко
выраженный степной характер. Его специфику, отличающую
андроновскую культуру от других культур энеолита и бронзового
века степей Евразии, составляет полное отсутствие свиней
и высокоразвитое овцеводство, а также специализированное
коневодство и верблюдоводство».
Высокий уровень коневодства составлял важнейшую
специфику скотоводства у жителей андроновского периода.
Они разводили три породы лошадей: малорослых, высотой в
холке 128–136 см, средних и рослых, высотой в холке 136–152
см. И, наконец, ими были выведены высокопородные лошади
высотой в холке 152–160 см, тонконогие и полутонконогие,
отличавшиеся грациозностью. Выведенная андроновская порода
лошадей стала предтечей всемирно известных ахалтекинцев, а в
конечном счете всех высокопородных лошадей мира.
На первом (XVIII–XVI вв. до н. э.) и на втором (XV–
XIII вв. до н. э.) этапах эволюции андроновской общности
ее носители вели, как уже отмечалось, оседлый образ жизни.
Этому соответствовала и форма скотоводства. Она носила
при доме пастушеский характер, т. е. по утрам скот выгонялся
на пастьбу в прилегающие к поселениям луга и пастбища,
а вечером пригонялся обратно. Частично практиковалось
стойловое содержание скота. Сами андроновские поселения
располагались, как правило, по берегам малых рек, в речных
долинах, в самой пойме или на первой надпойменной террасе.
По размерам выделялись два основных типа поселений: малые,
состоявшие из нескольких жилищ, и крупные, насчитывавшие
10–20 сооружений. Раскопаны и более крупные поселения,
72 73
имевшие несколько десятков построек.
Площадь жилищ обычно была невелика – 40–50 кв.
м, иногда до 100 кв. м. Многие поселения были окружены
рвами и внешними валами, глинобитными оборонительными
стенами. Однако к XV веку до н. э. фортификационные
сооружения исчезают, что свидетельствует о наступлении в
степи стабилизации в межплеменных отношениях и отсутствии
серьезной внешней опасности. К сожалению, археологические
данные проливают мало света на формы собственности у
андроновской общины. На основе этнографических аналогий
с изученными обществами приблизительно того же уровня
развития, можно высказать достаточно обоснованное
предположение, что собственность на обрабатываемую землю,
луга и пастбища носила у них общественный характер.
Труднее определить характер собственности на скот.
Вероятнее всего, что она также была общественной и лишь к
концу существования андроновской общности (XIII–XI вв. до
н. э.) в связи с началом перехода к кочевому скотоводству стала
развиваться семейная собственность на скот, при сохранении
общинной собственности на землю, в том числе и на пастбища.
Что касается характера социальных отношений в андроновской
общности, то ничего определенного сказать о нем невозможно.
Предположение ряда исследователей о том, что оно состояло
из трех социальных групп: служителей культа, воинов и
простых общинников, следует решительно отвергнуть. Такая
стратификация возможна только в условиях далеко зашедшего
процесса разделения общественного труда.
Между тем весь набор материальных памятников
андроновцев свидетельствует, что он у них только начинался;
животноводство отделилось от земледелия, ремесло – от
сельского хозяйства, власть – от народа. Андроновская общность
представляла, видимо, типичное первобытнообщинное
общество на высоком уровне своего развития. Оно, вероятно,
уже вступило (или находилось в процессе вступления) в стадию
военной демократии. Имели в нем, естественно, место и
процессы социального расслоения. Они шли на двух уровнях:
семейном и родоплеменном.
Первичными социальными организмами в рассматриваемую
эпоху были большие патриархальные семьи, представлявшими
основу родовой организации. Выстроены они были по
иерархическому принципу. Возглавляли их патриархи – старшие
мужчины, пользовавшиеся огромной властью по отношению ко
всем членам семьи и представлявшие их интересы на уровне
рода. Короче говоря, патриархи были семейными царьками.
Права и обязанности остальных членов семьи определялись
полом, возрастом и степенью близости к патриарху.
Существовала и родоплеменная иерархия. Место
патриархальной семьи в системе род–племя зависело, во-
первых, от степени ее близости к основателю рода или племени;
во-вторых, от ее численности, определявшей могущество
семьи и, в- третьих, после появления семейной собственности,
от ее богатства. Чем ближе стояла патриархальная семья к
основателю рода (реальному или легендарному), чем она была
многочисленнее и богаче, тем более высокое место занимала
она в системе управления родом. Теми же принципами
определялось положение разных родов в племенной иерархии.
Функционирование описанной системы в течение веков привело
к появлению привилегированных родов, а затем и племен,
которые постепенно узурпировали право на осуществление
управленческо-властных функций как на уровне племени, так и
их объединений.
Арии Казахстана и Средней Азии закончили свое
существование под этим именем в начале I тысячелетия до
нашей эры, когда завершилось формирование нового типа
скотоводческого хозяйства – кочевнического, а на юге, в области
оседлого земледелия и городского ремесленного производства,
окончательно сложился тот способ обработки земли, который
связан с созданием крупных ирригационных систем.
Приемниками ариев в Великой Степи стали их потомки –
саки и савроматы.
3. Саки на территории Казахстана
По преданию древние арии вели свою родословную от
Кибиря, а саки – от его младшего брата Сибиря. Потомком
Сибиря был «Істі-ұрт», потомками которого, в свою очередь,
являлись братья «Іс-Құт» и «Іс-Ләбі». Потомками Искута
74 75
(«Скифа») являлись «Іс-Қылат» и «Іс-Ақ». Приставку «іс»
к именам добавляли, якобы, в память о предке по имени «Іс»
(«Іс-бір»). По рассказам Масгута Шайкемелева, у Арыса было
тридцать сыновей, из них автономии он выделил следующим:
«Құт», по имени-отчеству – «Іс-Құт» (ишкуз, ишкуд, скиф, гут,
гот, гет); «Қылат», по имени-отчеству «Іс-Қылат» (сколот, галат,
кельт); «Ақ», по имени-отчеству – «Іс-Ақ» (сак); «Ләб», по
имени-отчеству – «Іс-Ләб» (слав, славич, славян). Позже племя
«Ләб» влилось в племенной союз «Сак», и, дескать, поэтому
тюрки, кыпчаки и монголы именовали средневековых славян
«саклаб». «Ақ» («Сак») кочевал от Алатау до Алтая, остальных
сыновей Арыс отселил на запад.
Также Афрасиаб выделил автономные улусы для сыновей,
которых звали Жан Второй и Бек. По преданию Жазы-бия Жан
возглавил племенное объединение «мад-құт» (мазгут, масгут,
массагет) в Жетысу (Семиречье) и в Хорезм и Согд (современный
Узбекистан).
Геродот, греческий историк из малоазиатского (ныне
Турция) города Галикарнаса, составил в середине V века до
нашей эры свою историю греко-персидских войн, содержащую
много этнографического материала о народах, соприкасающихся
с персидским государством. Материалы о народах северо-
востока он собрал, главным образом, во время своего
пребывания в греческой колонии Ольвии. Греки называли все
народы, жившие к северу от Черного моря «скифами». Скифы
– собирательное имя степных народов, кочевавших в древности
главным образом в Причерноморьи между Днепром (Тирасом)
и Доном (Танансом) и далеко на северо-восток. Геродот же, чья
история была завершена между 430–424 гг. до н. э., утверждает,
что: «персы всех скифов называют саками». Действительно,
не только среднеазиатских, но и причерноморских кочевников,
тех самых, кого греки именуют скифами, царь Дарий в надписи
из Накши Рустама называет саки парадрайа, т. е. «заморскими
саками».
Как же называли себя «скифские» племена, кочевавшие к
востоку от Волги? Создатели могучей империи ахеменидов
(550–830 гг. до н. э.), сами себя именующие «персами» и
«ариями из арийского племени» хорошо знали своих соседей
и сородичей. Название народа, употреблявшееся ахеменидами
столь расширительно, они не выдумали. В письменных
свидетельствах из Передней Азии имя сака появляется задолго
до ахеменидских надписей.
Изучение и изложение этой проблемы целесообразно
начинать с роли сакских племен в истории в целом, и в истории
Казахстана, в частности. В первом тысячелетии до нашей эры
на территории Средней Азии, Ближнего и Среднего Востока
сформировались государства Ассирия и Мидия. В VI в. на
смену Мидийской державе приходит государство ахеменидов.
Основателем его явился Кир (второй), который в 550 г. до н. э.
создал огромную державу. В состав Ахеменидского государства
в промежутке 530–522 гг. до н. э. входили Парфия, Хорезм,
Бактрия, Согдиана, Сака. Так написано в Бехистунской надписи,
высеченной по приказу царя Дария.
Кто же такие были саки? Севернее бактрийцев, согдианцев
и хорезмийцев, на степных просторах Казахстана, согласно
сведениям из древних источников, в частности, Авесты, обитали
кочевые «туры с быстрыми конями». Туры в персидских
источниках именуются саками, что значит «могучие мужи».
В сочинениях же греческих авторов они фигурируют под
названием «скифы». Это название вошло в историю как синоним
кочевников. В персидских клинописях говорится о трех группах
саков: парадрайя (заморские саки), саках-хаомаварга (саки,
изготовляющие напиток хаому), саках-тиграхауда (носящие
остроконечные шапки). По мнению, многих исследователей:
— саки-парадрайя расселялись в Приаралье, низовьях Сыр-
Дарьи и Аму-Дарьи или в северном Причерноморье;
— саки-тиграхауда – в районе Семиречья, на Тянь-Шане;
— саки-хаомаварга – в долине реки Мургаб.
Саки известны в истории как племена воинственные. Так,
Геродот и другие авторы пишут о войнах персов и саков, о победе
саков над ахеменидским царем Киром. Саки в составе персидской
армии Дария I, которому удалось их подчинить, воевали в
Египте, Греции и отличались в битвах при Фермопилах. Одна
из ярких страниц истории саков связана с приостановлением
продвижения великого завоевателя Александра Македонского
на Восток.
76 77
Вообще, к истории «саков», названных так впервые персами,
«азиатских скифов», названных греками, и включивших в свой
союз племена Северной Индии, Ирана, Причерноморья, следует
относиться весьма серьезно. Ибо они составили основу не
только тюркских народов, – их влияние было шире. Но среди
саков земледельцев, купцов, обработчиков руды были кочевые
племена. За воинственность, строгость и суровость они были
названы «кас сахами» (сравните: кассахи, казахи). В VІІІ–VІІ
веках до нашей эры саки имели дипломатические отношения
с Ассирией, Индией, Персией. Геродот пишет о царице саков
Томирис, которая организовала отпор персидскому царю Киру
(558–529), пытавшемуся завоевать Степь. Греческий историк
Полион, обрисовывая продолжение агрессивной политики
нашедшего смерть Кира, его последователем Дарием I в 518
году, описывает героический поступок предводителя саков
Ширака, который, подобно известному нам позднее Сусанину,
введя в заблуждение большую военную силу персов, погибает
вместе с ними в степи.
Свойственный скифам тип вооружения и конского убора,
характерная скифская одежда, «звериный стиль» в искусстве,
были засвидетельствованы археологическими раскопками от
Хуанхе до Дуная. Это и послужило основанием для общего
названия той культурной общности, которая сложилась в степях
не позднее IX–VІIІ вв. до н. э. и просуществовала, по крайней
мере, до IІІ в. до н. э. Язык скифов и границы их распространения
точно до сих пор не выяснены. Следы пребывания их находят и
в Азии.
Геродот «собственно скифами» считает сколотов, живущих
между Дунаем и Доном. Они были кочевниками-скотоводами
и жили в повозках, покрытых войлоком и перевозившихся
быками. К востоку от них до Каспийского моря жили сарматы,
в стране которых находилась Ольвия, еще далее на восток
жили массагеты (на север от Аральского моря) и саки (на
юго-восток от Аральского моря). Массагеты, по сведениям
древнегреческих авторов, – общее название племенных групп,
населявших закаспийские земли и побережье Арала. Массагеты
были кочевыми племенами. На войну они выходили в пешем и
конном строю. Оружие и предметы их украшения были из меди
и золота. Персидский царь Кир, заложивший основу государства
династии ахеменидов, в 529 году до нашей эры в войне с
массагетами терпит поражение и гибнет от их царицы Томирис.
В более позднее время в эпоху римского владычества название
«Скифия» (например, у географа Пталомея) употребляется для
Средней Азии и казахских степей.
Нижеприводимые отрывки из сочинений Геродота рисуют
образ жизни массагетов, живших по северо-восточному берегу
Каспийского моря и в низовьях Аму-Дарьи и Сыр-Дарьи, т. е. на
территории западного и отчасти южного Казахстана. Относятся
ли массагеты к иранским (персидским) кочевым племенам или
тюрко-монгольским, точно до сих пор не установлено, однако
больше оснований считать их принадлежащими к первым. Таким
образом, древнейшее население западного и южного Казахстана
принадлежало к иранской (персидской) группе народов, живших
в тесном соседстве с тюрко-монголами, населявшим север и
восток территории Казахстана. В современном казахском языке
наблюдается наличие большого количества персидских слов,
совершенно ассимилировавшихся и, по-видимому, проникших
в язык в очень далекие времена.
Геродот о массагетах пишет: «По одежде и образу жизни
массагеты похожи на скифов. Сражаются они верхом на
лошадях и пешие; знают оба способа войны: сражаются луками
и копьями; вооружены обыкновенно и секирами. Все предметы
у них из золота и меди; все, что требуется для копий, стрел
и секир, приготовляется из меди; головные уборы, пояса и
перевязки украшаются золотом. Также из меди делают они
грудные панцири для лошадей, напротив, уздечки, удила и
фалеры приготовляют из золота. Железа и серебра они вовсе не
употребляют, потому что этих металлов нет в их стране, тогда
как золото и медь в изобилии».
Далее он же продолжает: «Обычаи их таковы: хотя каждый
из них женится на одной женщине, но женами они пользуются
сообща. По словам эллинов, такой обычай у скифов; на самом
деле так поступают не скифы, а массагеты. Если какой-нибудь
массагет пожелает иметь сообщение с женщиной, он вешает
колчан свой перед ее повозкой и сообщается спокойно. Предела
жизни у них не полагается вовсе, но кто очень состарится, к тому
78 79
сходятся все родственники, убивают его, а вместе с ним и разный
скот, варят это вместе и поедают. Такой конец жизни считают
они счастливейшим. Умершего родственника от болезни они не
съедают, но хоронят, горюя о том, что ему не пришлось быть
убитым. Они ничего не сеют, питаясь домашними животными
и рыбой, которую в изобилии доставляет им река Аракс. Они
пьют молоко. Из богов чтут только солнце и приносят ему
лошадей в жертву. Смысл жертвы этой тот, что быстрейшему
из всех богов подобает быстрейшее животное. Все они грубые,
дикие, воинственные, но прямодушны и верны договорам».
Со сведениями Геродота сходятся и данные Страбона,
греческого географа эпохи императора Августа, который в
начале нашей эры написал географию, содержащую много
исторического материала о среднеазиатских кочевниках.
3.1. Общественный строй. Структура общества
была следующей: глава дома, глава рода, глава народа.
Общество состояло из военной аристократии, жильцов и
рядовых общинников. Саки были скотоводами, занимались
разведением лошадей, крупного и мелкого домашнего скота,
были великолепными наездниками и стрелками из лука.
Сакские племена вели преимущественно скотоводческое
хозяйство и находились в стадии перехода к кочевому образу
жизни (эпоха ранних кочевников). В языковом отношении
они идентифицируются как восточно-иранские племена.
Одновременно в письменных источниках этого времени
содержится упоминание некоторых племен, предположительно
локализуемых на территории Казахстана. К ним, в частности,
относятся тура, даха, сака, сака-тиграхауда, массагеты,
савроматы, дериваты, сарматы, аланы, аорсы, исседоны и др.
В VII–III веках до нашей эры сакские племена объединяются
в союзы. Во главе этих союзов стоят верховные вожди, их
называли царями. Цари избирались военным советом племен,
входивших в состав союза. Вождь каждого племени избирался
всеми его членами. Он управлял своим племенем, заботился
об обеспечении его вооружением и продовольствием, от имени
племени вел переговоры о войне или перемирии. Государственные
дела обсуждались на народном собрании. Вождь племенного
союза – царь – распределял между родами пастбища и угодья для
перекочевки. Устанавливал порядок использования этих земель.
Царь следил, чтобы не было вооруженных столкновений между
родами и племенами, и руководил объединенными войсками
во время военных походов. В сакском обществе выделяются
три группы населения: воины, жрецы, остальные общинники.
Каждому сословию соответствовали свои определенные цвета:
воинам – красный, жрецам – белый, общинникам – желтый и
синий.
Из сословия воинов происходили вожди и цари. Царь
считался избранником богов, посредником между небом и
землей, центром мира, носителем земного процветания. От его
мощи и духовной энергии зависело благосостояние народа. Он
был воплощением всех слоев народа. Об этом свидетельствует
захоронение в кургане Иссык сакского царя. Он был и воином,
о чем говорит оружие, в том числе золотая стрела, и жрецом
– на голове надет своеобразный островерхий колпак, а рядом
лежало зеркало, и пастухом, о чем свидетельствует положенная
в могилу плеть.
3.2. Искусство и культура саков. Сакская культурная
общность прослеживаются в их погребальных сооружениях
и обрядах, типах керамических изделий, предметах быта и
искусства, идеологии, вооружении, конском снаряжении и т.
д. Наиболее яркое впечатление о сакской культуре Казахстана
дают археологические памятники, прежде всего знаменитые
Бесшатырские курганы в долине реки Или и редкий по
богатству находок Иссыкский курган. Большой Бесшатырский
курган диаметром 104 м. и высотой 17 м., окруженный валом,
представляется подлинным архитектурным сооружением.
Внутри кургана построена погребальная камера из стволов
тяньшанских елей. К сожалению, эти царские усыпальницы
были ограблены еще в древности. Случайно уцелело
погребение «золотого человека» из кургана Иссык, датируемое
IV веком до н.э.
3.3. Религия. Религиозные представления саков имели ярко
выраженную военную окраску. Главным у них был культ вождя
и царя. У них Солнце было владыкой. Изображения на головном
уборе имели символическое значение. «Золотые горы» и
«деревья», нашитые по окружности шапки, представляют карту
80 81
мира – вселенной, и как солнце обозревает его со всех сторон.
Спереди шапку украшала эмблема – пара золотых крылатых
коней с козлиными рогами, из их спин «вырастают четыре
золотые стрелы». Эта эмблема – царский знак, олицетворяющий
власть вождя над миром: птица – небо, конь – земля, козел –
подземный мир, четыре стрелы – четыре части света.
С VІІ века до нашей эры у населения обширной зоны
степной Сибири, Казахстана, Поволжья и юга Европы возникло
своеобразное и яркое явление в искусстве, так называемый
«звериный стиль». Главной темой его были изображения зверей
и мифических чудовищ. Ими украшались бронзовые котлы,
жертвенники, оружие, одежда и конская сбруя.
Саки поклонялись силам природы: солнцу, ветру, грозе,
грому, которые представлялись им в образе богов. Боги
воплощались в различных животных и птиц, фантастических
зверей, таких, как крылатые кони, кони-грифоны.
Популярность этих образов в мифологии и фольклоре
саков вызвала к жизни «звериный стиль» в их искусстве.
Конь в мифологии саков связывался с солнцем и огнем,
кабан – с культом бога грома. Вещи с изображением зверей
считались священными, играли роль талисманов и амулетов.
Ювелирное искусство достигло у саков совершенства. Мастера-
художники были знакомы с литьем, штамповкой золота и могли
изготавливать удивительные по изяществу композиции. Изделия
из золота, серебра, бирюзы украшали человека, его одежду,
сбрую коня, предметы быта. Широко развивалась резьба по
дереву, косторезное искусство и обработка камня. Из кости
делали застежки, пряжки, пуговицы, из камня – алтари, блюда.
3.4. Археологические памятники. Важнейшим источником
по истории сакских племен, их материальной и духовной
культуре являются археологические памятники – могильники,
наскальные рисунки, клады сакских царей. Скопления сакских
могильников, в том числе и царских, обнаружены на берегах
Таласа, Шу и Или, в предгорной зоне Киргизского, Заилийского
и Джунгарского Алатау, в горных долинах Кегена и Нарынкола.
Одним из замечательных сакских памятников Семиречья
является курган Иссык, находящийся в 50 км восточнее
Алматы. Наиболее полное представление о царских памятниках
позднего периода дает Бесшатырский могильник (5 в. до н. э.).
Могильник Бесшатыр находится на правом берегу реки Или, в
урочище Шимбыр и состоит из трёх курганов. Так же известны
массагетские города Чирик – Рабад и Бабаиш – Мула.
На территории Центрального Казахстана сложилась, так
называемая, «тасмолинская культура» (могильник в урочище
Тасмола). Крупные могильники обнаружены в предгорьях
Бугулы, Кзыларая, Каркары, Баян-Аула, Кызылтаса, Кента,
Ортау, Улутау, Арганаты. По реке Илек (п. Хлебодаровка,
Актюбинская область) найдены захоронения племенных
вождей, военной аристократии, жрецов кочевников из Западного
Казахстана, Южного Приуралья. Всего наблюдается два этапа
культуры: ранний (8–6 вв. до н. э.) и поздний (5–3 вв. до н. э.).
4. Уйсунское государство
Союз сакских племен «Арыс» распался по причинам
природно-климатического характера. Засуха и интенсивное
наступление песков принудили все племена поочередно
откочевывать на север и восток. Младшие арысовцы – уйсуны
продвинулись на северо-восток. В те времена уйсуны были
представлены тремя племенами: «ұлы үйсін», «ортақ үйсін»
и «кіші үйсін». Племенем «ұлы үйсін» руководил «Нұлы»,
имевший два прозвания: «Күн би» («Солнечный бий») и
«Арық-Үйсін» («Худощавый Уйсун»). Племенем «ортақ үйсін»
руководил «Жөн би» («Правильный бий») по прозванию «Нән
би» («Велико-рослый бий»). Племенем «кіші үйсін» управлялл
«Екінүй Үйсін» по прозванию «Сары тақ би» («Рыже-конопатый
бий»). В те времена почти все уйсуны были светлолицыми,
рыжеволосыми, с синими или зелеными глазами.
Племена уйсуни, которые наследовали земли саков-
тиграхауда, пришли в Семиречье из глубин Центральной Азии.
Во II в. до н. э. уйсуни подчинили сакские племена и основали
владение во главе с предводителем, носившим титул «гуньмо»
(куньбаг – князь над князьями). В китайских источниках
оно называлось «Уйсунь-го» («Уйсуньское государство»).
Основная их территория располагалась в Илийской долине.
Западная граница с племенем кангюев проходила по Шу и
Таласу. На Востоке уйсуни имели общую границу с Хунну,
82 83
а на юге их владения соприкасались с Ферганой (Даванью).
Столица уйсуней – Чигучен («Город красной долины»)
находилась на берегу Иссык-Куля. Этническая принадлежность
уйсуней еще до конца не выяснена. Одни исследователи
считают, что уйсуни принадлежали к восточно-иранским
племенам. Другие предполагают, что уйсуни были предками
тюрок. Название «Уйсун» носит одно из крупных казахских
племен. Археологические данные, письменные источники
свидетельствуют о том, что общество уйсуней достигло
уровня государственности. Государство уйсуней делилось на
три части: восточную, западную и центральную. Уйсуни вели
упорные войны с кангюями и гуннами за пастбища и торговые
пути. Имели широкие дипломатические и родственные связи с
Китаем.
4.1. Хозяйство уйсуней и их жилища. Китайские источники
характеризуют уйсуней как кочевников. Скотоводство играло
в их жизни определяющую роль. Часть населения находилось
со стадами на джайляу, оставшиеся жители занимались
хлебопашеством. Постепенно население полностью перешло к
оседлому образу жизни. Доказательством оседлости и занятием
земледелием служат уйсуньские поселения с постоянными
жилищами двух типов: кирпичных из сырцового кирпича и
каменных. Кочевые уйсуни жили в юртах. Ремесленные мастера
из дерева изготавливали детали для юрт (кереге – решетку,
уык – улину, шанырак – верхнюю часть), лежанки, посуду и
др. Хозяйство уйсуней было комплексным – скотоводческо-
земледельческим. Уйсуни разводили лошадей, коз, двугорбых
верблюдов, ослов. В стаде преобладали овцы и лошади.
Питались уйсуни мясной и молочной пищей, из собранного
зерна выпекали хлеб, знали вкус овощей и фруктов, которые
выращивали в садах и огородах. Посуду изготавливали в
большом количестве. Ее лепили из глины женщины, а мужчины
вырезали из березы столики, кубки, черпаки для кумыса.
Основными видами керамики были чаши, миски, грушевидные
кувшины, котлы с каменными ручками. Уйсуни разрабатывали
месторождения свинца, меди, олова, золота. Они умели плавить
железо, из которого изготавливали серпы, ножи, мечи, кинжалы,
наконечники стрел. Из цветного камня и благородных металлов
ювелиры делали бусы, серьги и украшения для одежды. Уйсуни
умели ткать, прясть и обрабатывать шкуры, занимались резьбой
по кости и камню.
4.2. Общественное устройство. Уйсуньское общество не
было однородным. В нем имелись богатые люди, племенная
и родовая знать, дружинники, жрецы и, рядовые скотоводы и
земледельцы. Глава государства носил титул «гуньмо» (кун
би). Самыми богатыми считались уйсуни, имевшие 4–5 тыс.
лошадей. Своих лошадей они метили, ставили клеймо (тавро),
таким образом определяли свою собственность. Военачальники
и крупные чиновники имели золотые и медные печати, менее
знатные – каменные и глиняные. Частная собственность
распространялась не только на скот, но и на землю. Богатые
вожди использовали лучшие пастбища. Знатные уйсуни
одевались в одежду из шелковых и тонких шерстяных тканей.
Рядовые люди одевались в одежду из грубошерстных тканей,
кожи, овчины.
5. Государство Кангюй.
Одним из крупных образований на территории Казахстана,
оставившим заметный след в истории, является государство
Кангюй. Впервые Кангюй упоминается в письменных источниках
II века до н. э. Кангюи, бесспорно тюркское племя; обитало по
реке Сыр-Дарье. Области Самарканда, Бухары и Хорезма были
подчинены кангюям. Согласно их сведениям, Кангюй можно
локализовать на юге Казахстана, с центром на Средней Сыр-
Дарье. Общей тенденцией политики Кангюя на протяжении
всего периода его существования было стремление сохранить
под своим контролем участки Шелкового пути – от Ферганы до
Приаралья, шедшего по Сыр-Дарье. Сложным остается вопрос
об этническом характере населения Кангюя. До сих пор нет
единого мнения о том, на каком языке говорили кангюйцы.
По мнению ряда исследователей, они были тюркоязычными.
Другие же полагают, что кангюйцы принадлежали к кругу
североиранских скотоводческих племен, которые лишь в
середине 1 тыс. н. э. под влиянием тюркских племен стали
изменять свой антропологический облик и язык. Они также
считают, что кангюйцы были потомками ираноязычных
84 85
саков. В районах, где когда-то господствовали кангюйцы,
археологи выявили большую группу памятников и отнесли их
к археологическим культурам. Первая была распространена
в Ташкентском оазисе. Вторая – в районах среднего течения
Сыр-Дарьи в предгорьях Каратау до Таласа. Таким образом, на
рубеже н. э. и в первой половине 1 тыс. н. э. на юге Казахстана
существовало и развивалось крупное и могущественное
государственное объединение – Кангюй. Оно играло важную
роль в истории Востока. Кангюй был связан политическими,
экономическими, культурными связями с Китаем, Парфией,
Римом и Кушанской империей. В период своего расцвета это
государство вело войны с соседними племенами, союзами
племен: гуннами, уйсунями и подчинило себе Хорезм, Бухару
и некоторые другие области Средней Азии. Через территорию
государства проходил Великий Шелковый путь.
5.1. Хозяйство. Население занималось скотоводством и
поливным земледелием. В хозяйстве преобладали коневодство,
овцеводство, также разводили коров, верблюдов, яков.
Земледельцы занимались выращиванием злаковых культур.
Строили множество водохранилищ и прудов. Большую роль
играла охота. Охотились на косуль, архаров, сайгаков, уток
и гусей. Было развито рыболовство. Определенную роль
в хозяйстве имело собирательство плодов дикорастущих
яблонь, груш, урюка, боярышника, фисташек. Заготавливали
горный лук и чеснок. Развито было и ремесло. Ремесленники
обменивали свою продукцию на продукты животноводства
и зерно. Это способствовало развитию внешней торговли и
связей с соседними племенами. Наряду с обменной торговлей
пускались в обращение и деньги.
5.2. Общественный строй. В племенах кангюев
существовало имущественное неравенство. В руках знати
сосредотачивалось огромное богатство. Остальное население
зависело от знатных и состоятельных старейшин, вождей-
военачальников, которые использовали свою власть для
удержания его в повиновении. Власть у племен кангюев стала
переходить от отца к сыну. Войны превратились в средство
обогащения имущих кангюев. Пленных брали в рабы.
Имущественное неравенство привело к эксплуатации богатыми
бедных.
На земле кангюев были города. Один из них – Кокмардан.
Среди кангюев были распространены культ природы и культ
предков. Они верили в сверхъестественные силы, приносили им
в жертву домашних животных. Обожествляли они также солнце,
луну и звезды. С середины І в. до н. э. у уйсуней и кангюев
начались междоусобицы.
5.3. Археологические памятники кангюев. Среди
раскопанных погребальных памятников представляет собой
интерес могильник Мардан-куик в отрарском оазисе.
ВЕЛИКОЕ ПЕРЕСЕЛЕНИЕ С ВОСТОКА
1.Этнолингвистическая ситуация в Казахстане
в начале I тыс. н. э.
В течение I тыс. до нашей эры – первой половине I тыс.
нашей эры оседлое население и кочевые племена в полосе
степей и гор между Нижним Поволжьем и Алтаем были
преимущественно носителями индоевропейских языков.
Вместе с тем, уже тогда в результате интенсивных и постоянных
миграций населения в евразийских степях на территории
Казахстана и Средней Азии, постоянно проникали более или
менее компактные группы не только индоевропейских, но
также протоугорских племен из Западной Сибири и Приуралья,
и так называемых алтайских племен из Восточной Сибири
и восточной части Центральной Азии. «Алтайскими» эти
племена названы условно; первоначально они формировались
значительно восточнее Алтая, на огромной территории южной
полосы Сибири, между Енисеем и Тихим океаном, в Монголии,
Маньчжурии, в провинциях нынешнего Северного Китая. В
среде «алтайских» племен во II–I тыс. до н. э. постепенно
сформировались протюркская-монгольская и протунгузо-
маньчжурская языковые общности. Внутри первой из них в
середине I тыс. до н. э. началось сложение прототюркских
и протомонгольских языков, причем племена – носители
протомонгольских языков консолидировались в Северной
Маньчжурии и Северо-Восточной Монголии, а племена –
86 87
носители прототюркских языков расселились главным образом
в Центральной и Внутренней Монголии, от Байкала до Ордоса.
Процессы языковой дифференциации были весьма сложными
и протекали в разных областях неодинаково; на многих
территориях прототюркские и протомонгольские племена жили
смешанно; в Западной и Центральной Монголии, где до начала II
века до н. э. преобладали ираноязычные юэчжи, прототюркские
племена находились в непосредственном соседстве с ними.
Такова была в самых общих чертах этнолингвистическая
карта Средней и Центральной Азии до образования первой
кочевнической империи в Центральной Азии, которая была
создана племенным союзом хунну (гуннов), оттеснившим
юэчжей и многочисленные сакские племена в Среднюю Азию.
Хотя сами гунны не относились к числу «алтайских»
этносов, внутри гуннской конфедерации преобладали племена,
говорившие, по-видимому, на древнейших тюркских языках;
следует учесть, что в лингвистическом отношении кочевые
племена, входившие в состав гуннской империи, не были
однородны.
В IV–V веках нашей эры в Поволжье и Западном Казахстане
консолидируется так называемые огузские племена, самым
крупным из которых были булгары. Они говорили на одном
из очень архаичных тюркских языков. По отдельным словам
и грамматическим формам, сохранившимся в письменных
памятниках и отразивших язык волжских и дунайских булгар (до
славянизации последних), установлено, что булгарское наречие
было предшественником современного чувашского языка; его
элементы сохранены также у татар Поволжья, гагаузов, кумыков
и некоторых других тюркоязычных народностей.
Все эти этнолингвистические процессы связаны с
изменениями, которые на протяжении многих столетий
происходили в глубинах Центральной Азии и на Дальнем Востоке,
с изменениями, которые породили мощные миграционные
потоки, сотрясавшие цивилизации Средней и Передней Азии,
а затем Европы на протяжении более тысячелетия. Именно на
востоке Великой Степи родилась кочевая государственность
того типа, который был свойственен протогосударственным
и государственным образованиям кочевников Средней Азии
и Казахстана. Все это побуждает обратиться к процессам,
происходившим в конце I тысячелетия до нашей эры – начале I
тысячелетия нашей эры в центре Азии.
Излагаемые далее события – не история Казахстана, но
история предков казахского народа, той их части, внутри которой
сформировались облик и язык казахских племен средневековья
и современных казахов, их этнические и психологические
стереотипы, многие элементы быта и народных обычаев.
1.1. Гуннская империя
По учению Майкы-бия, еще во времена ариев евразийские
кочевники называли себя «қу» – народ лебедей «кун» (гунны).
Это образ вольного кочевья свободных родовых общин, которые
вольной «стаей» кочевали от Алтая до Памира, от Байкала до
Черного моря. Племена эти делились по внешним признакам,
ремеслу, а также они делились на «құнды» (богатых конями
и верблюдами), «құтты» (богатых крупным рогатым скотом и
молочными продуктами), «істі» (ремесленников), «таралы»
(земледельцев). Эти союзы племен были связаны между
собой кровнородственными связями, обычаями, традициями,
менталитетом, близостью языков. Между племенами происходил
непрерывный обмен. При обмене нередко возникали конфликты,
которые могли заканчиваться войнами. «Лебеди белые» много
времени уделяли политике, поскольку жили под постоянным
давлением соседних племен. Они первыми выработали
понятие «ақтық» («белизна»), как синоним душевной чистоты
и справедливости. Без такого понятия невозможно было
решить межплеменные, межродовые споры мирным путем. Со
временем усугубилась и территориальная проблема и, помимо
всего, племена «қу» делились на «тау-қу» («лебеди горные»),
«сай-қу» («лебеди равнинные»), «дөн-қу» («лебеди холмистых
мест»), «қыр-қу» («лебеди плоскогорий»), «мәңгі-қу» («қу
мәңгі», «вечные лебеди»). Были племена, которые называли
себя «құс ел», то есть «племя птиц», а также «қаз ел» – племя
гусей.
После того, как на территорию исторической Центральной
Монголии прикочевали первое собственно гуннское племя «ді-
қу», которым руководил «Қу» («Лебедь») и древнеаргынское
88 89
племя «қоян» произошло соединение этого племени в союз под
общим названием «қу-әңгі». Историческая заслуга «Қу» состоит
в том, что он явился создателем первого трех племенного союза
гуннских племен.
Сыном «Қу» был Инь Пятый, а внуком – Ди Четвертый.
Сыном Ди Четвертого был «Жылан» («Мудрый змей»). Коренное
гуннское племя называлось по имени вождя Жылан. Сыном
Жылана был «Шаң» («Заоблачная вершина»). Он получил два
прозвания: «Шаң-үй» («Верховный дворянин») и «Тәңірі-құт»
(«Божественное благо»). С этого момента правителей гуннского
союза племен называли одновременно «шаң-үй», и «тәңірі-құт».
Гуннский союз племен делились на 24 рода, во главе которых
стояли старейшины.
Первые века нашей эры в древней истории Казахстана
и других регионах Европы и Азии наполнены бурными
событиями, связанными с племенами хунну и дошедшей до нас
эпохи под названием «Великое переселение народов». Первое
упоминание о хунну встречается в китайских источниках
III в. до н. э. Это были воинственные племена, обитавшие на
территории от Тихого океана и Северного Китая до Алтая
и Семиречья. Племена гуннов говорили на древнетюркском
языке. Государственная политика гуннов связана с именем «Қу»,
«Жылан» и «Шаң» и была направлена на победоносные войны.
На западе они совершали походы против уйсуней, на севере
подчинили племена Саяно-Алтая, на юге успешно воевали с
ханьским Китаем.
Сыном Шаңа был «Думын». Он совершил две
непростительные ошибки, едва не закончившиеся развалом
гуннского союза племен. Во-первых Думын практически
отменил суд биев, объявив себя «думын», т. е. «я – верховный
арбитр». По существу это означало узурпирование власти и
диктатуру. С этим не могло согласиться военно-демократическое
общество гуннов. Суд биев олицетворял собой гражданский суд,
а суд «Шаң-үй» – военный трибунал. В компетенцию верховного
правителя гуннского союза племен входило только успешное
проведение внешней политики и централизованное управление
вооруженными силами. До Думына все вопросы экономики и
внутренней политики верховный правитель обязан был решать
в согласовании с судом биев, при этом голос верховного
правителя приравнивался к голосам только двух верховных
биев. Единодушное мнение трех верховных биев перевешивало
мнение верховного правителя.
Вторая ошибка Думын-шаньюя состояла в том, что он
признал себя вассалом богатого союза племен «құт» (юэчжи) и
отдал юэчжийцам в аманаты (заложники) своего сына по имени
«Мәди-ар» от жены аристократического рода «дулы ақарыс»
– прямых потомков Афрасиаба. Дулы считались прямыми
потомками Тура, известного у казахов как Алп-Арыс-би.
«Возвышение дома «Гунну», как называют это событие
древние хроники, – было связано с именем Мадэ шаньюя
(Мадияр), который, придя к власти, в 206 году до н. э.
осуществил ряд завоеваний и победоносных войн. В свои 15
лет Мадиар выяснил для себя причины недовольства всего
гуннского союза племен его отцом. Свой первый подвиг он
совершил, освободившись из плена, в котором оказался по воле
отца. Второй подвиг его был гражданским. Он объездил всех
признанных биев и получил их благословение. После этого
отцу ничего не оставалось, как доверить сыну командование
туменом – десятитысячным ополчением из рода дулатов,
которые доводились Мади «нағашы» (родня по материнской
линии). По примеру первых гуннских стратегов с именем «Қу»,
«Жылан» и «Шаң» Мадьяр добился превращения ополчения
в профессиональный воинский контингент с железной
дисциплиной и высшей степенью боеготовности. Воины
неустанно тренировались как на учениях, так и в процессе
облавной охоты на диких животных. Рядовые воины относились
к командирам также, как родные младшие братья относятся к
родным старшим братьям, и прилагали все усилия, чтобы
лучшим образом выполнять их приказы. Командиры относились
к подчиненным так же заботливо, как обычно старшие братья
относятся к родным младшим братьям. Вместе с предъявлением
суровой воинской требовательности к подчиненным они
одновременно проявляли трогательную братскую заботу о
них. Такие принципы военного братства: «гордость одного
– гордость всех, позор одного – позор всех», «один за всех и
все за одного», «командиры отвечают за высокий боевой дух
90 91
каждого подчиненного», стали привычными, неотъемлемыми
чертами поведения каждого командира и каждого воина Мади.
Дулаты составили его самую надежную гвардию. С той поры,
согласно учения Майкы-бия, старшие братья перестали обижать
младших, а в жизни кочевников появился важный принцип
«Ағасы бардың жағасы бар, інісі бардың тынысы бар» («У кого
есть старший брат, у того есть надежная защита, а у кого есть
младший брат, у того есть надежный исполнитель»). С этого
времени получило хождение понятие «аға-іні» (старший брат
– младший брат), подразумевающее, что «старший является
опекуном», а «младший – подмогой», а у всех степняков –
потомков гуннов – появилось чувство «бауырмалдық» – «тяга к
братству». Чингизхан, для которого легендарный вождь гуннов
был жизненным идеалом, сумел построить такую же социальную
систему, когда все «народы, натягивающие лук» стали одной
нацией, где все относились друг к другу по-братски.
Подготовив необходимый воинский контингент, Мади
объявил, что создаст из гуннского союза племен «дәрежелі ел»,
т. е. «уважаемую всеми державу». С этой целью он приговорил
к казни всех, кто был готов признать вассальную зависимость
гуннского союза от соседей. В числе казненных оказались и
отец, и мачеха, и сводный брат Мадьяра. Старшины племен и
бии поддержали его, был созван курултай, где Мадьяра подняли
на кошме и нарекли тронным титулом «Ақ құс», т. е. «Праведный
лебедь», в честь великого предка. В истории его прописали как
«Огуз каган» из-за «оканья»: «ақ құс» превратился в «огуз». О
суровости характера Мадьяра свидетельствует дошедший до
нас его знаменитый афоризм: «Иә Тәңірі, бала бер. Бала берсең,
сана бер. Сана бермесең, шет шетінен ала бер». В смысловом
переводе это означало: «О, Боже, награди меня детьми. При
этом награди их разумом. Если обделишь их разумом, то забери
их обратно одного за другим».
Новый правитель не делил гуннов на ближних и дальних,
а только лишь на «арыс» («имеющие честь и совесть») и
«арсыз» («не имеющие честь и совесть»). Не случайно Мади
имел прозвание «Мади-ар». Опираясь на поддержку истинных
«арысов», «аристократов духа», Аккус-Мадьяр создал могучую
державу, с которой стали считаться все соседние государства.
Тринадцать столетий спустя это сумел повторить его идейный
последователь Чингисхан, благодаря советнику Тобе-бию и
сыну его Майкы-бию, хранившим тысячелетнюю историю и
мудрость былых поколений.
Дело Мади под названием «дәрежелі үй» («державное
отечество») успешно продолжал его сын, получивший прозвание
«Алаш-шаң-күй» («Достигшший радующего соборного
процветания»), или просто «Алаш». В честь него названа
местность Алашанькоу в современном Китае. Ему удалось
добиться укрепления державы путем присоединения к ней таких
союзов племен, как «ін-ді-іле», «сайын-би», «кейінгі-ін», «ортақ-
уйсінов во главе с «Жөнді би», «кичик-уйсунов» во главе с «Ел
сау би», унаследовавшего прозвание Уйсун Пятый, или просто
Уйсун. В состав гуннской державы оказались включенными и
племя «ұлық үйсін», получившее статус арбитражного племени
«уш-бу», и племя «ортақ үйсін» с самоназванием «жөнді»,
«кішік үйсін», сохранившее самоназвание «үйсін». Гуннами
себя считали древние албаны, кочевавшие от Ордоса на юге до
Монголского Алтая на севере, та часть «шу», которая сохранила
кочевой быт («белые шу»), и племя «бай-ар», потомки
легендарного Бая, сына Ара. В целом, как подчеркивал Майкы-
бий, держава гуннов приобрела многоцветную окраску «аласу»
(«радужный спектр»), поскольку каждый отдельный союз
племен характеризовался индивидуальным символическим
цветом. Получился своего рода спектр. Поэтому сын Мади
получил прозвание «Алаш». Он прославился тем, что принудил
Ханьскую империю признать державу гуннов равной себе.
Это было великим достижением, поскольку вооруженные
силы ханьцев в десятки раз превосходили вооруженные силы
гуннов. Более того, империя Хань была несравненно богаче
державы гуннов. В то же время в правящих кругах Ханьской
империи царила распря. Будучи выдающимся стратегом,
Алаш не преминул воспользоваться этим обстоятельством,
но спустя семнадцать «мушелей» (204 года) после его смерти
разрушительная распря начала воцаряться внутри самой
гуннской державы.
Гунны во главе с Атиллой производили опустошительные
набеги на европейские страны. Они положили начало Великому
92 93
переселению народов, что привело к падению Римской империи.
Все это – общеизвестные события европейской истории. Менее
известны азиатские племена гуннов, обитавшие в Центральной
Азии, в том числе и на территории Казахстана. Хронологические
рамки их действий определяются последними веками до нашей
эры и первыми веками нашей эры. В исторической литературе
азиатские, казахстанские гунны известны под именем «хунну»
или «сюнну».
В 55 г. до н. э. произошло разделение могущественного
гуннского государства на две части: южную и северную. В северо-
западной Монголии, вблизи озера Кыргыз-Нур, властитель
северных гуннов Чжичжи основал свою резиденцию. Отсюда он
совершал походы на соседние племена уйсуней. Во враждебных
отношениях он был и с Китаем. Острое соперничество шло между
южными и северными гуннами. Разрядил обстановку властелин
государства Кангюй, который пригласил предводителя северных
гуннов в Таласскую долину и предоставил ему право командовать
кангюйской кавалерией. Усиление Чжичжи серьёзно беспокоило
Китайскую империю. После того как дипломатическим путем
не удалось нейтрализовать вождя северных гуннов, он был убит
китайцами, а резиденция разгромлена. Со временем южные
гунны приняли подданство Китая, а северные, перейдя Тянь-
Шань и вступив в союз с кангюями, сохранили независимость.
Это была первая волна переселения гуннов на территорию
Казахстана и Средней Азии. Вторая волна началась в I в. н.
э., в 93 г. н. э., когда северные гунны, теснимые китайцами,
снова двинулись на запад, покоряя одни племена, увлекая за
собой другие. Таким образом, они проникли на Сыр-Дарью,
в Приаралье, Центральный и Западный Казахстан. В 4 в. н. э.
гунны и другие, увлекаемые ими кочевые племена, достигли
южнорусских степей, дошли до Дуная и поселились в Венгрии
под именем гуннов. По мнению большинства исследователей,
гунны были прото-тюрками и с их проникновением в Казахстан
связано начало тюркизации восточно-иранских племен кангюев.
Появление у гуннов частной собственности на скот и землю,
сложение примитивного бюрократического аппарата, введение
налога как формы эксплуатации, распространение письменности
знаменовало собой переход гуннов к новому этапу – классовому
обществу и государству. Таким образом, процесс этногенеза
на индоиранской основе древних обитателей Казахстана,
продолжавшийся около двух тысячелетий, был задержан в
конце 1 тыс. н. э. нашествием ряда кочевых племен восточно-
иранского (сэ, уйсуни и др.) и, возможно, тохарского (юечжи)
происхождения, а затем необратимо прерван миграцией сюнну
и каких-то других ино-этнических, тюркских этнических групп.
На рубеже нашей эры Казахстан являлся местом проживания
различных иранских и тюркских племен. В известных
китайских летописях, созданных (91-104 гг. н. э.) «Ханнаме» и
«Тарихнаме» пишется, что в 1–3 в. до н. э. Уйсыны, Канглы,
Аланы (Янсай), Алщины были крупными государствами. В
связи с этим вряд ли можно сомневаться в том, что, жившие в то
время племена «саки», «уйсыны», «канглы», «аланы», составили
основу и стержень последующих тюркских народов. Некоторые
тюркские народы имеют название кайсак-казах, саха, в то же
время внутри племен аргын, кипчак, керей встречаются ветки
под названием «соктогалык», «бессак», «сахулы», «борсак»,
карсак». Не является ли это продолжением сакского этнонима с
древнейших времен до наших дней?
Около пяти веков (с 204 г. до н. э. по 216 г. н. э.) в степи
господствовали гунны. Древние китайские источники
утверждают, что название «хунну» они получили в связи с
рекой Орхон, с которой тесно связана их история. Европейские
летописи зафиксировали их как «гун». Западные гунны, двигаясь
из глубин Азии, в казахской степи смешались с уйсынами,
канглами, аланами. Их потомки известны как огузы, гузы,
кипчаки, карлуки. Гунны, проживающие на территории Китая,
далее окитаизировались и вошли в состав дунганов и манчжуров.
Гунны под предводительством Атилла, включая аланов, антов
германских племен, совершая Великое переселение народов,
достигают Дуная, а дальше в Рим, способствуя падению великой
Римской империи.
Необходимо отметить, что, благодаря этому продвижению,
народы: угро-финны, славянские, германские племена
освободились от закрытой формы хозяйства и перешли в
феодальные отношения. Великий поэт Магжан Жумабаев
в стихотворении «Пророк», считая себя потомком гунна, в
94 95
подстрочном тексте дает разъяснение синониму «гун – как
предок тюрков». Востоковеды Н. Аристов и А. Бернштам
считают гуннов стержнем тюркского этногенеза. Но отсюда
нельзя делать поспешный вывод о том, что гунны прямые
предки тюркских народов. Речь идет о том, что гунны
составляют важнейшую ветку древа этногенеза тюркских
народов. Следовательно, племена, составлявшие в дальнейшем
основу казахского народа, и, действовавшие в Великой степи,
несмотря на их принадлежность, что они были тюркскими, или
вошедшими в их состав, монголизованные, китаизированные,
индоевропейские или другие племена, все они вместе образовали
государство, вносившее в мировую цивилизацию серьезный
вклад наряду с Китаем, Римской империей, Ираном и др. В связи
с этим нелишне будет привести высказывание крупнейшего
востоковеда В. Радлова о том, что кочевой образ жизни степняка
«особенно возвышает их чувство собственного достоинства
и воинственный, рыцарский дух до сих пор присущий всем
казахским племенам».
Известен такой случай. К персидскому царю Дарию,
покорителю крупнейшей империи Вавилона, однажды
обратились его поданные: «Страна у нас каменистая, степная,
трудно добывать воду. Мы завоевали многие прекрасные страны
с удивительно мягким климатом, почему бы нам не перебраться
туда, где хороший климат?». Ответ был таков: «Земля, природа,
климат закаливают и формируют характер народа. Если бы мы
не жили здесь, мы бы не завоевали полмира. Потому, нельзя
допускать переезда».
2. Степная история тюрков и ее наследники
В I тысячелетии нашей эры началось постепенное
изменение этической среды в евразийских степях. Преобладание
здесь все более переходило к тюркоязычным племенам.
Ускорение процессов социального развития и территориально-
политической консолидации привело во второй половине
I тысячилетия к созданию тюркоязычными племенами
нескольких крупных государственных образований (каганатов)
на территории Южной Сибири, Центральной и Средней Азии,
Нижнего Поволжья и Северного Кавказа: первого Тюркского
каганата, Восточнотюркского каганата, Западнотюркского
каганата, Тюргешского каганата, Уйгурского каганата, а
также государств енисейских кыргызов, карлуков, кимаков
и приаральских огузов (гузов). Это время (II–V вв.) принято
называть древнетюркской эпохой, которая в значительной
мере изменила этническую и политическую карту Казахстана,
Средней Азии и Восточной Европы.
В V в. многочисленные группировки союза тюркоязычных
племен теле (тирек) расселились в степной полосе от Северной
Монголии до Восточной Европы, на юге их кочевья достигали
верховьев Амударьи. В VI в. земли Казахстана подпали под
власть могущественной державы – Тюркского каганата,
правители которого вышли из династии рода ашина, племени
тюрк.
Будучи выходцами с Алтая, тюрки вели свою родословную
от гуннов. По мнению китайских летописцев, тюрки являлись
прямыми потомками западных хунну, обосновавшихся во
времена «Великого переселения народов» на Алтае. В качестве
доказательства китайские источники приводили общность
обычаев и традиций, общественно-политического устройства
хунну и тюрков.
Формирование собственно тюркского этноса в период,
предшествующий образованию каганата, проходило поэтапно с
III по середину VI в. в районах Ганьсу, Восточного Туркестана
и Алтая. Первое упоминание этнонима «тюрк» встречается в
китайских летописях и относится к 542 г. Во второй половине
VI в. этот термин получает широкое распространение среди
византийцев, арабов, сирийцев, попадает в санскрит, различные
иранские языки, в тибетский. Этим же словом было обозначено
и государство, созданное собственно тюркскими союзами
племен, – Тюркэль (тюркская страна, государство).
Оба этих значения отражены в древнетюркских
эпиграфических памятниках и китайских источниках. В более
широком смысле термин стал обозначать принадлежность
различных кочевых племен к державе, созданной тюрками. Так
его употребляли византийцы и иранцы, а иногда и сами тюрки.
Последнее значение термина получило дальнейшее развитие у
арабских историков и географов в IX–XI вв., где слово «тюрк»
96 97
появляется как название группы народов и языков, а не как
название какого-либо одного народа и государства. Именно
в арабской научной литературе возникло общее понятие о
генетическом родстве языков, на которых говорили тюркские
племена, и генеологическом родстве самих этих племен. Вне
сферы мусульманской образованности столь широкая трактовка
не проявилась. Например, Абул-газы Бахадур хан в своей
«Тюркской летописи» отмечает, что в тюркском государстве
есть пять самых знаменитых родов: уйгуры, канглы, кипчаки,
калашы, карлики. А в русских же летописях 985 г. упоминается
племя торков – т. е. тюрков, но это лишь одно из многих кочевых
объединений Великой степи, называемое вместе с берендеями,
печенегами, черными клоабуками, половцами. Так, примерно,
обстоит дело со значением термина «тюрк». После прояснения
основных понятий, связанных с названием «тюрк», можно будет
перейти к процессу формирования степной империи.
2.1. Тюркский каганат
«Когда было сотворено вверху голубое небо, а внизу
– бурая земля, между ними обоими были сотворены сыны
человеческие. Над сынами человеческими воссели на царство
мы, предки Бумын-каган и Истемы-каган. Сев на царство,
они охраняли государство и устанавливали законы тюркского
народа». Так повествует о начале новой эпохи в Великой степи,
эпохи господства тюркских племен, их государств и языков,
самый большой письменный памятник тюрков тех времен –
руническая надпись в честь Кюдь-тегина, прославленного воина
из каганского рода. Отметим, что здесь время сотворения мира
совмещено со временем появления людей, сотворение «сынов
человеческих» предельно близко ко времени царствования
первых тюркских каганов, покоривших «народы четырех углов
света». Почти через двести лет после возникновения Тюркского
государства (эля) для автора надписи история совместилась с
легендой. А что же стояло в реальной действительности за
патетикой первого тюркского летописца?
В 546 г., благодаря присоединению на Алтае разгромленного
большого войска племени теле в количестве 50 тыс. кибиток,
тюрки заметно усилились. Весной 552 г. предводитель
тюрков Бумын выступил против своих сюзеренов аваров
(жуань-жуаней) и нанес им сокрушительное поражение. На
развалинах этого государства они создали Тюркский каганат.
Родоначальником этого этно-социального объединения явился
Бумын-каган (ум. в 553 г.).
В годы правления его преемника Мукан-кагана (553–572
гг.) Тюркский каганат достиг политического господства в
Центральной Азии. Были покорены кидани в Маньчжурии,
кыргызы на Енисее, их данником стало северокитайское
государство.
Стремясь овладеть богатствами оседлых племен, тюрки
двинулись в Среднюю Азию. Здесь они встретились с
эфталитами, владения которых простирались от Каспийского
моря до Северной Индии и Восточного Туркестана. В 561–563
гг. тюрки заключили с Ираном антиэфталитский союз. В 564 г.
шах Ирана Хосров Ануширван (531–579 гг.) отнял у эфталитов
важную стратегическую область – Тохаристан. Основные силы
эфталитов были разбиты тюрками в 587 г. под Бухарой. Границей
сфер политического влияния Ирана и Западнотюркского
каганата была Амударья. После завоевания Средней Азии
тюрки стали хозяевами торго-вого Шелкового пути в страны
Средиземноморья. Тюрки и находившиеся под их властью
согдийцы были заинтересованы в прямых торговых связях с
Византией. Иран этому препятствовал. В 568 г. согдийский
купец Маннах возглавил посольство тюркского кагана в
Константинополь, где было заключено торговое соглашение
и военный договор против Ирана. После этого Иран обязался
выплачивать тюркам дань в размере 40 тыс. золотых ежегодно
и не препятствовать торговле. Тюркские войска были отведены
за Амударью. Такой исход отразился на византийско-тюркском
союзе. В 571 г. Истеми овладел Северным Кавказом и вышел
к Боспору (Керченскому проливу). Его сын Турксанф захватил
Керчь и вторгся в Крым (576 г.), но вскоре покинул полуостров.
Междоусобная война и социальные противоречия ослабили
каганат. Окрепший Иран в 588 г. нанес под Гератом поражение
тюркам. Византия к 590 г. вновь овладела Боспором. Период
усобиц (582–593 гг.) в Тюркском каганате завершился в 603 г.
выделением Западнотюркского каганата, занявшим территорию
98 99
от оазисов Восточного Туркестана до Амударьи, Поволжья и
вплоть до северокавказских степей.
2.2.Западно-тюркский каганат (603–704 гг.).
Этнополитическим ядром каганата стали «десять племен»
(«он ок будун»), занимавшие древние уйсунские земли от
гор Каратау до Джунгарии. К востоку от реки Чу выделились
пять племен дулу, а к западу от нее – пять племен нушиби.
Столицей стал город Суяб (около города Токмак в Киргизии),
а летней резиденцией – Минг-Булаг (близ города Туркестана).
Вершины своего могущества каганат достиг во время правления
Джегуй-кагана (610–618 гг.) и его младшего брата Ток-джабгу-
кагана (618–630 гг.). Новые походы в Тохаристан и Афганистан
раздвинули границы государства до северо-западной Индии.
Каганат представлял единую систему преимущественно
кочевого и полукочевого способа ведения кочевого хозяйства
и оседло-земледельческого типа хозяйствования. Город и степь
были взаимонуждающимися и взаимодополняющимися частями
совокупного социально-политического организма в составе
каганата. Население и тюркское и согдийское занималось
торговлей, ремеслами, землепашеством и скотоводством.
Первым лицом в каганате был каган – верховный владыка,
правитель, военачальник, возможно, и собственник всех
земель. Высшие титулы в каганате – ябгу, шад и эльтебер –
принадлежали к каганскому роду. Судебные функции выполняли
буюруки, тарханы. Основное население каганата состояло
из свободных мелких общинников-скотоводов (карабудун).
Племена в социальном плане делились на аристократические и
вассальные. Подчинение всегда сопровождалось установлением
даннических отношений. Одной из целей набегов тюрков на
соседние племена и народы был захват рабов.
На завоеванных землях в основном сохранилось их
социальное, экономическое и государственное устройство, но
наместники кагана – тудуны, контролировали сбор податей
и посылку дани в каганскую ставку. В Западнотюркском
каганате шел процесс образования классов и сравнительно
быстрого формирования раннефеодальных общественных
отношений. Военно-политические ресурсы центральной
власти Западнотюркского каганата оказались недостаточны для
удержания наро-дов и племен в повиновении. Там происходили
непрерывные междоусобицы, частые смены правителей,
сопровождавшиеся неизбежным усилением центробежных
сил. Шестнадцатилетняя межплеменная война и династийная
междоусобица (640–657 г.г.) привели к вторжению в Семиречье
войск Танской империи. Танские губернаторы пытались
управлять западнотюркскими племенами, опираясь на своих
ставленников из каганского рода.
2.3. Западно-тюркский и Восточно-тюркский каганаты
Рост государства и влияние тюркской аристократии,
стремившейся к автономному управлению захваченными
территориями, объединение массы рядовых кочевников,
вынесших на своих плечах все тяготы непрерывных войн и
лишившихся средств существования вследствие джута 581–
583 гг., новая политическая ситуация, не давшая тюркским
каганатам возможности искать выход в набегах, привели
каганат к острейшему кризису и междоусобице. Все это длилось
более 20 лет и завершилось в 603 году окончательным распадом
Первого Тюркского каганата на два государства: Западно-
тюркский каганат в Средней Азии, включая Джунгарию и
часть Восточного Туркестана, и Восточно-тюркский каганат – в
Монголии.
Кратковременный расцвет Западно-тюркского каганата
в 619–630 гг. при каганах Шегуй и Тонягбу стал временем
максимальной территориальной экспансии нового государства.
Его самоназванием было Он Ок Эли – «Государство десяти
стрел». Западно-тюркский каганат весьма значительно
отличался от Восточно-тюркского. Если там преобладала
кочевая жизнь, то на Западе значительная часть населения
была оседлой и занималась землепашеством, ремеслом и
торговлей. Социальная структура была несравненно сложной.
Его с большим правом можно считать государством со
сравнительно развитыми феодальными отношениями, чем на
Востоке. Ранняя средневековая городская и земледельческая
культура Западно-тюркского каганата была создана с участием
согдийцев. Здесь весьма рано начали создавать свои торгово-
100 101
земледельческие колонии на Великом Шелковом пути в
Семиречье, Джунгарии, Восточном Туркестане, Северном
Китае. Интенсивная согдийская колонизация в долинах
рек Талас, Шу, Или привела к образованию там десятков
городов и укрепленных поселков. Поселение этого времени
частично вскрыто раскопками казахстанского археолога К.
М. Байпакова. Это были большие города, не уступавшие по
размерам большинству раннесредневековых городов Средней
Азии. Их центральная часть состояла из цитадели и плотно
застроенного шахристана. К последнему примыкал рабад
– ремесленно-торговое предместье и обнесенная стенами
территория усадебной застройки. Укрепление усадьбы –
кешки, окруженные садами и виноградниками, отстояли друг
от друга на 30–100 м. Прилегающая местность, составлявшая
пахотные земли жителей города, также была обнесена валами.
Только в Шуйской долине в V–VII вв. существовало не менее
18 крупных городов и большое число мелких поселений.
Они основывались и были населены согдийцами, тюрками,
сирийцами, персами.
3. Уйгурский каганат
В борьбу за господство над тюркскими племенами, за титул
кагана вступают племена победителей, довершившие разгром
тюркской империи – басмыды, уйгуры, карлуки. Сильнейшими
оказались уйгуры, отнявшие власть у басмылов и создавшие
Уйгурский каганат (647 г.) в бассейне рек Тола и Орхон.
Уйгуры также, как и тюрки, кыргызы, кипчаки,
принадлежали к числу древнейших племенных союзов
Центральной Азии. Значительная группа уйгуров мигрировала
на Запад, в степи Казахстана и Юго-Восточной Европы.
Оставшиеся в центральноазиатских степях были подчинены
тюрками и вошли в состав их государства. Основные земли
уйгуров (теле – по китайским источникам) были тогда в
Джунгарии и Семиречье. После падения первого Тюркского
каганата (630 г.) уйгуры выступают как значительная
политическая сила, лидерство внутри которой утвердилось за
десятью племенами уйгуров во главе с родом Ягдакар. Если
в начальный период истории карлуки, уйгуры и басмылы
действовали заодно, то в последующем именно борьба
между этими тремя племенами привела к упадку государства
уйгуров. Ряд неудач привели в 840 году к победе кыргызов.
Они захватили Орду-балык и убили кагана уйгуров, установив
на десятилетия свою власть.
В борьбе с кыгызами в начале 80-годов уйгуры (теле,
токуз-огузы) потерпели поражение и утратили свою
государственность.
4. Тюргешский каганат.
Западные тюрки тяжело переживали свое подчинение
Китаю, который требовал участия своих новых подданных
во всех завоевательных походах. Кроме того, невыносимым
оказался и налоговый гнет. В 679 году одновременно вспыхнули
два восстания – в Монголии и Жетысу. Но если первое привело к
восстановлению Восточно-тюркского каганата, то второе было
жестоко подавлено. Кровопролитная война между восточными
тюрками и китайцами отвлекла силы последних, и в 699 году
Западно-тюркское государство было восстановлено, во главе
его встало племя тюркеши, поэтому каганат стал именоваться
Тюркешским. Восточные тюрки также вынуждены были
признать существование нового государства. В начале VII
века каган Ушлик переносит свою ставку в г. Суяб и делит
всю территорию каганата на 20 областей «тутук». В каждой
области насчитывалось до 7 тыс. хозяйств. Большая ставка
кагана находилась в Суябе, а малая – в г. Кунгуте долины реки
Или.
В 705 году вплотную к южным границам туркешей
подошли арабские войска. Ушлик заключает союз с Китаем и
Согдом и дважды разбивает арабов под Пайкендом и Бухарой.
Только разногласия между туркешами и согдийцами позволили
арабам отступить и избежать полного разгрома. Сын Ушлика
Согэкаган изгнал арабов из Средней Азии и стал фактически
гегемоном в этом регионе.
Однако успех этот был недолгим. В 708 году, в Туркешском
каганате началась междоусобная война, что позволило арабам
возобновить наступление на Среднюю Азию и в 711 году взять
Самарканд. В 713 году арабы захватили Ходжент, Фергану и
102 103
попытались завладеть Ташкентом, а в 715 году проникнуть в
Восточный Туркестан.
Однако арабская экспансия вновь была остановлена
туркешами, которые в том же 715 году очистили от захватчиков
Фергану, а уже в 717 году талантливый каган Сулук сумел
восстановить прежнюю мощь каганата. В 724 году туркеши
поддержали восстание в Согде и начали вести там партизанскую
войну против арабов. Однако в 737 году мир с Китаем был
нарушен, и Сулуку пришлось вести войну на два фронта. В 738
году вождь сары-туркешей Бага-Тархан убил Сулука и пытался
захватить власть. Пользуясь усобицами туркешей, арабам
удалось завершить завоевание Согда, подавить сопротивление
Самарканда, Ташкента и Отрара и к 738 году установить
твердую границу с туркешами.
Возобновили наступление и китайцы, которые в 748
году разрушили г. Суяб. Две армии, арабская и китайская,
встретились в 751 году у р. Талас. Ожесточенная битва
продолжалась пять дней. На пятый день противостояния в тыл
китайцам внезапно ударили карлуки, и тогда атаку с фронта
начали арабы, в результате Китай потерпел поражение, и
битва закончилась победой арабов. Ибн-ал-Асир сообщает,
что в этом сражении 50 тысяч китайцев погибло и 20 тысяч
попало в плен. Китайцы были изгнаны из Жетысу, но и арабы
были вынуждены отступить из-за постоянных восстаний
в покоренном Согде. В 759 году власть в Жетысу перешла к
другому тюркскому племени – карлукам.
5. Государство карлуков (756–940 гг.).
Первые сведения о карлуках известных под именем
булак относятся к V веку. Название «уч карлук» («три
племени карлуков») древнетюркские рунические памятники
распространяли на сильный союз кочевых племен, занимавших
территорию между Алтаем и Восточным побережьем озера
Балхаш. В середине VII века в состав карлукского объединения
входили три крупных племени: булак, чигиль и ташлык. Вожди
карлукских племен носили титул эльтебер.
В 742 г. политическая гегемония в степях Монголии
перешла к союзу трех племен – карлуков, уйгуров и басмылов,
сокрушивших власть восточных тюрков. На короткое время
возвысились басмылы-их вождь стал каганом. Глава карлуков
и предводитель уйгуров получили звание ябгу. Однако в 744 г.
басмылы были разгромлены объединенными силами уйгуров и
карлуков. В Центральной Азии возникло новое государство –
уйгурский каганат (744–840).
Глава уйгурских племен стал верховным каганом, а
вождь карлуков получил титул правого ябгу. Стремление к
самостоятельности привело карлуков к тому, что они откололись
от Уйгурского каганата. В середине VIII века развернулась
борьба за тюргешское наследство между карлуками и огузами,
чьи значительные группировки расселялись в области Иссык-
Куля и Таласа. В результате этого противоборства основная
часть огузов покинула пределы Жетысу и ушла к Сырдарье.
В 766 году в руки карлукского джабгу перешло все Жетысу
с двумя ставками тюргешских каганов – Таразом и Суябом. Под
эгидой карлуков образовалось раннефеодальное государство.
Карлуки продолжали расширять границы. В 766–775 гг. одна
ветвь карлуков захватила Кашгарию, а в конце VIII века другая
их группировка распространила свое влияние на Фергану.
На территории Жетысу сформировалось политическое
объединение карлукских племен.
Обогащению карлуков способствовала выгодная торговля
тюркскими рабами для аббасидских халифов на сырдарьинских
невольничьих рынках, контроль за транзитом в Китай на
участке от Тараза до Иссык-Куля. Укрепились позиции
карлуков и в Фергане, несмотря на несколько попыток арабов
вытеснить их оттуда.
По свидетельству некоторых мусульманских историков,
после утраты уйгурами их могущества, верховный авторитет
среди тюркских племен переходит к вождям карлуков. Однако
основную массу населения составляли рядовые общинники,
которые нередко подпадали под экономическую зависимость
от имущих скотоводов-покровителей. Рельефно выражалась
не только строгая иерархическая система господствующей
аристократической верхушки, но и разделялись по своей
социальной значимости роды и племена карлукской
конфедерации. Карлукский каганат, однако, не обладал
104 105
прочными экономическими связями. Его раздирали усобицы,
борьба за власть, за пастбища. В этих условиях реальная
угроза Карлукскому каганату пришла со стороны Кашгара. В
940 г. ими был взят Ба ласагун, и государство карлуков пало.
Но вряд ли можно говорить о реальной власти карлуков
над тюркскими племенами в IX веке – старая традиция имела
скорее морально-идеологическое значение. И все же, из среды
карлуков происходит «каган каганов», он имеет власть над
тюркскими племенами, а его предками были Афрасиаб и
Шана, т. е. Ашина. Так было положено начало новой тюркской
империи в Средней Азии и Кашгарии, названной в науке
государством Караханидов.
6. Государство Караханидов
Караханидское государство не оставило собственной
историографической традиции. Потому все сведения о нем
содержатся в трудах арабских и персидских авторов, писавших
за пределами каганата. Труд единственного караханидского
историка-имама Абул-Футухааль-Гафара аль-Алман – «Тарихи
Кашгар» известен лишь в небольших отрывках у Джамиля
Карши (ХШ в.).
В истории известно семь гипотез о происхождении
Караханидов. Исследователь Востока В. В. Бартольд
ограничивает круг поисков тремя племенами: карлуки, ягма,
чигили. Предполагается, что в этот союз входили одно из
тюргешских племен тухси и остатки орхонских тюрков. Власть
в Караханидском государстве была поделена между знатью
двух племенных группировок, составивших ядро карлукского
племенного союза – чигилей и ягма. Внешне это выражалось
в разделении каганата на две части: восточную и западную со
своими каганами во главе. Верховным считался восточный
каган, Представитель чигилей, имевший ставку в Кашгаре
и Баласагуне (близ современного г.Токмак в Кыргызстане).
Западный, младший каган, из ягма, имел ставку в Таразе, а
позднее – в Самарканде.
Начинаются длительные и жестокие войны между
караханидами и саманидами за власть над всей Средней Азией.
Война длилась более века и завершилась полным крахом
и распространением власти их противников до Амударьи,
возникновением на территории Средней Азии множества
караханидских владений. Крупнейшим событием времени
ранних караханидов было принятие ислама династией и
зависимыми от нее племенами.
Самое крупное событие такого рода произошло в 960 г.,
когда в Семиреченской области караханидов ислам приняли
200 тыс. шатров тюрков. Если учесть, что арабские географы
X века описывают «тюрок» как народ, совершенно чуждый
исламу и находящийся во вражде с мусульманами, то станет
ясно, какое значение имело указанное событие для тюрков и
их властителей.
Необходимо отметить, что исламизация караханидских
тюрков не была следствием кратковременных усилий какого-
либо миссионера, а, напротив, процессом постепенного
проникновения ислама в тюркскую среду в силу тех
экономических и политических выгод, которые проистекали
из этого обращения. Оказавшись в зоне мощного воздействия
оседлой цивилизации, тюркские племена были втянуты в
новую систему экономических и социальных отношений, стали
частью этой системы и нашли приемлемые пути вхождения в
уже сложившиеся хозяйственно-культурные регионы Средней
и Передней Азии.
Внешним выражением такой интеграции, по крайней
мере в ее идеологическом аспекте, была сравнительно
быстрая исламизация тюрков в государствах караханидов и
сельджуков. Все это создает предпосылку для политического
принятия новых династий в мире абсолютного господства
мусульманской религии. Нашествие кара-китаев (киданей) –
дальневосточных монгольских племен, борьба с найманами
стали причиной политической гибели Караханидов. В 1210 г.
пресеклась восточнокараханидская династия, а вскоре исчезла
и ферганская ветвь караханидов.
Итак, мы познакомились в самых общих чертах с
этнической, социальной и политической историей тюркских
народов Центральной и Средней Азии во второй половине
I тыс. н. э. Именно в это время возникли этнополитические
объединения, ставшие прямыми предшественниками и
106 107
предками современных тюркоязычных наций, в том числе
казахской. Тогда же поднялась на новую ступень духовная
культура степняков. Возникла тюркская письменность,
заимствованная и оригинальная, появилась запечатленная
на письме тюркская литература. Тюркские племена впервые
приобщались к великим религиям того времени: буддизму,
манихейству, христианству, исламу, широко освоили
достижения иных цивилизаций.
В условиях кочевого и полукочевого быта, а иногда – после
перехода к оседлой жизни, как, например, в Семиречье – была
создана новая своеобразная и самобытная культура, занявшая
свое место в мировой культуре человечества. Все эти процессы
невозможно расчленить на «истории» отдельных племен и
народов Великой Степи и совместить их исключительно с
прошлым какой-либо одной современной нации.
Тюркоязычные народы Евразии, так же как и их
предшественники, в течение многих веков имели общую
историю и общую по происхождению культуру, ставшую
впоследствии их общим наследием. Смена на исторической
арене одних племенных объединений другими вовсе не
означает полного исчезновения первых – древние племена
сохранились во вновь возникших этнических и политических
структурах, часто под другими названиями, и формировали
новые народы, претерпевшие свои деформации и изменения.
Судьба каждого из них неотделима от судьбы соседей и
сородичей. Следовательно, надо понимать, что единство и
преемственность в истории и культуре евразийских степей,
возникшие в начале бронзового века и достигшие расцвета
в скифские времена, не исчезли, а лишь окрасились в новые
этнические цвета.
7. Огузское государство (IX – нач. XI вв.)
В конце IX–XI вв. огузские племена обитали на обширной
территории от среднего течения Сырдарьи до низовьев Волги.
Кочевья огузов были разбросаны по Иргизу, Уралу, Эмбе, Уилу,
в предгорьях сырдарьинского Каратау до пределов Исфеджаба.
Первое упоминание о государстве огузов появляется в
арабоязычных историко-географических сочинениях IX- нач.
X вв. Из наиболее ранних свидетельств о существовании у
огузов своего государства известно по сочинениям аль-Якуби
(IX в.).
В X в. столицей огузского государства стал г. Янгикент,
лежавший на стыке важных караванных путей, ведших в
Среднюю Азию, Восточную Европу и Центральную Азию. В
огузском государстве IX–X вв. шел процесс разложения старых
родоплеменных институтов, развивались патриархально-
феодальные отношения. В конце X–XI вв. в державе
сырдарьинских джабгу функционировала система регулярных
налоговых сборов, что указывало на формирование в нем
стационарного аппарата управления.
В огузском государстве развивалась частная собственность,
шел интенсивный процесс выделения богатой знати. Основой
имущественного неравенства являлась частная собственность
на скот. Главным хозяйственным занятием огузов было
экстенсивное скотоводство. Наряду с кочевниками имелись
компактные группы полуоседлого и оседлого населения.
Государство огузов играло важную роль в политической и
военной истории Евразии. В 965 г. в союзе с Киевской Русью они
разгромили Хазарский каганат. В 985 г. огузский джабгу вместе
с русскими князьями нанес крупное поражение Волжской
Булгарии. Все это способствовало росту политической мощи
огузской державы.
На рубеже X–XI вв. огузское государство испытывало
кризис вследствие восстания среди огузских племен,
недовольных хищническим сбором налогов. Ослабленная
многолетними стычками и войнами, глубокими внутренними
противоречиями держава окончательно пала под ударами
вождей кыпчакских племен. Остатки разбитых кыпчаками
в середине XI в. огузов в дальнейшем растворились среди
тюркоязычных племен Дешт-и-Кипчака. Огузские племена
оставили заметный след в этнической истории казахов.
8. Государство кимаков
На политической арене в казахской степи в IX веке появилось
государство кимаков, объединившее многочисленные племена
от Алтая до Сырдарьи. Политическое ядро этого государства,
108 109
племя имак, в середине VII века заняло территорию Восточного
Казахстана. После падения Западно-тюркского каганата в 656
году имаки получили некоторую независимость. В начале VIII
века имаки подчиняются туркешам, но уже к середине этого
столетия освобождаются от их власти. Более того, местные
иртышские племена подчиняются имакам и создают с ними
конфедерацию, получившую в восточных источниках название
кимак («еки-имак» – «два племени имаков»).
Находясь между карлуками и тюргешами, кимаки не только
сумели сохранить независимость, но и распространили свое
влияние на многочисленные кангарские роды, кочевавшие в
Центральном Казахстане и объединенные в VIII веке группой
сиров-кыпчаков, бежавших с Алтая после разгрома уйгурами
Второго Тюркского каганата.
После распада уйгурского каганата в 840 г. часть входивших
в него племен присоединяется к кимакскому союзу. Создается
мощное государство во главе с правителем, носившем титул
«байгу» (искаженное «ябгу»), а в начале Х века, принявшим
титул «хакан». В конце IX века в состав кимакского государства
входило семь племенных групп: ишк, ланиказ, аджлад, эймур,
баяндур, татар, кыпчак.
К середине Х в. территория Кимакского каганата делится
на четыре области. В кимакском обществе все более возрастала
роль военных. Правителями уделов (их в стране было 12) были
военные вожди. Зарождение удельно-племенной системы
говорит об элементах административного деления в кимакском
союзе. Арабский историк Ал-Идриси в своей книге называет
16 городов кимаков, 12 из которых находились в бассейне реки
Ертис.
В государстве существовала система налоговых сборов.
Многие кочевники из-за своей бедности вынуждены были
переходить к оседлости и заниматься ремеслом, рыболовством,
земледелием. Их называли ятуками-жатак.
Источники полны сведений о взаимоотношениях кимакских
правителей с соседними племенами. Военная экспансия
кимаков на юге и севере в Х веке сменилась мирным общением
с их соседями. Кимакская держава была могущественным
государством. Однако уже в IX–X вв. стали появляться
признаки ее упадка. Правители уделов, владевшие огромными
территориями и имевшие на своей службе наемные войска или
отряды степняков, стремились к самостоятельности, что вело к
ослаблению центральной власти, распаду государства.
К концу Х века Кимакский каганат перестал существовать,
власть на его территории перешла к кыпчакскому объединению.
9. Кыпчаки в истории средневекового Казахстана
В начале II тысячелетия нашей эры в средневековой
письменности традиции мусульманской историографии
Востока и летописцев Древней Руси появилось адекватное
обозначение огромного пояса евразийских степей: от отрогов
алтайских гор на востоке до лесистых склонов Карпат на
западе, получившее свое наименование по названию основного
народа, передвигавшегося по его просторам, – «Дешт-и-
Кыпчак» и «Половецкое поле».
«Дешт-и-Кыпчак» в переводе с персидского звучало как
«Степь кыпчаков», именно так в XI веке персоязычный автор
Насир-и-Хусрау в своем произведении под названием «Диван»
именовал степи, примыкавшие к северо-восточным границам
Хорезма. В дальнейшем так стали именоваться степные
пространства к северу от озера Балхаш и реки Сырдарьи на
протяжении от Иртыша до Волги.
«Половецким полем» называлась территория безлесных
равнин к северу от Предкавказья (от Волги до Днепра) и далее
к западу в XI – середине XIII века в русских источниках начала
II тысячелетия нашей эры.
Кыпчаки – у мусульманских авторов, команы – в
западноевропейских хрониках, половцы – у русских
летописцев, – все эти разноименные этнические обозначения
имели отношение к одному и тому же народу. Среди множества
проблем по этнополитической истории кыпчаков наиболее
сложным является вопрос об их происхождении.
Имя «кыпчак» восходит к середине VIII века. Этот этноним
упомянут в надписи, выбитой на каменном столбе, известном
в литературе как «Селенгинский камень». Цитата утверждает,
что в стране тюрков и подвластных им в определенное время
токуз-огудов (уйгуров) господствующей группой племен были
110 111
тюрки и кыпчаки, сказано: «Тюрки-кыпчаки властвовали…».
Совместное упоминание тюрков и кыпчаков в контексте
эпитафии указывает на их политический союз и военное
единство, сложившееся в Центральной Монголии над
покорившимися им уйгурами, предводитель которых Элетмиш
Бильга-каган в 744 году в период разгрома союзников
вспоминает, что они над его народом господствовали 50 лет.
Значит, уже к концу VII века кыпчаки представляли из себя
настолько сильное объединение, что пойти на союз с ними не
сочли для себя зазорным руководители II Тюркского каганата,
имевшие уже традицию государственности и репутацию
могущественного народа.
Согласно данным различного круга источников, в степях
Казахстана с центром в северных его районах на рубеже
XI–XII веков сложилась кыпчакская конфедерация племен
во главе с ханами. В силу особенностей среды обитания
и специфики кочевого типа хозяйственно-культурной
деятельности кыпчакское общество в XI– начале XIII века
характеризуется определенными особенностями в системе
материального производства, в сфере социальных отношений,
системе общественного строя, социальной и государственно-
политической организации.
Согласно показаниям средневековых информаторов и
данным археологических исследований, жители Дешт-и-
Кыпчака выглядели наиболее кочевым народов среди многих
этносов и этнических групп евразийских степей. Кочевой образ
жизни кыпчаков неумолимо накладывал на их психологию,
мировоззрение настолько глубокий отпечаток, что они и не
представляли себе другого образа жизни. «Мы – жители степи:
у нас нет ни редких, ни дорогих вещей, ни товаров, главное
наше богатство состоит в лошадях: мясо и кожа их служит нам
лучшей пищей и одеждою, а приятнейший напиток для нас
– молоко их и то, что из него приготовляется, в земле нашей
нет ни садов, ни зданий; места наших развлечений – пастбища
скота и табуны коней, и мы ходим к табунам любоваться
зрелищами коней». (Материалы по истории казахских ханств
ХV–XVIII вв. Алма-Ата. 1969 г. С. 226).
На обширной территории Казахстана кочевой тип
хозяйственной деятельности, господствующий с начала I
тысячелетия до нашей эры, носил экстенсивный характер.
«Население обитает в юртах и кочует летом и зимой по
пастбищам, лугам и около вод. Их богатство… овцы. Их пища
– летом молоко, а зимой – сушеное мясо», – доносит до нас
анонимный автор «Худуд аль-Алама».
Крупный рогатый скот разводился только в местах,
пригодных для их содержания, в районах с более умеренным
климатом и отличным травостоем. Верблюды имели подсобное
значение и разводились далеко не везде. Овцы играли одну из
первостепенных ролей в повседневной жизни кыпчаков, ибо
баранина служила основной пищей кочевых народов, к тому
же овцы быстро восполняли запасы мяса, жира, а их шерсть и
овчина шли на изготовление одежды и войлока, необходимых
кыпчакам в их повседневном обиходе.
Но любовь у кыпчаков, как и у большинства кочевников,
вызывали кони – «жемчужный скот», наиболее ценная и
престижная часть стад. В условиях кочевого быта лошадь была
наиболее незаменимым животным благодаря исключительной
подвижности и выносливости, позволявшей осваивать
далекие земли, совершать продолжительные перекочевки
и совершать опустошительные набеги. Лошадь была не
только средством воспроизводства стада, но и основой
социальной дифференциации, показателем богатства, мерилом
благосостояния жителя степи.
Табуны коней принадлежали в основном представителям
социальной верхушки и были чрезвычайно многочисленны.
Передвигаясь на значительные расстояния, кыпчаки
пользовались спутником своей кочевой жизни – повозкой,
которая и могла широко бытовать у народа, находящегося в
постоянном движении. Сам подвижный образ жизни заставлял
кочевников использовать животных в качестве тягловой силы
и ставить свои жилища на колесные повозки. Таким образом,
основной системой материального производства кыпчаков
средневековья являлось скотоводческое хозяйство, служившее
удовлетворению потребительских нужд кочевого населения
Дешт-и-Кыпчака.
Ремесленное производство кыпчаков служило в
112 113
основном целям переработки скотоводческой продукции и
удовлетворению практических потребностей в хозяйстве.
Для постройки той же повозки, например, требовались
определенные производственные навыки, что указывает на
развитие у кыпчаков ремесла, в частности, деревообделочного,
которое заключалось (помимо выделки деталей деревянной
повозки) в изготовлении деревянных частей юрты (кереге,
уков, тунлуков, дверей), деревянных частей седел, некоторой
части посуды, черпаков для разливания кумыса, блюд для мяса
и чаш.
Основное ремесленное производство было связано
с обработкой и производством изделий из продуктов
животноводства. Это – кошмы, арканы, шорные изделия,
шерстяные ткани домашнего производства. Из кожи и шерсти
выделывались верхняя одежда (шубы, шапки, малахаи),
кожаная обувь, различные типы по суды и. другие вещи.
Кыпчакам, соприкасавшимся с населением оседло-
земледельческих оазисов Южного Казахстана, по всей
вероятности, была знакома техника производства керамической
посуды. Встречаемые повсеместно в кыпчакских погребениях
богатый набор оружия и конского снаряжения (стремена,
удила, различные бляшки оголовья лошади и т. д.), а также
металлические изделия бытового характера, неоспоримо
свидетельствуют о существовании у кыпчаков традиции
обработки металлов, а равно и добычи ж елезной руды.
О существовании специальных оружейных мастеров
среди кыпчаков свидетельствуют определенные термины,
употреблявшиеся жителями Дещт-и-Кыпчака для их
обозначения, сохранившиеся в арабо-кыпчакских словарях
средневековья: «Йачи – лучник, окчы – мастер по изготовлению
стрел, сунучи – тот, кто делает копья, йарыкчи – оружейник».
Вероятно, некоторые виды ремесла, особенно кузнечного,
передавались по наследству.
Видимо, в течение определенного времени, во всяком
случае вплоть до монгольского нашествия, в степях,
населенных кыпчаками, работали и каменотесы, мастера по
камню, выделывавшие каменные изваяния, которые были
непременным атрибутом культовых сооружений кыпчакской
верхушки. Несмотря на появление зачатков специализации
ремесел, необходимо отметить, что ремесло у кыпчаков не
обособилось в самостоятельную отрасль, а существовало в виде
дополнительного занятия в доминирующем скотоводческом
хозяйстве, которое оставалось натуральным. Ремесло же
носило домашний характер.
Кыпчакское общество в XI- начале XIII вв. было
раннеклассовым с тенденцией развития в сторону феодального
общества. Важную роль в общественной организации кыпчаков
продолжал играть род, из которого слагались племена. В первые
периоды своей истории система общественной организации
кыпчаков еще продолжала основываться на институте
родов, объединявшихся в племена, а также в более крупные
объединения, называвшиеся «иль» («народ»), в которых
происходили постоянные перемещения и перегруппировки
племен и родов. Немалую роль в этнической консолидации
кыпчаков сыграли и их контакты с соседними тюркоязычными
племенами и другими этническими группами. Следует также
отметить, что в начале II тыс. н. э. племена, составлявшие
кыпчакский этнический массив, уже не представляли собой
близкий союз кровнородственных объединений.
Вследствие развивающихся классовых антагонистических
отношений роды постепенно утрачивали свое первоначальное
значение, как объединение кровных родственников. Для
этого периода истории кыпчаков характерна была следующая
картина. Это не только объединение этнически родственных
племен, но и постоянные столкновения племенных коалиций,
дробление самих племен и, наконец, смешение с иноязычными
группировками. Таким образом, социальная организация
кочевого общества кыпчаков характеризуется переплетением
разнообразных систем общественных связей: социальных,
экономических, политических и т. д. Ее основу составляли на
низшем уровне семья и община, а на высшем – род, племя и т. д.
В кыпчакско-половецком обществе начала II тыс. н. э.
наблюдается социальное расслоение. Основой имущественного
неравенства у них являлась частная собственность на
разнообразные средства производства и прежде всего на
скот. К классу субъектов собственности относились богатые
114 115
скотом владельцы, а также аристократическая знать: ханы и
беки или эмиры. Некоторые из них имели табуны лошадей,
насчитывавшие несколько тысяч голов. Согласно источнику
ХIV века, «многие из них были владельцами 10 000 прекрасных
лошадей». Наряду с крупными владельцами скота были и
такие, которые «пасли табуны своих господ».
Резкое имущественное неравенство среди кыпчаков-
половцев отмечают все информаторы того периода,
например, П. Карпини, В. Рубрук – летописцы русских
хроник. Имущественное расслоение подтверждается и
археологическими данными, свидетельствующими по
различию в инвентаре, сопровождающем погребенного, о том,
что процесс социальной дифференциации среди кыпчаков
получил значительное развитие. О категории социально
приниженных людей довольно много имеется известий в
русских летописях. О наличии рабов среди кыпчаков сообщает
и Махмут Кашгари. «Яланкуг – рабыня, невольница на языке
гузоп, кыпчаков…», – пишет он.
Но в условиях экстенсивного скотоводства рабство
было экономически невыгодной формой хозяйства, так как
кочевой тип организации процесса производства требовал
больших затрат и широкого применения рабочей силы в
непосредственной сфере производства. Именно поэтому
рабство не стало и не могло стать у кыпчаков основой
производства прибавочного продукта, а носило главным
образом домашний патриархальный характер.
Наряду с классом богатых скотом владельцев и
наследственной аристократией в кыпчакском обществе были
и рядовые общинники, которые юридически и фактически
были свободными людьми. По данным «Русской правды» и
летописей, общинники несли военную службу у князя или
хана, т. е. они уже находились в определенной зависимости от
беков и хана, предводителей племен и родов.
Как видим, аристократия и богатая знать заметно
возвышались над рядовой массой свободных общинников.
Обладая огромным количеством скота, богатая аристократия
являлась фактическим собственником земли – пастбищ, на
которых содержался скот. В конечном счете, в результате имело
место экономическое закабаление свободного общинника.
Но и сами рядовые общинники были неоднородны в
имущественном и социальном отношении. Часть имела
домашних слуг, рабов и была полноправным членом общины.
Бедные постепенно оказывались в зависимом положении,
самые бедные – безлошадные – переходили в категорию
жатаков, попадая в полную кабалу к феодалу, на чьих
землях они располагались. Подчинение осуществлялось и
без экономического принуждения. Примером его являлась
коммендация – отдача под защиту богатому и сильному
покровителю, ибо бедному и малоимущему было фактически
невозможно обеспечить необходимые продукты для своего
собственного воспроизводства и защититься от чужих набегов
и барымты.
Специфика экономической и политической структуры
кочевого общества кыпчаков отразилась и на духовной культуре,
мировоззрении и идеологии. Наиболее распространенной
формой религии в Дешт-и-Кыпчаке как в восточной, так и
в западной ее части был шаманизм. Элементы этой религии
проявлялись в поклонении каменным изваяниям, почитании
явлений природы, в обожествлении неба (тенгри), солнца, огня
и других атрибутов окружающей их среды.
Среди кыпчаков были довольно развиты анимистические
представления, заключающиеся в веровании о переселении
душ и существовании потустороннего мира. Таким образом,
в кыпчакском обществе преобладали специфические
религиозные представления в виде шаманизма,
идолопоклонства и язычества, которые являются идеологией
эпохи раннеклассовых отношений. Однако развивающиеся
и существующие классовые отношения требовали иной
формы религиозной идеологии, отвечающей особенностям
экономической и политической структуры кыпчакского
общества, и уже в XI–XII вв. господствующая знать кыпчаков
первой отходит от политеизма и принимает монотеистическую
веру – ислам – в районах, смежных с мусульманскими странами,
и христианство – в южнорусских степях.
В отношении государственного устройства кыпчаков
необходимо отметить, что в предмонгольское время
116 117
появляются предпосылки для создания раннефеодального
государства. Атрибутом такого строя является наследственная
власть. В конце XI- начале XII вв. в Дешт-и-Кыпчаке была
попытка создать кипчакскую общую политическую структуру,
состоявшую из кыпчаков, чемеков, югуров, уранийцев и др.,
во главе которой стояли представители племени Ильбери. Это
объединение было разрушено походами хорезмшахов в 30-е
годы XII века.
Характерной чертой раннефеодального государственного
объединения у кочевников является обычай, согласно которому
ханская власть передавалась не сыну, а племяннику или брату.
Таким образом, в предмонгольское время кыпчакское общество
находилось на стадии раннефеодального государственного
образования.
Этнополитическая история Казахстана на рубеже I и
II тые. н. э. отличается исключительной сложностью и все
еще довольно слабой изученностью. Центральная Азия
в этот период является зоной обитания многочисленных
тюркских и тюркизированных, монгольских и тургусских
племен, этнополитическая и этнокультурная история которых
бесконечно перекрывает друг друга вследствие неоднократных
инвазий и перемещений огромных масс кочевников и
полукочевников. В результате этого происходят многослойные
процессы взаимодействия и взаимовлияния, метисации и
интеграции различных племен.
КАЗАХСТАН
В ПЕРИОД МОНГОЛЬСКОГО НАШЕСТВИЯ.
ОБРАЗОВАНИЕ КАЗАХСКОЙ НАРОДНОСТИ
И КАЗАХСКОГО ХАНСТВА
С самых ранних эпох истории человечества территория
Казахстана оставалась ареной вторжений и пристанищем
кочевых этноесциумов, в т. ч. пришедших в XIII в. с
востока монголо-татар. Но наиболее эпохальные события
произошли в период XV–XVII вв. – это время формирования
и завершения сложения казахской народности, укрепления
ее государственности, дальнейшего развития феодальных
отношений. Внешнеполитическая история казахской
народности в это время отмечена активными военно-
политическими отношениями с государствами Средней Азии
и первыми контактами с русским государством.
При рассмотрении этнической истории казахов автор
пытался установить взаимосвязь различных исторических
явлений и событий той эпохи и пришел к подтверждению
положения о том, что современные народы сложились
из разных этнических компонентов, отвергающих
националистические концепции о «расовой чистоте»,
«национальной исключительности» некоторых из них.
Лишь отказ от пресловутых поисков «единого предка» и
признание изначальной сложности процессов формирования
современных наций и народов могут обеспечить подлинно
научное разрешение вопросов их происхождения. С научной
точки зрения не существует народов, в формировании которых
не участвовали бы различные этнические компоненты.
Незнание истории своего народа может стать источником
националистических, шовинистических и расистских взглядов.
Автор данного материала не претендует на всю полноту
освещения темы, так как считает, что источниковедческая
база, которой располагает современная историческая наука
Казахстана, позволяет решить эти задачи лишь в общих и
основных чертах.
118 119
1. Нашествие монголов
В конце XII–XIII вв. политическая обстановка в степях
Центральной Азии и Казахстана характеризовалась усилением
борьбы между правителями сильных кочевых союзов племен
за власть над другими племенами. В ходе этой борьбы
представителю одного из монгольских племен нойонов
Темучину удалось объединить племена Центральной Азии и
образовать Монгольское феодальное государство.
По одним данным Темучин родился в 1162 году, а по другим
– в 1155 г. в семье влиятельного представителя монгольской
знати – нойона Есугей-бахадура. По монгольскому преданию
Темучин происходил из рода кият-борджигинов по отцу, а мать
его была из племени конграт. Умер в 1227 г.
После того как им были разгромлены кереиты и найманы
в 1203 г., он сыскал себе славу отважного воина. Весной 1206
г., у истоков реки Онон состоялся курултай (съезд) кочевой
знати – сторонников Темучина, на котором он торжественно,
под развивающимся белым священным знаменем с девятью
хвостами, был провозглашен великим ханом Монголии.
Завоевание Казахстана и Средней Азии монголо-
татарами началось в 1219 г. Формальным поводом явилась так
называемая «Отрарская катастрофа», о которой будет сказано
ниже. Причиной войны было то обстоятельство, что империя
Чингиз-хана была создана при активном участии верхушки
центральноазиатского кочевого общества, и новое государство
должно было выражать интересы этой верхушки. Для кочевой
знати постоянная война, приносившая, наряду с завоеваниями
новых земель, военную добычу, была частью производственной
деятельности. Политическое объединение Центральной Азии
привело к прекращению внутренних межплеменных войн.
Оно могло быть поддержано кочевой знатью только при том
условии, если постоянный источник наживы – война, не только
не прекратится, но напротив, расширится. И Чингиз-хан встал
на путь великих завоеваний, которые сулили кочевой знати
несравненно большие возможности захвата военной добычи и
обогащения, нежели при внутренних междоусобицах, и, кроме
того, возможности эксплуатации богатых земледельческих
стран. Немалым стимулом было и стремление захватить новые
пастбища для крупных скотоводческих хозяйств кочевой
знати. Одной из причин военных успехов Чингиз-хана было
объединение впервые после распада Тюркского каганата
военных сил наибольшей части кочевников Центральной Азии
и Казахстана, не только монгольских, но и тюркских племен.
Разноязычные письменные источники свидетельствуют,
что могущественная империя Чингиз-хана в значительной
степени создана на базе тюркских племен Центральной Азии,
частью которой являются степи Казахстана.
На формы монгольской государственности заметное
влияние оказала тюркская традиция. В основе организации
империи Чингиз-хана была военно-административная система,
зародившаяся еще в Тюркском каганате и получившая развитие
в улусах найманов и кереитов. Войска улусов делились на
сотни, тысячи, тьмы. По этим административным единицам и
было разделено население империи.
Поход полчищ Чингиз-хана на территории Казахстана и
Средней Азии открыл им путь в Восточную Европу и Переднюю
Азию. Этому походу Чингиз-хан придавал большое значение
и готовился к нему долго и тщательно, начиная с 1203 года.
От мусульманских купцов и перебежчиков, находившихся на
службе у Чингиз-хана, были получены сведения о внутреннем
состоянии и военных силах государства каракитаев, затем
хорезмшаха и на их основе составлен продуманный план
действий.
С захватом Восточного Туркестана и Семиречья путь
монголам в Южный Казахстан и Среднюю Азию был открыт.
Весной 1218 г. Чингиз-хан направляет хорезмшаху
Мухаммеду посольство, а вслед за ним и торговый караван.
Всего в караване, состоящем из 500 верблюдов, было 450
человек, включая и монголов-лазутчиков. Многолюдный
караван прибыл летом 1218 г. в Отрар. Правитель Отрара
кыпчак Гайир-хан Иналчик заподозрил купцов в шпионаже,
приказал убить их и разграбил караван. Чингиз-хан потребовал
выдачи Гайир-хана, но хорезмшах не только не исполнил этого
требования, но и велел убить послов. Это стало поводом к
войне Чингиз-хана против Хорезма.
Армия Чингиз-хана насчитывала 120–150 тыс. человек.
120 121
Основной поход начался в сентябре 1219 г. с берегов Иртыша.
Судя по данным источников, Чингиз-хан вел войска от Иртыша
до Сыр-Дарьи тем же путем, что и прежние завоеватели – через
Семиречье.
При подходе к Отрару Чингиз-хан оставил для его осады
войска под началом сыновей Чагатая и Угэдая, Джучи-хана
отправил к низовьям Сырдарьи – на города Дженд и Янгикет,
третий отряд покорял города в верховьях Сырдарьи, а сам
Чингиз-хан с основными силами пошел на Бухару.
Правитель Отрара Гайир-хан защищался отчаянно,
до последней возможности. Под его командованием было
от 20 до 50 тысяч воинов. Осада Отрара продолжалась
почти пять месяцев. На исходе пятого месяца героической
обороны хорезмийский военачальник Караджа-хаджиб с
десятитысячным отрядом сдался монголам, впустив их в город.
Но за предательство все они были казнены.
Ворвавшись в город, монголы выгнали его жителей
«словно стадо баранов», начав повальный грабеж. Однако
Отрар не был сокрушен. Гайир-хан с отрядом воинов,
«подобных львам», укрепился в цитадели, для взятия которой
монголам понадобился еще один месяц. Когда все защитники
крепости пали, Гайир-хан с двумя последними оставшимися в
живых воинами сражался на кровле здания. Когда пали и эти
воины и не осталось стрел, сломался клинок сабли, он бросал
в монгольских воинов кирпичи, которые рабыни подавали ему.
Гайир-хан был схвачен и доставлен к Чингиз-хану, который
подверг его жестокой казни. Он приказал расплавить серебро
и влить ему в уши и глаза, умертвив его этой пыткой.
Героически защищались жители и других
присырдарьинских городов. Старший сын Чингиз-хана Джучи
подошел к Сыгнаку, центру государственного объединения
присырдарьинских кыпчаков. Монголы семь дней и ночей
осаждали город, наконец, взяли его приступом и, «закрыв
врата пощады и мило сердия», перебили все население.
На дальнейшем пути вниз по Сырдарье монголы взяли
Узгенд и Барчыплыгкент, население которых не оказало
сильного сопротивления, поэтому всеобщей резни не было.
Затем монгольский отряд подошел к Ашнасу, где оборону
города взяли в свои руки городские низы – «бродяги и чернь».
Несмотря на упорное сопротивление, город пал в неравной
борьбе, и множество его жителей было перебито. Были
захвачены такие крупные города, как Дженд и Янгикент.
Монгольское нашествие было величайшим бедствием для
Казахстана.
2. Распад империи монголов
и последствия их нашествия
Огнем и мечом создав гигантскую империю, Чингиз-
хан выделил каждому из своих сыновей улус. Обширные
территории Казахстана были поделены между его сыновьями.
Большая (степная) часть к западу от Иртыша, охватывая
северную часть Семиречья и весь Центральный, Северный и
Западный Казахстан до Нижнего Поволжья включительно и
далее, вплоть «до предела, куда доходили копыта татарских
коней», входила в состав улуса первого сына Джучи (Золотую
Орду), Южный и Юго-Восточный Казахстан, т. е. большая часть
Семиречья, в улус второго сына Чагатая, северо-восточная
часть в улус Угэдея – третьего сына.
При жизни Чингиз-хана земли, отведенные сыновьям,
служили для них только источником дохода, но оставались
подчиненными главе империи. После его смерти положение
изменилось. Обширность империи Чингиз-хана, удаленность
улусов от общеимперского центра на Орхоне вели к усилению
местных властей. Династийное начало удельной системы,
переход фактической власти в улусах к потомкам сынов
Чингиз-хана возбуждали в улусах чингизидов, обладавших и
военной силой, стремление к независимости. Постепенно к
улусным правителям перешла вся полнота власти, империя
распалась на самостоятельные государства. Причинами
ее распада явились борьба порабощенных народов против
монгольского ига, непрочность, конгломеративность империи,
силой оружия, вобравшей в себя многие страны и народы,
нескончаемые усобицы, отсутствие экономических связей,
общих культурных традиций.
Монгольское нашествие резко затормозило образование
народности на территории Казахстана и Западной Сибири, туда
122 123
же с востока и северо-востока передвинулись преследуемые
завоевателями найманы и кереиты. Многие кыпчаки оказались
в других странах от Средиземного моря до Индийского и
Тихого океанов. Вынужденные миграции имели место и после
установления монгольского владычества. Захват монгольской
знатью лучших пастбищ, особенно в Восточном Казахстане и
Семиречье, неизбежно вел к вытеснению коренного населения,
и раздел монголами захваченной ими территории на улусы
нередко разобщал этнически родственные группы.
Монгольское нашествие оказало определенное, но не очень
значительное воздействие на состав и антропологический тип
тюркского населения Казахстана, усиливая в нем монголоидные
черты. Однако собственно монголы, составлявшие небольшую
часть населения на территории Казахстана, быстро
ассимилировались в общей массе местного тюркоязычного
населения, принимая его язык и обычаи.
Население Золотой Орды в основном составляли кыпчаки, о
чем говорят русские летописи. Они выступали на стороне войск
хана Золотой Орды Тохтамыша, а ранее, в 1380 г., участвовали
в походе Мамая на Русь. Немало было кыпчаков среди оседлого
населения Золотой Орды, большие группы жили в ее столице –
городе Сарае. Как предполагает ряд исследователей, кыпчаки
составляли основную массу жителей городов Золотой Орды.
По данным источников, золотоордынские ханы именовались
«царями кыпчаков».
Монгольский язык в Золотой Орде и государстве
Чагатаидов не получил заметного распространения, ханские
ярлыки писались по-тюркски. Литературным языком, языком
научных сочинений, наряду с арабским и персидским здесь
был кыпчакский. В XIII–XIV веках здесь было создано
значительное количество произведений на тюркском языке.
Хорезму, выходец из восточной части Золотой Орды, написал
стихотворное сочинение «Мухаббат-намэ». Сейфи Сараи –
«Гулистан-бит-и турки» и др.
В XIV в. в условиях экономического возрождения,
укрепления феодальных отношений в Золотой Орде и
Чагатайском улусе усилились позиции местной тюркской
верхушки, которая вела борьбу за установление своей власти
в этих государствах, что, в конечном итоге, явилось одной из
причин их распада. На их развалинах возникли на территории
Казахстана такие тюркские государства, как Ок-Орда,
Моголистан, ханство Абулхаира, а затем Казахское ханство.
Социальные последствия монгольского завоевания:
нашествии монгольских завоевателей, расселение на территории
юго-востока Казахстана значительного числа кочевников,
установление политического господства монгольской знати,
наконец, постоянные усобицы в монгольских улусах, в
особенности в Чагатайском государстве во второй половине
XIII в.- первой половине XIV в. – привели к упадку городской
культуры, в корне изменили хозяйственную структуру региона.
Монголы не внесли ничего нового в общественные
отношения в завоеванных странах, в частности, в Средней
Азии и Южном Казахстане, где феодализм с развитой системой
уделов, условных земельных пожалований господствовал уже
давно. Убедившись со временем в невозможности продолжать
ничем неограниченную хищническую эксплуатацию населения
покоренных оседло-земледельческих областей, монгольские
правители вынуждены были заимствовать у него многие
формы землевладения в землепользование.
Покоренное население облагалось тяжелыми податями
и повинностями. Исключительно обременительной была
воинская повинность – население обязано было поставлять
ратников для монгольского войска.
В пользу ханского двора и своих непосредственных господ
кочевое скотоводческое население обязано было платить
налог купчур (в размере одной головы со 100 голов скота).
Исследователи насчитывают не менее 20 видов установленных
монголами податей, которые взимались повсеместно. Тяжелый
налоговый гнет приводил к массовому разорению населения.
Некоторые традиционные нормы народного обычая,
вошедшие в свое время в состав «Ясы» Чингиз-хана – свода
монгольских законов и не потерявшие смысл в условиях
казахского общества XVII в., возможно, стали частью
законодательного памятника казахов «Жеты Жаргы» («Семь
установлений», «Уложение», или «Законы» хана Тауке).
Казахская государственность, несомненно, развивалась на
124 125
собственной основе, но с учетом вобрания всего передового
сопредельных государств, явилась плодом дальнейшего
развития общественных, политических, экономических
отношений в Казахстане XV–XVIII вв.
3. Основные этапы формирования
казахской народности
В I тыс. до н. э., в период раннего железа, на территории
Казахстана произошло образование новых этнических
общностей – племенных союзов. Объединению племен в
племенные союзы способствовала борьба между отдельными
родами и племенами за обладание пастбищами, водными
бассейнами, вызванная ростом производительных сил. Первые
племенные союзы возникли в казахских степях в VIII–VII вв.
до н. э. Античные авторы именуют их общим именем – «саки».
На территории Казахстана обитали два племенных союза:
саки-парадарайя и саки-тиграхауды. Антропологический
материал подтверждает, что они обладали ярко выраженными
европеоидными чертами. Вопрос о языке саков является
спорным. Одни исследователи считают, что они были
ираноязычными, другие относят их к тюркоязычным племенам.
Несомненно, однако, то, что племена андроновской культуры и
саки на обширной протоказахской территории преемственно
связаны.
Еще далеко не все ясно в истории сложения
раннеклассовых отношений и этнополитической истории
того времени на территории Казахстана. Однако несомненно,
что при всей преемственности связи исторического процесса
здесь все отчетливее проступает момент неравномерности
хозяйственного, социального и культурного развития зон –
производительные силы на юге и юго-востоке, где скотоводство
сочеталось с земледелием, развивались быстрее, чем в центре
и на западе, где преобладало скотоводство.
Новая пора в истории Казахстана конца I тыс. до н. э. – первых
веков нашей эры – это история, прежде всего, хуннов, уйсуней,
кангюев, связанная с историей таких крупных государственных
образований, как империя Кушан, Бактрия, Парфия, Китай:
контакты с хуннами и аланами, массовые миграции племен
и племенных объединений через протоказахские степи из
Центральной Азии вглубь Средней Азии, Поволжье и далее
на запад. Естественно, что такие важнейшие политические и
демографические факторы во взаимодействии с внутренними
социально-экономическими процессами влияли на эволюцию
хозяйства и общественных отношений у древних насельников
Казахстана. Археологический материал и сведения письменных
источников позволяют в общих чертах воспроизвести одежду,
жилище, занятия, материальную культуру и религиозные
обряды уйсуней и кангюев.
Большое значение приобрел фактор расселения племенных
групп и, конечно, защита ими своей территории. Военные
вторжения и битвы, миграции племен, в частности, хуннов,
обмен посольствами с соседними государствами, династийные
браки, сведения о численности населения уйсуней и кангюев
и их войск, о титулатуре правителей и их именах, нашедшие
отражение в восточных источниках, неопровержимо
показывают, что племенные объединения на территории
Казахстана вошли в орбиту международной жизни своей эпохи.
Образование племенных союзов уйсуней и кангюев
имело большое значение в развитии этногенетических
процессов. Самоназвания племен и значительных племенных
конфедераций или объединений с зачатками государственной
власти, переросшие в этнонимы, стали устойчивыми; и
некоторые из них. например, усуни-уйсуни, канюги-канглы,
связаны с родоплеменной структурой казахской народности.
Выработались общие для всего союза формы культуры, общий
язык, постепенно сглаживались племенные и родовые различия.
Кангюи и уйсуни – тоже, в основном, европеоиды, хотя
монголоидный элемент в их облике несколько усилился, что,
вероятно, связано с нашествием гуннов (хуннов). Как и о языке
саков, вопрос о языке уйсуней и кангюев спорен, существуют
предположения об их ираноязычности и тюркоязычности.
С середины I тыс. н. э. все более пестрой и сложной
становится этнополитическая карта территории Казахстана.
В этот период важное значение в этногенетических процессах
на территории Казахстана сыграла массовая инфильтрация
тюрков. На огромной территории от Северной Монголии до
126 127
низовьев Аму-Дарьи расселились тюркские племена под
общим названием теле. Тюрки селились не только на степных
просторах, но и в городах, селениях. Усиливалось смешение
потомков саков, усуней, кангюев с тюрками. Тюркская речь
стала преобладающей. Отсутствие единой власти приводило
к постоянным столкновениям между родами и племенами
кочевников, ослабляло их, затрудняло экономический обмен с
земледельческими народами.
В середине VI столетия (552 г.) такое объединение возникло.
Это был Тюркский каганат, впоследствии распавшийся на
Восточный и Западный. Для истории Казахстана большое
значение имеет Западно-тюркский каганат, в который вошла
территория Восточного и Южного Казахстана. Племенную
основу каганата составлял союз тюркских племен, заметную
роль в котором играли племена, известные под названиями
уйсуней и кангюев, а также карлуки, кочевавшие в Восточном
Казахстане и на Тарбагатае; тюргеши, кочевавшие к югу от озера
Балхаш до Заилийского Алатау; племена чигиль, населявшие
район озера Иссык-Куль; кенгересов – район среднего течения
реки Сыр-Дарьи и Ягма, обитавшие в Восточном Туркестане.
Все эти племена были тюркоязычными. В государстве западных
тюрков продолжалась монголизация расового типа местного
автохтонного населения, так как тюрки, пришедшие с Востока,
были монголоидами.
Появился качественно новый феодальный уклад со
своеобразными чертами, обусловленными типом хозяйства,
образом жизни населения; феодальные институты тесно
переплетались с патриархальными. Становление феодальных
отношений оказало в дальнейшем решающее воздействие на
направленность этногенетического процесса и его содержание
на территории Казахстана. Однако ясно, что образование
Западно-тюркского каганата и его история, как и последующих
государственных образований, не отменяли, а напротив,
предполагали сохранение принципа преемственности в
социально-экономических институтах и культуре. Вместе с
тем существенно влияли на историю этих государственных
образований важнейшие внешнеполитические события,
войны каганатов на востоке и западе, новые волны массовых
передвижений племенных объединений извне и внутри
протоказахской территории.
Все более ясно определялись соотношения и
взаимозависимость разных хозяйственно-культурных типов:
оседлого земледелия и кочевого и полукочевого скотоводства в
рамках, как территории Казахстана, так и сопредельных стран.
Сильнее обозначился момент имущественного и социального
неравенства в обеспечении скотом, в праве распоряжаться
кочевьями на феодальной основе. Сам факт появления и
распространения понятия «кара-будун» («черный народ»), как
и его различных повинностей, говорит о многом.
Печать феодализма лежит на облике, составе и занятиях
населения многочисленных городов, таких как Янгикент,
Имакия, Сыгнак, Койлык, Тараз, Отрар, Испиджаб, Баласа-
гун и др. Они, как правило, являлись не только политическими
центрами, но и центрами ремесла, узлами транзитной торговли
на караванных путях между востоком и западом («Великий
шелковый путь»), торговых связей между земледельческими
очагами и кочевой степью. В городах действовали базары,
сложилось денежное обращение, в т. ч. монетами местной
чеканки. У городского населения наряду с тенгрианством
получили распространение буддизм, манихейство,
несторианство. После арабского завоевания началась
исламизация, на первых порах среди феодальной верхушки.
Становление феодальных отношений сказывалось на
этнических процессах: относительно мелкие племена и
племенные группы объединились в более крупные.
Возникшие в VIII–X вв. новые политические объединения,
Тюргешский, затем Карлукский каганаты состояли из тех же
тюркоязычных племен, что и Тюркский каганат.
Получив первоначальное развитие в районах южного, юго-
восточного Казахстана, феодальные отношения постепенно
распространялись на остальную территорию обширных
казахских степей. На севере и северо-западе Казахстана
сложение патриархально-феодальных отношений началось
в IX–X вв.; на этой основе происходит процесс объединения
сначала огузской, затем кыпчакской группы племен. Эта
неоднородность в темпах социально-экономического, а
128 129
вследствие этого и этногенетического процесса на громадной
территории Казахстана объясняется особенностями
естественно-географических условий, благоприятствовавшими
распространению на юге и юго-востоке оседлости и земледелия,
а также издавна существовавшими экономическими контактами
со Средней Азией, чему способствовали проходившие здесь
международные торговые пути. В степной же зоне центра,
северо-востока и запада территории Казахстана господствовало
экстенсивное скотоводческое хозяйство, преемственно
сохранявшееся с предшествующих веков.
Раннефеодальное государство огузских племен, возникшее
в IX в., первоначально включало в себя район среднего
и нижнего течения Сыр-Дарьи с примыкавшими к нему
степями Западного Казахстана к северу от Устюрта, между
реками Яиком и Эмбой. В антропологическом облике огузов
доминировали монголоидные черты, но часть из них, как
показывает палеоантропологический материал, принадлежала
к смешанному – европеоидно-монголоидному типу. У
казахов сохранились самоназвания ряда огузских племен, что
свидетельствует об их участии в этногенезе казахского народа.
В районах Северного, Восточного, Центрального
Казахстана важную роль в этногенетических процессах
сыграла кимакская, а затем позднее кыпчакская конфедерация
племен.
В начале XI в. военно-политическая гегемония на основной
территории прежнего расселения кимако-кыпчакских племен
перешла в руки кыпчаков. Возвышение кыпчаков, занимавших
ранее западные пределы государства имаков, было вызвано
миграцией кочевых племен Центральной Азии (каев и кунов),
которые в первой трети XI в. вторглись в пределы территории
современного Казахстана и направились далее в Среднюю
Азию и Восточную Европу. В результате этих событий
кыпчаки двинулись на огузов в бассейн Сырдарьи, Западного
Приаралья и Северного Прикаспия и вынудили их бежать
в южнорусские и причерноморские степи. После захвата
огузских земель кимаки оказались в зависимости от кыпчаков.
Одна часть кимаков удержалась на своей древней земле –
Иртыше, а другая, в составе кыпчакских племен, двинулась на
запад в южнорусские и причерноморские степи.
Государство кыпчаков в XI–XII вв. заняло территорию
от Иртыша на востоке до Волги на западе. Карта Махмуда
Кашгарского отметила на восточном берегу Каспийского моря
поселения кыпчаков, на юге они вплотную подступили к городу
Таразу. В источниках более позднего времени в нее включали
южнорусские степи под общим названием Дешт-и-Кыпчак, т.
е. кыпчакская степь, она явилась естественным преемником
всех предшествовавших этнополитических объединений
региона и вобрала в себя многие роды и племена, которые стали
именовать себя кыпчаками. Многочисленные родственные
племена, входившие в кыпчакскую конфедерацию, постепенно
сближались, в основе этого процесса лежали хозяйственные
и территориальные связи. Складывалась культурно-языковая
общность кыпчакского этноса. Этнический процесс шел по
восходящей линии и не прерывался, чему содействовали
однотипность форм хозяйствования, система общественных
отношений, сходство или даже общность языков.
Кыпчаки, известные в Европе как команы, на Руси –
половцы, одни из предков казахов, сыгравшие особо важную
роль в образовании казахской народности.
Наиболее четко процесс укрепления феодальных
отношений на территории Казахстана в X–XI вв. проявился
в государстве Караханидов. В нем уже зафиксированы такие
формы феодальной зависимости населения, как институты
икты и коммендации. В государство Караханидов входили
племена, жившие на этой территории и ранее, а также
пришедшие с востока и из Илийского края. Известные племена
уйсуней, канглы, дулу, теле, кыргыз, кыпчак, аргун, ягма, огузы
и др. Это, конечно, далеко не полный перечень. Родственные
племена, входившие в государство Караханидов, постепенно
сближались.
Археологическое изучение остатков материальной культуры
Караханидов говорит о наличии на большой территории от
Или до Сырдарьи однородных форм материальной культуры.
В начале XII в. на территорию Казахстана вторглись
кидани (каракитаи). Этническая принадлежность киданей
неизвестна. Очевидно, в их состав входили монгольские,
130 131
тунгусо-маньчжурские и другие племена, возможно, и
незначительные группы жителей Северного Китая. По своему
антропологическому типу большая часть киданей независимо
от языковой принадлежности была монголоидной, что усилило
монголизацию населения Казахстана.
В первом десятилетии XIII в. на территории Казахстана
после разгрома Чингиз-ханом прикочевала с Алтая часть
многочисленных племен найманов и кереитов. В отношении
их языковой и этнической принадлежности есть различные
мнения. Некоторые ученые считают, что найманы и кереиты,
появившиеся на территории Казахстана в начале XIII в., были
монголами и позднее ассимилировались в тюркоязычной
среде Казахстана. Другие утверждают, что найманы и кереиты
тюркоязычны и что монголизации подверглась часть их родов,
которая осталась в Монголии. Последние лингвистические
исследования говорят о тюркоязычности найманов и кереитов
в XII–XIII вв. Впоследствии найманы и кереиты (кереи) вошли
в состав казахской народности.
Таким образом, исторически сложившаяся в X–XII вв. на
территории Казахстана обстановка, укрепление феодальных
отношений, возникновение государственных образований, рост
оседло-земледельческой культуры и городов и одновременно
подъем духовной культуры народов и племен обусловили
усиление консолидационных этнических процессов.
Основой формирования казахской народности явились
древние автохтонные племена: саки, уйсуни, кангюи, племена
Западно-тюркского каганата (VI–VII вв.). В государствах
карлуков (VIII–X вв.), Караханидов (X–XII вв.) шел интенсивный
процесс этнического сплочения тюркских племен Семиречья
и Южного Казахстана, а в государствах кимаков и кыпчаков
– тюркских племен Северного, Западного и Центрального
Казахстана. К XII–XIII вв. на территории Казахстана сложились
все необходимые историко-экономические предпосылки для
объединения различных тюркских племен в народность, они
имели единую территорию, общую форму хозяйствования,
общий язык, общую материальную культуру и быт. Но этот
естественный исторический процесс был приостановлен на
целые столетия вторжением орд Чингиз-хана.
В результате монгольского завоевания была истреблена,
увезена в плен, перемещена за пределы Казахстана, втянута
в завоевательные войны значительная часть формировавшейся
казахской народности. Добавился новый этнический
компонент – монгольские роды и племена, переместившиеся
в некотором количестве на территории Казахстана. Тюркские
племена, населявшие Казахстан, оказались разорванными
между государствами, созданными сыновьями Чингиз-хана –
улусы Джучи, Чагатая и Угэдая. Позднее отдельные районы
Казахстана входили в состав Золотой Орды, а затем Белой
Орды.
Последствия монгольского завоевания со временем
преодолевались. К концу XIV в. исчезла резкая граница в
уровне экономического развития отдельных районов юга и
севера Казахстана, имевшая место до монгольского завоевания.
Возникшие на развалинах Золотой Орды государства
на территории Казахстана, явили собой более прочную,
этнически обусловленную государственную организацию,
способствовавшую установлению хозяйственного,
этнополитического и этнокультурного развития. Эти
государства обеспечили входившим в него племенам и
племенным объединениям территориальное и политическое
единство. Причем важно то, что они объединили как раз те
группы племен и племенных объединений, которые издавна
формировались на территории Казахстана в особые этнические
общности. Закономерен тот факт, что Ак-Орда, Моголистан (его
основная часть занимала Семиречье), Ногайский улус возникли
как раз на территории трех этнических центров древнего
Казахстана: Кыпчакского союза племен в Центральном, Южном
Казахстане, Уйсуньского союза племен в Юго-Восточном
Казахстане и Алшинского союза – в Западном Казахстане, т.
е. они каждый в своем регионе продолжали прерванную в XIII
веке традицию этнополитического и культурно-хозяйственного
развития древнего Казахстана.
В этнический состав населения тюркских государств,
возникших на территории Казахстана в XIV–XV вв., входили
части одних и тех же местных тюркоязычных племен: кыпчаки,
канглы, карлуки, найманы, уйсуни, аргыны, кыргызы, кытай,
132 133
дулат и др., а также подвергшиеся ассимиляции осколки
монгольских племен – мангыты, меркиты, кенгересы и др.
Закрепились в течение XIV–XV вв. характерные черты
казахского языка, что отчетливо проявилось в памятниках
кыпчакской литературы. Именно дальнейшее сплочение племен
и родов на базе исторически сложившейся территории древних
тюркских племен вызвало возобновление в конце XIII–XIV вв.
прерванного монгольским нашествием этнического процесса
формирования народности, получившей лишь позднее свое
этническое имя «казахи».
Процесс дальнейшей консолидации, сплочения народности
затруднялся тем, что отдельные ее части входили в несколько
политических образований. Кроме того, тормозили этот процесс
беспрерывные войны и усобицы джунгаров, феодальной
верхушки, приводившие к потере производительных сил,
экономическому упадку, к разобщению племен. Со всей
необходимостью встала задача государственного объединения
всех этнических племен и родов, сформировавшихся в
основном в народность. Эта задача была решена в середине 60-х
годов XV века с возникновением на местной экономической и
этнической основах Казахского ханства.
В середине XV в. на основе единой этнической общности,
в связи с дальнейшим развитием хозяйства, феодальных
отношений сложилось крупное феодальное государство
– Казахское ханство. Оно содействовало завершению
консолидации казахской народности и дальнейшему развитию
ее государственности, имеющей длительную предысторию.
4. Образование Казахского ханства.
Как известно, первое сообщение о времени образования
Казахского ханства появилось в «Тарих-и Рашиди» Мухаммада
Хайдара, откуда оно перешло во многие сочинения. Так как
данный источник является основным в изучении происхождения
Казахского ханства, приведем это сообщение полностью:
«Властвовал во всем Дешт-и-Кыпчаки Абулхаир-хан,
некоторые султаны из рода Джучиева, опасаясь с его стороны
беды для себя, решились заранее предотвратить ее. С этой
целью несколько султанов Гирей-хан, Джанибек-султан и
другие с небольшой толпой людей бежали от Абулхаира-
хана в Моголистан… Зажили они спокойно. После смерти
Абулхаира-хана в улусе Узбекском начались междоусобия.
Всякий, кто только мог, уходили, ища безопасности, к Гирей-
хану и Джанибек-хану. Вследствие этого они сами, а потом и
большая часть собравшихся около них людей были беглецы,
ушедшие от своих и одно время скитавшихся без приюта,
то их прозвали казаками; имя это за ними и осталось». Им
(М. Хайдаром) приводится конкретная дата возникновения
Казахского ханства – 1465–466 гг.
Данные многих источников XV–XVI вв. прямо и косвенно
подтверждают сообщение «Тарих-и-Рашиди» о том, что
Казахское ханство было основано в Западном Семиречье
(долины Чу и Таласа).
Если раньше причину возникновения Казахского ханства
рассматривали лишь как результат откочевки Джанибека
и Гирея, то в настоящее время возникновение Казахского
ханства расценивается как закономерный итог социально-
экономических и политических процессов, протекавших на
территории Казахстана в XIV–ХVвв. Однако последние годы с
обоснованием этого вывода наметилась тенденция принижения
значения откочевки, что можно расценивать, как вполне
понятную реакцию на утвердившийся в дореволюционной
литературе взгляд на откочевку, как на начало казахского
народа и казахской государственности. Между тем этот процесс
нельзя недооценивать хотя бы потому, что откочевка Гирея и
Джанибека имеет выдающееся значение в истории казахского
народа, а именно: она дала ему имя. Но было ли это началом
или венцом формирования народности или еще какой-то иной
фазой процесса – это еще подлежит доисследованию, хотя,
исходя из некоторых фактов, можно полагать, что начальные
этапы сложения собственно казахского этноса, предшествовали
возникновению этнонима «казак».
Первоначально, создав свое государство в пределах
территории Моголистана, Джанибек и Гирей, обладая
значительными военными силами и имея прочный тыл
в Семиречье, вступили в успешную борьбу с потомками
Абулхаира за власть в Дешт-и-Кыпчаке, за объединение всех
134 135
территорий, населенных казахами. В ходе борьбы в 70-х
годах XV в. происходило постепенное расширение границ
Казахского государства. Все новые и новые этнические группы
(кыпчаки, найманы, канглы, китаи, кереи и др.) включались в
его состав. Борьба казахских ханов с потомками Абулхаира-
Шейх-Хайдар-хана, Мухаммед-Шейбани-хана и др. за власть
над кочевыми племенами степей в основном вылилась
в борьбу за обладание Отраром, Саураном, Сыгнаком,
Туркестаном и др. Район присырдарьинских городов был
исключительно важен для степных правителей. Здесь был
административно-политический и торгово-экономический
центр предшествующих государственных образований – Ак-
Орда Узбекского ханства. Он всегда служил связующим звеном
в экономических и культурных взаимоотношениях населения
Казахстана и Средней Азии. Сюда кочевники-скотоводы
поставляли скот, а взамен получали необходимые ремесленные
изделия и хлеб. Здесь проходил синтез взаимодействия
культур оседлых земледельцев Средней Азии и кочевников
Дешт-и-Кипчака, что подтверждает археологическое изучение
материальной культуры сырдарьинских городов, в частности,
Отрара. Вместе с тем борьба за присырдарьинские города,
их огромную кочевую периферию, за район Семиречья
отражала также процесс формирования этнической
территории казахской, узбекской, киргизской народности,
сложное переплетение этнических процессов на территории
казахстанско-среднеазиатского региона.
Войны за города Южного Казахстана с шейбанидами
продолжались и в 80–90-е годы при Бурундук-хане (1480–1511
гг.). Опираясь на владения в Западном Семиречье и некоторые
отвоеванные южные города (Сузак, Сыгнак, Сауран), первые
казахские ханы постепенно одержали верх над всеми
претендентами на власть в Дешт-и-Кыпчаке и значительно
расширили свои владения. Хотя в последние десятилетия
XV века Казахское ханство укрепилось экономически и
расширилось территориально, однако оно еще не охватывало
полностью этнической территории казахов, границы
государства то сужались, то расширялись, в зависимости от
прочности внутриполитического положения государства, а
также от успехов на внешнеполитической арене при том или
ином хане. Утверждение власти казахских ханов в Дешт-и-
Кипчаке заставило Мухаммеда Шайбани в 1500 году уйти с
некоторой частью племен Дешт-и-Кыпчака в Мавераннахр,
где ему удалось, пользуясь междоусобицами среди тимуридов,
захватить власть.
Дальнейшее укрепление политического и экономического
положения Казахского ханства происходит при хане Касыме
(1511–1523 гг.). Он сумел ослабить противодействие
феодальной знати, укрепить военные силы, расширить
подвластные земли. Особенно большое значение для
укрепления Казахского ханства имела политика Касыма по
отношению к ногайскому улусу, которая в конечном счете
способствовала не только территориальному расширению
границ государства, но и укрепила за счет притока ногайцев его
внутренние силы. Недаром в памяти народа период «ногайлы»,
т. е. тесного сближения казахов и ногайцев, запечатлелся как
период расцвета Казахского ханства. По данным «Тарих-и-
Рашиди», «Шейбани-наме» и других источников, ханство при
Касыме объединяло основные районы этнической территории
казахов. Границы государства простирались на западе до Яика,
на юго-западе – до правобережья Сырдарьи, Аральского моря и
Мангышлака, на юге ханство включало ряд присырдарьинских
городов, на севере – кочевья казахов, подвластных Касым-
хану, уходили за Улутау, на юго-востоке ему была подчинена
большая часть Семиречья (долины рек Чу, Таласа, Каратала и
Или).
Древние племена на юге Казахстана, такие как уйсуни,
канглы, дулаты и другие, целиком вошли в состав казахской
народности. Другие племена (например, кыпчаки, найманы,
конраты, кереи) послужили для образования как узбекской,
так и казахской народностей. Те части этих племен, которые
не вошли в состав казахского и узбекского ханств, вошли в
состав других народностей. Так, род керей есть у алтайцев,
урянхайцев, бурят и татар.
В письменных источниках Казахское ханство второй
половины XV–XVI вв. выступает как одно государство. Все
это подтверждает правомерность названия этого государства в
136 137
XV–XVI вв., а не «казахскими ханствами».
Государственное объединение основных этнических групп
во второй половине XV– первых десятилетиях XVI вв. ускорило
процесс завершения консолидации народности. В отличие
от Ак-Орды, ханства Абулхаира и Моголистана, Казахское
ханство имело более широкую и прочную этническую
основу – уже сложившуюся казахскую народность. Впервые
после монгольского нашествия были объединены в одно
государство почти все казахские роды и племена, в том числе
и казахи Семиречья. Это объединение постепенно сглаживало
те культурные и языковые различия, которые тогда еще
существовали между юго-восточными и северо-западными
племенами. Вместе с укреплением ханства и ускорением
процесса завершения консолидации народности за ней
закрепляется окончательное этническое название «казахи».
К седой древности восходят истоки этногенеза казахской
народности. Она сложилась, в основном, из автохтонных племен
и племенных объединений, издревле населявших территорию
Казахстана. Формирование народности было связано с
крупнейшими этнополитическими событиями древности
и раннего средневековья: эволюцией хозяйственных форм
и прогрессивными сдвигами в общественных отношениях,
становлением и укреплением феодализма.
При всей противоречивости процесса, когда племена и
племенные объединения соединялись и распадались, входили в
различные государственные образования или даже поглощались
другими этническими группами, ассимилировали пришлые
этнические элементы, поступательная, восходящая тенденция
к сближению и образованию одной – казахской – народности
несомненна. Очевидна также связь этногенетических явлений
на территории Казахстана в древности и средневековье с
аналогичными явлениями в Средней Азии. Бесспорно, что
многие тюркоязычные племена и племенные группы вошли не
только в состав казахов, но и узбеков, каракалпаков и др.
Ак-Орда и Моголистан, бывшие непосредственными
предшественниками Казахского ханства, создали
благоприятные условия для этнического сплочения
многочисленных тюркоязычных групп населения всего
Казахстана, однако изоляция этих этногрупп друг от друга
в различных государственных объединениях закрепила
формирование народности в трех жузах.
В XIV–XV вв. в основном сформировалась на территории
Казахстана тюркоязычная народность, получившая к концу
этого периода свое этническое название «казахи». Однако факт
формирования казахской народности в системе отдельных
государств затруднял процесс дальнейшей консолидации,
беспрерывные феодальные усобицы и войны джучидов сначала
в Ак-Орде, затем в государстве Абул-хаира, как и чагатаидов
в Семиречье (Моголистан), вели к разобщенности казахских
племен, сложившихся в народность в ее трех частях – жузах,
к потере производительных сил, экономическому застою;
феодальные усобицы и войны ослабляли этнополитические,
экономические и культурно-социальные связи отдельных
частей казахского народа, затрудняли процесс окончательной
его консолидации. Объективно необходимым стало
объединение трех племенных союзов казахской народности в
одно государство.
Таким государством, в котором произошло завершение
консолидации казахской народности, стало Казахское ханство,
образовавшееся в Семиречье, и постепенно, впервые после
монгольского нашествия, объединившее почти все этнические
подгруппы сформировавшегося казахского народа и его
этническую территорию в пределах всего Казахстана.
5. Хронология правления казахских ханов
в XV–XVII веках
Керей-хан (год рождения неизвестен – умер в начале 70-х
гг. XV в.).
Сведения об одном из первых ханов Казахского ханства
весьма скудны. В исторических источниках до 50-х годов
XV века имя Керей-хана не упоминается. Немногочисленные
сообщения о нем имеются в ряде вос-точных рукописей, на
страницах которых Керей выступает в качестве старшего хана
казахов. Согласно источникам, Керей-хан был сыном вну¬ка
Орыс-хана – Болата.
Об отце Керея, Анике-Болат-султане, сведения в
138 139
источниках отсутствуют. Зато имя его деда – Токтакыйа –
упоминается у многих восточных авторов. Он был старшим
сыном Орыс-хана и после его смерти в 1377 году наследовал
отцу. Токтакыйа был мягким и учтивым человеком. Но этим
миролюбивым добродетелям деда Керея не было суждено
проявиться в полной мере: он ханствовал всего лишь три
месяца и погиб в войне с эмиром Тимуром и его протеже –
мангышлакским царевичем Токтамыш-огланом (впоследствии
ханом Золотой Орды). Керей был единственным сыном
Болат-султана. Его деятельность связана с событиями,
происходившими до середины 70-х годов XV века, в которых
он играл активную роль. В результате этих событий власть в
Узбекском улусе перешла от династии Абулхаир-хана в руки
Керея и Жанибека. Старший по возрасту Керей был поднят на
белой кошме и объявлен ханом.
Последнее упоминание имени Керей-хана в исторических
анналах 1472–1473 годов связано с набегом султана Бурыш-
оглана на орду могулского хана Жунуса. К 80-м годам
руководство переходит в руки Бурындык-хана, одного из
многочисленных сыновей Керея, продолжившего дело отца. В
исторических материалах, повествующих о передаче Кереем
ханской власти в руки своего сына Бурындыка, не содержится
точных сведений о государственной деятельности Керей-хана
в период его правления в Узбекском улусе, его судьбе, времени
и обстоятельствах смерти. По всей видимости, Керей-хан
погиб после событий 1472–1473 г одов.
Жанибек-хан (годы рождения и смерти неизвестны) –
один из основателей Казахского ханства и династии казахских
ханов. Жанибек был сыном Барак-хана и внуком Куйручук-
хана, четвертого сына Орыс-хана. О дедушке Жанибека
Куйручук-оглане мало что известно. В «Зафар-наме» Шараф
ад-Дина Али Йазди (XV в.) содержится такой рассказ. В
апреле 1395 года на Тереке произошло решающее сражение
между эмиром Тимуром и Токтамышем, ханом Золотой Орды.
Токтамыш потерпел поражение и бежал. Тимур двинулся в
погоню за своим противником. Прибыв к месту переправы
через Волгу (Итиль), называемому Туратурской переправой,
«он дал, находившемуся при нем сыну Урыс-хана Куйручук-
оглану, отряд узбекских храбрецов, находившихся в числе
слуг высочайшего двора, приготовил принадлежности
падишахского достоинства, удостоил его шитого золотом
халата и золотого пояса, велел ему переправится через Итиль
и передал ему ханство над Улусом Джучи. Царевич из рода
Джучи, согласно приказанию, перешел на ту сторону реки
и занялся собиранием рассеянной армии и устройством
улуса». О том, когда и как Куйручук-оглан оказался в орде
Тимура и об обстоятельствах его правления Улусом Джучи,
сведений нет. Известно только, что ханствование его было
непродолжительным: вскоре после ухода Тимура с территории
золотоордынского государства его ставленник был убит.
Отец Жанибека Барак-хан был известен как человек
отчаянной храбрости и весьма энергичный правитель. Он
обладал всеми качествами человека действия: смелостью,
решительностью, настойчивостью. В самом начале 20-х
годов XV века он одержал победу над своими политическими
противниками в присырдарьинских владениях Джучидов.
Оттуда выступил в Поволжье на войну с претендентами на
золотоордынский престол. Победоносно разгромив войско
хана Худайдада, он овладел Сараем, столицей Золотой Орды.
Потом он вернулся на берега Сыр-Дарьи и воевал с внуком
Тимура, Улугбеком, правителем Мавераннахра.
У хана Барака было три сына и одна дочь по имени
Саадат-бегим; имена его сыновей: Мир-Сайид, Мир-Касим,
Абу-Саид, «которого называют также и Жанибек». Известно,
что Барак-хан погиб в 1428 году, следовательно, можно
предположить, что Жанибек родился не позднее 1429 г.
Упоминания о Жанибек-хане встречаются во многих
восточных книгах, что свидетельствует о его известности. В
них он выступает вождем казахов, отважным воином, одним
из основателей Казахского ханства. Его имя почти всегда
упоминается рядом с именем Керей-хана. Однако вряд ли
Жанибек был самостоятельным правителем. Источники
говорят, что его «называли Кичи Жанибек-хан», а это означало
младший хан. И он «…во всех делах слушался и подчинялся
Бурындык-хану», который продолжал дело своего отца
140 141
Керей-хана.
Хотя, надо полагать, что Жанибек-хан был весьма
образованным человеком своего времени, знавшим историю
государства Чингисхана – Золотой Орды. Именно Жанибек
дал народу, населявшему его государство, название казах, а
само государство назвал Казахским ханством. Ему пришлось
заниматься главным образом внутренними делами: созданием
центра Казахского ханства со столицей в Сарайшыке и
распределением земель между казахскими родами; созданием
армии, налаживанием торговли с соседними странами и
чеканкой монет.
Защиту границ ханства он поручил своим сыновьям. У
Жанибек-хана было девять сыновей. Третий его сын Касым
стал ханом и сумел утвердить свое владычество над огромными
просторами казахских степей. При нем Казахское ханство стало
одним из сильнейших государств в Центральной Азии. Таковы
сведения о ханах Керее и Жанибеке, основателях первого
казахского государства. Место их погребения неизвестно. Но
осталась па¬мять, осталось потомство, осталось основанное
ими ханство, которому суждена была долгая жизнь.
Бурындык-хан (дата рождения неизвестна – 1511).
После Джанибека и Керея ханом стал сын Керея — Бурундук
(1480–1511 гг.), военачальником у него был султан Касым.
Бурундук был одним из видных военачальников после
возвращения Керея и Джанибека в Узбекский улус. Так он разбил
Шейх-Хайдара, наследника Абулхаира, и выгнал шибанидов в
Астрахань. После смерти первых двух ханов, ханом Казахского
ханства стал Бурундук. В это время наследник Абулхаир-хана
Мухаммед Шейбани в то время начал активную деятельность
по восстановлению державы Абулхаира. Основными задачами,
которые стояли перед молодым государством были дальнейшее
расширение территории, обеспечение стабильности и
внутреннего единства в ханстве. Конечно, Бурундук не обладал
харизматическими качествами, как его предшественники. В
начале своей деятельности при Жанибеке он проявляет себя
как султан-вояка, как сторонник смелых и скоропалительных
решений. При Жанибеке, прошедшим и огонь, и воду, Бурундук
руководил самыми отборными отрядами, выполнял поручения
особого значения, говоря на современном языке – «силами
быстрого реагирования». Как известно, Жанибек умирает
приблизительно в 1473–1474 годы. Успевший за это время де-
факто получить ханский престол из рук Жанибека, Бурундук,
в спешном порядке собирает всех казахских султанов и с
50-тысячным войском вторгается в Ногайскую Орду. Хотя ни
одна из сторон не смогла взять верх друг над другом, слава
Бурундука достигает апогея в казахской степи.
Одним из важнейших следствий этой войны стало то, что
после этого события ногайцы решительно стали сторониться
М. Шайбани. В узбекском улусе стали доминировать казахские
султаны. Наступают, мягко говоря, не лучшие времена лично
для М. Шайбани. Фактически он с небольшим отрядом
вынужден был жить в степи в суровых условиях, надеясь
найти поддержку Астраханского ханства, которые в конечном
счете не оправдались. Но, к его счастью его главный оппонент
Бурундук стал допускать непростительные ошибки.
Возможно, это связано с достигшим в это время
преклонным возрастом Бурундука, которого куда больше стали
интересовать религиозные вопросы, нежели политические.
Как бы то ни было, в это время стали проявляться отсутствие
политической воли и недальновидность пожилого правителя
Бурундука. Вместо того, чтобы преследовать врага до конца, он,
больше думая о спокойствии и недопущении бессмысленного
кровопролития, намеревается прийти к мирному соглашению
с шайбанийскими султанами. В этих целях в 1490 году он
выдает замуж трех своих любимых дочерей за шайбанийских
султанов. Одна из них выходит за самого М. Шайбани.
После этого между казахами и шайбанидами
устанавливается временное перемирие. Пользуясь затишьем,
М. Шайбани, перегруппировав свои основные силы, в 1500–
1503 гг. вторгается в Мавреннахр, где правили потомки Тимура.
Завоевав всю Среднюю Азию и вновь обретя уверенность,
неблагодарный М. Шайбани возобновляет войну против
казахского ханства. Надо отметить, с завоеванием Средней
Азии они унесли с собой этноним – название «узбеки». С 1503–
1504 гг. М. Шайбани предпринимает четыре опустошительных
142 143
похода против казахов. В этих походах целыми и невредимыми
остались владения сыновей и дочерей Бурундука, тогда как
сильно пострадали и терпели жестокую разруху владения
сыновей Жанибека: султанов Жаныша и Таныша.
Именно этот случай свел на нет весь авторитет, честь и
достоинство хана Бурундука среди народа. В противовес этому,
возрастает роль султана Касыма – сына Жанибека сумевшего
объединить все казахские силы против М. Шайбани. От его
успешных, наступательных походов, государство М. Шайбани
стало быстро распадаться. А судьба самого Бурундука
послужила большим уроком для казахских ханов. На
старости он полностью отходит от политической жизни, ведя
уединенный образ жизни в Самарканде, живя на попечении
одной из дочерей, где и умирает.
С Бурундуком власть потомков Керея полностью
пресекается, властные полномочия до последнего казахского
хана Кенесары полностью переходят потомкам Жанибека.
Касым-хан (1445–1521) – сын одного из основателей
Казахского ханства Джанибек-хана.
Касым, которому было в ту пору 25–30 лет, должен был
принять активное участие во всех этих событиях. Вполне
сформировавшейся личностью возвращался он на земли улуса
своих предков, и многое для него было непривычно даже в каких-
то мелочах. А к роли искушенного в политических интригах
принца он точно не был готов. Он был воином, и неотесанные
степные батыры с простым и четким пониманием жизни были
ближе ему по духу, нежели разношерстная публика, обитавшая
при дворе Абулхаира. И Касым не являлся исключением в своем
клане, 40 лет казачества сказались на всех без исключения. Та
самая воля вольная, которую искали казачьи ватаги на берегах
Кубани или Дона, стала стержневой идеей улуса хана Касыма.
Не случайно, что так совпадали старинные традиции у казаков
и казахов. «С Дону выдачи нет», – заявляли одни. «Не отдаем
даже беглых собак, нашедших у нас убежище», – говорили
другие. Необычайная свобода во всем – это было главное,
что удивляло всех, кто имел возможность изучить казахское
общество в XVIII и даже частично в XIX в еке.
«Как истинный сын степей, свято почитающий священную
традицию подчинения старшему, «Касым-султан, по примеру
отца, был сначала, во всем послушен и покорен Бурундук-
хану», – пишет Мирза Хайдар.
Действительно, впервые имя Касым-султана упоминается
в источниках в связи с описанием войн Шейбани-хана с
казахскими владетелями еще в 80-х годах XV века, где о нем
говорится, как об одном «из известных султанов и славных
бахадуров» Кыпчака и предводителя конницы войска
Бурундук-хана.
Давно замечено: когда людская молва наделяет человека
властью, власть сама зачастую приходит вслед. К началу
XVІ века личная власть Касым-султана сильно увеличилась.
Хотя Касым-султан видел, что фактически власть в ханстве
и инициатива находятся в его руках, но, как дальновидный
политик, он был осторожен, умел терпеливо выжидать там, где,
казалось бы, положение позволяет ускорить решение вопроса.
В 1510 году, когда уже Шибаниды совершили набег на улус
Касыма, он, по словам Мирзы Хайдара, «еще и не принимал
титул хана, хотя власть его уже была настолько велика, что
никто и не думал о Бурундук-хане. Но он (Касым) не хотел
находиться поблизости от Бурундук-хана, потому что, если
быть вблизи и не соблюдать должного уважения, означало
бы возражать хану, а повиноваться же ему, душа не лежала,
поэтому он и старался держаться подальше от Бурундук-хана».
Соперничество двух влиятельнейших людей ханства
закончилось, в конце концов, победой всесильного и
энергичного султана и изгнанием потерявшего свой авторитет
хана. Не ранее осени 1511 года Бурундук-хан с кучкой
приближенных удалился в Мавераннахр.
Правителем Казахского ханства с 1511 по 1521 год становится
Касым-султан, первый из потомков Джанибека. Касым-хан
вошел в историю как «собиратель казахских земель». Главной
своей задачей он считал борьбу за сырдарьинские города с
шайбанидами Мавераннахра. Еще будучи султаном, в 1510
году, он отвоевал у них большую часть городов Туркестана, а
ставши ханом, установил контроль над самым южным городом
Сайрамом. В результате моголы и кыргызы признали своим
144 145
ханом Касыма. Летом 1513 года казахский хан перенес свою
ставку из района Улытау на реку Чу, и могольский хан Султан-
Саид, скрепя сердце, должен был смириться с потерей Жетысу.
Так, могольские ханы утратили Моголистан.
Для закрепления на Сыр-Дарье Касым-хан выгодно
использовал политическую ситуацию в Средней Азии. Весной
1514 года Чагатаид султан Саид-хан покинул Семиречье
и с отрядом численность примерно 5 000 человек вторгся в
Кашгарию и ушел в Восточный Туркестан, что укрепило власть
Касыма в Семиречье. Прикочевали группы племен из Ногайской
Орды, где был кризис. Границы ханства достигли Яика, Сыр-
Дарьи, ушли за Улытау и Балхаш. Впервые после монгольского
нашествия были объединены в одном государстве почти все
казахские роды и племена. Число подданных оценивалось в 1
миллион человек, а численность войска – в 300 тысяч.
И очень символично то обстоятельство, что именно со
времен хана Касыма в отношении его государства в источниках
устойчиво начинает употребляться термин Казахское ханство,
Казахское государство.
В начале XVI века «Казачья Орда» фигурирует уже в
польских и русских документах. Упоминание о казахах, как
уже сформировавшейся народности, имеется у Даниила
Губина, русского посла, ездившего в 1534 году в ногайские
степи. В донесении на имя Ивана Грозного он писал, что
«казаки, государь, добре сильны, и, сказывают, государь,
Ташкент воевали, и ташкентские царевичи, сказывают, с ними
дважды бились, а казаки их побивали». Кочевому ханству, в
котором наивысшей ценностью считалась свобода, подходило
это название, смысл которого хорошо понимали и в Польше,
и на Руси того времени. Таким образом, прозвище казаков,
изначально присвоенное династии урусидов, как изгнанникам
и скитальцам, стало использоваться в исконном смысле этого
слова для обозначения необычной страны вольных людей.
Касым-хан замечал, что в последнее время участились
межродовые распри. Некоторые улусы перестали считаться
с другими на том основании, что их ханы и беки более
родовитые, знатные. Мелкие трения зачастую перерастали
в большие скандалы. Было заметно, что раздувают
междоусобицы султаны и бии. Решения биев выполнялись не
всегда. «Если будет так продолжаться, – думал Касым-хан, –
то казахов постигнет участь монголов и Шайбанидов, которые
разделились, рассыпались по крупицам». И Касым-хан решил
издать закон, требующий от людей железной дисциплины.
Этот закон был утвержден и обнародован в 1511 г. как первый
свод законов «Каска жолы».
Закон состоит из пяти глав. В первой главе
(Имущественный закон) рассматриваются проблемы
судебных исков, земельных, родовых, семейных отношений,
а также выплаты выкупа и на логообложения.
Во второй главе определены сроки наказания за
конкретные преступления. (Уголовный закон).
В третьей главе освещены вопросы воинской службы и
дисциплины. Любое нарушение наказывается в обязательном
порядке в зависимости от тяжести преступления. (Военный
закон).
Четвертая глава посвящена вопросам дипломатической
службы и ее этики. (По сольский закон – обычай).
В пятой говорится о проведение праздников, похорон,
поминок и т. д. (Закон общественности).
Это был первый закон в истории казахов, созданный на
основе народных традиций и народной мудрости. Этот закон
– свидетельство справедливости и поэтому носит название
«Қасым ханның қасқа жолы» («Доблестный путь Касым
хана») (по другой версии – «Чистая дорога хана Касыма»).
Касым-хан умер и похоронен в 1521 г. в Сарайчике –
захваченной им столице Ногайской Орды.
После смерти Касыма междоусобицы Джучидов
ослабили ханство. Против ханства сложился союз узбекских и
могульских правителей. Потеряны присырдарьинские города.
6. Межклановая борьба чингизидов
Казахское государство возникло и просуществовало
несколько веков во многом благодаря наличию собственной
аристократии чужеродного происхождения. Ханы и султаны
могли командовать войском, составленным из разных племен,
146 147
делить между ними добычу после побед, распределять кочевья
и вершит суд. Только востребованность в подобном институте
посредников между родами и племенами позволяла сохранять
чингизидам особые позиции в казахском обществе. Каких-то
иных рычагов воздействия у них не было. Небольшие отряды
туленгутов не всегда могли обеспечить личную безопасность
правителю, не говоря уже о том, чтобы являться серьезным
фактором давления во внутриполитической игре. Вождь
самого слабого племени располагал большим количеством
клинков, чем самый сильный хан. Только проводя угодную
для большинства политику, правитель мог сохранять власть в
своих руках.
Таким образом, казахское общество предохраняло себя,
как от анархии, так и от деспотии. Однако в данной модели
политической организации существовал и очень серьезный
изъян. Каждый чингизид считал себя достойным ханского
престола, а поскольку благодаря полигамии их было достаточно
много, то амбиции неизбежно приводили к малым и большим
столкновениям по любому поводу. Такое же событие, как
смерть старшего хана, практически неизбежно приводила к
более серьезным конфликтам. Обязательно находился тот,
кто был недоволен выбором биев, отказывался признавать
решение курултая и мог провести альтернативные выборы, в
ходе которых избирал правителем самого себя.
Но хуже всего было, когда по поводу кандидатуры нового
хана, происходил раскол в среде родоплеменной знати. Тогда
межклановая борьба чингизидов перерастала в войну племен с
большими кровопролитными сражениями и соответствующими
последствиями. Именно так случилось после смерти хана
Касыма.
Степная знать после кончины в 1523 году Касыма разбилась
на три группы, каждая из которых избрала собственного хана:
1. Клан детей хана Касыма во главе с его сыном Мамашем;
2. Клан детей брата хана Касыма – Джадика, во главе которого
встал Тогум; 3. Клан детей брата Касима – Адика, во главе
которого стал Тахир.
Мамаш-хан – пятый казахский хан, стал правителем
Казахского ханства после смерти отца Касым-хана,
предположительно в 1518 или 1521–1523 г одах.
Перед смертью Касым-хан вызвал старшего сына Мамаша
и поведал ему: «Где есть жизнь, смерть неизбежна. Я нахожусь
в преклонном возрасте. После моей смерти не будоражьте
народ, не терзайте его борьбой за власть. Моя мечта сделать
казахскую землю независимой. Этого я достиг. Теперь
осталось развиваться и процветать как другие государства, а
ядра-молнии пусть стреляют по праздникам. Высоко пронеси
наше знамя, повышай культуру народа! Отбившийся от стада
попадает в пасть волку, отделившись, племена доступны врагу.
Если хочешь сохранить единство народа, не стремись к власти,
сынок, не устраивай междоусобиц! Но у меня в душе тревога
за вас!»
Из документов следует, что некоторое время после смерти
Касым-хана трон казахского государства пустовал и за него
вели борьбу два казахских султана. Известные нам письменные
источники не содержат фактических данных, которые
прояснили бы подробности этой междоусобицы. Победу
в ней одержал Мамаш, сын Касым-хана. И средневековые
мусульманские историки говорят о нем как о следующем после
Касыма казахском правителе.
Из-за междоусобиц Мамаш-хан не смог противостоять
Ногайской орде, которая захватила территорию до Тургая.
Территория Казахского ханство при нем сильно сократилась,
тем не менее, Иван Грозный неоднократно отправлял к нему
своих послов.
Правление Мамаш-хана было недолгим, междоусобицы
султанов-джучидов на время ослабили Казахское ханство. По
сообщению Мухаммада Хайдара Дулати, после его смерти на
ханский престол взошел сын Адик-султана – Тахир-хан.
Тахир хан – старший сын влиятельнейшего казахского
султана Адика, внук одного из основателей Казахского ханства
Джанибек-хана. Тахир-хан взошел на ханский престол после
недолгого правления и смерти Мамаш-хана. По свидетельству
Мирзы Хайдара, хорошо знавшего Тахира, по природе своей
это был человек злой и жестокий, крайне подозрительный.
На вершину пирамиды власти в стране Тахир-султана возвел
148 149
счастливый случай.
Со смертью Мамаш-хана в 1523 году окончилась эпоха
консолидации и наступила эпоха большой дележки, в которую
оказались вовлечены едва ли не все султанские фамилии
ханства, дележки власти, улусных людей, пастбищ и т. п.
Здесь Тахиру сопутствовала удача, и в остром соперничестве
с султанами из других фамилий он одержал верх и сделался
ханом. Персидский историк Хайдар ибн Али Хусайни Рази
по этому поводу пишет так. После смерти Мамаш-хана в
Казахском ханстве началось «большое несогласие: султаны
Дешт-и-Кыпчака, известные как казахи, много воевали друг
с другом». В конце концов ханом был провозглашен Тахир-
султан.
В «Тарих-и бихан» говорится о том, что в 1522–23 гг.
правитель Ташкента Суюнджи-Ходжа-хан выступил в сторону
Дешт-и Кыпчака на войну с казахами и одержал победу. Однако
в источнике не приводится имя противника Шибанида.
Что бы Тахир-хан ни делал, все давалось с трудом,
и все его начинания кончались неудачно. Он не обладал
ни дипломатическими, ни военными талантами, о чем
свидетельствуют его неоднократные военные поражения и
дипломатические неудачи. Тиран по своей природе, Тахир
стал виновником смерти своего брата Абул-Касима. Вот ход
событий, приведший к этой трагедии.
Сделавшись ханом, первым лицом страны, Тахир дал волю
своим природным склонностям и продолжал жить наугад.
Результаты не преминули сказаться тут же. Еще зимой 1523–24
гг. его покинула часть казахов. К середине 1526 г. дела Тахир-
хана стали совсем худыми, а его жестокость и подозрительность
усилились. «По этой причине, – пишет Мирза Хайдар Дуглат,
– просвещенные сердца султанов отвратились от него; у
него был брат по имени Абул-Касим-султан, народ считал,
что жестокости Тахир-хана исходят от него. Сразу же рукой
победоносной умертвили его». Самое значительное событие
в истории Казахского ханства периода правления Тахир-хана
– это переход в 1526 г. всего Семиречья во власть казахских
владетелей.
Судя по источникам, Тахир-хан первым из казахских
властителей вступил в войну с калмыками. По словам
Васифи, автора «Бадаи ал-Вакаи» и современника Тахира,
казахский хан построил у подножия одной горы «крепость
Джатан» для отражения войск калмыков. Замечательно, что
в 1537–38 гг., когда хан моголов Абд ар-Рашид в союзе с
Шибанидами выступил на войну против казахов, казахское
войско укрепилось именно в крепости Джатан. Точное
местоположение укрепления Джатан не известно.
Тахир-хан, отличавшийся крайней жестокостью
и несправедливостью и не обладавший в то же время
способностями государственного мужа, как и следовало
ожидать, вызвал своим правлением всеобщую ненависть, был
покинут своим народом и, по словам Мирзы Хайдара Дуглата,
умер среди кыргызов в бедственном положении между 1529
и 1533 годами. Правление Тахир-хана привело к падению
могущества Казахского ханства, завоеванного во времена
правления Касым-хана. После смерти Тахира ханская власть
перешла в руки к его брату Буйдашу.
Буйдаш (1533–1534 гг.). Новому правителю удалось
увеличить численность своих поданных до тридцати тысяч
человек, где в подавляющей массе своей были кыргызы, что
отмечается в разных источниках. Но Буйдаш сумел наладить
союзнические отношения и с казахскими правителями.
Удержание кочевий Моголистана под своей властью имело
огромное значение для всех крупных степных вождей, и они
неоднократно оказывали военную помощь кыргызскому хану.
В свою очередь, правитель Моголистана Рашид продолжал
пытаться вернуть под свою власть кыргызские племена и
вынужден был обратиться за помощью к правителю Ташкента
Барак-хану.
В 1560 году в одном из нападений объединенное
кыргызско-казахское войско под началом хана Буйдаша дошло
до Сайрама, где их ожидали отряды Ташкентского правителя
Дервиш-хана. В последовавшем упорном сражении победа
вначале клонилась на сторону Буйдаша. Однако затем, как
сообщает источник, возник сильный ветер, который понес
на кочевников огромное количество пыли, и произошло это,
150 151
якобы, по причине усердных молитв мусульманского святого
– шейха Лутфуллы. В результате кыргызско-казахское войско
было полностью разбито. На поле боя погибли и сам хан
Буйдаш, и еще 24 султана.
Хак-Назар-хан (1538–1580 гг.). Известные источники
не сообщают подробности о том, каким образом ханом в
столь тяжелое время стал Хак-Назар сын Касыма. Очевидно
лишь, что к его воцарению приложили руку ногайцы. Не
зря ногайский бий Шейдак в том же году писал в Москву:
«Шурина своего, Ханбулат салтана царем его чиню». В. В.
Трепавлов, комментируя эти сведения, пишет: «Царевич Хан-
булат неизвестен по другим источникам. Но можно определить,
кто из султанов оказался достаточно близким к верхушке
мангытов, чтобы те доверили ему престол. Это Хак-Назар, чье
имя экзотичное для московских переводчиков – имело близкое
арабское написание с Хан-Булат».
К этому следует добавить, что «царевич Хан-Булат» мог
появиться и в связи с другой ошибкой московских переводчиков.
Вместо упоминания имени загадочного Хан-Булат-султана
в письме могло быть написано: «хан болатын султан», что
в переводе с кипчакского означает «султан, который будет
ханом».
О причастности едыгеидов к воцарению Хак-Назара
говорит и тот факт, что конфликты между Ногайской Ордой
и Казахским ханством прекратились. Фактически произошло
объединение значительной части племен, подвластных ранее
урусидам и едыгеидам. Во главе единого государства встали
хан и беклербек. Фигура Хак-Назара была нужна бию Шейдаку,
чтобы собрать в Ногайскую Орду все казахские улусы. Но сын
великого Касыма не собирался оставаться марионеткой в руках
рода Едыге, который обладал просто невероятным влиянием
во всем Дешт-и-Кыпчаке. Деяниям правителей и богатырей
Ногайской Орды были посвящены сказания целого цикла
героического эпоса, дошедшего до наших дней. Кочевники
едва не молились на имена Едыге, Нурадина, Кази, Наурыза.
Ни одна историческая династия в степи, включая чингизидов.
Не могла этим похвастать.
Чтобы в столь мощном противостоянии за умы степняков
суметь сохранить свои позиции, и чтобы поданные твоего
отца остались твоими поданными, необходимо было быть
явно незаурядным человеком. Несмотря на то, что Хак-
Назар наверняка был отважным воином (иначе в то время
было нельзя), источники рисуют его образ, прежде всего, как
мудреца. Выдающийся казахский правитель – хан Хак-Назар
сумел прервать череду бесконечных междоусобиц и сплотить
под своей властью большую часть племен Восточного Дешт-
Кыпчака. Сопутствовала удача Хак-Назару и в борьбе с
соседями. Ему удалось присоединить территорию по левой
стороне Яика, а также сохранить контроль над Туркестанскими
землями. В 50-х годах власть Хак-Назара признали правители
восточных ногаев. Но Хак-Назару этого было мало. Он хотел
включить в свое ханство все улусы, находящиеся под властью
ногайского и сибирского правителей.
Вступив в союз с узбекским ханом Абдаллахом против
сибирского хана Кучума, Хак-Назар со своей стороны
продолжал беспощадную войну с ногайцами и сибиряками.
Пытался восстановить прежние территории, что было
невыполнимо.
Приблизилось Русское государство (завоевало Казанское,
Астраханское и Сибирское ханства). На Сыр-Дарье появились
каракалпаки. До конца XVI века Сыгнак, Отрар и Туркестан
были в составе Шайбанидов Мавераннахра. Привлек на свою
сторону ногайских мурз. Направления внешней политики:
юго-восток (с киргизами воевали против могулов и ойратов),
запад и север (ногайцы, башкиры, татары). «Хан казахов и
ногайцев» был убит агентом правителя Ташкента, выступая
против противника Абдаллаха Баба-султана.
Шигай-хан (1580 г. – 1582 г.), потомок Джанибека. После
гибели Хак-Назара в 1580 году, к которой Шигай, скорее
всего, имел прямое отношение, казахская политическая элита
разделилась как минимум на две части. Шигай стал лидером
той, которая ориентировалась на тесный союз с бухарским
ханом Адуллой. Последний же в это время старался добить
своего старого врага Баба-хана. Вследствие этого Шигай,
152 153
стремясь продемонстрировать свою лояльность, начал боевые
действия против Баба-хана.
Однако в сражении, произошедшем на реке Талас,
Шигай был разгромлен. Убийство Хак-Назара, подчинение
Абдулле, и позорное поражение нанесли непоправимый
ущерб политической репутации Шигая. Тем же летом Шигай,
окончательно утратив контроль над ситуацией и лишившись
своих поданных, не нашел ничего лучшего, как поддаться на
службу к своему старинному приятелю – хану Абдулле. Хан
Абдулла наградил его ханским титулом и даже выделил ему в
качестве владения Ходжент. Конечно, столь щедрый дар был
сделан не по доброте душевной. Шигай был плохим стратегом,
но прекрасным воином. Весной 1582 года отряд казахской знати
присоединился к армии Абдуллы, вновь выступившей, против
Баба-хана через Туркестан. Казахские султаны принесли
немалую пользу, поскольку военные действия большей частью
проходили в родном Дешт-и-Кыпчаке. Казахам достались
земли в Средней Азии.
Но больше всех в этой чрезвычайно тяжелой и ожесточенной
войне сумел покрыть себя славой султан Тауекел, которого
Хафиз-и Таныш называл самым храбрым и мужественным
человеком во всем подлунном мире.
Тауекель (Таваккул, в переводе «надежда, упование»,
сын Шигая) (1586 г. – 1598 г.). После смерти отца в 1583 году
Тауекель вернулся в родные степи и «присвоил себе титул хана».
Несколько лет ушло у него на борьбу со своими соперниками,
из которой он вышел победителем. Борьба за власть заняла
около двух лет, после чего двое сыновей Хак-Назара бежали в
Астрахань и приняли русское подданство. Это дало основание
царю Федору Ивановичу, внести в список своего владения и
«Казацкую Орду». Однако русские власти получали сведения
об успехах Тауекеля, который, сохраняя традиционный союз
с кыргызами, усилился пришедшими с Волги каракалпаками,
сумел подчинить часть ойратов и наладить отношения с
ногайцами-алтыулами, еще, со времен Хак-Назара, в большей
степени ориентирующихся на казахского хана, нежели на
верховного бия Ногайской Орды.
Главным противником для русских в Центральной Азии на
тот момент являлся бухарский хан Абдулла. Он был союзником
османского султана и со своей стороны поддерживал
антирусскую политику, оказывая поддержку тоже хану Кучуму,
который все еще пытался вернуть себе власть над Сибирью.
В 1594 г. Тауекель посылает в Москву первое посольство
во главе с Кул-Мухаммедом. Посол должен был освободить
своего племянника, который был аманатом (заложником), а
также наладить отношения с Москвой (хан с ней хотел идти
против узбеков). Русское посольство во главе с Вельямином
Степановым было направлено к Тауекелю уже весной 1595
года. Такая спешка была вызвана тем, что русские власти
прекрасно знали о враждебных намерениях хана Абдуллы и
были рады любым союзникам, способным оказать содействие
в борьбе с этим врагом. Известные события, последовавшие
вслед за договоренностью, с обеих сторон подтверждают,
что они были достигнуты. Так, в 1598 году армия Тауекеля,
составленная из казахов, ойратов, кыргызов, каракалпаков,
ногайцев, вторглась в Среднюю Азию. Бухарское войско было
разгромлено в первом же бою. Это поражение чрезвычайно
тяжело сказалось на Абдулле, который решил лично возглавить
армию, но на нервной почве захворал и вскоре скончался.
Однако битва обернулась тяжелыми потерями и для
Тауекеля, который был вынужден оттянуть войска к своей
ставке в Алатау. Но даже эта передышка уже не могла
спасти абулхаиридов. Летом того же года был убит своими
приближенными сын и приемник Абдуллы – Абд ал-Мумин.
Судя по всему, к этому убийству был причастен и Тауекель,
поскольку именно к нему направился один из организаторов
заговора Абдул-Васи-бий. Новым ханом стал Пир-Мухаммад.
Воспользовавшись возникшим хаосом, Тауекель снова
перешел в наступление. По всей видимости огромная
армия была разделена, по крайней мере, на две части. Одна
группа войск двинулась на захват Туркестана и других
присырдарьинских городов. Другая, овладев Ташкентом,
вскоре захватила всю Ферганскую долину. Далее объединенные
силы Тауекеля штурмом взяли Самарканд. Тем временем,
союзник Тауекеля иранский шах Аббас открыл второй фронт
154 155
в Хорасане. Иранцами были взяты С ебзевар, Мешхед и Герат.
Фактически это был триумф русской внешней политики.
Все произошло так, как рассчитывали в Москве. В том же 1598
году русскими войсками окончательно был разгромлен Кучум.
И когда в 1600 году умер правитель Касимовского ханства
Мустафа-Али, выбор нового хана был сделан без колебаний.
«Касимовским царем» стал казахский царевич Ураз-Муаммад
– племянник Тауекель-хана.
Но у казахского хана были свои задачи. Оставив часть
войска в Самарканде под началом своего брата Есима,
Тауекель устремился к последнему оплоту Мавераннахра –
Бухаре. Но малочисленный гарнизон Бухары оказал отчаянное
сопротивление и сумел нанести поражение казахскому
войску. После повторного, также неудачного штурма Бухары,
раздосадованный Тауекел стал лично водить в атаку своих
бойцов и в одной из стычек был ранен. Армия отступила в
Ташкент, где и скончался Тауекел – последний хан-завоеватель
в истории Казахского ханства.
Есим-хан (1565–1628) – хан Казахского ханства, сын Шигая.
После смерти брата Тауекель-хана султан Есим становится
ханом Казахского ханства во время похода на Бухару. Именно
Есим сумел создать сильное централизованное Казахское
государство. Его правление стало временем очередного
(третьего по счету) усиления Казахского ханства после Касым-
хана и Хак-Назар-хана. Есим-хан перенес столицу ханства из
Сыгнака в Туркестан. Не зря народ прозвал его «Есенгей бойлы
Ер Есiм» («Мужественный Есим»). Чем он заслужил такое
прозвище? Чтобы разобраться, давайте вернемся в историю…
В конце XVI века внешнеполитическое положение
Казахского ханства заметно осложнилось. Борьба с бухарскими
ханами за право владения присырдарьинскими городами, в
частности, Ташкентом, продолжалась с переменным успехом.
В этих условиях для обеспечения безопасности государства
необходимо было консолидировать общество, не допустить
его раскола. Поэтому после провозглашения Есима ханом он
первое время боролся со своими политическими оппонентами.
Затем он жестко взял инициативу в свои руки. Ташкент
и другие присырдарьинские города стали казахскими. В
отличие от Турсуна, своего главного оппонента, Есим ставил
общегосударственные дела выше личных амбиций, активно
занимался внешнеполитической деятельностью. Он прекрасно
разбирался в тонкостях восточной политики, что и было его
основным преимуществом, поскольку многие соперники
Есима полагались в основном либо на военную силу, либо на
политическую поддержку, тогда как он предпочитал делать
взвешенные, обдуманные со всех сторон ходы, полагаясь на
ум и холодный расчет. Но, несмотря на это, Турсуну и его
сторонникам удалось победить в политической борьбе, и
Есим-хан вынужден был бежать в Моголистан. Там он вновь
набрал силу и, воспользовавшись тем, что Турсун оказался
бездарным правителем (умудрился испортить отношения со
своими союзниками), смог вернуться на ханский престол.
Вновь приняв на себя обязанности верховного хана,
Есим прежде всего поспешил обезопасить страну от набегов
ойратских племен, поскольку многие султаны игнорировали
их мощь. Именно благодаря его политической дальновидности
казахские племена смогли нанести ойратам упреждающий
удар. Войска во главе с Есим-ханом совершили крупный поход
против Ойратского ханства и уничтожили его. Так закончилась
100-летняя война между казахами и ойратами. Этот поход
еще больше убедил Есима в необходимости объединить все
казахские племена.
Есим-хану пришлось выдержать еще более тяжелую
внутриполитическую борьбу, итогом которой было коренное
реформирование политической системы Казахского
государства. Суть ее заключалась в том, что главенство закрытой
элиты – торе заменялось на главенство элиты открытого типа
– биев и старшин. Произошла своего рода бийская революция,
ограничившая политические права сословия чингизидов и
установившая широкие права для общин и их руководителей.
Есим-хан внес много новшеств во внутреннюю и внешнюю
политику Казахского ханства. Законы хана Есима, созданные
в период вторжений внешних врагов и способствовавшие
делу упрочения единства и защиты страны, свидетельствуют
о высоких заслугах хана Есима как государственного деятеля в
156 157
казахской истории. Хан Есим сумел подавить междоусобицы,
местную обособленность султанов и успешно отражал
вторжения джунгар.
Юридически эти изменения были закреплены в своеобразной
конституции – «Есім ханның ескі жолы» («Древний путь Есим
хана»), принятой как дополнение к кодексу Касым-хана. В этом
правовом акте определялись полномочия хана, биев и батыров,
а также их взаимные обязанности и права.
По-прежнему высшей законодательной властью продолжал
оставаться Маслихат. В состав его входили все представители
казахских общин и лишь наиболее влиятельные султаны.
Маслихат собирался раз в год, преимущественно осенью, в
Улытау г. Туркестане или под Ташкентом.
Ослабление роли хана в политической системе привело к
изменению принципа выбора хана. Хотя официально принцип
меритократии оставался в силе, фактически казахи перешли к
наследованию ханского звания вплоть до начала XVIII века.
Вместо улусной системы в начале XVII века была введена
жузовая организация, когда все казахские земли были разделены
между тремя хозяйственно-территориальными объединениями
– жузами. Во главе жузов стояли бии, руководители наиболее
сильных и многочисленных групп общин. По существу вся
власть находилась в руках жузовых биев. Они же формировали
и Совет Биев, ограничивавший власть хана. Власть биев
держалась исключительно на личном авторитете, и хан никак
не мог влиять на выдвижение того или иного бия.
Жанибек-хан (1598–1643 гг.) – казахский хан, правитель
Казахского ханства с 1628 по 1643 годы, старший сын Есим-
хана. После смерти хана Есима новым казахским ханом
провозглашается Жанибек II. В 1628 году он сел на трон отца
в городе Туркестан. По словам Махмуда ибн Вали, Есим-хан
называл «дорогое дитя» своего старшего сына Джанибек-
султана. В 1611 году, когда Есим-хану удалось сделать
обширные завоевания в Средней Азии, Джанибек-султан был
назначен управителем области Сагардж. Жанибек еще султаном
участвовал в междоусобице чингизидов в Маверанахре.
В конце XVI- начале XVII века на территории Средней
Азии вместо утратившей силы династии шейбанидов к
власти пришла династия аштарханидов. Надеясь, на будущие
политические и материальные дивиденды, султан Жанибек
поддержал одного из претендентов на престол Маверанахра
султана Имамкули. Он сделал правильный выбор. Имамкули,
получив трон, в благодарность за поддержку его казахскими
султанами подтвердил владение казахами городами Ташкент,
Сыгнак, Сузак и другими, а султан Жанибек был назначен
управляющим областью Сагардж.
При хане Жанибеке II у центральной власти Казахского
ханства ощущается существенная нехватка ресурсов власти.
Несмотря на гибель хана Турсуна и прекращения борьбы за
престол со стороны потомков хана Хак-Назара, ташкентская
группа родов катаган продолжает оставаться крупной
влиятельной силой в стране. Наместники над родами катаган
чувствовали себя автономно от власти казахского хана. В
политической жизни региона продолжают играть существенную
роль казахские наместники Самарканда и Андижана. Султаны
Андижана опирались не только на казахов, проживавших в
Фергане, но и на силы тяньшанских кыргызов. Главной задачей
Жанибека II стала проблема организации отпора джунгарам и
калмыкам.
В 1646 году хунтайши Батур совершил новый поход
против казахов. Казахи потерпели поражение, а младший
брат хана Жанибека султан Сардак вместе с женами и
слугами попал в плен. Примечательным является факт, когда
на караван хунтайши с пленными казахами, напали люди
тайши Кунделина, одного из предводителей хошоутов, тайша
Кунделин попытался отбить родственника и знатного пленника
султана Сардака. Однако засада была неудачной и тайша
Кунделин, потеряв 250 человек, был вынужден отступить.
В 1643 году после смерти хана Жанибека новым казахским
ханом стал второй сын Есима Джахангир.
Салкам Жангир-хан (1645–1652 гг.). В начале второй
трети XVII века окончательно сложилось Джунгарское
ханство. Возглавил его хунтайджи Батур. История Казахского
ханства в это время уже неотвратимо шла к закату. После
смерти двух великих соперников в борьбе за власть Турсуна и
158 159
Есима в 1627–1628 годах ханство в очередной раз погрузилось
в пучину бесконечных междоусобиц. Формальным старшим
ханом был сын Есима Джанибек, называемый в русских
источниках царем, но серьезным авторитетом он не
пользовался, и реальным главой клана являлся его младший
брат султан Джангир, пользовавшийся репутацией отчаянного
храбреца. Но большинство своевольных удельных властителей
не подчинялись братьям. Даже родные дяди Джанибека и
Джангира вели себя как суверенные правители. Всего власть
Джангира, по джунгарским оценкам, признавало около 70
тысяч кочевников.
Одним из самых сильных и практически независимых
казахских правителей являлся знаменитый батыр Жалантос.
Обычно в исторических работах его упоминают только
как правителя Самарканда и бухарского вассала, но он
одновременно считался и главой целого казахского улуса
(вероятно алшинов). В русских источниках вполне конкретно
сообщается, что на пространстве между Джунгарским и
Калмыцким ханствами располагались кочевья Джангира
и Жалантоса. Получается, что последний тоже выступает
как независимый казахский правитель. Жалантос, согласно
источникам, располагал 20-тысячным войском, то есть его
власть признавало около 80–100 тысяч кочевников.
Тем не менее, именно Джангир собрал и возглавил
казахское ополчение в 1635 году, когда только воцарившийся
джунгарский хунтайджи решил впервые испытать свои силы
на востоке. В первом сражении начавшейся войны казахи
одержали победу, но во втором потерпели тяжелое поражение,
и в плен попал даже сам предводитель казахского войска.
Через три года состоялся новый поход джунгар, судя по
всему, также закончившийся поражением казахов. Джангиру
в скором времени удалось освободиться из плена. Неизвестно
бежал он или был выкуплен, но, вероятно, именно во время
пребывания в Джунгарии он сумел завести теплые дружеские
отношения с одним из влиятельных представителей ойратской
знати – Хундуленом-тайши.
Увиденные воочию разительные перемены, произошедшие
в жизни соседей, не могли не произвести впечатления на
казахского султана. Чтобы сдержать набирающую силу соседа,
срочно требовались ответные меры.
Сначала Джангир сумел найти общий язык с самым сильным
из других казахских правителей – батыром Жалантосом. Затем
был достигнут мир с бухарским ханом Имамкули и заключен
союз с могульским правителем Абдаллах-ханом. То есть,
можно сказать, это явился ответной реакцией на создание
хунтайджи Батуром коалиции для наступления на Семиречье,
образованием тюркского союза.
В 1643-м Батур, собрав войско, захватил некоторые земли
в южных и юго-восточных отрогах Тянь-Шаня. Узнав об
этом, Жангир с небольшим ополчением в 600 человек решил
встретить войско противника, несмотря на его значительное
превосходство. Для битвы Жангир выбрал горное место
недалеко от реки Ор. Тактикой ведения боевых действий стал
окопный метод.
Исследователи отмечают, что Жангир применил ряд
сложных тактических приемов из арсенала военного искусства
казахов, но в то же время использовал не распространенные
среди кочевников методы дробления сил противника. По
описанию, Жангир, опасаясь открытого военного столкновения
с джунгарами, расположил часть своей дружины в ущелье
между двух гор, заранее окопав его глубоким рвом и обнеся
высоким валом. Протяженность военного укрепления
составила 2,5–3 км, передний край окопа был высотой с
человеческий рост. Основные силы казахов ударили с тыла,
и джунгары, не ожидавшие такого хода событий, не смогли
оказать сопротивления. В ходе этого боя противник потерял
значительное количество воинов (около 10 тысяч человек)
и был вынужден отступить под натиском подоспевшего из
Самарканда войска Жалантоса Бахадура, союзника Жангир-
хана.
Здесь необходимо сказать, что Батур-хунтайджи собрал
для наступления на Жетысу большое войско. К его коалиции
примкнули сын хакасского Алтын-хана Омбо-Эрдени, зять
Батура-хунтайджи Огирту, Цацен-ан, младший брат Огирту,
тайши Чокур, тайши Солтан, предводитель сибирского народа
холтов и другие мелкие вожди племен. Всего войско насчитывало
160 161
около 50 тысяч человек. У Жангира же насчитывалось всего
600 вооруженных всадников, зато это была отборная дружина.
Среди них: батыры Шапрашты Карасай, Аргын Агынтай,
Алшын Жиембет, Канглы Сарбук, Найман Коксерек, Дулат
Жаксыул, Суан Елтинды и другие.
Столь малочисленное по количеству войско Жангира
объясняется, возможно, двумя причинами. Во-первых, власть
Жангира еще не успела окрепнуть, и он не мог призвать под свое
знамя большие силы. Причем, это были дни перед выборами
хана. Во-вторых, чрезвычайные обстоятельства вынуждали
даже с небольшим войском выступить навстречу стремительно
продвигавшемуся врагу. Жангир разместил половину своих
людей в ущелье, построив укрепления или редуты. В узкой
горловине среди скал джунгары потеряли тысячи людей. Через
несколько дней битва повторилась, но уже на пересеченной
местности. Джунгары уже начали было праздновать полную
победу, когда к немногочисленным казахским воинам успело
подойти большое подкрепление.
Таким образом, когда речь идет об Орбулакской битве,
надо помнить, что она состояла из двух сражений. Первое – в
горах, когда 600 казахских батыров противостояли противнику,
который численно превосходил их почти в сто раз. И второе –
на ровной местности с участием большого количества войск.
H. H. Howorth «History of the Mongols» Part II, Division II,
Chapter VIII Burt Franklin p. 640 пишет: «Я уже упомянул о том,
как Жангир-хан стал пленником Баатура. Нам известно, что,
обретя свободу, он досаждал калмыкам постоянными атаками
и в конце концов Баатур, лидер джунгар, выступил против него
с 50 000 человек, также приведя с собой два племени Алат
киргизов и Токмани (т. е. людей с Алатау и Токмака). Жангир
же имел только 600 человек с собой, но он расставил их очень
умело, вырыл окопы, и когда калмыки атаковали его, он напал
на них с тыла, и его огнестрельное оружие произвело такую
панику, что те потеряли 10 000 человек! К Жангиру вскоре
присоединился другой татарский князь по имени Жалантос
(Yalantush) с 20 000 человек, и Баатур посчитал благоразумным
отступить. В 1644 году Баатур снова собрал своих людей и
возобновил борьбу с казахами, но хошотской Кунделинг Тайши
(Khoshote Kundelung Taishi), который был другом Жангира,
вмешался, и война была отложена. Это было последним
упоминанием, которое я смог найти о Жангире, который,
согласно Левшину, жил, как и его предки, в Туркестане».
Битва, в которой казахские воины во главе с Жангиром в
местечке Орбулак сражались против джунгарских завоевателей,
– лишь один из многих эпизодов более чем двухсотлетней войны
казахов с джунгарами-ойратами-калмыками. И за этой войной
следили не только Россия и Китай, но и западные специалисты
военного дела. Орбулакская битва стала примером мужества,
героизма и невероятной силы духа казахов. Успех в ней стал
возможен благодаря, прежде всего, полководческому искусству
Жангира.
Жангир-хан, имея представление о численности войск
противника, выдвигается навстречу и занимает удобную
позицию, не теряется и не бежит, оставляя территорию. Это
называется мужеством. Имея возможность подготовиться,
он строит укрепления и готовит оборону. Это называется
стратегическим планированием. Находясь в осаде и отбив
первую атаку, он совершает вылазку. Это называется
храбростью. В общем, человек проявил себя как хороший
полководец и отважный воин.
Джунгары, не потерпевшие окончательного поражения в
битве 1643–1644 гг., также вели активную подготовку к будущей
войне. Хунтайджи, объединив свои владения, распавшиеся
после поражения в предыдущей войне, в один кулак, покупает
оружие и боеприпасы в русских городах Сибири.
В 1652 году состоялась третья крупная битва между
казахами и джунгарами. В ней казахские войска потерпели
поражение. В одном из сражений погиб и сам Жангир-хан.
Может, кольчугу пробила стрела или панцирь был проткнут
копьем, а может, шлем не выдержал удара кривой сабли. Может,
несколько копий и сабель поразили одновременно, кто знает…
В смертельной схватке, когда глаза озверевших и обезумевших
людей застилают пот и кровь, бессмысленно выяснять, кто кем
убит. Батыр гибнет от руки врага, говорят казахи. Жангир пал
от руки врага. Но сражение, в котором пал Салкам Жангир,
закончилось победой его армии. Тело легендарного хана
162 163
его воины вынесли с поля боя, перевезли в Туркестан и с
соответствующими почестями предали земле. Его похоронили
возле мавзолея Хаджи Ахмеда Ясауи. Спустя время над могилой
Салкама Жангира был построен мавзолей. К сожалению, до
наших дней он не сохранился. Лучшим памятником Жангир-
хану является народная память, сохранившая светлый облик
этого даровитого правителя, дипломата, и воина.
7. Политическое положение Казахского ханства
до провозглашения ханом Тауке.
Последние тридцать лет после гибели Салкам Жангир-хана,
с 1652 по 1681 год, самый темный период в истории Казахского
ханства. В 1676–1680 годы казахи участвовали в междоусобной
войне братьев Абдул-Азиз-хана и Субханкулы-хана за
бухарский трон. В 1653 году умер основатель Джунгарского
ханства хунтайджи Батур, который способствовал принятию
всем народом закона «Великий бичиг» и открыл дорогу к
единству, силе, новой жизни. Власть перешла к его сыновьям и
Джунгария набирала мощь и укреплялась.
Но и ойратский народ раздирали внутренние противоречия,
и мечта хунтайджи Батура о создании новой великой
монгольской империи так и осталась мечтой. В результате
междоусобных войн к 1661 году Джунгария разделилась
надвое. Отдельные племена стали покидать Джунгарию и в
1663 году около двадцати тысяч семей вышли из Ойратского
Союза и направились к волжским торгаутам. В последующие
годы, несмотря на огромные расстояния, не прекращались
войны между волжскими и джунгарскими племенами, которые
мстили друг другу, и захватывали друг у друга добро, стремясь
нажиться на этом.
Именно в этот период Казахское ханство могло бы
окончательно разгромить Джунгарию и обеспечить мир на
восточных границах. К сожалению, лидеры улуса не думали
об этом. Полностью заглохло доброе начинание – оснащение
армии европейским огнестрельным оружием, – у истоков
которого стоял Есим-хан, бурное развитие которого получило
при Салкам Жангире. В это же время Россия, ставшая
полновластным хозяином громадного пространства от
Уральских гор до Тихого океана, усиленно строила крепостные
укрепления вдоль всей протяженной границы с Казахским
ханством.
Внутреннее положение Казахского ханства было очень
сложным. Сменились поколения, стали тускнеть древние
боевые традиции воинственных казахов. В такую пору
спокойствия, всеобщего благоденствия на арену общественно-
политической жизни выдвинулись не полководцы-султаны или
отважные батыры, как раньше, а стоявшие у власти бии и баи
– владельцы тучных стад скота, табунов лошадей.
В государстве не утихали распри и соперничество между
знатью, феодалами. Некоторые казахские султаны стремились
обособиться от ханской власти и править своими владениями
единолично. В это время стали прерываться тесные связи и
между жузами, каждый из них пытался стать независимым
друг от друга. Такая обстановка в стране постепенно вела к
образованию в каждом из трех жузов своего ханства.
Хотя на словах ханы этих трех жузов подчинялись великому
хану Казахского ханства, фактически они были независимыми.
Создавшаяся ситуация препятствовала объединению казахского
народа, несмотря на то, что существовала реальная угроза
нашествия извне. Эти факторы не только заметно ослабили
Казахское ханство, но и были причиной его поражений в
решающих сражениях с врагами.
Таким образом, в течение мирных тридцати лет внешне
цветущее, самодовольное Казахское ханство превратилось в
рыхлую, слабеющую структуру. В эту смутную пору ханом
Казахского ханства стал Тауке. Народ назвал его Аз-Тауке, то
есть Мудрый Тауке, так он и вошел в историю.
8. Укрепление верховной власти при хане Тауке.
После смерти Жангира ханская власть перешла к его сыну
Тауке, правившему в 1680–1715 гг. Став ханом, Тауке стремился
покончить с феодальными распрями и раздробленностью
внутри страны, создать сильное централизованное государство
казахов. Правильно оценив тогдашнее внутреннее и внешнее
положение, он проводил реформу, направленную на укрепление
ханской власти. В целях укрепления своей власти он стал
164 165
опираться на представителей степной аристократии – биев,
чем ослабил роль султанов.
Он придавал особое значение поднятию авторитета
ханского совета и совета биев. По установлениям хана Тауке,
судебной властью были облечены только хан и родовые бии. В
совете при хане решающий голос принадлежал биям, которые
решали все узловые вопросы внутренней и внешней политики
ханства. Все крупные спорные вопросы между феодалами
решались с их участием. Бии постепенно повсеместно
превратились в исполнительную власть.
При поддержке биев хан Тауке вел беспощадную борьбу
со степной аристократией, которая стремилась к раздроблению
государства, не желая признавать ханскую власть.
Ханская власть Тауке укрепилась в Присырдарье и столицей
государства стал Туркестан. На Культобе под Ташкентом был
созван курултай трех жузов. Все спорные вопросы между
родами и племенами решались на совете биев такими широко
известными в народе личностями, как Толе би, Казыбек би,
Айтеке би и др., который проводился всегда в той или иной
ставке Тауке-хана: в Битобе около г. Туркестана, Мартобе
около г. Сайрама и Культобе вблизи г. Ангрена Сырдарьинской
области.
Толе би Алибекулы (1663–1756 гг.) родился на территории
нынешней Жамбылской области в местности Жайсан. В
возрасте 20 лет начал заниматься судебным разбирательством,
при решении судебных споров отличался справедливостью.
Был очень популярен среди народа за бескомпромиссное
судейство, являлся советником хана Тауке, участвовал в
составлении свода законов «Жеты-Жаргы». После смерти
хана Тауке, когда Казахское ханство раздробилось, управлял
Старшим жузом. Толе би был одним из организаторов отпора
казахов завоевателям-джунгарам. В своих высказываниях,
положениях, сохранившихся в устных народных сказаниях,
Толе би поднимал вопросы о положении простого народа,
выступал против раздоров и междоусобиц в Казахском ханстве.
Казыбек би Каздауысты (Гусиноголосый) Кельдыбекулы
(1667–1764гг.) родился на территории нынешнего
Казыбекского района Карагандинской области. С юных лет
отличался глубоким умом и поэтическими способностями.
Благодаря незаурядным способностям, Казыбека с детства
стали привлекать к решению судебных тяжб, его уважали за
честность и справедливость.
Участвовал в создании «Жеты-Жаргы». Пользовавшийся
огромным авторитетом Казыбек би, как советник хана
Тауке, участвовал в управлении государством, был одним из
организаторов борьбы против джунгаров. Выдающийся бий
Казыбек отличался неповторимым ораторским искусством, в
своей речи он искусно использовал яркие поэтические образы,
сравнения.
Айтеке би Байбекулы (1683–1722 гг.) происходил из
Западного Казахстана. Он являлся потомком знаменитого
батыра Жалантоса. До хана Абулхаира управлял всеми
родами Младшего жуза. Как предводитель Младшего жуза и
признанный бий также участвовал в создании «Жеты-Жаргы».
Привлекался ханом Тауке к решению государственных дел
и улаживанию крупных междоусобиц в Казахском ханстве.
Поэтическое творчество Айтеке би глубоко содержательно. Его
произведения полны размышлений о смысле жизни, морали,
этике, нравственности.
Хан Тауке превратил совет биев в важнейший орган
управления с совещательными функциями, при этом были
значительно расширены права биев в судебном производстве.
Вскоре совет биев стал постоянным учреждением при хане,
в задачи которого входило решение важнейших вопросов
внешней и внутренней политики Казахского ханства. Решения
совета биев имели обязательную силу. Даже хан не мог отменить
его решение. Действия биев были направлены на объединение
сил казахского народа против джунгарского нашествия.
Хан Тауке сумел объединить под своей властью все три
жуза, которые при прежних ханах раздирались внутренними
междоусобицами и были разобщены. Он подавлял всевозможные
распри между султанами и предпринимал меры для усиления
внутреннего порядка в ханстве. В этот период хану Тауке
удалось присоединить к Казахскому ханству значительную
часть родов и племен соседних кыргызов и каракалпаков,
которыми он правил через их биев Кокыма Карашору и Сасык
166 167
бия. Эта дальновидная внешняя политика хана Тауке была
направлена на создание военного союза между казахами,
кыргызами и каракалпаками перед угрозой джунгарского
нашествия. Хан Тауке также старался поддерживать мирные
отношения с Бухарским ханством, регионами Средней Азии,
устанавливать взаимовыгодные торговые связи с их городами.
«Жеты-Жаргы» хана Тауке. Заняв ханский трон, Тауке
особое внимание уделял внутреннему положению ханства,
экономическому и политическому укреплению государства.
Для этого при активном участии наиболее влиятельных биев
трех жузов: Толе би (Старший жуз), Казыбек би (Средний
жуз) и Айтеке би (Младший жуз) был разработан свод законов
«Жеты-Жаргы», что буквально означает «Семь установлений».
В его основу были положены сформировавшиеся уже при
прежних ханах правовые нормы управления государством
и народом – «Касым ханнын каска жолы» («Проторенный
путь хана Касыма») и «Есим ханнын ecni жолы» («Исконный
путь хана Есима»). Признанные вожди казахского народа,
наиболее влиятельные и мудрые из биев трех казахских жузов
– Толе би, Казыбек би и Айтеке би – заново переработали и
привели в единую систему названные выше своды законов
уже применительно к жизни и быту, общественно-социальной
среде казахов в новых условиях. Собственно, к пяти главам из
свода законов хана Касыма дополнительно были прибавлены
еще две главы. Так появился на свет свод законов «Жеты-
Жаргы».
Хан Тауке неоднократно собирал совет биев в местности
Культобе для его обсуждения, пока свод не был окончательно
утвержден. Этот свод законов в научно-исторической
литературе именуется как «Законы хана Тауке».
«Жеті жарғы», свод государственных уложений
(«Правила управления древних казахов»)
«Кровь – за кровь, следовательно, за убийство человека
полагается откуп (за мужчину – 1000 баранов; за женщину –
500 баранов);
– за воровство, разбой, насилие применяется смертная
казнь; кара может быть смягчена при выплате откупа;
– за нанесенное увечье выплачивается откуп,
соразмерный причиненному ущербу (за большой палец – 100
баранов; за мизинец – 20 баранов);
– за преступление, совершенное в отношении
представителей родов торе и кожа, откуп выплачивается в
семикратном размере;
– за убийство женщиной своего мужа применяется
смертная казнь (при прощении родственниками убитого ее
вины смертная казнь заменяется откупом; при совершении
подобного преступления беременной женщиной – она
освобождается от возмездия);
– за убийство своих детей родители к ответственности
не привлекаются; за умышленное убийство матерью своего
ребенка применяется смертная казнь;
– погребение самоубийц на общем кладбище не
допускается;
– при рождении мертвого ребенка у женщины, сбитой
лошадью всадника, выплачивается откуп: за пятимесячного
ребенка – 5 лошадей, за ребенка от пяти до девяти месяцев – за
каждый месяц по 1 верблюду (для уточнения: 100 верблюдов
равны 300 лошадям или 1000 баранов);
– насилие над женщиной приравнивается к убийству
человека. За подобное преступление мужу женщины или
родителям девушки выплачивается откуп. Если совершивший
насилие платит калым-выкуп и женится на изнасилованной
девушке, он освобождается от наказания;
– муж, застав жену в момент измены, вправе убить
ее, но должен немедленно объявить о причине убийства;
женщина. заподозренная мужем в измене, освобождается от
наказания, если ее невиновность будет подтверждена четырьмя
достойными доверия свидетелями;
– человек, умыкнувший чужую жену без ее согласия,
приговаривается к смертной казни или выплачивает откуп в
размере, определенном за убийство мужчины; если женщину
умыкнули с ее согласия, виновный выплачивает калым-выкуп,
а сверх того отдает потерпевшему девушку без выплаты
калыма;
168 169
– человек, обидевший женщину, должен испросить у
нее прощения; не получивший прощения должен за бесчестие
нести наказание;
– за кровосмесительные браки (в семи поколениях)
приговариваются к смертной казни или другой каре,
определенной родственниками;
– за богохульство, подтвержденное семью свидетелями,
виновный забрасывается камнями;
– жизнь раба не имеет цены, она принадлежит хозяину
(казахи используют рабов в качестве слуг и пастухов, чтобы
позднее отпустить, выделив им долю);
– сына, оскорбившего родителей, набросив ему на
шею ремень, усаживают на черную корову лицом к хвосту и,
настегивая ее камчой, заставляют скакать вокруг аула; дочь,
связав по рукам и ногам, отдают на расправу матери;
– совершивший воровство должен вернуть краденое,
прибавив трижды по девять (голов скота);
– к совершившему одновременно воровство и убийство
применяются соответственно два наказания;
– если жена и дети, зная о преступлении главы семьи, не
сообщают о нем, они не привлекаются к ответственности за
укрывательство, ибо доносить на отца и мужа недостойно;
– завещание делается в присутствии родственников и
муллы;
– скот, угнанный во время набега, возвращается владельцу
вместе с приплодом;
– разрешение тяжб возлагается на биев и аксакалов;
– свидетелями привлекаются два или три человека».
В свод этих законов вошли правила, обычаи и традиции
казахского народа, передававшиеся испокон веков из поколения
в поколение. Они были понятны и доступны народным массам,
отвечали понятиям социальной и правовой справедливости
казахского общества XVII века. Поэтому основанный на
них свод законов «Жеты-Жаргы» хана Тауке способствовал
политическому объединению казахского народа. Принятие
«Жеты-Жаргы» значительно ослабило распри между родами
и племенами, а также разногласия между тремя жузами.
Усиление ханской власти на законода¬тельной основе привело
к сохранению единства народа.
Права и обязанности хана по «Жеты-Жаргы»:
«Хан – единственный властитель всех родовых
объединений. Он имеет право на владение всеми землями
Казахского ханства;
— решение хана при дележе земель, при перераспределении
земель между родами является окончательным решением;
— хану принадлежит право объявления войны и заключения
мира, он является верховным командующим войсками;
— хану принадлежит верховное право ведения переговоров
с другими государствами, решать внешнеполитические
вопросы;
— в целях предотвращения беспорядков внутри страны,
лицам, совершившим тяжкие преступления, хан имеет право
выносить смертные приговоры, исполняя одновременно
функции и верховного судьи;
— хану принадлежит право издавать законы и обязательные
для всех членов казахского общества приказания».
В результате принятия свода законов «Жеты-Жаргы»
хана Тауке был наложен запрет на раздоры в стране;
человек, нарушивший закон, нес суровое наказание. Таким
образом, Казахское ханство превратилось в независимое,
чисто национальное государство с общим языком и общей
территорией.
Согласно «Жеты-Жаргы» в обязанность всем главам
родов и племен вменялась ежегодная явка в осеннее время в
назначенное место на народное собрание. При этом все они
должны были являться на народные собрания с оружием. Это
требование было настолько строгим, что люди, явившиеся без
оружия, на совет не допускались. Также они лишались права
голоса.
В «Жеты-Жаргы» в перечень преступлений включались
убийство, воровство, мятеж, причинение телесных
повреждений, умыкание (кража) женщины, оскорбление
Всевышнего, принятие христианской религии и др. К правовой
ответственности привлекали с 13 лет. За убийство беременные
женщины не привлекались к ответственности. Согласно
законам «Жеты-Жаргы», вступление в брак разрешалось
170 171
с 13-летнего возраста. Не разрешалось вступление в брак
кровным родственникам до семи поколений, ибо близкие
родственные отношения супругов приводили к рождению
физически неполноценных детей. В «Жеты-Жаргы» заключение
брака допускалось по следующим традициям: сосватать по
обоюдной договоренности родителей (с момента рождения)
и засватать (со стороны жениха). Был установлен и порядок
взимания калыма (приданого). Его размер устанавливался в
зависимости от зажиточности и состоятельности конкретного
человека, его происхождения или родовитости. По «Жеты-
Жаргы» в случае смерти жены разрешалось жениться на ее
сестре. Если засватанная девушка выходила замуж за другого
джигита, то ее родственники были обязаны полностью вернуть
калым (приданое) первому жениху, заплатив вдобавок к этому
в порядке компенсации штраф.
Хотя по «Жеты-Жаргы» уголовная ответственность
обычно распространялась лишь на непосредственного
виновника, однако сохранялся и принцип коллективной
ответственности родственной группы за своего члена. Если,
ответчик к суду не являлся или не мог заплатить положенного
куна, то пеня взыскивалась с его родственников или с его
«аула». Полноправным юридическим лицом мог быть только
взрослый, «могущий носить оружие» мужчина – хозяин дома,
глава семьи. Права, которыми обладал или которых лишался
каждый свободный мужчина, устанавливались в прямой
зависимости от его социального статуса в обществе.
В 1697 г. верховным правителем Джунгарии становится
Цэван-Рабтан и с этого момента в казахско-ойратских
отношениях начинается новый, еще более ожесточенный,
период. Наиболее крупные военные походы джунгар в пределы
казахских кочевий имели место в 1711–1712, 1714, 1717, 1723
и 1725 годах.
Казахский хан Тауке прилагал значительные усилия
по укреплению единства народа и организации отпора
врагу. Он мобилизовал силы всех трех жузов для победы
над опасным врагом. В борьбе с джунгарами он опирался
на помощь кыргызов и каракалпаков. В 1710 году близ
Каракумов собрались представители всех жузов для решения
вопроса об организации отпора джунгарам. После этого были
сформированы народные ополчения. Эти ополчения одержали
важную победу над завоевателями, вытеснив их на восток.
Однако победа была неполной, причиной этому послужили
вновь продолжившиеся междоусобицы и распри между
крупными феодалами Казахского ханства. Такое положение
не способствовало объединению народа и мобилизации всех
сил для отпора врагу. Воспользовавшись этим, джунгары
снова напали на казахские земли. Тауке-хан, трезво оценивая
сложившуюся ситуацию, искал потенциальных союзников
для создания военно-политического союза против джунгар.
Тауке-хан решил пойти на сближение с Россией, но полностью
осуществить свои планы не успел. Он у мер в 1718 г.
После его смерти междоусобные распри в Казахском
ханстве вспыхнули с еще большей силой. Между феодалами,
правящими родами и племенами Казахского ханства, не
утихали междоусобицы и распри. Все три хана казахских
жузов имели намерения отделиться от Казахского ханства
и самостоятельно, независимо ни от кого, править своей
территорией. Подобно малым ханам, и султаны внутри
каждого жуза стремились к самостоятельности, не признавая
над собой власть малого хана. Это привело Казахское ханство
к политической раздробленности. Тем не менее, в народе до
сегодняшних дней сохранилось особое уважение к личности
Тауке хана, как к человеку, сумевшему объединить казахов,
обезопасить государство и установить господство закона и
порядка.
9. Борьба за политическую власть
История борьбы казахского народа за создание своей
государственности – процесс многовековой и сложный.
В 30–50 годы XVII века определенную роль в развитии
государственности у казахов сыграли ряд факторов. Это
взаимосвязь различных регионов, развитие городов, изменение
характера некоторых сословий, возвышение ханской
власти, организация отпора посягательствам на казахскую
государственность.
Стабильность в государстве была в период с середины
XV века до начала XVII века, позже – упадок. Тем не менее,
172 173
Казахское ханство было относительно цельным политическим
образованием.
В социальной структуре казахского общества происходили
изменения. Наряду с султанами активизируются бии,
поднимается социальное сословие батыров. Бии выдвинулись
из коренных казахских родов в качестве старейшин и духовных
наставников. С XVII века все большую роль у биев играют
знания, жизненный опыт. Они распоряжались родовыми
кочевьями, проявляя свои деловые качества. Батыром мог стать
аристократ султан или бий, кто-либо из приближенных хана.
Благодаря своим личным качествам в число батыров начали
выдвигаться и рядовые общинники, потомки «черной кости».
Между биями и султанами шла борьба за политическое
влияние в казахских общинах. Власть отдельных биев была
значительной, и они не считались с султанами. Некоторые
казахские султаны стремились обособиться от ханской власти
и править своими владениями единолично. В государстве не
утихали распри и соперничество между знатью, феодалами. В
это время стали прерываться тесные связи и между жузами.
Каждый из них пытался стать независимым друг от друга. Такая
обстановка вела к образованию в каждом из трех жузов своего
ханства. Создавшаяся ситуация препятствовала объединению
казахского народа. Эти факторы заметно ослабили Казахское
ханство.
Причины ослабления Казахского ханства
Протестуя против произвола хана и феодалов, казахские
общины перекочевывали в другие места. Население Казахского
ханства намного уменьшилось. Вследствие побед и поражений
казахских ханов в беспрерывных войнах, границы Казахского
ханства часто менялись. В политическом отношении Казахское
ханство не было единым. Отдельные части территории
Казахстана оставались в составе Узбекского ханства,
Могулистана, Ногайской Орды и Сибирского ханства. К этому
времени ослабли политические и экономические связи между
тремя жузами. Казахское ханство было практически раздроблено
на отдельные владения. Феодальные междоусобицы и распри
усугубляли разобщенность казахов. Различные феодальные
группы, соперничая между собой, стремились к захвату богатых
пастбищ, старались подчинить себе соседние роды и племена.
Ханы Средней Азии и джунгарские феодалы натравливали
казахов друг на друга, преследуя свои корыстные цели.
Воспользовавшись тяжелейшим внутренним и внешним
положением Казахского ханства, ойратские племена вторглись
на территорию Казахстана. Они захватили плодородные земли и
лугопастбищные угодья, изгнав с них местное население. Таким
образом, во второй половине XVII века для Казахского ханства
характерно ослабление ханской власти и ухудшение внутреннего
положения. Экономическая отсталость, преобладание
замкнутого натурального хозяйства, отсутствие постоянных
торговых центров и упадок южных городов в XVII веке не
давали возможности, для создания единого централизованного
государства, преодоления раздробленности.
Тауке-хан был последним ханом, чья власть признавалась
во всем государстве. После его смерти в каждом жузе появились
свои правители. Попытки ханов создать централизованное
государство был безуспешны из-за отсутствия экономических
связей между жузами, междоусобиц феодалов, нападений с юга
среднеазиатских ханств, опасность со стороны Джунгарии.
10. Предпосылки и ход присоединения казахских
земель к Российской империи
Смерть Тауке осенью 1715 года усилила действия
центробежных сил, а его наследник султан Кайып не обладал
качествами, необходимыми для государственного деятеля и
был не в со стоянии сохранить единство трех жузов.
Кайып Мухаммед хан правил Казахским ханством
в 1715–1718 годах. Правление Кайып-хана пришлось на
трудные времена войны с Джунгарским ханством. В 1716 году
главные силы джунгарской армии выступили в поход от р.
Или по направлению к Аягузу. Одновременно отряды джунгар
двинулись на Абакан и захватили территорию между реками
Бией и Катунью.
Весной 1718 года на р. Аягузе произошло трехдневное
сражение между казахским ополчением и джунгарским
войском. Несмотря на некоторые успехи казахов в первые два
дня битвы, сражение завершилось победой ойратов.
174 175
Со слов русского посла Брянцева сражение было
жестоким. К поражению казахов привела, прежде всего,
несогласованность действий султана Абулхаира и Кайып хана,
враждовавших друг с другом, а также внезапный удар джунгар
с тыла. В том же 1718 году джунгарские войска разбили на р.
Арыси другие отряды казахских ополчений.
С октября 1716 года по сентябрь 1717 года в столице
Казахского ханства работало, так называемое, Белоусово
посольство, прибывшее с ответным, на посещение послов
хана, визитом. Оно проинформировало об указе сибирского
губернатора князя М. П. Гагарина относительно своего
покровительства казахам, проживающим в городах сибирской
губернии. Также были переданы гарантии губернатора
безопасности группы из 50 человек, занимающихся торговлей
в пограничном укреплении на берегу реки Есиль. Кроме того,
Кайып-хан и князь Гагарин через посольство обменивались
письмами.
Выявлен документ, указывающий на дипломатическую
переписку между правителями Казахского ханства и Османской
империи в начале XVIII века. В архиве Османской империи
сохранилось письмо казахского хана Кайыпа к турецкому
султану Ахмету III, которое, предположительно, написано
после 1715 года. В нем казахский правитель предлагает создать
военный союз против Москвы.
Болат-хан – хан Казахского ханства (1718–1729), сын
Тауке-хана.
В 1718 году после смерти Кайып-хана новым ханом
Казахского ханства был избран Болат, один из сыновей
покойного Тауке-хана.
В начале XVIII века произошел окончательный распад
Казахского ханства на три отдельных княжества (Старший,
Средний и Младший жузы). Часть родов Младшего и Среднего
жуза избрала своим ханом Абулхаира. В Ташкенте ханом
Старшего жуза был провозглашен Жолбарыс-хан, а часть родов
Среднего жуза избрала ханом Самеке. Жузы был разделены,
вели свою самостоятельную и независимую политику.
В правление Болат-хана Казахское ханство испытало «годы
великого бедствия», «актабан шубырынды». Джунгарский
хунтайджи Цэван-Рабдан, воспользовавшись распадом
Казахского ханства, активизировал захватнические походы на
казахские кочевья. В 1723 году 70-тысячная джунгарская армия
через горы Кара-Тау вторглась на юг Казахстана в долину реки
Талас. Казахи в это время не ждали нападения, они готовились
к откочевке с зимних пастбищ. Почти все казахское население
здесь было перебито, а оставшиеся в живых вынуждены были
бежать. Разрозненные казахские племена стали отходить на
запад, племена Старшего жуза отошли через Ходжент на юг,
отчасти покорившись захватчикам, племена Среднего жуза – к
Самарканду и Бухаре, часть в Сарыарку, отводя свои кочевья
до рек Ори и Уя, где они потеснили башкирские племена.
Младший жуз отступил в Хиву и Поволжье. В 1724–1725 годах
джунгары захватили и разграбили города Ташкент и Туркестан.
Из-за слабости ханской власти казахский народ взял на
себя организацию сопротивления захватчикам. В местности
Ордабасы, вблизи реки Бадам, произошел совет племен трех
казахских жузов. На нем присутствовали ханы Абулхаир из
Младшего жуза, Абилмамбет и Самеке из Среднего жуза,
Кушик и Жолбарыс из Старшего жуза, а также крупные и
влиятельные казахские бии трех жузов. Казахские лидеры
решили объединить свои силы для отражения вражеского
нашествия. Главнокомандующим казахского ополчения
был избран хан Младшего жуза Абулхаир. Видную роль в
организации ополчения сыграли батыры Букенбай, Тайлак и
Сайрык.
В 1728 году казахские отряды в районе озера Чубар-
Тенгиз, на берегу реки Буланты нанесли тяжелое поражение
джунгарской армии. В декабре 1729 года или январе 1730
года к югу от озера Балхаш в местности Анракай произошла
последняя крупная битва. Джунгары потерпели новое
поражение и на время приостановили свое наступление на
казахские кочевья.
В том же 1729 году после смерти Болат-хана началась
борьба за казахский престол между его сыном Абилмамбетом,
Самеке-ханом и Абулхаиром-ханом
Абулхаир хан, несмотря на свою противоречивость,
как полководец и государственный деятель значительного
176 177
масштаба, сыграл важную роль в организации и развертывании
освободительной борьбы казахского народа против
джунгарского нашествия. К тому же, обладая природными
данными политика, и находясь в более или менее близких
отношениях с правителями сопредельных стран, хан Абулхаир
в значительной степени способствовал консолидации
антиджунгарских сил в казахском обществе.
События, произошедшие в политической жизни Казахстана
начала 20-х годов XVIII века, подтвердили опасения видных
родоправителей, биев и батыров, что значительную долю
ответственности за организацию отпора врагу должны быть
нести на себе такие деятели, как Абулхаир.
Абильмамбет-хан (ок. 1690–1771) – хан Среднего жуза
(1734–1771), сын Болат-хана и внук Тауке-хана.
В 1729 году после смерти своего отца Болат-хана султан
Абилмамбет, пользовавшийся поддержкой биев, выступил
одним из претендентов на общеказахский престол. Его
главными противниками были Самеке-хан и Абулхаир-хан.
В 1734 году после смерти дяди Самеке-хана Абилмамбет
был избран новым ханом Среднего жуза. Несмотря на свое
избрание на престол, Абилмамбет-хан не контролировал
территорию ханства. В Среднем жузе также правил Жанибек-
султан, вассал хана Младшего жуза, который управлял частью
племен аргынов, кереев, уаков, кыпчаков и алшынов. Хан
Младшего жуза Абулхаир добился, чтобы часть кереев перешла
во владение его сына Ерали-султана. Кроме того, некоторые
рода из Среднего жуза перешли под контроль Нуралы-султана,
сына Абулхаира.
В 1730–1740-х годах Абилмамбет-хан смог объединить, под
свой властью, казахские племена Старшего и Среднего жузов,
а также стал влиять на ханов Младшего жуза. 28 августа 1740
года Абилмамбет-хан и Абылай-султан вместе со 120 султанами
и главами видных казахских родов прибыли в Оренбург, где
заключили договор о покровительстве Российской империи
над Средним жузом.
В 1741 году джунгарские войска вновь вторглись в кочевья
Среднего и Младшего жузов. В одном из боев в джунгарский
плен попал Абылай-султан. Оренбургская администрация
смогла убедить джунгарского хунтайджи прекратить
вторжение. Вскоре Абулмамбет-хан пошел на сближение с
Джунгарским ханством и отправил в аманаты к Галдан-Цэрэну
своего сына Абилфейза, вернув себе власть над Туркестаном.
После заключения мира из плена был освобожден султан
Абылай, который считался Абилмамбету как сын.
В 1742–1745 годах джунгарские войска совершили ряд
набегов на казахские кочевья. Некоторые султаны Среднего
жуза вынуждены были признать себя вассалами хунтайджи.
В 1740-х годах большинство родов Старшего жуза при
поддержке Толе-бия принесли присягу хану Среднего жуза
Абилмамбету – официальному главе Казахского ханства.
С принятием Абулхаиром русского подданства многие
роды Младшего жуза, управлявшиеся Батыр-ханом, также
подчинялись Абильмамбету и Абылаю. В 1759 году царская
администрация предложила Абылаю сместить Абилмамбета и
занять его место, обещая свою поддержку, однако влиятельный
султан отказался.
В 1771 году Абилмамбет-хан скончался. Ему должен был
наследовать один из младших братьев или сын Абилпеиз, но
казахские султаны и бии на курултае в Бурабае избрали ханом
трех жузов Абылая.
Аблай хан (1713–1781) – хан Казахской орды, один из
выдающихся государственных деятелей в истории казахской
государственности. Ставший ханом в двадцать лет, Аблай
около полувека с честью правил ханством. Он был умным
политиком, грамотным дипломатом, талантливым полководцем.
Его основной задачей было укрепление государства.
Проанализировав военно-политическую ситуацию в соседних
государствах, он приступает к осуществлению задачи по
объединению всех трех жузов Казахского ханства во имя
защиты от внешних врагов.
В 1743 г. в городе Туркестане ханы, султаны, батыры трех
жузов объединились под одним ханством и провозгласили
Аблай-хана ханом Казахского ханства. Мудрую политику
сохранения и упрочения казахской государственности
проводил хан Среднего жуза Абылай, ханом он был с 1771
по 1781 гг. Он сумел в 1748 г. принять подданство России и,
178 179
сохраняя его, в 1756 г. принять китайское подданство, но при
этом он был практически самостоятельным.
Казахский акын Бухар Жырау Калкаман-улы (XVIII в.)
воспевал подвиги Абылай хана, ему он посвятил целый ряд
своих произведений, например, такие как поэма «Сабалак»,
жыры «Ой, Абылай, Абылай», «Ей заман-ай, заман-ай»,
«Ашуланба», «Абылай» и др.
История не сохранила имен многих героев, народных
мстителей, сломивших джунгар физически, морально,
политически, поставивших вопрос о самом существовании
джунгарского государства. Однако угроза нового порабощения
и даже физического истребления со стороны своего могучего
восточного соседа – Китайской империи, правителей Коканда
– с юга, Бухары и Хивы – с запада, каждый из которых был не
прочь овладеть богатствами степей, вынудила казахский народ
осознать необходимость сближения с Россией, искать в ее
лице защитника. В 30-х годах XVIII века в состав Российской
империи вошли казахи Младшего жуза, немного позже –
Среднего. Старший жуз принял российское подданство к
середине XIX века. Однако фактическую независимость от
России все они сохраняли очень долго, оставаясь под властью
своих ханов, султанов – правителей и биев – ст арейшин.
11. В 1841 году Казахское ханство восстановил
сын Касым-торе Кенесары (1841—1847).
В Казахскую степь XIX век принес много перемен. Еще в
конце XVIII века решался вопрос о том, будет ли существовать
это ханство или растворится, исчезнет, как это случилось с
Джунгарией. Некоторые предводители рассчитывали на помощь
России, многие вожди стремились сохранить независимость,
неминуема была развязка. Россия постепенно подходила к
границам казахов. Степь противилась нововведениям, которые
нарушали ее законы.
Россия не понимала образа жизни Степи. Царское
правительство считало, что в степи слишком много пустых,
ненужных земель, и на этих землях строились крепости, в
которых жили царские войска. А эти земли были кочевьями
казахов. Каждый клочок земли был распределен между
племенами на: кыстау – зимние, жайляу – летние, кузеу
– осенние и коктау – весенние пастбища. Человеку, не
знающему степь, законы кочевников, могло показаться, что
люди бесцельно бродят по степи со своим скотом, в то время
как все было четко систематизировано. Просто кочевник не
пользовался картой, он знал степь как свои пять пальцев.
Царское правительство пыталось приучить казахов к
оседлому образу жизни, строя крепости на их кочевьях, так
было легче управлять. Постройка военных укреплений на
территории Казахского ханства привела к волнениям в народе,
так как эти укрепления сокращали пастбища, что вело к гибели
скота. В начале 20-х годов XIX века началась постройка
крепости Актау, связанной с Акмолинской линией пикетов.
В смертельную борьбу с царской администрацией вступил
султан Среднего жуза Кенесары.
Султан Кенесары – внук Абылая, сын султана Касыма от
его старшей жены калмычки, родился в 1802 году в урочище
Кокшетау. Образ знаменитого деда всегда был любим Кенесары,
именно на Абылая он хотел быть похожим. Его имя он сделает
боевым кличем своих войск, став лидером национально-
освободительного движения казахов 1837–1847 годов.
Отношения султана Касыма с царской администрацией
были очень натянутыми. Он был недоволен реформами,
проводившимися царским правительством в степи, выступал
против постройки крепостей на казахской земле, настаивал
на срытии линии русских укреплений. После многих
столкновений с русскими карательными отрядами Касым
со своими сыновьями Саржаном, Есенгельды и Кенесары и
подвластными родами (около 40 тысяч человек) откочевал в
пределы Кокандского ханства. Но там его постигла неудача.
Опасаясь вновь прибывших кочевников, кокандский хан
встретил их холодно, а в ходе переговоров в 1836 году были
коварно убиты сыновья Касыма Саржан и Есенгельды.
Султану Касыму пришлось переселиться в урочище Улу-Тау
на территорию Сибирского генерал-губернаторства. Позже и
Касым-торе был вероломно убит узбеками.
Юный Кенесары, таким образом, был свидетелем и
непосредственным участником борьбы, в эпицентре которой
180 181
находилась его семья. После смерти отца и братьев, не
надеясь на ханов Средней Азии, он принимает решение
вести самостоятельную политику. Молодой султан стремится
объединить казахский народ и восстановить государственность
на своей земле. С этой целью Кенесары несколько раз обращается
к царским властям, указывая на творимый в степи произвол.
Но тщетно. Кенесары не желает мириться со сложившейся в
степи ситуацией и ищет выход, который видит в вооруженном
сопротивлении царским властям. Семья Кенесары, по
свидетельствам современников, отличалась своей спаянностью
и дружбой, вытекавшей не только из родственных чувств, но,
по большей части, из идейной общности. Ближайшими его
сподвижниками стали братья Наурызбай, Абулгазы и Муса,
сестра Бопай, племянники Ержан, Альжан, Иса, Кошкарбай.
Единственный из родственников, кто отстранился от движения,
был старший брат – султан Кучак. До открытого конфликта
дело между ними не доходило, но и поддержки Кенесары
Кучак не оказывал, относясь к царской власти лояльно.
Поводом для непосредственного выступления в 1837
году стало намерение царского правительства построить
новые укрепления в Кокшетау и Акмоле с созданием целой
цепи казачьих станиц. «Завещанные нашими предками, –
писал султан Кенесары в одном из писем, адресованных
властям, – Есил, Нура, Актау, Ортау, Каркаралы, Казылык,
Жаркаин, Обаган, Тобыл, Кусмурын, Олкияк, Тогызак – при
нынешнем царе отобраны у нас и там построены укрепления.
Теперь, с каждым днем захватывая новые наши земли, на
них закладывают укрепления и этим доводят население до
отчаяния. Это не только для нашей будущности, но и для
сегодняшнего существования опасно».
Толчком к освободительному движению Кенесары
Касымова послужила ухудшающаяся социально-экономическая
обстановка в северном регионе. Кенесары, кочевавший в это
время в пределах Коканского ханства, возвращается в Кокшетау.
Отовсюду к нему стали стекаться люди разных сословий,
радеющие за судьбу своей земли, со своими отрядами влились
батыры Агыбай, Жанайдар, Бамыгара, Иман (дед Амангельды
Иманова) и другие. К концу 1837 года большая часть казахов
Акмолинского округа была охвачена восстанием.
Но отряды Кенесары состояли не только из казахов. В его
ополчении было немало башкир, татар, киргизов. Одним из его
советников стал ссыльный польский демократ, командирами
отдельных отрядов служили беглые русские солдаты Бедашев и
Манкин, а некто Рубин служил адъютантом батыра Наурызбая,
младшего брата Кенесары.
Восставшие сами для себя выплавляли оружие. Немало у
них было и трофейного, добытого у казачьих войск. Например,
в одном из боев за Екатеринбургскую станицу Кенесары
достались значительные трофеи, в том числе 18 ружей,
2 пистолета, 18 сабель, 27 пик и многое другое. Нередко
повстанцы перехватывали и торговые караваны.
В отличие от своих предшественников, Кенесары
вел не только военные действия. Он пытался наладить и
эффективное политическое управление, опираясь на древние
законы кочевников, собранные в «Жети жаргы» Тауке-ханом,
подтвердив их положениями из Корана. Возродил он и суды
биев.
Кенесары был честолюбив и довольно жесток. Безжалостно
обходился он с теми казахскими родами, которые не желали
его возвышения, отказывались примкнуть к восстанию и
оставались верными российскому правительству. Их аулы
громились и предавались огню.
Весть о восстании Кенесары Касымова против царской
администрации пробудила всю степь. Казахские роды массами
откочевывали к восставшим. Попытки царской администрации
предотвратить восстание успеха не имели. Отряды Кенесары
усилили нападения на строящиеся крепости, на проходящие
по степи караваны. Пытаясь расширить масштабы движения,
Кенесары налаживал контакты с руководителями восстания в
Младшем жузе, в частности, с батыром Жоламаном, который в
дальнейшем примкнул к восстанию. В октябре 1837 года один
из чиновников писал полковнику Талызину: «Для обуздания
казахов необходимо принять строгие меры посредством
отрядов, без чего нельзя ожидать никакого успеха, ибо казахи
тех волостей, привыкнув к независимости, считают подчинение
тяжким грехом».
182 183
Такие «строгие меры» были приняты. В степь отправился
отряд под командованием хорунжего Рытова. Отряд был
разгромлен, а сам Рытов убит. 7 августа 1838 года восставшие
напали на Акмолинск. В то время это было сильное укрепленное
поселение: опоясывающие рвы, баррикады и т. д. Лучшие
стрелки восставших обстреляли крепость из луков, прикрепляя
к остриям стрел легко воспламеняющуюся осмоленную
ветошь. В крепости начались пожары. Затем последовал
штурм, жестокие уличные бои, длившиеся до наступления
темноты. Крепость была сожжена, руководители обороны
старшина Карбышев и старший султан округа Хайдаймендин
под покровом ночи бежали. После этого события вооруженные
столкновения Кенесары с отрядами русских войск приняли
масштабный характер, что вело к большим потерям с обеих
сторон.
Имея мощную поддержку в народе, Кенесары вступил в
войну и с Кокандом, используя междоусобицы в среднеазиатских
ханствах. Пройдя через оренбургские степи, Иргиз и Тургай,
в 1840 году он вплотную подошел к владениям кокандского
ханства и отторгнул от него ряд крупных казахских родов.
Войска Кенесары осадили крепости Сузак, Жанакорган, Жулек
и Акмечеть. После ожесточенных боев, длившихся 18 дней,
был захвачен город Сузак – наиболее сильное укрепление
Коканда на юге Казахстана.
Смелость Кенесары, его полководческие качества
привлекают все больше сторонников, его имя становится очень
популярным в народе. Многие родоправители и знатные люди
стали все более склоняться к тому, чтобы избрать Кенесары
ханом. Между различными группировками в степи шли
переговоры о его кандидатуре.
В сентябре 1841 года на съезде представителей различных
казахских родов решили возродить Казанское ханство, и
по традиционному обряду казахов Кенесары был поднят на
белой кошме и провозглашен ханом. Это было продиктовано
как самообороной, так и вечным стремлением казахов к
национальной независимости.
Став ханом казахов, Кенесары берет курс на полную
независимость. Свое правление он осуществляет с
помощью совета родовых старейшин и ведущих батыров.
Восстанавливает институты военной кочевой демократии.
Материальное обеспечение осуществляется путем прямого
налогообложения. Политика грабежа проходящих торговых
караванов заменяется сбором с них определенного налога.
27 июня 1843 года царь Николай I распорядился об
отправке дополнительных войск в казахские степи. Начинается
военная кампания против Кенесары. Учащаются нападения на
его аулы. За его голову объявляется награда в 3 тысячи рублей.
В августе 1843 года 5-тысячный отряд под командованием
полковника Бизанова, вместе с султанами, верными России,
двинулся в степь. Одновременно выступили отряды из Омска,
Петропавловска, Каркаралинска.
Царские власти планировали комбинированным ударом
сразу покончить с мятежником. Развернув наступление,
правительственные войска разгромили часть аулов,
подчиненных Кенесары, и захватили множество скота.
Ожесточенные схватки произошли 1-го и 7-го сентября 1843
года. Обе стороны понесли тяжелые потери и отошли на
исходные позиции. Опасаясь быть окруженным, Кенесары
уходит в глубь степей. Но после ухода царских войск он
возобновил военные действия против линии русских поселений
и аулов, преданных правительству султанов.
Своего пика национально-освободительное движение
под предводительством Кенесары достигло в 1844–1845
годах. Волнениями к этому времени оказалась охваченной
большая территория казахских степей. Такое положение
очень тревожило царскую администрацию. Весной 1844 года
российские власти вновь выдвинули в степь 3 военных отряда,
целью которых было совместным ударом прижать мятежников
к Тургаю и разгромить их там. Общее командование операцией
осуществлял генерал-майор Жемчужников. Командирам войск
ставилась задача: «…истребление разбойника Кенесары и
возвращение откочевавших его частей».
Умело защищаясь, используя летучие отряды,
сформированные из отборных джигитов, и ложные маневры,
Кенесары в ночь с 20 на 21 июля 1844 года окружил отряд
Ахмета Жанторина и уничтожил его. В бою было убито
184 185
44 преданных властям султана. Выйдя в тыл неприятеля,
Кенесары обратился к местному населению с воззванием,
в котором раскрыл свои планы предстоящего похода на
Оренбургскую пограничную линию и призвал присоединиться
к его отряду. Но заметно уставшие повстанцы к концу года
уменьшили количество набегов. В результате переговоров с
царским правительством была предложена старая схема, при
которой Кенесары оставался рядовым султаном в подчинении
российских чиновников. При этом жестко регламентировались
места кочевок его аулов. Для хана Кенесары эти условия были
неприемлемы. В ответ на это оренбургская администрация
начала строительство укреплений среди кочевий восставших.
В военных операциях 1844 года ярко проявилось военное
искусство Кенесары. Используя ошибки российского
командования, он сумел вывести из окружения свои отряды,
сохранить боеспособность орды. Кроме того, он нанес
противнику серьезный моральный удар.
Но будущее не сулило Кенесары ничего хорошего.
Хозяйство было подорвано, казахи, поддерживающие его,
лишились лучших земель, положение усугубилось джутом
1844–1845 годов. Население ханства устало от постоянных
войн, продолжительных военных походов. К тому же борьбу
приходилось вести на два фронта – на юге не прекращались
набеги кокандских и хивинских ханов.
Таким образом, Кенесары хотя и добился определенных
успехов, вынужден был отступить и обосноваться на
территории Старшего жуза. В 1845–1846 годах он начал
борьбу с Кокандом. После взятия кокандской крепости Мерке
Кенесары направился к Пишпеку. В 1847 году Кенесары
вторгся в кыргызские земли. В ходе решающего сражения,
недалеко от кокандского укрепления Пишпек, кыргызские
манапы с отрядами кокандских беков окружили Кенесары. В
ночь перед сражением султан Рустем и Сыпатай би покинули
войско Кенесары и в ходе переправы через реку были частью
перебиты, частью взяты в плен. Батыр Наурызбай предложил
прорвать окружение и уйти с отрядом. Но Кенесары отказался:
«Мы возможно и прорвемся. Ну, а другие как? Ведь они
погибнут. Если я побегу, то какой же я хан?» Прорываясь с
боями через болотистую местность, брат Кенесары Наурызбай,
двое его сыновей и 15 султанов были убиты. Сам Кенесары
был взят в плен.
Кыргызские родоправители решили казнить казахского
правителя. Перед этим Кенесары предложил кыргызам
прекратить вражду и совместно выступить против Коканда, но
предложение было отклонено. По преданию, перед смертью
Кенесары запел песню о былых годах, о привольных степях
Сары-Арки, о своих боевых товарищах. Казнь, прошедшая
на виду у его недавних друзей и спутников, произвела на
них глубокое впечатление. Тут же соратником Кенесары
Нысамбаем была сложена песня-тризна о героическом пути
ставшего легендарным казахского хана:
Камни, рыдайте! Потухни, заря!
Рухните, гордые скалы отвесные!
Смолкни, веселая песня ручья!
Нет Кенесары, посланника неба –
Мертвый он… теперь поругание
Над трупом свершают алхеды,
Стихни, ветер свободный!
Свои песни забудьте, акыны…
Слышится плач и тишь надгробная,
Степь потеряла лучшего сына.
Так плакала двухструнная домбра Насымбая. Кенесары
остался в памяти рядовых кочевников как жесткий, но
справедливый правитель, отстаивавший свободу казахов,
попираемую царской колониальной администрацией и
среднеазиатскими правителями.
В XIX веке царская власть отменила привилегии казахских
чингизидов.
12. Общественное устройство, экономика
и культура казахского ханства
Согласно сложившимся порядкам в XVI–XVII веках
верховная власть в государстве была сосредоточена в руках
хана. Ханом мог быть потомок Чингисхана – чингизид.
При провозглашении хана соблюдался древний обычай –
186 187
обряд вознесения на белом войлоке. Хан был верховным
распорядителем всей территории ханства; он издавал законы;
был главным лицом; в дипломатических процедурах, объявлял
войну, заключал мир; был верховным судьей; верховным
главнокомандующим.
Высшим сословием в казахском обществе были ак суйек
– белая кость, к которому относились потомки Чингисхана
– чингизиды и потомки сподвижников пророка Мухаммеда
– ходжи. Вся остальная часть населения составляла черную
кость – кара суйек. Верхнюю ступень в сословии казахского
общества вне белой кости занимали бии. Это были хранители
законов, толковали права, их влияние определялось древностью
происхождения, положением возглавляемых ими родов.
Многочисленную прослойку знати составляли байи – основная
черта этого сословия – богатство. В казахском обществе важное
место занимало мусульманское духовенство, которое владело
вакфными землями. Также были батыры, тюленгуты, кулы.
В XV–XVII вв. имело место земельное пожалование,
которое приобретало наследственное право – сойургал.
Скотоводы платили налог – зякет, делали подношение
мясом – согум, сыбага. Земледельцы платили бадж, харадж.
Простые люди привлекались к общественным работам –
мардикар. Принимали на постой войсковые части – коналга,
а также чиновников, знатных людей – джамалга. Собирался
натуральный сбор для снабжения войск – тагар.
В силу природно-климатических условий главной отраслью
хозяйства казахов в XV–XVII вв., как и раньше, было кочевое
и полукочевое скотоводство. Основными видами скота были
овцы, лошади и верблюды. Казахи-скотоводы рационально
использовали сезонные пастбища, эта система складывалась
и отрабатывалась веками. Существовали сезонные пастбища:
коктеу, жайляу, куздеу, кыстау. Расстояние между ними нередко
изменялось сотнями километров.
В ряде районов жители Казахстана занимались
земледелием. Традиционными местами земледелия были:
Семиречье, Южный Казахстан, район рек Сыр-Дарьи,
Арыси, Чу, Таласа. В основном они выращивали пшеницу,
ячмень, просо. Земледелие было главным образом полевым, с
разветвленной сетью каналов и арыков.
Важную роль в жизни казахского ханства играли
города, занимавшие выгодное географическое положение.
Административным центром ханства был Туркестан –
резиденция казахских ханов.
Стены юрты – кереге составляли звенья – канат (от 4 до
12), свод юрты составляли выгнутые прутья – уык, завершал
юрту – шанырак – деревянный круг для прохода света и дыма.
Согласно казахским обычаям праздновались такие
события, как рождение ребенка, свадьба, избрание хана, победа
над врагом, были и религиозные праздники. На праздниках
устраивали игры: скачки (байге), борьба (курес), борьба двух
всадников (сайыс), борьба за тушу козла (кокпар).
Праздники сопровождались музыкой, айтысами,
состязанием акынов-импровизаторов. Важное место
отводилось празднованию нового года – Наурыза, который
отмечался в день весеннего равноденствия – 22 марта. Люди
в этот день поздравляли друг друга с праздником, готовили
специальное блюдо наурыз-коже – символ изобилия.
Казахи имели знания о небесных светилах, звездах,
созвездиях, планетах. Они выделяли Полярную звезду,
Созвездие Большой Медведицы, Малой Медведицы, Венеру,
Млечный путь, Марс и др. Созвездие Большой Медведицы
называлось по-разному: Жетыген – семерка, Жеты карт – семь
старцев и т. п. Это созвездие служило астрономическими
часами, по нему, например, менялись сторожа стад.
В XV–XVII вв. в Казахстане развивалось устное народное
творчество и письменная литература. Устное творчество было
представлено поэтами-импровизаторами – акынами, жырау
– сказителями. Известны имена таких жырау, как Шалкииз-
жырау (XV в.), Доспамбей-жырау (XVI в.), Жиембет-жырау
(XVII в.).
В эпических произведениях XV–XVII вв. рассказывалось
о ратных подвигах батыров, защитивших народ от набегов
чужеземцев: «Ер-Таргын», «Алпамыс», «Кобланды». К
социально-бытовым поэмам того времени относится поэма
«Козы-Корпеш и Баян-Слу» – степная «Ромэо и Джульетта».
Не менее известны «Кыз-Жибек», «Кульше-кыз», «Макпал»,
188 189
«Слу-шаш».
В XV веке жил и творил, по словам Ч. Валиханова, «кочевой
философ» – Асан-кайгы (Асан горемычный, печальный,
скорбный).
В XV–XVII веках письменная литература у казахов была
в виде религиозных и исторических книг. Существовали
исторические сочинения и генеалогии (шежре). Важным
памятником является книга «Джамид аттаварих» («Сборник
летописей»), ее автор Кадыргали Жалаири.
В XVI веке жил и творил историк Мухаммед хайдар Дулати,
его произведения «Тарих-и Рашиди» содержит интересные
факты из жизни казахского ханства.
Наиболее впечатляющим архитектурным памятником,
построенным на рубеже XIV–XV вв. является мавзолей Ходжа
Ахмеда Ясави в Туркестане. Дворец имеет в длину 65,5 м,
ширина его 45,5, высота арочных порталов 37,5 м. В нем свыше
30 помещений, церемониальный зал, мечеть, библиотека,
мавзолей.
КАЗАХИ В РОССИЙСКОЙ ИМПЕРИИ
1. Принятие Казахстаном российского подданства
В 1687 году в Тобольск было направлено казахское
посольство во главе с батыром Кошимом с поручением
пригласить в Казахстан русских купцов. В состав миссии
входили казахские торговцы, намеревавшиеся расчистить
почву для экономических связей с Русским государством
через Сибирские города. В 1689- начале 1690 годов в Тобольск
направлено другое посольство во главе с Туман-батыром,
но эти связи не оформлены юридически. Начало XVIII века
ознаменовалось кровопролитной борьбой против джунгар.
Напряженное положение на северо-восточной границе
вынудило казахских ханов и султанов вступить в переговоры
с правительством Петра I и через сибирские пограничные
власти заявить о своих намерениях воевать с Джунгарией в
союзе с Россией. Однако Россия занятая войной со Швецией,
не могла оказать какую-либо поддержку казахам. В 1725
году хан Младшего жуза Абулхаир, учитывая сложность
внешнеполитического положения казахских родов и реальную
угрозу со стороны внешних противников обратились к
Петру I с просьбой о подданстве. В 1726 году Абулхаир и
другие старшины отправили в Россию посла Койбагара. Это
посольство осталось безрезультатным.
Непосредственно начало процессу принятия казахами
Младшего жуза российского подданства было положено
посольством во главе с батыром Сейткулом Койдагуловым и
бием Котлумбетом Коштаевым, которое Абулхаир-хан отправил
в сентябре 1730 года в Петербург. В октябре это посольство,
прибыв в Петербург, доставило письмо императрице Анне
Иоановне с просьбой о принятии в подданство. К тому времени
в состав России уже вошли волжские калмыки, Кабардинское
княжество, Грузия. Послы Абулхаир-хана были приняты с
почестями и одарены подарками. 19 февраля 1731 года Анна
Иоановна подписала Грамоту «Хану Абулхаиру и всему
казахскому народу о принятии в российское подданство» где
говорилось, что Абулхаир-хан с подвластными ему людьми
принимаются в российское подданство «на следующих
пунктах: Первое, обещаетесь нашему императорскому
величеству служить верно и платить ясак так, как служат
башкирцы. Второе, чтоб от подданных российских обид
и разорения вам никакова не было. Третье, ежели на вас,
кайсаков, будут нападать какие неприятели, чтоб вы могли от
того нашим императорского величества защищением охранены
быть и счислять бы вас с подданными российскими. Четвертое,
чтоб ясырей от вас башкирцами и прочими российскими
подданными вам возвратить, а вы обещаете взятых россиян
отдать и с башкирцами и к алмыками быть в миру».
Для принятия присяги в Казахстан к хану Абулхаиру было
направлено посольство во главе с переводчиком коллегии
иностранных дел А. И. Тевкелевым. Он наделялся большими
полномочиями с целью склонить к присяге казахских
правителей, кроме того, его посольство должно было
провести геодезические работы, описать местность, обычаи,
традиции казахов. Тевкелеву была вручена «Инструкция от
Государственной Коллегии иностранных дел для переводчика
ориентальных языков Мамету Тевкелеву при отправлении его
190 191
в Киргиз-Кайсацкую орду для приведения оных в подданство
России». Абулхаиру предназначались дары Анны Иоанновны
– сабля, шуба соболья, две шапки с черною лисицею, сукно и
«прочее», которые предписывалось вручить ему лишь после
того, как хан «присягу верности учинит». 5 октября 17З1 года
А. Тевкелев прибыл в ставку Абулхаира в урочище Майтобе на
реке Иргиз. Знатного гостя встретил почетный эскорт во главе
со старшим сыном Абулхаира Нуралы.
И тут выяснилось, что среди казахских правителей нет
единства по вопросу подданства. А. Тевкелев обнаружил,
что большая часть султанов и «слышать не хотела о русском
подданстве», Абулхаира «не ставили ни в грош». Обстановка
накалялась. Оппозицию возглавлял султан Барак. А. Тевкелев
заручился поддержкой прославленного батыра Бокенбая,
его зятя батыра Есета и двоюродного брата Худайменды-
мурзы. Кроме того, он «подкупил несколько защитников
независимости». Попытки противной партии во главе
с султаном Бараком противодействовать переговорам и
исключить оформление акта о присоединении Младшего жуза
к России потерпели неудачу.
10 октября 1731 года значительная часть собрания
казахских старшин высказалась за его принятие. Первым
присягнул на подданство Абулхаир-хан, за ним Бокенбай,
Есет-батыр и Худайменды-мурза. Кроме хана первоначально
присягу приняли 27 старшин. Так было положено начало
присоединения казахских земель Младшего жуза к России. 24
ноября 1732 года посольство А. Тевкелева выехало в обратный
путь.
К середине 30-х годах ХVШ века джунгары вновь
стали угрожать казахам и в особенности Среднему жузу. В
этой ситуации принятие русского подданства правителями
Среднего жуза согласно Указу Анны Иоанновны от 10 июня
1734 года, было вполне оправдано. Но Средний жуз был
достаточно самостоятелен, в связи с кончиной хана Семеке
(Шахмухамеда) данный указ в жуз доставлен так и не был и
фактически до «Устава о сибирских киргизах» М. Сперанского
1822 года Средний жуз оставался самостоятельным.
2. Процесс принятия подданства России
1. 19 февраля 1731 года императрица Анна Иоановна
подписала Грамоту о присоединении Младшего жуза к России.
Для вручения царской грамоты Абулхаиру и приведения
к присяге казахских султанов и родовых старшин в степь
было направлено посольство во главе с А. И. Тевкелевым,
переводчиком Коллегии Иностранных дел России.
2. Русское посольство выехало из Москвы 30 апреля
и прибыло 5 октября 1731 года в ставку Абулхаира,
находящуюся в урочище Майтобе на реке Иргиз. В начале
октября Тевкелев дважды встречался со старшинами и биями
Младшего жуза. Значительная часть султанов, биев, старшин
выступала против принятия подданства России. Оппозицию
возглавил султан Барак. Хан Абулхаир не переставал заверять
Тевкелева, что ему удастся склонить на свою сторону тех,
кто выражал несогласие с его политикой. В этом ему помог
Богенбай батыр и его сторонники.
3. 10 октября 1731 года Абулхаир хан и 27 родовых
старшин приняли российское подданство. Этот факт явился
первым шагом в присоединении Казахстана к России.
Первоначально в состав империи вошла незначительная часть
Младшего жуза, земли, находившиеся вблизи Аральского
моря. Адаевский род, кочевавший в мангыстауских степях,
до середины XIX века не признавал российскую власть.
4. Правительство России, проводя осторожную политику,
всегда рассчитывало на Абулхаир-хана, используя его и
ханское окружение для расправы с башкирскими восстаниями.
Ополчением Младшего жуза с согласия Абулхаира было
подавлено башкирское восстание в 1737 году. Однако боязнь
правительства, что Абулхаи-хан как опытный политик и
дипломат мог сблизиться с башкирцами, единоверцами
по вероисповеданию, побудило Россию пригласить хана в
Оренбург, заставив его повторно присягнуть на подданство и
взять у него аманатов (заложников).
5. Председатель Оренбургской комиссии, известный
историк, администратор края В. Н. Татищев, в августе
1738 года, созвал в Оренбурге съезд казахских султанов и
родоправителей. Абулхаир-хан с сыновьями Нуралы и Ералы,
192 193
25 родовых старшин Младшего жуза и 27 старшин Среднего
жуза подтвердили присягу на в ерность.
6. На съезде казахской феодальной верхушки хан
Среднего жуза в 1740 году Абулмамбет, влиятельный султан
Абылай и другие известные батыры присягнули на верность
Российской империи, рассчитывая при поддержке России
ослабить напор джунгарских завоевателей в казахской
степи. Согласно документам 1740, 1742 годов, подписанных
представителями Среднего жуза, лишь небольшая его
часть вошла в состав России. Значительная часть Среднего
жуза постепенно входила в состав империи на протяжении
длительного времени. Завершился этот процесс лишь в конце
40-х годов XIX века после поражения восстания 1837–1847
годов за восстановление ханской государственности.
7. 10 июня 1734 г. императрица Анна Иоановна подписала
Грамоту о присоединении Старшего жуза. Однако этот процесс
был передвинут из-за дальности территории Старшего жуза и
смерти хана Жолбарыса в 1740 г.
8. Оренбургская экспедиция. Акт о подданстве
сыграл определенную роль в ограждении казахов от
непрекращающихся вторжений джунгарских войск, хотя
дал возможность царизму решительнее, последовательнее
проводить политику постепенной колонизации казахских
земель. Правительство умело использовало раздоры
между феодальной верхушкой казахов, что, по существу,
облегчало действия царизма в регионе. Строительство
ряда укреплений на реке Яике (Урал) также было призвано
подкрепить дипломатические усилия России в Казахстане. В
1734 г. под руководством секретаря Сената И. К. Кириллова
была образована специальная комиссия, первоначально
названная Киргиз-Кайсацкой, а позднее переименованная в
Оренбургскую.
Основная цель комиссии:
— строительство крепости на реке Ор;
— расширение торговли со Средней Азией;
— освоение природных богатств края;
— основание города на Сырдарье;
— постепенное создание речной флотилии.
Основание в 1735 г. на берегу реки Ор Орской крепости
дало возможность петербургской администрации постоянно
вмешиваться в «киргиз-кайсацкие дела».
3. Переход царской России к колонизации Степи,
утрата Казахстаном государственной независимости,
ликвидация ханской власти
В XIX веке наступают крупные перемены, коснувшиеся
всех сторон жизнедеятельности казахов: политической,
хозяйственной и общественной. Контуры крутого перелома
отчетливо проявились еще в последней четверти XVIII века,
когда казахам, единственному крупному кочевому народу
Центральной Азии, оставшемуся один на один с двумя
империями (Россия и Китай), необходимо было решать вопрос:
«Быть или не быть?».
Тем не менее борьба продолжалась, она проходит
красной нитью через XIX столетие. Временами эта борьба
не осознавалась как национально-освободительная. По
сути многочисленные восстания направлялись против тех
изменений, которые привносились в кочевое общество.
Сопротивлялись не столько казахи, сколько само общество,
общественные отношения и связи. Потому что кардинально
менялись сами основы жизни, отношения между людьми,
обществом и природой.
С самого начала принятия казахов в русское подданство
Россия определила для себя курс последовательного
присоединения всей территории Казахстана. В 1734 году для
закрепления вновь присоединенных земель была создана
специальная Киргиз-Кайсацкая экспедиция, переименованная
затем в Оренбургскую экспедицию во главе с обер-секретарем
сената И. К. Кирилловым, помощником его был назначен А.
И. Тевкелев, произведенный из переводчиков в полковники
за удачное выполнение миссии в Младшем жузе по его
присоединению к России. После смерти И. Кириллова в
1737 г. Оренбургская экспедиция была переименована в
Оренбургскую комиссию. В 1735 г. началось сооружение
Оренбурга, с 1744 г. он стал центром Оренбургской губернии,
а с 1748 г. Оренбургского казачьего войска.
194 195
Началу расширения России в Казахстан предшествовало
строительство российских фортификационных линий вдоль
российско-казахской границы, принятие правительством
поощрительных мер к переселению русских крестьян и
торговцев в пограничные с Казахстаном районы и политико-
экономическое давление на местных правителей. В Казахстане
возникли укрепленные линии. Только в 1740–1743 гг. на стыке
территорий Младшего жуза и Южного Урала были построены
крепости: Воздвиженная, Рассыльная, Ильинская, Таналыкская,
Уразымская, Кизильская, Магнитная, Каракульская,
Прутоярская, Нижнеозерная, Перегибенская, Усть-Уйская,
Елшанская, Красногорская, Губерлинская, Новосергиевская
и другие. Все это делалось без согласия казахов, постепенно
сужало их кочевья.
Всего к началу XIX века на четырех линиях было возведено
46 крепостей и 96 редутов. В начале 50-х годов ХVIII века
возникли: Горькая, Иртышская, Колыванская, Ишимская,
Орская и другие линии. В результате такой политики
сформировалась сплошная непрерывная линия крепостей и
форпостов от устья Яика до Усть-Каменогорской крепости
протяженностью в 3,5 тыс. верст, заселенная в основном
казаками.
Открытую политику колонизации проводил первый
губернатор Оренбургской губернии генерал И. И. Неплюев.
Здесь уместным будет привести документы, подтверждающие
эти факты. 19 октября 1742 г. Неплюев издал Указ о запрещении
казахам кочевать близ реки Яик. В нем есть следующее
положение: «Указом повелено, как киргиз-кайсацким ханам,
салтанам, так и всем вам, старшинам и народу, объявить, чтоб
вы по получении сего е. и. в. высочайшего указа близ крепости
отнюдь не кочевали и через реку Яик нигде не переходили. В
противном же случае, – говорилось далее в документе, – яко
противники высочайших е. и. в. указов, достойное наказание
привлечете».
Кроме того, губернатором И. И. Неплюевым был отдан
приказ яицкому войску выжигать степи вдоль левого берега
реки Яик, с целью препятствовать казахам переходить для
кочевания на «внутреннюю сторону». В нем, в частности,
говорилось, что им дано указание «яицкому казачьему войску,
гурьевскому коменданту для лучшей от набегов казахов
безопасности по ту сторону реки Яика в осеннее время степь
везде выжигать до самого Каспийского моря повсягодно, чтобы
до Яика и взморья скоту корма не было».
К концу 30– началу 40-х гг. ХVIII века джунгары вторглись
по Тоболу и Ишиму в пределы Среднего жуза и нанесли
казахам значительный урон. 20 мая 1742 г. Россией впервые
принимается указ о мерах по защите казахов от джунгар.
Это было продиктовано стратегическими задачами России.
Поскольку хунтайши Галдан-Цэрэн требовал от казахских
правителей признать зависимость от Джунгарии, в противном
случае он грозил массированным вторжением в Казахстан.
2 сентября 1742 года И. Неплюев направил Галдан-Цэрэну
письмо, в котором указывал на недопустимость вмешательства
джунгар в дела казахов, как подданных России, а также
требовал освободить пленных казахов, в том числе и Абылая.
Хан Абулхаир, который ознаменовал своей деятельностью
значительные изменения в истории Казахстана, был убит 11
августа 1748 г. на 56-м году жизни султаном Бараком. 2 октября
1748 г. его преемником стал старший сын Нуралы.
Следствием колониальной политики был и политический
кризис, разразившийся в Казахстане в начале XIX века. Царское
правительство еще в середине XVIII века вело политику
ослабления власти потомственных ханских семей. Первой
жертвой этой политики, как ни парадоксально, оказался сам
Абулхаир-хан, убитый в 1748 году по подсказке оренбургского
губернатора И. Неплюева. Политика дискредитации ханской
власти велась и при Нуралы-хане. Такая же политика
проводилась и по отношению к Среднему жузу после смерти
Аблай-хана. Против его наследника Вали-хана в 1795 году
были организованы выступления двух султанов и 19 старшин,
которые намеревались откочевать с разрешения русских на
правое побережье Иртыша. В 1817 году в противовес Вали-
хана в Среднем жузе провоцированы выборы престарелого
султана Бокея (1817–1819) в ханы.
По мере перехода верховных властных функций над
казахами Младшего и Среднего жуза к Санкт-Петербургу,
196 197
власть ханов стала носить номинальный характер. В 1818 году
титул хана был упразднен в Среднем жузе, а в 1824 – в Младшем
жузе; за этим последовало включение земель Среднего жуза в
состав Западной Сибири под названием «Киргизская степь».
Процесс ликвидации государственной независимости в ходе
российской колонизации края проявился в целенаправленном
реформировании системы управления в Казахстане. Уже в
80-е годы XVIII века губернатором Оренбургской губернии
О. Игельстромом были предприняты попытки ликвидировать
ханскую власть в Младшем жузе, известные как «реформы
Игельстрома».
Но в XIX веке эта политика стала более последовательной
и вылилась в конкретные результаты. Так, в целях
реформирования системы управления краем, приближения
ее к общероссийской, в частности, в Среднем жузе, генерал-
губернатором Сибири М. М. Сперанским был разработан
«Устав о сибирских киргизах», принятый в 1822 г. Главная
цель введенного в действие «Устава» – ликвидация
традиционной казахской политической системы, изменение
административного, судебного, территориального управления
на севере-востоке Казахстана.
Согласно «реформам Сперанского» Сибирь была разделена
на две части: Восточную – с управлением в Иркутске, и
Западную – с центром в Тобольске, а с 1839 г. – в Омске. В
Западную Сибирь вошли Тобольская, Томская, Омская области
и территории кочевий Среднего и части Старшего жузов. Эта
часть получила название «Область сибирских киргизов», для
нее и был разработан Устав 1822 г.
Согласно Уставу «область сибирских казахов» была
разделена на округа, округа делились на волости, волости на
аулы. В округ входило от 15 до 20 волостей, в волость – от
10 до 12 аулов, в аул – от 50 до 70 кибиток. При организации
округов за основу брались зимние кочевья. Во главе округов
стояли окружные приказы. Формально округом управлял
старший султан. Во главе волостей стояли волостные
султаны, они подчинялись окружному приказу, их власть была
исполнительной. Во главе аулов стояли аульные старшины,
они избирались жителями аулов раз в три года, утверждались
окружным приказом и подчинялись волостным султанам.
Ханская власть отменялась.
На территории Младшего жуза вводился «Устав об
оренбургских киргизах», утвержденный в Азиатском комитете
в 1824 году. В этой связи, как и на территории Среднего
жуза, отменялась ханская власть. В соответствии с «Уставом»
Младший жуз был разделен на три части: Западную – из
поколения Байулы, среднюю – из поколения Жетыру и отчасти
Алимулы, Восточную – из родов Алимулы, а также кыпчаков
аргынов. Султаны-правители, поставленные во главе частей,
по сути являлись чиновниками Оренбургской пограничной
комиссии.
Реформы 20-х годов XIX века, изменив политический
статус Казахстана, в то же время не затронули устоев общества.
По сути дела, в первой половине XIX века, происходила борьба
между двумя структурами власти. Уставы предоставили
огромные полномочия чингизидам, освободили их от контроля
и системы ограничения и тем самым отделили их от основной
массы населения.
Реформы касались и суда, они преследовали цель
распространить на Казахстан общеимперские законы.
Традиционный суд биев сохранялся на уровне исковых
дел – родовых, подродовых, аульных. Уголовные дела –
государственная измена, убийства, грабеж, неповиновение
властям и подобные им рассматривались на основе имперских
законов.
Вот некоторые наиболее показательные положения
«Устава о сибирских киргизах». В частности, в нем говорилось,
что сибирские казахи принадлежат к сословию кочевых
инородцев и имеют с ними равные права. Закреплялось их
административное «разделение»: «Сообразно с настоящим
состоянием залинейных казахов, кочевья их разделяются на
волости, волости же на аулы, кои сохраняют нынешние их
наименования».
Для удобства управления волости объединялись в округа,
за которыми закреплялись определенные земли. Заходить на
них жителям другого округа можно было только с разрешения
местного начальства. Аулы управлялись старшинами, волости
198 199
– султанами. Судебными разбирательствами занимались бии.
Для управления целым округом волости избирали старшегo
султана.
В каждом округе учреждался окружной приказ. «Порядок
выборов» определялся следующий: «Старшины для управления
аулами выбираются от самих казахов и утверждаются в сем
звании окружным приказом. Выборы старшин производятся
через каждые три года, может один и тот же старшина выбран
быть на несколько сроков кряду. Выбор старшин производить
в аулах словесно. Большинство голосов решит оный. Звание
султанов есть наследственное. Старший султан избирается
одними султанами, заседатели же от казахов в приказ
избираются биями и старшинами. Тот и другие утверждаются
областным начальником. Старший султан избирается на три
года, заседатели – на два года».
Устав гласил: «Старший султан есть земский чиновник,
которому по избранию его вверяется от российского
правительства местное управление. Все дела производит он
через окружной приказ». Данным Уставом устанавливались
«Сборы и повинности», в частности, «Ясак скотом, со ста
голов одну. Сбор с казахов делать по волостям. Сборы делать
один раз в году, в летнее время». Также Устав включал в себя
«Часть медицинскую», в которой предписывалось в каждом
округе определить по два лекаря, неподвижные больницы.
«Установление духовные и по части народного просвещения»
касались образования.
Принятие «Устава о сибирских киргизах» означало
ликвидацию ханской власти в Среднем жузе и фактическое
его включение в состав Российской империи. 8 февраля 1824
года царскими властями был основан первый Каркаралинский
приказ, во главе которого стал старший султан, подполковник
Турсун Чингисов. В том же году был создан Кокчетавский
приказ. Эти приказы стали аванпостами царизма в закабалении
Казахстана.
В 1832 г. появился Акмолинский окружной приказ. При
выборе его места экспедиция подполковника Ф. И. Шубина
после тщательного обследования определила «местность
Акмола на высоком правом берегу Ишима, в четырех верстах от
урочища Караоткель вниз по течению реки». Это было выгодное
стратегическое место в центре казахских земель в кочевьях
наиболее крупных родов Среднего жуза. Акмолинский приказ
стал плацдармом для дальнейшего проникновения в Казахстан.
К середине XIX века, например, в 1851 г. здесь располагался
самый крупный в Казахстане контингент вооруженных сил
Российской империи, свыше 1 200 со лдат и офицеров.
В 1824 г. правительством России был принят «Устав
об оренбургских киргизах», разработанный оренбургским
генерал-губернатором П. К. Эссеном. Так же, как и в Среднем
жузе, в Младшем отменялась ханская власть. Управление
Младшим жузом осуществлялось из Пограничной комиссии.
Жуз делился на части во главе с султаном – правителем части
жуза, который назначался оренбургским губернатором. Далее
шла административная единица – дистанция – участок между
крепостями. Внутри дистанции делились на местности или
аулы. Дистанции управлялись начальниками дистанций,
местности или аулы – старшинами, все они назначались
Пограничной комиссией.
Выборная система здесь отсутствовала. Также в Младшем
жузе была введена должность попечителя прилинейных
казахов. Судебная система, как и по «Уставу о сибирских
киргизах», предусматривала ведение всех крупных дел
военным судом или Пограничной комиссией, а незначительные
дела оставались в ведении местных судов на основе обычного
права. Так была ликвидирована ханская власть в Младшем и
Среднем жузах.
Судьба последних ханов Среднего и Младшего жузов
такова. В 1781 г., после смерти хана Абылая, ханом в Среднем
жузе стал его сын Вали. Он ориентировался на Китай, пытаясь
проводить прежнюю политику Абылая. С тем, чтобы ослабить
Вали-хана, с помощью царских властей был посажен второй
хан – Букей, который в 1817 г. скончался. В 1819 г. умер и
Вали-хан, после чего ханов больше не избирали.
В Младшем жузе после хана Айшуака, сына Абулхаира, в
1809 г. ханом стал сын последнего – Ширгазы. Недовольная
часть правителей жуза избрала своего хана Арынгазы. В 1821
г. Арынгазы был вызван в Петербург, там задержан и сослан в
200 201
Калугу. Ширгазы же, после принятия «Устава об оренбургских
киргизах», отменявшего ханскую власть, был вызван в
Оренбург и оставлен там на постоянное место жительства.
В 1824 году в состав России вошла территория Семиречья.
Таким образом, к середине XIX века неподвластной России
оставалась лишь территория Южного Казахстана от Ташкента
до Чу на юге и от среднего течения Сырдарьи до Ак-Мечети
на севере, поскольку эта часть края находилась под властью
Кокандского ханства.
4. Окончание
колониального завоевания Казахстана Россией
В конце XVIII- начале XIX вв. большая часть территории
Старшего жуза находилась под властью среднеазиатских
ханств. Кокандские и Хивинские ханства совершали походы на
казахские земли (1812, 1816, 1820 гг.). Так в 1820 г. 10-тысячное
войско хивинского хана Мухаммед-Рахима разграбило 2 тыс.
казахских аулов. Целью этих грабительских походов было
подчинение небольшого казахского ханства Младшего жуза
– ханства Арынгазы. Крупное вторжение на земли казахских
племен совершил в 1831 г. хивинский хан Аллакул.
В 1821 г. в районе Шымкента, Аулие-Аты, Туркестана,
Сайрама, Курамы вспыхнуло народное освободительное
восстание. Во главе 10 тысяч повстанцев встал султан Тентек-
торе. Повстанцы взяли крепость Сайрам и превратили ее в
свой базовый лагерь. Восстание было жестоко подавлено.
В 1817 г. султан Старшего жуза Суюк Абылайхан-улы
заявил о желании принять российское подданство. В 1819 г. он
с подвластным ему родом жалаир (66 тыс. человек) принесли
присягу на верность России.
В мае 1824 г. был подписан документ царского
правительства о принятии Старшего жуза в подданство
России. Документ подписали 14 султанов Старшего жуза, под
началом которых насчитывалось 165 тыс. душ мужского пола.
В 1825 г. казахи Уйсынской волости численностью в 50 тысяч
человек дали согласие на открытие внешнего округа на своей
территории. В 1831 г. был организован Аягузский, а в 1842 г. –
Кокпектинский приказы.
В 1847 г. казахи, кочующие в междуречье Лепсы и Или,
а также 40 тысяч кыргызских семей во главе с манапами
Жантаем, Жангаром и Ормоном приняли подданство России. К
1847 г. подавляющее большинство Старшего и Среднего жузов
перешло в российское подданство. 10 января 1848 г. в этом
крае назначен Российский пристав в Старшем жузе, с центром
в Капале, позднее с 1855 г. – в Верном.
Гарантом усиления влияния России на юге Казахстана
было строительство военных крепостей. В присоединенных
районах возвели укрепления Актау, Алатау, Капал – в 1847
году; Верный, Или – в 1854 году; Сергиополь, Лепси – в 1855
году.
В 20–50-ые годы XIX века царское правительство в
начальном функционировании «Азиатского комитета»
осуществило в Казахстане ряд мер военного характера:
1. Для прекращения взаимных стычек родоправителей
и защиты интересов империи генерал-губернатор Западной
Сибири Капцевич и начальник Омского областного правления
С. Б. Броневский направили в Старший жуз отряд из 120
казаков во главе с подполковником В. К. Шубиным. 9 июля
1825 года отряд, достигнув реки Каратал, разделился на две
части: часть осталась в Каратале, часть во главе с хорунжим
Нюхаловым продвинулась вглубь Семиречья.
2. К 1846 году в долину реки Кызылагаш прибыли новые
войска царского правительства.
3. В 1850 году совершается первая попытка овладеть
опорным пунктом кокандцев – крепостью Таушубек,
возведенной в низовьях реки Каскелен. Отряд капитана К.
Гутковского (200 казаков и 50 пеших воинов) выступил из
Капала, но, столкнувшись на реке Алматы с вооруженными
кыргызами, вынужден был вернуться на берега Или.
4. 18 мая 1851 году захват Таушубека был возложен на отряд
подполковника Карбышева, выступившего также из Капала.
Его отряд был поддержан джигитами бия Тайнеке Досет-
улы. 7 июля 1851 года крепость Таушубек без кровопролития
сложила оружие.
5. В 1853 году войска под командованием Оренбургского
генерал-губернатора Перовского захватили кокандскую
202 203
крепость Ак-Мечеть. Открылся путь для продвижения русских
войск в Заилийский край.
6. По предложению генерал-губернатора Западной Сибири
Г. Гасфорта о соединении Сырдарьинской и Сибирской
военных линий нашли в Петербурге поддержку. Весной 1853
года Гасфорт поручил местным начальникам возведение
нескольких пикетов между реками Коксу и Или.
7. Пристав Старшего жуза майор М. Д. Перемышельский
продвинул отряд в место впадения реки Талгар в Или, где в
1853 г. был возведен Илийский пикет.
8. Весной 1854 года отряд М. Д. Перемышельского на
месте средневекового поселения Алматы возвел фундамент
укрепления Верное. Осенью 1854 года в укреплении
разместилось 470 солдат и офицеров, в 1855 году были
переведены 400 семей из Сибири, разместившиеся в станице
Большая Алматы.
В 1856 году в Верном появились переселенцы, прибывшие
из Воронежской и других губерний Центральной России. В
1855 году резиденцию приставства Старшего жуза из Капала
перевели в Верный, что превратило его в главное поселение
Семиреченского края. В 1957 году в районе Татарской
слободки была построена первая водяная мельница, в 1858
году – первый пивоваренный завод, положивший начало
местной обрабатывающей промышленности. Сибирский казак
Осип Мамиев, прибыв из Бийского уезда Томской губернии,
положил начало производству меда в Заилийском Алатау.
Завершение присоединения Казахстана к России пришлось
на период усиления колониальной политики царского
правительства в Средней Азии. Особое внимание уделялось
увеличению военных сил в этом регионе и взятию под
контроль караванных путей и торговли. Для усиления давления
на Кокандское ханство и укрепления своего политического
влияния царское правительство осуществило ряд мер.
Перед подполковником Шайтановым, под началом
которого был отряд в 800 человек русских и 100 человек
казахов, ставилась задача направится в долину реки Чу и
установить связи с казахами. Влиятельные батыры и бии
встретили русский отряд с почетом.
Возведенное в 1859 году в пограничном районе Старшего
жуза и Северного Кыргызстана укрепление Кастек стало одним
из опорных пунктов России в этом регионе.
В 1860 году отряд под командованием полковника
Циммермана вошел в Чуйскую долину. 26 августа был взят
Токмак, 4 сентября после 5-дневной осады – Пишпек. Несмотря
на поражение Кокандский хан направил в сторону Верного два
отряда численностью в 22 тыс. человек. Казахские правители
разделились на две части:
а) склонившиеся на сторону сына Кенесары султана
Садыка боролись против русских войск;
б) поддерживавшие царскую администрацию,
противостояли Кокандскому хану.
19–21 октября 1860 года вблизи Узунагаша кокандцы были
разбиты русскими войсками во главе с правителем Алатауского
округа Г. А. Колпаковским. Русские в Узунагашской битве
потеряли 2 человека убитыми и 32 ранеными, а кокандцы
оставили на поле боя свыше 400 человек. Значение Узунагашской
битвы – освобождение Семиречья от кокандского ига.
В октябре 1862 года русские войска вторично взяли
Пишпек. Это привело к окончательной ликвидации власти
кокандцев над казахскими и кыргызскими территориями.
В 1863 году российское подданство приняли 4 тысячи
семей племени конырат и 5 тысяч с емей рода бестанбалы.
В конце 1863 года Александр II, на которого большое
влияние оказывал военный министр Д. А. Милютин, дал приказ
с захватом в кольцо соединить территории до реки Арыс и
взять Туркестан, Аулие-Ату и Шымкент. Мощное наступление
началось весной 1864 году.
В мае из Верного вышли войска под командованием
полковника Черняева, которые 4 июня 1864 года штурмом
взяли Аулие-Ату. Войска полковника Веревкина, выступившие
из форта Перовского (Ак-Мечеть), 12 июня заняли город
Туркестан, бывшую столицу Казахского ханства. Отряд
Черняева, с согласия командующего войсками Западной Сибири
Дюгамеля, направился в Шымкент. Против него кокандский
правитель Алимкул безрезультатно пытался заключить союз с
Хивой и Бухарой. Отряд Черняева, выступивший со стороны
204 205
Туркестана, и отряд Ларке, прибывший из Аулие-Аты, вышли
на штурм и 22 сентября 1864 года ворвались в Шымкент. 17
июня 1865 года русские войска штурмом овладели крупным
политическим и экономическим центром всего Туркестана –
Ташкентом.
Весной 1866 года русские войска достигли территории
Бухарского эмирата и к осени владения бухарского эмира были
захвачены. В 1867 году эти земли вошли в состав созданного
Туркестанского генерал-губернаторства. По февральскому
соглашению 1868 года территория Кокандского ханства
и земли казахов, ранее зависимые от Коканда, отошли к
Российской империи и были подчинены Туркестанскому
генерал-губернаторству. В 1873 году подчинение Хивинского
ханства России означало полный выход казахов из-под его
власти и вхождение их в Российскую империю.
Присоединение Казахстана к России было завершено. В
целом процесс присоединения Казахстана к России длился 150
лет, начавшись в 30-х годах XVIII века и завершись лишь в 60-х
годах XIX века. Присоединение казахских жузов происходило
в различных внешнеполитических условиях. Значительная
часть Младшего и некоторые районы Среднего жузов приняли
российское подданство добровольно. Большая часть Среднего
и часть районов Южного Казахстана были присоединены с
помощью военной силы царизма, стремившегося ускорить
присоединение края, не считаясь с интересами подавляющей
части населения Казахстана, ставя во главу стратегические,
далеко идущие цели империи в Центральной Азии. В процессе
присоединения Казахстана к России прослеживается три этапа.
Первый (протекторат) – с начала 30-х годов XVIII века, когда
определилась тенденция колониальной политики, началось
строительство укрепленных линий, крепостей, форпостов,
переселение русского казачества. Второй (вассалитет) – с 30-х
годов XIX века, когда завершился процесс захвата казахских
земель и полное присоединение территории Казахстана
к России. Третий этап – с 60-х годов XIX века, когда
Казахстан становится внутренней колонией России со всеми
вытекающими отсюда последствиями.
5. Административные реформы царской России
1867–1868, 1886 и 1891 гг. в Казахстане
Завершение присоединения Казахстана совпало с
реформами в самой России. Отмена крепостного права, меры,
направленные на развитие капиталистических общественных
отношений, не могли не затронуть Казахстан. Он испытывал
на себе активный процесс колонизации. Чтобы придать ему
целенаправленный и систематический характер, царское
правительство решило создать в Казахстане административное
управление, приближенное к российской системе и максимально
отвечающее интересам метрополии. Главной задачей реформы
было «добиться постепенного слияния киргизских степей с
прочими частями России». Например, в труде «Россия. Полное
географическое описание нашего Отечества», под редакцией П.
Семенова в 18 томе «Киргизский край» говорилось: «Киргизы
далеки от русского народа. Если они свободно будут кочевать
по степным просторам, то их подчинение нам будет пустое
слово».
Таким образом, с момента присоединения Старшего
жуза встал вопрос о создании новой системы управления
колониальной территорией путем слияния ее с Россией.
Главная причина реформ – это интенсивная колонизация
казахских земель, освоение богатых источников сырья и
рынка сбыта. Также Россия стремилась создать на основе
Казахстана плацдарм для своего дальнейшего продвижения
на территорию Средней Азии. Для подготовки реформ в 1865
г. была образована специальная Степная комиссия во главе с
членом Совета Министерства внутренних дел А. Гирсом. В
комиссию вошли представители министерства внутренних
дел, военного министерства, местные представители. В задачи
комиссии входила выработка проекта реформ. В 1865–1866
гг. был составлен проект по управлению казахской степью,
оформленный в виде двух документов. 11 июля 1867 г.
Александр II подписал «Временное положение об управлении
в Семиреченской и Сырдарьинской областях», а 21 октября
1868 г. «Временное положение об управлении в степных
областях Оренбургского и Западно-Сибирского генерал-
губернаторства».
206 207
Согласно реформы вся территория Казахстана делилась
на три генерал-губернаторства: Туркестанское, Оренбургское
и Западно-Сибирское. По сути дела, территория Казахстана
оказалась практически разделенной по жузам. Причем центры
управления были, соответственно, в Ташкенте, Оренбурге,
Омске, которые со временем оказались за пределами
Казахстана.
Вся полнота военной и гражданской власти
сосредотачивалась в руках генерал-губернатора, а
туркестанский генерал-губернатор вдобавок имел право вести
дипломатические переговоры с Китаем и Ираном. Система
управления носила военный характер. Генерал-губернаторства
состояли из областей. В Оренбургское генерал-губернаторство
входили Уральская и Тургайская; в Западно-Сибирское генерал-
губернаторство входили Акмолинская и Семипалатинская
области; в Туркестанское – Семиреченская и Сырдарьинская.
Территория бывшего Букеевского ханства в 1872 г. была
включена в состав Астраханской губернии.
Особое значение придавалось полуострову Мангышлак,
так как он имел важное военно-стратегическое значение. Через
Каспий с ним граничила Россия, на юге – Хива, на западе –
Кавказ. По «Временному положению 1868 г.» полуостров был
выделен в Мангышлакское приставство в составе Уральской
области Оренбургского генерал-губернаторства. Здесь, в
отличие от других мест, волостные управители и аульные
старшины назначались колониальной администрацией, а в
других частях Казахстана они хотя бы формально избирались.
По предложению оренбургского генерал-губернатора
учреждались должности двух помощников мангышлакского
пристава «из киргиз, для сохранения спокойствия и удобства
в управлении» с жалованием 400 рублей серебром каждому. К
тому же здесь жили непокорные адаевцы. На этот счет можно
привести такой факт: генерал-адъютант Н. Крыжановский
доносил царю: «… адаевцы до настоящего времени только
насильно подчинялись нашему подданству, и не только русская
власть к ним не могла проникнуть, но даже султан – правитель
Западной части, не решался идти к этим инородцам, несмотря
на то, что в его распоряжении состоял казачий отряд из 150
человек. В течение 20 лет адаевцы платили дань неисправно и
произвольно, и только в 10 тыс. кибиток, тогда как положительно
известно, что адаевский род состоит, по крайней мере, из числа
кибиток вдвое больше». Таким образом, адаевцы проявляли
себя как «непокорные субъекты».
Дальнейшая судьба полуострова Мангышлак такова. 2
февраля 1870 г. под угрозой восстания специальным указом
Мангышлакское приставство из Уральской области было
передано в ведение командующего Дагестанской областью и
было введено военное правление. По принятому в марте 1874
г. «Временному положению об управлении Закаспийским
краем» Мангышлакское приставство передавалось в
Закаспийский военный отдел в составе Кавказского военного
округа. 6 мая 1881 г. императорским указом была образована
Закаспийская область, в нее вошли Кавказский военный округ,
Ахалтекинский оазис (часть Туркмении) и Мангышлакский
уезд. Так Мангышлак оказался вообще оторванным от
Казахстана.
Областные правления подчинялись военным
губернаторам, которые являлись командующими военными
округами и одновременно наказными атаманами казачьих
войск, расположенных на территории области. Это
Оренбургское, Уральское, Сибирское и Семиреченское
казачьи войска. Областные правления состояли из трех
отделов: распорядительного, хозяйственного и судебного.
Председателем правления был вице-губернатор, он имел
советников, отделы правления возглавляли старшие советники.
Пограничные области – Семиреченская и Сырдарьинская
занимались пограничными делами. Области делились на уезды,
их было 34. Уезды возглавляли уездные начальники – офицеры,
которые назначались генерал-губернатором по представлению
военных губернаторов областей. Уездный начальник имел
помощников – старшего и младшего.
Уездному начальнику подчинялись полиция, военные
части. Уезды делились на волости по территориальному
принципу. Волости делились на административные аулы,
состоявшие из хозяйственных аулов. В административные
аулы входило от 100 до 200 кибиток; в волости – от 1 тысячи
208 209
до 2–3 тысяч кибиток. Волостные управители и аульные
старшины избирались каждые три года тайным голосованием
и утверждались вышестоящим начальством. Султаны
обеспечивались пожизненной пенсией и освобождались от
всяких налогов. В оседлых населенных пунктах Сырдарьинской
области полицейская и распорядительная власть была передана
в руки аксакалов. Аксакалы избирались на сходах выборщиков
и утверждались областными военными губернаторами.
По реформе судебное устройство в Казахстане имело
несколько уровней. Сохранились суды биев и казиев на основе
адата и шариата. Они функционировали на уровне аула.
Уездный, военный суды действовали на основе общеимперских
законов и занимались такими делами, как государственная
измена, сопротивление властям, порча государственного
имущества, убийство должностных лиц и т. п.
Реформы устанавливали ежегодный денежный
покибиточный сбор на скотоводов, в Туркестанском
генерал-губернаторстве 2 руб. 75 коп.; в Оренбургском и
Западносибирском – 3 руб. Для оседлого земледельческого
населения сохранялся традиционный налог – одна десятая часть
урожая натурой или деньгами. Устанавливались различные
повинности по содержанию местной администрации, почтовых
дорог, мостов, школ, больниц, обеспечение подводами военных
частей и т. п. Перепись кибиток проводилась каждые три года.
Ограничивались права мусульманского духовенства, например,
выборного муллу утверждал губернатор. Согласно реформе, в
уездных городах предполагалось открыть одну общую школу
и медпункт.
Положения 1867–1868 гг. были «временными», поскольку
царское правительство рассчитывало ввести их в течение двух
лет. Однако они встретили решительное сопротивление со
стороны местного населения, понимавшего, что эта реформа
окончательно превращает Казахстан в колонию Российской
империи, и этот процесс растянулся на 20 лет.
Самым тяжким последствием реформы было объявление
земли Казахстана государственной собственностью
Российской империи. А 26 марта 1893 г. вышел царский указ,
согласно которому государственной собственностью России
становились и воды Каспийского моря. Территориальный
принцип административного устройства нарушал
традиционное землепользование, тяжелым бременем легли
налоги и повинности, ущемлялась в своих правах и местная
знать. Казахи отказались принимать новые порядки.
НАЦИОНАЛЬНО-ОСВОБОДИТЕЛЬНОЕ ДВИЖЕНИЕ
КАЗАХСКОГО НАРОДА
Тонкая, изощренная политика Российской империи,
проводимая на местах колониальными властями, привела к
целой цепочке антиколониальных выступлений казахов как
Младшего, так и Среднего жузов. Первым ярко выраженным
антиколониальным движением было 25-летнее сопротивление
племен Младшего жуза против колониальных нововведений и
произвола поставленных Россией правителей. К началу 80-х
годов XVIII века в Младшем жузе складывалась непростая
ситуация: усилилось давление со стороны российских властей,
уральское казачество вело захват внутренней территорий,
а руками чиновников-казахов, находившихся на службе у
престола, провоцировались казахско-башкирские, казахско-
калмыцкие конфликты. Внутри Младшего жуза Нуралы и
подвластные ему правители не в состоянии были самостоятельно
контролировать внутриполитическую ситуацию. В результате
длительных политических разногласий выделяется группа
лидеров, придерживающихся традиционных политических
ценностей, в основном из биев и батыров. Во главе оппозиции к
потомкам Абулхаира, потерявшим свое лицо подобострастным
служением царизму, стал Сырым Датулы.
1. Восстание казахов Младшего жуза под
предводительством Сырым Дат-ұлы (1783–1797 гг.)
В казахско-российских отношениях к концу ХVIII в. все
сильнее проявлялось ужесточение колониальной политики.
Причинами, которые создали почву для восстания казахов
в Младшем жузе были: колониальная политика России,
210 211
изъятие казахских земель; обострение земельного вопроса;
нарушение исторически сложившихся маршрутов кочевания;
ущемление прав местной власти; грабеж и насилие со стороны
колониальной администрации, казачьего войска; произвол
местной знати. Поэтому неслучайно казахи Младшего и
Среднего жузов принимали активное участие в крестьянской
войне 1773–1775 гг. под предводительством Е. Пугачева.
Казахи Младшего жуза участвовали в осаде Яицкой и взятии
Кулагинской крепостей. Две тысячи казахских сарбазов
принимали участие в осаде Оренбурга. Казахи Среднего жуза
атаковали Пресногорьковскую крепость, угрожали целому
ряду других крепостей.
В обстановке усиливавшейся колониальной политики
России в Младшем жузе начались волнения. Зима 1782–
1783 года выдалась суровой, начался джут, падеж скота,
как сообщалось в документах того времени, «по ту сторону
Гурьев-городка по степи было множество палого скота», его
количество измерялось тысячами голов лошадей, крупного
рогатого скота, «кроме баранов», то есть не считая мелкого.
Казахи, не обращая внимание на запреты, самовольно стали
откочевывать на «внутреннюю сторону» Урала. Здесь их
встречали казаки и грабили. Так, к весне 1783 г. они угнали у
казахов четыре тысячи лошадей.
Это послужило толчком к началу народных волнений.
Предводителем повстанцев стал известный батыр, активный
участник восстания Е. Пугачева, старшина рода байбакты,
кочевавшего между Уралом и Эмбой, Сырым Датулы (1712–
1892). Восстание вспыхнуло в 1783 году и продолжалось до
1797 года. Расширение колониальных захватов в Младшем
жузе при сохранении и функционировании ханской власти
породили и усиливали оппозицию ханской фамилии. К тому
же сам хан Младшего жуза Нуралы, его братья Айшуак, Ералы,
Досалы ежегодно получали жалованье в Оренбурге. Нуралы-
хан по своему усмотрению распределял кочевья в Младшем
жузе, облагал население повинностями, не предусмотренными
степным законодательством.
В начале 80-х гг. XVIII в. на Уральской укрепленной линии
отмечались столкновения казахов с казаками. Сырым Датулы
вел борьбу с уральскими казаками в районе Нижнеуральской
линии, у Орской крепости. Основное ядро повстанцев
сосредоточилось у реки Сагыз, – это был основной очаг
восстания. Сырым Датулы собрал отряд в 2 700 человек, а всего
восставших насчитывалось более 6 000 (по некоторым данным
до 7 тысяч). Основными движущими силами восстания были
шаруа, большинство старшин, бии, родоправители, видевшие
причину бед в сохранении личной власти хана Нуралы. Так,
старшины Младшего жуза в письме к императрице Екатерине
II в июле 1785 г. писали, что весь простой народ Малой Орды
в гневе на Нуралы-хана, и просили отстранить его от власти. В
противном случае, говорилось в письме, «у нас с вами не будет
мира и спокойствия, не потому что мы терпим от падишаха что-
либо худое, а ввиду злодейства хана. Поэтому мы единодушно
решили не вести с вами переговоров и не заключать мир до тех
пор, пока он не будет отстранен».
Массовое восстание в Младшем жузе встревожило
колониальные власти, и решением Военной коллегии в январе
1785 г. на его подавление были направлены регулярные
войска под командованием генерала Смирнова. 15 марта 1785
г. прибыл карательный отряд в составе 1 250 вооруженных
казаков под командованием старшин Колпакова и Пономарева.
Глава военной коллегии князь Г. А. Потемкин предписал им
вытеснить «киргиз-кайсацких разбойников» до реки Эмбы,
лишив их поддержки аулов.
Весной 1785 года повстанцы атаковали Антоновский
форпост и затем крепость Сахарную в нижнем течении Урала,
но гарнизоны были готовы к атаке и отразили нападение.
Повстанцы далеко не ушли и систематически совершали
налеты на ближайшие форпосты и крепости. Силы повстанцев
увеличивались, а авторитет хана Младшего жуза Нуралы,
активно сотрудничавшего с колониальными властями,
переживал кризис. В этом положении царская администрация
в лице губернатора Оренбургской губернии генерал-
поручика барона Отто Игельстрома (Осипа Андреевича)
предприняла попытку упразднить ханскую власть в Младшем
жузе и тем самым разрушить изнутри единство казахского
212 213
общества, которое поддерживалось институтом ханства.
Барон Игельстром стремился внести раскол между «белой» и
«черной костью» и с этой целью использовал Сырыма Датулы
– предводителя «черной кости» – как противодействие ханской
власти.
В середине июля 1785 г. состоялся съезд казахских старшин,
родоправителей. Из 32 родов Младшего жуза в нем приняли
участие 25, и только представители пяти родов отказались
поддержать общую резолюцию об отстранении Нуралы от
престола. 24 июля решение съезда было представлено барону
Игельстрому, который отправил его в Петербург со своими
комментариями о «бессилии хана».
10 мая 1786 года барон Игельстром предложил Екатерине
II учредить должности старшин во всех родах Младшего
жуза, ввести так называемые расправы. Эта попытка О.
Игельстрома ликвидировать ханскую власть в Младшем жузе
вошла в историю как «реформа Игельстрома». Суть ее в том,
что управление Младшим жузом должно было осуществляться
Пограничным судом в Оренбурге. Жуз делился на три части:
Алимулы, Байулы, Жетыру. В этих частях учреждались главные
расправы с судебными функциями во главе с председателями,
двумя заседателями из знатных старшин и одного муллы
«для письмоводства». Это должны были быть оплачиваемые
чиновники. Так, старшины и председательствующие в суде
должны были получать жалование 200 руб., хлеба ржаного –
5 четвертей; их помощники или заседатели – 50 руб., хлеба
ржаного – 2 четверти; мулла – 100 руб. Ханская власть
упразднялась.
6 июля 1786 г. Екатерина II подписала рескрипт об
отстранении Нуралы-хана от власти. Он был вызван в
Оренбург, а оттуда отправлен в Уфу, где и умер в 1790 году
как политический изгнанник. В 1786 году в Оренбурге
был создан Пограничный суд, а в 1787 году – расправы.
Однако эту систему распространить на весь жуз не удалось,
фактически власть сосредоточилась в руках старшин.
Реформа Игельстрома оказалась нежизнеспособной, она не
соответствовала принятым у казахов установлениям. В тот же
период произошла Французская революция. Отмена ханской
власти могла вызвать нежелательные для царской России
последствия. О. Игельстром был отправлен в отставку. Новый
губернатор А. Пеутлинг взял курс на восстановление ханской
власти.
В 1790 г. отряды повстанцев сосредоточились на реке Уил,
готовясь напасть на Илецкую защиту. В августе этого же года
в Уфе умер хан Нуралы, и усилиями царской администрации
в 1791 году ханом был про возглашен его брат Ералы, хотя
последователи Нуралы добивались избрания его старшего сына
Есима. В связи с отставкой барона О. Игельстрома позиции
Сырыма Датулы ослабли, а новый губернатор с неприязнью
относился к нему. Ералы еще в период отстранения Нуралы
возглавил борьбу против Сырыма Датулы, а колониальные
власти поддерживали его в этом. Стечение всех этих
обстоятельств привело к очередной вспышке восстания. К лету
1792 г. оно охватило почти весь жуз. Осенью 1792 г. Сырым
Датулы предпринял попытку штурмом взять Илецкий городок,
но это ему не удалось. Народные выступления приняли форму
партизанской войны. Екатерина II распорядилась схватить
Сырыма Датулы.
Летом 1794 г. умер хан Ералы, царское правительство
не решалось на выборы нового хана. Только в октябре 1796
года ханом был провозглашен сын Нуралы Есим. Хан Есим,
остерегаясь нападения Сырыма Датулы, перекочевал со своими
аулами поближе к русским пограничным крепостям, выбрав
место в пяти верстах от Mepгеновского форпоста, но все же на
рассвете 27 марта 1797 года повстанцы напали на ханский аул
и Есим был убит. К этому времени губернатором Оренбургской
губернии был вновь назначен барон О. Игельстром. Царская
администрация прибегла к новой тактике – в августе 1797 года
в жузе был создан ханский совет во главе с сыном Абулхаира,
престарелым султаном Айшуаком.
Преследуемый карательными отрядами, потерявший
значительную часть своих сторонников, Сырым 30 августа
1797 года в сопровождении одной тысячи сарбазов явился
на заседание ханского совета и объявил о прекращении
дальнейшей борьбы. Ханский совет оказался способным
вывести Младший жуз из политического тупика. В октябре
214 215
1797 года Айшуак был избран ханом. Это означало поражение
14-летнего восстания Сырыма Датулы, он, преследуемый
сыновьями Нуралы, сторонниками Айшуака, откочевал в
пределы Хивинского ханства и скончался в Хиве в 1802 году.
Причинами поражения восстания Сырыма Датулы явились:
1. Разногласия среди старшин Младшего жуза;
2. Разнородность требований основной движущей силы;
3. Зависимость руководителя восстания от политических
обстоятельств;
4. Слабая организация повстанческих отрядов и
преобладание родового принципа в их формировании;
5. Отсутствие единства среди феодальных групп по
организации борьбы;
6. Межродовые противоречия.
Восстание казахов в Младшем жузе под предводительством
Сырыма Датулы явилось первым крупным открытым
выступлением против колониальной политики российского
царизма. С. Датулы был в определенной мере использован
Екатериной II и губернатором О. Игельстромом в качестве
орудия в попытке ликвидировать ханскую власть в данной
части Казахстана. Но, несмотря на этот факт, народное
движение, возглавляемое Сырымом Датулы, на некоторое
время замедлило колонизацию края и заставило власти России
учитывать настроение казахов. Решением правительства от 11
марта 1801 г. казахам разрешалось переходить на правый берег
Яика (Урала) для кочевания.
2. Народно-освободительное движение в Младшем
жузе под руководством Арынгазы-хана
В 20-х годах XIX века к числу наиболее известных
движений народных масс в Западном Казахстане относится
движение «от 7 до 70», возглавляемом султаном Каратаем,
выступление батыров Жоламана и Есета. Движению Каратая
предшествовало назначение ханом Младшего жуза в октябре
1797 года султана Айчуака. Этим остались недовольны многие
султаны Младшего жуза, их кандидатом был второй сын хана
Нуралы султан Каратай, который еще при жизни отца управлял
многочисленными поколениями байулы.
От этой группы на имя оренбургского военного губернатора
О. А. Игельстрома был подан ряд петиций с просьбами о
поддержке кандидатуры Каратая. Но царское правительство
пугалось большого влияния и смелости лидера султанской
партии, и ханом был назначен глубокий старик Айчуак.
Каратай не смирился с этим назначением. Он разъезжал по
аулам Младшего жуза и агитировал народ на новые выборы. В
этот период он был далек от мысли вооруженного выступления,
хотя его власть распространялась на огромную территорию от
берегов Урала до Илека и далее до Гурьева, Эмбы и Сагыза. И
только назначение в 1805 году ханом вместо Айчуака его сына
Жанторе вызвало озлобление Каратая.
В 1806 году на реке Хобда собрался съезд старшин,
сместивший бесполезного хана Жанторе и провозгласивший
Каратая ханом Младшего жуза. Борьба против Жанторе была
борьбой против колониального аппрата, и поэтому широкие
массы казахов поддержали хана Каратая. В ходе борьбы Каратай
захватил все транзитные караванные пути и парализовал
торговлю России со Средней Азией. В 1809 году он решается
убить Жанторе. Репрессии царских властей и месть со стороны
родственников убитого заставили его покинуть Казахстан и
удалиться в пределы Хивы до 1812 года. В том же году ханом
был утвержден Шергазы Айчуакулы, который при поддержке
русских войск совершил нападение на султана Каратая.
В ответ Каратай призвал всех казахов «от 7 до 70» лет
восстать против Шергазы. Вооруженная борьба Каратая против
ставленников русской администрации продолжалось до 1816
года. Однако возвышение в степи султана Арынгазы отодвинуло
Каратая на второй план. Арынгазы был правнуком известного
султана Младшего жуза Батыра, бывшего во враждебных
отношениях с Абулхаиром и внуком хана Каипа. Батыр был
главой могущественного чингизидского клана. Его сын Каип
в 1746–1756 годах занимал хивинский престол, а в 1786–1791
годах являлся ханом части южных родов (преимущественно из
племени алимулы) Младшего жуза.
Сын Каипа – Абулгазы – в середине 60-х годов XVIII
века также являлся хивинским правителем, а затем, после
смерти отца, был избран ханом алимулинских родов Младшем
216 217
жуза. Ни Каип, ни Абулгазы не являлись поданными России.
Именно его, Арынгазы Абулгазы-улы, народ любил так,
как это не снилось ни одному из казахских правителей XIX
века. Чиновники и историки времени Российской империи
называли его единственно честным и бескорыстным казахским
правителем, действительно думавшим о народных интересах.
И даже историки советской поры, нещадно клеймившие
Кенесары и Джангира, не могли найти серьезного повода для
упреков в адрес Арынгазы.
Многочисленные факты доказывают, что слава Арынгазы
распространилась далеко, поэтому, наверное, его называли
«Тыным-хан», что означает «хан-миротворец». Но далеко не
мирные отношения складывались на границах Казахстана,
особо опасной была агрессия со стороны Хивы, в борьбе
против которой складывается и национально-освободительное
движение Арынгазы.
Деятельность Арынгазы протекала главным образом среди
владений Младшей Орды, с центром в низовьях Сырдарьи.
В 1816 году он решил восстановить порядок и спокойствие
в орде и, оставив берега Сыра, направился вглубь степи.
Арынгазы резко ограничил власть старшин, покончил с
самоуправством султанов. Власть его осуществлялась через
есаулов, назначаемых ханом в казахских родах. Для содержания
их существовали специальные подати. Были ограничены
и полномочия суда биев, суд осуществлялся по шариату,
наблюдатели писали: «он правосуден, чтобы привлечь к себе
народ, но суд его не по закону предков, а по мухамеданскому».
Муллы-казы по его требованиям часто применяли казнь,
право, которое могли себе в прошлом присвоить лишь сильные
и влиятельные ханы. Влияние Арынгазы в 1816-1819 годах в
огромной степи возросло. Большое число старшин поколений
байулы, алимулы, также и жетыру подали прошения на имя
русского императора об утверждении ханом Младшего жуза
Арынгазы. Авторитет Арынгазы в народе в соединении с
завистью, вызванной у хана Шергазы влиянием Арынгазы
на Младшую орду, были первой причиной ссоры этих двух
соперников.
С 1816 по 1821 годы Арынгазы вел кровопролитную борьбу
против агрессии Хивы, но противостоять против регулярных
набегов хорошо вооруженных и многочисленных войск
удавалось с трудом. В 1820 году были убиты его братья, мать
и сестры захвачены в плен хивинцами. Во время набегов аулы
подвергались беспощадному разграблению и уничтожению.
Малодушные люди готовы были покориться хивинскому
хану, в том числе и брат его отца – султан Шергазы Каипулы,
перешедший на сторону хивинцев. Позже он за ненадежность
был убит ханом Хивы Мухаммедом Рахимом.
В планах Арынгазы было не только противостояние
агрессии Хивы, но создание единого ханства. Однако
внешнеполитическая обстановка был такова, что он мог это
сделать лишь под протекторатом России. Поэтому, решив
стать на путь сближения с Россией и заручившись поддержкой
в лице оренбургского военного губернатора П. К. Эссена
и председателя пограничной комиссии А. Веселицкого,
Арынгазы-хан в 1821 году отправился в Санкт-Петербург,
прося покровительство у царя. Однако в российской столице
Арынгазы был неожиданно обвинен в обострении отношений
с Хивой и задержан. В 1823 г оду он был со слан в Калугу.
Разумеется, реальной причиной ареста и ссылки были
личные качества Арынгазы. В своих докладах на имя царя
министр иностранных дел Нессельроде прямо говорил о том,
что столь незаурядный и чрезвычайно популярный в народе
правитель представляет собой огромную потенциальную
опасность для российских властей, которые в самом ближайшем
времени собирались вообще ликвидировать институт ханской
власти в казахской степи.
В 1828 году группа старшин Младшего жуза попробовала
обратиться с новым прошением о возвращении в степь
Арынгазы, на что последовал новый отказ. Правительство
вновь дало понять, что отказываться от своих принципов оно
не собирается.
Следует отметить, что, сознавая явную неприглядность
своих действий, российские власти старались удовлетворять
все запросы именитого полупленника в бытовом плане.
В частности, ему был разрешен выезд на постоянное
местожительство в Москву, но по каким-то причинам
218 219
Арынгазы не воспользовался данным разрешением. Но и
в Калуге хан также, как и сосланный туда же знаменитый
предводитель горцев Северного Кавказа имам Шамиль,
пребывал в довольно комфортных условиях. Ежегодно ему
на содержание выплачивалось 18 тысяч рублей серебром.
В 1829 году Арынгазы даже женился на дочери богатого
московского купца. Однако уже в 1833 году, находясь на охоте
в окрестностях Калуги, он простудился и вскоре умер. Так и
закончилась короткая, но чрезвычайно яркая и насыщенная
жизнь одного из самых выдающихся героев казахской истории.
Образование Букеевского ханства. 11 марта 1801 г.
согласно Указу Павла I, в низовьях междуречья Волги и Урала
было образовано Внутреннее или Букеевское ханство. Царское
правительство пошло на такой шаг в целях разрядки обстановки
в Младшем жузе, борьба которого против колониальной
политики России приобретала все более настойчивый характер.
В Букеевскую орду переселилось 5 тысяч казахских хозяйств
во главе с султаном Букеем, сыном Нуралы.
К концу 1830-х гг. в Букеевском ханстве насчитывалось
около 20 тыс. хозяйств и 80 тыс. человек. 7 июля 1812 г. Жангир
был официально провозглашен ханом названного по его
имени Букеевского ханства. Так было юридически оформлено
образование ханства в месте традиционных кочевий казахов
Младшего жуза.
Особенностями социально-экономического развития
Букеевской Орды явились ограниченность ее территории,
непосредственные границы с русскими землями и сильное
влияние царской администрации. Букеевское ханство граничило
с землями Астраханской, Саратовской, Оренбургской губерний,
укрепленной военной линией по Уралу, рыбопромысловой
зоной по Северному Прикаспию. Она занимала территорию
350 верст с востока на запад и 200 верст с севера на юг.
Во второй четверти XIX в. появляется частная собственность
на землю, установленная ханом Жангиром, сыном Букея
(1824–1845). Земля и пастбища распределяются неравномерно.
За короткое время 2/3 земли перешли в частное владение
к казахским феодалам и русским помещикам Юсуповым и
Безбородко. Сам Жангир владел около 400 тысячами десятин
земли, его брат Мендыгерей тоже владел такой же площадью
пастбищных угодий, а всего 25–30 богатых семей обладали
85 % всей земли ханства. При этом треть населения вообще
не имела земли и многие из них, а также малоземельные
общинники, вынуждены были арендовать землю у богатых.
Отличительные черты наблюдались и в политическом
строе Букеевского ханства. При хане Жангире родоначальников
назначала царская администрация из числа близких к нему
людей. Судебная власть сосредотачивалась в основном в руках
хана, биев – членов ханского совета и султанов – ханских
депутатов. Хан своей властью закреплял кочевья за родами,
раздавал землю в собственность.
При нем был создан особый аппарат управления – 10
ханских депутатов из султанов, которые от имени хана решали
дела на местах. При хане состоял также совещательный
орган – ханский совет из 12 биев – по одному от каждого
родового управления, он находился в ханской ставке, и, кроме
того, было 12 старшин в качестве есаулов, для выполнения
разных поручений. Всех их, и даже мулл, назначал хан, и они
подчинялись только ему.
Таким образом, при хане Жангире прежняя система
управления была заменена бюрократическим, организованным
аппаратом в целях обеспечения интересов царских властей в
Букеевском ханстве.
3. Восстание под руководством И. Тайманова
и М. Утемисова в Младшем жузе (1836–1838 гг.)
В начале XVIII в. царизм проводил реформы, изменявшие
политическую структуру казахского общества. Местная
царская администрация, опираясь на ханов, султанов, биев,
продолжала колониальный захват казахских земель, ущемление
прав казахов, вводя новые налоги. Земельный кризис,
налоговый гнет, произвол царских чиновников, притеснения
хана Жангира и его родственников, особенно Караул ходжи
Бабажанова, явились причинами восстания казахов, поднятого
Исатаем Таймановым и Махамбетом Утемисовым. Поводом к
восстанию послужило назначение управителем всех казахских
родов Букеевской Орды зятя хана Жангира, известного в степи
220 221
своей жестокостью по отношению к народу. Просьба об его
отставке окончилась отказом.
Восстание началось в феврале 1836 года. Во главе него
встал батыр, старшина рода бериш Исатай Тайманов (1791–
1838). Его соратником был другой батыр, поэт из того же рода
Махамбет Утемисов (1804–1846). Исатай Тайманов объезжал
аулы, призывая занимать казачьи и байские земли.
В районах восстания система ханской власти и
колониальной администрации не действовала. Крупные
события развернулись в 1837 году, когда летом и осенью
повстанцы предприняли осаду ханской ставки Жангира. Число
повстанцев достигало более 2 000 человек. Они окружили и
взяли несколько крепостей.
Видя такой размах восстания и Жангир-хан, и местная
администрация испугались и попросили помощь для разгрома
восстания. Для подавления восстания были направлены
крупные силы, насчитывавшие более тысячи. В карательные
отряды из крепостей и форпостов вошли астраханские и
уральские казаки, ханский отряд с двумя орудиями. Возглавил
карательную экспедицию подполковник Геке.
Крупное сражение между повстанцами и карателями
произошло на рассвете 15 ноября 1837 г. в урочище Тас-Тюбе.
Эта была короткая и кровопролитная битва. Повстанцы понесли
большие потери. Руководителям восстания удалось спастись.
За поимку Исатая Тайманова было объявлено вознаграждение
500 рублей серебром.
В ночь на 13 декабря 1837 г. отряд Исатая переправился
через Урал вблизи Яманхалинского форпоста и ушел в
Зауральскую степь. Здесь Исатай и Махамбет стали объединять
разрозненные повстанческие отряды, и к весне 1838 г. собрали
значительные силы.
На их подавление опять были брошены каратели под
командованием Геке, отряд которого насчитывал две сотни
оренбургских и полторы сотни уральских казаков, пятьсот
солдат из линейных батальонов при двух орудиях. 12 июля
1838 г. в местности Акбулак у реки Кыил произошла битва.
Повстанцы проявили героизм, но потерпели поражение –
основная группа, около 500 человек, была разбита. Исатай
Тайманов погиб. Борьба восставших пошла на убыль.
Последствия восстания были страшными для казахов.
Каратели устроили расправу над участниками восстания. Их
наказывали палками, конфисковали имущество, ссылали на
вечное поселение, отправляли на каторжные работы, сотнями
выносились смертные приговоры. Так закончилось это крупное
восстание. В 1847 году погиб Махамбет Утемисов.
Основной движущей силой восстания, возглавляемого
Исатаем и Махамбетом, были разоряющиеся кочевники, что
во многом предопределило его направление. Неоднородность,
стихийность, в значительной мере и локальность восстания,
отсутствие четкой программы, недостаточная организованность
явились причинами поражения.
4. Восстание казахов племени табын
под предводительством Жоламана Тленшиулы
Также одной из серьезных вспышек народного
возмущения в 20-30 годах XIX века было выступление
Жоламана Тленшиулы, горячего приверженца хана Арынгазы,
связывавшего с ним свои планы возрождения спокойствия и
стабильности Младшем жузе.
Главная причина вступления в борьбу против царских
колонизаторов заключалась в экспансии правительства,
отобравшего у племени табын Новоилецкий район, богатый
пастбищами и реками. Но были и другие причины этого
выступления, о которых в довольно резкой форме говорится
в обращении батыра Жоламана и его соратников к царской
администрации. Это строительство двадцати двух укреплений
по реке Илек, вследствие чего казахи лишились внутренней
стороны реки Илек; присвоение русскими и башкирами
Нарын песков; произвол и несправедливость со стороны
Шергазы и т. д.
Неоднократный провал попыток мирных переговоров
подтолкнул Жоламана на путь вооруженной борьбы. Это
было одно из самых продолжительных сопротивлений в
истории национально-освободительных движений казахского
народа. Широкий размах восстание Жоламан-батыра приняло
в 1835–1838 годах. Борьба за землю, потерянные пастбища
222 223
составляли основное содержание этого движения. Оно
сыграло известную роль в назревании крупного народного
возмущения, которое вылилось в восстание, охватившее в
30–40-е годы XIX века значительную территорию Казахстана.
5. Восстание сырдарьинских казахов под
руководством Жанкожи Нурмухамедова (1856–1857)
К середине XIX в. в очень сложном положении оказались
казахи, кочевавшие в районе Сырдарьи. Они подвергались
двойному гнету: с одной стороны – Хивинского и Кокандского
ханств, а с другой – российской колониальной политики.
Еще в 1843 г. казахи низовьев Сырдарьи под
предводительством Жанкожи Нурмухамедова разрушили
хивинскую крепость на Куандарье. В 1845 г. уничтожили отряд
из 2 000 человек, направленный для ее подавления. Жанкожа
батыр со своими отрядами очистил низовья Сырдарьи от
хивинцев.
В 1853 году русскими войскам во главе с В. Перовским
была взята Ак-Мечеть и создана Сырдарьинская военная
линия. Это привело к изъятию больших площадей земли у
казахов и водворению там казаков и переселенцев из России.
К 1857 году около 3 тысяч казахских семей были согнаны со
своих мест, а их земли заселили переселенцами. Территория
от Раима – первой крепости Сырдарьинской укрепленной
линии, до Ак-Мечети отошла под контроль царских войск.
Усилился сбор податей и принуждение казахов к строительству
новых крепостей. Это привело к еще большему обнищанию
трудящихся и началу нового этапа восстания.
Таким образом, причинами восстания было:
— стремление Хивинского ханства установить свою власть
над сырдарьинскими казахами, считая это регион сферой
своего влияния;
— ужесточение колониального гнета и обострение
земельного вопроса;
— рост налогов и податей, направление для их сбора
военных сил;
— усиление произвола царской администрации;
— насильственная мобилизация приаральских казахов для
постройки крепостей.
Восстание началось в 1856 г., его возглавил один из
руководителей рода шекты, участник восстания Кенесары
Касымова, батыр Жанкожа Нурмухамедов, которому было
более 90 лет. Он превратил крепость Жана-кала в центр
восстания. К концу 1856 года весь район Казалы был охвачен
восстанием. Жанкожа с войском до 1 500 воинов осадил
Казалинский форпост, уничтожил Солдатскую слободу.
Против повстанцев были направлены отряды войск под
командованием Михайлова и майора Булатова, но их действия
оказались безуспешными. Тогда на подавление восстания был
брошен отряд генерал-майора Фитингофа численностью 300
казаков и 320 солдат с артиллерией.
9 января 1857 г. в урочище Арыкбалык произошло
решающее сражение, в результате которого повстанцы
потерпели поражение, хотя их численность доходила до 5
тысяч человек. Жанкожа с остатками восставших вынужден
был переправиться на правый берег Сырдарьи и уйти в пределы
Хивинского ханства. С ним ушло до 20 аулов. Так закончилось
восстание сырдарьинских казахов. Каратели разграбили аулы,
было угнано 21 400 голов крупного рогатого скота.
6. Восстание в Уральской и Тургайской областях
(1868–1869 гг.)
Административные реформы 1867–1868 гг. нарушили
сложившийся порядок деления пастбищ, ограничили
власть местной администрации, ввели новое налоговое
законодательство.
В декабре 1868 г. восстание вспыхнуло в Тургайской
и Уральской областях. Оно началось стихийно. Поводом
послужил выезд организованных комиссий в степь для
проведения в жизнь «Положений» 1867–1868 гг. Оно длилось
до октября 1869 г. К весне 1869 г. сформировались вооруженные
отряды повстанцев, они бойкотировали правительственные
комиссии, оказывали вооруженное сопротивление царским
отрядам. Восстание возглавили Сейл Туркебайулы и Беркин
Оспанулы, контролировавшие территорию по реке Эмбе.
224 225
Восстание носило антиколониальный характер и было
направлено против:
1). Административной реформы 1867–1868 гг., которая
усилила колониальную зависимость казахской степи.
2). Объявления всей территории Казахстана собственностью
Российской империи и использования ее по территориальному
принципу. Введения новых правил землепользования.
3). Строительства новых крепостей и изъятия плодородных
земель у казахов.
4). Увеличения налогов и введения новых повинностей.
5). Перехода феодальных групп на управленческую службу,
усиления административного давления на своих подчиненных.
Восставшие Уральской и Тургайской областей требовали:
— избавить народ от податей;
— отменить продажу земли;
— сохранить свободу перекочевок;
— ликвидировать принцип назначения уездных начальников.
Для подавления восстания были посланы значительные
карательные силы из солдат и офицеров Московского,
Петербургского, Харьковского, Казанского военных округов
и 510 стрелков. Были мобилизованы все казачьи силы
Туркестанского военного округа и гарнизонные укрепления.
Всего было сосредоточено 5 300 вооруженных казаков и 20
орудий с артиллеристами.
К лету повстанцы сосредоточились в основном по рекам
Уил, Сагыз, Эмба. 6 мая 1869 году около урочища Жамансай, в
20 верстах от Уила, 20 тысяч повстанцев окружили и атаковали
отряд фон Штемпеля из 200 всадников и роты пехоты. В
течение семи дней повстанцы держали его в осаде. После этого,
потеряв 13 повозок с продовольствием, 3 человек убитыми и 5
ранеными, отряд вернулся в Калмыковскую крепость. Другая
часть восставших преследовала отряд майора Пирогова.
Состоялось сражение и у реки Ашыбулак. Отступили также
отряды Юровского и Рукина.
Восстание носило не только антиколониальный, но и
антифеодальный характер. С марта по июнь 1869 года на аулы
султанов, биев, волостных управителей и аульных старшин
было совершено 41 нападение с участием примерно трех тысяч
человек.
Размах восстания встревожил Петербург. Напуганные
царские власти хотели решительных действий по его
подавлению. 10 июня 1869 г. военный министр Милютин
потребовал положить конец восстанию в Уральской и
Тургайской областях.
Основные силы карательной экспедиции возглавил сам
военный губернатор Уральской области Н. А. Веревкин, под
командованием которого был войсковой отряд, насчитывающий
свыше 1 700 человек. В результате умеренная часть восставших
отделилась и явилась в 20-х числах июля к Веревкину с
«изъявлением покорности».
Повстанцы отступили на юг в безводную пустыню.
Каратели Веревкина, подполковника Рукина, графа
Комаровского в «поиске непокорных аулов» беспощадно
расправились со всеми пойманными. Перед вооруженными
силами правительства разобщенные повстанцы потерпели
поражение.
К осени 1869 г. восстание было подавлено, продолжалось
оно 10 месяцев, с декабря 1868 г. по октябрь 1869 г. Основную
массу восставших составляли бедные казахи, шаруа, которые
несли все тяготы колонизации. Участвовали в нем практически
все слои общества во главе с родовыми правителями, например,
султан Хангали Арсланов возглавил отряд повстанцев. Но
султаны, бии и старшины проявили непоследовательность и не
оправдали надежд восставших. После подавления восстания
каратели устроили расправу над его участниками.
7. Восстание казахов племени Адай
на Мангистау (1870 г.)
Восстание было связано с введением временного
положения в 1869 года в Уральской и Тургайской областях.
Здесь земельный вопрос стоял еще острее. Возмущение
введением новой системы налогов усилило сопротивление. В
марте 1870 года началось восстание на полуострове Мангышлак
(Мангистау).
Причинами восстания явились:
1). Сопротивление реформам 1867–1868 гг, которые
226 227
усилили колониальную зависимость.
2). Захват казахских земель Российской империей и
строительство новых крепостей. Укрепления возвели в летних
кочевьях адаевцев, в долине реки Жем.
3). Увеличение налогов и введение новых повинностей.
4). Запрет роду Адай пользоваться летовками и требование
от них уплаты прошлогодних податей по новой цене. 40 тыс.
кибиток адаевцев должны были уплатить 160 тыс. рублей,
часть податей взималась баранами.
5). Передача 2 февраля 1870 года Мангистауского
приставства в распоряжение Кавказского наместничества,
в которой выразилось политическое бесправие казахского
народа.
Поводом к нему послужили угрозы мангистауского
пристава подполковника Рукина с помощью войск и казаков
принудить кочевавших здесь казахов племени адай принять
«Временные положения» и попытки запретить им пользоваться
традиционными летними кочевьями в долине Эмбы, где
были возведены укрепления. Движущей силой восставших
стали казахские шаруа, в основном, род адай Младшего
жуза, рыбаки и рабочие рыбных промыслов. Восставших в
районе полуострова Бузачи возглавили Досан Тажиулы и Иса
Тленбайулы. Впервые в этой борьбе за свои права активно
участвовали казахские наемные рабочие.
15 марта 1870 года пристав Мангистаского края
подполковник Рукин с 36 казаками, 4 офицерами, переводчиком
Бекметулы, бием Майулы и группой в 60 человек при четырех
орудиях выступили в степь в урочище Бозащы, чтобы
остановить перекочевку адаевцев на свои летовки. 22 марта
повстанцы окружили и разгромили отряд карателей, раненый
Рукин застрелился. В сражении погиб один из вожаков
восставших Б. Маяулы.
Весть о разгроме отряда послужила сигналом к
освободительному движению. Повстанцев поддержали
рыбаки и рабочие рыбных промыслов. Количество восставших
достигло 10 тыс. человек. 5 апреля они атаковали Николаевскую
станицу и Александровский форпост, сожгли маяки у форпоста,
разгромили укрепление Нижнее, где хранились запасы
войскового гарнизона. Из захваченных лодок была образована
своеобразная флотилия, которая принимала участие в осаде
Александровского форпоста, продолжавшейся с 5 по 8 апреля.
9 апреля с Кавказа в форт прибыли войска под
командованием графа Кутайсова, который вел переговоры
с биями Мамбетниязом Тлепулы, Есиргепом Досжанулы,
Кафаром Каражигитулы. В конце апреля отряд графа в
составе трех рот пехоты при одном орудии и трех сотен
всадников выступил в степь, чтобы отрезать отступающим
аулам путь на Устюрт. В мае прибыли новые силы с Кавказа:
батальон Апшеронского полка, 2 стрелковые роты, несколько
рот линейного батальона, 4 роты Дагестанского полка, 2
роты терских казаков, четыре орудия. Плато Устюрт было
занято Оренбургским военным округом. Водные источники
на Мангистау были заняты Кутайсовым. Повстанцы были
вынуждены отступить. Примерно 3 тыс. адаевцев направились
к верховьям Сагыза, но войска отрезали им путь и погнали
обратно, отбирая у них скот.
Несмотря на самоотверженное сопротивление,
восстание было подавлено. Мангистау заняли царские
войска. Руководители восстания И. Тленбаев и Д. Тажиев,
преследуемые карателями, в декабре 1870 г. ушли со своими
сторонниками в пределы Хивинского ханства. На адаевцев
была наложена контрибуция в размере 90 тыс. баранов. Таким
образом, выступление небольшой группы адаевцев против
отряда Рукина переросло в восстание с участием до 6 тыс.
человек, достигшее позднее 10 тыс., то есть практически
значительной части населения полуострова. Российские
правители сами вынуждены были признать, что «в данном
случае на Мангышлаке приходилось не умиротворять и
наказывать возмутившуюся провинцию, а вновь завоевывать».
Однако в 1873 году вновь произошло выступление
адаевцев, так как для подготовки к походу на Хиву власти
стали изымать у них верблюдов.
Последствия восстания:
1) 3 тысяч семей казахов-адаевцев перешли на территорию
Хивинского ханства.
2) Адаевцам наложили контрибуцию в размере 90 тысяч
228 229
баранов.
3) Кавказская администрация взыскала с оставшихся на
Мангистау 9-ти тысяч кибиток различную подать на сумму 57
901 руб.
ЭКОНОМИЧЕСКОЕ РАЗВИТИЕ
КАЗАХСКОГО ОБЩЕСТВА В XIX ВЕКЕ
В первой половине XIX в. в экономической жизни
Казахстана произошли глубокие изменения. Из-за различия
типов хозяйства и общественных отношений появились
определенные трудности, формировалась своеобразная
хозяйственная система в крае, складывались новые
направления.
Основной формой природопользования и жизнеобеспечения
населения на протяжении трех тысячелетий было кочевое
скотоводство. Главной особенностью кочевого скотоводства
являлось круглогодичное содержание скота на подножном
корме, что было обусловлено дефицитом кормовых и водных
ресурсов. Особенности среды обитания определили способы
использования казахами природных ресурсов в качестве
зимних, весенних, осенних и летних пастбищ. Особенности
географической среды и потребности жизнеобеспечения
казахов определили и видовой состав стада. Также играла роль
способность животных адаптироваться к быстрым и частым
перекочевкам, возможность многоцелевого использования.
Помимо кочевого в Казахстане сложилось и полукочевое
хозяйство, основанное на использовании естественных водных
ресурсов.
Земледелие у казахов являлось показателем «нищеты».
Хотя некоторые зажиточные люди занимались земледелием,
но использовали труд рабов. Земледелие было в основном
поливным. Сначала использовалась переложная система, но
затем перешли на трехполье. Наиболее распространенной
культурой было просо. Однако в целом земледелие не получило
широкого распространения в Казахстане, оно всегда имело
вспомогательный, второстепенный характер.
Развивается местная промышленность и крепнут
промыслы. Для жизнеобеспечения бедные казахи занимались
мелким промыслом, ремеслом. Распространенной формой
заработка в первой половине XIX в. стал наем в работники.
Часто нанимали казахов переселенцы для обработки полей,
иногда полностью сдавая их в аренду за часть урожая. С
230 231
развитием промышленности на территории Казахстана
появилась возможность получить работу на приисках,
заводах. В восточных и центральных районах Казахстана
стали осваиваться первые месторождения цветных металлов и
каменного угля.
В середине XIX в. в Казахстане было открыто несколько
месторождений, построено 57 водяных и ветряных мельниц,
34 кузнецы, 11 рудоплавильных, салотопленных и кожевенных
заводов. В них производилось продукции на 71 тысячу рублей.
В горнодобывающую промышленность постепенно стали
стягиваться казахи-жатаки. Среди них также были жители
соседних Тобольских и Томских губерний. На Уральской линии
число отходников – сезонных работников – увеличилось с 6,5
тысяч человек в 1820 г. до 8,4 тысяч в 1824 г.
Первая половина XIX века – период расширения
взаимовыгодных торговых связей Казахстана со
среднеазиатскими ханствами, Сибирью и Китаем. Во второй
половине XVIII– середине XIX вв. доминирующее положение
в них занимал товарооборот с Россией. Определенная часть
продукции населения реализовывалась внутри страны.
Это вызвало появление такой социальной прослойки среди
местного населения, как перекупщики товаров – алыпсатары.
Казахи также охраняли транзитные караваны. В мае 1803
г. в целях обеспечения безопасности прохождения караванов
через казахскую степь правительство России разрешило
купцам содержать вооруженные отряды. Центры казахско-
русской торговли: Петропавловск, Акмолинск, Уральск,
Семипалатинск, Бухтарма, Оренбург, Омск. В Западном
Казахстане крупным торговым центром стала Ханская ставка
(Урда). В 1822 г. в ханской ставке Букеевской Орды была
открыта первая ярмарка. В 1855 г. в Семипалатинске открылись
две городские ярмарки. Крупным центром торговли со Средней
Азией был Петропавловск. В 1849 г. туда доставляли товар
из Ташкента, груженный на 5 614 верблюдах и 143 телегах.
Расширяющаяся казахско-русская торговля открывала путь для
постепенного приспособления хозяйства Казахстана к нуждам
экономического развития Российской империи. Хозяйственная
обособленность казахского аула стала исчезать.
С середины XIX века в Казахстане начали распространяться
капиталистические отношения. Это повлияло на хозяйственную
жизнь казахского аула и положение социальных групп.
Главным стержнем общественных связей являлось
единство интересов и целей, формировавшихся в процессе
общественного производства. Наряду с социальной
структурой в казахском обществе существовала разветвленная
родоплеменная организация, представлявшая собой форму
объединения людей в разные иерархически организованные
социальные группы посредством генеалогического родства.
Одним из проявлений влияния экономики России на
казахский аул было распространение оседлого образа жизни
и земледелия. К главным изменениям относится владение
землей, выделенной в частную собств енность.
Скотоводство, основанное на традиционной кочевой
жизни, сохранилось в районах, примыкавших к Сырдарье,
в Центральном Казахстане, Бетпак-дале, Мангыстау,
Семипалатинской и Акмолинской областях.
Основные признаки проникновения капиталистических
отношений в казахский аул: 1) изменение состава скота –
уменьшение числа лошадей и увеличение числа коров; 2)
изменение характера землевладения; 3) сокращение кочевых
путей; 4) постепенный переход к полуоседлости и оседлости;
5) ускорение социального расслоения казахских шаруа.
Появление новых форм хозяйственных отношений
привели к изменению состава скота. Например, в Атбасарском
уезде Акмолинской области доля лошадей составляла 13 %,
коров – 17 %, верблюдов – 9 %, овец – 76 %. Состав скота
оседлых казахов по сравнению с чисто кочевым хозяйством
был иным. По сведениям 1898 г. из каждой сотни голов скота
было: лошадей – 31, крупного скота – 23, верблюдов – 1. Часть
крупных хозяйств приспособилась к потребностям рынка
– разводили скот для продажи, занимались земледелием,
использовали труд наемных работников.
Во второй половине XIX в. казахи стали превращаться в
народ с большей долей земледельческого населения. Этому
способствовало то, что они имели древние традиции ведения
земледелия в степных и пустынных районах; развивали
232 233
земледелие в связи с природными условиями; развитие
земледелия также связано с переселением из центральных
губерний русских и украинских крестьян. Они получили
возможность постоянно обеспечивать аул зерном и семенами.
Достаточное сохранение влаги по рекам Яик и Тобол
создали условия для использования казахами сохи. На
юге существовало искусственное орошение. Например, в
Казалинском уезде Сырдарьинской области насчитывалось
около 200 больших каналов протяженностью до 1 300 верст.
Среди крупных оросительных сооружений были Шиилийский
канал и Дирмен-озен – арык в долине Сырдарьи.
Основные районы земледелия: долины рек Сырдарьи,
Сарысу, Иргиза, Торгая и Жема. Основные зерновые культуры:
просо, пшеница, ячмень, овес; на юге – кукуруза, горох, рис,
кунжут, картофель, лук, бобы, хлопок. Обрабатывая способом
орошения 15 тысяч десятин земли, казахи получали 1 млн.
пудов зерна.
Проведение царизмом подитики насильственного
захвата общинных земель, усиление способов колониально-
административного управления ускорило социальное
расслоение казахских шаруа. В 70–80-х гг. XIX в. обедневшие
казахи в поисках средств существования стали уходить на
горные выработки или на предприятия в городской местности.
Их называли жатаками. По социально-экономическому
положению жатаки относились к формирующемуся сельскому
пролетариату.
1. Переселенческая политика царизма
(1870–1880 гг. XIX в.)
Отмена крепостного права в России в 1861 году не решила
аграрного вопроса и царское правительство, преследуя цель
ослабить остроту земельного вопроса во внутренних губерниях
Центральной России и вытекающую из него революционные
волнения, а также освоить казахские земли, в 60-е годы XIX
века значительно активизирует переселенческую политику в
Казахстане. На смену военно-казачьей колонизации пришла
крестьянская.
Главное управление Западной Сибири приняло в 1866 году
постановление, разрешающее «водворение переселенцев»
в казахские степи. Ряд положений реформы 1868 года,
прежде всего, объявление казахских земель государственной
собственностью, готовили условия для их экспроприации.
По инициативе военного губернатора Семиреченской
области генерала Г. А. Колпаковского и под его руководством
в 1868 году были разработаны «Временные правила о
крестьянских переселениях в Семиречье». По этим правилам
предусматривалось выделение земли переселенцам 30 десятин
на душу (мужскую), освобождение от налогов и повинностей,
в том числе и рекрутской, сроком на 15 лет, выдача ссуды до
100 рублей на обзаведение хозяйством.
В 1885 г. были утверждены «Правила о поземельном
устройстве оседлого населения области». Так как в
Семиреченской области стала ощущаться ограниченность
земли, а наплыв переселенцев был велик, эти правила несколько
урезали привилегии переселенцев. Так земельный надел
определялся в 10 десятин на душу (мужскую), переселенцы
освобождались от налогов и повинностей на 3 года, а в
последующие годы вносили их в половинном виде. В 1886 г.
было разработано «Положение», предусматривающее условия
обустройства переселенцев в Туркестанском крае.
Стремясь придать переселенческому движению
целенаправленный, организованный характер, остановить
самовольное, неорганизованное переселение крестьян в
Казахстан, 13 июля 1889 г. правительство России приняло
специальное положение «О добровольном переселении
сельских обывателей и мещан на казенные земли и о порядке
причисления лиц означенных сословий, переселившихся в
прежние времена». Оно допускало переселение с разрешения
соответствующих органов. Конкретно определялись
районы переселения в Семиреченской, Акмолинской и
Семипалатинской областях. В 1891 и 1892 гг. это положение
распространялось на Тургайскую и Уральскую области.
Переселение в казахскую степь с 70-х годов нарастает из
года в год. С 1885 года по 1893 год из пользования казахов было
изъято 251 779 десятин земли и образовано 24 села с 10 940
переселенцами мужского пола. Ее объектами, главным образом,
234 235
стали Акмолинская, Уральская, Тургайская, Семипалатинская
и в особенности Семиреченская области. Причем, переселение
крестьян из России сопровождалось изъятием лучших земель
у казахов. За период с 1885 г. по 1893 г. только в Акмолинской
и Семипалатинской областях было изъято у казахских шаруа
284 843 десятин пахотной земли. Особенно большой поток
переселенцев шел в Семиреченскую область. За период с
1868–1880 гг. сюда переселилось 3 324 семьи. В связи с этим
в 1891 году Министерство внутренних дел закрыло Семиречье
для переселенцев до особого распоряжения.
Важную роль в переселенческой политике играл созданный
в І892 г. Комитет Сибирской железной дороги. После того, как в
1891 г. был издан царский указ о строительстве Транссибирской
железной дороги, эта дорога проходила и через территорию
Казахстана, в частности, через Акмолинскую область, Омский,
Петропавловский, Кокчетавский уезды. Предполагалось
обмежевать дорогу площадью до 2,5 млн. десятин земли и
поселить сюда 160 тыс. пере селенцев.
С середины 90-х годов начинается еще более интенсивное
переселение крестьянства в Казахстан. С 1896 года в степных
областях работают экспедиции для выявления излишков земли.
В результате переселенческой политики в 1897 г.
удельный вес казахов в общей сумме населения края снизился
до 67,7 %. В сведениях о пространстве и населении азиатских
владений Российской империи говорилось, что эти владения
подразделялись на две, отличные одна от другой части, –
Степной край и Туркестан. В Степном крае доля «русского
переселенческого населения» составляла 20 %, «коренного
инородческого», то есть казахов – 77, и «прочего пришлого»,
куда входили все остальные народы, – 3. В Туркестанском
крае: переселенческое население – 3,7 %, «коренное
инородческое» – 94,4, «прочее пришлое» – 1,9. В целом по
Казахстану эти показатели были таковы: переселенческое
население к концу XIX в. составляло – 11,9 %, коренное –
85,7 %, прочее – 2,4 %. Таким образом, особенно сильному
заселению переселенцами подвергался Степной край, где
доля этой категории населения достигла 20 %.
Итоги переселенческой политики царизма таковы:
1). Всего приток эмигрантов из европейской России в
Казахстан составил за 1871–1897 гг. почти 328 тысяч человек.
2). Удельный вес казахов заметно снизился с 73,4 % до
67,7 %.
3). Царское правительство произвольно меняло
этническую структуру населения и преднамеренно
противопоставляло народы, стремясь превратить угнетенный
самодержавием русский народ в угнетателях других народов
и отвлечь тех и других от борьбы за о свобождение.
Новым витком колониальной аграрной политики царизма в
Казахстане стала Столыпинская реформа, предусматривающая
активизацию переселенческого движения в край. Если с 1853
г. по 1905 г. у казахов было изъято 4 млн. десятин земли, то в
1906-1907 годах эта цифра до стигла 17 млн. де сятин.
2. Положение казахского аула.
С середины XIX века начало распространения
капиталистических отношений в Казахстане не могло не
повлиять на хозяйственную жизнь казахского аула и положение
социальных групп. Одним из проявлений влияния экономики
России на казахский аул было распространение оседлого
образа жизни и земледелия. К главным изменениям относятся
владение землей, выделенной в частную собств енность.
Скотоводство, основанное на традиционной кочевой
жизни, сохранилось в районах, примыкающих к Сырдарье,
в Центральном Казахстане, Бетпак-Дале, Мангыстау,
Семипалатинской, Акмолинской областях и других районах.
В северных краях Казахстана, куда был направлен сильный
переселенческий поток, преобладает земледелие, кочевое
скотоводство было ограниченным.
Во многих байских хозяйствах кочевая жизнь сохранила
свою роль. Но при этом хозяйство по составу скота, характеру
землевладения мало было похоже на прежнее кочевое
хозяйство. Уменьшение числа лошадей и увеличение числа
коров отражали изменения в хозяйстве, в том числе сокращение
кочевых путей, постепенный переход к полуоседлости
и оседлости, проникновение в аул капиталистических
отношений. Такая тенденция позже углубилась. Часть крупных
236 237
хозяйств приспособилась к потребностям рынка – разводили
скот для продажи, занимались земледелием, использовали
труд наемных работников.
Распространение капиталистических отношений и
переселение из центральных губерний русских и украинских
крестьян влияли на развитие земледелия среди кочевых
казахов. Они получали возможность постоянно обеспечивать
аул зерном и семенами. Казахи стали постепенно превращаться
в народ с большей долей земледельческого населения, чем
раньше. К тому же, они имели древние традиции ведения
земледелия в степных и пустынных с ухих районах.
Проведение царизмом насильственного захвата общинных
земель, усиление способов социально-административного
управления ускорили социальное расслоение казахских шаруа.
Казахские шаруа, поселившиеся или кочующие возле городов
или русских поселений, постепенно стали втягиваться в рынок.
Так изменились старые способы ведения кочевого хозяйства.
С 70-80-х годов XIX века обедневшие казахи в поисках
средств существования стали уходить на горные выработки
или на предприятия в городской местности. Сформировались
казахские жатаки. По социально-экономическому положению
жатаки относились к формирующемуся сельскому
пролетариату. Отделяясь от своих соплеменников, они, в
сопоставлении с другими группами казахского аула, были
несколько близки к новому, передовому производству. Вместе
с тем жатаки с социальной точки зрения стали менять свой
облик. Порвав с родовой, патриархальной средой, они оказались
восприимчивыми к явлениям классового содержания.
3. Развитие промышленности, торговли, городов.
Изменения в социальной структуре населения,
жатачество в конце XIX в.
Вступление в период империализма привлекло в Казахстан
русский и иностранный капитал, который вкладывался
в разработку месторождений полезных ископаемых,
строительство железных дорог, что ускорило процесс развития
капитализма в стране. Возросла роль Казахстана как источника
сырья и рынка сбыта промышленных товаров. Вовлечение в
орбиту общероссийской экономики ускорило проникновение
в край капиталистических отношений, которые усилили
процесс разложения патриархально-феодального уклада, рост
классового расслоения и классовой борьбы в ауле, формирование
кадров национального пролетариата и интеллигенции,
распространению революционно-демократических идей.
Со второй половины XIX в. в Казахстан стал активно
проникать российским капитал, основной сферой его
приложения была добыча и переработка полезных ископаемых,
богатством которых отличались недра края, а также
промышленность по переработке сельскохозяйственного
сырья и торговля. Для российского капитала здесь были
благоприятные условия: богатые недра, дешевые земли,
которые арендовались или скупались за бесценок у местного
населения, дешевое сырье, дешевая в избытке рабочая сила.
Например, Жезказганское месторождение меди было куплено
за 100 рублей, Саранское месторождение угля – за 114
рублей. Горнозаводская промышленность в основном была
сосредоточена в Акмолннской и Семипалатинской областях,
в Баян-Аульском, Каркаралинском, Акмолинском уездах и на
Алтае. Здесь были медные, серебряно-свинцовые рудники и
заводы, угольные копи, золотодобыча.
Но у русских промышленников не хватало средств и
правительство решило привлечь сюда иностранный капитал. В
1904 г. иностранные предприниматели взяли в аренду Спасско-
Воскресенский и Успенский медные рудники, Спасский
медеплавильный завод и Карагандинские каменноугольные
копи. Контрольный пакет акций этих предприятий принадлежал
англо-французским предпринимателям, рядовыми
акционерами были финансисты Америки, Германии, Швеции,
Австрии, Испании.
В 1906 г. в Лондоне было создано Акционерное общество
Атбасарских медных копей. В 1907 г. англичане взяли в аренду
жезказганские медные месторождения. То же произошло
с предприятиями Риддера и Экибастуза. В деятельности
Риддера, например, немалую роль играли капиталы Герберта
Гувера – будущего президента США. Такая же судьба
постигла и нефтепромыслы Эмбы. Важной отраслью была
238 239
солепромышленность, сосредоточенная на Эльтонском,
Баскунчакском, Илецком и Коряковском промыслах. Только
один Баскунчакский промысел дал в 1880 г. 2 млн. 800 тыс.
пудов соли.
Значительное место в экономике того времени занимал
рыбный промысел. К концу XIX в. только на Каспии
действовало более 150 рыбных промыслов, были построены
рыбозаводы. Регулярное рыболовство велось на реках Урал,
Или, Чу, Сырдарья, на Аральском море, озерах Балхаш, Зайсан.
К концу XIX в. в Казахстане действовали предприятия
кустарного, мануфактурного и фабричного типа по переработке
сельскохозяйственного сырья. Это были бойни, кожевенные,
сало-овчинные, мыловаренные заводы, маслодельни,
мукомольни в Акмолинске, Семипалатинске, Петропавловске,
Уральске, Оренбурге. В 1882 г. в Шымкенте начал работу
сантонинный завод, который экспортировал свою продукцию
в Англию, Америку, Германию, Индию, Японию. В Шымкенте
и Туркестане действовали хлопкоочистительные заводы. В
Верном было два предприятия табачной промышленности.
Во второй половине XIX в. развивались транспорт и
почтовое сообщение. С 80-х годов предпринимались попытки
начать постоянное судоходство по Иртышу, Балхашу, Или.
Были построены Оренбургско-Ташкентская и другие железные
дороги. Важную роль стала играть Транссибирская магистраль
и, в частности, ее западный участок – 178 верст, проходивших
по Акмолинской области. Всего в Казахстане было построено
482 версты железных дорог. К концу XIX в. железные
дороги, водный транспорт и почтово-телеграфное сообщение
соединили Казахстан с центром России, Сибирью, Алтаем,
Средней Азией.
Государственный банк России имел свои отделения в
Уральске, Петропавловске, Семипалатинске, Омске, Верном.
Так же в Казахстане было 7 филиалов Сибирского торгового
банка, на втором месте был Русский торгово-промышленный
банк, имевший 5 отделений.
Капиталистические отношения оказывали существенное
влияние на развитие торговли. Основным объектом торговли
был скот. Например, из Акмолинского, Каркаралинского,
Сарысуского уездов ежегодно в Россию перегонялось до 60
тысяч голов крупного рогатого скота и до 200 тысяч голов овец.
Кроме того, в конце XIX в. из Казахстана стал вывозиться
хлеб, зерно и мука. Крупными центрами торговли хлебом
стали Уральск. Оренбург, Семипалатинск, куда хлеб свозили
из Кустанайского, Актюбинском, Уральского, Тургайского
уездов. Часть хлеба вывозилась в Фергану, Ташкент, Бухару.
Во второй половине XIX в. большое распространение в
Казахстане получила ярмарочная торговля. Крупные ярмарки
действовали в Акмолинской области: Таинчикульская,
Константиновская, Петровская, Куяндинская; в
Семипалатинской области – Чарская; Каркаринская – в
Семиречье; Аулие-Атинская – в Сырдарышской области;
Уильская и Темирская – в Уральской области. Оборот этих
крупных ярмарок составлял 1 млн. рублей и более. Зачастую
торговля была неэквивалентной, так за полфунта чая и фунт
сахара обменивался баран; за бритву, которая стоила не более
15 копеек, – баран; за самовар – 20–25 баранов. Казахстан имел
важное значение в торговле со Средней Азией, Монголией,
Китаем.
Важную роль в жизни края играли города. Одни из них
выполняли функции торговых, другие – промышленных, третьи
– административных центров. Наиболее крупными городами
по переписи населения 1897 г. были: Уральск – 36 446 человек;
Верный – 22 744; Семипалатинск – 20 216; Петропавловск – 19
688; Джаркент – 16 094; Кустанай – 14 275; Аулие-Ата – 11
722; Акмолинск – 9 688; Гурьев – 9 322; Усть-Каменогорск –
8 721; Павлодар – 7 738; Перовск (Ак-Мечеть) – 5 058; и др.
В городах жили дворяне, офицеры, предприниматели, купцы,
торговцы, казачья верхушка, разночинная интеллигенция,
служащие, крестьяне, рабочие.
Проникновение капиталистических отношений влекло
за собой разложение кочевого и полукочевого скотоводства
и традиционных отношений в ауле. К концу XIX в. кочевое
хозяйство сохранилось в степных районах по Сырдарье, в
Центральном Казахстане, в Бетпак-Дале, в Мангыстау, в
Семипалатинской и Акмолинской областях. Скотоводческое
хозяйство стало приспосабливаться к нуждам рынка.
240 241
Например, в связи со спросом на говядину и ограничением
кочевий, уменьшилось количество лошадей и соответственно
увеличилось поголовье крупного рогатого скота.
Сужение сферы скотоводства способствовало увеличению
доли земледелия и экономике края. Усиливалась социальная
дифференциация казахского общества. Разорившиеся
скотоводы, лишившись возможности кочевать, пополняли
ряды жатаков – источник сельских и промышленных наемных
рабочих. Особенно сильным было жатачество в северных
и восточных уездах Казахстана. Так, в Кокчетавском уезде
жатаки составляли 4,6 %, а в Атбасарском – от 5,3 до 7,95
общего количества казахских хозяйств. Жатаки нанимались
на работу к баям, зажиточным переселенцам, на промыслы и
промышленные предприятия. Они все больше и больше теряли
связь с аулом. Наем рабочей силы в большинстве случаев
производился вербовщиками.
С развитием промышленности формировался местный
отряд наемных рабочих. Например, в горной промышленности
Казахстана в 1855 г. было 1 353 рабочих; в 1865 г. – 1 848; в
1875 г. – 4 156; в 1885 г. – 7 750; в 1895 г. – 8 960; в 1900 г. – 11
225. Основная масса квалифицированных рабочих прибывала
из России. Казахи в подавляющем большинстве были заняты
на самых тяжелых, низкооплачиваемых работах, на некоторых
предприятиях они составляли 60–70 % от общего числа
занятых. Широко использовался дешевый женский и детский
труд. Например, на рудниках доля детского труда (до 16 лет)
составляла в конце XIX в. 14 %. Средняя заработная плата
рабочих в промышленности Казахстана была в 2–3 раза ниже,
чем на аналогичных предприятиях России.
Рабочие выражали протест в связи со своим тяжелым
положением. Вначале это были пассивные формы: неявки на
работу, побеги с предприятий. С 80–90-х гг. XIX в. формы
протеста приняли активный характер: стачки и забастовки.
Такие выступления подавлялись силой, бастующих пороли
розгами, штрафовали, увольняли, сажали в тюрьмы. Рабочие,
выступившие на Зыряновских медных рудниках 5 марта
1898 г., требовали увеличения заработной платы, улучшения
условий труда. В 1893 г., 1895 г., 1899 г. прошли забастовки
рабочих Западносибирской железной дороги. Это были первые
выступления наемных рабочих Казахстана за свои права.
4. Культура Казахстана в первой половине XIX в.
С эпохи средневековья на территории Казахстана в
каждом казахском ауле функционировали мусульманские
мектебы. В начале XIX в. в них преподавали шариат (правила
мусульманской религии), «Аптиек» (одна седьмая часть
Корана) и другие религиозные знания. Состоятельные родители
направляли детей для продолжения образовании в медресе
Бухары, Самарканда, Хивы, Ташкента. Там также учились на
арабском языке, изучали средневековую арабскую философию.
В медресе обучали истории, географии, математике, ряду
других наук, языкам, в том числе стали обучать и русскому
языку.
Развитие новой системы образования в Казахстане связано
с открытием школ с русским языком обучения в Омске,
Оренбурге, Семипалатинске, Уральске и других городах.
Превращение крепостей и городов постепенно в центры
торговых связей со Средней Азией и Восточным Туркестаном
потребовало создания специальных учебных заведений по
подготовке «толмачей» (переводчиков).
В 1789 г. в казахской степи была открыта «Азиатская
школа», которая готовила переводчиков и писарей из числа
имущих слоев коренного населения. Выпускники школы,
изучив монгольский, маньчжурский, китайский, персидский
и другие языки народов Азии, составили первые группы
квалифицированных специалистов. Открытые в 1813 г. в
Омске и в 1825 г. в Оренбурге военные училища стали готовить
чиновников для российской правящей администрации. Они
были преобразованы в 1847 г. в Сибирский кадетский корпус
и в 1844 г. – в Оренбургский Неплюевский кадетский корпус.
В 1841 г. школу с обучением на русском и татарском языках
открыл в Букеевской Орде хан Жангир. Школа при поддержке
оренбургского губернатора не только ставила целью дать знания
казахской молодежи, но готовила преданных колониальной
администрации служащих для хана и Оренбургской губернской
канцелярии. В 1850 году при Оренбургской пограничной
242 243
комиссии открылись школы, в которых казахам знания
давались на русском языке. Открытие подобных учебных
заведений было новым явлением, обогатившим культурный
процесс, влиявшим на упрочение казахско-русских связей. В
деле государственного образования учитывались в основном
интересы империи. Это приводило к игнорированию
потребностей населения в светском образовании на родном
языке.
В первой половине XIX века среди замечательных
представителей русской культуры, уделявших внимание жизни
и истории казахского народа, почетное место занимает В. И.
Даль. Будучи в 1833–1841 гг. чиновником особых поручений
при оренбургском военном губернаторе, он собрал записи и
образцы устного творчества тюркоязычных народов. В 1839–
1840 гг. участвовал в хивинском походе русских войск. В 1836–
1838 гг. выразил сочувствие руководителям восстания Исатаю
Тайман-улы и Махамбету Отемис-улы. В. И. Даль написал
ряд произведений, среди них повесть «Бикей и Мауляна», в
которой описана жизнь казахов Оренбургского края.
Одно из направлений творчества великого русского поэта
А. С. Пушкина было связано с Оренбургским краем. В 1833 г.
для сбора материалов о пугачевском восстании он побывал в
одном из центров тогдашнего Казахстана Оренбурге. Здесь А.
С. Пушкин знакомился с жизнью азиатских племен, казахов.
В «Истории Пугачевского бунта» имеются его наблюдения
и суждения, целей восставших с интересами казахов. В
«Истории Пугачева» обращается внимание на племенные орды
(казахов), кочующих в междуречье Волги и Яика. В Уральске
А. С Пушкин записал поэму «Козы-Корпеш – Баян-Сулу».
Пребывание великого поэта в Оренбургском и Уральском
краях, его произведения «Капитанская дочка», «Пугачевский
бунт» усилили интерес общественности и передовых
демократических кругов к жизни и истории казахов, башкир и
других народов Востока.
В 30–40-х годах XIX века начался новый этап в изучении
Казахстана. Известное значение для науки имели экспедиции
1848–1849 гг. Г. С. Карелина на берег Каспийского моря и
капитан-лейтенанта А. Бутакова – к Аральскому морю. Они
изучали берега Сырдарьи, уточнили глубину Аральского моря
и впадающей в него Сырдарьи, составили карты.
Путешественники Е. П. Ковалевский, Н. А. Северцев, П.
И. Небольсин и другие занимались изучением быта и истории
казахов, их материальной культуры, обозначением местностей
на топографических картах, исследовали природные богатства
края. В исследовании казахской степи ведущую роль играли
организованные Русским географическим обществом
экспедиции.
Видные русские ученые А. Левшин, Э. Мейер, И. Завалишин
и другие историки-этнографы, исследуя жизнь казахского
народа, опубликовали специальные труды. Особенно огромное
познавательное значение имело обобщающее трехтомное
исследование А. Левшина «Описание киргиз казачьих, или
киргиз-кайсацких орд и степей». Начался сбор и систематизация
архивных и других данных о Казахстане и казахском народе.
С принятием казахами российского подданства научное
изучение края прочно вошло в круг деятельности центральных
государственных структур и различных отрядов исследователей.
В Казахстане сложилась, хотя и разрозненная, сеть научных
учреждений. Одни из них функционировали за счет государственных
ассигнований, другие появились благодаря стараниям энтузиастов.
Сближение и взаимопроникновение культур России и казахского
народа обогатили в конечном счете общечеловеческую
цивилизацию открытиями, идеями и именами. Общение с
передовыми представителям российской науки способствовало
становлению Ч. Валиханова как ученого мирового уровня. Многие
русские исследователи создали свои фундаментальные труды
на основе материалов казахского фольклора, музыки, устной
историографии, этнографии.
Казахская литература первой половины XIX в. развивалась
в двух идейных направлениях: 1) Защита интересов простого
народа; 2) Защита интересов господствующего класса. Видное
место занимает творчество биев, акынов, создавших яркие
образы ораторского и поэтического искусства.
Особое место в казахской литературе этого периода
принадлежит Махамбету Утемис-улы (1804–1846) – поэту-
воину, борцу за народные интересы. Непокорный поэт с
244 245
молодых лет был постоянно в неладах с баями, и стал одним
из руководителей крестьянского восстания, вспыхнувшего в
Букеевской орде против хана Жангира в 1836–1837 гг.
Литературное наследие Махамбета настолько тесно связано с
этим восстанием, что по его стихам можно проследить все этапы
борьбы, начиная с первых шагов восставших до трагического
поражения. Махамбет с пламенными стихами обращается к народу,
призывает смело подняться против притеснителей. Он не сулит
людям легкую победу, откровенно предупреждает о том, что борьба
будет суровой и сложной, потребует больших жертв, тяжелых утрат.
Его стихи проникнуты уверенностью в справедливости задуманного
дела, верой в победу. Воспевая героизм участников восстания, он
впервые в истории казахской литературы создает образ народного
борца-героя. Свой идеал поэт нашел в лице руководителя
крестьянского движения Исатая Тайман-улы. После подавления
восстания и смерти Исатая он призывал народ продолжить борьбу.
Но 20 октября 1846 г. был предательски убит.
Шернияз Жарылгас-улы (1807–1867) родился в нынешнем
Оилском районе Актюбинской области. С малых лет его влекло
к ораторскому искусству и народной литературе. Поэтический
талант Шернияза проявился рано. Он участвовал в восстании
1836–1838 гг. в Букеевской Орде. И после подавления восстания
он не порвал с Махамбетом. Он совершенствовал искусство
поэтической импровизации. В народе широко известно его
обличительное обращение к султану Баймаганбету.
Шоже Каржаубай-улы (1808–1895) родился на
территории нынешнего Кызылтуского района Северол-
Казахстанской области. Лишенный зрения, Шоже с юных лет
сочинял стихи, играл на кобызе и пел песни. Усвоив наследие
своих предшественников, Шоже много путешествует. В ряде
своих произведений он восхваляет отдельных влиятельных
людей. В то же время срывет маски порядочности с властных
правителей. В поэтических состязаниях – айтысах – Шоже не
знал поражений. Шоже также крупный поэт-эпик. Лучший в
художественном отношении вариант народного эпоса «Козы-
Корпеш – Баян-Сулу» был записан от Шоже.
Дулат Бабатай-улы (1802–1871) родился на территории
нынешнего Аягузского района Семипалатинской области. На
его становление как поэта огромное влияние оказали поэзия
жырау, эпическая поэзия и творчество биев. Дулат был одним
из самых образованных людей своего времени. Поэтический
талант его был ярким и глубоким. Раньше других он видел
противоречия эпохи. В своих произведениях Дулат подверг
суровой критике существующие порядки, говорил о бесправии
народа, ухудшении нравов общества. Таковы его толгау –
раздумья «Акжайлау и Сандыктас», «Сулеймену», «О, Барак
молодой». Дулат совершенствовал поэтическую форму стиха,
был выдающимся мастером художественного слова. Во многих
произведениях он продолжал замечательные художественные
традиции казахских жырау XVIII века. Дулат при жизни был
признан одним из лучших казахских поэтов всех времен и
был окружен славой и почтением. Его стихотворный сборник
«Осиет-нама» в 1880 г. был опубликован в Казани и вскоре
запрещен царской цензурой. Дулат оставил также после себя
эпические произведения.
Шортанбай Канай-улы (1818–1881) родился в
Каратауских горах Южного Казахстана. В юности переехал в
Сары-Арку и многие годы жил в окрестностях Каркаралинска.
В зрелых произведениях Шортанбай говорит об общественном
неравенстве, угнетении народа, рисует хищнический облик
должностных лиц. Поэт осуждает колониальные порядки,
не видит выхода из создавшегося положения. В ряде стихов
Шортанбай сочувственно относится к жизни казахских
бедняков. Поэт призывает богатеев и должностных лиц
быть справедливыми, не стремиться к власти и обогащению,
а придерживаться нравственных установок религии.
Поэтические наставления Шортанбая и его рассуждения
«Предок наш – пророк Адам…», объединенные в сборник,
были опубликованы в 1888 г. и в дальнейшем неоднократно
переиздавались. К концу жизни поэт переехал в нынешний
Шетский район Жезказганской области, где и умер.
Суинбай Арон-улы (1922–1895) родился и вырос на
территории нынешнего Жамбылского района Алматинской
области. С конца 50-х годов участвует в многочисленных
айтысах и вскоре становится самым популярным поэтом
во всем Семиречье. В состязаниях с Кантарбаем и султаном
246 247
Тезеком он воспевает народных защитников, поднимает
социальные проблемы, осуждает неправедные поступки
правителей. Поэтический язык его живой и образный. Суинбай
воспитал своих наследников, продолживших традиции поэта,
среди которых выделился позже Жамбыл.
Музыкальное искусство занимало большое место
в духовной культуре и социально-общественной жизни
казахского народа. Получает развитие инструментальная
музыка, преимущественно домбровая. Среди десятков
музыкальных инструментов наиболее распространенными
были домбра, кобыз, сыбызгы, сырнай. Происходит развитие
региональных школ с определенными традициями – в Западном
Казахстане традиция кюйши Баламайсана.
В конце XVIII- начале XIX вв. творили композиторы
Жанторе и Богда. Хан Младшего жуза Жанторе создал
выдающийся кюй «Шалкыма», а Богда «Боз тобе».
В первой половине XIX в. в Западном Казахстане творили
композиторы – кюйши: Байжума, Узак, Аренжан, Мусирали,
Кошкар, Есжан. Они подготовили почву для возникновения
таких гениев, как Курмангазы, Даулеткерей.
В Северо-Западном Казахстане были широко известны
имена Тореш, Орынбай, Усен. На северо-востоке, в
сарыаркинских кочевьях, распространили свое искусство
домбристы Куандык, Али, их традиция дала казахской музыке
Таттимбета.
В Семиречье были известны своим творчеством Есим и
Сарша, а на юге Казахстана – Шолак и Алзак. Из композиторов-
песенников выделился Сегиз-сери Бахрамулы (1818–1854).
Заметный след политических событий этой эпохи дошел до
нас с кюем «Арынгазы».
Материальная культура. Среди казахов получили
развитие ремесла: ткачество, валяние войлока, обработка
дерева, кожи, металла, кости и рога, др.
Жилище. Основным жилищем казахов оставалась
войлочная юрта, деревянный остов которой состоял из:
шанырака – вершины купола; уыков – купольных жердей;
кереге – раздвижной решетчатой основы. В первой половине
XIX в. еще ставили 12, 15, 18-канатные юрты-ставки. Особым
богатством отделки и убранства отличались парадные юрты.
Уникальной в художественном отношении была юрта,
сделанная по заказу хана Жангира и преподнесенная им
Николаю I во время его коронации. Юрта, преподнесенная
зайсанскими казахами князю Николаю Николаевичу, была
вышита шелком, серебром и золотом. Все жерди были
отделаны бляхами из серебра. Богатыми были юрты Шынгыса
Уалиханулы и Арынгазы Ханкожаулы, показанные в 1867 г. на
выставке при Московском университете. Особенно красиво
убранными были свадебные юрты. Парадные юрты готовились
также по случаю асов – г одовых поминок.
В зимовках возводились постоянные типы казахских жилищ
– наземные прямоугольные дома из дерева, сырцового кирпича
и камня, а также полуземлянки и юртообразные строения. В
лесных районах – деревянные шестигранные строения, избы
русского типа. В северных и западных районах Казахстана
состоятельные люди имели бревенчатые многокомнатные
дома, на сооружение которых нанимали русских мастеров.
Национальная одежда. В национальной одежде и пище
сохранялись древние традиции:
из меха и шкур животных шили разнообразные шубы – тон,
ишик, жаргак;
из козьих шкур выделывали замшу и шили из нее халаты –
жаргак;
халат из тонкого белого войлока – каттау, а из шелка и
сукна – шапан;
из верблюжьей шерсти скатывали шекпен, один из видов
казахских плащей;
женская приталенная безрукавка – камзол;
девичья нарядная бобровая шапка – камшат борык;
зимой мужчины носили тымак – лисий т реух;
богатый головной убор невесты – саукеле, это высокая
конусообразная шапка, украшенная драгоценными камнями,
кораллами, жемчугами, золотом и с еребром;
через год замужества женщины носят желек, упрощенное
саукеле, а по сле рождения детей – кимешек;
распространенными были мужские шляпы – калпак, телпек;
красивыми и разнообразными были пояса мужчин и
248 249
женщин – белдик, белбау. Мужские пояса имели подвески:
кошелек, пороховницу, кресало, трут, футляр для ножа.
Наборные пояса, украшенные костяными и металлическими
накладками – кис е;
обувь также была разнообразной: саптама – мужские
высокие кожаные сапоги; етик, маси, кебис и др.
5. Культура Казахстана во второй половине XIX в.
Присоединение Казахстана к России привело к тому,
что с целью изучения географии, природных ресурсов,
экономики, истории, этнографии сюда стали приезжать
ученые, путешественники. В XIX в. среди исследователей
Казахстана были ученые с мировой известностью, такие как
П. П. Семенов-Тянь-Шанский (1827–1914), глава Русского
географического общества. Он исследовал Центральный
Тянь-Шань, путешествовал по Алтаю, Семиречью, Средней
Азии. Под его руководством было составлено и издано
многотомное исследование «Россия. Полное географическое
описание отечества». Два тома из них: «Киргизский край» и
«Туркестанский край» посвящены Казахстану и Средней Азии.
Здесь описаны географические условия, природные богатства,
история, быт казахов. Также изучали географию, флору, фауну
Казахстана, его природные ископаемые Н. А. Северцев, И. В.
Мушкетов. Большой вклад в изучение края внес востоковед,
тюрколог, этнограф, академик Петербургской академии В. В.
Радлов (1837–1918). Он изучал обычаи, обряды, фольклор
народов Алтая, северных областей Казахстана, обследовал
Семиречье. Его публикации «Образцы народной литературы
тюркских племен» содержат казахские сказки, эпические
произведения, лирику. Также известный ученый-востоковед,
археолог, лингвист, академик В. В. Вельяминов-Зернов
(1830–1904) в книгах «Исследование о касимовских царях
и царевичах», «Исторические сведения о киргиз-кайсаках»
осветил многие узловые вопросы истории Казахстана.
Историю края изучали А. И. Добромыслов, Н. Н. Аристов, М.
Красовский и другие. Сбором данных по истории, этнографии,
географии также занимались офицеры Генерального штаба,
чиновники русской администрации, политические ссыльные.
В развитии культуры и общественной мысли в Казахстане
во второй половине XIX в. важную роль сыграли научные
общества и культурно-просветительные учреждения. Отделы
Русского географического общества были открыты в Оренбурге
(1868), в Омске (1877), затем подотдел в Семипалатинске,
а в 1897 г. – отдел в Туркестане. Они издавали сборники,
где публиковались материалы по истории, этнографии,
географии. В них сотрудничала казахская интеллигенция,
например, членом-корреспондентом Оренбургского отделения
географического общества был И. Алтынсарин, который
публиковал в его сборниках свои исследования.
Во второй половине XIX века в Казахстане были созданы
областные статистические комитеты, которые публиковали
«обзоры» областей, содержащие материалы по статистике,
истории, этнографии, культуре. Например, в работе
Семипалатинского областного статистического комитета
принимал участие Абай Кунанбаев. Изучением Казахстана
занимались и другие научные организации: Общество
сельского хозяйства, любителей археологии и истории Востока,
любителей естествознания, антропологии и востоковедения.
В Казахстане стали открываться общественные библиотеки.
Одна из первых публичных библиотек была открыта в 1883 г.
в Семипалатинске.
Общественный прогресс и сопутствующие ему
общественное движение, преобразования в законодательстве
оказали влияние на дело просвещения в национальных окраинах.
Во второй половине XIX в. необходимость в подготовке
переводчиков для системы управления, нехватка служащих для
нужд хозяйственной и чиновничьей администрации требовали
увеличения русско-казахских школ. Русско-казахские школы,
открытые в 1861 г. в Троицке, Оренбурге, форте Казалинска
пытались привлечь на учебу казахскую молодежь. Школы
в Казалы и Перовске были реорганизованы в училища, где
были преподаватели, получившие образование в Казани и
Петербурге.
Слабо развивалось женское образование. Лишь благодаря
стараниям И. Алтынсарина в 1887 г. было открыто женское
училище в Иргизе. В 1890–1896 гг. открылись русско-казахские
250 251
женские училища в Тургае, Кустанае. Карабутаке, Актюбинске.
Первыми профессиональными учебными заведениями были
Туркестанская учительская семинария, основанная в 1879 г.
и Казахская учительская школа, открытая в Орске в 1883 г.
Позже были открыты учительские семинарии в Актюбинске,
Верном, Семипалатинске, Уральске. За весь дооктябрьский
период они подготовили 300 учителей-казахов. Также в XIX в.
были открыты сельскохозяйственная и фельдшерская школы,
но не было ни одного высшего учебного заведения.
В конце XIX в. в Казахстане сложилась следующая система
просвещения:
— начальные учебные заведения: приходские школы,
прогимназии (гимназии с неполными классами), смешанные
русско-казахские, аульные и школы грамотности;
— средние учебные заведения: реальные училища, женские
и мужские гимназии, учительские семинарии;
— учебные заведения со специальной подготовкой: казахские
учительские школы, сельскохозяйственные, фельдшерские
школы, Тургайская ремесленная школ, Уральская специальная
школа по подготовке учеников для ремесленного промысла,
Омское механико-техническое училище, Гурьевская школа по
обучению мореплаванию. Учительские институты, открытые в
1872 г. в Омске и в 1879 г. в Ташкенте по организации учебного
процесса, были отнесены к средним учебным заведениям
России.
К концу XIX в. учебных заведений с русским языком
обучения насчитывалось: 2 восьмиклассные мужские гимназии;
2 семиклассные женские гимназии; восьмилетняя военная
гимназия в Верном; шести-, семи- и восьмиклассная мужская
гимназия Уральского реального училища; четырехклассная
мужская и пятиклассная женская гимназия в Семипалатинске.
Существовали церковно-приходские школы, воскресные школы
грамотности. Несмотря на противодействия царизма, большую
роль в обучении молодежи сыграли мусульманские мектебы и
медресе. Всемерное противодействие царского правительства
получению образования в мектебах и медресе было одним
из проявлений борьбы против распространения исламской
религии в Средней Азии и Казахстане. В чисто мусульманских
учебных заведениях с религиозным содержанием обучения
изучались и «гражданские предметы». Например, в крупных
медресе – высших исламских учебных заведениях, изучали
следующие предметы: фараиз – закон о наследовании и разделе
имущества; усул-фиких – исследование мусульманских
законов; хикмет – энциклопедия исторических, философских и
естественных наук; наху – грамматика арабского языка; акаид
– догматика; монтик – логика; арифметика, русский язык и др.
Недостатки системы образования: 1) нехватка
образованных учителей; 2) тяжелые бытовые условия; 3)
низкая оплата труда; 4) нехватка учебных пособий и книг; 5)
несоответствие зданий школ требованиям.
Во второй половине XIX века жили и творили выдающиеся
представители казахской культуры Ш. Уалиханов, И.
Алтынсарин, А. Кунанбаев.
Шокан Уалиханов (1835–1865) – историк, географ,
этнограф, мыслитель, путешественник. Родился в крепости
Кушмурун, до 12 лет обучался в частной школе, в 1847 г.
поступил и в 1853 г. окончил Сибирский Кадетский корпус
в Омске в звании корнет армейской кавалерии. В 1855 году
в качестве адъютанта генерал-губернатора Западной Сибири
Гасфорта он принял участие в поездке от Омска до Заилийского
Алатау, где закладывалось укрепление Верное. Во время этой
поездки он собрал и обобщил богатый материал по истории,
религии, обычаям, фольклору казахов. В 1856 г. он принял
участие в экспедициях от Ала-Куля до Иссык-Куля, а также
в Кульджу. По результатам этих путешествий он написал:
«Дневник поездки на Иссык-Куль», «Записки о киргизах».
Он записал отрывки из знаменитого киргизского эпоса
«Манас», а по результатам поездки в Кульджу – «Западная
провинция Китайской империи и г. Кульджа». В феврале
1857 г. он был избран действительным членом Русского
географического общества. В 1858–1859 гг. Ш. Уалиханов
впервые после Марко Поло побывал в Кашгаре, где собрал
уникальный исторический, этнографический материал,
уникальные реликвии: рукописи, грамоты, предметы
искусства. Результатом этой поездки стал капитальный труд «О
состоянии Алтышара или шести восточных городов Китайской
252 253
провинции Нан-Лу (Малой Бухарии)».
1856–1861 гг. – время пребывания его в Петербурге. Он
работал в Военно-учетном комитете Генерального штаба,
Азиатском департаменте, Географическом обществе. Здесь
он поддерживал связи с востоковедом В. В. Григорьевым,
В. В. Вельяминовым-Зерновым, А. Н. Бекетовым, В. П.
Васильевым, писателем Ф. М. Достоевским, дружба с которым
продолжалась еще с Семипалатинска. Он общался с поэтами
А. М. Майковым, Я. П. Полонским. Весной 1861 г. он тяжело
заболел и вынужден был вернуться. 10 апреля 1865 г. в ауле
Тезека в урочище Коген-Тоган он скончался.
Ш. Уалиханов оставил богатое научное наследие, в
которое, помимо уже названных работ, вошли также: «Аблай»,
«Киргизское родословие», «Вооружение киргиз в древние
времена и их военные доспехи», «Записки о судебной реформе»,
«О мусульманстве в степи», «Следы шаманства у киргизов»,
«О кочевьях киргиз» и другие. Он оставил многочисленные
зарисовки, эскизы, наброски, рисунки. Его вклад в науку
заключается в том, что он значительно уменьшил белые пятна
в русской и мировой науке о практически малоизученных в
то время таких регионах Центральной Азии, как Семиречье,
Кыргызстан, Восточный Туркестан. Он собрал уникальный
материал по истории, этнографии, фольклористике, литературе,
политическому, социальному и экономическому развитию этих
земель.
Он одним из первых ввел в научный оборот такой пласт
исторических источников, как казахский и кыргызский
эпос, фольклор. Ему принадлежит приоритет в постановке и
разрешении ряда узловых проблем истории тюркских народов,
таких как этногенез, социальная структура, политическое
положение, национально-освободительная борьба, роль
ислама в их жизни.
В рассматриваемый период активно творил казахский
просветитель, общественный деятель, педагог Ибрай
Алтынсарин (1841–1889). Казахский просветитель И.
Алтынсарин ученый в области педагогики, этнографии,
фольклористики. Он был создателем в Казахстане начальных
и профессиональных учебных заведений. Им было написано
учебное пособие «Киргизская хрестоматия» и др. труды.
Рано потеряв отца, он воспитывался у своего деда,
известного бия. войскового старшины Оренбургской
пограничной комиссии Балхожи Жанбурчина. Затем учился
в казахской школе при Пограничной комиссии. Ибрай
Алтынсарин – ученый в области педагогики, этнографии,
фольклористики. Он явился создателем в Казахстане
начальных и профессиональных учебных заведений. Благодаря
его стараниям были открыты в крае женские, ремесленные,
сельскохозяйственные училища. В 1879 г. он был назначен
инспектором школ Тургайской области. Им были написаны
учебные пособия: «Киргизская хрестоматия», «Начальное
руководство к обучению киргизов русскому языку»,
опубликованы отрывки из казахского эпоса «Кобланды-
батыр», «Жанибек-батыр», материалы по истории «Кыпчак
Сейткул», «Байулы» и другие. По этнографии в «Записках»
Оренбургского отдела Русского географического общества он
опубликовал статьи «Очерк обычаев при сватовстве и свадьбе
у киргизов Оренбургского ведомства», «Очерк обычаев при
похоронах и поминках у киргизов Оренбургского ведомства».
Путь к прогрессу своего народа он видел в про свещении.
Во второй половине XIX в. продолжало развиваться
устное народное творчество. Темами его были исторические
события, героические личности, родовые отношения, любовь.
Всенародное признание получили такие акыны как Шоже,
Шортанбай, Суюнбай, Жамбыл, Сара и другие.
Наряду с развитием устного народного творчества
развивалась и письменная казахская литература. Выдающимся
ее представителем был Абай Кунанбаев (1845–1904). Абай
Кунанбаев – великий поэт, основоположник классической
письменной литературы, мыслитель. На формирование его
творчества оказали влияние устное народное творчество,
восточная поэзия, произведения А. С. Пушкина, М. Ю.
Лермонтова, М. Е. Салтыкова-Щедрина, Л. Н. Толстого, чье
творчество он почитал. Он был знаком с политическими
ссыльными русского освободительного движения: Е. П.
Михаэлисом, А. Леонтьевым, С. Гроссом, Н. Долгополовым.
Абай родился в Чингизских горах Семипалатинской
254 255
области в семье старшины рода тобыкты. Первоначальное
образование получил дома, а затем в медресе. Он был знатоком
обычаев, традиций казахского народа. Абай соединил в себе
устное народное творчество, восточную поэзию и русскую,
европейскую классическую литературу. В 1886 г. он написал
стихотворение «Лето» и последующие годы жизни его прошли
в поэтическом творчестве.
В богатом литературном наследии Абая значительное
место занимают переводы. Он перевел на казахский язык
произведения М. Лермонтова, А. Пушкина. Абая называют
«лицом казахского народа». Он обладал не только поэтическим,
но и глубоким философским мышлением. Наиболее полно его
философские взгляды отражены в прозаическом произведении
«Гаклия», где в виде афоризмов, притч, философских
миниатюр представлена квинтэссенция проблем и достижений
казахского народа.
В рассматриваемый период в Казахстане издавались газеты
«Акмолинские областные ведомости», «Киргизская газета»,
«Оренбургский листок» и другие. 28 апреля 1870 г. вышел в
свет первый номер газеты «Туркестан уалаяты» на казахском и
узбекском языках.
Развивалось музыкальное искусство. Всеобщее признание
получили народные композиторы: Курмангазы Сагырбаев,
Даулеткерей Шигаев, Таттимбет Казангапов, Ыхлас Дукенов,
Биржан-сал Кожагулов, Жаяу Муса Байжанов, Акан-сере
и другие. Гениальный композитор Курмангазы Сагырбаев
(1818–1889гг.) посветил свою жизнь борьбе за справедливость,
он подвергся гонениям и притеснениям, которые не сломили
его. Сохранилось 60 кюев Курмангазы, в том числе такие как
«Сарыарка», «Балбыраун», «Турмеден кашкан» и другие.
Русские художники, которые побывали в Казахстане, в
ряде своих произведений отразили его природу, жизнь народа.
Это рисунки и картины Т. Г. Шевченко, в 1847–1857 годах
отбывавшего здесь ссылку: «Казах на лошади», «Казахские
дети – байгуши», «Пастух», «Казахское стойбище на Кос-
Арале» и другие.
Важное место теме Казахстана было отведено в творчестве
русского художника В. Верещагина. Ему принадлежат
картины «Озеро Алакуль», «В горах Алатау», «Окружающие
Лепсинский край горы». Особое место занимают картины В.
В. Верещагина, который в конце 60-х– начале 70-х гг. XIX в.
посетил Туркестан и написал свою знаменитую Туркестанскую
серию «В горах Алатау», «Мечеть Хазрета Ясави» и другие.
Развивалось декоративное оформление домашнего
убранства, украшение жилищ, домашней утвари, одежды,
других изделий из шкур, кожи, войлока, металла, дерева,
камня, превращая их в произв едения искусства.
Таким образом, социально-экономическое и культурное
развитие Казахстана во второй половине XIX веке во многом
было обусловлено окончательным превращением края в
колонию Российской империи.
256 257
УСТАНОВЛЕНИЕ СОВЕТСКОЙ ВЛАСТИ И
ГРАЖДАНСКАЯ ВОЙНА В КАЗАХСТАНЕ
1. Революция и Гражданская война (1917–1920-е годы)
К осени 1917 года в Казахстане произошел сдвиг
политических настроений народных масс в сторону
большевиков. Большинство бедных слоев населения все более
сплачивалось вокруг большевиков и их союзников. Положение
трудящихся масс ухудшалось, голод охватил целые районы
Сырдарьинской и Семиреченской областей. В сентябре–октябре