Красавец и чудовище

0
75

 

-1- Знакомство.

— Так, я не поняла, что еще за предмет перед моим бампером? Быстро убрал свою тачку, иначе перееду, а потом за ремонт машины платить будешь! – громкий голос на уровне ультразвука раздражал с утра весь двор. Соседи, выглядывавшие было для урезонивания владелицы голоса, встречались с жестким взглядом недовольной автомобилистки, вспоминали предыдущие стычки, и принимали единственно верное решение – не связываться.

Хозяин же тачки, местный дворник, всего минуту назад поставивший сей незатейливый инструмент перед дорогим джипом лишь для того, чтобы убрать закатившийся мусор из-под колеса красивого автомобиля, недоуменно хлопал глазами и не понимал, почему такая интересная женщина с явным достатком кричит, как помойная кошка от голода. Голос хозяйки машины не подогнал его, а наоборот, вогнал в ступор. На помощь уже бежал коллега ни в чем неповинного бедолаги.

— Просто откати тачку и больше никогда не приближайся ни к этой женщине, ни к ее машине, если не хочешь обрести неприятности. – второй дворник проворно откатывал инструмент, кивая при этом продолжающей что-то кричать женщине.

— Такая красивая и такая злая. Почему? – все еще никак не мог прийти в себя первый дворник. Ему даже не было обидно за крики, скорее хотелось, в силу восточного мудрого воспитания, пожалеть женщину или хотя бы понять причину ее недовольства жизнью.

— Не рассуждай, не дома. – оборвал ступор второй дворник, видимо дольше работающий на этом участке. – Просто запомни – от этого чудовища надо держаться подальше.

Тем временем модный джип последней модели рванул с места и скрылся на дороге, подняв во дворе еще не убранную пыль. Впрочем, спешить скандальной автомобилистке особо было некуда. Потому в этот жаркий летний день она, стоя на светофоре, размышляла, в какой бы супермаркет заехать, чтобы купить там воды подороже.

Уже пора представить владелицу джипа. Ирина, финансовый директор крупной компании, выглядела как женщина без возраста. При этом не прилагала к своей внешности никаких особых усилий – раз в месяц коротко стриглась, делала маникюр-педикюр, еженедельный массаж – вот собственно и все косметические процедуры. Многие салоны красоты, да и не только они, приглашали Ирину стать их клиенткой почти бесплатно. И вовсе не потому, что Ирина была звездой с обложки или очень приятна в обхождении с персоналом – это как раз наоборот, — просто Ирина была великолепным финансистом, богом в своем деле. Многие фирмы обращались к ней за разработкой финмоделей как по разовым делам, так и для просчета бизнеса в целом.
Единственное, что в жизни любила Ирина и к чему трепетно относилась – это к цифрам. Они не обманывали, предоставляя огромные возможности тем, кто понимал их язык. Ирина же язык цифр не просто понимала, она чувствовала его на уровне подсознания, улавливая все тонкости условий, возможности использований тех или иных статей доходов и расходов как прошлых дел, так и будущих периодов. Слава о способностях женщины-финансиста давно бежала впереди Ирины, заказов было много, на основной работе прислушивались к каждому слову, исполняя любой даже самый странный каприз, понимая, что этот специалист своих капризов стоит.

И вот недавно в офис назначили нового директора — молодого мальчишку, родственника хозяина. Тот, не оценив ситуации, вздумал, не посоветовавшись с финансовым директором фирмы (и даже не пришел в кабинет, сопляк, не представился Ирине!) заказать совсем другую воду в офисный кулер, не ту, к которой привыкла Ирина. Этого прощать было нельзя! Потому Ирина в боевом настроении держала путь к самому дорогому магазину в округе и после к самой дорогой стойке с водой – пусть попробует только не оплатить чек за покупку или, что еще хуже, в следующий раз проявить самостоятельность и не спросить мнения самой главной женщины организации.

Оплатив покупку импортной негазированной воды (только в стеклянных бутылках), целую упаковку из двенадцати штук, Ирина поняла всю нелепость сложившейся ситуации – элитный магазин не оборудован пандусом для спуска магазинной тележки. Видимо, хозяин супермаркета решил сэкономить на сборщиках магазинных каталок, которые автомобилисты так любят разбрасывать по стоянке, потому придумал некую хитрость – докатить товар можно было только до лестницы, а дальше расстояние для товара на колесах становилось непреодолимым.

Ирина замерла с покупкой на верхней ступеньке, соображая, что и кому сейчас высказать, чтобы проблема решилась. Тут, как по мановению волшебной палочки, рядом оказался мужчина. Будь в сложной ситуации не Ирина, а какая-нибудь другая менее расчетливая дама, то она бы уж наверняка заметила необыкновенную притягательность этого представителя мужской части населения. Зеленоглазый подтянутый красавец смотрел сверху вниз на совсем не обиженную ростом Ирину и улыбался обаятельнейшей белоснежной улыбкой. Ирина же, вспомнив знакомство с начальством супермаркета, сочла волшебное появление за услугу от администрации, потому улыбку и мужчину восприняла как извинение за неудобство.

— Ну наконец-то, сообразили. Так, берем это – и ткнула ухоженным ногтем в товар – и несем вон туда – и пискнула брелоком автомобильных ключей, открывая багажник своей машины.

Парень пожал плечами, легко подхватил упаковку из двенадцати стеклянных бутылок с водой, почти по литру жидкости в каждой, и пружинистым шагом направился к открывающемуся багажнику. Ирина поспешила следом. И вот покупка уложена, багажник закрыт.

— Передайте, чтобы пандус обязательно сделали! – сделала замечание Ирина, привычным жестом протягивая сто рублей чаевых.

Красавец продолжал улыбаться и почему-то не спешил брать деньги.

— Мадам, а с чего Вы решили, что я носильщик? – слегка насмешливым тоном произнес он.

Ирина обернулась и наконец-то рассмотрела неожиданного помощника. А ведь действительно, на носильщика не похож – слишком холеный. Женщина занервничала. Ситуация не укладывалась в классическую, а значит обычная помощь может обойтись намного дороже, что невыгодно. То, что помощник мог быть просто воспитанным человеком, в понятия Ирины не входило – слишком много раз жизнь заставляла разочароваться в этой людской стороне.

— И что же Вам нужно, неносильщик? – деловым тоном с вызовом поинтересовалась женщина.

— Ну для начала Вы дадите мне свой номер телефона, а там посмотрим – шаловливым тоном проговорил незнакомец.

— Альфонсы перешли на новый уровень охоты? Совсем обнаглел?! Ничего не получишь! – Ирина возмущенно хлопнула дверью автомобиля перед лицом новоявленного ухажера, и в который раз за утро сорвалась с места, оставив красавчика на стоянке в полном недоумении.

За чем же так? – поинтересуется любая женщина – можно было бы дать телефончик, пококетничать с приятным мужчиной, а там уж и ярлыки на человека вешать, тем более Ирина не была связана никакими обязательствами матримониального или какого-другого более легкого плана. Но Ирина любила цифры, а они говорили обратное.
Во-первых, цифры в паспорте напоминали о возрасте, в котором не знакомятся на стоянках и не раздают телефоны обаятельным незнакомцам. Этим грешат молоденькие вертихвостки, насмотревшись наспех слепленных сериалов и решив, что именно так должны выглядеть роскошные принцы-миллионеры их розовых мечтаний. Ирина даже в детстве осуждала неразумную Ассоль, что уж говорить про настоящий ее, бальзаковский возраст.
Во-вторых, не надо быть расчетливым финансистом, чтобы понять — красавчику приглянулась не возрастная женщина с ее непокладистым характером, а дорогая покупка, красивая машина и возможная в будущем состоятельная и необременительная жизнь.
Да, Ирина была очень практичной женщиной – настоящим финансистом. Одно из первых правил расчета – реально оценить свои возможности. А у Ирины не было ни возможностей, ни желания заводить себе не то что красавчика, а даже домашнее животное. Это ж дополнительные расходы на стирку, уборку, корм и другую бытовуху. Нет, в ее отлаженный годами мир никто не вписывался.

С такими мыслями женщина наконец прибыла к офису. Финансово-бухгалтерский отдел притаился в ожидании очередных разборов. Ирина спокойно прошла через отдел до своего кабинета с золоченой табличкой «Финансовый директор Кощеева И.А.», и открывая дверь своим ключом, через плечо бросила подчиненным:

— Все приготовили отчет и через полчаса по очереди ко мне! Артему – через пятнадцать минут зайти, – и захлопнула дверь.

Артем, молодой мальчик, только по окончании вуза, сначала было радовался, что получится перенимать опыт у всем известного профессионала, но проработав две недели начал подумывать, что опыт можно было начать нарабатывать и в коллективе с климатом попроще. Здесь же все зависело от настроения начальницы, которое редко бывало хорошим. Не то, чтобы ругали не за дело, но ошибки и просчеты были по мнению вчерашнего студента не настолько критичными, насколько категорическим был разнос каждого на начальственном ковре. И зачем теперь ему идти первым в этот кабинет? Уже увольняют?

Коллектив отдела тем временем собирался у стола Артема.

— Давай, Артем, не смущайся – дерзай. Весь отдел благодарен будет. Да что там отдел – вся фирма спасибо скажет! – подкалывали коллеги.

— Что дерзать-то? – засмущался Артем. – Я ничего ж не знаю.

— Тебе ничего знать и не надо. Видишь – понравился нашей мегере, тебя отдельно зовет. Ты там давай, не робей – комплимент вверни или подмигни, что ли. Может влюбится наконец-то, и подобреет – нам всем легче будет. Да что ты мнешься – тетка ничего еще, не страшная и не старая, просто кошмарить всех любит, вот и кажется чудовищем. А ты сделаешь нам из чудовища принцессу, как в сказке. Не мнись, соберись и шагай! – напутствовал коллектив.

А из начальственного кабинета уже звенело:

— Артем, я тебя долго буду ждать?!

Молодой специалист под смешки коллег неуверенно поплелся на ковер. Ирина потягивала свежезаваренный кофе. Не отрывая взгляда от монитора, бросила на край рабочего стола брелок от своей машины:

— В багажнике достанешь упаковку с водой, раздашь всем по бутылке, остальное принесешь мне. Живо.

Артем внутренне выдохнул – пронесло. Ирина недовольно оторвалась от компьютера.
— Ну что стоим? Что-то не понятно?

— Нет, Ирина Анатольевна, все понятно. Я сейчас. – мальчик схватил ключи и радостно засеменил к выходу.

— И вот с этим приходится работать – вздохнула ему вслед Ирина.

Нет, она такой не была. Еще до окончания вуза будучи студенткой девушка-отличница точно знала, как себя проявить на практике, чтобы с полученным дипломом вернуться в фирму, заинтересованную в новом специалисте. Потому не ждала, когда вызовут, а сама шла просить новую работу, оставалась сверхурочно, бралась за трудные графики, вникала в сложные ситуации. Гнали — уходила и тут же возвращалась с новыми идеями, ругали – извинялась и исправлялась.
Ирочка как молодой специалист понимала, что сейчас (то есть тогда, в молодости) работает не за деньги, а за опыт (который, как учил классик, «сын ошибок трудных»). Надо максимально взять все от тех профессионалов, которых дает судьба, и только потом, став самостоятельным работником, наработав имя и стаж, можно требовать должного уважения к себе как к профессионалу, и даже устанавливать достойный уровень оплаты своего труда. Не то, что эти…
Ирина выглянула в свой отдел.

— Что сидим? По очереди с отчетом! Долго вас ждать?!

И рабочий день пошел своим чередом…

Вечер не предвещал ничего необычного. Ирина заводила свой любимый автомобиль. Дома ждал телевизор с очередным не обременяющим мозг сериалом, еда из вечно должного ресторана (то им одну концепцию посчитай, то другую – готовить бы сначала научились!) и спокойная огромная кровать только для одной – себя любимой.

Звонок телефона не обещал ничего, кроме какой-нибудь срочной работы.

— Ну что еще – без приветствия ответила Ирина. Она и в рабочее время уже давно не церемонилась, а уж после работы звонки шли только от тех, в ком она не нуждалась.

— Кощеева? – пуаза.

— Да. Это я, — Ирина от неожиданности сменила тон голоса.

— Ирина Анатольевна? Владелица автомобиля… — и были перечислены марка, цвет, номера в точности, как и у Ирины прописано в документах.

— Да, а что случилось? – Ирина умела быть вкрадчиво-вежливой.

— Сегодня, в десять часов утра Вы на парковке перед супермаркетом – далее был назван адрес с индексом, как будто телеграмму надо слать – сбили человека и скрылись с места преступления. Случившееся зафиксировано на камеру наружного наблюдения. Также имеются свидетельские показания. Если Вы не желаете дальнейших осложнений, то необходимо срочно подъехать на место происшествия. Потерпевший готов уладить конфликт мирным путем. Поторопитесь! — и повесили трубку.

— Мерзкая скотина! А еще улыбался в тридцать два зуба! — Ирина не секунду не сомневалась, что пострадавшим сказался утренний «неносильщик». В очередной раз за день ударила по газам, заодно судорожно набирая номера известных и немного должных «сильных мира сего».

— Алло! Да, у меня сложная ситуация! Да, скорее всего будет шантажировать! Что значит «лучше заплатить» ?!!! Да не надо мне Ваших денег, у самой есть! Что значит «не докажете»? А зачем Вы вообще работаете?!!!

Ирина спешила разобраться с нахалом и, похоже, вымогателем. Но вечерние городские пробки не способствовали ее желаниям. После разговоров и увещеваний по телефону женщина начала сначала задумываться о возможностях случившегося, а после и вовсе стала представлять картины запутавшегося (зацепившегося футболкой за зеркало машины, или прихлопнувшего дверью машины брючину, или что там еще у этого «ненасильщика» развивающееся-легкое-летнее?) мужчину, упавшего на асфальт и судорожно пытающегося высвободиться из-под стремительно уезжающего автомобиля Ирины. Но ведь это не она на него наехала, он сам виноват?!! Да, она – владелица средства повышенной опасности, да – должна проверять! Но ведь от каждого идиота нельзя застраховаться! И что теперь – в тюрьму?!!

Когда Ирина подъехала к супермаркету, нервы женщины были на взводе. Судорожно припарковалась, бегло и затравленно огляделась. На тех же ступеньках улыбаясь стоял живой и здоровый красавчик.

— Добрый вечер, Ирина Анатольевна.

Ирина все еще оглядывалась, ожидая увидеть полицию, скорую или еще какую комиссию, способную зафиксировать ее нарушения и его состояние невменяемости. Но ничего такого в округе не наблюдалось.

— Да что Вам вообще от меня надо?! – нервы сдали, и Ирина из последних сил накинулась на красавчика с кулаками.

Тот, продолжая улыбаться, аккуратно сжал руки женщины и посмотрел ей в глаза. А действительно, что же ему от нее надо?

— 2-. Красавец

Иван Царёв давно уже стал самостоятельным человеком. Мама осталась в прошлом со своими наставлениями и желаниями «сделать из Ванечки человека», ныне же про её нравоучения Иван вспоминал разве что на могилке в родительский день. Отца своего не знал. Папаша канул где-то в просторах российских ещё до рождения сына на свет.

Достаточно рано светловолосый Ванечка понял магию своей внешности. Стоило только маленькому тряхнуть своими солнечными кудряшками, и воспитательницы садика, а позже учительницы школы готовы были забыть множество незначительных шалостей их подопечного. С возрастом становилось сложнее брать обаянием, приходилось что-то говорить умное и делать многозначительное лицо. Но это искусство уже подростку далось также легко.
Так постепенно тренируясь на учителях, одноклассниках, а позже профессорах и девушках, Ванечка понял своё место в жизни: все получится, стоит только найти правильный подход к нужному человеку.
Собственно, так и удавалось. Вовремя выбранный престижный вуз помог образованию нужных знакомств.
Там и началась дружба с капризными принцессами богатеньких королей, который с превеликим удовольствием плакались в жилетку красавцу-однокурснику по любым мало-мальским проблемам. Уже после обаятельному юноше не раз приходилось спасать от разного рода «несчастий» то каких-то Василис-королевишен, то простых Настенек, но за которых уж очень радели разные Морозки. Василисы и Настеньки отогревались на широкой груди Ивана, выплакивались, и уходили дальше в свое личное большое плавание, оставляя другу-помощнику нужные знакомства, небольшую долю в каком-нибудь бизнесе, выгодные контракты и просто суммы денег от благодарных пап и папиков.
Впрочем, имеющееся образование управленца позволяло окончательно не промотать полученное и потихоньку достойно существовать без излишеств.

Так Иван Царёв обзавёлся кое-каким необременяемым бизнесом, а также какими-то пакетами акций, приносящими неплохой доход. В целом жизнь удавалась: смог приобрести и квартиру, и машину, да и вообще нельзя сказать, чтобы нуждался в чем-либо.

Вот так и сложилось, что занимался Царев всем и ничем: свободный человек со связями, в поисках очередного приключения.

Все было бы хорошо, пока под ногами не начала вертеться странная цыганка. Понятно, если б Иван каждый день проезжал мимо вокзалов или других мест обычного обитания табора, но ведь нет. Эта представительница кочевого народа как будто специально встречала Ивана то возле дома, то возле места переговоров, полностью дискредитируя итак сомнительного партнера. Каждый раз она пугала его страшным будущим, если молодой человек срочно не совершит должное.

Раз отмахнулся, два прогнал, три накричал — не понимает. Уже перед общими знакомыми стало неудобно: только за стол переговоров в уютном кафе присядет, а тут эта «дай погадаю».
Надо сказать, что репутация у Царева итак в бизнес-кругах была не ахти, дела с ним вели по настоянию очередного богатенького Морозки, и заканчивали аккурат с окончанием такого протежирования: все прекрасно понимали, на чем держится устойчивое положение партнёра.
В перерывах между принцессами вести дела с Иваном остерегались и присматривались, не обиделся ли предыдущий папик и куда повернёт дела следующий.
А тут ещё и привязчивая цыганка. В один прекрасный час Иван не выдержал, схватил за цветастый платок и прошипел: «ну что тебе от меня надо, денег не дам».

Цыганка вместо обычного вымогательства сверкнула гордо глазами: «да нужны мне твои гроши! Завтра приходи по этому адресу, там и поговорим. — и всучила опешившему Ивану чёрную визитку с выбитым золотом адресом. — и смотри, не придёшь — хуже будет!» – и пропала.

Царёв повертел пафосную визитку. Отмахиваться от назойливой цыганки становилось сложнее день ото дня, и Царев наконец решил наведаться по указанному золотом на черном адресу.

Магический салон цыганки не отличался от привычного киношного шаблона: полутемная комната, перегороженная в самых неподходящих местах громадным количеством вроде бы ненужных занавесей, низкие диваны и пуфики, хаотично расставленные по центру пространства, и конечно главный атрибут — круглый видавший виды столик с хрустальным шаром. Шар то светился разными цветами, то вздрагивал яркими всполохами, явно привлекая к себе внимание вошедшего.
Подойдя ближе к единственному из всей обстановки яркому предмету Царёв захотел самостоятельно взглянуть в глубь хрусталя и застыл, притянутый начавшими транслироваться картинками.
Впрочем, показывался не страшный фильм из жизни Ивана, и не грехи его прошлого и будущего: демонстрировался один из обычных рабочих дней какой-то странной, если не сказать ужасной женщины, привыкшей пользоваться своим превосходством, как умственным, так и социальным.

«Какими же чудовищами могут стать женщины!» — не сдержал своего отвращения Иван, высказав мысли в слух.

— Собственно, для этого тебя я сюда и позвала — сзади ниоткуда появилась знакомая цыганка.

Иван вздрогнул, но собрался и тут же хмыкнул:

— Моя работа — вот это чудовище? Интересно, и что же меня может заставить сделать хотя бы шаг в сторону такой дамочки?

То ли шаг в сторону сделал Иван и не заметил, толи пуфик под ноги прыгнул, только свалился на мягкую подушку гость цыганки сразу после своих вопросов. После огляделся по сторонам и уже более смиренным тоном поинтересовался у хозяйки странного заведения:

— Я -то ей зачем, у неё вроде все хорошо и с личным самомнением, и с социальной ориентацией — даже сверх меры.

— Почему — почему… Родственники твои когда-то давным-давно дел натворили, вот и пришло время работы над ошибками, не то дальше хуже будет, — загадочно сформулировала причину цыганка.

— Да какие родственники, я их знать не знал, и сейчас знать не хочу. Их проблема — пусть сами исправляют, мне никто не помогал, а тут на тебе, вспомнили. — По-мальчишески надул губы Иван.

— Не вспомнили пока мест, не переживай. Но надо, чтобы вспомнили. А вот проблема эта как раз твоя. Не решишь — вся жизнь твоя, итак не очень героическая, совсем наперекосяк пойдёт: ни денег, ни славы. Только беда да позор.

Царёв задумался. То, чем он в основном занимался, ему и самому порядком надоело. Семью с таким бизнесом заводить — чистое самоубийство. А ведь годы идут, душа уюта просит. Так вот в один день не выдержит вечного притворства. Так слова цыганки станут реальностью, причём та грань, за которой становилось совсем тошно, была как никогда близка.

— Будет у тебя и терем богатый, и семья благополучная, и дом-полная чаша, только теперь уж потрудиться надо, — как бы продолжив мысли Ивана выдала цыганка.

— Ну так не томи, что от меня требуется? — смирился Царёв.

— Ничего того, что ты раньше не делал. Случайно познакомиться с этой дамой. Её Ириной зовут. Завтра утром, часиков в десять, появится она, как всегда не в духе, на стоянке вашего самого престижного супермаркета. Вот там и действуй. А как получится завести дружбу-знакомство, так потом мы твои действия по нужному руслу направим. – настойчиво отчеканила цыганка, не уточняя про загадочных «мы».

Царёв последние слова цыганки слушал, склонив голову, а сам соображал, как поступить: то ли отказаться прямо сейчас от сомнительного варианта цыганки (ещё каких-то родственников с их проблемами приплела, не было отродясь этих родственников), или согласиться, но чётко оговорить условия сделки и тот результат, который от него требуется. Вот наконец решился и резко встал:

— Значит так! … — Иван обернулся в поисках своей собеседницы, но комната была пуста.
Огляделся — пусто в помещении, как будто и не было никакой цыганки и её наставлений.

Вышел на улицу как в тумане, долго брел в неизвестном направлении, после опомнился, что возле салона цыганки оставил свою машину, попытался было вернуться обратно, но понял, что заблудился в своем давно знакомом городе. Так плутая часа два, наконец набрел на брошенный автомобиль, но места не узнал: и дома оказались другие, и никакого магического салона там не оказалось.

— А может и не было ничего, — усмехнулся сам себе Иван, довольно уселся на водительское сиденье, повернул ключом зажигания, как вдруг из динамиком отчетливо раздалось: «Выполняй!» — только успел звук колонок выключить. Желание забыть про обязательное знакомство с Ириной сразу отпало.

Остаток дня посвятил продумыванию плана предстоящего появления перед всем известным чудовищем. Про цыганку даже думать не хотелось – может потом загадка сама собой раскроется.

-3- Навь

Давным -давно это было, даже для Нави много лет прошло…

Баба Яга, управившись с делами, сидела у окошка, ждала подругу закадычную, богиню светлого пантеона Мару. Та тоже спускалась в Навь не просто так, а с делами важными: свежепреставленных проводить, по делам их разместить да мужа своего, Кощея — правителя Нижней Нави — проведать.

Наконец хлопнула дверь за долгожданной гостьей, но уж больно резко и зло.

Вот и сама Мара появилась. Да не вошла, а ворвалась. Без слов к столу, чашу мёда пьяного схватила-опрокинула, вторую налила.
Яга тряхнула рыжей копной волос и поднялась со стула:

— Что опять у вас в семье случилось? — схватила за руку Мару, потянувшуюся было к третьей чаше, — давай присядем рядком да поговорим ладком. Ты вот кулебяки сперва отведай, а уж потом мёдом горе заливай.

Мара буквально упала в предложенное кресло возле стола, Яга пристроилась рядом, молча подчуя гостью. Обычай такой — сперва накорми-напои, а уж потом и расспрашивай.

Гостья поела- попила, охнула и завыла по-бабски, будто и не богиня вовсе.

— Ох, Ягинюшка, подружка моя закадычная, и куда ж этот мир катится, если и в Нави правды не сыскать! Да как же мне в Правь, обиженной и одинокой-то возвращаться. Сварога только гневать да очередную войну Ясней и Дасуней устраивать.

— Мара, ты не слишком ли серьёзно настроена? Ну поругались опять с Кощеем, так это у вас нормой считается. Сейчас посидишь у меня, поплачешься, кознь какую несильную сообразишь да очередной подарок из златых сундуков кощеевых получишь. Зачем война?

— Да какое там поругались! Оказывается, пока я зиму ставила в Яви, Кощей за мной поднимался да присматривал. Углядел в моей дружбе с Морозом стязю, неприличную для замужней богини, да обиду затаил. А по весне и придумал украсть Василису Прекрасную, невесту Ивана-царевича, в своём дворце в заточении поселить. Это чтобы значит, я весной вернулась, а у него тоже другая! Так мало того, он, похоже, и в правду запал на эту явскую красавицу — так спокойно мне рассказал о том, что задумывалось, а что сталось! У самого такая грусть-печаль в глазах, что даже смерть от руки этого дурака Ивана-царевича не пугает! Говорит — лучше смерть, чем безмерно жить и страдать от любви невзаимной! Это он мне, его жене, так говорит!

— Да, сложный случай… — Яга всерьёз обеспокоилась, — ну а почему царевич-то тебе дурак?

— Так какой умный жених невесту без присмотра оставляет, да ещё и красавицу писанную! Был бы умнее, не пришлось бы мне сейчас горевать тут. В очередной раз оправдалась бы перед Кощеем, тем более что и нечего оправдывать — работа у нас с Морозом такая, общая. А вот теперь что делать, ума не приложу. Опять колдовать над Кощеем? Так я ж все силы на зиму явскую потратила, только ближе к лету с полной магической мощью соберусь, меньшее на него и не подействует. Да боюсь и вся магия тут не подействует, — пуще прежнего взвыла Мара, — сила любви — это сила Рода, а что уж против неё я. – но тут же переключилась на соперницу, — А может Василиса тоже каким колдовством владеет?
Специально моего мужа обхитрила-опоила, чтобы приданного на свадьбу-то подсобрать. Ведь и не из знатного рода, а вон и царевич к ней посватался! Царь сам было стал против свадьбы, так увидел на званом пиру невесту, да и согласился! Говорят, плеснула она ему из рукава чего, когда в танец пошла. Тому даже озеро и лебеди привиделись!

Теория Мары начала набирать обороты.

— Так тогда и сила её не в Роде, и не в любви. Значит Род не будет супротив моей магии, которая по сути всего лишь восстановит равновесие и справедливость! Надо мне только с Иваном-царевичем повстречаться да и расспросить у него все про невесту его, а уж потом и понимать, как действовать.

Яга молча слушала и качала головой. Даже в её рыжую голову темной богини не вмещалось происходящее. Кощей всегда славился своей увлеченностью явскими красавицами, но чтобы вот так прямо Мару разлюбить, да не бывало такого. Надо действительно заглянуть в Книгу волшебную, может она что откроет про эту Василису.
Пока Яга задумалась, у Мары созрел свой план.

— Подруга, а уступи ты мне терем свой на время. Иван-царевич мимо тебя-то не проедет, так я его вместо тебя здесь и встречу. Накормлю-напою, спать уложу. А заодно и расспрошу как следует про Василису Прекрасную.

— Куда ж это я сама денусь? — опешила Яга.

— Так хоть к батюшке своему, владыке Средней Нави, Вию-чародею в гости наведайся, чай давно отца родимого не видела, — тут же нашлась Мара.

— Я как раз, мне кажется, здесь тебе нужна. Сейчас книгу волшебную достанем, в зеркальце потом заглянем да вместе правильную кознь придумаем. Одна голова хорошо, а две лучше, — не спешила Яга.

— Я уже все придумала. Доверься. Ты ведь меня знаешь. Я и умная, и хитрая, и сильная, да и красивая тоже. Всего-то дня два мне нужно. А после возвращайся в избушку свою. Ну что ты брови хмуришь? Справлюсь сама. А нет, так за два дня ничего не случится, чего исправить потом нельзя будет.

С нелегким сердцем покидала свой терем Яга, что-то не давало ей покоя. Но обосновать свои опасения не могла, потому и отказывать подруге не решилась. Да и отца действительно давно не видела, так что аргументов за отказ от просьбы Мары не оставалось.

Через два дня, как договаривались, прилетела Яга к своей избушке на курьих ножках, а там такое…

Мара стоит на пороге терема простоволосая, провожает Ивана-царевича в Явь к царю-батюшке. В губы его целует, возвращаться приглашает, платком слезы утирает. Да и царевич хорош: глаза на мокром месте, оторваться от порога не может, даром конь копытом бьет.

Яга мешать не стала. А как закончилась сцена прощания, так к Маре с расспросами пристала.

— Это что ж такое, так ты мужа возвращаешь?

— Да Род с ним, с Кощеем. Пусть переболеет этой Василисой, а там посмотрим. Через год проведаю. — Мара довольно улыбалась в след уезжающему царевичу.

— Отомстила? Ну понятно. И что ж теперь, царевич невесту-то спасать не будет? — в ужасе поняла поворот сказки Яга.

— Да зачем ему эта простолюдинка, после богини-то! А что отомстила, так я с него пример беру.

Мара ещё раз бросила довольный взгляд в сторону удаляющегося всадника, потом сладко потянулась, и как ни в чем не бывало, спокойно сказала:

— Загостилась я в этот раз у тебя, Ягинюшка, пора и честь знать. Да и у тебя дела, поди, не дремлют. Увидимся.

На сём богини и распрощались.

Прошло лето, а за ней и зима закончилась. Яга жила в своём ритме и забыла думать про историю Мары и Кощея. Да и зачем , своих проблем хватает: то на границу миров чудик какой забредёт со своим вычитанным где-то «избушка-избушка, встань к лесу задом, ко мне передом». И невдомёк ему, несмышленому, к какому-такому лесу и какое лицо к нему повернётся. Приходилось запугивать да метлой прогонять: всем своё время для перехода реки Смородины, не стоит в Навь живым людям торопиться.
Да и с коренными жителями навского приграничья также хлопот хватает. Уж больно любят они людишек попугать да морока наслать, а то и других каких фокусов напридумывают для заманивания дурачков пред очи бабы Яги, а сами из-за кустов посматривают-посмеиваются: развлекаются каждый по своему.
А над всеми хозяйка и заступница одна — владычица Верхней Нави Яга Виевна. Так что не до чужих семейных неурядиц ей.

Но слухи, такие уж они вездесущие, все равно просачивались даже сквозь плотно закрытые ставни терема Бабы Яги. Отмахивалась от них Яга, как могла, старалась не думать.

По весне явилась с очередным визитом подруга закадычная. В отличие от прошлого раза спокойная, умиротворенная даже. Сели как водится за стол, налили настой Иван-чая, заедали пряником печатным. Да как-то само собой вспомнилась история прежняя.
— Ну что там твой Кощей, поправился? — вырвался вопрос у Яги.

— Да вроде не кашляет — пошутила Мара, — а этой Василисой переболел без последствий.

— Да уж так ли без последствий? Слышала я, что девочка у них подрастала…

— Было такое. Так Кощей их в Явь спровадил, там для детей воздух привычнее. Да и надоела ему эта уже не совсем и прекрасная, и не такая мудрая, да и вовсе как оказалось, обыкновенная. Развеялись её чары непрочные. Но Кощей выкуп дал хороший, место под солнцем обеспечил. Так что не переживай, подруга, все у них хорошо, и мы об этой Василисе больше не услышим.

— Слышала, что и твой роман с царевичем так гладко не закончился? — продолжила допытываться Яга.

— Ох, ничего от тебя не скроется, Ягинюшка. Все тебе твои навские жители разглядят, разнюхают и доложат. Да, с началом зимы появился на свет Иван-царевич младший. Только зачем ему такая мать? Да и кто его в Прави оставит, не того роду-племени. Вот я и отдала его на воспитание в царские палаты, пусть растёт во славу отца, все равно у него других детей никогда боле не будет. Не сможет он ни на кого так глядеть, как на меня. Так пусть сыном радуется.

— Как знаешь. – вздохнула Яга,- С мужем, так понимаю, мир да лад теперь?

— Правильно понимаешь. Все хорошо, все по закону Рода.

Яга в спор вступать не стала, хотя прекрасно понимала: та ссора богов ещё вспомнится и людям, созданным ими, и самим богам, невзначай нарушившим равновесие Прави, Яви и Нави. Но сейчас действительно все выглядело хорошо.

Прошло несколько веков. История ссоры Мары и Кощея забылась. Жизнь мира шла своим чередом. В мире богов как обычно неторопливо да по стародавним законам, люди же вечно спешили и не успевали, умирали и рождались, сменялись поколения и эпохи.

И вот одной прекрасной весной Мара как обычно гостила у Яги.

— Подружка моя верная, а не заваришь ли ты мне чайку, силы прибавляющего? — попросила Мара.

— Заварю, конечно, только скажи, от какой напасти?- насторожилась Яга.

— Сама не знаю. Что-то нездоровится мне в последнее время: то руки ломит, то голова кружится. Вот и морщины появились, почти как у людей. Так дальше пойдёт, и стареть начну.

— Странно… — задумалась Яга, — а Кощей как себя чувствует?

— Да что-то тоже хворать начал… Ты думаешь, зараза какая у нас?

— Кажется, я догадываюсь о вашей заразе. Ты пей чаек, а я пока зеркало своё волшебное принесу. Посмотрим, проверим мою догадку.

И вот две подруги-богини склонились над волшебным зеркалом. Нет, их совсем не интересовало, кто на свете всех милее. Каждая была хороша по-своему. Окажись рядом строгий судья с конкурса красоты, и тот вряд ли смог выбрать между рыжеволосой зеленоглазой Ягой и черноволосой голубоглазой Марой.

Яга же, присев перед зеркалом, чётко задала более прагматичный вопрос: «покажи ты нам, зеркальце, потомков Мары и Кощея в Яви!»

Мара удивилась было: «какие потомки, нет у нас никого», но тут же вспомнила историю многовековой
давности, и поняла, куда Яга клонит.

А зеркало тем временем начало трансляцию сначала жизни Ирины Кощеевой, а после Ивана Царева.
И сразу стало понятно, что связь между потомками хоть и потеряна, но гены, когда-то оставленные в наследство богами, давали людям особую силу, недоступную обычному человеку. Бралась же эта сила прямиком из состояния здоровья Мары и Кощея: связь, налаженная однажды, осталась и разрасталась с годами.
Так маленький ручеёк, с трудом пробивший себе дорогу в камне, после почувствовав мощь, растекается широкой полноводной рекой. И самое страшное, отчего нездоровилось богам — расходовалась потомками их сила в никуда, ничего не созидая и не приумножая, потому и иссякала.

Ирина Кощеева, унаследовавшая Кощеево умение приумножать богатство, занималась этим на благо чужих, малознакомых и подчас совсем не достойных этого блага людей.
Таким людям благо не давалось в силу их грехов, им необходимо было их отработать, а уж потом получить вознаграждение за труды. Но зачем стараться, когда есть Ирина Кощеева — специалист экстра класса.
Потому была Ирина несчастна, что делало итак непростой кощеев характер совсем невыносимым.

Иван Царёв, как и его пра-пра-пра…, умел кого угодно успокоить-убаюкать, заморозить и снегом заровнять. Любые страсти и трагедии в его умелых руках превращались в милую историйку, не стоящую переживаний. Спокойный и уверенный в себе красавец манил своим льдом обжекшихся на неудачных романах нервических барышень.
Но сам так счастье своё и не встретил, да и встретить не мечтал уже, направив свой талант в работу, больше относящейся к сомнительной игре Альфонса, нежели уважаемой практике психолога.
Да и если бы он помогал достойным женщинам, а то больше девицам капризным и бесполезным. Потому удовлетворение от такой работы приходило все реже и реже.

Мара внимательно вглядывалась в Явь и хмурилась все больше и больше. С окончанием трансляции лицо богини Солнечного пантеона было чернее тучи.
— Что ж теперь делать? — обратилась она с вопросом к Яге.

— А вот раньше надо было моего совета дожидаться, — съязвила Яга.

Мара расстроилась окончательно. Сразу как-то все навалилось: и усталость, и неудачный роман, и его неудачное последствие, и в никуда растраченные силы, и муж, поступивший ещё глупее — а ведь должен был быть сильнее, мудрее, да предвидеть и удержать от проступка, даром что всесильный маг-чародей. Что тогда сама решение принимала, что сейчас самой расхлебывать.
Вот и подруга осуждающе смотрит, видимо не поможет. Что ж теперь — старение и смерть? И так все это закрутилось в голове у Мары, что впору было зареветь в голос.

Её предистеричное состояние не осталось незамеченным:

— Не реви, слезами горю не поможешь. Сейчас что-нибудь вместе придумаем. Ты уж соберись, вон отвара целебного ещё хлебни. Дума предстоит тяжёлая, а решение должно быть верное, чтоб не как в тот раз. Иначе исправлять будет нечего.

Яга поняла, что эту кашу придётся расхлебывать ей. Отпила настою всесильного, сходила за книгой волшебной, полистала её, что-то почитала. После задумалась.

— В общем так, Мара-Маревна, давай спокойно рассудим и поймём, как должно было все идти по сказу изначальному. А должен был Иван-царевич спасти свою Василису и пойти с ней под венец. Ты бы залечивала раны своего Кощея, а заодно и восстановила бы мир в своей семье.

— Ты что, хочешь время вспять повернуть? — ужаснулась Мара.

— Род с тобой, к чему такие жертвы? Да и не безопасно это для всего живого и неживого. Нет, мне кажется надо просто этих потомков (ведь они не только ваши, но и Василисы и Ивана-царевича) соединить сейчас любыми средствами. Тогда свершится все-таки должное, справедливость восстановится, да глядишь и сила ваша в никуда утекать перестанет, перейдёт к достойному потомству.
Да и вы, боги не уследившие за собой и за будущим, оставившие все на самотёк, уж расстарайтесь, присмотрите хоть теперь за своими-то!

— Звучит правильно, — задумчиво проговорила Мара, — только вот эти потомки такие разные, что это почти уже невозможно. Даже странно делается, как у таких близких всего несколько веков людей появились такие далекие друг от друга дети.

— Ну что ж ты хочешь, так ты и Кощей им противоположные направления с такой силой колдовской предали, что столько веков разбегаются. Так что теперь вам работа — придать обратное направление, соединить.

Мара в очередной раз поникла головой. Мысли гуляли где-то в веках, вспоминая то ссору с Кощеем, то связь с царевичем, а то просто кляня и саму себя за мысли дурные. А ведь могла бы Яга просто не уступить свой терем! Ну вот видела же, что подруга совсем плоха от горя!

— Мара, эти мысли к тупику приведут, — проговорила в слух Яга.

Богиня зимы и забыла, что её подруга может мысли читать.

— Хорошо, согласна, но у меня нет никаких идей даже по поводу встречи этих двух совсем разных людей.

— Так и быть, с началом я тебе помогу. Но далее сами будете следить за событиями и направлять своих подопечных.

На следующий день в Яви появилась загадочная цыганка, заставившая Ивана Царева познакомиться с Ириной Кощеевой.

-4-. Явь. Ирина

Голова кружилась, земля уходила из-под ног. Единственная мысль пульсировала: только бы не свалиться в обморок при этом проходимце. А тот как назло крепко держал, почти обнимал, и убаюкивающим голосом рассказывал сказку про какую-то цыганку, нагадавшую обязательную встречу Ивана и Ирины, а после долгую и благополучную жизнь вместе.

Слова звучали как сквозь стену: звук вроде как улавливался, но вот смысл надо было разбирать. А Ирина явно не готова была сейчас к разбирательствам.

— Да, я все поняла. Да, я тебя услышала. Хорошо, я обещаю подумать, — только и смогла выдавить из себя женщина.

Наконец Царёв понял, что дальнейшие уговоры бесполезны. Буквально всунул в руку полуобморочной женщине свою визитку, взял с неё обещание позвонить и посадил в машину.

«Доедет ли?» — мелькнула забота в голове Царева. Но увидев стремительный старт внедорожника, успокоился. Эта точно доедет.

Ирина действительно немного пришла в себя, оказавшись на привычном месте в своей собственной машине да за закрытыми дверями. Спокойный джаз, полившийся из динамиков, также настроил на поступательное движение. Но вот движение куда?
Пропетляв немного по улицам города, автоматически поворачивая под загорающуюся стрелку или следуя на зов зеленого светофора, Ирина поняла, что домой вроде бы и надо, но совсем не хочется. Там сейчас включит телевизор с очередными тревожными новостями, под него что-то съедобное закинет в рот, и станет совсем тошно.
Нет, только не сегодня. Весь этот стресс надо где-то оставить, не донося до дома.

Тут как специально попался на глаза вполне приличный бар, а рядом с ним как специально приготовленное для Ирины свободное парковочное место. Грех не остановиться и не зайти — отвести душу.

Уютный столик у окна пустовал. «Как раз для меня» — Ирина тут же осуществила эту мысль.

Пока листала меню в поисках желаемого, а на самом деле ещё витая в мыслях о случившемся, не заметила, как на против присел почтенный старец.

Подняла было возмущённый взгляд, но тут же натолкнулась на холодный и властный взор визави. Спорить с таким не хотелось, и во взгляде Ирины появился вопрос по классику: «чего тебе надобно, старче?». Правда, поклона от него ждать не приходилось, даже хотелось самой сжаться до состояния просящей, такая в неожиданном госте чувствовалась сила.

— Здравствуй, Ирина, — начал спокойным глубоким голосом старик, — не удивляйся. Я твой родственник. Правда настолько дальний, что ты обо мне ничего не знаешь.
Не переживай, просить у тебя ничего не буду.
Скорее наоборот, хочу тебе помочь по-родственному. У меня мало времени, потому слушай и не перебивай.

Я знаю про все твои достижения в жизни — это в тебе от меня. Горжусь. Но вот то, что ты не умеешь с людьми общаться, это тоже от меня. Эту ошибку надо исправлять. Не возражай! — старец заметил готовое сорваться возмущение Ирины. — сколько тебе лет? Ведь уже за тридцать, для человека совсем не мало. И с кем ты общаешься? Ни с кем. С подругами разругалась. Понятно, что глупые и не соответствующие твоему уму-разуму, но все же житейски более мудрые, чем ты: они ведь давно замужем и детей растят. А ты мужчин боишься, как огня. Да-да, именно боишься. Заранее думаешь о корысти, предательстве и банальном использовании тебя себе в угоду, при этом совсем не веришь в добрые чувства. Знаю, сам такой же. Но поверь повидавшему многое, они есть – нормальные люди, достойные тебя. Вот хотя бы сегодняшний твой знакомец. Чем не кандидат для дальнейшей жизни? И красив как Бог, и разумом не обделён, и нажить что-то уже успел. Что, удивлена? Да я все про тебя знаю, и про него тоже. Послушай моего совета, позвони ему. Нормальный парень, тебе ровня. Ну а если вдруг опять чудить начнёт, то ты меня позови, я его приструню. Вот мои контакты, — и старик протянул какое-то подобие современной визитки.

Ирина удивленно взглянула на предложенную карточку.

От старца не скрылось это недоуменное выражение в глазах Ирины, и он решил действовать уж совсем по-другому. Вцепился взглядом в глаза Ирины и проговорил совсем густым голосом:

— Слушай и повинуйся! Где визитка, что дал Царёв? Так, доставай. Умница, девочка. Теперь вынимай свой телефон. Я сейчас уйду, а ты наберёшь номер на визитке и пригласишь Царева в этот бар. Поняла? Молодец. Не бойся, я тебе плохого не посоветую.

Старик действительно после своих слов встал и как будто растворился в коридоре бара.

Завороженная Ирина послушно набрала телефон Ивана и почти мертвенным голосом позвала виновника сегодняшних неприятностей в бар на чашечку кофе, подчеркнув: требуется все обсудить. Что все, Ирина и сама плохо понимала, но сказала первое, что пришло в голову. Царёв как-то быстро согласился, даже сказал, что где-то рядом и скоро будет.

Ирину медленно отпускало наваждение. Заметила официанта, нервно топтавшегося возле никак не делавшей заказ гостьи. Что ж заказать? Нет, кофе пожалуй тут не обойдётся.

— Бутылку сухого красного принесите, какое тут у вас есть самое хорошее. И один бокал. — Ирина явно мечтала отключиться от эфира до конца сегодняшнего дня, впечатлений итак хватило.

— А кушать что-нибудь будем? — упрямый официант настаивал на закуске.

— Салат какой-нибудь. «Цезарь» есть ? Вот его и буду. Пока все.

Ирина откинулась на спинку стула, как будто последние силы отдала на разговор с официантом.

-5-. Навь. Мара.

Богиня зимы не спешила восвояси. Ягу уговорить на помощь с Иваном удалось, но вот что дальше? Самой убеждать Ирину Кощееву в правильности божественных замыслов совсем не хотелось. Во-первых, сразу от ревности начинала болеть на душе старая рана, прорезанная когда-то Кощеем. Да и не её это кровь, чтобы убеждать. Тут Мара вовремя вспомнила, что пора бы навестить мужа своего, Кощея, пусть и не совсем верного, но как друга и помощника точно надежного. За это и спасибо.

От Яги до Кощея было недалёко, это любому человеку ещё с детства по сказкам известно, а уж Маре и клубочек не требовался — сердце само подсказывало, куда идти.
Вскоре любимый муж угощал жену яствами, что Род послал.

— Ну и зачем, любимая, ты ко мне пожаловала? Чай, соскучилась по мужу?

— Ох, соскучилась, Кощеюшка, столько слез выплакала, что глаза помутнели.

— Глаза твои ясны, как небо в солнечный день. Не томи, сказывай!

Да уж, от Кощея так просто баснями не отделаться. Тут правда нужна. Но ведь и она бывает разной.

— То, что соскучилась, это правда. Клянусь родом своим. И твоим тоже. Да, не удивляйся, есть у нас с тобой продолжение, по Яви давно гуляет.

— Да знаю — нахмурился Кощей при воспоминании о проступке Мары. У него — то всего лишь инстинкт взыграл, вот и украл Василису у Ивана-царевича. А вот от Мары не ожидал подобного.

-Ну и что там с нашим родом? — хмуро поинтересовался Кощей.

— А то ты, мил друг, не заметил, что жизнь наша угасать начала, что здоровье пропало куда-то? Заметил, по глазам вижу. Так вот, потомство наше врозь идёт, и продолжения ему нету. Исправлять надо, иначе зачахнем мы с тобой, мил друг, каждый в своём мире безвозвратно.

— Что предлагаешь? — сухо отозвался Кощей.

— Не я, Яга мудрая надоумила соединить то, что изначально было предназначено друг другу, свести потомство во Василисы с пра-пра-правнуками Ивана царевича, а заодно и нашу с тобой кровь объединить, ведь они нам теперь не чужие.

— Дело говорит Яга. — Кощей задумался, — а что сама планируешь?

— Вот не знаю, как к Ирине Кощеевой правильно подойти. Уж и умна она, как ты, любимый; и золото к ней липнет, как к тебе, дорогой; и проблемы одной рукой решает, как и ты, мой мудрый муж. Прямо видно, что твоя кровь, и мне её не убедить. Может, что посоветуешь?

Кощей, услышав об Ирине, уже смотрел в зеркало Яви. Да, девка в него пошла, прям гордость берет. Молодец, Василиса, хорошее потомство вырастила. Вот только действительно может род на ней и угаснуть, уж больно нелюдима. Надо исправлять. Да куда тут Маре с её хитростями! Его, кощеева кровь сразу почует неладное.

— Не тронь Ирину, сам с ней поговорю. А что там с суженым её? — Кощея кольнула необходимость увидеть продолжение измены жены, но видимо это действительно единственная ровня в Яви, достойная его потомков.

— Друг дорогой, ну конечно это не твоё потомство, кое без изъянов во всех отношениях. Царевичи, они такие безалаберные! Но в целом подаёт парень надежды. Да вот хоть сам взгляни, — и Мара махнула рукой перед зеркалом Яви.

Кощей пристально вглядывался в отражение Ивана Царева. Да уж, не такого он представлял для своей пра-пра… внучки. Но если посмотреть с другой стороны — управляем, не без талантов, может устроить быт и уют для любой женщины. Похоже, многие капризные женщины Яви им очень довольны, так может и его Ирину осчастливит? Тут главное, чтобы понимал: или Ирина, или никто и никогда больше! Кощей впервые почувствовал себя папой взрослой дочери, и готов был идти до конца ради её счастья. Возможностей же у такого папы безграничное множество. Бойся, неверный муж.

Мара пристально вглядывалась в мысли Кощея, и, похоже, смогла уловить их ход.

— Дорогой, ты одобряешь план Яги? И что мне подскажешь? Я уже натворила дел, теперь боюсь без твоей указки влезать. — Мара льстилась, как лиса.

— Хороший план Яга придумала, даром что лунная богиня. Согласен с коллегой полностью. Ну а ты действительно уйди-ка в сторону, и не мешай умным богам дело делать. Сам поговорю с Ириной.

Мара еле сдерживалась, чтобы не просиять от счастья исполнения задуманного. Все решилось как ей надо, и руками другими: Кощея и Яги. Маре лишь оставалось наблюдать за событиями. Но, изобразив для начала на своём божественном лице обиду за недоверие, богиня Прави начала ублажать своего мужа хвалебными речами в его честь. Боги, они тоже немного люди, и ничто человеческое им не чуждо, даром что по образу и подобию лепили человека.

— 6-. Навь. Кощей.

Конечно, правитель Нижней Нави не мог не чувствовать игры его пусть и любимой, но не очень преданной жены. Безумные чувства давно канули в реку Смородину, и теперь все сказанное женой Кощей обрабатывал собственным разумом. К слову, то, что план придуман Ягой, заслуживало отдельного доверия.
После очередного ухода Мары в Правь, Кощей вновь сверился с зеркалом Яви. Да, так и есть: его Ирина и её Иван. Подходят ли для семьи? Если Кощей и Мара подходят, то почему бы и этим не подойти. И потом, права Яга, силы в никуда уходят; тратят их потомки не на благо продолжения общего рода, а на чужих не ценящих этого всего людей. Разлетается добро божественное, разлетаются силы и самих богов, тратя в никуда здоровье и жизнь Великих. Надо это остановить, соединив разъединенное.
С такими мыслями Кощей отправился в Явь, сначала невидимый, ждал и внушал Ирине появление в заданной точке пространства, а после вполне осязаемый, заставил притворить божественный план. Только бы не сыграли тут против него самого кощеевы гены, только б не начала сомневаться в родительском наставлении Ирина.

Вернувшись из Яви, Кощей прильнул к своему транслятору, который в сказках зовётся волшебным зеркалом.

Ирина не ослушалась прародителя, набрав номер суженного, предназначенного ей богами. Молодец, девочка. Не переживай, дальше папа о тебе позаботится. «Папа» — слово легло Кощею на душу незнакомым ранее теплом.

Не волнуйся, дочка (пусть и не в первом поколении, но родная кровиночка) папа все уладит, решит и защитит. Ты теперь не одна, за тебя есть кому постоять, люби на здоровье и на радость родителю.

— 7. Явь. Эпилог.

Вино в баре оказалось отменным. Ирина с каждым глотком забывала случившееся днём, как будто этот напиток богов выстраивал стену между прошлым и будущим. Стерся из памяти облик недавнего собеседника, заблудился где-то в прошлом собственный звонок с приглашением за столик следующего гостя. Появление Ивана Царева заставило Ирину вздрогнуть и снова вернуться к приключениям дня.

Иван же лучезарно улыбался. Ирина его позвала, а значит, наставления цыганки выполнить будет не сложно.

— Привет ещё раз, — произнёс он привычную фразу, но тут же осекся. На него смотрела не та уверенная в себе и хамоватая женщина, а очень слабая испуганная и беззащитная особа. В своей слабости недавнее чудовище выглядело обворожительной женщиной.

Ирина действительно потерялась, увидев Ивана. Сначала схватилась за сумку, потом её отбросила на диван, дрожащими руками притянула к себе бокал вина, расплескала его по скатерти, схватила салфетку и попыталась устранить следы капель, но не смогла. Машинально махнула Ивану на место напротив, и закрыла глаза, скомкав не справившуюся с каплями салфетку.

Ивана охватило какое-то теплое человеческое чувство, захотелось успокоить, обнять и оградить от неприятностей эту слабую, как оказалось, женщину.

— Не волнуйся, все будет хорошо, — только и смог выдавить из себя Иван, почти захлебнувшись в собственных вдруг нахлынувших чувствах.

Ирина хотела ответить в своем стиле, но не смогла. На нее смотрели искрящиеся глаза красавца. Как тут устоять.

И Ирина не устояла. Иван обнял свалившееся на него сокровище, ощущая всеми клеточками тела и мозга своё родное: вот оно, наконец-то дождался.

Три Бога Нави и Прави наблюдали за происходящим сверху и улыбались: уж теперь все будет правильно, по закону Рода.

0

Автор публикации

не в сети 3 месяца

maria101

0
flagРоссия. Город: Москва
Комментарии: 0Публикации: 4Регистрация: 30-01-2019

Регистрация!

Достижение получено 30.01.2019
Выдаётся за регистрацию на сайте www.littramplin.ru

Добавить комментарий

Войти с помощью: