ЛИСИЧКИ

0
131

 

 

Костер разгорелся, внутри красные головешки постреливают.

— А почему не пришла твоя, — говорит Жанна.

— Грибы перебирает, — говорит Саша.

Саша — мужчина, лет сорока пяти, уверенный в себе, чуть наглый, но без перебора. Бизнесмен из простых, когда из ничего вдруг выстрелило. Такие обычно портятся на порядок раньше, до  того как приобрели офисный лоск и финансовую основательность. А этот, в простеньком «адидасе», потрепанные сланцы на босую ногу. К собеседнику прислушивается. Без внешних заморочек, но это видимость, кто его знает, что там внутри. Впрочем, как по-другому, когда на даче, среди сосен, что прямо на участке, где дымок из мангала. Где соседи, вместо договоров и разборок с партнерами. Природа.

— Мясо хорошее, — говорит Аркадий, — Шея. Настаивал на майонезе.

— Холестерин, — бурчит Саша.

— А свиная шея, конечно — брокколи? —  парирует Аркадий, отмахиваясь от дыма.

— Шея, это шея, — говорит Саша, — Худеть надо. Видишь, какой «чемодан» наел? А в магазине проще не было?

— В нашем?

Магазинчик маленький, у железнодорожной станции. Туда можно и пешком, на машине проще пусть и крюк, а по времени то же. Дачники все там отовариваются. Можно и напротив, через озеро, в пансионат, сейчас его переделали под что-то лечебное, но там с мясом проблемы. Бывает, но редко. Зачем мясо, если для отдыхающих чудесная столовая. Кормят на убой. И от гостей не отказываются за наличные. В павильоне обычно что-то легкое в виде пельменей, молока, конфет. Но самое главное всегда есть — вино, или что покрепче и сигареты. С этим все в порядке.

— Всем бы такое брюхо, — говорит Жанна, — У моего не меньше пузырь.

Саша втягивает живот, потом выпучивает.

— Портит фигуру, и давление разыгралось, — говорит.

— Ты же там какую-то методику осваиваешь?

— Да, неплохая.

Начинает рассказывать в который раз. Вычитал где-то. История старая, потому слушают вяло. Да и не в истории дело.

— Польза есть. А это главное, — резюмирует Аркадий.

Ему все равно, главное мясо не подпалить. И скоро то, к чему готовились с вчерашнего уговора, даже на повышенных попробовали. Оно в первой рюмочке или в ожидании того, что неминуемо начнется. А что еще здесь на даче по осени, когда с соседями понимание. И костер начался с обычного спора, который перерос в поход за вырезкой.

Суббота, но людей мало. Здесь, в принципе, так всегда. Участки нестандартные. Саша выкупил два, хочет еще один, правее. Уговаривал Аркадия. Тот, ни в какую. Люблю, говорит Аркадий, природу. А здесь, то, что надо. Деревья, озеро, можно в плавках из дома, бултых и поплыл. Даже, когда с бодуна. Тогда, еще лучше, вроде опохмелки.

У Саши работает наемный, живет в пристройке, следит за территорией, выполняет ремонт. Он и садовник, и мелкий подсобный. Когда хозяин разрешает, его огромными руками пользуются все. Никогда не подведет. Не бесплатно, конечно. И здесь у мангала тот не помеха. Вроде тоже гость, только с функциями — принеси, подай.

— Хватит ломать ветки, — говорит Саша, — Скоро весь лес перенесешь.

— Так, хотели что-то вроде навеса от дождя, — говорит Сергей.

Он готов работать, лишь бы деньги не тратить — откладывает. В деревне, что за триста километров, семья — жена и две дочки, а он копит на квартиру в райцентре. А здесь, как на шабашке.

— Так дождя нет, — смеется Саша.

— А вдруг, на всякий случай, — говорит подсобник, — Тучи вон какие. Не пойдет, для костра сгодятся.

Получает Сергей неплохо даже для человека не из глубинки, но и спрашивает хозяин. Умеет деньги считать. За два года забурел. Обжился. Везде свой, знают его и на соседних дачах и в ближайшей деревне. Проводка полетела, стиральная не работает, опалубку сделать, траву покосить, землю вскопать, спустить воду на зиму. На все руки мастер, но с разрешения шефа. Сергею нравится столичная жизнь. Вроде, в десяти километрах, но город чувствуется, и привычное, вроде, и не очень. Стиль у городских вальяжно-быстрый. Сначала не спешат, а потом как сорвутся, стрелой. Доволен, что в понятной среде. Так и говорит, после пару рюмочек, но больше молчит.

— А что с Леной, — не унимается Жанна.

Женщины, обычно склонны к понятным компаниям. У них и темы особые, когда друг с другом. Тем более с соседкой-приятельницей всегда есть о чем посекретничать.

— Скоро будет, — говорит Саша, — Халтурку подкинул.

— Не могла подождать твоя халтурка? — возмущается Жанна так, без особого напора.

— Грибы, не могут ждать. А потом выпьет, и не до того. Нет, нужен во всем порядок.

— А сам чего?

— Мое дело добывать. Ее домашние дела. Грибы принес, она перебирает. В мире должно быть равновесие.

С этим не спорят. Он добытчик известный. Дом один из лучших. В городе недвижимость. У дочки машина. И газ провел, и заасфальтировал общую дорогу, и скважина своя, единственная в личном пользовании.

— Ты когда переедешь в хоромы? — интересуется Аркадий, — Дом то уже завершил.

— Так, по мелочам еще, — говорит Саша.

Старый домик, оставшийся от прежних хозяев, он не сносил. Отремонтировал, облагородил и живет в нем вместе с женой и собакой.

— Сад хочу посадить и  траву, чтобы ровно, как в кино, и никаких огородов, — говорит Саша, — Вон там.

Показывает рукой. Участок он прикупил до самого озера и уже красивая стальная ограда вокруг.

— А свежий лучок, редисочку? — говорит Жанна.

— Выделил под окном пару грядок. Лучок хорошо.

— Может, начнем? — предлагает Аркадий, — поправляя мясо на шампурах, — Этот, вроде, на подходе.

Саша аккуратно разливает водку, с серьезным лицом. Любит обстоятельность.

— Мне вино, — говорит Жанна.

— Смотри, твой барбос за кем-то припустил, да так ловко — говорит Аркадий, — Как бы чего не случилось.

— Граф! Граф! — зовет Саша, залпом выпивает и быстрым шагом туда, где скрылась рыжая такса.

Собака у него второй ребенок. И прививки, и выставки, и питание. Ничего на самотек. И прижмет к груди, когда на руках. Вроде отчитывает, но так мягко, как  делают с любимым проказником.

— Что там с Ленкой, — говорит Жанна, когда хозяин удаляется на достаточное расстояние.

— Перебирает, — говорит подсобник.

Сергей за столом чувствует дистанцию. Выпивает умеренно, больше на салат налегает. Колбаску или консерву берет осторожно, цепляя вилочкой за самый краешек, культурно.

— Так что там перебирать? — говорит Аркадий, — Что за грибы?

— Два ведра лисичек, — говорит Сергей, — Купил на повороте у какого-то деда.

— Понятно.

Костер потрескивает, дает настроение прохладному вечеру.

— Лошадь почуяла, — говорит Саша, возвращаясь.

Держит беглеца на руках.

— Охотник, — произносит с гордостью, — Чтобы сидел здесь, на месте, — голос строгий.

Та смотрит в глаза, слушает, будто понимает.

— Прошлого пекинеса машина задавила, — говорит Саша, — Больше десяти лет прожил. Член семьи. Погнался за чем-то. Или за кем? Значения не имеет. Жалко, до боли. Место купил, похоронил, как надо. Мясо не проморгай, подгорает.

— Не подгорает, слежу, — говорит Аркадий.

Покручивает на всякий случай. Корочка шипит, пузырится, издавая приятный запах. С лука капает в огонь.

— Вроде этот готов, — говорит.

— Давай, под мясцо, — потирает руки Саша.

Погода хорошая, хоть и осень. День, когда облака не тяжелые и солнце местами, сквозь разрывы. И оно, как настроение. Листья разноцветные по двору — большой оранжевый ковер, прибитый дождями. И клен, и дуб, и сосна — та иголками, порыжевшими от времени. И не знаешь, хорошо это или плохо, когда дача почти в лесу.

— Двор собираетесь убирать, — спрашивает строго Саша, — Посмотрите на мой, — кивает через забор. Потом клещи и всякая дрянь. Рядом, все-таки.

Его территория образец чистоты и порядка. И фигурки на ней всякие — аисты у капитального барбекю из камня, и гипсовый медведь, уцепился за сосну, вроде взбирается. Случайные зеваки надолго задерживаются, чувствуя хозяйскую любовь, определенный стиль и деньги.

Водка хорошая. Держали в морозильнике. Даже передержали — бутылка мутная от холодного налета.

— Не простыньте, — смеется Жанна.

— У меня тоже не сразу пошло, — говорит Саша, — И картошкой занимался, и строительством, и купи-продай на рынке, и все пролет, одни убытки. А потом тема нарисовалась, ну и связи сработали. Вскочил в нужный вагон.

Он не хвастает, просто рассказывает, думая о своем. И все понимают, что деньги эти непростые. Через нервы, переживания, потери. И дом, и машина, и работа, все выстрадано.

— Аркадий, а ты не хочешь в бизнес? — спрашивает так, для разговора.

— Нет, — говорит Аркадий вполне безразлично, — Пробовал, не получилось. Хватит.

— Сдался рано. Может пошло бы.

— Ну, не всем же дано, и везение должно быть. Много знакомых еле концы с концами сводят. Зачем пополнять их ряды?

— Я бы тебе подкинул пару идей, — говорит Саша.

Водка делает свое дело. Душа теплеет.

— Нет, — говорит Аркадий, — С меня хватит.

— Кстати, завтра приглашаю всех в баню, — говорит Саша, — Уже опробовали — парилка, бассейн, дерево, отделка. Очень стильно, как и хотел. Бассейн десять метров, можно плавать.

Потом рассказывает про дом, что еще надо для переезда. О чем-то спорят с Сергеем, по техническим деталям. Какай кафель лучше, чешский или немецкий. И на какой клей садить.

Жанна и Аркадий больше молчат. Их устраивает то, что есть. Хорошая компания, тихий, вечер, тепло огня. Они далеки от тонкостей строительства. Дом у них простенький, доставшийся по наследству и вполне устраивает.

Потом идут в лес, и Саша с тыльной стороны показывает, какую сделает пристройку и беседку. И слышны советы, которые просто так, потому что у хозяина свои планы, потому что он главный.

 

Лена появляется, когда темнеет. Костер догорает, бросая блики людей, деревьев. Мясо остыло, столик неаппетитный — остатки еды размазаны по тарелкам, хлеб разбросан, салфетки с мелкими костями, пролитая водка.

— Ну, что ты, родная, — встречает Жанна и ударяет ладошкой по лавочке возле себя, мол, давно держала место.

— Давай, — говорит Саша, — Перекусывай. Шашлык, салат. С грибами все в порядке?

— Да, с грибами в порядке, поставила вариться на маленький огонь.

— Хорошо, пойду с Графом пройдусь, а вы здесь без меня.

— Чего так долго? — говорит Жанна, кутаясь в вечернюю кофту.

— Саша купил лисички, два ведра…

— Ну, это мы слышали, — говорит Жанна, — Час, полтора работы. И что?

— Ты не понимаешь, — говорит Лена почти шепотом, — Он купил два ведра лисичек самых мелких, как горох. Потому что дешевле. И еще сказал, если найдет хоть один выброшенный или неперебранный, устроит мне.

В голосе слышны слезы. Жанна обнимает подругу, жмет к себе. И видно — они знают что-то особое, что мужчин до поры не интересует.

— Так разводись, — говорит тихо, но в наступившей темноте звучит, как крик, что Аркадий поднимает отяжелевшую голову.

— Он так и сказал, — произнесла Лена, — Надоело.

А потом смотрят на озеро. Просто, сидят и смотрят. Вода спокойная, темная, как масло. Зажглись тусклые фонари на редких столбах, что вдоль берега. Тишина, режет слух, вдалеке лишь голос Графа. Он работает, радуя хозяина. Лай звонкий и радостный.

0

Автор публикации

не в сети 7 месяцев

mgimgimgi

10
Комментарии: 0Публикации: 8Регистрация: 06-01-2019

Регистрация!

Достижение получено 06.01.2019
Выдаётся за регистрацию на сайте www.littramplin.ru

Добавить комментарий

Войти с помощью: