3 глава

0
165

Свершилось. Рок рукой суровой
Приподнял завесу времен.
Пред нами лики жизни новой
Волнуются, как дикий сон.

(В. Брюсов, «Последняя война»)

 

Глава II

О превентивном ударе

 

 

Подумаем над изложенной Мильштейном информацией.  Он утверждает, что Израиль находился раньше и теперь в плену ошибочной концепции, которую он формулирует так: у Израиля нет возможности победить военным путем.    Следовательно, правильная концепция  должна заключаться в том, чтобы  сломать врагу хребет и вышибить из него воинственный дух, одержать победу, подобную триумфу союзников над нацистской Германией.  То есть, проще говоря, Армии обороны Израиля нужно было сразу отмобилизовать все войска и нанесли превентивный удар по скоплению египетских войск, а затем перенести войну за Суэцкий канал, вглубь египетской территории.  И, одновременно с этим, разделаться и с Сирией, неожиданно обрушившись с Голанских высот прямо на Дамаск.

При этом совершенно не принимается во внимание тот факт, что Израиль изначально находился не только в международной изоляции, но и под дамокловым мечом – опасностью сокрушающего удара со стороны СССР, находящегося в те времена в зените своего военного могущества.  Поэт Алексей Сурков еще в феврале 1953 года сказал Борису Полевому: «Когда я читаю наши газеты, мне кажется, я попал на территорию, оккупированную Геббельсом!».

История отношений  Израиля с СССР была такова – сначала Сталин поддержал становление Израиля, как государства в противовес Англии.  Благодаря антибританской политике Сталина Израиль получил поддержку при голосовании в ООН и оружие, которое все остальные страны категорически отказывались продать евреям (например, существовало американское эмбарго на поставки оружия Израилю), однако к окончанию боевых действий ситуация уже радикально изменилась. Отношения с Израилем  резко ухудшились, кратковременная поддержка со стороны СССР окончилась, сменившись откровенной ненавистью. Еврейский народ испытал на себе ярость диктатора и  в СССР – убийство Михоэлса в ночь на 13 января 1948 года стало началом страшной террористической юдофобской «пятилетки». Были закрыты еврейские театры в Минске, Киеве, Кишиневе, прекращено издание книг на идише, закрыта еврейская газета «Эйникайт» («Единство»).  В феврале Политбюро приняло решение о роспуске всех объединений еврейских писателей в Москве, Киеве и Минске. В ноябре 1948 года сталинское Политбюро постановило: «…немедленно распустить ЕАК, так как он является центром антисоветской пропаганды и поставляет секретную информацию иностранным разведкам. Органы печати комитета закрыть, дела конфисковать».   26 марта 1948 г. министр госбезопасности В. Абакумов послал Сталину докладную записку: «Министерством государственной безопасности СССР в результате проведенных чекистских мероприятий установлено, что руководители Еврейского антифашистского комитета, являясь активными националистами и ориентируясь на американцев, по существу проводят антисоветскую националистическую работу… Михоэлс и его единомышленники, как выяснено их агентурной разработкой и следствием по делам еврейских националистов, использовали Еврейский антифашистский комитет как прикрытие для проведения антисоветской работы».   Эта записка имела последствия: Еврейский антифашистский комитет был расстрелян в полном составе, за исключением академика Лины Соломоновны Штерн. Много лет я размышляю над тем, как можно назвать палачей, хладнокровно убивших пламенных антифашистов?

13 января 1953 года все центральные газеты СССР под рубрикой «Хроника» поместили следующее сообщение ТАСС: АРЕСТ ГРУППЫ ВРАЧЕЙ-ВРЕДИТЕЛЕЙ.[1] Главный рупор большевистского руководства – газета «Правда» напечатала редакционную статью, где среди всего прочего было написано:

«Большинство участников террористической группы – Вовси, Б. Коган, Фельдман, Гринштейн, Этингер и другие – были куплены американской разведкой. Они были завербованы филиалом американской разведки – международной еврейской буржуазно-националистической организацией «Джойнт». Грязное лицо этой шпионской сионистской организации, прикрывающей свою подлую деятельность под маской благотворительности, полностью разоблачено.

Опираясь на группу растленных еврейских буржуазных националистов, профессиональные шпионы и террористы из «Джойнт», по заданию и под руководством американской разведки, развернули свою подрывную деятельность и на территории Советского Союза. Как показал на следствии арестованный Вовси, он получил директиву «об истреблении руководящих кадров СССР» из США. Эту директиву ему передали от имени шпионско-террористической организации «Джойнт» врач Шимелиович и известный еврейский буржуазный националист Михоэлс.

 

Разоблачение шайки врачей-отравителей является ударом по международной еврейской сионистской организации. Теперь все могут видеть, какие «благотворители» и «друзья мира» скрываются под вывеской «Джойнт».

Вскоре после объявления об аресте «кремлевских» врачей начался новый этап антиеврейской кампании в СССР. Во время борьбы против «космополитов» слово «еврей» почти не упоминалось. Газеты ничего не сообщали о расстреле ведущих деятелей еврейской культуры в СССР в августе 1952 года. С января 1953 года шельмование евреев становится открытым. Термины «сионисты», «бундовцы», «еврейские буржуазные националисты» и «вредители» превращаются в синонимы.[2]  Пожалуй, ни до, ни после евреи в СССР не ощущали к себе такой острой ненависти со стороны советского государства и общества в целом.  Как и прежде, коммунистические пропагандисты связали воедино образ внутреннего врага с врагом внешним.  Но появились и новые моменты: подыгрывая бытовому антисемитизму, «Правда», «Литературная газета» и прочие печатные издания делали акцент на «связи» «врачей-вредителей» с зарубежными еврейскими организациями — «Джойнт дистрибьюшн комити», филиалом Американского еврейского комитета, которым якобы руководили воротилы «Уолл-стрита». «Пражский процесс и сообщение об аресте в Советском Союзе группы врачей-вредителей, — утверждал английский журналист Дерек Картэн, привлеченный агитпропом, — лишний раз подтвердили факт, вскрытый венгерским правительством: «Джойнт» является орудием американской разведки, используемым для подрывной заговорщической деятельности против стран социализма. Недаром он так тесно связан с Уолл-стритом».[3]

Цикл статей, посвященных изображению империалистических связей США с Израилем, деятельности израильских спецслужб, появился на страницах советских газет после взрыва в советской миссии в Израиле. В статье «Террористический акт в Тель-Авиве и фальшивая игра правителей Израиля» подчеркивалось, что взрыв был совершен после того, «как органы государственной безопасности СССР и ряда стран народной демократии обрубили кровавые щупальца международной еврейской буржуазно-националистической организации «Джойнт».[4]

Новый Холокост не состоялся лишь по причине смерти «вождя всех народов».  На некоторое время отношения СССР с Израилем несколько стабилизировались по причине жесткой внутриполитической борьбы в СССР (было не до Израиля, шла грызня за Кремль).  Но когда окончательно победил Н. Хрущев и утвердился в кресле Первого Секретаря, то своим лучшим другом на Ближнем Востоке сделал «социалиста» Насера с его пусть убогим, нацистского типа, но социализмом.

Со времен «революции» в Египте СССР периодически и в грубой форме угрожал Израилю. В 1956 году ТАСС опубликовал ряд сообщений, из которых следовало, что тысячи советских добровольцев осаждают посольство Египта в Москве, добиваясь отправки в эту страну для того чтобы воевать с Израилем, а советское руководство направило Бен-Гуриону ноту, которую он позднее охарактеризовал так: «Это письмо [Булганина] вполне могло принадлежать перу Гитлера…».
В 1967 году, после катастрофического поражения своих арабских союзников,  Советский Союз окончательно разорвал с Израилем дипломатические отношения и заявил о готовности применить соответствующие меры против «интервентов», в том числе пригрозив применением ядерного оружия.[5] Израиль прочно вошел в тройку главных врагов Москвы и «всего прогрессивного человечества», наряду с «империализмом» и «китайским ревизионизмом». Еврейское государство называли не иначе, как «раковой опухолью, пустившей корни в арабскую землю», а сионизм – разновидностью расизма.

 

* * *

 

Американское руководство накануне недвусмысленно предупреждало израильское правительство о том, что первый выстрел в ожидаемой войне не должен быть произведен Израилем, поскольку это может спровоцировать советское вторжение. США в этом случае просто не смогут помочь, поскольку такая помощь может привести к прямому столкновению между сверхдержавами и плавно перерасти в новую мировую войну и ядерный апокалипсис. Можно ли при таких обстоятельствах напасть на противника? К тому же неожиданный всесокрушающий воздушный удар по аэродромам, который столь успешно был применен во время войны 1967 года, невозможно было повторить: поставки противовоздушных ракет из СССР и «Шилок» создали мощный  щит над небом Египта и Сирии.  Еще во время Войны на истощение были сбиты десятки израильских боевых самолетов. Начало войны 1973 года  еще более наглядно это  доказало: за пять первых дней боев ВВС Израиля лишились значительной части своего самолетного парка, однако не сумели помочь в достаточной мере сухопутным войскам. А арабская авиация при этом понесла относительно небольшие потери, особенно в сравнении с Шестидневной войной. Израильские ВВС от полного истребления советскими системами ПВО спасли лишь наступление сухопутных войск (которые уничтожили расположенные на африканском берегу Суэцкого канала египетские ракетные батареи и расположенные вблизи израильской границы сирийские батареи), а также прямая американская помощь. Уже 11 ноября в бой вступили первые F-4 Phantom, вероятно, переданные Израилю из состава палубной авиации Шестого флота США, что отчасти компенсировало потери первых дней войны, когда авиация была вынуждена выполнять несвойственные ей задачи, находясь под убийственным огнем ПВО. Новые «Фантомы» вместо устаревших и малоэффективных ракет AIM-9B получили новейшие ракеты AIM-9E, что серьезно усилило боевую мощь израильских ВВС.

Несмотря на то, что Египет и Сирия подготовили нападение и развязали войну против Израиля, международное сообщество практически единогласно обвинило в агрессии Израиль! Это, конечно, не ново, даже Гитлер в своем политическом завещании обвинил в разжигании мировой войны евреев, а до этого цинично говорил, что если бы евреев не существовало, то их нужно было бы изобрести для того, чтобы списать на них все беды. Марк Твен писал:  «“Все народы ненавидят друг друга и все вместе ненавидят евреев».
Так называемому мировому сообществу было глубоко наплевать на то, что Израиль стал жертвой агрессии, поскольку на протяжении тысячелетий евреев обвиняли во всех грехах, все привыкли к тому, что этот древний народ постоянно выступает в роли «козла отпущения».  Холокост явился потрясением лишь на короткий срок, а потом всё пошло по проторенной дорожке.  До сегодняшнего дня громадное число людей в мире продолжает искренне верить в знаменитый кровавый навет о питии евреями крови детей и прочую средневековую чушь.  Правда, после убийства миллионов ни в чем не повинных европейских евреев во время Холокоста стало немодным величать себя антисемитом.  Поэтому свой антисемитизм «мировое сообщество» прикрыло фиговым листком антисионизма. А что такое сионизм?  Это еврейское национальное движение, ставящее своей целью объединение и возрождение еврейского народа на его исторической родине, в Израиле.  Казалось бы, сионизм прежде всего отвечает чаяниям антисемитов всех стран, которые всегда мечтали о том, чтобы навсегда избавиться от евреев на своей родине. Но когда теория материализовалась в еврейское государство, то выяснилось, что и такой вариант никого не устраивает.  На Государство Израиль с легкой руки недобитого гитлеровца и кровавого погромщика иерусалимского муфтия Амина эль-Хусейни[6] и иже с ним сразу же обрушились новые кровавые наветы, радостно подхваченные юдофобами во всем мире.  Как тут не вспомнить слова величайшего борца с дискриминацией, расизмом и сегрегацией доктора Мартина Лютера Кинга[7]?  В одном открытом  письме он писал:   «…Ты утверждаешь, друг мой, что ты не ненавидишь евреев, что ты лишь «антисионист». А я говорю, дай правде вознестись над вершинами высоких гор, дай ей разнестись по зеленым долинам Земли Господней: когда люди критикуют сионизм, они имеют в виду евреев.

Антисемитизм, ненависть к еврейскому народу, был и остается пятном на душе человечества. В этом мы полностью согласны друг с другом. Так знай так же: антисионист с необходимостью является антисемитом, и так будет всегда. Почему это так? Ты знаешь, что сионизм – ни что иное, как мечта и идеал еврейского народа о возвращении к жизни на своей собственной земле. Еврейский народ, говорит нам Святое Писание, однажды наслаждался процветающим государством в Святой Земле.

Отсюда они были изгнаны римским тираном, теми же римлянами, которые жестоко убили Господа Нашего. Покинувший свою Родину, свою страну обращенной в пепел, принужденный странствовать по миру, еврейский народ то и дело терпел притеснения всех тиранов, которым случалось править над ними. Черный народ, мой друг, знает, что значит испытывать притеснения тирании будучи под правителями, не нами выбранными.

Наши братья в Африке просят, умоляют, ТРЕБУЮТ признания и реализации нашего врожденного права жить в мире при нашей собственной власти в нашей собственной стране.

Как просто должно быть для каждого, кому дорого это неотъемлемое право всех людей, понять и поддержать право еврейского народа жить на их древней земле Израиля. Все люди доброй воли будут радоваться исполнению обещания Господа, что Его народу следует вернуться в радости, чтобы восстановить Его разграбленную страну. Это и есть сионизм, не более и не менее.

А что есть антисионизм? Это отказ еврейскому народу в основополагающем праве, которое мы справедливо требуем для народа Африки и щедро предоставляем всем остальным народам Земли. Это дискриминация евреев, друг мой, за то, что они евреи. Короче, это антисемитизм.

Антисемит радуется каждой возможности излить свою злобу. Время делает непопулярным на Западе открытое изъявление ненависти к евреям. По этой причине антисемит должен постоянно искать новые формы и новые форумы для своего яда. Как должен он наслаждаться, скрываясь под новой маской! Он не ненавидит евреев, он просто антисионист. Мой друг, я не обвиняю тебя в преднамеренном антисемитизме.

Я знаю, ты испытываешь, как и я, глубокую любовь к истине и справедливости и отвращение к расизму, предубеждениям и дискриминации. Но я знаю, что ты, как и многие другие, введен в заблуждение, что ты можешь быть антисионистом и все же оставаться верным тем душевным принципам, которые мы с тобой разделяем. Дай моим словам отразиться в глубине твоей души: когда люди критикуют сионизм, они имеют в виду евреев — не ошибайся в этом».  Напомню лишь, что за свое мировоззрение доктор Кинг расплатился жизнью – в 1968 году его хладнокровно застрелил снайпер…

 

В критические дни войны 1973 года правительства всех западноевропейских стран, кроме Португалии, запретили самолетам американских ВВС, обеспечивавшим «воздушный мост» с подвергшимся неспровоцированному нападению Израилем, приземляться для дозаправки на их территории.  Уже после войны Голда Меир презрительно сказала о лидерах «свободного мира», что «их рты были забиты нефтью».

Нефти у Голды не было[8], лишенный полезных ископаемых и развитой промышленности, Израиль того времени обладал лишь одним достоинством: имел ярко выраженную антисоветскую ориентацию, что делало его союзником США в Холодной войне.  Так как Египет и Сирия уже давно являлись советскими сателлитами и, следовательно, врагами США,  то американцы постепенно избавились от предубеждений и начали продавать Израилю свое современное оружие, в том числе и прекрасные боевые самолеты. В ноябре 1971 года Израиль и США заключили соглашение, в соответствии с которым Израиль получил право самостоятельно производить по лицензии некоторые виды американского оружия, боеприпасов, военного снаряжения и боевой техники. Однако произошло это не сразу, а постепенно, в основном после победы Израиля в Шестидневной войне, когда Армия обороны Израиля доказала свое абсолютное превосходство на поле боя.  Однако за спиной арабских государств стоял Советский Союз и весь коммунистический блок, всемерно поддерживая своих союзников на Ближнем Востоке.   После поражения арабов в 1967 году более 30 000 советских солдат и офицеров постоянно находилось в зоне конфликта, принимая непосредственное участие в боевых действиях:  сбивая израильские самолеты, топя корабли, совершая диверсионные рейды вглубь израильской территории. В марте 1971 года в Египет на грузовых самолетах Ан-22 «Антей» были доставлены четыре самолета-разведчика МиГ-25РБ.

МиГ-25РБ — одноместный всевысотный самолет оперативной разведки — бомбардировщик, создан по приказу МАП от 29 января 1970 г. на базе разведчика МиГ-25Р и предназначен для ведения воздушной фото- и радиотехнической разведки и нанесения ударов по площадным наземным целям.

Машины пилотировались советскими летчиками-испытателями и выполняли разведывательные полеты над Синаем на высотах 17-23 километра со скоростью 2,5-2,8М. Был произведен даже  успешный разведывательный полет над Тель-Авивом! Все попытки перехвата этих самолетов израильскими ВВС И ПВО были безуспешны, они казались неуязвимыми.

Ан-22 «Антей»

Когда 18 июля 1972 года Анвар Садат объявил о высылке из страны советских военных советников, то этот шаг был неверно истолкован в Израиле как лишающий Египет защитного советского «зонтика» из систем ПВО и сверхновых реактивных истребителей Миг-25,  а значит – наносящий непоправимый урон военной мощи Египта.  О том, что именно в это время Египет начнет разработку плана внезапного нападения на Израиль, никто из израильского руководства не мог и помыслить: если с прямым участием советских войск ничего не удалось добиться, разве разумно будет атаковать в одиночку?  Голда Меир в своих показаниях комиссии Аграната признавалась, что недооценивала Садата, считая его непоследовательным и слабым лидером, неспособным на решительные действия, тем более на полномасштабную войну.   Когда же выяснилось, что все это было лишь игрой, частью тщательного плана Садата, направленного на усыпление бдительности израильского руководства, то Голда Меир была потрясена и призналась, что ей теперь впору попросить извинения у Садата за неправильную оценку масштаба его личности.

Советские инструкторы вполне справились с поставленной перед ними задачей и очень неплохо обучили обращению с современным оружием египетских и сирийских солдат.  Поток этого оружия не прекращался ни на минуту, насыщая разгромленные в Шестидневной войне арабские войска ещё более мощной техникой, чем раньше.  Кроме того, страны коммунистического блока помогли арабским странам окончательно испортить имидж Израиля на международной арене.  Обладая громадным опытом фальсификации фактов, они пошли проторенной дорожкой, называя черное белым, называя Израиль агрессивной империалистической страной, что имело крайне негативные последствия для еврейского государства.  Даже когда в 1973 году всем было очевидно, что именно арабы начали войну против Израиля, Генеральный секретарь ЦК КПСС Леонид Ильич Брежнев 9 октября 1973 года заявил:  «Ответственность за нынешнее развитие событий на Ближнем Востоке и их последствия целиком и полностью ложится на Израиль…». Советник Брежнева А.М. Александров-Агентов писал, что когда арабы стали проигрывать, в СССР были демонстративно приведены в боевую готовность десантные дивизии, а несколько находившихся в Средиземном море советских военных кораблей начали движение в сторону Египта. Можно предположить, что если бы Израиль начал первым, то эти дивизии могли быть немедленно переброшены в Египет и Сирию.  Но и без этого положение было ужасным, поставки оружия и боеприпасов из СССР поражали воображение: «К 12 октября воздушный мост достиг грандиозных размеров, от 60 до 90 советских самолетов в сутки прибывали на египетские и сирийские аэродромы».[9]  А что было бы с Израилем без поставок американского оружия?  Ведь с Францией отношения были испорчены, Англия также не являлась союзником еврейского государства.   А больше качественного оружия в необходимых количествах никто в мире не производил.

В 1973 году война между Израилем и арабами переросло в полнокровное противостояние двух сверхдержав.  В ночь с 11 на 12 октября израильские ракетные катера потопили в сирийском порту Тартус советское судно «Илья Мечников» — турбоход водоизмещением в 11200 тонн и скоростью в 14 узлов, который был построен на французских верфях и плавал в составе флота Азовского пароходства.  Ответом было «Заявление ТАСС», где в жесткой форме руководству Израиля было сказано, что СССР не потерпит подобных действий и агрессоры ответят за свои действия: «Если правящие круги Израиля полагают, что их действия в отношении мирных городов и гражданских объектов Сирии и Египта останутся безнаказанными, то они глубоко заблуждаются. Агрессия не может оставаться безнаказанной, и агрессор  должен понести суровую ответственность за свои действия…

…Советский Союз не может безучастно относиться к преступным актам израильской военщины, в результате которых имеются жертвы и среди граждан, находящихся в Сирии и Египте, и требует немедленного прекращения бомбардировок мирных городов Сирии и Египта, строгого соблюдения Израилем норм международного права, в том числе в отношении свободы судоходства. Продолжение преступных действий Израиля поведет к серьезным последствиям для самого Израиля».

Израиль принес официальные извинения, они не были приняты, а советский посол в Вашингтоне яростно обрушился на администрацию США  за нападение и развертывание американских судов в восточном Средиземноморье. Начиная с 16 октября, все корабли советского ВМФ в Средиземном море были приведены в состояние полной боевой готовности. Более того, в этот же день советский тральщик «Рулевой» в порту Латакия открыл огонь на поражение и сбил израильский «Фантом». Были и другие случаи прямого вовлечения советских вооруженных сил в конфликт.  19 октября командующий 6-м флотом адмирал Дэниел Мурфи направил официальное послание советскому адмиралу Волобуеву, что советские корабли нарушают соглашение о предотвращении инцидентов в открытом море от 1972 года,  нацеливая свое оружие на американские корабли. Из штаба Пятой советской эскадры пришел ответ: американские реактивные самолеты и вертолеты также выполняют аналогичные действия в нарушение указанного соглашения, так что критика неуместна.  Ситуация быстро накалялась, США, в ответ на приведение в боевую готовность семи наиболее боеспособных советских дивизий ВДВ,  привели в боеготовность свои ядерные силы – после вторжения советских войск в Чехословакию в 1968 году все на Западе были убеждены, что с СССР шутки плохи. Поэтому действовали быстро и решительно.  Писатель Леонид Млечин прямо указывает на то, что ядерная война не началась только лишь благодаря доброй воле Брежнева, который сумел охладить воинственный пыл своих генералов и постепенно нормализовал отношения с США.

21 февраля 1973 года израильскими ВВС был сбит самолет ливийской гражданской авиакомпании, нарушивший воздушное пространство Израиля. Несмотря на то, что самолет сбили после многочисленных предупреждений, оставшихся без внимания,   Совет Безопасности ООН осудил Израиль, сочтя это актом воздушного пиратства.  А ведь незадолго до этого инцидента египетские ВВС сбили  гражданский самолет эфиопской компании, нарушивший воздушное пространство – и никто в мире не осудил за это Египет! В отношении Израиля давно и последовательно проводилась (и перманентно проводится до сих пор!) политика двойных стандартов.  Осуждающие Израиль резолюции Совета Безопасности ООН после Шестидневной войны и до 1973 года принимались 18 раз!    Когда уже давно завершилась война 1973 года, а именно – в ночь с 10 на 11 ноября 1975 года, Генеральная Ассамблея ООН 72 голосами «за», при 35 «против» и 32 воздержавшихся приняла резолюцию №3379, объявлявшую сионизм формой расизма. Несомненно, если бы Израиль начал мобилизацию в полном объеме или того хуже – открыл огонь первым, то принятие этой резолюции состоялось бы раньше.

У Израиля был лишь один союзник – США, портить отношения с Америкой было бы самоубийством для еврейского государства.   И вот почему – начальник генштаба Давид Элазар в разгар боевых действий признал: «Мы каждое утро расходуем боеприпасы, поступившие вчера из США.  Запасы ЦАХАЛа мы израсходовали давно».

 

Голда Меир пишет в своих мемуарах «Моя жизнь»: «…я  знаю всё, что  говорится  о преимуществах превентивного удара, но я против. Никто из нас не  знает,  что  готовит  нам будущее, но, возможно,  что нам понадобится помощь, а если мы нанесем первый удар, то  никто ничего нам не даст. Я бы очень  хотела сказать  «да», потому что  понимаю, что это означало бы для нас,  но с тяжелым сердцем я вынуждена сказать «нет».

 

Поэтому ни о каком превентивном ударе и речи быть не могло: маршал Гречко[10] немедленно (возможно, даже не дожидаясь санкции Брежнева) отправил бы десант на спасение своих арабских друзей, а у США не было бы ни морального права, ни желания ввязываться в конфликт.

Здесь стоит вспомнить о том, что США к этому времени окончательно выдохлись во Вьетнаме. Вот свидетельство одного из американских офицеров: «… наша армия во Вьетнаме находится на грани крушения. Целые подразделения избегают встречи с неприятелем или отказываются идти в бой, рядовые под воздействием наркотиков убивают офицеров и сержантов и пребывают в подавленном или возбужденном и близком к мятежу состоянии».[11] Война обошлась народу США в 350 миллиардов долларов, погибло 58 000 американцев.  СССР, заинтересованный в поражении США,  не скупился на расходы, поставки оружия и боеприпасов во Вьетнам росли и достигли к 1971 году двух миллионов долларов В ДЕНЬ!  Коммунистические лидеры Вьетнама не жалели людей, одно лишь «Пасхальное» наступление войск Северного Вьетнама обошлось им более чем в 100 000 убитых, но американское командование было просто в отчаянии.  Было очевидно, что Сайгон проигрывает войну. Настроение в американском обществе было единодушным, все считали, что из Вьетнама нужно уходить, повсюду проходили антивоенные марши, происходили столкновения с полицией.  Впоследствии это явление получило название «вьетнамский синдром» – когда люди верили в идеалы своей страны и были патриотами, но при этом осуждали жестокость солдат по отношению к вьетнамцам и испытывали отвращение к войне вообще. Президент Никсон писал: «Вьетнамская война осложнялась такими факторами, которые никогда ранее не присутствовали при ведении Америкой войны… Сенаторы и конгрессмены, члены кабинета и журналисты, которые ранее поддерживали войну, теперь пополняли ряды антивоенных сил».  Под угрозой оказались  даже доминирующие во всем мире прежде экономические позиции Америки, отчетливо наметилась политическая изоляция США в мире.  Вскоре после вступления в должность президент Никсон четко обозначил свой внешнеполитический курс: «Америка не может и не будет разрабатывать все планы, все программы, выполнять все реше­ния и брать на себя в полном объеме военное бремя государств свободного мира. Мы станем оказывать помощь лишь в тех случаях, когда она может дать результаты и когда это будет отвечать нашим собственным интересам».  Все это привело к тому, что США в конце концов вывели войска, после чего их союзники из Сайгона стали жертвой коммунистов.  Киссинджера и так во всем мире называли «вьетнамским людоедом», неужели он мечтал еще и о том, чтобы получить прозвище «людоед Ближнего Востока»?  Если бы Израиль нанес упреждающий удар, то вряд ли общественное мнение в пораженной пацифизмом Америке было бы на стороне еврейского государства. Никакой помощи Израиль не получил бы, им вполне достаточно было того, что американская армия по уши увязла во вьетнамском болоте.  В недавно опубликованных показаниях Голды Меир комиссии Аграната премьер-министр четко донесла свои соображения: «Если бы мы первые начали в 1973-м, нам точно никто бы не помог и еще неизвестно, сколько бы наших сыновей погибло от того, что им не хватило бы вооружения для окончательной победы».

 

 

Голда Меир пишет: «…первые два-три дня  только горстка храбрецов  стояла между  нами  и  катастрофой.  И  нет  у  меня  слов, чтобы выразить, сколь  многим обязан народ Израиля  этим мальчикам  на канале и на Голанских высотах. Они дрались и умирали, как львы, но вначале у них не было никаких шансов».  Но не было шансов и  у Голды, она вполне осознанно подставила армию под удар, чтобы в этот раз еврейское государство выглядело как страна, подвергшаяся неспровоцированной агрессии. Это было вынужденное решение и в целом правильное: по крайней мере, хоть Америка пусть и с задержкой, но поддержала Израиль, послав необходимое оружие и боеприпасы.  В отношении других стран у Голды, вероятно, никогда не было иллюзий. Она помнила, как  5 июля 1955 года, излагая свой взгляд на отношение к евреям в мире на заседании Генерального штаба Армии обороны Израиля, ее учитель и босс, первый премьер-министр Израиля Бен-Гурион говорил: «Существует первый блок, который хочет нас уничтожить, – это блок арабских стран. Второй блок не готов нас уничтожить, но хочет помочь арабам в войне против нас: к нему относится большинство исламских наций. Затем существует третий блок, включающий такие страны, как Индия, который ничего не имеет против нас, но по ряду причин не хочет признать факт нашего существования. Есть также четвертый блок, который признаёт Государство Израиль, но отрицает существование евреев как нации, – это коммунистический блок. И, наконец, существует пятый блок, который признаёт Государство Израиль и существование еврейского народа, но не особенно озабочен проблемами его выживания: это все остальные. Ведь народы мира не обязаны заботиться о евреях»В этом определении поменялась лишь роль СССР, который стал злейшим врагом наряду с арабами.

 

Второй момент – Мильштейн пишет о том, что якобы египтяне не скрывали своих намерений: было ясно, что они готовятся к войне. Почему? Быть может, это была лишь «игра мускулами»? Голда Меир в мемуарах пишет: «Кое-что их (руководителей армии – М.Б.) беспокоило, но общая оценка оставалась прежней: нам не угрожает объединенное сирийско-египетское нападение, и маловероятно,  что Сирия  решится выступить одна. Передвижения египетских войск на юге вызваны, скорее всего, маневрами, которые всегда тут происходят в это время года, а наращивание и передвижение войск  на  севере  объяснялось так же, как и раньше.  Переброска  нескольких сирийских  воинских частей с сирийско-иорданской границы за неделю перед тем объяснялась как результат детанта между  Сирией и Иорданией и  дружественный жест Сирии  по отношению к Иордании. Никто тут не  считал, что надо призвать резервистов,  и  никто  не  думал,  что  война  неизбежна».

Даже в документах, которые Мильштейн представил в доказательство своей правоты, говорится: «В докладе разведотдела Генерального штаба, представленном в начале 1973 года, говорилось: «Египет не имеет реальных шансов на военную победу как сейчас, так и в обозримом будущем. Они знают это и поэтому не начнут войну».  18 апреля 1973 года начальник разведотдела сказал на совещании «на кухне»[12] у Голды: «Русские против войны, потому что они будут в проигрыше от поражения Египта».  Асад как командующий сирийской авиацией умен и логичен. Он знает, что со стратегической точки зрения у него нет шансов».

 

* * *

Есть ещё один важнейший аспект, который десятилетиями замалчивается, но который многое объясняет.  После окончания Синайской войны 1956 года между Израилем и Францией, ( страны воевали на одной стороне),  сложились особые дружеские отношения. 3 октября 1957 года  был официально подписан акт о сотрудничестве с Израилем, закрепляющий эти отношения.  Франция в те годы была основным поставщиком оружия для Израиля.  Кроме того, французы передали еврейскому государству атомный реактор мощностью в 24 мегаватта со всем необходимым: технической документацией и специалистами. В результате Израиль создал новую секретную службу для разработки ядерной программы и снабжения ее разведданными – ЛАКАМ.[13] Для осуществления атомного проекта под видом текстильного предприятия в пустыне Негев был создан особо секретный центр, который возглавил Биньямин Бламберг. Соблюдение режима особой секретности было обусловлено, кроме обычных соображений безопасности, еще двумя важными моментами.

  1. Успешная реализация проекта требовала избежания неизбежных дебатов в Парламенте (Кнессете) и обхода всех формальных процедур.
  2. Учитывая враждебное отношение к Израилю в мире, требовалось скрыть проект от механизмов международного контроля, поскольку могло последовать давление и неизбежные санкции.

 

Реактор в Димоне.  Снимок 1968 года

 

Президент Франции Шарль де Голль, придя к власти зимой 1959 года, уже в мае 1960-го распорядился прекратить поставки урана Израилю, а также и любого оборудования, которое могло помочь в атомных разработках. Альтернативу Франции нашли в ЮАР, с которой началось сотрудничество по схеме: уран взамен на технологии, оборудование и специалистов.   Победа Израиля в Шестидневной войне дала новый импульс развитию ядерной программы – израильскому правительству представлялась вполне вероятной прямая советская агрессия, поэтому ядерная программа развивалась весьма интенсивно.   Теперь уже не подлежит сомнению, что эти усилия увенчались успехом и в начале 70-х годов XX века в Израиле было создано атомное оружие.

В опубликованных после смерти отрывках автобиографии Шимона Переса (глава » How Israel Went Nuclear») мы найдём такое признание: «Цель Димоны была не в том, чтобы развязать войну, а в том, чтобы ее предотвратить. Здесь имел значение не сам реактор, а резонанс, который вызвало его строительство. Большую часть своей молодости я отдал на то, чтобы укрепить Израиль, сохранить государство для моего народа. И, построив Димону, мы вышли на совершенно новый уровень. Теперь мы знали, что государство никогда не будет разрушено. Это был первый шаг к миру, который начинается с мира в душе, с уверенности в себе. Я чувствовал, что наша работа в Димоне, которая поначалу казалась обреченной на неудачу, стала для меня исполнением обещания, которое я когда то дал моему деду: всегда быть евреем и заботиться о том, чтобы еврейский народ всегда существовал». [14]

В 1986 году некто Мордехай Вануну, бывший сотрудник израильского ядерного центра, предоставил английским газетам «The Sandy Times» и «The Daily Mirror» 57 фотографий, доказывающих существование в Израиле ядерной программы, реактора мощностью 150 мегаватт  и ядерного оружия.

Голда Меир, говоря о своих ошибках и провале разведки, якобы не предоставившей объективных данных о надвигающейся войне, по моему глубокому убеждению, на самом деле хотела скрыть от общественности тот факт, что во время этой войны мир дважды становился на грань уничтожения.   Первый раз это произошло в первые дни войны, когда были приведены в полную боеготовность израильские самолеты с атомным оружием на борту и ракеты с ядерными боеголовками (к началу войны в распоряжении Израиля предположительно имелось 15 ядерных боеголовок).  Второй раз это произошло в последние дни войны, когда Министр обороны СССР маршал Гречко объявил боевую тревогу в ВДВ с целью выброски советского десанта в районе конфликта для спасения терпящих поражение арабов.  В США  это не осталось без внимания, в ответ президент Никсон объявил готовность к ядерному нападению, названную US Defcon-III.  Мир висел на волоске от  уничтожения.

Но когда всё благополучно обошлось, нужно было дать ответ на вопрос – как это всё могло произойти? Как мир оказался на волоске от атомной войны? Не желая отвечать, израильским правительством было принято решение выставить себя в идиотском свете.  И обвинить во всём спецслужбы, особенно военную разведку – мол, они не обратили внимания на тревожные тенеденции, не проинформировали правительство, военное руководство — они во всем виноваты.  И вопрос об атомном оружии никогда не поднимался.  И не поднимается до сих пор.

Для всего мира это не являлось тайной, так что Израиль вполне мог чувствовать себя в безопасности, поскольку потенциальный противник должен был подумать дважды, прежде чем нападать на  ядерную державу, не ограниченную международными конвенциями и обязательствами по неприменению этого оружия.   Ядерный удар по Ассуанской ГЭС поставил бы точку на существовании Египта.   После того, как неуязвимые советские самолеты МиГ-25 отправились из Египта обратно в СССР, Израиль мог больше не опасаться бомбардировки с воздуха  Димоны, а обстрел укрытого под землей ядерного центра крылатыми ракетами даже с очень мощными боеголовками не мог быть эффективным. Самая лучшая советская крылатая ракета тех лет, Х-22,  имела достаточно высокие характеристики: cкорость полета составляла свыше 3000-3500 км/ч, что при запуске с самолета-носителя позволяло ей преодолевать любые системы противовоздушной обороны.  Такая ракета, даже не обладая особой точностью, вполне могла уничтожить целый цех какого-нибудь завода.  Тем не менее весьма сомнительно, что даже несколько прямых попаданий могли нанести значительный ущерб защитному куполу.

Атомная программа наверняка сожрала огромные суммы денег из госбюджета, а вот видимой пользы не принесла, поскольку арабы всё равно напали.  Рассказать всем о предпринятых усилиях без того, чтобы не нанести урон национальной безопасности, было невозможно. Но раскрытые  после войны документы свидетельствуют о том, что арабские лидеры отдавали себе отчет о ядерной угрозе, поэтому развязанная ими война носила локальный, а не тотальный характер.  Они хотели лишь отвоевать обратно утраченные территории, а не развивать наступление вглубь Израиля, тем более захватывать Димону, вызывая тем самым неизбежную ядерную бомбардировку на свою голову.   Садат обманывал даже своих союзников сирийцев, утверждая, что целью операции «Высокие минареты» является захват Синайского полуострова, а на самом деле он приказал своим генералам не наступать далее горных перевалов на  Синае.  Таким образом видно, что разработка ядерной программы всё-таки обезопасила Израиль, хотя и не полностью. Это было правильное решение израильского руководства, но без учета арабского менталитета.  Впрочем, разве была какая-нибудь логика в действиях, скажем, гитлеровцев, объявивших 11 декабря 1941 года войну США?

После войны руководству страны было задано немало тяжелых вопросов, однако не был задан главный вопрос – о ядерном оружии.  Этот вопрос так  и остался на уровне «желтой» прессы и слухов. Анализ просчетов, которые привели к большим потерям и неудачам первых дней войны,  свели  к поиску виноватых, «козлов отпущения».  По-другому и быть не могло, ведь если бы начали публично говорить о настоящих причинах, то всем стало бы ясно, что не сработала концепция ядерного сдерживания. Пришлось бы признать, что была успешно осуществлена ядерная программа.  Этим дело не ограничилось  бы, и пришлось бы раскрывать такие секреты, которые до сегодняшнего дня остаются тайной за семью печатями.  Утечку этой совершенно секретной информации необходимо было предотвратить любыми путями.  Поэтому и была выдумана версия о просчете военной разведки и недальновидности Генштаба.  Были назначены и другие «козлы отпущения», которых несправедливо обвинили в не существующих в природе упущениях и халатности, а затем не очень строго наказали.  Позднее часть информации о том, что был приведен в боевую готовность ядерный арсенал, просочилась в СМИ, но большого резонанса не имела, поскольку сведенья были недостоверными.  Однако даже этого оказалось достаточным для того, чтобы некоторые одиозные арабские тираны захотели заиметь свою собственную атомную бомбу. Например, Ирак стал прилагать невероятные усилия к созданию неконвенционального оружия.  А Израиль, понимая, чем это чревато, стал прилагать немалые усилия, чтобы эту программу похоронить.  Закончилось всё бомбардировкой иракского реактора израильскими ВВС и полным крахом планов Саддама Хусейна.  Однако страсти не утихают до сих пор, эстафету Ирака сегодня перенял Иран, который действует так же, как ранее Израиль: его атомная программа – тайна для всех, которая ни для кого не является тайной.  Все в курсе дела и знают, что Иран строит собственную атомную бомбу.

Исходя из всего перечисленного, можно сделать определенные выводы.  Израиль потерпел фиаско в своей оценке потенциальной вероятности нападения.  Однако комиссия Аграната вместо того, чтобы выяснить истинные причины этого фиаско, на самом деле лишь заретушировала их.  Израильское руководство, как я полагаю, было убеждено в том, что арабские государства никогда не решатся на крупномасштабную войну, поскольку должны опасаться применения в ответ неконвенционального оружия.  Советский Союз, несомненно, предоставил своим арабским союзникам разведданные о том, что Израиль таким оружием обладает и поэтому не стоит лезть на рожон.  Атомное оружие, «Фантомы» и вооруженные мощнейшими орудиями израильские танки должны были отбить всякую охоту к войне и у Египта, и у Сирии.  Однако у Садата были свои планы, реализуя которые, он сначала выдворил советские войска из страны.  Затем, чтобы подсластить горькую пилюлю, он заключил с СССР новый договор о дружбе и сотрудничестве.  Таким образом, он ввел советское руководство в заблуждение, поскольку в Кремле поняли этот зигзаг таким образом, что выдворение советских войск и заигрывание с США были вызваны недовольством Садата неправильными действиями отдельных советских офицеров и дипломатов.  В результате советское руководство начало поставлять в Египет в невиданных доселе масштабах новейшее оружие, превратив армию этой страны в одну из сильнейших в мире.  После этого Садат тайно договорился о совместной атаке на Израиль с Хафезом Асадом.  Цель – отбить у еврейского государства Синай и Голаны.  При этом антиизраильская истерия и пропаганда не утихала ни на минуту, так что все были уверены, что если война начнется, то это будет битва на уничтожение.  Этого, однако, не произошло, поскольку все действия Садата сводились к тому, чтобы сделать маневр, который поможет ему резко повысить свой рейтинг у американцев.  Ради этого он был готов на полный разрыв с СССР, а также на установление мира с Израилем. Призом за эти усилия должен был стать Синайский полуостров, американское покровительство, сопровождаемое обильной финансовой и военной помощью.

В Израиле ни о чем таком даже и не догадывались, поэтому когда произошло крупномасштабное неожиданное наступление, то просто испугались форсировавшей Суэцкий канал танковой армады Садата, поскольку полагали, что действительно наступил апокалипсис и идет война на уничтожение.  Вполне вероятно, что в обстановке всеобщего замешательства был отдан приказ о приведении в готовность ядерного арсенала.  Быть может, это сделали также ради того, чтобы заставить США побыстрее поставлять вооружение по воздушному мосту, пока не случилось чего-нибудь плохого.  Но ситуация стабилизировалась и обошлись конвенциональным оружием.  А после войны всё это не должно было всплыть на поверхность, чтобы не навредить национальной безопасности.  Вот и идут до сих пор разговоры о чем угодно, только проводить беспристрастный  анализ событий тех дней никто не желает.

Стремительно развивая ядерную программу и военную авиацию, модернизируя танковые части,  другим видам вооружения и родам войск придавали второстепенное значение.  Это оказалось весьма прозорливым и эффективным в стратегическом плане, но, как ни парадоксально,  большие потери в войне можно объяснить именно этим фактором.

Так кому же было всё ясно?  Нам, спустя десятилетия?  Возможно.  А если поставить себя на место израильского руководство того времени – вовсе нет.  Рассмотрим еще и политический аспект – как только умер Насер, политика Египта стала стремительно меняться, причем не в пользу СССР. Уже в 1971 году, по советской оценке, в стране пирамид произошел «контрреволюционный переворот».  13 мая 1971 года в ходе так называемой  «Майской исправительной революции» в тюрьму были брошены все друзья Москвы: было арестовано пятьдесят руководителей «Авангарда социалистов», ВИК АСС, членов кабинета и депутатов парламента. Со своих постов были смещены руководители самого высокого уровня – вице-президент Сабри, вице-премьер Гомаа, министры, многие офицеры службы безопасности. В результате перестановок из силовых структур выбросили всех влиятельных сторонников Насера, всех  просоветски настроенных офицеров. Затем Садат приступил к полной перестройке социально-экономического и внешнеполитического курса страны. Во внутренней политике произошел резкий разворот от так называемого арабского социализма к политике «открытых дверей», то есть – возврат к старому доброму капитализму. Во  внешней политике началось сближение с США. 8 января 1971 года Садат дал интервью американскому журналисту и телеведущему Уолтеру Кронкайту, в котором прямым текстом заявил: «Я не завишу ни от каких советских гарантий». 6 мая 1971 года  Садат встретился в Каире с государственным секретарем США Уильямом Роджерсом, который поставил обязательное предварительное условие, необходимое для сближения двух стран: убрать из страны советские войска! Посол СССР в Египте В.М. Виноградов пишет: «…он (Садат – М.Б.) отличался к тому же крайней подозрительностью, даже мнительностью. Президенту в то же время регулярно по установленным с ним каналам связи через ЦРУ руководством США внушалась мысль: освободитесь от советского военного персонала – и США сделают «невозможное» для Египта. Начались и провокации против наших военных: то обвиняли их, что они шпионят в пользу Израиля (?!), то в том, что вывозят много золота из Египта (!?). Все эти провокации быстро разоблачались нами, о чем я информировал Садата, но что-то, видимо, откладывалось у него в голове».

В 1972 году  все советские войска и ВМФ покинули Египет.  Некоторые до сих пор считают это ловким трюком, поскольку в том же году был заключен новый советско-египетский договор о дружбе и сотрудничестве, ставший новой вехой в истории поставок советского оружия. Но неужели Израилю было бы легче, если бы в Египте продолжали оставаться отборные и вооруженные до зубов советские войска, воюющие на египетской стороне? Я могу представить себе трюк, когда поток советских войск и вооружений скрытно направляется в Египет.  А когда наоборот – не очень.

Вот что происходило в Египте на самом деле. Корреспондент АПН, переводчик Анатолий Захарович Егорин так описал случившееся со слов посла В.М. Виноградова: «…на последней встрече с В.М. Виноградовым он (Садат – М.Б.) в истерике прокричал: «Русский медведь сделал свое дело в Египте. Здесь, в пустыне, ему больше делать нечего!». Он нервно выпрыгнул из кресла, стал бегать по кабинету, неистово стучал кулаками по стенам, пока ему не стало совсем плохо и помощники, видя состояние шефа, вывели его под руки за дверь. Что было делать? Виноградов не решался уйти – нужна была разрядка, перевод разговора в спокойное русло… Он решил ждать. Часа через два, по словам Владимира Михайловича, Садат появился, переодетый и подчеркнуто холодный, и жестко сказал: «Даю вам две недели на эвакуацию войск, так и доложите Москве». На том аудиенция была закончена. С тех пор и началось свертывание советского присутствия в Египте».

И снова обратимся к воспоминаниям  капитана I ранга Ананьева, где он описывает, как происходила эвакуация семей советских военнослужащих: «Новый, более щедрый покровитель Садата, наверное, был доволен. Поезда с женщинами и детьми подавали прямо в порт, на 46-й причал. Если у причала еще не стоял наш военный корабль, то его подхода ждали, сидя на чем придется под «охраной» автоматчиков. Невоенным нашим судам вход в порт был запрещен. Хуже всего было последней группе из 54 человек, которая задержалась с прибытием в Александрию. Долгих 12 суток шли они до Одессы на крошечном буксире «Посейдон». На нем было 40 спальных мест, точно на экипаж. Ни одного лишнего. Моряки отдали пассажирам свои койки, но и их не хватило. Спали в коридорах, кают-компании, на мостике. Кончались продукты, так как буксир возвращался из долгого рейса. Экипаж затянул пояса: не должны дети плакать от голода. И был сильнейший шторм, буксирчик мотало в разбушевавшихся волнах, как щепку».[15]

Еще одним следствием вывода советских войск из Египта было ослабление советской эскадры в Средиземном море: она лишилась базировавшихся в Египте самолетов-разведчиков Ту-16, противолодочных самолетов Ил-38, истребительной авиации, поддержки зенитно-ракетных войск. Если до вывода войск Советский Союз почти достиг паритета с США на море в восточной части Средиземного моря, то теперь ситуация резко изменилась, американцы вновь стали значительно сильнее. СССР, образно говоря, утратил свой «непотопляемый авианосец». Этот процесс завершился в 1974 году, когда  СССР окончательно утратил все свои объекты в  порту Мерса-Матрух, в Порт-Саиде и так называемой «12-й точке» в заливе Эс-Саллум.

Советские войска покинули Египет, но американцы не слишком спешили с оказанием экономической и военной помощи Египту, поскольку политика Садата продолжала оставаться туманной. Но и Израиль, который якобы вступил в сговор с Египтом, сам поставил себя в положение, когда война стала неизбежной.  Дело в том, что в начале 1971 года Садат через американцев выступил с инициативой решения египетско-израильского конфликта:  он хотел, чтобы Суэцкий канал был вновь открыт для навигации, а израильские войска постепенно отступили с Синайского полуострова – в обмен на всеобъемлющий мир.  Но  Израиль отказался полностью выводить войска с Синайского полуострова, желая сохранить за собой часть территории. Садат в своих мемуарах писал: «Если бы инициатива открытия канала встретила достаточную поддержку со стороны США, октябрьской войны бы не было и мир был бы установлен в феврале или марте 1971 года».  Не получив положительного ответа на призыв о «мире в обмен на территории» от Израиля, а также немедленной экономической помощи от США в ответ на изгнание советских войск из своей страны,  Садат решил, что начав ограниченную войну против Израиля, он больше выиграет, чем проиграет.  Расчет оказался абсолютно верным.

В Сирии советских специалистов не выгоняли, а напротив, активно использовали.  Но Асад, придя к власти путем переворота, еще не в достаточной степени укрепил свою власть.  ВВС Сирии уступали Израилю, что было наглядно продемонстрировано буквально накануне войны, когда в воздушном бою было сбито 12 сирийских истребителей.  А без господства в воздухе любое наступление обречено на провал.  В Израиле это хорошо понимали, поскольку правильно оценивали свои возможности и возможности сирийцев, поэтому и не ждали удара. Сирийцы, однако, ударили, и через пару дней боев покатились назад.  Не спасли и многочисленные экспедиционные войска союзников.  Дамаск уже через неделю стал мишенью для израильской артиллерии.  Но разве такое развитие событий израильское руководство могло предвидеть перед войной?

 

Египетские ракеты на подходе к каналу

 

Военный аспект: Мильштейн пишет, что ракеты, которые египтяне подвели вплотную к каналу (в нарушение соглашений), послужили надежным прикрытием для высадки пехоты на восточный берег Суэцкого канала.  Только ракеты? Вплотную к каналу было скрытно переброшено несколько мотострелковых и танковых дивизий, тысячи артиллерийских орудий и минометов, сотни самолетов были сосредоточены на разных аэродромах вблизи канала!  Если же говорить о ракетах, то наибольший урон нанесли не стационарные, а мобильные ракетные комплексы и «Шилки», которые лишили израильскую авиацию возможности атаковать излюбленным способом, на бреющем полете.  Контратакующие израильские бронетанковые части египтяне истребили при помощи ракет «Малютка» (код НАТО AT-3 Sagger), представляющих собой  миниатюрную ракету и чемоданчик с системой наведения.  Их можно переносить в руках, устанавливать на джипах, грузовиках и бронетранспортерах! Арабская пехота была щедро оснащена гранатометами РПГ-7.  ПВО Египта действительно были огромными, там служило более 75 000 солдат и офицеров, намного больше, чем в  ВВС. На вооружении ПВО Египта состояло  146 ЗРК, 2600 орудий малого калибра, множество ПРК «Стрела». В районе канала было сосредоточено до половины всех средств и сил ПВО, однако на предусмотренном соглашением о перемирии удалении от канала.
Стационарные комплексы С-75 и С-125 перенесли в открытую пустыню, чтобы организовать ПВО района сосредоточения войск лишь непосредственно перед наступлением.  Этим египетское командование поставило расчеты в самоубийственные условия, что спустя несколько дней и произошло – переправившиеся на африканский берег канала израильские танки раздавили все эти комплексы.  Но разве можно говорить о том, что их подвели заранее?

Египетские ракеты ПВО

Кроме того, египетские укрепления были не хуже израильских, с ходу их взять не удалось бы.  Самолеты на аэродромах после Шестидневной войны были надежно укрыты и защищены.

Но даже если предположить, что все аргументы Мильштейна верны, израильские войска нанесли бы упреждающий удар, разгромили бы все арабские войска и заняли бы Каир и Дамаск, то разве  этим они выбили бы воинственный дух из арабов?  Первая Ливанская война показала, что занятие израильскими войсками Бейрута не принесло победы над палестинскими террористами, мира и спокойствия.  Как раз наоборот, Израиль надолго застрял в «ливанском болоте», не зная, каким образом завершить эту бесконечную войну. До сих пор Ливан является для Израиля вражеской страной и источником постоянной террористической угрозы.

 

Так кто же прав: Моше Даян, который говорил, что достигнутое перемирие 1971 года было огромной победой, или же Мильштейн, который пишет о том, что египтянам удалось истощить Израиль и подорвать боевой дух в обществе?

В своем обращении к народу в июле 1969 года Насер заявил: «Я не могу сегодня захватить Синайский полуостров, но я могу сломать дух израильтян, ведя войну на истощение».  Удалось ли Египту достичь этого?

Леонид Иоффе в статье  «Египет и Израиль в Войне на истощение, 1967-70 гг.» пишет:

«По окончании Войны на истощение широко распространенным было мнение, что прекращение огня без политического соглашения свидетельствовало о неспособности обеих сторон добиться решительной победы на поле боя. С момента окончания Шестидневной войны в июне 1967 года и до 8 августа 1970 года Израиль потерял на всех фронтах 721 человека (в том числе 594 военнослужащих) убитыми и 2659 (в том числе около 1500 военнослужащих) ранеными. Из этого числа 367 погибших и 999 раненых были на египетском фронте. Эти потери казались израильтянам очень тяжелыми, тем более что ничего вроде бы не было достигнуто за три года конфронтации. В ретроспективе, однако, прекращение огня в августе 1970 года предстает в ином свете. Оказалось, что СССР и Египет согласились на прекращение огня из-за своей крайней нужды в этом. Хотя ВВС Израиля в данном конфликте не смогли добиться столь решающей победы над противником, как это было в Шестидневной войне, налеты израильской авиации приводили к тяжелейшим потерям среди египтян, достигавшим 300 человек в день в заключительной фазе войны. Впоследствии стало известно, что в августе 1970-го египетские войска на линии фронта находились на грани полного краха».

Войну на истощение мы рассмотрим детально позднее, но утверждения о том, что она подорвала дух Израиля, не совсем корректны. Скорее, всё произошло ровно наоборот: относительно легкие победы сыграли с Израилем злую шутку – его военное руководство расслабилось. Поэтому необходимо рассмотреть другой ситуацию в ином аспекте, чтобы понять, что же произошло после Войны на истощение.  Руководство Египта убедилось, что, что Война на истощение против Израиля истощает их собственные силы и средства. Поэтому сразу после перемирия египтяне (если не брать в расчет сирийцев, которые тоже не сидели сложа руки) стали еще более интенсивно перевооружаться и накапливать средства, в жесткой форме требовать от СССР поставок новейшего оружия. Бывший руководитель внешней разведки КГБ в Каире Вадим Кирпиченко, который постоянно был в курсе происходивших событий, вспоминает: «Разговоры о поставках современного вооружения велись постоянно, вряд ли хоть одна беседа нашего посла с президентом обходилась без обсуждения вопроса о новейшем оружии. Очень часто посол в ответ на свое: «Добрый день, товарищ президент!» слышал: «Где оружие, посол?».

Здесь нужно отметить, что Египет  не только получал военную технику из СССР, но и активно закупал  её на Западе. Например, в 1972 году на саудовские деньги во Франции были куплены 32 «Миража» 5SDE и шесть 5SDD.  Арабам французы, к тому времени окончательно разругавшиеся с еврейским государством, оружие продавали охотно.

Израилю теперь противостояла вдвойне жаждущая реванша вооруженная до зубов армия, к которой в любой момент были готовы присоединиться армии и экспедиционные корпуса других арабских государств.  В Египте и Сирии постоянно дислоцировалось несколько десятков тысяч советских солдат и офицеров, напрямую принимающих участие в боевых действиях.  Самые лучшие советские самолеты Миг-25, неуязвимые для израильских средств ПВО и истребительной авиации, проводили постоянную аэроразведку, скрупулезно фиксируя все объекты израильской обороны. Виктор  Марковский в статье «Мы готовили войну.  Боевое применение МиГ-25 в Египте»[16] пишет: «Полеты разведчиков проходили с интенсивностью два раза в месяц. После того, как был отснят район вдоль канала, трассы полетов переместились на Суэцкий полуостров. Продолжительность их возросла, и некоторые задания стали выполняться с подфюзеляжным подвесным баком объемом 5300 л, позволившим увеличить дальность до 2130 километров.
Каждый вылет приносил сотни метров фотопленки, рулоны которой передавались на дешифровку в разведотдел штаба главного военного советника. Качество снимков, сделанных с высот более 20 километров, было великолепным – на них ясно просматривались не только постройки и сооружения, но и группы людей, отдельные автомашины, боевая техника. На планшетах дешифровщиков вырисовывалась и сеть дорог, связывавших узлы израильской обороны. Таким образом удавалось установить положение даже замаскированных объектов, складов и укрытий.
Работа 63 ОАО продолжалась. Разведчики заходили всё дальше на восток, и к зиме их маршруты пролегли над Израилем. Опыт предыдущих войн показал, что небольшие размеры этой страны дают возможность быстро маневрировать войсками, перебрасывая их с одного фронта на другой. Так было и в июне 1967 года, когда после разгрома египетской армии израильтяне отвели часть своих сил на север и нанесли поражение Сирии. Поэтому, учитывая возможность подтягивания резервов противника на Синай, требовалось изучить его тыловую инфраструктуру и сеть коммуникаций, связывавших Израиль с оккупированными территориями. Другими задачами разведки над Израилем были оценка возможностей его портов, через которые шли поставки вооружений, вскрытие сети ПВО и аэродромов.
Израильские истребители не пугали летчиков. У них уже был опыт таких встреч над Синаем, где МиГ-25 не раз проходили над аэродромом у Мелеса. «Фантомы», поднимавшиеся на перехват, уступали МиГ-25 и в скорости, и в высоте полета. Пытаясь дотянуться до МиГа и занять положение для атаки, «Фантомы» выходили на предельный угол атаки, теряли управление, клевали носом или сваливались в штопор. «Миражи» отставали от МиГ-25 еще больше, напоминая на этих высотах, по словам Бежевца, снулую рыбу. Контакт израильтян с разведчиком оставался в лучшем случае визуальным, и неуловимый МиГ снова и снова уходил от преследователей».

МиГ-25

 

Более того, МиГ-25  были готовы  в любую момент вместо разведывательных полетов начать боевые вылеты и бомбардировку наиболее уязвимых позиций Израиля!

Небо арабских стран было прикрыто суперсовременными системами ПВО, эффективность которых АОИ явно недооценила.  Воды  Средиземного моря постоянно бороздили суда 5-й эскадры враждебного Израилю советского ВМФ. У арабских армий были самые современные танки, снабженные приборами ночного видения, огромное количество превосходных противотанковых ракет «Малютка», разнообразные ракеты ПВО.  У Израиля ничего подобного не было и в помине, там все уверовали в непреодолимость УРа вдоль канала и на непобедимые ВВС и бронетанковые войска.  Да что там ракеты! Яков Кедми[17] в интервью Лине Клебановой «Война Судного дня глазами очевидца» говорит, что: «…уровень… оружия, особенно стрелкового, – явно уступал противнику.  Помню, нашим всё хотелось «калашников» трофейный достать и бинокль, у них оптика была очень сильная».  То есть даже стрелковое оружие было лучше израильского!

Египетский батальон, вооруженный АК-47

А в книге «Безнадежные войны» Кедми пишет: «Через несколько минут, когда стрельба немного стихла, мы остановились возле группы парашютистов, лежащих в наскоро выкопанном окопе. Глядя на них, меня охватило чувство гнева и стыда. Десантники, многие из которых были ранены, лежали с примитивными карабинами FN бельгийского производства, которые часто ломаются. Карабин совершенно не подходил для боевых условий в Синайской пустыне». Моше Даян пишет в «Синайском дневнике », что эти карабины были заказаны еще до кампании 1956 года, и уже тогда всем было видно, что это никуда не годные карабины.  Но их все-таки закупили!

И действительно, внешне они смотрятся весьма недурно, но тем не менее, к недостаткам этих штурмовых винтовок (термин «карабин» означает более легкую и короткую разновидность винтовки – М.Б.) можно отнести довольно большую общую длину, малую эффективность автоматического огня и чувствительность к засорению мелким песком и пылью, что в условиях пустыни имело катастрофические последствия! Далее Кедми описывает обстановку шапкозакидательства, царившую в армии, когда закупали дорогостоящие «Фантомы» в ущерб сухопутным войскам:  «Я как-то слышал от Эхуда Барака, что перед войной в Генштабе обсуждали вопрос: сформировать ли еще одну бронетанковую дивизию или же дополнительную эскадрилью самолетов «Фантом». Решили в пользу эскадрильи «Фантомов». Такова была логика высшего командования в формировании вооруженных сил. Но одной эскадрильей больше или меньше – это не влияло на ход войны Судного дня. В то же время, если у израильской армии была бы еще одна бронетанковая дивизия, весь ход военных действий был бы другим и на севере, и на юге».  Я с мнением Кедми не вполне согласен, мне кажется, что он не до конца понимает решающую роль  авиации в современной войне и преувеличивает возможности израильских танков того времени, но зато из его слов совершенно очевидно следует, что бронетехники было недостаточно.

Генерал-майор  Авраам Адан в своих показаниях комиссии Аграната подчеркнул: «Когда две армии столкнулись, то одна оказалось большой и оснащенной современным оружием – приборами ночного видения, достаточным количеством артиллерии, большим количеством танков и современных бронетранспортеров, – а другая (израильская – М.Б.) была маленькой, да еще и плохо вооруженной».

 

Кедми об этом не пишет, но был еще один существенный недостаток: бронетанковые войска не были усилены пехотными соединениями, кроме того, у пехотных частей было мало бронетранспортеров и прочих средств передвижения!  Более того, после Шестидневной войны 1967 года структура бронетанковых войск стала чисто танковой: три танковых батальона вместо двух танковых и одного мотопехотного.  Хаим Герцог пишет, что накануне войны танковые войска стали напоминать старую английскую кавалерию. Мне лично кажется, что не английскую, а французскую кавалерию при Ватерлоо, чья атака разбилась об английские пехотные каре. Словом, роль пехоты в АОИ была совершенно необоснованно принижена. А египтяне обратили на это внимание и создали специальные истребительно-противотанковые подразделения (тоже по советскому образцу времен ВМВ), которые были вооружены РПГ-7 и «Малютками» и нанесли серьезный урон израильским танкистам, наступающим в синайских дюнах без пехотного  прикрытия.

 

Так можно ли было в таких условиях атаковать противника и вышибить из него боевой дух?

[1]

 

[2] http://www.eleven.co.il/article/10978

[3] «Литературная газета», 1953, 24 января.

[4] Газета «Правда», 1953,  14 февраля и 1 марта.

[5]

[6]Мухамад Амин аль-Хусейни – «Великий» иерусалимский муфтий, самый заметный лидер палестинского движения до создания ООП.

[7]Мартин Лютер Кинг – самый известный афроамериканский баптистский проповедник, яркий оратор, лидер Движения за гражданские права.

[8]Она шутила по этому поводу: «Моисей водил нас по пустыне 40 лет, чтобы привести к единственному месту на Ближнем Востоке, где нет никакой нефти».

[9] Sagan S. D. – Nuclear Alerts and Crisis Management. // International Security. – 1985, 9.

[10] Андре́й Анто́нович Гре́чко (1903-1976) – советский военачальник, Маршал Советского Союза, министр обороны СССР с 1967 по 1976 год.  Страстный любитель оружия.  Офицер «девятки» Евгений Родионов, работавший с министром, вспоминал: «У него было сто двадцать восемь стволов оружия. Нарезного, гладкоствольного. Ну и пистолетов. И подаренных, и не подаренных. Вот за эти за сто двадцать восемь стволов я лично отвечал… После смерти Андрея Антоновича я еще три месяца с оружием рассчитывался, все сдал…»

[11]Отрывок из интервью, взятый  корреспондентом «The Detroit News» у Роберта Хейли.

[12] Совещания первых людей государства и важнейшие решения действительно происходили на кухне в частной квартире Голды Меир.  Часто это вызывало негодование других политиков, например, Шуламит Алони возмущалась: «Мне не кажется, что кухня Голды является тем местом, в котором можно обстряпывать дела государства. Не лучше ли было бы найти более подходящее место?».

[13] Лакам (Лишка ле-кишрей мада — Бюро научных связей) —

спецслужба, существовавшая с декабря 1957  по 1986  год.

 

[14] https://www.tabletmag.com/jewish-arts-and-culture/books/244487/how-israel-went-nuclear-shimon-peres

[15]

[16] http://foxbatavia.narod.ru/article/mig25/mig25_1.htm

[17]Яков Ке́дми (יעקב קדמי)  — израильский государственный деятель, экс-руководитель спецслужбы ((לִשְׁכַּת הַקֶּשֶׁר — נָתִיב NATIV.

0

Автор публикации

не в сети 1 год

9855814

0
flagИзраиль. Город: Maale-Adumim
Комментарии: 0Публикации: 4Регистрация: 26-07-2018

Регистрация!

Достижение получено 26.07.2018
Выдаётся за регистрацию на сайте www.littramplin.ru

Добавить комментарий

Войти с помощью: