ПОД ПОКРОВОМ НЕБЕС. КОГДА ВЗОШЛА ЛУНА

0
287

 

Посвящается Алексею-Аэрту Филатову, открывшему мне мир старинных книг и дорогу к мечте.

 

 

 

Глава 1. БЕЖЕНЦЫ ИЗ ФРАНЦИИ

Кристиан Леонтью, беженец из Франции,  спасаясь от преследования ведьм, обосновался в Вене, столице Австрии. С ним также бежала его жена Алисия. Они оставили дом и ни капельки об этом не жалели. Ведь, это они сделали не потому, что им так захотелось, а потому, что им надо было спастись.

На новом месте супружескую пару ничего не пугало, Алисия успела родить мужу сына Франклина и дочь Софию. Дочь была старшей, а сын – младшим. Причём, у обоих детей волосы были пепельными, кожа – бледной, а глаза – серыми, совсем как у отца. Кристиан носил прямые пепельные волосы до подбородка в сочетании с короткими тёмными бородой и усами. Самым удивительным было то, что у Кристиана от рождения пепельных волос не было. В чём же причина столь необычного явления, которое в народе именовалось «СЕРЕБРЯНЫМ ПРОКЛЯТИЕМ»?

Живя у себя во Франции, Кристиан через два года после женитьбы стал жертвой одной злой ведьмы. Был 959 год Нашей эры. В те времена колдуны процветали и старались распространиться по миру как можно сильнее.  Церковь равнодушно относилась к чернокнижникам, если те не обращались за помощью к потусторонним силам. Колдовство никак и ничем не каралось. Распознать колдунью по внешнему виду было невозможно, так как она старалась слиться с окружающими людьми. Вот так и получилось, что Кристиан в день своего двадцатилетия поскандалил со старухой, кравшей из его сада яблоки. Тогда она стукнула его по голове палкой и сообщила, что его ждёт проклятие. И это самое проклятие заключалось в том, что помимо того, что волосы и глаза у Кристиана будут пепельными, то и всё его потомство унаследует этот признак. Кроме того, кожа будет испытывать страшное жжение. Через день предсказание сбылось. Волосы и глаза Кристиана стали пепельными, а сам он постоянно испытывал кожный зуд и не мог ни есть, ни спать. Так продолжалось довольно долго. Алисия делала  мужу различные успокаивающие ванны и растирала отваром из целебных трав, но это не помогало. Тогда за помощью она отправилась к священнику и подробно рассказала  о произошедшем. Тот без колебаний согласился помочь:

— Я знаю, он много значил для тебя, дитя Божие. Для Бога не существует преград. Моей молитвой Он способен даже поднять мёртвого из могилы. Я приду к вам и причащу раба Божиего Кристиана.

— Благодарю вас. – И с этими словами Алисия вышла из церкви вместе со священником.

В тот же день Кристиана причастили на дому, прочли над ним канон, и он исцелился. Только вот волосы и глаза так и остались серыми. Это даже понравилось ему. Священника одарили свежевыпеченным хлебом и кувшином красного вина, чему тот был рад и сказал, что самая лучшая награда – это Божья милость.

— А можно и вернуть ему его прежний цвет глаз и волос? – спросила Алисия.

— Нельзя. Это ничем не навредит твоему мужу. Ему это даже нравится. Все его потомки унаследуют этот признак, но у них при этом не будет никакой боли.

Алисию это обрадовало. И она уже не беспокоилась ни о чём. Кристиан был, как говорилось, здоров как бык. Он успешно обучал будущих воинов и имел от этого большой успех. Его Сила могла победить даже великана. Приходилось Кристиану также помогать французскому королю. Однако королевским слугой он так и не стал, считая, что ему нечего делать во дворце. Его устраивала спокойная и мирная сельская жизнь, к которой он привык с самого своего рождения. Алисия тоже так решила. Она утверждала, что внешняя красота не так важна, главное то, что находится в душе.

Через месяц с супругами Леонтью случилась новая беда. Ведьма, некогда наславшая на Кристиана проклятие, сообщила своим сообщницам, что тот освободился от её злых чар. Тут тогда и начался настоящий кошмар. Ватага колдунов атаковала супружескую чету и заключила в огненный круг, наблюдая как, те будут медленно поджариваться живьём. Колдуны плясали в воздухе над горящим огнём под звуки  флейт и барабанов, горланя при этом  непристойные песни. Им очень хотелось видеть смерть верующих супругов. Алисия жалась к мужу, стараясь утешить его. Ей казалось, что спасения не будет, так как огонь не думал гаснуть. Огонь наоборот разгорелся всё больше и больше. Клубы дыма не давали нормально дышать.

— Умереть всегда успеем, — произнёс Кристиан. – Ты забыла о том, что только Всевышний нас освободит.

Кристиан взял жену за руку и обратил их взоры к восходящему солнцу:

— Бог нам поможет. Молись на Восток.

И они оба принялись читать:

— Господи Иисусе! Сохрани разум наш чистым, а помыслы добрыми. Помоги очиститься от скверны, врагами нашими насылаемой. Свято верим в защиту Твою да в благословение Божие. Не гневайся на врагов наших, но и не оставляй без наказания поступки их алчные. Аминь.

Огонь погас. А злодеев поразили молнии. Кристиан и Алисия благодарили Бога и всё же решили бежать из Франции. Никого не предупредив об этом, они собрали свои вещи и, оседлав коней, двинулись в путь. Незаметно пересекли они две границы. Люди, встречавшиеся им по пути, снабжали их провизией и одеждой. Не хотелось беженцам говорить никому, отчего именно они хотят скрыться. Так прошло полгода, пока супруги не прибыли в Австрию. Там и поселились они в одной деревушке. 4 апреля 960 года у них, как я говорила, родилась дочь София, а 29 июля 963 года – сын Франклин (вы уже знаете, что у обоих глаза и волосы были серебряного цвета). С возрастом мальчик должен был обучаться военному делу. Кристиан обучал его этому чуть ли не с рождения. В сыне отец видел будущее австрийской армии и утешение для семьи.

— Запомни, Франк, – говорил он, – ты должен уметь драться, так как обязан уметь защищать себя и других. А, когда вырастешь, то ещё и страну, в которой живёшь.

Детей своих Кристиан и Алисия никогда не баловали, зная, что от этого ничего хорошего произойти не может. Брат и сестра дружили между собой, всегда делились, не жалея ничего.  София, как и её родители, мечтала, чтобы Франклин стал храбрым воином. Она превосходно играла на арфе, можно было заслушаться. А потом и брата научила. Родителям пришлось приобретать вторую арфу. По вечерам  они ужинали при свечах, а под звуки арф создавалась замечательная обстановка. Как ни странно, эта музыка привлекала внимание даже некоторых животных, а вскоре дело и до ангелов дошло. Представляю вам, мои дорогой читатель, представлять, какими эти ужины при свечах и звуках арфы стали, когда к ним прибавилось ещё и ангельское пение!.. Семья Леонтью чувствовала себя от этого хорошо. Ангелы пели им, когда те плакали или ложились спать. От этого пения на душе у слушателя на душе становилось легко и тепло. Франклин и его сестра даже пели в церковном хоре, чем очень поражали прихожан. Священнослужители, слушая это пение, плакали от умиления. Особенно они плакали, когда рядом с братом и сестрой появлялись святые ангелы (чтобы подпевать). Детей за это богато одаривали и даже предлагали стать певчими на клиросе. Молитвы в доме брат и сестра тоже читали под звуки арфы.

Вскоре они стали самыми лучшими певчими епископа в церкви Иоанна Богослова. Им выдали для этого красивую одежду, напоминавшую наряды принца и принцессы, выделили на клиросе почётные места. Так, чуть свет, а Франклин и София уже в церкви. Их всегда встречали радостно. А после каждой обедни провожали в трапезную. Церковное пение в их исполнении никого не оставляло равнодушным. Оно радовало и успокаивало всех людей, независимо от возраста. Стоило кому-нибудь заплакать или испугаться, как пение брата и сестры Леонтью тут же бесследно отгоняло все плохие чувства. Так же люди когда-то думали и о святом Иоанне Богослове, который тоже в своё время пел в церкви. Его икона, находящаяся в той церкви, была до отказа увешана разными цепочками и драгоценностями, в том числе и нательными крестиками. Кристиан и Алисия не поскупились отдать и свои обручальные кольца, такие ценные для них.

 

Глава 2. ОДИНОЧКА

Вскоре семью Леонтью постигло сразу две беды. Кристиан заболел. Лихорадка не давала ему покоя даже по ночам. Алисия потратила немало времени и сил, чтобы помочь мужу. Ей казалось, что она его скоро потеряет. Но вскоре узнала, как помочь ему. Как сказали ей знаменитые целители, надо отправиться в лес и найти дерево жизни. В ЛЕСУ У ДЕРЕВА ЖИЗНИ НАХОДИЛСЯ ЦЕЛЕБНЫЙ ИСТОЧНИК, ВОДЫ КОТОРОГО СПОСОБНЫ ИСЦЕЛЯТЬ ЛЮБОГО, КТО ПОПЬЁТ ИЗ НЕГО. Дойти до этого источника было очень трудно; дорогу преграждали буреломы и глубокие овраги, которые обойти было нелегко. Многие, кто пытался это сделать, погибли. Причиной их гибели стали злые существа, водившиеся неподалеку. А сражаться с ними было очень трудно.

Отправиться за целебной водой решил Франклин, предварительно взяв на то благословение. Он долго плутал по лесу и потерялся. Дорогу домой мальчик забыл, да и источника не нашёл. Ему стало жутко, не только за себя, но и за больного отца. Жалость одолевала Франклина. Через некоторое время он пошёл наугад. Лес остался позади. Пришёл мальчик в незнакомую деревню и поселился в старом доме.

Дом этот был деревянным с соломенной крышей и земляным полом. К дому примыкал сарай с множеством стойл и насестов. Франклин решил, что лучше такой дом, чем совсем ничего. Ремонт он не делал. Так жил, как приходилось, даже хозяйство развёл: огород посадил, купил коз, свиней, кур и кроликов. А потом и кошка к Франклину пришла. Кошка эта была хромая и ходила, поджав одну лапу. Но это не мешало ей ловить крыс, мышей и тараканов. Обстановка в старом доме не могла быть ужаснее. Мебель изъедена шашелями, на потолке паутина, стены в трещинах, вся посуда металлическая, а в очаге гнилые брёвна. Снаружи дом тоже выглядел жутко; крышный водосток, оканчивающийся головой крокодила, покосился, жёлоб продырявился; и вода, вместо того, чтобы течь из крокодильей пасти, текла из брюха. Дощатые баня и туалет, покрытые пучками прутьев, казались похожими на огромных колючих ежей. А забор и ворота состояли всего лишь из тонких редких прутиков, воткнутых в землю. Много ещё было неприятных и старых вещей в этом заброшенном доме.

В такой обстановке Франклин прожил до восемнадцати лет. И за это время он уже успел превратиться в красивого стройного юношу с гладкими густыми пепельными волосами до плеч и серо-голубыми глазами, каждый раз ему приходилось гладко брить своё лицо, чтобы не казаться старым. Скуки от одиночества он не испытывал. Когда ему было грустно, он читал «Отче наш» или рисовал на песке (а зимой – на снегу) разные загогулины.  И, казалось, что в загогулинах этих была спрятана какая-то тайна. Франклин давал каждой из них имя и даже разговаривал с ними. Соседи даже сочли его сумасшедшим:

— Ты чего это? Христианин, а позволяешь себе такое. Да тебя же от Церкви когда-нибудь отлучат. Нашёл себе развлечение. Тут и до Ада недалеко.

По правде говоря, говорить со знаками могут только одержимые Дьяволом. Но Франклин к таким не относился. Он несколько раз признавался, что это оттого, что он живёт в одиночестве, и он специально выдумал себе друзей. В своём старом доме он жил мышонком, редко выходя на улицу. Позднее загогулины сменились изображение на листах бумаги ангелов. Ночью один из этих ангелов ожил и подарил Франклину арфу. Тогда юноша снова отдался музыке. В своих песнях он воспевал Бога и прочие Небесные силы. Со своей арфой юноша-одиночка не расставался никогда, даже ставил её около постели. И эта арфа была единственным, что спасало Франклина от одиночества. Каждая порванная струнка приносила её обладателю разочарование, но потом снова восстанавливалась сама собой.

Франклин зажил хорошо, но не забывал о своей оставленной родне. По ночам, когда он не мог уснуть, то смотрел на луну, которую называл родной, так как она была такой же серебряной, как и его волосы.  Юноша мог смотреть на луну, пока глаза не заболят от её яркого света, но всё же этот свет значительно отличался от солнечного. Луна казалась очень живописной. О ней можно было написать толстенную книгу, но сделать это Франклин так и не решился, так как вся его бумага ушла на рисование ангелов и небесных светил в обрамлении змей или цветов. Какое отношение цветы и змеи имели к небесному кругу, Франклин не знал. Предоставляю вам, мой дорогой читатель, хорошенько об этом подумать.

«Ведь, если Бог и ангелы зажигают небесные светила, то это кому-то нужно? – размышлял Франклин глядя на страницы, вырванные из книг по астрономии. – Вот луна мне приходится родственницей. Она сделана из серебра, как и мои волосы».

В кромешной ночной тьме то и дело слышался вой волков. Они выли на луну. В этом была очень серьёзная для них причина. Что-то сакральное. Людям это знать не дано. Волки, наверное, хотели составить ей компанию. Луну они считали святой. Ведь, именно она позволяла им найти путь во тьме и не только. Животные тоже верили в мистику. Не только волки, но и совы, филины, летучие мыши и многие другие твари славили ночное светило и якобы говорили с ним. А когда чёрные косматые тучи закрывали луну, звери поднимали такой вопль, что было слышно за сотни километров. Этим они пытались разогнать тучи, боясь, что те хотят похитить луну. Тучи у животных ассоциировались  с дьявольскими деяниями, так как сквозь них ни солнце, ни луна не могли светить. Ночные птицы старались взлететь как можно выше в надеже, что им удастся противостоять наступлению злой силы. И если под взмахом птичьего крыла туча таяла, то животные ликовали, кто как мог.

По-своему за луну переживал и Франклин. Видя тучи, заслоняющие луну и звёзды, он разводил руки в стороны и произносил:

— Сгиньте, силы зла. Я приказываю вам вернуться к Дьяволу и не возвращаться более.

Случалось иногда, что тучи «повиновались» юноше. Он тогда ощущал себя повелителем стихий. Он переживал за луну и просил её избегать таких преград, как тучи. Но случилось однажды то, что очень повлияло на всю оставшуюся судьбу Франклина, которую я опишу в следующих главах. Однажды луна взошла очень страшная. Её серебряный лик был забрызган чем-то красным. Это очень удивило Франклина. Он сел на крыльце своего дома и заплакал. И тут к нему обратилось невидимое создание:

— Это плохое предзнаменование. Луна окровавлена. С тобой случится беда.

Франклин долго не мог уснуть. Он не знал, что это такое его ждёт. Но лучше, давайте, не будем тянуть время и гадать, о чём он размышлял. Давайте читать дальше.

 

Глава 3. ГИБЕЛЬ КОРОВ.

На деревню, в которой жил Франклин, обрушилась страшная беда. Одно за другим на фермах начали умирать животные, от курицы до коровы. Только зазевается какая-нибудь курица, утка или кролик, глядь – их уж и нет в живых. Число убитых созданий непрерывно росло. Франклин подходил к трупам животных, чтобы по следам когтей опознать убийцу. Помимо следов когтей он обнаруживал на теле убитых тварей рваные раны и запёкшиеся подтёки крови. Но кому принадлежали зловещие укусы, так определить и не смог. В тот же день Франклин решил не спать, чтобы выследить убийцу. Помочь в этом ему должны были его собаки и, конечно же, луна. Ночью он, взяв трёх своих борзых, отправился на поиски загадочного врага. Собаки быстро напали на след. С каждым шагом они чувствовали себя жутко, так как сами побаивались этого кого-то. А что, если он огромный и ему ничего не стоит проглотить целиком не то, что собаку, даже лошадь?

Луна серебрила землю, а Франклин при её свете казался похожим на небесное божество, его пепельные волосы словно светились неземным светом. Потом луна погасла, и юноша вместе с собаками утонул во тьме. Шёл он ощупью, то и дело, натыкаясь на камни, деревья или пни. Тут-то и нельзя было заметить, как наткнёшься на врага. Темнота очень помогала чудищам незаметно напасть, но для этого приходилось тихонько красться. Франклин во всём полагался на своих собак, так как только они могли учуять опасность. Факела с собой у него как назло не оказалось. Собаки всё понимали. И тогда юноша стал думать, что делать, если они учуют врага. Лучше будет, если они залают, или наоборот, промолчат. Долго не мог он сообразить. И наконец, понял, что если залают, то враг тут же удерёт.

Поняв, что так долго искать нет смысла, Франклин развернул собак и отправился домой. И его борзые без труда помогли ему отыскать дом в кромешной тьме. И правильно, у них ведь был превосходный нюх как у всех собачьих. Поиски неприятеля пришлось отложить на утро.

Утром Франклин проснулся и отправился по тем местам, где он нашёл убитых животных, первой попалась убитая коза, рядом с ней юноша кого-то увидел и понял, что объект поиска найден. И кого же он увидел около одной раненой козы? Зверя размером с немецкую овчарку, только тоньше. Его на его массивных лапах были жёсткие пальцы с острыми кривыми когтями. Оранжевые глаза навыкате, морда как у волка, уши мелкие, макушка и спина усеяны острыми шипами. А змеиный хвост чудища оканчивался остриём в виде наконечника копья. Шерсти у странного существа не было, просто голое грязно-бежевое тело. Странное животное скалило белоснежные зубы, а из пасти лилась кровь. Таких животных Франклин ни разу не видел. Самым удивительным было то, что чудовище не набросилось на него, а спокойно сидело, поджав свой хвост. Глаза смотрели в одну точку, а спина была прямая словно палка.

— Так вот, кто устраивал здесь истязание скота! – Заметил Франклин. – Вот я тебя!..

Он достал из-за пояса кухонный нож, подкрался к чудищу сзади и заколол. Удивительно, что оно дало себя убить! Далее юноша собрал по всей деревне покусанные трупы скота и птицы, сбросил на одну кучу и отправился за сеном и спичками. Устал как лошадь. Всякий, кто встречался ему по пути, обзывал «убийцей» или ещё как-нибудь. А иные даже грозились проткнуть вилами. Франклин тогда всячески доказывал, что скотину убил не он. Убитое чудовище лежало у него в мешке. Оно-то и должно было послужить доказательством невинности Франклина.

— Гляньте-ка, – говорили люди, шпионившие за Франклином, – следы заметает.  Нет уж. Это ему даром не пройдёт. Надо изгнать его. Поди узнай, что он ещё выкинет.

Люди не могли терпеть подобных неприятностей, и устроили голосование. Голосовали они по поводу изгнания Франклина из деревни. Выбор был очень тяжёлым. Одни люди, которые считали Франклина хорошим человеком, защищали его (иногда даже со слезами); а остальные проклинали, на чём свет стоял. В итоге победила сторона, голосовавшая «против». Изгоняй не изгоняй юношу, всё равно, животных назад не вернёшь.

Франклин ещё не успел сжечь трупы скота, как его уже отыскали. Он вынул из мешка убитое чудовище и сказал:

— Я не виновен. Это сделала она. Я убил её, когда она сосала кровь у одной козы. Почему вы именно меня преследуете?

К юноше подошёл старик в длинной потрёпанной рубахе и войлочной шапке. В руках он держал дырявую корзину с сухим зверобоем, предназначенным, очевидно, для кроликов. У этого старика было очень неприятное и злое лицо. Вслед за ним выстроилась целая очередь деревенских жителей, от мала до велика. Франклин понял, что разговор предстоял серьёзный, и что отвертеться ему будет непросто. Люди были вооружены граблями, вилами, заряженными луками и прочими опасными предметами. Старик произнёс:

— Мы берегли каждую корову, козу, кролика… А ты позволил своим псам кусать всех, кого не попади. Если это сделали твои псы, то виновен в случившемся только ты один. До каких пор это будет продолжаться? А пока наживём новое хозяйство, то голод нас погубит.

— Это не я. – Отвечал Франклин, – это она. Я сам её видел.

Он вынул из мешка труп загадочного зверя, вид которого мог бы напугать даже на картинке. Зрителям стало не по себе. Кому-то даже захотелось уйти, только бы не видеть подобную гадину. Люди спрашивали:

— Что это за мерзость?

— Как она могла за одну ночь зарезать весь скот?

— Это бес или оборотень?

— Кто это есть?

— Где ты её поймал?

И тут Франклин неожиданно вспомнил, как в детстве ему рассказывали о чудовище, сосущем кровь у людей, скота и мелких животных. Правда, внешности вампира не описали. Этот рассказ вспомнился как раз кстати.

— Это чупакабра. – Сказал он.

— Чупа… кто? – удивились люди.

— Чупакабра. Легендарный козий вампир.

— Несмотря на то, что всё наше хозяйство погубила эта твоя чупакабра, ты всё равно будешь изгнан. Это просто невозможно терпеть.

— А меня-то за что? Я чем провинился?

— Ты не убил её до того, как она добралась до нашей деревни. Ты не смог нас спасти. А хотя говорил, что вовремя видишь опасность.

Убитый скот решено было сжечь, а Франклина – изгнать и забрать у него всё его имущество. Его беспокоило не то, что его изгонят, а то, где он будет жить. В наказание он должен был отдать на сожжение самое дорогое, что у него было – свою арфу. Ведь она и только она заменила ему друзей. Смотреть, как она горит, для Франклина было невыносимым. Он нехотя отправился прочь из деревни под обидные ругательства людей. Все плевали ему вслед и желали смерти.

— Чтоб глаза наши тебя не видели. Защитник нашёлся. Лучше бы смотрел, что вокруг делается. Убил чудовище, когда весь скот уже подох. На что мы теперь жить будем?!

Франклин пошёл через поле в надежде, что там его никто не заметит, но и там было неспокойно. Косари угрожали ему косами и вилами. Когда Франклин остановился, чтобы перевести дух, сзади на него набросился ражий детина с вилами:

— А ну-ка проваливай, ублюдок! А не то я проткну тебя как жука.

— Вали отсюда! От тебя одни неприятности! – кричали Франклину вдогонку. – Мы тебя видеть не хотим.

Много ещё обидных ругательств накричали Франклину. Тот прибавил скорости и за пятнадцать минут оставил село и поле позади. Он был очень обижен, что его так сильно оскорбили. Ещё большим оскорблением было отнять и сжечь его арфу. Тем более, что эта самая арфа досталась ему в подарок от святого ангела. А купить новую юноша не мог. И он, на время забыл о ней, продолжая идти. Чем дальше он уходил, тем менее были слышны оскорбления.

 

Глава 4. ТЫ ДОЛЖЕН ЭТО СДЕЛАТЬ.

Впереди показался лес. Деревья казались страшными великанами. Их кора напоминала чешую дракона. Франклин смело шагнул к ним. Так он и решил остаться в лесу и переждать, пока люди забудут свой гнев и сделают паузу в его оскорблениях. Ждать так пришлось бы долго, нельзя сказать, сколько именно.

Солнце уже клонилось к закату. Насекомые, кружившие над цветами, залезали в свои норы, из-под кучи листьев выползали змеи и ящерицы. Глядя на лесных обитателей, Франклин почувствовал себя нехорошо – ведь у него теперь не было жилья, а им были предоставлены природой все блага. Он поднял с земли большую толстую палку и принялся шевелить ею, как шпагой. Другого средства защиты у него не было. Так он шёл вперёд, стараясь не создавать шума. Вдруг над его головой зашумели крылья. По их громкому звуку можно было судить, что это была большая птица. Франклин поднял голову, чтобы узнать, кто это. Перед ним парил большой чёрный ворон. Он пристально посмотрел на Франклина, сел ему на руку и вскричал:

— Кар! Кар! Кар! Франклин Леонтью, слушай меня! Кар! Спеши посвятиться в воины! Австрия будет воевать с Румынией. Кар!

Когда ворон улетел, Франклин двинулся дальше. В его голове начали мелькать различные мысли о предстоящем событии. Он и не представлял себе, как это будет. Надо сказать, юноша никогда не держал в руках оружия, за исключением тех случаев, когда отец обучал его военному делу. Пока Франклин размышлял о войне, он сам не заметил, как солнце село. Вокруг стемнело. Палка, которую Франклин подобрал, служила ему не только защитой, но и средством ориентира. Ночной лес выглядел пугающе. Поваленные деревья образовывали высокую жуткую стену. Обойти её было нельзя – вокруг неё были глубокие овраги. Так что Франклину пришлось перелезать через неё, и, перелезая, он оцарапал руки. В темноте перелезать очень трудно.

— Здесь я долго не протяну. – Сказал он сам себе. – Вернуться я не могу. Лучше останусь, и тогда волки… Только не волки. Совсем забыл. Мне же ещё надо найти дворец, где меня посвятят в воины. Придётся идти дальше.  Я должен, должен это сделать.

Ночной лес становился всё гуще. Дороги тонули в кромешной тьме. Вспыхивали жёлтыми фонариками глаза злобных филинов, сов и волков. Замшелые камни казались большими голодными медведями. В воздухе летали маленькие синие огоньки. На болотах урчали и квакали лягушки, танцевали ведьмы и скелеты. Из озера вылезали русалки и звали Франклина:

— Иди сюда! Мы тебя не обидим!

Бедному Франклину очень хотелось как можно скорее найти место для ночлега. И он продолжил свой путь. Дальше было ещё страшнее. Перед глазами юноши встали дубы толщиной с африканские баобабы, ветви деревьев над головой переплетались подобно крыше, а под деревьями были большие чёрные норы, из которых на Франклина смотрели чьи-то глаза (чьи, он так и не узнал), около нор лежали человеческие кости и высохшая кожа, а также трупы зверьков всех размеров. По всей вероятности, там жили зооморфные монстры-людоеды, которые никогда не могли насытиться. Лежать бы среди костей и Франклину, если бы он замешкался. Таких нор по пути он насчитал десять. И он когда помчался во весь опор, из нор начали тянуться когтистые руки с кривыми пальцами и острыми когтями, но самих чудовищ видно не было. Это живо напомнило Франклину историю с чупакаброй. Возможно, в той норе жило целое семейство этих  «козьих вампиров». И тот, кого Франклин заколол на месте, был одним из них.

Вскоре взошла луна, но была она очень тусклой, её серебристый лик был забрызган кровью. Это явление очень удивило лесных жителей. Все животные собрались вместе и стали смотреть на окровавленную луну. Мимо них Франклин прошёл спокойно, ведь никому из них не хотелось броситься на него. Вдруг за поворотом дороги показался зáмок. В окне одной из башен горел свет. А, значит, там кто-то жил. Франклин направился к зáмку. В этом замке он мог бы переночевать, а дальше, гляди, и воином стал бы. Из замка вышел толстый человек в одежде похожей на судейский балахон, подпоясанный кожаными шнурами. На поводке незнакомец держал тигра, в другой руке – посох на котором сидел ворон (тот самый, что прилетал к Франклину). Незнакомец мог быть кем угодно, так что говорить с ним следовало осторожно. Франклин не торопился начинать разговор, иди знай, что придёт в голову этому толстяку.

— Твоё имя, смертный.

— Франклин.

— А если поточнее?

— Франклин Леонтью.

— Что привело тебя сюда?

— Не что, а кто. Этот ворон на вашем плече. Он сказал, чтобы я стал воином. На Австрию движутся войска из Румынии. И, как я понял, без меня наша армия не сможет воевать. Я хорошо владею оружием.

— Ворона этого послал я. Иди за мной. Меня зовут Зигмунд. Я содержу чертог воинов.

— Я бы хотел стать воином.

— И ты станешь им. Пошли со мной.

Человек в балахоне придержал тигра и провёл юношу в двери. В замке жили четыре феи, которых кажется, звали: Фиалка, Настурция, Ромашка и Незабудка. Они были очень добрыми и гостеприимными. Франклину выделили комнату и он заснул. За окном замка звучали крики ночных животных. В воздухе шумели крылья – это ловили ночных бабочек и комаров вёрткие летучие мыши. Всё ночное небо было пронизано звёздами. По небу поползли чёрные мохнатые тучи. Каждая из них походила на ежа или крокодила. Казалось, что они вот-вот проглотят звёзды и не оставят на небе ни одной.

Франклин поблагодарил Бога за помощь в поиске ночлега. Наступающий день готовил новую жизнь. Он-то и перевернул жизнь юноши.

 

Глава 5. ЛУЧНИК ОРДЕНА ЛЬВА.

Утром следующего дня Франклин умылся, позавтракал и направился в зал совещаний. Фея Ромашка расспросила его, кто он и откуда. Рассказ юноши о его непростой жизни неприятно её удивил.

— Если ты хочешь стать воином, то тебе нужно оружие. – Сказала  Ромашка. – Какое оружие тебе больше нравится?

Франклин, недолго думая, с готовностью ответил:

— Лук. Я никогда не промахиваюсь.

— Это хорошо. Ты хочешь стать лучником?

— Да. Это мой выбор. Для меня тетива – всё равно, что струна арфы. Я был неплохим арфистом. Но у меня была ещё одна мечта.

— Какая? Ты, как я узнала из твоего рассказа, хотел быть певчим в церкви?

— Нет.

— Я хотел стать… В детстве я хот-тел стать… Пиратом.

— Это очень плохо. Пираты приносили другим людям несчастья. Это страшные морские разбойники. Они только грабили и убивали.

Конечно, Франклину никогда не приходило в голову, что такое ПИРАТ. В детстве никто ему об этом не говорил. Но после рассказа Ромашки он был поражён.

— Я никогда не хотел быть злым. Я хотел быть добрым. – Произнёс Франклин.

— Тогда я провожу тебя в зал совещаний, где ты обретёшь оружие и воинское одеяние.

Феи собрались вместе и провели Франклина в комнату, где было множество нарядов на любой вкус. Были также сундуки до отказа заполненные драгоценностями, воинская одежда и ещё много разных других вещей. Всё это многообразие форм и цветов никого не могло оставить равнодушным. Стрелковый костюм, в который облачили Франклина, был серого цвета, а на груди был вышит белый лев. Два таких льва же украшали голенища сапог и тыльную поверхность перчаток, запястья которых были стянуты серебряными браслетами на замках. Настурция и Фиалка подпоясали ему алмазный кинжал, накинули боевой плащ и выдали лук со стрелами. Дополнили наряд Франклина серебряная парчовая повязка в палец шириной и кольцо с выгравированным на нём меандром (оно было из серебра).

— Теперь осталось только представить тебя твоей покровительнице и благословить. – Сообщила Незабудка. – А тебе принять присягу. После мы вручим тебе сигнальный рог, при помощи которого ты сможешь призвать свою покровительницу, она услышит его звук, где бы ты не находился.

— А кто моя покровительница? – не понял Франклин.

— Не увидишь – не узнаешь. Твой лук волшебный, он всегда стреляет метко. А стрелы, сколько из колчана не вынимай, их количество не уменьшается. Твоя будущая покровительница создала этот лук.

И они пошли по длиннющему широкому коридору, освещённому множеством факелов. Далее феи отперли огромную железную дверь. Перед Франклином предстали так называемые кулисы, похожие на театральные, и они сами собой раскрылись. Потом он увидел трон, на котором громоздилась большущая львица с серыми птичьими крыльями. Она крепко спала и не слышала, как к ней вошли. Франклину было довольно неприятно смотреть на эту свою покровительницу. Как вы уже знаете, он был христианином и под словом покровитель обычно подразумевал ангела или святого угодника. Но чтобы это была крылатая львица, это было выше его понимания. Львица сквозь сон громко урчала.  Когда одна из фей ударила в гонг, крылатая хищница проснулась. Фея Настурция обратилась к ней:

— С пробуждением тебя, Импреза, прими этого юношу под своё покровительство.

И тут Франклин понял, что Импреза была та самая крылатая львица, которую он увидел на троне. С такой покровительницей ему будет очень нелегко. То ли дело ангел. Импреза оглядела Франклина и сошла с трона. Затем спросила его:

— Как тебя зовут, избранник лука и стрел?

— Франклин Леонтью. – отвечал юноша, глядя в глаза зверю.

—  А если полностью?

— Франклин Кристиан Ксавье Леонтью.

— Что же, я вижу в твоём лице самого меткого лучника во всей Австрии. Ты больше не простой человек. Твоё имя будет прославлено на века. Тебя полюбит вся Европа.

Феи вывели Франклина на улицу, где его ждала серая в яблоках лошадь. Зигмунд и два конюха оседлали и обротали её. Юноша сел на лошадь его плащ изящно лёг на её круп. Жалко было прощаться с будущим воином,  стремящимся к добру. Феи  попрощались с ним. В сопровождении конюхов, священника и дьякона  Франклин поехал к королевскому дворцу. Импреза полетела вперёд, показывая дорогу.

У ворот дворца Франклина встретили со всеми почестями, словно он был правителем города, а не простым крестьянином. Никто его так не чествовал с тех пор, как он зажил уединённой жизнью. Придворные при виде него поклонились. Франклин не был воспитан при дворе и не привык гнуть шею. Спешившись, он двинулся во дворец, стража перед ним расступилась. В тронном зале Импреза сидела у ног короля Мартиана Энтена, тогдашнего правителя Австрии (настоящее имя короля – Мартиан второй Бессердечный). Он был коренастого телосложения, брови и глаза чёрные, средне-русая русая борода украшена золотыми кольцами, волосы закрывали уши почти как у спаниеля.

— Серебряный лучник, вот мы и встретились. – Произнёс король.

Франклин долго озирался по сторонам, стараясь отыскать взглядом этого таинственного Серебряного лучника, которого его королевское величество поприветствовал. Вокруг были только дамы и кавалеры, но предмета поиска не было. Мартиан не заметил, что Франклин кого-то искал.

— Луиза! – крикнул в соседнюю комнату, – У меня к тебе дело.

Тут из-за стеклянной двери выбежала красивая стройная девушка с чёрными глазами и длинными кудрями до талии, и волосы её были такого же цвета, как и у короля. На голове у неё была повязка из золотых цветов, других украшений она не носила. Видимо, это была королевская дочь. Её-то и позвал король. Франклин моргнул ей, а сам продолжал свои поиски. Никакого Серебряного лучника нигде не было. Это словосочетание навело Франклина на мысль о статуе. Тогда он обратился к Импрезе:

— Я так и не понял слов короля.

— Франклин, о чём ты? – поинтересовалась крылатая львица.

— Как о чём? Ты знаешь Серебряного лучника? Это статуя или какой-нибудь демон из Преисподней?

— Вообще-то это ты. У тебя пепельные волосы. Такого же цвета, как серебро. Кто не знает твоего имени, будут называть тебя так и только так. Ты встанешь во главе стрелковой армии ордена Льва.

Тут же состоялось посвящение в рыцари. Оружие Франклина было благословлено священниками. Когда принцесса вышла ему навстречу, король протянул ей меч и сказал:

— Луиза, коснись его и нареки соответствующим прозвищем.

Принцесса Луиза Энтен коснулась клинком меча сначала плеч, а затем и лба коленопреклонённого Франклина. Ей очень хотелось встать около него и обнять. И она сказала:

— Франклин Леонтью! Храбрый юноша, я с радостью посвящаю тебя в  воины. Ты нарекаешься Серебряным лучником. Иди же.

Луиза, глядя, как Франклин целовал знамя, с ужасом представляла все ужасы войны, которые ждали Серебряного лучника в ближайшее время. Она обратилась к Импрезе:

— Ты покровительствуешь стрелкам?

— Да, милая. – Отвечала львица.

— А он вспомнит обо мне?

— Именно. Чувствую, вы будете вместе. Пока с него не снимут крест.

Вечером Франклин должен был уже покинуть дворец. В его комнате горела свеча, чей огонёк изо всех сил пытался разгореться до внушительных размеров. Король Мартиан с дочерью и стражниками зашли к Франклину, чтобы проводить его. Луизе стало жалко смотреть, как юный красавец отправляется в столь рискованный путь.

— А ты не боишься идти в столь рискованный путь? – спросила Луиза, протягивая Франклину сигнальный рог.

— Нет. Я больше боюсь за свою страну. Желающих помочь ей много и я пополню их ряды. Жаль, что мои родные не знают об этом. С тех пор, как я покинул дом, они, наверное, умерли от горя. – Произнёс Франклин.

— А как их зовут? У нас во дворце есть два человека с фамилией Леонтью. Они ювелиры. От них я узнала, что они потеряли сына. И говорили, что его зовут так же, как тебя, Франклином.

— Папу зовут Кристианом, а маму – Алисией. А ещё у меня есть старшая сестра София.

— Так, я их и имела ввиду. София вышла замуж за маркиза Беркава Лозинского. Она тоже живёт в нашем дворце. У неё пепельные волосы и серые глаза, всё как у тебя. Твои родные живут в нашем дворце. Скоро ты их увидишь.

Франклин был счастлив, что он, наконец, сообщит им о выборе своего пути. По такому чистому совпадению ему представился случай увидеться с роднёй и принять нового родственника. Юноша проникся симпатией к принцессе. Он даже решил после битвы жениться на ней. Короля он тоже воспринял как доброго и хорошего, несмотря на его прозвище Бессердечный. Франклин, понимая, что ему надо собираться, взглянул в глаза Луизы и сказал:

— Ну ладно, Луиза, пока! После битвы обязательно приду. Жди.

Она обняла его, поцеловала, на что он ответил ей тем же.            Он даже решил жениться на принцессе, на время забыв о предстоящей битве. Тогда-то жизнь бедного француза стала бы совсем другой. Юноша знал, что с пустыми руками он никакого предложения сделать не сможет — это ведь неприлично. И он загрустил, кольца ведь у него не было. Луиза смотрела на него с ужасом, он заплакал. И тут Франклину явился ангел, от одного вида которого на душе у него и его возлюбленной стало легко и даже тепло. Ангел произнёс:

— Не плачь, Франклин, я помогу тебе.

— Чем? – не понял юноша.

— Силой Самого Христа.

И ангел достал из своего кофра круглую коробочку из слоновой кости. На коробочке был выгравирован крест в обрамлении двух сердец. Символизировал этот орнамент союз любви, созданный всемогущим Богом. Ведь Он и только Он мог соединить сердца в вечную любовь. Открыв коробочку, ангел показал Франклину золотое кольцо с бриллиантом в форме сердца. Такого кольца, пожалуй, нельзя было найти ни в одной королевской сокровищнице.

— Возьми его. – Молвил ангел. – Такое кольцо могут создать только Силы Небесные. Луиза не может не взять его.

Франклин благодарил ангела и упал перед ним на колени, молитвенно сложив руки. Далее юноша подошёл к своей возлюбленной и открыл перед ней коробочку с кольцом:

— Выходи за меня, принцесса Луиза.

И он надел ей кольцо на руку. Кольцо подошло. Оба они ещё долго любовались им. Особенно Франклин, который таким образом добавил Луизе радости, так как кольцо по словам ангела было  создано Всевышним. Он сказал:

— Это не просто кольцо. Мне его дал ангел. По его словам оно сделано Богом,  для Которого нет ничего невозможного. Возьми это кольцо. И пока я не вернусь, не снимай его. В нём заключена святость.

— Спасибо, любимый, – отвечала принцесса. – Буду ждать. Мне очень нравится твоё кольцо. Тем более оно святое.

И они попрощались, их прощание закончилось объятиями и поцелуями. Вскоре Франклин был уже в седле, и Импреза полетела за ним. Военный лагерь находился за километр от дворца, и был в шаговой доступности. Главным зданием лагеря был так называемый чертог воинов. Там было около ста комнат, каждая из которых вмещала до ста пятидесяти человек. В помещении для стрелков в центре комнаты стоял трон для Импрезы, на нём же должен был восседать главный лучник. Получалось так, что он находился наравне со своей покровительницей.

— Вот тебе раз. Никогда не видел такого дворца.

Когда Франклин сел на трон, в комнату вошёл монах в синей рясе. На его поясе из верёвки висели чётки, дароносица и Евангелие, в руках его были посох со змеёй и зажжённый факел. Ещё стоя в дверях, монах поклонился Франклину до земли, словно тот был не простым воином, а королём или Богом. Один лишь  только вид Серебряного лучника (это теперь прозвище Франклина) заставил монаха содрогнуться.

— Приветствую вас, герр Леонтью! – произнёс монах. – Я вижу в вас высокочтимого героя.

— Доброго здоровья, святой отец. Бог да благословит вашу святую деятельность. – Отвечал Франклин, после чего он склонился на колени перед монахом и поцеловал его поясную дароносицу. – А чем же я вас так напугал?
— В смысле?

— Ну, когда вы вошли, то поклонились мне, а потом смотрели на меня с ужасом.

— Вас ожидает необычная судьба. Вы тот, кто принесёт в нашу страну много добра. Вы обретёте почёт и славу. Этим распорядится ваша жизнь. А пока что вы только главный лучник.

— Но я не умею руководить. Мне ведь только восемнадцать лет. И с чего вы взяли, что я главный?

— С того, что на вас плащ и серебряный обруч. Другие воины из вашего гарнизона не носят такое. И я думаю, что вы справитесь с вашими обязанностями. Да поможет вам Господь.  Король уже выделил   вам несколько соколов и гончих для охоты.

Монах подошёл к очагу и вынул из него железными щипцами раскалённый докрасна уголёк, от которого искры разлетались врассыпную точно мошкара. Затем он поднёс этот уголь к губам юноши, тот даже не почувствовал боли, а только вдохнул дым, исходящий от уголька. Надо признаться, Франклин с детства любил нюхать дым и огонь.

— А это зачем, – спросил он.

— Сейчас узнаете. Выдохните.

Изо рта юноши вырвалось пламя, словно он был не человеком, а огнедышащим драконом. Это очень поразило монаха. После этого он вынул из дароносицы флакон с прозрачной вязкой жидкостью, которой намазал юноше руки от плеча до кончиков пальцев, а затем ещё и глаза. Эта мазь была приготовлена при главной церкви на священной горе Афон, где отец Вильгельм (так звали монаха в синей рясе) служил десяток лет. Своим рецептом он поделился и с другими монахами своей братии. Франклин был удивлён. Он никак не мог понять, зачем нонах помазал его. И юноша спросил:

— А что это за мазь такая? Она безвредна?

— Видите ли, герр Леонтью, это не просто мазь. Это эликсир меткости. Вы, я знаю, и без того меткий лучник. Но он обладает чудесной силой. Вы сможете не только видеть, но и попадать в цель даже с закрытыми глазами. А ещё вы сможете стрелять двумя стрелами одновременно, чего ещё никому не удавалось. Сейчас уже 981 год, а появилась она триста лет назад. Её очень охотно приобретают по всей Австрии.

— Благодарю вас, святой отец. – С улыбкой произнёс Франклин.

И они попрощались. Их встреча окончилась благословением юноши.

Вечером того же дня Франклину предстояло взять под своё командование шесть стрелков из разных стран. Двое из них были родом из Болгарии, это были братья-двойняшки Лозинские Вальтер — старший и Беркав – младший. У обоих светло-русые волосы и голубые глаза, только Беркав был атлетичнее брата и носил волосы до плеч и бороду. Третий участник Альберт Бурбуля приходился Франклину троюродным братом, но его глаза были карими, а волосы диной до подбородка – чёрными, тело стройное. Вольфганг Маннелиг был по происхождению не то немцем, не то австрийцем. Телосложение его было худощавым, каштановые локоны он носил в сочетании с короткой бородой. Отис Кански такой же комплекции, как Вольфганг, отличался только рыжими волосами и бородкой как у козла.  Самым удивительным было то, что среди них была девушка. Что она собой представляла, вы узнаете из следующей главы.

 

Глава 6. ШАМАНКА.

Лучница по имени Авигея Эрмаджарви была наполовину финкой. Это была амбициозная девушка и к тому же очень своенравная. У неё были чёрные волосы и зелёные глаза. В отличие от других подчинённых Франклина она красавицей не была, так как у неё было лошадиное лицо. Помимо стрельбы из лука она могла похвастаться магией, за что она получила диплом мага. Её серое платье с белым львом на груди было пожаловано ей воеводой по имени Атанор. Он был добр к ней, вот только не предлагал встречаться.   Когда Авигея впервые увидела Франклина, то тотчас же прониклась к нему симпатией. Ей даже стало  казаться, что после битвы они поженятся. Вот только заговорить с ним она не могла. Он командовал армией стрелков, и был даже строг в этом.

— Этот Франклин мне очень нравится. – Сказала она как-то Атонору. – Вот только почему он даже не хочет быть со мной?

Атонор, как ни странно, не ответил на её вопрос. И тогда Авигея решила сама притянуть своего возлюбленного. Сделать это она могла только магией. Но пока она могла применить магию только для того, чтобы отразить нападение врага. Для этого ей нужно было заколдовать оружие всех воинов армии. Никто из воинов не отказался от помощи шаманки.

— Наши оружия так и просятся стать волшебными! Интересно будет видеть лицо врага, когда он поймёт, что бессилен перед всеми этими чарами. – Согласились воины.

— Тогда я пошла готовить заклинания, – сообщила шаманка Авигея.

Конечно, с магией было куда проще. Авигея знала более двухсот заклинаний, и поэтому могла сделать многое, что могут опытные волшебники. Первым делом она открыла свою волшебную книгу и принялась бубнить заклинания. Делать это нужно было исключительно с закрытой дверью, чтобы не привлечь ничьего внимания. Ритуал над оружием выглядел довольно жутко. По  огромной тёмной комнате при свете тоненькой свечки латали маленькие язычки пламени и пищали. После чего со страниц книги начали слетать привидения и глотать летающие огоньки. Эти привидения нападали друг на друга, что создавало жуткий сумбур. Авигея, как ни странно, дружила с привидениями и не боялась их.

— Я заклинаю вас, призраки из книг! Заколдуйте оружие нашей армии, отравите всех наших врагов. И тогда я освобожу вас от злых цепей позора! – Пропела Авигея. – Уходи, зло, и никогда не возвращайся! А не то худо будет.

И так продолжалось очень долго. Авигея не спешила прекращать своё дело с магическим ритуалом. Запах от её снадобий разнёсся по всему чертогу. Первым неладное заметил Франклин. Резкий запах чуть не свёл его с ума. Он отыскал охранников и велел им пойти и всё разузнать. Те послушались его. Надо сказать, что эти охранники всегда были наготове и иной раз подозревали в чём-либо даже самих себя. Они живо пустились обыскивать все комнаты воинского чертога, А Франклин остался ждать. Он выглянул в окно и увидал облако в виде черепа, оно плыло по небу, не меняя очертаний. Это был такой же недобрый знак, как и забрызганная кровью луна. Франклин долго смотрел на жуткое облако, как вдруг за его спиной раздался нежный голос. Юноша отошёл от окна и увидел, ангела, который играл на его арфе. Ангел выглядел как девушка с большими белыми крыльями и в  персиковом хитоне, её русые косы были заплетены в ленты такого же цвета, голову украшал венок из белых роз. Импреза лежала рядом и мурлыкала. На глазах ангела были слёзы. Франклин  с умилением смотрел на ангела и медленно подошёл к нему.

— Что произошло? Почему ты плачешь, милый ангел? – удивился юноша.

— Я не могу смотреть, как Авигея вызывает духов и хочет заколдовать оружие. – Отвечал ангел. – Это против веры христианской. В её зале завелись привидения.

— А ты всё видел?

— Конечно. Эту шаманку надо вовремя остановить. Если этого не сделать вовремя, её колдовство распространится по всему чертогу воинов и вы все, не дай Бог, умрёте.

Тут-то Франклин не стерпел. Ему очень хотелось проникнуть в колдовской зал и узнать, что там происходит. Позвав своих подчинённых, он остановился под запертой дверью. Да не тут-то было! Прямо через замочную скважину на шестерых юношей ринулась ватага привидений. Они издавали жуткие звуки, пытаясь напугать людей. Одно привидение выло, второе тявкало, третье квакало, четвёртое блеяло, а остальные издавали ещё какие-нибудь звуки.

— Бог ты мой! – произнёс Отис. – Откуда их столько привалило?

— Это наша шаманка делает свои грязные делишки. Она хочет заколдовать наши оружия. Но ей этого не удастся. – Отвечал Беркав. – От этих шаманов добра не жди.

А привидения продолжали терроризировать окружающих и корчить нелепые гримасы. Франклин зарядил лук и выстрелил, но к несчастью стрела пролетела сквозь призрака, и не причинила ему никакого вреда. Ничего удивительного в этом не было, так как у них нет тела. Призрак неистово хохотал, словно хотел унизить противников. И тогда Альберт спросил:

— Кто знает, чего боятся привидения?

— Здесь, в Чертоге Воинов, есть часовня. Мы двинемся туда и заманим за собой этих призраков. Они от молитв и святой воды слабеют и гибнут. – Отвечал Вальтер.

Идея Вальтера всем очень понравилась. В тот день нашим стрелкам повезло, ведь священник как раз служил всенощную. Франклин свистнул и сказал:

— Вперёд, мои храбрецы! Пошли в часовню, пока не поздно.

И все шестеро юношей бросились бежать по коридору. Привидениям это очень понравилось. Они были очень рады этому.

— Вот, как эти парнишки нас боятся! Летим, напугаем ещё кого-нибудь. – Радовались привидения, которым и в голову не приходило, что’ на самом деле задумал Франклин и его подчиненные. Им казалось, что в церкви они найдут очередную жертву и будут пытать её, сколько захочется. И привидения тут же бросились в погоню. Они издавали жуткие звуки и тем самым подняли всю воинскую часть на ноги. Вскоре к подчиненным Франклина присоединились и другие воины. Все ринулись к часовне. Места в ней хватило далеко не все воинам, так что некоторым пришлось молиться в коридоре. Первыми в часовню вошли стрелки из лука во главе с Франклином, он подошёл к священнику и поздоровался с ним.

— Что привело сюда тебя и остальных воинов, Серебряный лучник? – удивился священник.

Франклин указал луком на дверной проём:

— Здесь привидения. Они терроризируют наш чертог уже целую ночь. Мы заманили их сюда, чтобы победить их молитвой.

Когда юноша закончил эту фразу, привидения  разом вылетели в часовню и принялись за свои грязные делишки. Они летали род потолком, разбрасывали церковную утварь. Остановить их было невозможно, они летали и вершили погром. Тогда священник принялся читать: «Отче наш» и попросил воинов молиться вместе с ним. Усердно помолившись, он окропил вход в часовню святой водой, и привидения растворились в воздухе. Довольные таким исходом воины благодарили священника, после чего рассказали ему о шаманке по имени Авигея и о том, как она хотела заколдовать оружие. Священник был в ужасе от услышанного. Он решил изгнать Авигею из армии, но Франклин умолял простить её.

— Я этого не позволю.

— Зачем ты защищаешь ее, Франклин? – удивился священник. – Она же шаманка.

— А я – главный лучник. Изгнать эту шаманку в моей власти. Я хочу, чтобы она осталась, мне жалко ее.

— Тогда пусть она придёт ко мне и покается. Если, конечно, она крещена.

— Завтра я непременно узнаю у неё об этом.

На другой день Франклин пошёл к Авигее. Она обрадовалась при виде него:

— Смотри-ка! Франклин. Ну, здравствуй.

— Здравствуй и ты, Авигея. Могу ли я поговорить с тобой?

Авигея напряглась, готовясь начать непростой разговор.

— А что произошло? Неужели, какая-нибудь беда? – деловито спросила она.

— В том-то и дело, что беда. Вчера весь вечер мы сражались с привидениями. А вызвала их ты. Думаешь, тебе это сойдёт с рук? побойся Бога. – Произнёс Франклин строгим голосом. – Крест есть? (На этом месте он вынул из-под камзола свой серебряный нательный крестик и поцеловал его). Покажи.

— Что-что? Конечно, есть. Я верю в Бога.

— Тогда иди сегодня на вечернюю службу и покайся. А мне пообещай не вызывать духов.

— Я просто хотела, чтобы наше оружие стало волшебным.

— Не глупи, оно волшебное. Мы обойдемся без духов.

И Франклин вышел вон. Авигея, увидев это про себя подумала: «Ну, вот. Даже в любви ему не объяснилась. Но, ничего. У меня ещё всё впереди!» Вечером  она, действительно исповедовалась, как обещала. А Франклин увиделся с родителями и сестрой. Сложно было представить, как они обрадовались ему. Им даже понравилось, что он стал воином. Он много о себе рассказал. И в честь возвращения Франклина устроили пир, который продолжался шесть часов. Какое же для Кристиана, Алисии и Софии было счастье, что Франклин нашёлся. А потом Кристиан тоже направился в Чертог Воинов – руководить кавалерией.

Позже Импреза полетела разведать обстановку во вражеской армии. Она умела делаться невидимой и могла обхитрить даже самые зоркие глаза. Хитрость этой крылатой львицы всегда спасала ей жизнь. Когда она прилетела во вражеский лагерь, никто из врагов об этом не догадался.

Аурел, румынский царь, пошёл против Австрии войной. Был он очень властным и свирепым, часто сквернословил и говорил сам с собой. Невидимая Импреза проникла в царский шатёр вслед за стражей и увидела Аурела. Грозный царь сидел на золочёном троне и кусал свою чёрную бороду. Горностаевая шуба делала его похожим на огромного зверя (Аурел не снимал ещё, несмотря на август-месяц), золотая корона с рубинами и турмалинами давно не была чищена. Одним своим видом Аурел внушал страх. Царские же слуги всячески хвалили его и подносили ему на подносах его любимые блюда. И эти блюда исчезали быстрее, чем за секунду – такой у этого царя был прекрасный аппетит.

После обеда в румынской армии сразу начался совет о наступлении. Аурел говорил с воинами:

— Надо окружить австрийскую крепость раньше, чем король Мартиан успеет моргнуть глазом. А мы тут как тут. Этому пройдохе не поздоровится. Он будет в наших руках.

— Это ты хорошо придумал, царь Аурел. У кольца нет конца, а, значит, и победа будет на нашей стороне.

Импреза дослушала до конца военный план врага и отправилась обратно. Всё услышанное она передала Атонору и остальным воинам. В тот день после совещания Франклин в своей комнате (а для него, как для главного лучника, была выделена отдельная комната) вешал над изголовьем большую икону с изображением ангела. Ложем для юноши служил расстеленный на полу узорчатый ковёр с пуховыми бархатными подушками. Спать на нём нужно было не раздеваясь, одеяло было не нужно, так как его роль играли крылья Импрезы. Икона, предназначенная для комнаты Франклина, была создана лучшими живописцами Австрии. Декорировал её Кристиан, словно делал эту икону не для сына, а для какого-нибудь правителя. На иконе был изображён белокрылый ангел в долгополой зелёной одежде, красной обуви и красном плаще. Панцирь, шлем и краги ангела давали зрителю знать, что это ангел-защитник. В правой руке ангел держал меч, а левую — положил на могучую грудь, где было изображено горящее сердце. Ангел наступал на копья и плакал.  Франклина очень удивила эта икона. Когда икона уже была повешена, он обратился к отцу:

— А что означает эта икона? Расскажи мне, папа.

Кристиан сел на банкетку рядом с сыном, обнял его за плечи и, видя, что тот очень заинтересован увиденным, начал рассказывать:

— Этот ангел любит весь наш мир, отчего его сердце пламенеет. Никто из людей не способен на столь жаркую любовь кроме святых сил. Бог любит нас куда больше, чем мы Его.

— А если этот ангел в доспехах и с мечом, значит, он воин? – Спросил Франклин.

— Да, сынок. Он один из воинов Иисуса Христа.

— А почему он наступает на копья и плачет?

— Это он удерживает копья, чтоб люди не воевали. У него болит душа, что мы воюем. А копья символизируют войну.  Посмотрев на этого ангела, я вдруг вспомнил, что собирался тебе что-то сказать.

Франклин сказал:

— Что именно? Скажи мне, папа.

— Я в нашей библиотеке я видел книгу о подвигах Архангела Михаила. Он значительно сильнее твоей шаманки. Давай сходим в эту библиотеку и прочтем о его чуде? – предложил Кристиан сыну.

— Давай, – согласился Франклин. – Мне самому хочется об этом узнать. Ведь если это архангел, то, наверное, он совершил очень могучий подвиг.

И они при свете факелов отправились в библиотеку по длинному узкому коридору. Со стен хлопьями свисала облупившаяся штукатурка, потолок был весь в пыли, мелкой как пудра.  Если коридор был таким старым, то, следовательно, и библиотека тоже старая. Всей этой постройке было триста лет. За это время весь Чертог Воинов изменился. Франклину об этом рассказали ещё в детстве.

Наконец, отец и сын подошли к толстой дубовой двери с металлической ручкой в виде изогнувшейся рыбы. Это, как догадался потом Франклин, была дверь в библиотеку. Он постучался, дверь открыла низенькая старушонка в поношенной одежде:

— Здравствуйте, молодые люди. Зачем пожаловали?

— Здравствуйте, нам бы книгу по религии. – Отвечал Кристиан.

— Проходите.

Зал библиотеки был заполнен высоченными под самый потолок стеллажами с книгами, сам зал по площади был равен современному футбольному полю. У Франклина даже глаза разбежались от удивления. Книги были расставлены по цвету переплёта. Найти среди них нужную было нелегко, так как буквы на корешках многих книг были полностью или частично стёрты. Книга могла быть где угодно, без помощи тут было явно не обойтись. Старушка-библиотекарша, видя, что её клиенты устали от поиска, взяла со столика толстую тетрадь и стала спешно перелистывать ее. Она открыла раздел «СВЯТЫЕ ЛЮДИ», отыскала номер стеллажа и сообщила:

– Стеллаж номер  четыре, полка пятая. Цвет переплёта коричневый.

Коричневых переплетов было штук пятьдесят. Какой же из них тот, который нужен? Франклин взял табурет, забрался на него и начал перебирать книги. Перебирая, он уронил одну на пол. Кристиан поднял упавшую книгу. На ее обложке была нарисована икона, а внизу надпись «Ангелы и другие бесплотные силы». Франклин соскочил с табурета и пошёл за отцом, положившим затем книгу на стол. Ох и тяжелая была эта книга. Кристиан с большим трудом донёс её до стола. А когда положил, то потом долго массировал онемевшие от тяжелой ноши руки. Франклин тоже нёс книгу, и если бы не он, Кристиан не смог бы донести её в одиночку. Обложка книги очень удивила Франклина. изображённый на ней персонаж сначала показался ему Георгием Победоносцем.

— Папа, а это кто? Георгий Победоносец? – Спросил юноша.

— С чего ты взял? – Удивился Кристиан.

— Ну, он же на коне, а в руке копьё которым он побеждает какого-то демона.

— Присмотрись-ка, получше, Франк. Это не Георгий Победоносец, а Архангел Михаил.

Франклин как следует, присмотрелся к изображению на обложке и удивился. Святой сюжет был представлен  на фоне звездного неба в мандорле, которую поддерживали ангелы. Архангел Михаил в воинском облачении и с короной на голове  изображен на огненном коне. Во рту у него труба, звук которой возвещал о Втором пришествии и начале Страшного суда. В руках, соединенных радугой он держал книгу, поводья своего коня, кадило и копье с крестом, которым он пронзал сатану. В верхней части в одном из  облачных сегментов с небесными светилами представлен Иисус Христос, стоящий за престолом, на котором разложены вино, хлеб, крест и Евангелие. Такой иконы Франклин прежде не видел. Ему было очень интересно её значение. Ангел, да ещё и верхом на коне – это было что-то уму непостижимое. Юноша спросил отца:

— А ты знаешь значение этой иконы? Пейзаж с горящими домами выглядит на ней жутковато.

— Всё, что на ней изображено – предвестие Армагеддона.  Михаил представлен здесь как коронованный предводитель Войска Христова. Трубным звуком архангел Михаил оповещает о грядущем конце света. Этот звук будоражит весь мир.

— И его, действительно, все боятся?

— Да. И это неспроста. Грешные мы, сынок, грешные. В этом-то и горюшко наше, что мы не можем вести праведную жизнь. Не успеешь оглянуться, как уже в Аду, не дай Бог, окажешься. А Рай очень малочислен – попасть туда очень трудно.  Ты когда-нибудь видел Ад на иконах?

— Ясное дело, видел. И даже Авигею, шаманку нашу, пугал. Но давай лучше про чудо Михаила прочтём?

Франклин открыл книгу и заглянул в оглавление. Там он быстро нашёл главу «Защита города» и открыл ее. Юноша пробежал по тексту глазами раз-другой и очень удивился прочитанным.  В книге говорилось о том, как Архангел Михаил в одиночку победил вражескую армию. Ни один воин не смог бы сделать такое. И тогда Кристиан спросил:

— Что интересного прочёл?

— Оказалось, что Архангел Михаил в одиночку может победить целую армию. Видел ли ты, чтобы я или кто-нибудь иной так сделал?

— Нет, Франк. Люди не могут творить чудес. – Отрезал Кристиан.

И Франклин стал рассказывать о том, что прочёл:

— Я прочёл о необыкновенном чуде этого архангела. Враги без предупреждения двинулись на некий город. А о нападении жители города узнали лишь в последний момент, когда те уже приблизились к воротам. Собрать армию было некогда, и тогда правитель города и все остальные помолились Архангелу Михаилу о защите города. Молитва была услышана. Архистратиг (то же, что и архангел) Михаил сошёл на землю и засиял перед врагами ярким наземным светом, от которого они ослепли. Потом свет превратился в огонь и вся вражеская армия сгорела точно спички. Тогда-то Михаилу отслужили благодарственный молебен. Надо и нам прочитать ему молитву. И тогда Авигее расхочется делать свои колдовские дела.

Юноша отдал старушке книгу и вдруг увидел, что она посадила на стол серого с длинным полосатым хвостом зверька размером с кота. Вокруг глаз этого зверька были чёрные круги, похожие на очки. Это был кошачий лемур. Франклин протянул руку, и лемур сел на неё. Тогда юноша спросил:

— А что это за лемур?

— Это Джоги. Он ничьей. Я разрешаю тебе взять его. – Сказала Франклину старушка.

Кристиан тоже разрешил ему взять лемура – пускай, у Франклина будет свой питомец. В тот же вечер священник помолился Архистратигу Михаилу о защите Австрии, упомянув в молитве, что тот и один способен победить даже очень большую армию. Об этом знали все священнослужители. Они неоднократно были в библиотеке и прочли уже все духовные книги, какие имелись у старой библиотекарши.  А ещё они убедили воинов не давать Авигее заколдовать оружия.

Когда Франклин уже спал, в его комнату явился ангел в персиковом хитоне. Тот самый, который сообщил о привидениях. Ангел повернулся к окну и упал на колени, откинув косы назад. Он начал читать молитву, в которой упомянул всю армию короля Мартиана и просил простить шаманку Авигею. Далее ангел отвесил земной поклон и его косы распластались по полу. Закончив молитву, он направился к спящему Франклину, благословил его перед сном и поцеловал в лоб, приподняв его парчовую налобную повязку. Ночь выдалась свежей, за окном было так тихо, что слышно было, как растёт трава. В окно светила окровавленная луна, глядя на которую, ангел плакал. Его слёзы были искренними. И он трижды благословил спящую Импрезу, крылатую львицу, и её подчинённого, а следом и всех остальных воинов, включая и шаманку, которая покаялась в своём грехе по вызову привидений. Импреза лежала около Франклина, накрыв его крыльями. Во сне она храпела по-кошачьи, как это часто делают кошки крупных пород. Крылья Импрезы были для Франклина как одеяло, ведь одного его стрелкового плаща было недостаточно, чтобы укрыться.

На другой день начался бой. Франклин и его подчинённые бросились к бойницам (а они все состояли в оборонительной армии). Пехота и кавалерия и прочая атакующая армия выстроились за воротами крепости. Загремели трубы и барабаны, возвещая о начале битвы. Вперёд выехал сам воевода Атонор на своём боевом коне и со знаменем в руке. Воины при виде него кричали «Ура!» Он поднял знамя со словами:

— В бой! Защитим короля и его страну!..

И воины ринулись в битву. Враги текли на них. Вслед за румынским воеводой ехал Аурел. У него от злости покраснело лицо и подернулось тонюсенькими синими жилками. Он рычал как зверь и скалил кривые зубы. Словом, Аурел был так зол, что успокоить его было невозможно.

— Ну, держись, король Мартиан. – Сердито ворчал он. – Я оторву твою голову и повешу её на стенку. И никакая армия тебя не спасёт, жалкий выродок.

Король Мартиан тоже проклинал своего противника. Надо сказать, что он был очень изобретателен в выборе оскорблений. Воины боялись этого короля как бес ладана. Многие из воинов выставили щиты и копья вперёд, чтобы защитить его. Вскоре пошли в ход и конные лучники (Франклин не руководил ими). Враги ещё не успели и близко подойти к австрийской крепости, как на них обрушился целый дождь горящих стрел. Эти стрелы с диким жужжанием поражали румынов, и их не спасали даже доспехи. А австрийские кони, несущие своих всадников в бой, вставали на дыбы и безжалостно давили вражеских воинов. Большой успех принесло кавалеристам то, что их кони лягали противника в лицо или затылок. Немного погодя дело дошло и до осадных орудий. Катапульты заряжались большими угловатыми камнями в сто килограммов весом. От удара этих камней вражеская крепость рухнула как карточная, так что больше четверти вражеской армии погибла под ее тяжёлыми обломками.

Франклин издали глянул на врагов и забеспокоился — они просто как с цепи сорвались. Большие потери не помешали румынам двигаться к австрийской крепости.

— Они опять рвутся к нам! – сказал Франклину Вальтер. – Что нам делать, Серебряный лучник? Ты можешь что-нибудь сделать, чтобы они отступили?

Франклин невесело усмехнулся:

— Я могу вдохнуть огнём, чтобы поджечь стрелы. Эй, народ честной, заряжай луки!

Он с ловкостью пантеры вскочил на парапет и одним лишь огненным дыханием поджёг стрелы. Да не тут-то было. Вражеская стрела вонзилась ему в ребро, тогда-то все заметили, то у Франклина кровь… серебряная! И это очень удивило воинов. Юноша свалился на пол. Его пришлось отстранить от битвы. Пока Франклина род руки отводили лечиться в дворцовую церковь, на его место встала Импреза.  Уж она-то тоже неплохо сражалась. Эта львица стуком своего хвоста могла вызвать любое стихийное бедствие. И она вызвала сильный ветер. Он с гудением разносил по полю битвы пыль, слепящую глаза. Надо сказать, что они с Кристианом прошли множество войн, и Импреза открыла ему все свои хитрости и фокусы.

Уходя, Франклин напомнил своей армии усердно помолиться Архистратигу Михаилу и добавил, что тот один способен победить даже очень большую армию. Воины поверили и с молитвой на устах повернулись  к небу, в котором разверзлись облака и воссиял яркий солнечный луч.

—Ваша молитва услышана! – донесся до оборонительной армии голос Атонора.

Атонор поднял глаза к небу и увидел Архангела Михаила в доспехах, со щитом и огненным мечом в руке. Михаил направил свой меч на врагов и испустил большущий горящий шар. И этот шар за раз сжёг всю румынскую армию, последним погиб Аурел. И тогда воевода Атонор поднял знамя с громким криком:

— Победа!

Пока австрийцы праздновали победу и благодарили Бога, раненый Франклин лежал на перине под одеялом в келье монаха совершенно голым и крепко спал. Монах читал над ним молитву и пропитывал кусочек хлопка целебным раствором, чтобы обработать юноше рану. Как же монах удивился, когда увидел, что из раны Франклина текла не красная, а серебряная кровь. «Удивительное создание этот Серебряный лучник! — подумал монах. — Каким бы странным он ни был, ему всё равно надо помочь.»  Франклин долго ещё не просыпался после снотворного. Он даже не почувствовал, как к его ране прикоснулись. Монах после обработки ран поднёс к подушке спящего юноши молитвослов, открыл его и прочёл «Канон за болящего». По прочтении этой чудодейственной молитвы монах перебинтовал юноше рану со словами:

— Да пребудут с тобой святые силы.

Франклин вскоре очнулся, посмотрел вокруг и увидел монаха. Монах рассказал ему всё, что произошло с ним и велел неделю лежать в постели. Тут за окном раздался звук крыльев, монах обернулся и увидел розовую синицу, которая держала в клювике зрелую тёмную вишенку за черенок. Монах глянул на неё и понял, что эта птичка просилась в окно.

— Ты хочешь влететь в мою келейку?  – Спросил розовую синицу монах, – Залетай.

И он сотворил окно, птичка вылетела. При виде неё Франклин приподнялся, облокотившись спиной о подушку и накрыл нижнюю часть тела. Синица подлетела к нему, и прямо на глазах монаха вложила вишенку Франклину в рот. Монах при виде этого всплеснул руками и воскликнул:

— Ой, батюшки!

Франклин выплюнул косточку от вишни и взглядом проводил синицу. А монах спросил:

— Что это было?

— Где? – Не понял юноша.

— Эта махонькая птичка.

— Ах, эта?  Когда я стал воином, Импреза, крылатая львица и четыре феи стали направлять ее ко мне. Каждое утро эта птичка приносит мне волшебную вишню, чтобы укрепить меня в бою…

— А почему ты не берешь эту ягоду руками?

— Если я это сделаю, то ягода потеряет свои свойства. Это как при причастии, когда Тело и Кровь Христовы дают не в руки, а во уста лжицею.

— Ах, вот оно что.

И с этими словами монах отправился на ферму. Уходя, он увидел перед собой трёх темноволосых ангелов в багряных одеждах и охваченных небесным пламенем. Ангелы сказали ему:

— Мы пришли к Франклину. Всевышний направил нас сюда, чтобы мы по Его приказу оберегали раненого юнца.

— Я ухожу. – Отрезал монах. – А ему следует побольше спать, так как это поспособствует скорому выздоровлению. Идите к рабу Божьему Франклину и пропойте ему песнь усыпительную. Иначе без этого он будет плохо спать.

Когда монах ушёл, ангелы были уже у одра Франклина. Они брызнули ему в глаза овечьим молоком, опустили его веки и сладко запели, отчего к юноше быстро пришёл лёгкий и спокойный сон. И так он спал два с половиной часа. А ангелы всё это время молились о нём. Причём, молились они горячо, ни слезинки при этом не пожалев.

Вечером Алисия пришла в келью. В руках ее  была большая корзина, в которой лежали бутылка козьего молока, банка орехов и клубничный брауни. Всё это ее сыну передали с торжественного ужина.  Вслед за Алисией сбежал Джоги-лемур, у него была грустная мордочка.

— Франк! Проснись, это я. – Проговорила Алисия и поставила корзинку перед кроватью сына.

— Мама, привет. Заходи. – Ответил Франклин. – А где де все остальные? Сегодня пришла только ты одна.

— Скоро будут. Я тебе покушать принесла. Ты как себя чувствуешь?

— Чуток получше. Мне очень не хватает общения и моей арфы. Когда монах уходит, я начинаю молиться, чтобы ко мне сошли ангелы. Один раз мне снилось, что они меня в гости к себе зазывали. В Чертоге Воинов я поставил арфу в моей комнате. Ангелы играли на ней и пели. А здесь они только поют.

— Не волнуйся, Франк, Скоро ты выздоровеешь, и тогда сможешь снова играть на арфе и петь в церкви. Арфу я сюда принести не могу, так как она напольная, а, значит, очень тяжёлая. Она стоит у тебя в комнате, никто, кроме Луизы, за неё не сядет.

В тот же день за Алисией к Франклину пришли Кристиан, София и все остальные. Никто не пришёл с пустыми руками. Пришёл также, трудно поверить, король Мартиан. Все они принесли Франклину остатки торжественной трапезы.  Он был очень доволен этим и объяснил, что ему очень скучно без них. Когда в келью явился монах, гости ушли. Он подолгу не отходил он раненого юноши, и как нянька заботился о нём. И так продолжалось целую неделю, пока Франклин не выздоровел. За всё это время он не умывался и не брился, от него плохо пахло. Вернувшись, наконец, в свой Чертог Воинов, он живо привёл себя в порядок.

На другой день Луиза пригласила Франклина на конную прогулку. Тот охотно согласился они двинулись в путь в сопровождении стражи. Авигея долго смотрела им вслед и ворчала:

— Я тебе, Луиза, ещё покажу, где раки зимуют. Попадись ты только мне – узнаешь ты у меня, как забирать у меня из-под носа моего возлюбленного!

Она тогда отправилась к остальным стрелкам, чтобы устроить празднество. Ее тоже пригласили. Вольфганг Маннелиг был организатором праздника. Все присутствующие с интересом слушали его рассказ о том, как в него когда-то влюбилась троллиха и решила выйти за него замуж.

— Троллиха? Ты сказал «троллиха»?  – Спросил Альберт.

— Именно. – Весело ответил Вольфганг.  –  Сначала я думал, что она добрая, и мы подружимся. И наша дружба длилась долго, пока она не захотела выйти за меня. А как, скажите на милость, я могу жениться на троллихе? Слава Богу, я победил ее.

Всем очень понравилась история про необычную дружбу, и по ее окончании стрелки принялись развлекаться. Веселье продолжалось целый день, пока не вернулся Франклин. Ему очень хотелось есть. Авигея отправилась на кухню, где готовились дранники. Она подсыпала в них острого жгучего перца и отнесла их Франклину. Перец она подсыпала в отместку за его любовь к Луизе. Надо сказать, Авигея очень ревновала Франклина к принцессе, и она решила напакостить ему. Когда Франклин сел за стол, ему подали дранники и рюмку эля. Сложно представить, в какую ярость он пришёл, когда откусил маленький кусочек одного дранника:

— Что за дьявольщина?! Кто вздумал отравить меня? Вот я тогда его!..

— Я помогу тебе. – Сказал Атонор.

— Чем же? Говори, я слушаю.

— Тебе подсыпали в дранники перца, так?

— Так.

— Ну, так вот. Кто будет чихать без остановки, тот и виноват. Это же проще простого.

— Ладно, я найду этого негодяя, он у меня попрыгает.

Франклин обошёл весь Чертог Воинов, чтобы вычислить виновника своих неприятностей. Но никто не чихал. Юноша очень удивился. Перец ведь не мог сам насыпаться к нему в дранники. Искал он ещё очень долго, пока вдруг откуда-то не послышалось непрерывное чихание. Оно доносилось из кабинета алхимии, где на тот момент находилась Авигея. И Франклин постучал в дверь:

— Авигея, открывай!

— Франк, уйди. А-апчхи! – Донесся из-за двери голос Авигеи. Она понимала, что ей предстоял непростой разговор. Голос Франклина пугал ее, и она задрожала.

— Ну, теперь я точно выломаю эту дверь молотком. – Промычал Франклин. С него было довольно. И он вынул из ближайшего ящика молоток. Разъярённый юноша постучал в дверь молотком со словами:

— Открывай, а то сейчас выбью. Открывай, пока я её не вышиб.

Когда он отложил молоток на место, Авигея нехотя отворила дверь. Франклин ворвался к шаманке и со злостью закричал:

— Авигея, хватит уже притворяться. Ты думаешь, я ничего не узнаю?

— Я ни в чём не виновата. – Плачущим голосом проговорила Авигея.

— Ты подсыпала мне в дранники перца. Кто позволил тебе это сделать?

— Никто.

— Ну, теперь берегись.

Франклин схватил Авигею за шиворот, раздел и как следует, отхлестал ее кучерским бичом. Шаманка кричала и плакала, после чего попросила у него прощения. Франклин ещё долго читал Авигее свои нотации и не обращал на ее крокодиловые слёзы внимания. Однако ему было чисто по-человечески жаль ее. И он простил ее. А Авигея усвоила, наконец, этот урок. Но даже несмотря на то, что Франклин избил её, она продолжала питать к нему нежные чувства. Но он не поддавался этому – ведь ему была нужна только Луиза.

 

Глава 7. СКОЛЬКО ЛУН ПРОЙДЁТ.

Не только у Франклина появился питомец. Остальные его подчинённые тоже завели себе по зверюшке. Авигея завела леопарда, Альберт – жабу, Беркав – лису, Отис – шиншиллу, Вальтер – сыча, а Вольфганг – хорька. Их питомцы не трогали друг друга и были очень добры к своим владельцам. Атонор никому не запрещал содержать этих питомцев, он сам их очень любил. Жил у Атонора большой красивый кот породы мэйн-кун, который очень спать любил, а просыпался лишь для того, чтобы поесть и умыться, мышей ловил только изредка.

Когда Франклин отправился в лес на охоту и увидел привязанного к сосне полугодовалого леопарда. Зверь жалобно мяукал, точно это был не леопард, а слабый маленький котёнок. Юноша не мог обойти бедного зверя стороной, так как он был добрым человеком и никого не бросал никогда в беде. Леопард смотрел на Франклина в упор, и тот обратился к нему:

— Ты хочешь есть?

Леопард мяукнул, что, по-видимому, означало «да». И Франклин улыбнулся:

— Не волнуйся, я сейчас тебя накормлю.

Юноша вдруг вспомнил, что при нём не было ни сокола, ни собаки, без которых он не мог охотиться. Тут уж надо было надеяться на себя самого. Франклин принялся осматривать всё вокруг, стараясь выследить какую-нибудь дичь, но рядом никого не было. А леопард был очень голоден.  Ждать, пока появится хотя бы один тощий суслик, Франклин не мог. И вот над его головой раздались пронзительные птичьи крики. Он поднял голову и увидел летящую клином стаю журавлей. Они летели на юг, так как по календарю был уже август. Франклин зарядил лук, прицелился и подстрелил одного журавля. Убитая птица упала у его ног. Юноша расчленил тело журавля, отдал леопарду и ушел в лес.

Пока Франклин ходил по лесу, к привязанному леопарду пришла Авигея. Леопард замурлыкал и, когда она отвязала его, он пошёл  за ней как собака. А Франклин тем временем набрал полную сумку грибов и ягод, потом набрал орехов, слив и яблок. Всё это он собрал к ужину. Помимо этого в королевских закромах были несколько мешков зерна, которые король разрешил Франклину взять для хлеба. Дело в том, что Кристиан пригласил сына и остальных шесть стрелков на праздник Последнего снопа.

Когда Кристиан погрузил мешки на повозку, Франклин собрал своих подчинённых и они двинулись в поле. Там находились дома косцов и их гордость – мельница. Надо сказать, сначала подчинённые Франклина заставили себя долго думать; но, когда они узнали, что из зерна в тот же день напекут вкусных булок, то очень обрадовались. Когда они приехали, то увидели косцов, которые ворошили сено, молотили зерно и пели. Первым подъехал Франклин. При виде него косцы сразу же узнали его и воскликнули:

— Вот тебе раз! Это же Серебряный лучник.

Спешившись, Кристиан снял все мешки с повозки и понёс на мельницу. Стрелки сгорали от нетерпения попробовать чудесные булки. Пока Кристиан и мельник относили мешки, Франклин и его воины от скуки стреляли в воздух. Им казалось, что их стрелы могут долететь до солнца.

— Скорей бы хлебушка, – говорил Беркав. – Очень хочется есть.

Он был в полной готовности и косился на мешки зерна. Скорее бы они превратились в хлеб. Но тут случилась беда – сломалась мельница деревенская. А это для деревень, как известно, большая потеря. Франклин и его подчинённые были огорчены случившимся. Не менее большой проблемой было то, что делать с зерном.

— Мельницу надо починить. Только моё волшебство в этом поможет. – Сказала Авигея. – Я потратила много времени, пока ехала сюда.

— А я есть хочу, – добавил Беркав.

И так все они выражали своё беспокойство по этому поводу. Авигея отправилась чинить мельницу, но у неё так ничего и не вышло. Волшебство оказалось бессильным против поломки. Нечего делать. Сварили тогда пиво. И от этого праздник стал ещё веселее. Франклин и Кристиан были довольны, так как они любили пиво. Когда на стол уже накрыли, Франклин отправился в котельную, открыл ящик с углём и стал жевать угольки. Мельник, заметивший это, удивился и спросил юношу:

— А что это ты, Франк, делаешь? Зачем ешь уголь?

— Это, чтобы не пьянеть. Мне кто-то рассказывал об этом. Вот, только забыл, кто.

Пиво показалось гостям даже вкуснее хлеба. Закончилось оно необыкновенно быстро – каждому досталось по большому бокалу, часть пива мельникам в качестве подарка. Праздник продолжался по поздней ночи, пока все не разбрелись по домам.

Возвращались все домой при свете окровавленной луны, которая то и дело заходила за тучи. О ней подчинённые Франклина знали уже давно, поэтому этой жуткой луне никто не удивлялся. Откуда на ней кровь, тоже было неизвестно. Когда Франклин вышел на балкон, там уже стояла его арфа. Её туда он перенёс перед отъездом в поле. Франклин сел на табурет около арфы и принялся поглаживать её раму со словами:

— И почему на луне кровь? Кого там могли убить? Это чудовищная ошибка…

Но тут за его спиной раздался голос Беркава:

— Хватит стонать. Лучше сбацай что-нибудь на арфе!

Беркав пришёл не один, с ним была София. Она добавила:

— Да уж, братец, от стона твоего уже уши болят.

И Франклин, не снимая перчаток, принялся перебирать струны и петь:

Дивный сон приснился мне,

          И радость воссияла.

          В сердца милого стране

          Ты меня узнала!

          Ангел путь мне указал,

          Чтоб не оступиться.

          Он мне сил в дорогу дал

          И велел молиться.

          Я один так долго шел

          Меж лесов и гор,

          И тебя потом нашёл,

          Как помню до сих пор.

          Вместе мы с тобой сошлись

          Слава Божьей силе,

          Будем верность мы хранить

           До глухой могилы.

          Я с тобою как в Раю.

         Нет любви сильнее,

         Знай, что я тебя люблю,

         И будет жизнь добрее.

          Я один так долго шел

          Меж лесов гор,

        И тебя потом нашёл,

        Как помню до сих пор.    

        Ты где, любимая? Скажи.

        И я стрелой примчусь.

        В душе своей меня держи,

        Забыв печаль и грусть.

Пока Франклин бренчал на арфе и пел, Беркав сидел на скамье и держал Софию за руку. Они не смогли сдержать слёз. Это были слёзы умиления. Когда Франклин спел, его поблагодарили. Беркав очень радовался своему шурину-арфисту, после чего сказал ему:

— Я много слышал об окровавленной луне. О ней часто упоминают пророчества. И эта луна будет появляться на небе ещё несколько раз. И после этого случится нечто жуткое.

— О какой  луне ты говоришь? об окровавленной? – Удивилась София.

— Именно. Такая луна появляется на небе нечасто. Ктому же наши звездочеты это подтверждают. А алхимики уже изобрели стекло, позволяющее определить интенсивность света этой луны. Ведь кровь не пропускает его. – Объяснил Беркав.

— А чего жуткого должно случиться? – Не понял Франклин, которого очень шокировали слова Беркава.

— А вот этого я сказать не могу, да и в пророчествах об этом нет и половины слова. – Ответил Беркав. – Если бы я умел предвидеть, то сразу сказал бы тебе об этом.

Франклин с печальным видом перебирал струны арфы. Ему очень хотелось узнать, сколько ещё окровавленных лун должно пройти. Конкретного их числа ни Беркав, ни София так и не назвали. Стало быть, Франклину самому пришлось бы прочитать об этом в пророчествах. Его беспокоило и то, какая неприятность должна была случиться, если не с ним, так, с кем-нибудь другим. Уж кто бы мог подумать, что пророчества будут такими неприятными. И он отправился спать.

На другое утро Франклин пошёл на поляну попастись и отвлечься от неприятных мыслей. Только она шагнул к воротам, как услышал пение проходящих мимо него ремесленников:

        Тебя мы, Франклин, любим! Ля-ля, лю-лю!

        И славить вечно будем. Ля-ля, лю-лю!

        Ты зло крушишь без страха. Ля-ля, лю-лю!

        Да будет оно прахом! Ля-ля, лю-лю!

        Ты подвиги свершаешь! Ля-ля, лю-лю!

        И вскорь счастливым станешь. Ля-ля, лю-лю!

        Защита наша сильная. Ля-ля, лю-лю!

        И милости обильная. Ля-ля, лю-лю!

        Кто жизни не жалеет, Ля-ля, лю-лю!

        Тот отступить не смеет. Ля-ля, лю-лю!

        Ты наш благословенный, Ля-ля, лю-лю!

        Для всех нас очень ценный. Ля-ля, лю-лю!..

Ремесленники ещё много чего успели спеть про Франклина, монотонно добавляя в конце каждого предложения «Ля-ля, лю-лю!». По всей видимости, они уже успели прочитать все пророчества из кабинета астрономии, но не упомянули жуткого события, о котором все так молчали (зачем так весело петь о плохом). Франклину очень понравилась эта песня. Но не потому, что в ней пелось про него, а потому, что он нашёл ее радостной и жизнеутверждающей. Он не был тщеславцем.

Придя на поляну, Франклин увидел там стоящую на камне Луизу с шифоновым платком на плечах. Ветер весело играл ее распущенными локонами, а она кружилась в танце ветра и словно, хотела взлететь. Франклин наблюдал за ней из-за раскидистого пробкового дерева. Но тут подул ветер, и платок Луизы слетел с неё. Она ойкнула и помчалась за ним. Хорошо ещё, что Франклин вовремя подоспел и поймал улетевший платок, после чего подбежал к Луизе вместе со своим лемуром. Джоги платок очень заинтересовал, и лемуру захотелось его сцапать. Франклин подал платок принцессе:

— Привет, любимая. Я возвращаю тебе пропажу.

— Здравствуй, Франклин. Большое тебе спасибо, что ты вернул мне мой платок. Я очень рада. Мне казалось, что он улетит. – Улыбнулась ему Луиза.

Когда она снова накинула платок на плечи, Франклин порылся в своём поясном кофре и достал оттуда пару серег, сделанных его родителями-ювелирами. Луиза глянула на серьги, а потом коснулась своих почек и ответила:

— Франк, я не ношу серьги. У меня даже уши не проколоты, как же мне их надеть?

По правде говоря, Франклин не заметил, что у Луизы не было серег. Он подумал  немного и сказал ей:

— Не беспокойся, принцесса, сейчас мы это исправим.

Достав из колчана первую попавшуюся стрелу, Франклин попробовал ткнуть ее наконечником в мочку Луизы. Но та остановила его:

— Что ты делаешь? Это же опасно. Ещё, не дай Бог, повредишь мне что-нибудь. Да и стрелы твои сделают мне там слишком большие проколы.

— Извини, – сказал Франклин. – На этот случай есть серьги-обманки. Но они остались у меня в комнате.

— А их не больно носить?

— Нет. Тебе даже уши прокалывать не придётся. Больно тебе не будет.

Опасения Луизы как рукой сняло. И она повела Франклина к реке, где была привязана лодка с двумя веслами. Отличное было время для катания по реке. Луиза села на корму, а Франклин отвязал лодку и взялся за вёсла. Лук со стрелами он положил на дно лодки. Прогулка по Дунаю должна была ещё больше сблизить воина и его возлюбленную. Радостные чувства Луизы, гладившей лемура, передавались и Франклину. Когда он поправил волосы, принцесса спросила:

— Скажи, а почему ты не хочешь постричься? Зачем носишь волосы до плеч, а?

— Во-первых, мне так нравится, а во-вторых, я так скрываю родимое пятнышко на моей шее. – Разъяснил Франклин, после чего отодвинул волосы и показал на шее то самое родимое пятно, о котором он рассказал Луизе. Оно имело форму не то языка пламени, не то капли и умиляло ее сердце.

— Тебе не следует это скрывать. Я так считаю, что оно очень приятное на вид. И когда ветер развевает твои пепельные волосы, я любуюсь им. Это милое пятнышко украшает тебя. Родинками нас одаривает Всевышний.

Франклину очень понравились слова Луизы,  он поцеловал ей руку. По правде говоря, никто не говорил ему таких приятных слов, только его возлюбленная. Лемур сидел уже на носу лодки и смотрел вперёд, точно матрос (это сравнение я привела очень удачно, так как хвост лемура был очень похож на тельняшку). А лодка всё плыла, плеск воды заглушал звон весельных уключин. Наши герои плыли, сами не зная, куда. Дело уже шло к вечеру. Солнце клонилось к закату, на небе одновременно возник лик луны, но крови на этот раз на ней не было.

— Фу, от сердца отлегло. – Вздохнул Франклин и смахнул с лица несколько бисерин пота.

— Что случилось? – Спросила вдруг Луиза.

— Луна…

— Что луна???

— Ну, крови на ней нет. На этот раз.

— А что? Ты видел окровавленную луну?

— Видел. Это было не раз.

Тут с берега их увидела Алисия, она держала в руках сито и мыла крупные жемчужины прямо в реке. Когда лодка поравнялась с берегом, Франклин обернулся к матери:

— Привет, мама. А мы тут с Луизой прогуляться решили.

Поздоровалась и Луиза. А Алисия  собрала жемчуг в корзинку и крикнула:

— Только не плавайте долго. Вон, какая туча надвигается – дождь будет!

С этими словами она села на телегу и погнала ее в сторону королевского дворца. А Франклин и Луиза уже плыли обратно. Их сопровождали ангелы, певшие им, играя на лютнях, флейтах и лирах. Дорога от этого стала веселее, Франклин даже забыл об окровавленной луне и исполнился радости.

Когда Луиза была уже дома, к ней в комнату вошла София с огромным фолиантом в руках. Книга была очень тяжелой, и маркиза тут же положила ее на стол.

— Тяжелая книжонка попалась. Без помощи Беркава тут я бы не обошлась. – Сказала она.

— Что это за книга? – поинтересовалась Луиза.

— Это? А ты прочти на обложке. Это про одного святого.

На обложке книги был нарисован священник, восседающий на диком вепре. Под изображением было написано большими красивыми буквами: «Святой Франклин Мехернихский». Луиза при виде этой картинки перекрестилась. София сразу поняла, почему та это сделала.

— Я знаю, ты любишь моего брата. Он чудесный. – Улыбнулась София.

— Да, так оно и есть. – Было ей ответом.

— А зачем ты, Луиза, перекрестилась перед этим фолиантом?

— Это святитель Франклин, я с ним так поздоровалась. Когда я вижу его, то вспоминаю Серебряного лучника. Это его святой?

— Да. Я молюсь этому святому о здравии моего брата – твоего возлюбленного. Для того-то я и принесла эту книгу, чтобы рассказать тебе об этом святом. Святой Франклин, в миру Альфонс, жил в Мехернихе. Родился он в королевской семье. Было у него два брата и три сестры. Пока мальчик рос, вера в Бога в нём укреплялась. А когда ему исполнилось четырнадцать лет, он принял монашество под именем Франклин. За всю свою монашескую жизнь он защищал всех, кто нуждался в его помощи, строил церкви, исцелял больных и даже короновал будущих правителей. Святой даже организовал свою школу послушания и спас множество народу из горящей церкви.

Луиза была шокирована услышанным. Она обратила свой взор к церковному куполу, видневшемуся из окна, и произнесла троекратно фразу:

— Дивен Бог во святых Своих.

 

Глава 8. ЖАБИЙ КОРОЛЬ.

Видя, что Франклин и другие его подчинённые (лучники со сверхспособностями) бездельничают, король рассвирепел, да так, что к нему страшно было подойти. Слуги и дочь Луиза очень страшились его. Когда король Мартиан немного успокоился, то предложил Франклину и его подчинённым работу в зоопарке.

Каким был этот зоопарк? Он находился на самом первом этаже королевского дворца, куда Франклин и его подчинённые ходили теперь на работу. Там звери жили за железными решётками на устланном соломой цементном полу, плошки для еды и воды были из дерева. Для каждого вида зверей была своя отдельная просторная комната. Содержались в этом зоопарке: тигры, львы, страусы, волки, гиены, олени, газели, пантеры, гориллы, орлы, жирафы, слоны, зебры, бурые и белые медведи, буйволы, вепри, крокодилы, черепахи и даже удавы. Отдельно был террариум, где Альберт мог смотреть за своими жабами. Помимо жаб в этом террариуме жили тритоны. Как вы уже знаете, Альберт очень любил жаб, за что получил прозвище «Жабий король».

Каждый из семи лучников выбрал себе свой участок со зверями. А слоновник, вольеры с медведями и буйволами достались Франклину. Когда он вошёл к слонам, то очень удивился, так как никогда их не видел, разве что только на картинках. Слоны стояли у стойла и ели сено. Их огромные бивни породили у юноши мысль, что эти огромные звери – страшные хищники и очень сильно кусаются. Когда Франклин подошёл к слонам, один из них протянул ему свой хобот и закинул себе на спину. Серый костюм юноши очень привлёк внимание этих доселе невиданных им зверей.

— Да, ты совсем не опасный. – Сказал Франклин слону, спускаясь по его хоботу.

Пока наши стрелки возились с животными, Альберт отлынул от работы и стал играть с жабами. Он чувствовал в них что-то родное. Эти жабы смотрели на него выпучив круглые как бусины глаза. А сам Альберт подбирал по углам пауков и тараканов, после чего бросал их своим любимицам — и жабы даже дрались за лакомый кусочек. А тот смотрел на них и всё время глупо улыбался — так эти жабы свели Альберта с ума.

— Бурбуля! – Вдруг раздался за его спиной пронзительный крик, – Хватит дурака валять. Думаешь, всех вас тут держат просто так? Живо за работу!

Нечего делать, Альберт позвал старого монаха и сказал ему, чтобы тот присмотрел за жабами. Но монах не захотел, ссылаясь на то, что его ждали в церкви на литургию. Взять жаб согласились алхимики — им очень нужна была жабья моча для приготовления пятновыводителя.

Тем временем Луиза сидела в своей комнате около клетки со скворцом по имени Якоб. Это был очень необычный скворец, потому что его перышки были синими. Принцессе очень нравилось слушать его песни. Этот скворец во всём слушался ее — он вынимал фишки из коробочки с предсказаниями, качался на качелях, мяукал по-кошачьи, возвращался в клетку после полёта и даже разговаривал. От такого скворца никто бы не отказался. Франклин тоже очень полюбил его.

Якоб садился к нему на руку, давался гладить и даже подружился с лемуром Джоги.

Как-то раз Якоб вылетел из клетки и полетел на дворцовую кухню, откуда несло свежим хлебом, а скворец, надо сказать, был голоден. Он ринулся в окно из-за всех сил, а когда прилетел на кухню, там его ждал довольно  неприятный сюрприз. На подносе для хлеба лежали крошки, запах которых и привлёк внимание Якоба. Скворец, недолго думая, сел на краешек подноса и давай их склевывать. Увидев скворца на подносе, один из поваров схватил нож и набросился на него. Скворец продолжал клевать, но тут повар замахнулся ножом и… поранил скворцу одно крыло. Покалеченная птица, утратив способность летать, соскочила на пол и засеменила к выходу. Хорошо, что дверь была открыта. Скворцу очень повезло, что никто за ним не побежал, и он припустил, что было духу. Королевские собаки и кошки на пути не попадались, и Якоб сбежал в большую залу. Мимо проходила Луиза. При виде скворца она взяла его в руки и понесла к клетке. От одного вида его порезанного крыла её сердце обливалось кровью.

— Что с тобой случилось? Кто тебя обидел? – удивилась она, разглядывая ему надрезанное крыло.

— Его пора-поранили. – Отвечала птица. Но она не конкретизировала, кто именно это сделал.

Исцелить скворца можно было, лишь окропив его святой водой, как это обычно делают с больными животными или людьми. Луиза позвала священника и он одной лишь молитвой исцелил несчастную птицу.  Принцесса была очень счастлива, и за спасение Якоба заплатила десятью монетами. Скворец выпорхнул из клетки, полетал немного, а потом сел на плечо Луизы.

В зоопарке работа с животными не утихала. Каждый из семи лучников был занят своими животными. Альберт на этот раз учил одну свою жабу петь, и у них образовался дуэт. Он играл на флейте, а жаба пела. Все зрители диву давались от такого концерта. Франклин подошёл к Альберту и спросил:

— А давай-ка ты выступишь так в театре зверей? Там жаб ещё не показывали.

— Я согласен. Всю жизнь я дрессировал жаб. – Согласился Альберт.

— И что же они умеют? – Неожиданно встряла Авигея.

— Они поют, играют в чехарду, подбрасывают мячик, прыгают через кольцо и встают в пирамиду. Я очень много времени потратил на их обучение. Все мои жабы послушные. Думаю, что стоит представить моих квакушек на сцене. Лягушки и жабы ещё нигде не выступали.

Альберту выпала большая честь выступить в театре зверей, и он два дня репетировал номера. Ему очень хотелось удивить людей. Дрессировать жаб мог только он один. Хозяин театра зверей, узнав о необычном артисте, сначала не поверил своим ушам. Он на минуту представил себе, что жабы начнут вытворять на сцене.

Настал день выступления. Альберт собрал своих жаб в корыто с водой и отнёс их в театр. Жабы с головой погрузились в воду, словно были чем-то напуганы. Когда номер Альберта объявили, он вышел на сцену. Он свистнул, и жабы одна за другой стали выпрыгивать из-за кулис. Зал задирался от хохота, особенно дети. Зрители кричали, свистели и махали руками. Альберт заиграл на флейте, и жабы начали квакать на все лады. Казалось, что жабы пели в такт музыки. После этого они встали на задние лапы и пустились в пляс, точь-в-точь как люди. Жабы станцевали много разных танцев, что создало настоящий сумбур и даже будоражило зрителей.

Закончив игру на флейте, Альберт хлопнул в ладоши:

— Жабки! Играем в чехарду.

И жабы встали в круг, после чего принялись перепрыгивать друг через дружку. Далее они прыгали через кольцо, играли в мяч и кувыркались. Зрители аплодировали Альберту и бросали ему цветы и монеты. Юноша очень гордился своими квакушками, гладил и даже целовал их без брезгливости. Кто бы мог подумать, что жабы вскоре стали настоящими артистками в театре зверей.

В прихожей Чертога Воинов Альберт столкнулся с необычным существом. Это было крылатое белоснежное существо, с туловищем льва и головой орла, передние орлиные лапы удерживали учебник алхимии. Зверь при виде Альберта наклонил орлиную голову и произнёс:

— Здравствуй, Альберт, жабий король и укротитель.

— Здравствуй. Кто ты? – отвечал Альберт.

— Ты что, никогда грифонов не видел?

— Никогда, только на гербах.

— А теперь видишь перед собою.

— Как тебя зовут?

— Авинар. Я знаю все секреты алхимии и храню их в этой книге.

Авинар указал на книгу в своих лапах. Альберт был очень удивлён тому, что странный зверь имеет дело с научной литературой. И юноша потом спросил его:

— А ты что, читаешь эту книгу?

— Да, каждый день, когда нахожусь в кабинете алхимии. – Ответил грифон. – Я хранитель тайных знаний. Моя миссия – раскрыть все волшебные секреты, чтобы передать их только избранным. Не каждому дано владеть всеми искусствами этой книги.

— Ты знаешь Импрезу? – Неожиданно спросил Альберт.

— Да, это моя супруга. Она тоже грифон.

— Если она – грифон, то почему у неё не орлиная голова, а львиная?

— Дело в том, что грифоны бывают и с львиными головами.  Стало быть, их два вида и два племени. Эти племена часто враждовали. Вражда продолжалась столетиями. Воевали они за равноправие, а, воюя, погубили много людей и животных. Когда грифоны увидели, сколько бед принесла их ссора, они заключили перемирие. Для перемирия Племена должны были породниться. Львиноголовые и орлиноголовые грифоны вступали друг с другом в брак. Если у жениха голова льва, то у невесты должна быть голова орла. И наоборот, Если у жениха голова орла, то у невесты должна быть голова льва. Проводи меня к моей жене.

— Она в комнате главного лучника.

— А кто он?

— Это мой родственник. Его имя Франклин Леонтью.

— Знаю, его ещё называют Серебряным.

— Да, это Серебряный лучник.

И Авинар направился к апартаментам Франклина, надеясь увидеть его и свою жену. Франклин хорошо знал этого белого грифона, поэтому он нисколько не удивился его появлению. Когда Импреза увидела Авинара, то сразу же подошла к нему. Они оба очень обрадовались друг другу. После этого Франклин спросил:

— Ты искал меня, Авинар?

— Да, Серебряный лучник. Мне сказали, что ты очень заинтересован тем, почему на небе появляется окровавленная луна. Я читал пророчества и узнал, что ты совершишь много подвигов и обретешь счастье.

— А кровь?

— Кровь? Это знак, о котором нигде не написано. Автор этой книги не успел ее закончить.

— А почему? — Удивился юноша.

— Он умер, точнее, его казнили. А виной всему то, что в пророчестве он предсказал точную дату смерти короля Леонарда. Это был дедушка Мартиана Бессердечного. После этого последующие короли запретили писать пророчества, и тем самым лишили нашу страну выдающийся ясновидцев. Кого казнили, а кого и вовсе отправили в ссылку. – Сообщила Импреза. – Я, слава Богу, уберегла некоторых из них, назначив королевскими. звездочетами. К сожалению, ни я, ни мой муж, не можем ответить на твой вопрос. Он должен раскрыться через 12 лет, как сообщил твой ангел.

— А почему он не ответит сразу? – спросил Франклин.

— Всему своё время, – строго проговорил Авинар. – Ты пока не торопи события. Я узнал, что ты и ещё шесть твоих подчинённых обладают сверхспособностями. Так вот, Альберт работает дрессировщиком жаб, Беркав может похвастаться своей силой, Авигея показывает фокусы, Вольфганг – воздушный гимнаст, Отис дрессирует крупных зверей, Вальтер ходит по канату и занимается левитацией. Ну, а ты можешь показать трюки с огнём. Ты ведь умеешь выдыхать пламя?

— Да. – Сказал Франклин.

— Вот и хорошо. Покажи всем свою удаль.

День прошёл незаметно. Ничего особенного не произошло. Утром Франклин по рекомендации Авинара выступал в театре зверей, поражая публику своей способностью укрощать огонь. Волосы его при свете факелов и языков пламени ещё больше блестели, словно настоящее серебро. Он также прыгал через огонь. Выступал юноша в  своём стрелковом костюме. Как вы уже помните, на груди у него был нарисован белый лев; так вот, из этого изображения выскакивал живой лев, после чего возвращался на место. Зрители радовались такому артисту. Кто-то из них узнал в огнедышащем факире Серебряного лучника, после чего рассказал об этом остальным. Франклин долго ещё показывал всем свои трюки, а в конце своего выступления получил мешочек монет.

Подчинённые Франклина тоже выступили со своими номерами. Представления длились полдня, и зрителям даже подносили еду и напитки. Ещё бы, ведь это было очень долгое представление.

Дома Альберт снова занялся своими квакушками. Но на этот раз он рассказывал им сказки про разбойников. Ему казалось, что жабы с интересом слушали его. Заснул он рядом с их корытом прямо на полу. Проходивший мимо Атонор не мог налюбоваться на спящего Альберта. Он сказал:

— Сомнений нет. Ты точно жабий король, Бурбуля. Так любишь их, что даже спишь с ними.

Но Альберт ничего не слышал, он спал и видел свои сны. Снилось ему, как жабы сидели на болотных кочках и пели свои жабьи серенады. Но больше всего пели они об Альберте, так называемом жабьем короле.

 

Глава 9. МАРТЫШКИН ТРУД.

Каждый день после работы в зоопарке Франклин ходил на пруд — рыбу ловить. Делал он это большим сачком. Попадались ему и раки, что очень радовало его. Пруд находился около Дуная, и раки частенько перебрались туда из реки. Раков Франклин относил на кухню — варить к пиву. Прудовые раки были очень большими, в полметра длиной, а, значит, и мяса у них больше. Полакомиться раками любил даже король, и то, когда их подавали на огромном драгоценном блюде с лимонами.

Однажды, придя на пруд, Франклин взял с собой раколовку и большую корзину. Ему очень хотелось набрать как можно больше раков, чтобы угостить своих друзей. И тут с пруда послышался плач, который то и дело затихал. Франклин прислушался, чтобы узнать, откуда он раздавался. Юноша бросился на звук со всех ног. Тут он увидел на берегу пруда босоногую девушку-селянку в белой кофточке и фиолетовой юбке с чёрным корсажем. Ее волосы были заплетены в светлую косу, а на голове белый чепчик. Рядом с ней стояло большое железное ведро. Судя по всему, она пришла за водой на пруд. Франклин спросил:

— Что с тобой? Может, ты плохо себя чувствуешь?

— Меня мама прислала сюда и сказала, чтобы я вычерпала из пруда всю воду и достала ее кольцо, которое она уронила в воду. Ведро дырявое, а залепить дыры нечем. Вот, что значит, бессмысленная работа. Самое плохое, что она запретила мне возвращаться домой без кольца.

— Я помогу тебе.

— Чем?

— Чем могу. Будем знакомы. Я Франклин.

—  А я Мария.

Франклин достал из кофра хлопок, смешал его с древесным клеем и залепил все дыры в ведре. После этого он подал ведро Марии. Та сказала:

— Спасибо. Ты выручил меня. Но как же я справлюсь одна? Пруд ведь глубокий.

— Я  позову своих воинов. Вместе мы справимся.

И Франклин пошёл за подмогой. Он рассказал своим воинам, что случилось. Воины поначалу не верили в услышанное, но потом согласились. Каждый взял по большому ведру и в придачу запряжённую телегу, чтобы отвозить воду к реке.

Вскоре работа закипела. Воины целых пять дней не ели, ни пили, ни спали, а всё с ведрами бегали взад-вперед, а наполненные вёдра в реку выливали. Это никому не нравилось, но ничего не поделаешь — нельзя оставить человека без помощи. Вода в пруду долго не убывала.

— Здесь поможет только моё волшебство. – Сказала Авигея. – Мне всё это уже надоело, я голодна и хочу спать.

— Я тоже. Мои жабы, наверное, уже разбежались. (Альберт).

— А мне надо заняться спортом.  Я сегодня ещё не отжимался. (Беркав).

Короче, каждый из воинов высказал своё недовольство по поводу этого мартышкиного труда и обвинял старуху, уронившую кольцо в пруд. А Франклин уверял всех, что она сделала это не нарочно. Когда уровень воды стал по колено, то воины занялись речными животными. Рыб и раков ловили скачком и отпускали в реку – не погибать же бедным созданиям без воды. Вдруг в песке заблестело что-то круглое. Первым это заметил Отис. Присмотревшись, он догадался, что это было кольцо. Вот тогда-то Мария была счастлива. Она больше всех благодарила Франклина, так как большую часть работы выполнил он.

Мария села на телегу и, усадив на неё Франклина, поехала домой. На душе у селянки было весело, даже хотелось петь. Доехав до старой бревенчатой избушки с соломенной крышей, она остановила лошадь и сказала:

— А вот здесь я живу.

Возле избушки стояли колодец и сарай. Обстановка двора не могла быть хуже. Такого старого жилья Франклин не мог представить даже в кошмарном сне. В душе он сочувствовал Марии и желал ей нового хорошего жилища. Но как же осуществить это, если семья этой крестьянки, судя по обветшалой избушке, была столь бедной? Мария постучала в дверь и на порог вышла старушка. Она спросила:

— Ты нашла моё кольцо, дочка?

— Да, мама. Серебряный лучник помог мне.

И Мария указала на стоящего рядом с ней Франклина. Старушка покинула его взглядом с ног до головы, и, всмотревшись в его пепельные волосы, убедилась, что это и впрямь был Серебряный лучник. Она поцеловала ему руку, отчего он заплакал.

— Все мы когда-нибудь станем серебряными. – Произнесла старушка. – Покроются наши дивные волосы сединой. А ты, юноша, уже такой

— Я не седой, а пепельный. – Отвечал тот.

Франклин остался спать в доме Марии. Ему постелили постель у печи и выдали тёплое покрывало. Всю ночь шел дождь, За окном грохотал гром, выл ветер. Хорошо было спать под шум дождя. Снились юноше только добрые сны.

Тем временем Луиза, ожидая Франклина, играла в своей комнате на арфе, мелодия была грустной.  Тут к принцессе явились семь ангелов и принялись петь ей, чтобы утешить. Ей на ум приходили разные мысли насчёт возлюбленного, где он и почему не возвращался.

Отоспавшись у Марии, Франклин рассказал ей о себе и предложил перебраться в королевский дворец. Та согласилась. Ведь жизнь во дворце, по ее мнению, могла бы осчастливить нищую семью. Скот и птицу продали на рынке. По возвращении во дворец  Франклин представил старушку и ее дочь воинам и королю. При виде Марии Альберт сказал:

— Я хочу взять ее в жёны.

В тот же день состоялось венчание, а потом и бал, на котором Франклин вместо своего стрелкового костюма был в красивом облачении. Много гостей было на свадьбе. Каждый из неженатых воинов мечтал о своей собственной свадьбе. Луиза за праздничным столом сидела только рядом с Франклином, да и бокалами чокалась в основном с ним. А король Мартиан, узнав о жутком задании, которое старушка-мать дала Марии, решил давать такое же задание наказуемым людям  в качестве наказания.

— Авигея, будь моей женой, – обратился к Авигее Отис, – я давно хотел сказать тебе это.

— Хорошо, я буду твоей до самой смерти. – Согласилась шаманка. И она тут же забыла, как сохла по Франклине.

 

Глава 10. ЗАЛ СТРАХОВ.

Каждый вечер перед сном Авигея частенько спускалась на цокольный этаж в Чертоге Воинов. Никто не мог понять, что ей там было нужно. Самым необычным было то, что, всякий раз Авигея, спускаясь в свой отдельный кабинет, надевала всегда одну и ту же одежду: зелёное платье без рукавов, золотые серьги, чёрные туфли и плащ, а также золотой обруч с пером павлина. Однажды Франклин решил выяснить это, и он отправился за ней. Шел он за шаманкой тайком, чтобы не привлечь ее внимания.

Авигея остановилась у тяжёлой железной двери, на которой были выгравированы череп и кости. Судя по этой страшной эмблеме, за дверью находилось нечто пугающее. Шаманка отперла дверь и вошла в свою комнату.  Дверь она закрыла очень быстро, так что Франклин не успел разглядеть ее внутреннее убранство.

— Понимаю, – сказал он сам себе, – эта шаманка скрывает что-то. Надо дождаться, пока она уснет. И тогда-то я всё выясню. Тем более, что здесь нет никакой стражи. Надо и моим подчинённым это разузнать.

Вышла Авигея со своим леопардом и тут же наткнулась на Франклина:

— Франк, что ты тут делаешь?

— Я ходил в подвал за молоком, поскольку плохо сплю. – Соврал юноша. – Мне так врач сказал — пить перед сном молоко.

— И как? Помогает?

— Да.

— Ну, ладно.

Дождавшись ночи, Франклин отправился к своим подчинённым и сказал им:

— Вы не поверите, Авигея завела себе тайный кабинет. Там на двери череп и кости; я  так и не понял, зачем она туда ходит.

— Что ты предлагаешь, Франклин? – спросил Вольфганг.

— Уж не хочешь ли ты, чтобы мы зашли в ту комнату? – добавил Вальтер.

— А что? Я согласен, – усмехнулся Альберт.

— Да, я хочу войти туда, – с пафосом отвечал Франклин. – И я не усну, пока не узнаю тайну этого места.

Узнать, что утаивает Авигея, было очень интересно. Запретный плод, как известно, всегда сладок. Франклин шмыгнул в комнату Авигеи, прихватив с собой горящую свечу. Он снял с гвоздя связку из пяти ключей и вернулся к товарищам. Стража во всём Чертоге Воинов давно спала, так что нашим героям ничего не мешало проникнуть за таинственную дверь. Когда они подошли к месту назначения, Франклин принялся выбирать ключи, нужным оказался пятый ключ.

— Открывай потише. – Сказал Вальтер. – А то она услышит.

— Кто она? – Не понял Франклин.

— Шаманка.

— Не болтай глупостей, она далеко отсюда.

Франклин отворил дверь  без шума, и они вошли. В комнате было очень темно, хоть глаз выколи. Когда шестеро юношей вышли на середину комнаты, над ними сама собой загорелся канделябр. Надо заметить, что канделябр этот был в форме корявого дерева, прикрепленного к высокому потолку корнями вверх. Причём, на каждой ветке дерева было установлено по десятку свечек.

— Ничего светильник. – Произнес Беркав. – Эта шаманка знает толк в искусстве.

Зал не ограничивался светильником в виде перевёрнутого дерева. Стеллажи были до отказа уставлены всякого рода странными вещицами, которые внушали зрителю жуть. Это были: панно с головами животных, бусы из засушенных жаб, чучела рогатых кроликов, челюсти оборотней, связки сушёных крыс и белок, скелеты людей и животных, заспиртованные эмбрионы лам, скелет кота с головой щуки, бюст жирафа в красном шутовском колпаке, африканские тамтамы, движущаяся игрушечная собака-скрипачка, бобр в красной мантии, засушенная черепаха с оружием ниндзя, жуткие маски и ещё много всяких вещей, леденящих кровь. На пол была постелена шкура кенгуру.

— Так вот, что скрывает здесь эта негодница Авигея. – Сказал товарищам Франклин. – И зачем ей всё это?

— Как зачем? Она шаманка, стало быть ей не обойтись без этих страшных игрушек. В них, кажется, заключена какая-то древняя сила. – Предположил Отис. – С трудом представляю, как я на ней женюсь.

— На шаманке? – удивился Альберт. – Да ты, брат, шутишь.

— Ей-Богу, не шучу. – Проговорил Отис. – Мне ее очень жаль. Тем более она влюбилась во Франклина, а тот не принял этой чаровницы. Она и огорчилась.

— А зачем мне Авигея, когда у меня есть Луиза? – Удивился Франклин. – Эта шаманка мне и даром не нужна. Делала мне гадости и просила прощения, а потом опять за своё – снова пакостила.

Пока все спорили, Беркав заглянул на полку с книгами и вынул большой том с надписью «Декреталий Юаны Левенбрау». На обложке красовалось изображение собаки с горящим факелом в зубах. Интересная, наверное, эта книга, особенно собака на переплёте.

— Смотрите, парни, какая миленькая книжонка! – Произнёс Беркав.  – Давайте возьмём ее?

Воины согласились, а книгу взял Франклин. И они покинули Зал Страхов как можно скорее. Всю ночь им снились кошмары. Вопрос, зачем Авигее эти ужасные вещи, не давал никому покоя.

Утром Франклин после завтрака взялся за книгу. Вся она была написана непонятным зеркальным шрифтом. А вот иллюстрации выглядели пугающе, точь в точь, как экспонаты в Зале Страхов. Они изображали кроликов, пытающих людей и волков; овец, линчующих волка; мальчика, который подлез под львиное брюхо; рыцаря, воюющего с гигантской улиткой; скелета, грызущего амурчиков и много других страшных и даже пошлых картинок.

— Что это за язык? – Спросил сам себя Франклин. – Читать невозможно.

Только юноша закончил эту фразу, как за его спиной раздался чей-то нежный голос:

— Это арамейский язык, он исчез тысячу лет назад. И на нём говорят одержимые Дьяволом.

— Кто говорит со мной? – удивился Франклин.

— Я твой ангел. Тебе не следует читать это. Так ты навредишь своей душе.

Ангел исчез, а Франклин, взяв книгу, направился к королю. Король Мартиан сидел на троне и поглаживал свою собаку. При виде большой книги в руках Франклина он спросил:

— А что это ты несешь? Это Библия или что?

— Нет, не Библия. – Было ему ответом

Юноша показал королю обложку и тот от изумления подскочил вверх:

—- Где ты ее взял?

— В тайном убежище. Оно зовётся Залом Страхов. – Отвечал юноша.

— Зал страхов? Ну, ладно. У моей фаворитки Юаны скоро день рождения, и мне хотелось бы купить всё, что имеется в этом зале.

— Ваша фаворитка любит всё страшное?

— Ещё бы. Она жить не может без страшилок. Каждый вечер она то и дело рассказывает мне перед сном что-нибудь страшное, чтобы я скорее уснул. И даже пишет страшные книги.

— Ничего себе.

Мартиан позвонил в колокольчик, и на его звук выбежала красивая дама в белом балахоне с серебряным обручем поверх капюшона. Она сделала королю реверанс и поцеловала ему руку.

— Вот что, Франклин, – распорядился король, – покажи Юане твоё тайное убежище, или как оно там называется…

Юана окинула Франклина взглядом и застеснялась. Но она не подала виду, боясь королевского гнева. Ей казалось, что он неземное создание, пребывающее на земле с целью наведения справедливости.

— Чего стоишь! – Вскричал король Мартиан, – лучше покажи ей то, что обещал.

Франклин подошёл к Юане и они поклонились друг другу.

— Говорят, что ты прозван Серебряным лучником? – молвила она.

— Да, так оно и есть. А, знаешь почему? – произнёс Франклин.

— Ты весь седой.

— Нет, не седой, а пепельный. Цвет моих волос многие принимают за седину. Я таким родился. А ещё у меня даже кровь серебряная.

—- Поняла, но ты обещал показать мне то, о чём вы говорили с королём.

И Франклин повёл Юану за собой. Во всём коридоре ярко горели факелы, то и дело отбрасывая на каждую стену пляшущие тени. Вскоре показалась заветная дверь с черепом и костями. Только путники приблизились к ней, как дверь распахнулась и из неё вышла Авигея в своей обрядовой одежде. При виде двух путников она наставительно сказала:

— Никто не смеет заходить сюда без моего ведома. Разве вы не знали?

— Извини, я не хотела. – Сообщила Юана.

— А ты, Франк, кого сюда привёл?

Франклин принялся знакомить их:

— Юана, это Авигея. Авигея, это Юана, фаворитка нашего короля.

— Авигея, а почему ты так странно одета? Ты шаманка? – Поинтересовалась фаворитка.

— Да, но я применяю волшебство только в крайних случаях. – Весело ответила Авигея, – а вы какими судьбами?

Юана сложила опущенные руки и пояснила:

— Меня и Франклина сюда прислал его величество. Он хочет купить для меня твой, как он говорит, Зал Страхов. У меня скоро день рождения.

— Он не продаётся, это часть королевского дворца. Но если ты хочешь, я могу дать тебе разрешение посещать его.

Можете себе представить, каково было восхищение Юаны, когда она услышала это. И тут неожиданно она обратилась к Франклину:

— Ты, вроде, говорил, что у тебя кровь серебряная.

— Да, – отвечал тот и показал королевской фаворитке флакончик с серебристой жидкостью, — это моя кровь.

Авигея хитро взглянула на Франклина:

— А ты докажи, что это твоя кровь.

И шаманка достала из кармана иглу и маленькое блюдечко:

— Отвернись и закрой глаза.

Юноша так и сделал, не зная, что последует дальше.  Авигея схватила Франклина за руку, расстегнула на его запястье фиксирующий браслет, сняла перчатку и прямо на глазах Юаны кольнула юношу в палец. Из ранки показалась капелька серебряной крови. Шаманка собрала в блюдце несколько капель и отнесла в Зал Страхов.

— Извини за кровь. – Сказала она.

— Ничего, – махнул рукой Франклин, надевая перчатку обратно. – От этой раны мне не стало хуже.

Войдя в комнату Франклина, Юана села около него на разную деревянную скамью, на которой лежала книга. Франклин поднял книгу и положил себе на колени. Это и был тот самый декреталий, который он нашёл в Зале страхов. Юана при виде книги радостно всплеснула руками:

— Это она! Как же долго я ее искала!

Франклин сразу же догадался, почему королевская фаворитка так отреагировала на книгу. Ведь она являлась автором этой книги. И он спросил:

— Скажи на милость, зачем ты эту книгу написала?

— Это очень печальная история. – Молвила Юана, глубоко вздохнув.

— У тебя было горе?

— Конечно. Я родилась в семье купца, братьев и сестёр у меня не было. Я страдала от одиночества и с завистью глядела на тех, у кого они были. Когда я пошла в школу, то была рада потому, что надеялась найти там друзей. Однако моя радость была преждевременной. Ученики издевались надо мной.

— А почему?

— Не знаю. Наверное, я была дурна собой.

— Нет, ты очень красива.

— Спасибо, но я лучше продолжу свой рассказ. Меня обижали, и я всё время плакала. Я удивлялась – школьники, а хуже дикарей. Мне ничего не оставалось, кроме как терпеть. Терпение, как известно, удел Господа нашего Иисуса Христа. Я ещё много печали и ужаса успела повидать. И тут я увидела ангела, он поцеловал меня и принялся утешать своим пением. Это был мой Ангел-Хранитель. Своими крыльями он укрывал меня, точно орёл своих птенцов. Оттого я решила сочинить историю о ком-нибудь добром, кто защищает слабых, не жалея себя. И я начала писать эту страшную книгу. В ней я изобразила душещипательные иллюстрации. Позднее я взяла эту книгу с собой во дворец, где меня знали и ценили. Король избрал меня своей фавориткой. Я зажила хорошо и очень понравилась принцессе Луизе.

История Юаны очень тронула Франклину сердце.

— А почему книга написана на арамейском языке? – удивился он.

— Чтобы никто не разгадал моих тайн, – сказала Юана, – арамейский язык знают не все. В нашей стране его знаю только я. И это очень хорошо, ведь книга секретная.

— А зачем ты скрываешь содержание этой книги? – спросил вдруг Франклин, поглаживая Юане плечо.

— Потому, что там кое-что, написанное против некоторых покойных королей Австрии. – И Юана заплакала.

Как же Франклину стало жалко ее. А королевская фаворитка сквозь слёзы продолжила:

— Я просто ненавидела бывших правителей, ибо они были жестокими и казнили всех без разбора. И людей, и животных, и даже младенцев. Так что я изобразила этих злодеев в виде чудовищ. А в Зале Страхов я искала вдохновение. И искала его в разных страшных предметов. Другой ассоциации, увы, не было.

— Ну, не плачь, милая. Господь с тобою. – Утешил ее Франклин.

Пока Юана пыталась успокоиться, к ней явился ангел, заиграл на арфе Франклина и запел. Фаворитка вслушивалась в ангельское пение и ее душа согревалась. Франклин достал с полки графин со святой водой и произнёс:

— Это должно помочь тебе, умойся святой водой и успокоишься.

Юана открыла графин, набрала в ладонь воды и умылась ею. Набрав святой воды во второй раз, она умысла свои глазоньки, и слёзы ее тут же высохли. А когда она совсем успокоилась, Франклин отдал ей книгу и проводил к королю.

— А ты видела окровавленную луну? – спросил он.

— Да. Это ты хорошо мне напомнил, о ней-то я и не писала. – Поблагодарила юношу королевская фаворитка.

 

Глава 11. БЕЛАЯ ГИЕНА.

На другой день, когда королю стало скучно, он решил устроить бал. Весть о бале разнеслась по всему городу. Среди приглашенных были многие состоятельные австрийцы. Пригласили и Франклина, которому хотелось пойти на бал из-за Луизы. Накануне бала она пришла к нему. Юноша сидел у окна. При виде принцессы он улыбнулся:

— Как хорошо, что ты пришла. А я очень скучал.

— Приходи завтра на бал. Я буду очень рада. – Позвала та. – У нас на фуршете будут японские блюда. Так что обычные столовые приборы тебе не понадобятся. Их надо есть двумя палочками. Ты умеешь?

— Что?

— Есть палочками как китайцы или японцы.

— Умею.

— Тогда хорошо.

Они подошли к окну. Франклин снял с полки корзину с цветами и стал вставлять их в волосы Луизы. От этого её локоны как будто оживились. Франклин смотрел на неё с умилением. Цветы в волосах делали её ещё нежнее и свежее, она напоминала ангела — того самого, который явился к ним во время лодочной прогулки. Когда Франклин нежно обнял Луизу за плечи, она тут же прижалась к нему. Оба они чувствовали тепло, душевное тепло.

Импрезы и Авинара в тот день не было – они отправились в Вавилон за редкими снадобьями. Бальный наряд Франклину подобрала фея Фиалка, синий цвет она сочла наиболее подходящим. Фея облачила юношу в синий шёлковый камзол с широким поясом, синие штаны и такие же сапоги со стразами. Наряд дополнили чёрные мантия, берет с пером и серебряный жазеран. Когда Фиалка помогала Франклину застегнуть манжеты, она увидела на среднем пальце его левой руки серебряное кольцо. И она решила осмотреть драгоценность.

— Что это за кольцо? – спросила Фиалка.

— Это  папино кольцо. Он подарил мне его на моё одиннадцатилетие. Я надел это кольцо, и никогда не снимал, так оно и выросло мне в палец. Теперь снять не могу. Но я давно уже смирился. Золото и другие металлы могут навредить мне. Мой металл — серебро. Иных драгоценных металлов я не признаю.

— Вот как. Это тоже признак того, что ты Серебряный лучник. Иди пока отдохни перед балом.

И Франклин растянулся на своём ковре-ложе. Лемур подбежал к нему и начал щекотать его своим полосатым хвостом. Юноша вскочил на ноги, взял зеркальце и стал пускать солнечных зайчиков, чтобы зверёк ловил их. Обоим очень понравилась эта игра, особенно лемуру. Сложно представить себе всю эту картину. И так продолжалось, пока не зашла Фиалка. Увидев увлекательную игру, она обратилась к юноше:

— Франк, а ну прекрати, оставь лемура! У тебя бал через два часа, я не буду снова утюжить твой наряд.

Нечего делать, пришлось ехать во дворец. Франклин ехал на своём коне, и казался в своём красивом наряде не простым крестьянином, а принцем. Королевская стража даже поклонилась ему, причём, сделала это со страхом.

Весь дворец был полон гостей. Юана стояла несколько поодаль от короля, но вместо её белоснежного балахона на ней было платье из розового муслина. Головушку её венчала бриллиантовая тиара с подвесками. Король Мартиан обнимал свою фаворитку за плечи и шептал ей нежные слова. А что касалось Луизы, она стояла у окна и печально глядела вдаль. Но король не обращал на неё никакого внимания. София сидела в мягком кресле, а Беркав стоял перед ней коленях, в то время, как она с любовью поглаживала его волосы. Голову Беркав положил на колени жены. Он просто млел от этого. А Кристиан и Алисия, обратившись лицом к иконе, читали супружескую молитву. На иконе изображался Христос в венце и царском облачении, со скипетром и державой в руках сидящий на троне, ноги Его покоились на головках херувимов. Перед троном Христа предстояли Богоматерь и  святой Иоанн Предтеча. В общем, каждый был занят своим делом. Тут один из гостей обратился к Луизе:

— Ты что такая печальная? Сегодня же бал.

— Я жду… – отвечала она.

— Кого? Герра Леонтью?

— Да. Он обещал прийти.

Вскоре танцмейстер объявил:

— Внимание! Прибыл последний гость.

И в зал вошёл Франклин. Его величественная походка поразила присутствующих. А Луиза несколько застеснялась. Когда он подошёл к ней совсем близко, то легонько дотронулся до её плеча. Принцесса повернулась к воину и отодвинула ему волосы для того, чтобы поцеловать родимое пятнышко на его шее, что очень нравилось ему. Никто, кроме Луизы, не догадался бы до такого. Можете себе представить её великую радость от пребывания в нежных объятиях Франклина.

Бал начался. Луиза танцевала с Франклином, в своём наряде он напомнил ей принца из её детской книги. Принцесса в душе радовалась, что юноша женится на ней. В танце её сердце ещё больше радовалось. Точно такое чувство испытывал и король Мартиан, танцуя в Юаной. Он даже пообещал ей корону, богатство и власть. Такому соблазну Юана не могла противиться. На фуршете  Луиза и Франклин зачем-то обменялись кубками с вином.  Люди, видевшие это,  прослезились, до того приятно было смотреть на влюблённых. Кристиан обратился к королю:

— Хотите, я сделаю вам с Юаной самые изысканные обручальные кольца и венцы, каких ещё никогда не было?

— Хочу, пусть золото будет в сочетании с серебром. – Отвечал король Мартиан. – А твой сын, я вижу, очень любит серебро.

— Любит – не то слово. София, я помню, всё золото, какое у неё было, на серебро обменяла. И Франклин туда же. Он ещё создал эликсир, который любой металл обращает в серебро. А их волосы пепельные, как этот металл. Вот поэтому его и прозвали Серебряным лучником.

— А как ты отнёсся к тому, что он стал воином?

— Хорошо. Я всё время молюсь, чтоб его не убили, чтоб он скорее победил врагов. И моя молитва была услышана.

— Любит Господь нас всех. И Франка твоего не оставил.

— Ну, как же мне не молиться за него? Сын он мне – кровинушка родная.

Мартиан улыбнулся, Юана прижалась к нему, и он поцеловал её в висок, но та через венец ничего не почувствовала. Луиза приревновала отца к его фаворитке, и даже попыталась напомнить ему о своём существовании. Но говорить это такому бессердечному королю было бесполезно.

Когда фуршет закончился, началось второе отделение бала. Танцы под весёлый оркестр продолжались. Вдруг в зале начало холодать, что заставило гостей танцевать быстрее. А вскоре в зал ворвалась ватага снежинок, несмотря на то, что по календарю был сентябрь.

— Это ещё что? Откуда тут взялся снег? — спросил король Мартиан злым голосом.

Но никто не ответил на его вопрос. Из коридора послышался звериный хохот, и в зал вбежала большущая гиена, белая как снег. От неё веяло холодом. И тут все поняли, отчего так похолодало. Огонь в очагах погас в мгновение ока. Гиена царапала когтями пол и скалила белоснежные зубы. А когда она щелкала ими, во все стороны разлетались снежинки самых жутких форм. Все гости бала дрожали от страха и холода, а стражники выставили на зверюгу свои копья. Но гиену это не пугало нисколько. Ей очень хотелось заморозить всех присутствующих в зале, чтобы потом съесть. Гости бала оцепенели от холода и не могли двигаться. Луиза обратилась к Франклину:

— Как победить эту зверюгу?

— Не знаю, что я буду делать без моего оружия?

— Но ты не сможешь воспользоваться им в полном оцепенении. Дохни огнём — это чудовище холодное, а, значит, оно должно растаять.

Франклин дохнул, но вместо огня из его уст вышло маленькое колечко дыма. Он попробовал вдохнуть ещё — опять ничего не вышло, ещё — то же самое.

— Мы погибли, – произнёс он, – этот холод не даёт мне выдохнуть пламени. У меня даже нет сигнального рога, чтобы вызвать Импрезу или Авинара.

А белая гиена, глядя на застывших людей, хохотала по-человечьи. Ей было безумно весело, даже хотелось заморозить остальные части дворца. С диким лязганьем клыков белая гиена прыгала как щенок и с ее шерсти летели клочья снега. Так прошло ещё много времени, пока Беркав не прошептал молитву — только так можно было одолеть врага. Горячие слова молитвы шли у Беркава из глубины души, он понимал, что кроме Бога никто не спасёт всех участников бала. И, наконец, его слова достигли неба. В зале зажгли яркий свет, больно режущий глаза. И в зал сошёл изумительно красивый ангел со щитом и мечом. При виде него белая гиена задрожала и начала скулить, точно ее ранили.

— Именем Господа Бога заклинаю тебя! Уйди отсюда. – Строго проговорил ангел.

Но гиена не слушалась. На мгновение забыв свой страх, она оскалилась на ангела и принялась неистово рычать, надеясь напугать его. Она не знала, что не сможет победить святое создание. Ангел закрыл щитом всех присутствующих в зале, а меч направил против белой гиены. Та не сдавалась, она продолжала звереть и скалиться, вскоре она начала таять. Через минуту на месте белой гиены осталась холодная грязная лужа, которая быстро растаяла.

Участники бала пришли в себя, поблагодарил ангела, и бал снова пошёл. Тогда нашим героям стало ещё веселее. Франклин и Луиза были очень счастливы, им даже хотелось петь. А уже в десять часов вечера был исполнен прощальный танец, после которого гости разошлись.

Домой, в Чертог Воинов, Франклин возвращался на коне в сопровождении королевской стражи. Район рассказал Импрезе и Авинару о белой гиене и о том, как она была побеждена.

— Ничего себе, сходил на бал. – Сказал он.

А Юана всю ночь обдумывала сюжет новой страшной истории. Ее не покидало вдохновение.

— Это будет та ещё страшилка. – Говорила Юана, беседуя сама с собой. – Я сохраню ее в Зале Страхов. Но мне ещё много книг надо написать. Не забуду и про картинки.

 

Глава 12. ДОРОГИЕ ДРУЗЬЯ.

Наутро Франклин и Кристиан отправились в лес за грибами, и с ними был лемур, который тоже был не прочь полакомиться грибами. Грибов в тот день было бери — не хочу. Они разрослись так густо, что яблоку было негде упасть. Из грибов Франклину хотелось сделать ризотто, суп, шашлык или стушить с картошкой. Кристиан отодвигал палкой листья, чтобы не упустить ни одного гриба. Франклин набрал полную корзинку подосиновиков и боровиков, затем показал ее отцу. Кристиан улыбнулся:

— Молодец, Франк. Сегодня по тотему тебе, Тигру, везёт.

Почему по тотему, спросите вы, я вам скажу. В Австрии впервые был придуман тотемный гороскоп с животными. И у каждого знака Зодиака свой тотем: у Овна – медведь, у Тельца – носорог, у Близнецов – орёл, у Рака – слон, у Льва – тигр, у Девы – лев, у Весов – кабан, у Скорпиона – антилопа, у Стрельца – черепаха, у Козерога – кенгуру, у Водолея – крокодил и у Рыб – леопард. Стало быть, Франклин по гороскопу был Львом, а по тотему – тигром. О себе Кристиан молчал.

— Надо уже собираться. Пошли, папа. – Позвал Франклин.

И они направились к дому, но вдруг до них донесся жуткий звук. Кристиан прислушался, звук становился всё более и более отчётливым. Гремели трубы и барабаны. Наши герои спрятались в кустах, чтобы шпионить.

— Что бы это ни было, оно очень страшно. – Зашептал Франклин.

Лемур завизжал и спрятался Франклину под плащ. Вскоре звуки стали совсем громкими. Отец и сын сквозь кусты увидели некую процессию. Впереди шли музыканты, за ними вели связанного мужчину, на котором висела табличка с шокирующей надписью «Презренный блудник, осуждённый навеки». При виде него Кристиан объяснил:

— Этого человека приговорили к казни.

Следом на носилках несли даму в страшном костюме. В руках она держала нож и  верёвку.

— Ой, какая страшная. – Произнес Франклин.

— Тише, дурище, ты нас выдашь. – Разозлился Кристиан.

— А кто это?

— Это язычники. А дама на носилках – верховная жрица бога Швинторога.

А позади всех шла женщина с младенцем, который истошно кричал. Но та вместо того, чтобы успокоить ребёнка, била его по лицу. Его слёзы нисколько не вызвали у неё жалости. Франклин ужаснулся:

— Разве это мать? Ребенок плачет, а она бьёт его.

— Он незаконнорожденный. По обычаю его должны умертвить. Его отцом является связанный мужчина.  – Сказал Кристиан сыну. – Наш король запретил все эти страшные ритуалы, но они, к сожалению, до сих пор процветают в отдалённых уголках Австрии.

— Зачем убивать невинное дитя? – удивился Франклин.

— Если его мать этого не сделает, ее казнят.

— Мы должны спасти его. Не допустим варварства. Нынче 981 год — эпоха христианства.

— Тогда погнали. Садимся верхом.

— Но нас могут заметить.

— Ничего страшного, из-за их громкой музыки они не услышат конского топота.

Кристиан и Франклин вскочили на коней и помчались за языческой процессией. Мысли о спасении младенца-бастарда не покидали их. Оба они ехали с молитвой на устах. Лес понемногу предел, а вскоре показалось капище с огромным храмом, перед которым стоял жертвенник с возвышением. На это самое возвышение должен был взойти жрец, чтобы сбросить жертву в ритуальный костёр. На жертвеннике уже лежали хворост и солома, что создавало жуткое зрелище.

— У нас мало времени, – напомнил Кристиан. – Маленькому бастарду осталось жить всего четверть часа.

Отец и сын растворились в толпе для безопасности. А зловещая мать протянула младенца жрецу, который потом должен был сжечь его вместе с осуждённым на смерть мужчиной-развратником. Верховная жрица зажгла факел, подошла к жертвеннику.

— Да свершится воля Швинторога. – Воскликнула она. – Пусть этот младенец-бастард вместе со своим отцом-развратником встретит смерть на этом костре.

Франклин был как на иголках, он не мог смотреть на этот леденящий кровь ритуал. Ему с трудом представлялось, как остервеневшие язычники у всех на глазах сожгут невинного ребёнка. И тогда жрица полила солому маслом, после чего поднесла к ней факел. Солома тут же вспыхнула. А жрец на возвышении бросил несчастного ревущего младенца прямо на пылающий костёр. Возвышение было пологим, так что младенец медленно съезжал к огню. Он сучил ножками и ручками, но это не помогало.

— Ну, теперь вы умрёте, гады. – Рассвирепел Кристиан. – А ну-ка, сынок, задай им жару.

Франклин наложил на лук стрелу и прицелился в жреца на возвышении. Тетива тренькнула, и стрела вонзилась жрецу в глаз. А юноша кинулся к жертвеннику, разбросал костёр и подхватил заплаканного младенца, который давно охрип от крика. Кристиан махал мечом, убивая подступающих к нему врагов.  Подбежав к отцу, Франклин выхватил сигнальный рог и дунул, произнеся имя своей покровительницы. Звук рога заставил врагов содрогнуться. Они понимали, что означал этот громкий страшный звук – прилетит Импреза и устроит какое-нибудь стихийное бедствие. И Импреза прилетела. Когда Франклин поравнялся со злодейкой, желавшей, чтобы ее малыша убили, она накинулась на него с кулаками.

— Ты что дуришь, Серебряный лучник? Ты сорвал весь наш ритуал.

— А вы не дурите – младенцев живых сжигать? – было ей ответом.

И злодейка не стерпела. Она ударила Франклина по лицу трижды с обидными ругательствами. Женщина могла сделать это и в четвёртый раз, но Импреза подлетела и перегрызла ей горло. После этого крылатая львица постучала хвостом по земле, и с неба на группу язычников обрушился камнепад. Кристиан и Франклин бросились наутек. Камни летели на землю, того гляди убьют их, но ангелы оградили их от смерти. Через минуту все язычники были раздавлены градом камней. Франклин был очень счастлив, что их неприятности остались позади. Он спросил отца:

— Ребёнка мы спасли. А что мы будем делать с ним дальше?

Кристиан почесал в затылке и ответил:

— Мы отдадим его старушке Грете.

— А кто она?

— Моя знакомая. Она очень одинока. Детей у неё никогда не было. Так что, она не откажется от этого малыша. Она дважды была замужем, но никого родить не получилось. Оба ее мужа умерли на войне.

— А как она отреагирует на этого младенца? Он же не ее родной.

— Родитель, это не тот, кто родил, а тот, кто вырастил. Ей будет всё равно, кого растить. Поехали к ней.

— Поехали, – согласился Франклин.

Спасённый младенец давно уже не плакал. Импреза улетела в Чертог Воинов, а Франклин и Кристиан сели на коней и двинулись в путь. Всю дорогу Франклин думал о предстоящей судьбе малыша.

— Хорошо было бы тебе стать крёстным отцом для этого малыша, – сказал Кристиан сыну.

— А кто будет крёстной мамой? – удивился Франклин. – Луиза?

— Нет, если она сделает это, то вы не сможете пожениться. Это объясняется тем, что вы станете духовными супругами. А вот София, твоя сестра, вполне.

Вскоре отец и сын подъехали к серой сосновой избушке, закрытой в землю по самые окошки. Около избушки стояли хлев и чулан. Это, как понял Франклин, и было место назначения. Когда Кристиан спешился, юноша отдал ему младенца, после чего тоже соскочил с коня. Кристиан постучался в калитку позывным кольцом, и навстречу к ним вышла весёлая старушка. Она была рада видеть своих старых знакомых:

— Здравствуйте, как давно мы  с вами не виделись.

Поздоровавшись со старушкой Гретой, Кристиан и Франклин протянули ей малыша, отчего та очень образовалась:

— Спасибо вам, мои милые, теперь я усыновлю его.

И они вошли в избушку, Грета направилась к колыбели, битком забитой мешками с кормом для животных. Пока Франклин переодевал малыша, старушка принялась разгребать содержимое колыбели, после чего положила своего приёмного сына туда. На столе стояла крынка молока.

— У меня, слава Богу, есть, чем я буду его кормить: молочко, яички, овощи, фрукты и всё такое. Ферма моя даёт мне всё самое нужное. – Сказала она. – У меня Йоганнесу будет хорошо.

Отец и сын поняли, о чём говорила старушка – Йоганнесом она назвала младенца. Она даже согласилась, чтобы Франклин и его сестра София стали его крёстными. После рассказа о спасении Иоганнеса Грета содрогнулась, но зато потом благодарила Бога за то, что она, наконец, перестала быть одна.

На следующий день Йоганнеса окрестили. София вместе с братом решила отпраздновать это событие. В королевском дворце был бал с фуршетом. Франклин снова танцевал с Луизой, которая была очень счастлива видеть своего возлюбленного. Во время бала королю рассказали о битве с язычниками, отчего тот не смог усидеть:

— Завтра я полю всех своих воинов на поиски язычников. Их не должно быть на нашей земле. Это касается всех. И Авигеи тоже. Не допущу варварства никогда.

А про Юану даже нечего было говорить – она тут же бросилась писать свои страшные книги. Весь день она писала ужастики, на что ушло две баночки чернил и десять перьев. Вскоре у Юаны кожа слезла с пальцев и покраснели глаза. На этот случай она припасла сок очанки и мазь из бычьего жира. Оказав себе первую помощь, она снова взялась за работу, но проработала она недолго, ее начало склонить в сон. Юана от усталости растянулась на полу и уснула.

Когда настал день охоты на язычников, все воины сели верхом и поехали прочесывать весь город. Франклин, Альберт и Вольфганг держались вместе.  Они проехали несколько километров и вдруг услышали пронзительный крик. Франклин поехал на крик, его товарищи двинулись за ним. Приехали они в какую-то незнакомую деревеньку, где наткнулись на кирпичный дом с крышей из черепицы. Звуки доносились из этого дома – плакал ребёнок. Помимо плача слышались звуки побоев. Первым к дому направился Франклин, чтобы узнать, что к чему. Он поманил своих подчинённых рукой, чтобы те пошли за ним. Но те не послушались, так как приняли детский плач за мяуканье котят.

— Это просто малые котята, а мы должны искать язычников. Но если ты хочешь, оставайся, возись со своими котами, я разрешаю. – Сказал Альберт.

— Вот именно, – поддакнул Вольфганг и они уехали, оставив Франклина.

Крики не стихали ни на минуту. Франклин развернул коня крупном к двери, и тот ударом двух задних лап выбил дверь. Юноша спешился и вошёл в дом. Там на его глазах грубая толстая тётка держала за платье плачущую девочку четырёх лет и била ее данным венчиком, кругом лежали опрокинутые тазы и стояли лужи воды. Девочка изо всех своих сил пыталась вырваться из рук тётки, но та крепко удерживала бедняжку

— Гадость такая, ты больше не будешь так себя вести! Совсем уже!

Девочка плакала сильнее, но та не слушала ее и продолжала бить, причём очень крепко.  Франклин бросился к тётке и спросил:

— Вы зачем девочку бьёте?

— Как же ее не бить, если она не хочет купаться? Вон, какой погром устроила. – Выпалила толстуха.

Франклин в порыве злости выхватил кинжал и убил злодейку, после чего дохнул на неё огнём. Через секунду на месте трупа осталась куча золы. Юноша сел на стул и взял девочку на руки. А чтобы она не плакала, он гладил ее по голове и целовал. Руки Франклина, казалось, ласкали ей не только тело, но и душу.

— Как тебя зовут? – поинтересовался Франклин.

— Агата. – Пропищала девочка. – А как мне тебя называть?

— Франклин. А ещё у меня есть прозвище.

— Какое?

— Серебряный лучник. Это из-за моих пепельных волос. Что я ещё хотел спросить… А что это была за тётка, которая била тебя?

— Это моя бабушка. Она держала меня как рабыню, била и не давала роздыху. Я работала на износ, ненавидела ее. А также не разрешала мне играть. Мыться я не хотела, а она не понимает, что я не люблю этого.

— Давай-ка я тебя помою? И спою тебе.

— Попробуй, Франк. Песни я люблю.

Франклин снял перчатки, принёс воды, смешал холодную и горячую воду и посадил Агату в корытце. Он тер девочку мягкой губкой и пел в том же духе, что и ремесленники, которые некогда встретили его у ворот королевского дворца:

Тебя я не обижу. Ля-ля, лю-лю!

        В тебе я друга вижу. Ля-ля, лю-лю!

        Пойдём со мной, родная. Ля-ля, лю-лю!

        Тебя я искупаю. Ля-ля, лю-лю!

        Красивый ждёт тебя дворец. Ля-ля, лю-лю!

        И будет бедам всем конец. Ля-ля, лю-лю!

        Дворец тебе понравится. Ля-ля, лю-лю!

        Ты там навек останешься. Ля-ля, лю-лю!..

Песня очень понравилась Агате, и она решила поподробнее узнать, что Франклин имел ввиду:

— Скажи, Франк, а я буду жить во дворце?

— Возможно. – Отвечал юноша. – Ты хочешь быть фрейлиной?

— Хочу.

— Вот и хорошо. Завтра поедем во дворец. Тебе там очень понравится.

Когда Агата услышала про дворец, то исполнилась радости. Она даже подумала, что Франклин аристократ. После купания он закутал девочку в пушистое полотенце и уложил спать. Всю ночь Агате снились дворец и красивое одеяние.

Франклин спал на полу и ему снился весьма неприятный сон. В том сне он с факелом  шёл  по тёмному длинному коридору. Лук, стрелы и кинжал он как всегда нёс с собой на случай, если вдруг придётся с кем-нибудь биться. Пришёл юноша в большую комнату, где на ковре лежал большущий чёрный медведь с волчьей головой и что-то пережевывал. Около чудовища стоял человек в голубой   мантии и с ножами в руках. В соседней комнате собралась группа беременных женщин всех возрастов и национальностей. Человек в мантии всякий раз запускал чёрное чудовище в ту комнату, откуда то выходило облизывая окровавленные губы. Франклин был неприятно удивлён, он попытался  выяснить, что творится в комнате с беременными, но человек в мантии его остановил:

— Куда? сюда входить нельзя.

Франклин хотел-было что-то сказать, но человек в мантии прогнал его со злыми криками. Юноша печально повернул назад. И тут до его ушей донёсся чей-то тонкий жалобный голосок:

— Серебряный лучник, укрой, пожалуйста, остальных детей.

Франклин принялся озираться по сторонам, пытаясь понять, кто говорил с ним. И прямо перед его глазами появился ребёнок-призрак, а потом ещё два таких же. Маленькие призраки плакали без слёз (а у призраков, как известно, нет ни единой слезинки) и тянулись к юноше крохотными ручками. Ему стало не по себе — он ещё ни разу в жизни не общался с призраками, это было очень непривычно. Беспилотные дети парили вокруг Франклина и глядели ему прямо в глаза:

— Мы теперь будем вечно так летать, и о нас никто не позаботится. Чёрное чудовище убило нас.

— Этот чёрный медведь с головой волка? – спросил Франклин.

— Да.

— Я могу помолиться, чтобы спасти вас. Но для этого вы должны сказать, как вас зовут.

— У нас нет никаких имён. Нас убили, и мы даже не родились.  Наши мамы позволили чёрному чудовищу убить нас только из-за того, что мы были им не нужны. Вместе с нами погибли все наши будущие поколения. А мамы без зазрения совести смотрели, как оно выгрызает нас из их чрева. Самое страшное, что это чудовище будет использоваться очень часто, и это очень губительно для людей. Помоги оставшимся детям, застрели его.

На этом сон оборвался. Как понял потом Франклин, это был аллегорический сон. Мысли о чёрном чудовище долго не давали ему покоя, и он опять уснул. В новом сне он увидел поющих ангелов, которые своим пением успокаивали его.

Утром после плотного завтрака Франклин и Агата собрались в путь. Пока они ехали, девочка жалась к юноше и смотрела по сторонам, ища глазами баснословный дворец. До дворца было очень и очень далеко. Вскоре они увидели мужа и жену, ведущих пятилетнего ноющего мальчика с толстой верёвкой на шее. Франклин свистнул, чтобы те обратили на него внимание. Когда супруги с ребёнком повернулись к нему, он спросил:

— Куда вы его ведёте?

— На реку топить.

— За что?

— Он разбил фарфоровый сервиз, который нам подарили на свадьбу.

— Лучше отдайте его мне.

— Бери, только бы наши глаза не видели этого оболтуса.

Франклин забрал бедного мальчика и посадил его около Агаты. Мальчика звали Эдгар, он жался к юноше и был очень счастлив, что ото спас его. И они втроём поехали во дворец, где Эдгар по решению Мартиана Бессердечного сделался королевским пажом. Подчинённые Франклина рассказали королю о том, как им и остальным воинам удалось взять штурмом все языческие поселения и разрушить капища, не оставив камня на камне.

— Прекрасно! – обрадовался король. – Я прикажу построить на месте капищ церкви, а всех язычников насильно крещу. А пока приведите их в церковь на большой площади. Там представьте их его преосвященству.

Сказано – сделано. Язычников взяли под конвой и повели в церковь, где для них была дана аудиенция. Епископ объяснил язычникам их дальнейшую судьбу и разом окрестил их в баптистерии. При крещении присутствовали Мартиан и его фаворитка Юана, которая на днях закончила писать сон Франклина. Они стояли и смотрели, как язычники добровольно соглашались оставить прежнее верование и отдавали свою любовь истинному Богу. А на месте капищ решено было построить церкви.

 

Глава 13. ДОМ У БОЛОТА.

Пока Франклин разбирал идолов, на что ему потребовался целый день, Беркав и София съездили в паломническую поездку в церковь апостолов Петра и Павла. Около этой церкви находилась мраморная часовенка с купелью внутри, где супруги взявшись за руки, окунались с молитвой. Были также иноческое кладбище, зверинец, иконный зал и гостевой дом у болота. Приехав домой, Беркав и София рассказали о своей поездке Франклину и тот тоже решил поехать.

— Хорошее место, – решил он. И отправился к родителям.

Поехать в церковь согласился только Кристиан, а Алисия не могла — ей надо было навестить больных родственников. Весь день Кристиан и Франклин собирались в дорогу. Кристиан укладывал в дорожную торбу провизию и бутылку воды, а Франклин сделал коней. Оружие они тоже взяли на всякий случай, чтобы защищаться от врагов. Лемура Франклин решил  оставить дома, а сам сообщил певчим на клиросе, что его два дня не будет, так как он поедет в монастырь. Самым главным в паломнической поездке был молитвослов.

Утром отец и сын двинулись в путь. Франклин был счастлив, доведись ему попасть в церковь Петра и Павла. Всю дорогу он мечтал увидеть новую церковь и поставить по свече у каждой иконы.

— Эта церковь очень большая. – Объяснял сыну Кристиан. – Она наполовину больше, чем та, в которой ты поёшь.

— А ты раньше видел ее? – спросил Франклин.

— Да, я защищал церковнослужителей и ее саму от викингов. Это было очень жутко.

— Кто победил?

— Я. Викинги с тех пор больше не возвращались туда.

Через полчаса отец и сын сделали привал. Они привязали коней к небольшому кривому столбу, а сами уселись под раскидистым дубом. Ветви этого дуба хорошо защищали от солнца и ветра. Франклин чувствовал себя в безопасности. А Кристиан тем временем положил у своих ног торбу с едой и спросил:

— Франк, ты будешь есть?

— Неплохо бы. А сколько нам ещё осталось ехать? – поинтересовался юноша.

— Ещё час. Мы долго ехали и не ели. Так что сейчас самое время для обеда.

С этими словами Кристиан достал из торбы дюжину красных средней величины помидоров, два крутых яйца, нарезанный ломтиками ржаной хлеб, колбасу-салями в ломтиках, солёные огурцы, колбасный сыр, бутылочку подсолнечного масла, бутылку воды и соль. Соль эта была завязана в старый носовой платок. Вместо ножа Кристиан в пути всегда использовал кинжал. Раскрыв соль, он с сыном прочёл «Отче наш» и они принялись за еду. Начали они с яиц, потом взялись за огурцы. Франклин нарезал колбасы и сделал бутерброды, положив на них также сыр. Отец и сын после бутербродов поп или воды и принялись макать в соль помидоры, которые также заменяли им воду. Пока они ели, мимо них проходила вереница паломников всех возрастов. Они то и дело смотрели на Франклина и узнавали в нём того самого Серебряного лучника, весть о котором разнеслась по миру в мгновение ока. Юноша съел ещё один огурец и обратил свой взор к находившейся на дальнем холме церковь. И вдруг кто-то коснулся его ладони, потом и ладони Кристиана:

— Помогите, пожалуйста, люди добрые. Простите меня, что я обращаюсь к вам такой молодой!

Когда отец и сын повернули головы в сторону голоса, то увидели перед собой мальчика лет семи. Он был одет в старую холщовую рубашку и штанишки с ободранным низом. Его босые ноги были покрыты ссадинами и грязью, отчего издали  казались похожими на обувь, а ногти на руках давно не мыты. Мальчик посмотрел на путников печальным взглядом и протянул к ним малюсенькую ладошку, желая что-нибудь получить.

— Не волнуйся, малыш, – сказал Кристиан и дал ему сделанный Франклином бутерброд с колбасой и сыром.

— Спасибо, – отвечал мальчик, – я вас никогда не забуду.

Когда мальчик ушёл, Франклин скинул мусор после еды в отдельную сумку и с недовольным видом обратился к отцу:

— Зачем ты сделал это папа?

— Что сделал? – переспросил отец.

— Как что? Отдал мои хлеб, колбасу и сыр.

— Эх, ты, Серебряный лучник. Это был голодный ребёнок. Даже колбаски для него пожалел. Бессовестный. Мы вот как приедем в дом у болота, там нас накормят. У нас будут необычные обед и ужин.

— А что нам дадут на ужин? — виновато спросил юноша. – Кролика?

— Да. И не просто так жареного, а под белым соусом. А на обед – черепаховый суп. Мы можем там заказать всё, что ты захочешь.

И они снова двинулись в путь. Кристиан указал на дальнюю церковь и сказал:

— Вон туда мы и пойдём. У этой церкви много раз появлялся необычный ангел.

— А что за ангел?

— Что за ангел? В его существование мало, кто верит.

— А он добрый?

— Да, Франк. Я сам когда-то его видел. Я знал одного путника, который был очень злым. И был жесток абсолютно ко всем. Он притеснял меня и не чувствовал себя виноватым.

— А причём здесь ангел?

— Я обратился к этому путнику и убедил его пойти в церковь и отмолить его грехи. И он пошёл, сделался пилигримом. В пути он усердно молился. И чем больше этот пилигрим подходил к церкви, тем дальше она отдалялась. Он заплакал. От его слёз содрогнулось небо. И с неба к нему сошёл ангел.

— А какой он был?

— Пилигрим?

— Нет, ангел.

— Очень красивым. На нём была длинная белоснежная туника с широкими рукавами до запястий, обувь золотого цвета, пояс с пряжкой в виде солнца, тёмные волосы и глаза, лавровый венок и большие белые крылья. За его поясом висел акинак в ножнах, а за спиной — лук и колчан со стрелами. При виде этого ангела пилигрим заплакал снова, затем оцепенел. Тогда ангел зарядил лук и выстрелил ему прямо в сердце…

Франклин был неприятно удивлён:

— И пилигрим погиб?

— Нет. – Возразил Кристиан. – Вместо боли он почувствовал душевное тепло на него обильно родилась Божья благодать. Он не умер. Его сердце исполнилось доброты. Ангел указал на стрелу в его сердце и спросил: «Знаешь, зачем я это сделал?» Тот не смог ответить, на что Ангел наставительно сказал: » Это я изгнал из тебя всё плохое. Это Стрела Доброты, она не убивает, а очищает от зла любое сердце». Пилигрим с усилением смотрел на ангела и стрелу, вонзившуюся в его сердце. А когда он перекрестился и прочёл Иисусову молитву, стрела растворилась в воздухе и  душа его согрелась.

— А дальше что было?

— Пилигрим спросил ангела: «А как тебя зовут?», на что тот ответил: «Нет у меня имени, меня называют Искоренителем Зла». И ангел отвёл его в церковь на отчитку. Мы тоже идём на отчитку. Отмолит священник грехи наши, тогда и будет нам с тобой радость.

— Пап, а мы встретим Искоренителя Зла?

— Наверное.

Подъехав к воротам церкви, отец и сын отвели коней в стойло, а сами направились в церковь. Народу было немного, дети тоже были, некоторые из них пришли не на отчитку, а чтобы попросить у прихожан хотя бы корочку хлеба. Когда в церкви зажглись факелы, из алтаря вышли священник и дьякон с дьячками. Дьячков было три, и каждому не более шести лет. По мнению Франклина, они служили отчитку для того, чтобы познать всю святость Церкви и подготовиться к священнической жизни.

— Братья и сёстры! – пробасил священник. – Мы собрались здесь, чтобы отмолить ваши грехи и приблизиться к Господу, так начнётся же наша отчитка.

Зазвучало церковное пение, люди обратили свой взор к алтарю, над которым под потолком пар или и громко кричали ласточки. Франклин удивился их присутствию в церкви – в отличии от других птиц они не улетели на юг, а, напротив, остались в церкви, так как там было очень тепло и хватало еды. Когда в церковь вошла дама с миской плена в руках, ласточки разом бросились к ней и принялись клевать. Все прихожане были в шоке, они долго смотрели на это, но от молитвы не отвлекались. Франклин поднял взгляд к верхним окнам и увидел красивый витраж. На этом витраже юноша увидел ангела-лучника, а рядом с ним – мужчину со стрелой в груди. Это и был тот самый Искоренитель Зла, о котором о Франклину рассказал отец. Одна из ласточек, посидевшая около этого витража, вскоре села юноше на плечо. А вскоре за ней бросилась и вся стайка. Ласточки пели и ласкались к Франклину, а прихожане церкви дивились, кто как мог. В юноше все сразу же узнали Серебряного лучника и сочли его Божьим посланником.

— Слава Тебе, Господи, слава Тебе! – Гремел хор.

И из алтаря вышел дьякон с кадилом, чтобы окурить прихожан. Дивный запах кадильного ладана разносился по всей церкви. Он даже показался Франклину гораздо приятнее королевского парфюма. Когда юноша вдыхал его, и на его душе становилось тепло и легко. Всю литургию он рассматривал внутреннее убранство церкви и умилялся при виде икон. А ласточки вернулись в домик, специально выстроенный для них у алтаря. Отчитка закончилась.

— Это ваш сын? — спросил Кристиана священник, когда тот подошёл к нему с Франклином.

— Да, святой отец. Это Серебряный лучник. – Произнёс ювелир.

— Я уже понял, что он Серебряный лучник, когда увидел его. Ласточки очень привязались к нему.

Когда прихожане начали расходиться, Кристиан с сыном попросили у священника благословение, после чего отправились в тот самый гостевой дом, который находился у болота. Он показался им весьма привлекательным и милым. В доме было два этажа с невысокими потолками. Гостей приняла сорокалетняя женщина с добрым, но некрасивым лицом, это была хозяйка дома. Вслед за ней вышла её помощница. Они отвели Кристиана и Франклина в чистую светлую комнату. Там было застелено две кровати, и находилась она на первом этаже. На ужин подали, как говорил Кристиан, кролика под белым соусом.

— А куда вы идёте? – спросила старшая хозяйка.

— Мы с папой в паломнической поездке. – Отвечал Франклин. – Сегодня были на отчитке.

— В церкви Петра и Павла?

— Да. – Сказал Кристиан. – Туда ездили мои зять и дочь. И мы последовали их примеру. Завтра нам с Франком предстоит купание в источнике. Думаю, это купание пойдёт ему на пользу. А после источника я покажу ему развалины древней церкви. Там сохранились пророческие фрески.

— А здесь живёт Искоренитель Зла? – поинтересовался Франклин.

— Не знаю. – Сказал Кристиан. – Когда он тебе нужен, помолись ему.

— Искоренитель Зла? – удивилась старшая хозяйка. – Это такой ангел, который всем пускает в сердца Стрелы Доброты? Я о нём слышала, он не один. Таких много, и они живут везде.

Ночью Франклин зажёг свечу и помолился, а потом задул ее. Ночь выдалась неспокойной. В окно по-прежнему светила окровавленная луна, кричали совы, хрюкали кабаны и вышли волки. Осенние листья с шумом кружились над крышей дома. Болотных птиц уже не было слышно, так как многие улетели в тёплые края. Лягушки и жабы квакали всё тише и печальнее — чувствовали приближение холодов. Из всех водяных птиц остались только гуси, лебеди, чомги да утки. Они спрятались в прибрежные норы для того, чтобы скоротать ночь. А те животные, у которых не было дома, просто ночевали на открытом воздухе. Проснулся Франклин от шороха во дворе дома.

— Папа! — Произнёс он, – Сюда кто-то идёт.

— Что случилось? – спросил Кристиан сына, — что ты сказал?

— Я говорю, сюда кто-то идёт.

Кристиан вместе с сыном стали прислушиваться. Им казалось, что это разбойники, и что они хотят проникнуть в дом. В замке заскрипел ключ, дверь открылась. Казалось было самое время бить тревогу. Но, к счастью, никаких разбойников нигде не было. В доме без факелов и свечей посветлело. В комнату сына и отца вошёл добрый ангел вооружённый луком и акинаком. Кристиан и Франклин сразу узнали в нём Искоренителя Зла. Один вид этого ангела умилил их. Когда ангел подошёл к ним совсем близко, оба привстали, а он спросил:

— Спите, крещёные?

— Нет, – ответил Франклин.

— А в чём причина твоего визита? – спросил Кристиан.

— Я ходил вокруг дома и высматривал злых духов. Они свирепствуют в нашей стране и нападают на всякого, кто зазевается или отстанет от своих. Со мной вам бояться нечего. У меня стрел хватает навсегда, и я любого могу сделать добрым. А пока я спою вам, чтобы вы спали спокойно. – Сказал Искоренитель Зла и запел.

Голос ангела усыплял всех, кто находился в доме, его слышали даже хозяйки дома. Сон подкрался ко всем незаметно, а Искоренитель Зла поцеловал каждого из спящих и вышел обратно во двор – охранять округу. И так продолжалось всю ночь, ангелы ведь никогда не спят. Остаток ночи прошёл спокойно.

Утром Кристиан повёл Франклина в часовенку, где находилась купель со святой водой. Туда можно было окунаться в любое время года. К этой купели очереди не было. На двери часовенки висела металлическая плитка с выцарапанными на ней словами молитвы перед купанием. У входа стояли две скульптуры пухленьких ангелочков с крестами в ручках и сидящих на львах. Над дверью был рельеф с изображением солнца и месяца, на окнах — витражи, а на крыше — золотой крест. От купели тянуло холодом, что очень неприятно удивило Франклина, которому никогда не случалось окунаться в холодную воду. Кристиан сотворил дверь и вместе с сыном зашёл в часовенку. Обстановка была приятной: Две большие скамьи из красного дерева, икона Христа и Богоматери с пламенеющими сердцами, комод с металлическим кувшином для обливания, роскошный светильник и ступеньки для входа в купель.

— Фу, как тут холодно. – Произнёс Франклин, пытаясь согреться, – в одежде мне и то холодно. Как же я победу окунаться, да ещё с головой?

— Вот так и полезешь, зато исцелишься и избавишься от проблем. – Строго сказал Кристиан.

Франклин, забыв о холоде, стал раздеваться.  Когда он снял с себя всю одежду, то осторожно спустился в холодную воду купели. Вода была в вправду холодной. Юноша перекрестился и окунулся трижды. После первого окунания вода показалась ему не такой холодной. Он даже почувствовал прилив сил. А по выходе из воды благодарил Бога за святость воды. Франклин вытерся, оделся и стал ждать отца, который считал страх перед холодной водой безосновательным.

— Слава Тебе, Господи! – сказал Кристиан и тоже оделся.

— Ты тоже боялся? – Спросил Франклин.

— Боялся. Но больше боялись злые духи. Я вот трижды окунулся, как и ты, теперь чувствую себя хорошо. Давай сейчас посидим да погреемся? – улыбнулся ювелир сыну.

— Где?

— Там в часовне.

Франклин согласился. Отсидевшись в часовенке, они направились к развалинам старой церкви. Этот поход должен был очень заинтересовать Франклина.

— А что ты хочешь мне там показать? – Удивился Франклин.

— В этих развалинах я видел фреску с пророчеством. – Объяснил Кристиан.

— Каким пророчеством?

— Потом узнаешь.

И они пришли к развалинам. В церкви было пусто, как в период перестройки. Сквозь пол росла высокая трава. На окнах с разбитыми витражами сидели большие орлы. Фрески мечтами стёрлись. На потолке торчали деревянные балки. Под окном лежала икона Богоматери с Младенцем Христом, вся испещренная царапинами, а в глаза Христа были вбиты кривые гвозди — дело рук язычников. Церковь выглядела одиноко. И вдруг Франклин взглянул на западную стену и увидел изображение юноши, удивительно похожего на него. Причём, таких изображений было много, и каждое заключалось в звёздную мандорлу. Это показалось Франклину очень странным, он спросил:

— А кто это там, что за парень, похожий на меня?

— Это ты, фреска изображает все подвиги, которые ты совершишь в течение жизни. Фреска не врёт. Ее написали люди, которым поведали о тебе провидцы. – Сказал Кристиан. – Одним из них был святой Франклин.

— А почему вы с мамой и сестрой так меня назвали?

— О-о-о! на это было шесть причин. У нас с мамой была такая традиция – если родится девочка, имя даёт мама, а если мальчик, то я. Первая причина – это имя созвучно со словом «Франция», так как мы французы. Ты тоже француз. Вторая – красота и оригинальность имени. Третья – это имя означает «Свободный, целеустремлённый», удачный перевод. Четвёртая – меня самого при рождении хотели так назвать, пятая – моего покойного дядю тоже звали Франклином. Ну, а шестая – твоя мама, когда рожала тебя, молилась святому Франклину, чтобы роды были успешными. Она даже пообещала, что если родится мальчик, она назовёт его в честь этого святого. Тут-то она нарушила семейную традицию.

— Святой Франклин облегчает роды?

— Да. До родов мы с мамой ходили к звездочетам, чтоб узнать твою дальнейшую судьбу. И они прогнозировали девочку, что не очень понравилось Софии.

— А если бы родилась девочка, как бы вы ее назвали?

— Девочку? Девочку назвали бы Ханной.

— А почему меня не назвали Хансом?

— Это очень банальное имя. И оно мне не по вкусу. И потом никому не говори, что на фресках изображён ты, иначе втянешь себя в какую-нибудь беду.

После рассказа отца Франклин отправился к алтарю, от которого остались только ступени. Запрестольный образ Святой Троицы превосходно сохранился. Кристиан с сыном встали на колени и принялись читать молитвы. Орлы, сидевшие на окнах, подлетели к ним и поклонились молящимся, широко раскинув крылья. Помолившись на старую икону, Кристиан вывел Франклина во двор. Там прямо под окнами развалин росла очанка и слышался звук ножниц. Франклин обернулся на звук, и увидел стоящую на корточках женскую фигуру в белом балахоне и с серебряным обручем поверх капюшона, рядом стояла большущая корзина. Он подошёл сзади и узнал наряд Юаны. Вскоре подошёл и Кристиан:

— Здравствуй, Юана, что это ты тут делаешь?

— Здравствуйте, герр Леонтью, здравствуй, Франклин.

— Что это ты тут делаешь? – Спросил Франклин.

— Очанку собираю. Совсем глаза устают. Я уже не говорю о руках.

— Зачем тебе очанка?

— Я из неё примочки делаю. Совсем красные у меня глаза. Смотреть больно, всё время лежу, а глаза закрываю. Врач сказал, чтоб я побольше спала, гуляла на свежем воздухе, умывалась святой водой и прописал примочки из очанки. А вот книги он пока писать запретил. И рукоделием заниматься тоже.

— А как ты сюда добралась? – удивился Кристиан.

— Своим ходом.

И Юана указала на стоящую у восточной стены колесницу, в которую были запряжены лев и тигр. Это были те самые звери, которых Отис представлял на арене. Оба они дремали, громко мурлыча во сне. Королевская фаворитка усердно собирала траву, она срезала ее ножницами род корень. И делала это для того, чтобы на этом месте выросла новая травка, не выдергивать же траву с корнем. Франклин и Кристиан, наблюдая за сбором очанки, заметили на внутренней стороне ладони Юаны татуировку в виде глаза. Эту татуировку фаворитке короля сделала шаманка Авигея.

— Первым делом я готовлю отвар, потом молюсь. И во время молитвы делаю примочки. Когда я держу примочку, мои глаза успокаиваются, и я чувствую себя хорошо, — пояснила Юана.

Тут к нашим героям подкрались две совершенно бесхозные голодные козы. Они направились к Юаниной корзине, и им захотелось поесть собранной травы, но та отогнала их к зарослям лопуха:

— Не трогайте мою корзину – там моя трава. А лопухи вкуснее.

И козы гурьбой бросились к лопухам, словно они понимали человеческий язык. Юана резала траву и ни о чём не беспокоилась. Чем очанка показалась козам такой привлекательной? Уж не из-за красивых цветков ли? Когда корзина была уже полна, Юана спросила:

— А где вы остановились?

— В гостевом доме у болота. – Кристиан указал на видневшийся вдалеке небольшой дом в два этажа. – Если ты так хочешь, переночуй там с нами.

Юана согласилась. Спали они все трое в доме у болота. А домой решили вернуться все вместе — втроём, как сказал Франклин, веселее.

Утром, как только наши герои собрались в обратный путь, к ним явился ангел, именуемый Искоренителем Зла. Юана узнала о нём от своего духовника. И прежде, чем они двинулись, ангел благословил их. Паломническая поездка закончилась.

 

Глава 14. РУСАЛКА.

Покатавшись с Луизой на лодке, Франклин пришёл во дворец, где Юана праздновала свой день рождения. Король танцевал с ней, как он это обычно это делал на балах и праздниках. А та представляла себя королевой. В подарок она получила самые изысканные драгоценности. Их король Мартиан купил за немалую сумму. Все гости праздника дарили Юане самые разные подарки. И праздник продолжался весь день. Франклину очень хотелось, чтобы и его день рождения был таким же.

— Этот король предпочёл Юану своей дочери Луизе. – Сказал сам себе юноша. – Уж не хочет ли он сделать Юану королевой? Надо понаблюдать за ним.

Утром Франклин вышел на городскую площадь, где в тот день на рынке была распродажа. Товары выглядели привлекательно и  никого не оставляли равнодушным. Люди сновали вдоль лавок, стараясь отыскать то, что их интересовало. Но Франклин ничего не собирался покупать.

— Покупайте рыбу! Самая необычная рыба! – кричал извозчик на телеге рыбы.

Франклин присмотрелся к телеге и увидел на ней клетку, а в клетке… русалку, всю от головы до хвоста зелёную. Клетка была настолько прочной, что бедняжка не могла сломать ни одного её прута. Самым плохим было то, что рядом нигде не было воды. А без воды, как известно, русалки и водяные погибают. Но торговца рыбой это никак не волновало. По всей видимости, он хотел продать русалку вместе со всей его рыбой.

— Что вы русалку мучаете? – спросил Франклин.

— Продаю. За рыбу сойдёт. – Усмехнулся торговец рыбой.

— Я покупаю.

— Честно? А то её никто не хочет брать.

— Да.

Только Франклин хотел полезть в свой кофр за деньгами, как торговец рыбой раскрыл клетку, вынул оттуда русалку, протянул её юноше и сказал:

— Берите даром. Всё равно их неё уху не сварить.

Смотреть на русалку было жутко – от нехватки воды она начала сохнуть и превращаться в голую мумию. Франклин купил ведро воды и облил русалку. Это помогло ей, она ожила.  Видя, что русалке хотелось больше воды, юноша спешно вскочил на коня и поскакал к Дунаю. От тряски русалка чувствовала себя непривычно. Вскоре до Дуная стало рукой подать. Франклин кинул несчастную в воду, и она радостно забарахталась среди волн.

— Спасибо тебе, Франклин. – Сказала русалка. – Без тебя я бы высохла совсем.

— Пожалуйста. – Проговорил юноша. – А как ты оказалась у рыбака?

— Он забросил в реку сети для ловли рыбы, а они все были моими приятельницами. Я хотела их освободить, разорвав сети, но, к несчастью, попалась тоже. Рыбаку это понравилась, и он решил продать и меня. Ему казалось, что мы, русалки и водяные, будем стоить значительно дороже обычной рыбы. Я не знаю ни одного человека, которому захочется купить русалку.

— А ты можешь в другой бочаг перебраться?

— Могу. В море, думаю, мне жилось бы куда безопаснее. Ведь там меня смогут защитить слуги Морского царя.

— Слуги Морского царя? А кто они?

— Киты, дельфины, акулы, морские львы, осьминоги и тому подобное. А ещё там живут наши родичи – селки. Они не обижают нас, и иногда дружат с людьми.

— А откуда ты знаешь моё имя?

— Я о тебе слышала. Мне Импреза всё рассказала.

— Ты ещё и Импрезу знаешь, мою покровительницу?

— Знаю. А за моё спасение мне полагается дать тебе награду.

— Какую?

— Голубую стрелу. Она хранится у меня.

— А что в ней такого особенного?

— Она поможет тебе победить страшное чудовище, которое живёт в чёрном коридоре. Его ничем не победить, кроме этой голубой стрелы.

— А что это за чудовище?

— Не знаю. Но я слышала, что оно терроризирует Австрию уже много лет. Тебе самому придётся раскрыть его тайну. Где его искать, подскажет время.

Русалка нырнула в воду, а Франклин остался ждать ее на берегу. Ждал он очень много времени, а она всё не возвращалась. Так долго ждать ему наскучило, он даже жалел, что с ним не было его арфы. Франклину даже хотелось встать и уйти. Он на минуту подумал, что русалка просто обманула его. А что, если никакой голубой стрелы нет на свете? Уже к вечеру русалка вернулась с красивым ларцом в руках. В этом ларце, по всей видимости, лежала не только голубая стрела.  Франклин выразил своё восхищение при виде ларца.

— О! да тут целый клад. Хотел бы я знать, что находится в этом ларце. Здесь, наверное, есть что-то ценное? – произнёс он.

— Да, ценное. – Согласилась русалка. – Но открыть я не могу. Ключа-то нет.

— Ключа нет?

— Нет, они есть, и их найти нелегко. Ключи у рака, а рак на горе.

— В Альпах живёт рак?

— Да. Подняться на гору одному тебе будет очень нелегко. Да и рака надо уговорить дать тебе ключи.

— А почему ключи отданы ему?

— Чтобы никто не украл голубую стрелу, так как она припасена исключительно для тебя.

— Я знаю, как туда добраться.

И с этими словами Франклин дунул в сигнальный рог. На звук рога прилетела Импреза. При виде крылатой львицы русалка улыбнулась – Импреза была ее знакомой. Юноша вскочил своей покровительнице на спину и сказал:

— Летим в Альпы.

— Зачем? – Удивилась Импреза.

— К раку за ключами.

— Но это опасно.

— Чем?

— Он большой и хищный. Ему надо отнести еды, иначе он съест тебя.

Франклин отправился на рынок и купил мешок жирного мяса. Рак, по всей видимости, должен был быть в восторге от такого большого и сытного подарка. Импреза взвилась в воздух, а Франклин схватился ей за шею, чтоб не упасть. Он впервые за свою жизнь поднялся в воздух. Полёты на большой высоте были для него чем-то из области фантастики. На некоторое время Франклин зажмурился, чтобы не смотреть вниз. Импреза несла его прямо к вершине горы, там стоял дом, дверь его была открыта настежь. Из дверного проёма виднелись длинные тонкие усы и колыхались в разные стороны.

— Прилетели. – Сообщила Импреза. – Здесь живёт горный рак.

Франклин первым вошёл в дом и увидел рака. Зверюга был ростом с пони, а длина его от кончика хвоста до кончика носа составляла целых три метра. Рак спал и во сне то шевелил усами, то щелкал клешнями. Причём, клешни были до того крепкими, что без труда могли бы расчленить жертву. Будить этого зверя Франклину не хотелось – кто знает, добрый этот рак или нет. Далее юноша вспомнил, зачем прилетел, и он принялся искать ключи. Они висели в связке на стене, их было пять. Франклин не сомневался, что это были нужные ключи, и только один из них был от ларца.

— Я не могу взять ключи. – Сказал он Импрезе.

— Ты что, испугался? – Удивилась крылатая львица.

— Нет, от рака этого мы можем улететь. Но если мы возьмём ключи и улетим, это будет нечестно. Получится, что мы их не просто взяли, а украли.

— Ничего, я всё ему объясню.

— Ты знаешь язык раков?

— Я с каждым могу объясниться, как и мой муж.

— Ну, надо же.

И Импреза обратилась к раку:

— Уважаемый рак, не мог бы ты дать нам ключи? Мы их потом вернём.

Рак пошевелил усами вверх-вниз, что означало согласие. Ведь раки умеют общаться усами. А этот необычный рак, по всей вероятности, был полиглотом. Наевшись мяса, он опять уснул и во сне заскрипел по-рачьи, и в этом нет ничего удивительного – раки храпеть не умеют. Довольный Франклин взял ключи и они с Импрезой двинулись к реке. Ларца на берегу не было.

— Где ларец? – заволновался Франклин. – Его украли?

— Нет, – возразила русалка. – Я видела твоих родителей и сказала им, чтобы они отнесли его во дворец.

— Вот и хорошо.

— А ты достал ключи?

— Достал, это было нелегко. Импреза пообещала вернуть их.

— Ну, до свидания.

— До свидания.

Во дворце Франклин занялся ларцом. Он попробовал все ключи, причём подошёл только пятый. Когда юноша открыл ларец, то увидел, что там было одно серебро. Это были монеты, пряжки, цепочки, кольца, столовые приборы, талисманы и статуэтки. Франклину это очень нравилось, и вдруг он вспомнил о голубой стреле. Он перетряс всё серебро и нашёл ее на самом дне ларца. Эта стрела напомнила ему рассказ русалки о страшном чудовище, которого эта стрела могла убить.

— Вот она какая, эта голубая стрела. – Произнёс Франклин и положил ее в колчан.

Ключи он через Импрезу вернул горному раку. В пять часов вечера в церкви Константина и Елены на торговой площади началась вечерняя служба. Франклин отправился петь на клирос. Оружие он оставил у входа, а сам помчался на кафедру. Кафедра для певчих имела вид балкона и размещалась над входом в церковь. Должна была состояться исповедь, и в церкви собирались люди, желавшие на следующий день причаститься. Пол церкви покрывали местами ковры, как это обычно делается по праздникам. У каждой иконы стояли вазы, в которых вместо цветов стояли еловые веточки и осенние листья. Эти листья набрали дети священнослужителей. Но это было не хуже цветов.

— Помилуй мя, Боже, помилуй мя. – Послышался под кафедрой чей-то голос.

Франклин глянул вниз и увидел Луизу. На ее голове был белоснежный платок, прижатый короной, так как в церкви женщинам запрещалось появляться с непокрытой головой. Франклин и раньше видел у неё такой же головной убор, поэтому он узнал ее. Он взял со скамьи корзину осенних цветов и осыпал ими Луизу с ног до головы. Принцесса была очень удивлена, она подняла голову и увидела Франклина, который послал ей воздушный поцелуй — не здороваться же на всю церковь. Прихожане церкви ничему не удивились, ведь, когда входил кто-нибудь из королевской семьи, его тут же забрасывали цветами.

Луиза встала на исповедь. Она сняла туфли, взяла их в руки и, оставшись в чулочках, ступила на ковёр. Луизе не надо было называть на исповеди своего имени, так как священник хорошо ее знал. Самые закоренелые грешники писали свои грехи на бумажке, чтобы быстрее пропустить очередь. Все прихожане после исповеди проходили елеопомазание. Бывало и такое, что до и после исповеди некоторых кающихся тошнило. Это объяснялось тем, что Бог таким образом давал им понять о всей тяжести грехов.

Когда литургия закончилась, Франклин стал рассказывать своим знакомым певчим историю про русалку. Говорил он не о том, как спас ее, а о том, как она дала ему голубую стрелу.

— Я купил ее у торговца рыбой.

— Зачем он продаёт русалок? Чтобы из них варили уху?

— Не знаю, я бы не стал есть русалок.

— А что ты тогда с ней сделал?

— Отвёз к Дунаю и выкинул в воду. А она пообещала мне голубую стрелу.

— Как ты получил эту стрелу?

— Она была в ларце, который мне эта русалка дала. Но открыть этот ларец было нечем. У горного рака я взял ключи и открыл. Правда, там было ещё и серебро. И всё оно мне досталось. Одного только я не пойму, какое чудовище может победить эта стрела.

Певчие были поражены рассказом Франклина. Они с интересом слушали его.

 

Глава 15. ПАУТИНА ДЖОАННЫ

Франклин вышел из церкви, взял оружия и вскочил на коня. Ехать было невозможно, так как вокруг стояла кромешная тьма. Франклин гнал коня наугад и то и дело натыкался на ветки и кусты. Совы, мотыльки, козодои и летучие мыши, пары в абсолютной темноте, задевали юношу своими крыльями, отчего он всё время спрашивал:

— Ты кто?

— Ты кто? ты кто?.. – повторяло эхо.

Франклину казалось, что помимо него во тьме скрываются ещё люди. Вскоре взошла луна и он увидел дорогу. Лик луны на этот раз не был окровавлен. Приехал юноша к заброшенном дворцу и слез с коня. В этом дворце он решил переночевать. К счастью, дворец был пуст, а, значит, опасаться было нечего.

— Ну, всё, – произнёс Франклин, – сейчас посплю.

Он лег на пол и уснул. Но спал он недолго. С потолка внезапно свалились какие-то лианы и обвили руки Франклина словно верёвки. Тот проснулся и резко вскочил на ноги. Лианы завязались крепче и превратились в цепи. Бедному юноше пришлось бежать, ведь на него могли свалиться ещё лианы. Потом послышался шум тяжёлых дверей. Франклин осмотрелся вокруг и заметил, что он в подвале. Помещение освещалось тонюсенькой свечкой. А на стене белыми буквами было написано:

» ФРАНКЛИН ЛЕОНТЬЮ, УСПОКОЙСЯ. НЕ ВЗДУМАЙ НИКОГО ЗВАТЬ НА ПОМОЩЬ, А ТО ХУДО БУДЕТ. ТВОИ ПРОСЬБЫ О ПОМОЩИ НИКТО НЕ УСЛЫШИТ. НЕ ПЫТАЙСЯ УБЕЖАТЬ ЧЕРЕЗ ТЁМНЫЙ КОРИДОР, ЕСЛИ НЕ ХОЧЕШЬ ПОПАСТЬСЯ НА ГЛАЗА ДЖОАННЕ».

Франклин едва сумел подняться на ноги. Он хотел-было дунуть в сигнальный рог, но потом передумал. Дунет – ещё и бандиты услышат. Находиться они могли где угодно. Франклин прочёл надпись на стене снова и удивился:

— Интересно, а кто такая Джоанна? и почему ее следует остерегаться?

Пока Франклин рассуждал, к нему явился ангел. При виде него юноша заплакал и на его душе стало тепло.

— Помоги мне. Я не могу разорвать цепи. – Плачущим голосом сказал Франклин.

— Что с тобой произошло? — спросил ангел.

— На меня свалились лианы и стали цепями. И теперь я закован навсегда.

— Почему навсегда? Я сейчас тебя освобожу.

Ангел разорвал цепи огненным мечом и выпустил Франклина. Тот был счастлив и даже хотел расцеловать весь мир в полном смысле этого выражения.

— Спасибо тебе, добрый ангел. – Обрадовался Франклин. – Ты освободил меня. Но как я отсюда выберусь? Единственный способ это сделать – это пройти через тёмный коридор, ибо другого пути нет. А там, как я прочёл на стене, живёт Джоанна. Я даже не знаю, кто это.

— Это страшное создание.

— А кто она?

— Это гигантская паучиха. Она в десять раз больше быка. Для неё взрослый человек всё равно, что для тебя куриная тушка. Ее паутина очень крепкая, и высвободиться из неё нелегко. Много существ уничтожила Джоанна, и никто не смог победить ее. Мужа и детей она тоже съела, как это часто делают пауки.

— А почему ты не убьёшь ещё?

— Я ангел и не могу изменить пророчеств. А там говорится, что это должен сделать ты. И сделать это при помощи голубой стрелы. Я пойду с тобой и буду приглядывать, чтобы ты не попал в беду.

Франклин много раз представлял в голове большущее паукообразное, а вместе с ним и его жертвы. Ведь, если Джоанна настолько велика, то она сумеет без труда победить даже слона. Здесь надо было быть осмотрительнее, ведь враг мог быть где угодно. А с ангелом бояться было нечего. Франклин шёл по длинному коридору, освещённому факелами. Пол под ногами был неровным, а по стенам текла холодная вода. Впереди показались клочья паутины.

— Так вот она где, эта паучиха. – Догадался Франклин.

Пока он шёл, на его пути то и дело попадались ухабы и трещины. Вдруг он наткнулся на глубокую яму, наполненную до краёв грязной водой, а в воде кто-то копошился. Франклин, чтобы узнать, кто это был, схватил маленький камушек и бросил его в воду. Из воды показалось  что-то грязно-белое, словно камень. Юноша присмотрелся и увидел, что это был не камень, это поднимался живой человеческий скелет. Что он делал в воде, да и как ожил, Франклин понять не мог. Юноша опустился на колени, чтобы его лицо поравнялось со скелетом и стал, ждать, пока тот не вынырнет. Скелет снова выглянул из воды и спросил Франклина:

— Ты кто такой?

— Франклин. Я человек.

— Франклин? То есть, ты тот самый Серебряный лучник, о котором говорит вся Австрия и которому является жуткая луна в крови?

— Да, меня зовут Франклин, и я Серебряный лучник.

— А как ты попал сюда?

— Не знаю.

— Вот баран. Не знает, как попал сюда.

— Я ехал во тьме и ничего не видел.

— А чего же ты не знаешь?

— Я не знаю, откуда здесь волшебные лианы, которые превратились в цепи.

Скелет, как  только заканчивал говорить фразу, тотчас же погружался в воду. А когда высунулся, то ответил своим противным скрипучим голосом:

— Я этого тоже не знаю. Попробуй задать мне другой вопрос.

— Ты видел Джоанну? – Спросил скелета Франклин.

— Ещё бы. Я, если ты не знаешь, ее первая жертва. Я имею ввиду, первый человек, которого она убила. Эта паучиха уже съела своих мужа и детей. Она неисправима. Я при жизни пытался победить ее, но получилось совсем наоборот — она меня победила. И если ты не хочешь закончить жизнь так как я, используй голубую стрелу.

— Откуда ты знаешь, что она у меня есть?

— Я видел ее у тебя в колчане. Глаза у меня есть.

— Я не видел их. Их нет.

— Все так говорят. Они невидимые. А точнее, это глаза моей души.

Скелет опять погрузился в воду, а Франклин с ангелом продолжили путь. Перед ними вдруг появилась стена из тонких шёлковых ниток. Это была паутина. В ней висели трупы убитых некогда людей и животных. Все они были сухими и твёрдыми словно мумии. Таких трупов было более сотни. Франклин отлично понял, что со всеми ними случилось, и он медленно двинулся вперёд. Прошёл он так около двухсот метров, оступился и упал на что-то упругое, даже прилип, а оторваться не мог. Это была паутина, только большая и крепкая. Малейшее её колебание могло привлечь внимание врага. Джоанна могла быть, где угодно, так что Франклин должен был ждать её со всех сторон.

— Помогите! – Закричал юноша. – Я не могу выбраться. Она держит меня слишком крепко!

Франклин пытался освободиться, но его попытки не увенчались успехом, паутина тряслась во все стороны. Колебаний её было не избежать. Тут из норы находящейся над каменным выступом, показались большущие когтистые лапы. А потом заблестели восемь глаз, тупо смотревших по сторонам, далее из норы выползла паучиха внушительных размеров. Она была больше слона. Гадина ползла прямо к Франклину. Это и вправду была Джоанна, она хищно щёлкала жвалами, желая подползти к юноше, схватить его и пырнуть жалом.

— Франклин, торопись, – говорил ангел, – доставай кинжал, она уже близко.

Франклин вынул кинжал из ножен и принялся резать паутину, а ангел схватил Джоанну за нить, выходившую из её брюха. Но паучиха не поддавалась, она выпускала и выпускала из себя нить, чтобы ангел не сумел остановить её. Кинжал был уже горячим, а у Франклина затекли руки. Он с трудом освободился и бросился бежать. Джоанна погналась за ним.

— Остановись! Я приказываю тебе, Джоанна! – строго сказал ангел.

— Хоть бы Импреза прилетела, – решил Франклин.

Он схватился за сигнальный рог и хотел-было дунуть, но Джоанна стукнула его лапой и, когда рог выпал, та раздавила его. Без этого рога Франклин почувствовал себя плохо. А другой рог достать негде. А без рога Импреза не появится. Казалось, что Джоанна прикончит Франклина на месте, а он пополнит число её жертв. И тут к юноше подлетел ангел:

— Тебе сейчас не нужен рог. Я – твоя защита.

— Что нам делать? – спросил Франклин.

— Я остановлю её.

— Как?

— Молитвой. А ты пусти в ход голубую стрелу.

Ангел вытянул вперёд руку, в которой он держал крест. Джоанну это остановило не сразу. Она на время позабыла о Франклине и решила заняться ангелом. Ангела она приняла за простого человека с крыльями, и поэтому его присутствие не вызывало у неё удивлений. Джоанна встала на дыбы в угрожающую позу, как это обычно делают пауки перед нападением, и выставила жало вперёд. Ей хотелось ужалить ангела, после чего снова заняться Франклином. Но её попытки не увенчались успехом – ангел произнёс:

— Да воскреснет Бог, и расточатся враги Его!

В этот миг от креста на Джоанну направился яркий свет, и она оцепенела. Стоя на четырёх задних лапах Джоанна казалась ещё больше, чем была на самом деле.

— Ну, теперь можно доставать голубую стрелу. – Сказал ангел.

— А если я не успею, и она оживёт? – забеспокоился Франклин.

— Успеешь. Она ещё долго не оживёт.

Франклин достал голубую стрелу и наложил её на лук, после чего огненным дуновением поджёг её наконечник. Это должно было дать максимальный эффект. Сразу отпускать тетиву юноша не торопился, он прицелился Джоанне прямо в грудь и произнёс:

— Я запрещаю тебе, Джоанна, губить невинных созданий. Ты не смеешь нападать ни на кого, даже если тебе так хочется. Получи же, порождение тьмы, стрелу мою, стрелушку, и отправляйся в адский огонь!

И с этими словами Франклин разжал пальцы, сжимавшие тетиву, и стрела метнулась в тело паучихи, которая потом распалась на угольки. Довольный таким исходом, Франклин обнял ангела, попрощался с ним и направился во дворец. Но, подойдя к выходу из коридора, он наткнулся на сокровищницу.

— Джоанны нет, – сказал он сам себе, –  надо сказать родителям, пускай заберут это добро.

Вернувшись во дворец, Франклин побежал в ювелирную мастерскую, где его родители были заняты делом: мать натирала ониксы, а отец гравировал кольты. Когда юноша вошёл, они были очень рады.

— Что случилось, Франк? – спросил Кристиан.

— Я победил Джоанну.

— Кого? – не поняла сына Алисия.

— Паучиху огромную. – Объяснил Франклин. – Когда я в неё выстрелил, она взорвалась. Но это ещё не всё. Я нашёл в её логове сокровищницу. Она ничья.

— Тогда поехали. – Согласилась Алисия и приготовила трое граблей и мешки.

— Грабли? – удивился Франклин. – Но зачем?

— Паутину собирать будем. Из неё мы сделаем нитки. – Отвечала она.

Кристиан запряг лошадей в телегу, которой правил Франклин. Когда они приехали, то погрузили сокровищницу на телегу, а сами принялись сдирать граблями паутину и собирать её в мешки. В шесть рук работа прошла быстро.

 

Глава 16. ИСТОРИЯ С ОГОНЬКАМИ.

Юана, прослушав страшный рассказ Франклина о паучихе Джоанне, сразу же взялась за перо. Вся комната королевской фаворитки была увешана связками сушёной очанки. Травы было  очень много. Комната обогревалась очагом, в котором потрескивали дрова. Над огнём висел котёл с водой. Юана сняла с гвоздя несколько пучков очанки, мелко нарезала их и побросала в котёл.

— Чай завариваешь? – спросил ее Франклин.

— Нет, это не чай. – Отвечала Юана. – Это очанка, я из неё промывание для глаз делаю, у меня глаза устают. Ты ведь видел, как я ее аккуратно срезала и клала в корзину. Если ты хочешь чаю, сходи в лес за шиповником. Из него такой вкусный чай получается. Могу дать корзинку или торбочку.

И она дала Франклину корзину с крышкой, считая, что это защитит ягоды. Шиповник, как известно, плодоносит с мая по октябрь. Франклин собрался в лес и взял с собой лемура, который часто помогал ему искать грибы и ягоды.  Придя на поляну, юноша наткнулся на большой куст шиповника и обрадовался — веточки так и гнулись к земле под тяжестью ягод. Франклин принялся собирать их. И пока он рвал ягоды, над его головой кто-то завизжал:

— Привет, Серебряный лучник! Привет! привет! привет!..

— Кто здесь? – удивился юноша. – Вы что, в прятки играете?

Он оглянулся по сторонам и увидал парящие в воздухе язычки пламени. Они размером были не больше ладони юноши. Когда он протянул к ним руки, они начали играть с ним, а потом и с лемуром. Можете себе представить, какой восторг охватил обоих от игры с летающими огоньками. Вскоре огонькам надоело играть, и они полетели врассыпную, а потом снова собрались вместе. И тут Франклин понял, что это были блуждающие огоньки, и что созданы они с целью помочь человеку или другому существу найти дорогу во тьме — значит, они добрые и хорошие. Огоньки пищали и манили юношу за собой:

— Иди за нами, мы тебе что-то покажем.

— Эти огоньки хотят мне что-то сказать, – догадался Франклин.

Он схватил под мышку лемура и корзину и помчался за огоньками. Они вели его за собой. Вдруг Франклин запыхался и сел на камень. Неподалёку от него находился Альберт. При виде Франклина он спросил:

— Куда это ты с лемуром и корзиной шиповника так несешься?

— За огоньками следую. – Еле проговорил запыхавшийся Франклин.

— Какими ещё огоньками?

— Вот этими.

Франклин указал на летающие огоньки. Альберт присмотрелся и принялся считать их, насчитал он около десятка этих огоньков.

— А зачем ты бежишь за ними?

— Они хотят мне что-то сказать.

— Ну, тогда пошли.

И они пошли за огоньками вместе. Лемур сидел у Франклина на плече. Дорога шла через лес, который вскоре сменился корявыми лысыми деревьями с чёрной, как сажа, корой. На этих деревьях сидели цепные птицы. Каждая из них злобно смотрела на проходящих мимо Франклина и Альберта. Особенно их удивил лемур. Но, к счастью, эти птицы не собирались нападать, поскольку их работой было стеречь деревья. Дело было в том, что в этот лес часто приходили люди с топорами и пилами, и уничтожали лес. Тогда лесники забили тревогу и стали использовать таких вот птиц-людоедов. Об этом Франклину часто рассказывали в детстве. И своим присутствием цепные птицы напомнили ему эту историю. А вот  летающие огоньки птиц не интересовали.

— Какой страшный лес. Куда эти огоньки нас ведут? – Удивился Альберт.

— Вон туда, – отвечал Франклин.

Впереди показалась горка. Наши герои решили отдохнуть на ней и продолжить путь. Они, недолго думая, сели на горку. И каково же было их удивление, когда эта горка пришла в движение. Огоньки задрожали, а лемур с визгом метнулся в сторону.

— Это ещё что? Почему она двигается? – Спросил Альберт.

— Землетрясение, должно быть, – предположил Франклин.

— Что? Где землетрясение? – Раздался, откуда ни возьмись, чей-то страшный голос.

И тут наши герои увидели, что к ним повернулась голова громадного дракона. А потом показались его хвост и крылья. Оба юноши вскоре поняли, что сели они на дракона. И говорил с ними он. Пришлось слезать.

— Здравствуйте, Франклин и Альберт. – Сказал им дракон.

— А откуда ты знаешь нас? – удивился Франклин.

— Я посылал за вами огоньки. Меня зовут Хаддан. И я должен открыть тебе тайну, Франклин, Серебряный лучник. Без меня ты никогда не узнаешь самого важного.

Франклин вскочил на спину Хаддана, дракон расправил крылья и понёс юношу на своей спине. А Альберт отправился обратно во дворец, где его ждали жабы.

— Я отвезу тебя к Альпам. Там ты увидишь рудник. Пройдя по нему, ты узнаешь одну очень  великую тайну. – Сказал дракон. – Только я ее знаю.

— Какую тайну? – не понял юноша.

— Если я скажу сразу, то это будет уже не тайна.

Полёт на драконе завораживал Франклина и тот чувствовал себя частью неба.  Он от радости не помнил себя. Это было даже приятнее, чем лететь на Импрезе. Дело в том, что Хаддан летел более плавно, да и сам был крупнее это крылатой львицы. Франклин глянул вниз, чтобы насладиться местностью с высоты птичьего полёта. Он видел горы, леса, реки, поля, города и деревни. Люди при виде летящего Хаддана замирали от ужаса, им даже в голову не приходило, что этот дракон не был злым и что он нёс на себе Серебряного лучника. С земли раздавались людские крики:

— Всем по домам! Он здесь!

— Кто?

— Виверн. Священное писание гласит, что Георгий Победоносец убил эту жуткую рептилию. Как она могла ожить?

Люди попрятались по домам, а скот и птицу загнали в амбары. А Франклин, наблюдая за ними, вдруг спросил Хаддана:

— А кто такой Виверн?

— Это дракон, убитый Георгием Победоносцем.

— А ты видел его?

— На иконах, да. Весь мир любит этого святого.

— Нет, не святого Георгия, а Виверна.

— Виверна видел тоже. Они очень коварны.

— А ты видел окровавленную луну?

— Видел. И не один раз. Мне сказали, что она предвещает плохое. С каждым разом на ней всё больше крови.

— А это плохой знак для кого?

— Не знаю.

Прилетели они к Альпам. Там дракон приземлился, и Франклин с лемуром спустились по его хвосту. Стояли они у пещеры, из которой слышались удары кирки и молота. Эта пещера и была местом назначения. Франклин и дракон вошли внутрь. И что же они там увидели? Мириады комнат в тридцать этажей, мосты и гномьи кузницы. Гномы сновали туда-сюда словно муравьи, они добывали серебро, которого на середине пещеры скопилась целая груда. Высота её превышала пятиэтажный дом, и стоило всё это весьма больших денег. Представьте себе, сколько надо времени, чтобы добыть столько серебра. При виде Франклина гномы бросили работу и поклонились ему:

— Здравствуй, Серебряный лучник. Мы рады видеть тебя у нас. Здравствуй и ты, Хаддан. Проведи Серебряного лучника по нашей пещере и расскажи ему о том, как в будущем люди будут ценить серебро за его целебные свойства.

— Люди будут лечиться серебром? – спросил Франклин дракона. – Как?

Когда они немного прошли по коридору, Хаддан ответил:

— Да. Сейчас я покажу тебе старинный алтарь. Там содержится кусок стерильного серебра, предназначенный для лечения. Его надо взять и отнести во дворец. Только этот самородок обладает целебной силой. А остальное серебро прежде, чем пустить в дело, следует обработать. А если этого не сделать, оно может вызвать отравление и даже смерть.

— А почему меня так чествовали гномы?

— Ты серебряный. И способен исцелять.

— Вот тебе и раз. А чем?

— Своими волосами. Возьми кинжал и срежь со своей головы волосок. Но не выбрасывай его, а спрячь в кофр. Когда прилетишь во дворец, помести его в колбу и храни. Один твой волосок может спасти жизнь многим. Это тоже серебро.

Дракон ещё много рассказал о серебре, оно по его словам способно было греть душу. Рассказ этот следовало внести в книгу пророчеств. Франклин срезал волосок, как сказал Хаддан и, прилетев во дворец, поместил своё «сокровище» в колбу. А колбу оставил у себя.  Мысли об огромной пользе серебра в будущем очень радовали юношу. По приказу короля волосок с головы Франклина отнесли в кабинет алхимии, где он стал почёт иным экспонатом. Волосок и в самом деле напоминал серебряную нить.

— Франк, иди-ка сюда! – Позвала вдруг Юана.

Франклин опрометью побежал к ней, она сидела в коридоре за маленьким круглым столиком, на котором стояли: чайник, три чашки чая, печенье и вазочка с вареньем из розы. За тем же столиком сидела Луиза в ночной рубашке. При виде Франклина она поманила его ладонью, мол, садись к нам. Он не мог ни в чём отказать своей возлюбленной и поэтому сел.

— Как хорошо, что ты пришёл. – Сказала она. – Попей чаю, хорошо спать будешь.

— А с чем чай? – спросил Франклин. – Пахнет вкусно…

— Это я сварила из шиповника, который ты собирал, – отвечала Юана. – Это успокаивает.

Франклин присоединился к ним. За чаем он рассказал про дракона Хаддана и применение серебра в будущем. Больше всех его история впечатлила Юану, и она после чая пошла писать книгу.

 

Глава 17. БЕРКАВ-ИЗОБРЕТАТЕЛЬ.

На другое утро небо подёрнулось косматыми тучами, и начался проливной дождь с громом и молниями. По железной крыше дождевые капли стучали так громко и часто, что слушать было невозможно, так что окна пришлось закрыть толстыми ставнями. Все обитатели дворца были заняты своими делами.

Франклин тем временем спал дольше обыкновенного. Он лежал в мягкой постели (вместо коврового ложа в Чертоге Воинов) и думал о многом. Мысли в его голове сбивали одна другую и затем медленно таяли. За дверью слышался голос Софии:

— Ну, Беркав, ну даёт. Решил изобретателем быть. Как будто ему от этого будет легче…

Франклин вскочил с постели, натянул свой стрелковый костюм и помчался искать Беркава, чтобы узнать все его замыслы. Для этого надо было осмотреть весь дворец, ведь Беркав мог быть где угодно.  Не менее интересным было то, что он хотел изобрести.

Пока Франклин  шёл по коридору, навстречу к нему двинулись два стражника, которые говорили о странном запахе каких-то трав и удушливом паре. Сначала Франклин решил, что это алхимики. А потом неожиданно вспомнил о Беркаве, вдруг он тоже решил стать алхимиком? Надо было это выяснить.

— Эти стражники, кажись, видели того, кто занимался травами. – Решил Франклин, – пойду посмотрю, а потом и Импрезе с Авинаром скажу. И Юане тоже.

Он двинулся в сторону запаха и наткнулся на запотевшую толстую стеклянную дверь. На двери висела табличка «НЕ ВХОДИТЬ!» Сама же дверь была приоткрыта, и через щель выходил беловатый пар. Франклин недоумевал, он открыл дверь:

— Ах, вот ты где, Беркав! Ты что тут химичишь?

Но вместо Беркава он увидел Юану. Вся ее комната была увешана разными сушеными травами и корешками. На полу стояли корзины с ещё свежими травами. Авигея перебирала всё их содержимое, видно, Юана попросила ее об этом. Франклин сел у очага, в котором потрескивали дрова и кипятился котёл с водой. По всей видимости, в этом котле кипятилась какая-то травка. А королевская фаворитка сидела за столом и что-то плела из бисера при свете большого светильника. Закончив работу, Авигея вытерла лицо и глотнула стакан воды. Когда шаманка вышла, Юана легла на кровать и зажмурилась. Несмотря на свои тридцать два года, она видела как старушка в возрасте восьмидесяти лет.

— Что случилось? — поинтересовался Франклин.

— Опять глаза болят. Убери, пожалуйста, мой бисер. И принеси мне полоскание для глаз.

Юноша принялся осматривать полки с глазными лекарствами. Там были: очанка, черника, морковь, васильки, будра, чистяк, чистотел, крапива, календула, фенхель, аир, вино и прочее. Понять, что именно нужно было Юане, Франклин не мог. Он сложил бисер в коробочку и снова подошёл к полкам с травами.

— Что тебе дать для глаз? – не понял он.

— Принеси отвар очанки. Он стоит на тумбочке в глиняной кружке. А на кружке нарисован орёл. – Было ему ответом.

Франклин взял нужную кружку и подал королевской фаворитке. Та промыла глаза, поморгала ими и, повернувшись к иконе Христа, стоящего на херувимах, принялась за молитву:

— Господи, Боже мой! Отец наш небесный! Благодарю Тебя за то, что Ты выращиваешь на полях и лугах травушки, что глазоньки мои лечат. Напитай же их Своей божественной силой, чтобы они могли помогать всем тварям Твоим во вся веки. Благослови все мои связки очаночки, которых у меня в изобилии, пусть моё зрение не ухудшается. Излечи Твоей благодатью очеса мои от всех болезней. Я знаю, что Ты меня любишь. Аминь.

Усердно помолившись, Юана сняла балахон, и тут Франклин заметил, что она носила за поясом носовой платок, пропитанный чем-то серебристым. Юноша был шокирован увиденным, он спросил:

— Что это такое?

— Где?

— Платок с серебряным пятном. Это, случайно не моя кровь?

— Да, это она. Я узнала о целебных свойствах серебра и ношу этот платок, чтобы прикладывать к больным местам. Его мне дала Авигея, это она сделала, ещё несколько месяцев назад, когда ты только пришёл на службу к королю. Это секретный предмет. Никто не должен об этом знать.

И тут Франклин глянул на икону, перед которой Юана молилась. На крыльях херувимов, находящихся у подножия Христа, был орнамент из блестящих мелких кругов, похожий на рисунок павлиньих перьев. Что это было, юноша понять не мог, и он на всякий случай спросил:

— Юана, а что это?

— Где? – переспросила Юана.

— А вот тут. На иконе, где Иисус стоит на херувимах. На их крыльях какой-то орнамент из кругов. Что это за круги?

Королевская фаворитка подошла к иконе, чтобы как следует разглядеть то, на что показывал Франклин. Посмотрев, она ответила:

— А это глазки. Херувимы при помощи них могут видеть больше. Это дополнительный орган зрения. Отсюда взялось выражение «многоочитые херувимы». Многие ошибочно думают, что Бог стоит просто, на облаках. Это неверно. Он на самом деле стоит на херувимах, а они для этого обладают огромнейшей силой. Мне говорили, что эта икона помогает от глазных болезней. А я люблю свои глаза.

— Правильно. – Отвечал Франклин. – Иначе они не будут любить тебя…

Юана накрылась бараньей шубой и уснула, а Франклин отправился к Беркаву. Беркав сидел в просторной кладовке и что-то толок в ступе. Франклин постучался к нему.

— Чего стучишь? – строго спросил Беркав. – София спит. Заходи, только потише.

— Что ты делаешь?

— Крысиный яд изобретаю. У нас во дворце крысы завелись злющие. Коты их не берут. У нашего воеводы Атонора кот огромный, мышей и крыс не ловит, только спит и ест. Вот я и решил принять меры.

— Ну, как, изобрёл?

— Да.

— А что там содержится?

— Мышьяк, сера, хлорка, змеиный яд, водка, сода и свинец. Всё это я добавлю в хлеб и пользу у каждой норы. Я делаю это потому, что все считают меня никудышным. Говорят, что я ни на что не способен. Вот, я и решил доказать, что я не бездарен.

— Неплохо.

— И если я найду хотя бы одну дохлую крысу, то сделаю ещё такого же яда. Эти крысы ещё узнают, как оккупировать наш дворец.

— А что ты говорил насчёт котов?

— Наши коты очень ленивы, и им хочется только валяться на подушках. А как, скажи мне, надо бороться с грызунами, если коты не хотят их ловить?

Франклин достал с полки кусок серебра, который дал ему Хаддан и сказал:

— Эта вещь из пещеры гномов. Мне её один дракон дал. Говорит, оно поможет обогатить воду целебными свойствами. Вот, только я не знаю, как это работает.

Когда Беркав закончил свою работу, то взялся резать хлеб на кусочки. Каждый кусочек надо было окунуть в полученную ядовитую массу и затем разложить у каждой крысиной норы. К счастью, этот яд не имел ни цвета, ни запаха, что позволяло обмануть даже тонкий крысиный нюх. Слуги разложили отравленный хлебушек у каждой норы и принялись ждать, пока не покажется хотя бы одна крыса. Беркав тоже ждал.

— Ну что они там, заснули что ли? – Удивился он.

Спустя некоторое время, из норы высунулась длинная острая мордочка с жёсткими усиками и двумя зубами впереди. Это была первая добыча. Крыса схватила хлеб в передние лапы и проглотила его, не жуя. Через минуту она была уже мертва. Довольный таким исходом, Беркав воскликнул:

— Поделом тебе, вредительница.

Так за один день все крысы во дворце были истреблены. А Беркав записал свой рецепт в книгу изобретений. И тут он неожиданно вспомнил о куске серебра, принесённом ему Франклином. Этот кусок должен был тоже быть где-то употреблён. В лаборатории Беркава серебряный самородок лежал на столе среди колб и склянок.

— А что, если нам опустить его в бочку с водой? – рассуждал Франклин. – Он, наверное, сделает её полезной?

Никто не мог понять тайну самородка. Франклин открыл бочку с водой, взял со стола самородок и уже хотел что-то с ним сделать, как за его спиной раздался голос Беркава:

— Дай его мне. Я изобрету серебряную воду.

— Как?

— Опусти его в бочку и смотри, что будет.

Они бросили самородок в бочку с водой, и когда он погрузился на самое её дно, от него побежало множество пузырьков разного размера – от бисерины до горошины. Создавалось впечатление, что вода закипает. Вся поверхность воды засверкала точно зеркало. Беркав сказал:

— Здорово как. Теперь у нас всегда будет лечебная вода.

С этого дня все, кто осуждал Беркава, убедились в его таланте к изобретениям, и перестали считать его бездарным. Изобретение крысиного яда вскоре разнеслось по всей стране. И однажды король, которому тоже понравились все изобретения Беркава, решил отпраздновать этот случай. София гордилась своим мужем и наградила его золотой медалью. Не пришла на праздник одна только Луиза. Франклин отправился за ней. Луиза сидела у дубовой двери с рельефом в виде дворца.

— Почему ты не хочешь идти на праздник? – поинтересовался Франклин.

— Я жду, пока портал откроется, и через него отправлюсь в Леон, во Францию. Там я хочу посетить собор святого Георгия Победоносца.

— А как же праздник в честь Беркава? Я был там и поздравлял его.

— Да что мне Беркав? Он женат, ему не до меня. А вот ты – совсем другое дело.

Когда портал открылся, Луиза вошла в него, даже не успев попрощаться. Франклину хотелось протянуть к ней руку, но портал закрылся очень быстро. Юноша огорчился. Пришлось возвращаться к Беркаву и продолжать веселье. Мысли о том, куда отправилась Луиза, не давали Франклину покоя целый день. А что её там ждёт, как она вернётся? Он чувствовал себя от этого нехорошо.

 

Глава 18. РОЖДЕНИЕ МОРСКОГО ОРЛА.

У Франклина, как и у каждого человека, вопросов было куда больше, чем ответов. Ему тоже захотелось отправиться в Леон и отыскать там Луизу. Неплохо было и посетить собор, о котором она рассказывала. Для этого Франклину следовало пройти через портал. Но ждать его открытия он не мог. Стал он тогда Авигею просить:

— Открой-ка мне, пожалуйста, портал в Леон.

— Зачем тебе он?

— Хочу там Луизу найти.

Но Авигея не смогла ему помочь – к ней пришли друзья, которым она с Отисом уделила всё своё внимание. Франклин совсем загрустил. Импреза тоже не помогла, сказав, что ей надо руководить стрелками.

— Буду ждать, пока Луиза вернётся. – Решил Франклин. – И вернётся она, наверное, нескоро. Но я дождусь её.

Помочь ему согласился только Авинар. Он один был в тот день ничем не занят. Грифоны, как известно, умеют открывать порталы. Тогда-то Франклин перестал волноваться. Авинар спросил:

— А какой собор хотела посетить Луиза, если не секрет?

— Георгия Победоносца. Это наш с ней любимый святой. В Леон можно только долететь. И поможешь мне  в этом ты.

Авинар и Франклин подошли к окну. Глядя вдаль, юноша думал о том, как бы ему поскорее отправиться в путешествие. Вещь он никогда не ездил в чужие страны. А тут ему представился замечательный случай, упустить который было бы невообразимо обидно.

— Так, ты грезишь о путешествиях? – спросил Авинар.

— Да. И у меня есть три причины полететь в Леон. И ты знаешь их.

— Конечно, знаю.

— Тогда надо собираться.

Франклин рассказал своим друзьям и родным о грядущем путешествии. Алисия начала собирать сына в дорогу, она укладывала в его сумку бутерброды и бутылку шиповникового чая. Ей хотелось положить ещё и посуду, но Франклин возразил:

— Я остановлюсь в отеле, там как раз будет посуда.

— Как хочешь, сынок.

По правде говоря, Алисия отправляла сына в путешествие с большой неохотой. Но потом всё-таки согласилась. Она поняла, что Франклин едет в Леон для того, чтобы посетить собор своего любимого святого и повидать Луизу. Эта принцесса значила для Франклина очень много, и ему казалось, что она даже изменит его жизнь навсегда.

Когда Франклин отправился спать, Алисия занялась бусами, которые у неё заказала Юана. А Кристиан мыл платину и алмазы – они должны были пойти на изготовление папской митры. Юана рассматривала драгоценности, выбирая себе и королю будущие регалии. Алисия, наващивая нить, рассказывала королевской фаворитке о своём нелегком положении:

— Франклин мой, помню, желая помочь мне с поиском лекарства для мужа, ушёл из дому и пропал. Тем самым он доставил мне ещё больше проблем, чем я имела. София вышла за Беркава и во дворце поселилась. А когда мы узнали о пропаже Франка, то духом упали. Какая же у меня тяжёлая жизнь…

— Ну, не кипятись ты, Алисия Батьковна. – Сказала ей Юана.

— Моя жизнь с рождения была безрадостной. Замуж я в первый раз вышла в десять лет. Потом мой муж умер. А его родители обижали меня. И ходила я как пантера – жарким летом в тёплых чулках, потому что у меня ноги были все в синяках. Родители моего покойного мужа били меня палками и поводком, после чего выгнали. Я жила при храме, и после долгого времени на мне женился Кристиан. А теперь мы с ним и всеми остальными беспокоимся, куда отправится Франклин завтра.

— Вот-вот. – Подтвердил Кристиан. – Со мной в браке ты жила и живёшь хорошо. А до этого постоянно жаловалась на свою горькую судьбу. А я ведь человек сострадательный. Вот и женился на тебе, голубка моя сизокрылая.

Алисия ещё долго говорила на жуткую тему своей жизни, а Франклин спал и видел третий сон. Снилось ему, как они с Луизой плывут по морю в ладье из раковины устрицы, запряжённой дельфинами (такая же ладья была у морского царя). А где-то вдалеке из моря появляется огромный орёл, поднимается в небо и улетает. Это был коделаптер.

Наутро Франклин умылся, помолился и побежал завтракать. На завтрак были поданы пирог с ревенем, яйцо-пашот и традиционный венский кофе. Весь этот завтрак юноша одолел очень быстро, после чего взял кинжал и лук, вскочил на спину Авинара и тот взлетел. Лемур прыгнул следом.

— Скажи, а ты сам-то знаешь, куда лететь? – спросил Франклин грифона.

— Не сомневайся во мне.

Летели они совсем близко к облакам, оказавшимся снизу большими кусками хлопка. Каждое облако напоминало зверя или дерево. Франклин много раз наблюдал за облаками с земли, он даже мечтал пройтись по ним. Но когда он приблизился к ним, то понял, что это холодный воздух и ходить по ним невозможно. Полёт на грифоне завораживал Франклина, и он забыл, куда летел и зачем. Тут он спросил Авинара:

— А куда мы летим?

— Ты забыл? В Леон, ты же хотел отыскать Луизу.

— Не только. Я хотел посетить собор Георгия Победоносца.

— Когда мы прилетим, то увидишь пять дворцов разного цвета.

— Что мы будем делать в них?

— Остановимся. Но только в том, где остановились Луиза. Она сама об этом мне говорила.

Летели они так полдня. А по прибытии в Леон остановились на лугу. Франклин сел на траву и стал собирать опавшие листья. По воздуху летели тонюсенькие ниточки паутины с паучками, которые залезали в норки и щели, чтобы уснуть до самой весны. Осенний луг выглядел как золотой. По лугу бегали мыши и искали запасы на зиму. Близился октябрь. Вскоре Франклин набрался сил и глянул вдаль. Он увидел пять дворцов: синий, красный, белый, чёрный и жёлтый. Как объяснил ему раннее Авинар, в одном из этих дворцов остановилась Луиза.

— Какой кошмар, – произнёс Франклин печально. – Дворцов пять, а я не знаю, в каком именно моя возлюбленная. Искать придётся долго.

— Будем надеяться на чудо. – Сказал ему Авинар.

А какое может быть чудо? Чтобы найти Луизу, следовало обойти каждый дворец, заглянув при этом в каждую комнату. А это было очень долго. Франклин сел на бревно и заплакал. Без Луизы он чувствовал себя одиноко. А Авинар покрывал его крыльями, что совсем не утешило юношу. Сердце Франклина болело и разрывалось. Казалось, что он умрёт прямо на месте. Слёзы мочили ему одежду. И так продолжалось  долго, пока перед Франклином не появился ангел. Он взял юношу за руку и молвил:

— Не плачь. Я знаю, где твоя возлюбленная. И помогу тебе. Иди за мной.

От одного вида ангела слёзы на лице Франклина мгновенно высохли, а глаза посветлели. Авинар даже поклонился, он тоже понимал, что перед ним святая сила.

— Можешь идти, – сказал он, – я вас догоню.

Франклин последовал за ангелом, указывавшим путь к жёлтому дворцу. Почему Луиза остановилась именно там, было неизвестно. Франклин решил, что всё это потому, что любимым ее цветом был жёлтый. Другой причины он не видел. При виде ангела охранники дворца обомлели. А во Франклине узнали не только пресловутого Серебряного лучника, но и возлюбленного принцессы Луизы. Так что его пропустили. Далее ангел повёл юношу по мраморной лестнице с золотыми перилами, которая вела на второй этаж. Влекомый любовью, Франклин шёл за ангелом, держа руку на сердце.

— А как ты узнал, где она? – спросил Франклин ангела.

— Я святой и поэтому всё вижу. Я не могу не замечать. – Объяснил ангел. – Без меня тебе пришлось бы осматривать все пять дворцов. А так я помогаю тебе.

— Пять дворцов – это много и долго.

— Ты прав. Когда Луиза шла сюда, я наблюдал за ней с высоты.

Вдруг послышались звуки арфы. Доносились они из правого крыла на третьем этаже. Франклину понравилась эта мелодия; и он потом вспомнил, что Луиза тоже играла на арфе, как и он. Хоть бы это была она!

— Иди за мной! – позвал ангел. – Музыка звучит, и мы должны идти туда, откуда она доносится.

Подошли они к двери с барельефом уробороса. Франклин отворил ее и увидел сидящую на пуфике Луизу, она сидела к нему спиной и теребила струны арфы. Около неё прыгало странное существо, это был заяц с оленьими рогами, волчьими зубами и птичьими крыльями.  Юноша не обратил на этого чудика никакого внимания, он в порыве радости поцеловал ангелу крылья и с благодарностью попрощался с ним. Вслед за Франклином в комнату сбежал лемур. Луиза была безумно счастлива, она сообщила, что очень скучала. А странный зверёк принялся обнюхивать лемура, и оба они вызывали друг у друга удивление.

— Что это за зверь? – спросил Франклин, указывая на крылато-рогатого зайца.

— Это вольпертингер. Я нашла его в этой комнате. – Сообщила Луиза.

— А откуда он?

— Он тут живёт. Мне стало скучно, и я решила с ним поиграть. А завтра мы отправляемся к святому камню.

— Святому камню?

— Да, тому самому, у которого Георгий Победоносец молился.

— А где этот камень?

— У моря. Его ещё называют камнем Святого Георгия. А потом мы пойдём в собор и помолимся там, заодно и посмотрим его внутреннее убранство.

Влюблённые ещё долго были вместе, пока дворецкий не отвёл Франклина в отдельную комнату, где находился на тот момент Авинар. Этот грифон тоже последовал за ангелом, как и Франклин. Мысли о камне Святого Георгия породили сон об этом камне. А вот коделаптера он во сне так и не увидел.

Наступило утро, пришла пора идти к берегу моря, где лежал святой камень. Волны, как ни странно, обходили его, и ни одна капля воды не коснулась его. Это Франклин и Луиза сочли за чудо. Другие камни волны мыли, а на этот падать не хотели. Принцесса указала на круглую впадину камня и сообщила:

— Эта впадина – отпечаток конского копыта. Ее оставил конь Георгия Победоносца. И теперь этот камень способен исцелять. Для этого надо встать на колени и обнять этот камень. А об исцелении попросил мысленно.

— Я немного неважно себя чувствую, – сказал Франклин.

— Ну, вот и попроси исцеления. И камень тебе не откажет.

И они вместе обняли камень, в мыслях прося у него исцеления. В камне, действительно, таилась святость. И эта святость помогала любому живому существу. Авинару, появившемуся около Франклина и Луизы через минуту, было интересно посмотреть, чем они занимались и почему обняли камень. Когда влюблённым полегчало, они целовали камень и хвалили Бога. После чего пришлось объяснить Авинару, что это не просто камень, а святая вещь. Далее по плану было посещение заветного собора. Там проходила  литургия и таинство рукоположения в сан епископа. Франклин с интересом наблюдал, как избирали нового священнослужителя. День пролетел незаметно. Вернувшись во дворец-отель, Франклин и Луиза, прежде, чем разойтись по комнатам и лечь спать, молились вместе.

На другой день Франклин и Луиза вновь пришли к морю. Вдалеке плавали корабли, и их паруса развевал ветер. А в небе пар или чайки, прорезая облака и садясь на корабельные мачты. А из воды то и дело показывались чёрные спины китов и дельфинов. Морской пейзаж навевал далёкие мечты. Луизе и Франклину очень хотелось отправиться в дальнее плаванье и посетить новые страны. Всё было бы ничего, пока из воды не показалось что-то большое и очень похожее на скалу и яйцо одновременно.

— Что за напасть? – удивился Франклин.

— Наверное, морской царь разгневан! – Предположила Луиза.

Корабли отплыли подальше, а дельфины и киты замерли в ожидании чего-то. Облака расступились, и из-за них вдруг выглянула синяя звезда. Это была дневная звезда, увидеть которую можно было лишь раз в пять лет. Она испустила яркий свет, и когда он достиг вышедшей из моря скалы-яйца, она раскололась. Раздался пронзительный клекот и из загадочной капсулы показался большой словно скала орёл. Он зло кричал и бил крыльями по воде, образуя цунами. И как только мимо проплывали кит или дельфин, чудовищная птица хватала их своим клювом и тут же проглатывала. Те даже не успевали увернуться, а уцелевшие животные с бешеной скоростью плыли ко дну. Что касалось кораблей и шлюпок, то их пассажиры хватались за гарпуны и вёсла, чтобы дать противнику отпор. Но, к сожалению, для коделаптера они были как для слона дробинки. Экипаж всех кораблей недоумевал от ужаса, ведь коделаптер уже успел потопить несколько лодок. Франклин схватился за голову, а Луиза прижалась к нему. Спокойно смотреть на это было нельзя.

— Коделаптер. Что делать? Надо спасти корабли, – испуганно воскликнула принцесса. – Но как это сделать.

— Авинар домчит меня туда, – отвечал Франклин. — А ты, Луиза, беги во дворец.

— Давай, Франк, садись на меня и летим! – Сказал ему Авинар.

Тогда юноша вскочил на спину грифону и тот помчал его наперерез коделаптеру. Птица била крыльями по воде с громким криком, но не взлетала. Она не сразу заметила приближавшегося к ней грифоньего всадника. А Франклин тем временем наложил сразу две стрелы и натянул тетиву покрепче. Коделаптер яростно защелкал клювом, но две серебряные стрелы вонзились в его тело. Чудовище взорвалось, оставив после себя куски мяса и перьев, которые растворились в толще морской воды.

— Взгляните, кто на спине грифона! – кричали люди.

— Это же он. Серебряный лучник!

— Иди к нам!

Авинар слетел на палубу и Франклин сошёл с него. Юношу приветствовали с радостными криками и ликованием. Тот попросил, чтобы его отвезли к берегам, где его ждала возлюбленная. Пока корабли плыли к берегу, капитан, стоя за штурвалом, начал свой рассказ:

— Коделаптер или морской орёл – самое жуткое создание из всех, кого приходилось видеть у берегов Франции.  Никто не знает, откуда он взялся. Так что о нём известно очень мало. Всякий раз, когда он выходит из воды, то начинает топить суда и терроризировать морских созданий. Если бы не ты, мы бы погибли. Спасибо тебе, Серебряный лучник. И мы хотим дать тебе награду. Тебе понравится. Это не будет бесполезная жбонька.

— А я часто вижу окровавленную луну, – сказал Франклин.

— Такую мы тоже знаем. Говорят, это плохой знак.

— Первым ее заметил я. И даже не знаю, что она означает.

— Главное то, что ты помог нам. И сейчас мы наградим тебя за твою храбрость. Всё, что лежит в этом ларце, сделано святыми ангелами.

Один из членов экипажа вручил Франклину драгоценный ларец, а затем юноша вскочил на грифона, попрощался и улетел к берегам. Авинар приземлился возле жёлтого дворца.

— Что это? – Спросила Луиза, разглядывая ларец в руках своего возлюбленного.

— Это мне вручили в награду, отвечал тот. Надо пойти во дворец и посмотреть, что мне дали эти моряки. Это, наверное, деньги. – Ответил Франклин. – А может, и что-нибудь другое.

В комнате отеля Луиза положила ларец на кресло и открыла его. Франклин обомлел от удивления. То, что он вынул из ларца, понравилось всем. Это были мантия из бирюзового алтабаса, пояс с драгоценным орнаментом и серебряный венец с россыпью жемчуга и самоцветов. Всё это смотрелось настолько красиво, что даже привлекло внимание ангелов. Луиза представила, как Франклин наденет это, и была очень рада. Лемур и грифон тоже восхищались. А юноша глянул на ангелов – он знал, что содержимое наградного ларца сделали они.

— Видел я нашего короля. И даже у него не было таких вещей. — Сказал он ангелам.

— Да, — отвечал один из ангелов. – Это сделали мы. И ты наденешь это, когда женишься на Луизе. Такой же комплект мы сделали и ей.

— А где он? – спросила Луиза.

— Он у тебя дома в Австрии. – Ласково сказали ангелы.

— А как нам домой попасть? – Спросил Франклин.

— Мы откроем портал. – Было им ответом.

Франклин и Луиза попрощались с владельцами отеля, забрали вещи и лемура и вошли в открытый портал. А Авинар не вошёл в портал, он поднялся на крыло. Дома Луиза положила подарок Франклина рядом с их свадебный нарядами в шкаф. Юана написала про коделаптера и радостная села в кресло – она закончила книгу.

 

Глава 19. АСТРОНОМИЯ.

В башне астрономии Авигея решила испытать свой телескоп. Звездочеты с удовольствием приняли шаманку к себе на работу. Она получила много литературы на тему космоса. Больше всего ей хотелось изучить тайну окровавленной луны и рассказать ее Франклину, которому эта тема не давала покоя. Пока шаманка настаивала телескоп, за дверью слышались голоса Юаны и короля Мартиана:

— Любимая, я дарю тебе чудесные вещи: корону и мантию. Они станут твоими, когда ты войдёшь на трон.

— Спасибо, я мечтала об этом, и люблю тебя.

— Юана, у тебя золотое сердце.

— Нет, король Мартиан. Нет ни у кого золотого сердца. Но есть обетования Бога в Иезекииля 36:26: И дам вам сердце новое, и дух новый дам вам; и возьму из плоти вашей сердце каменное, и дам вам сердце плотяное.  Это новое сердце, новый дух, мы получаем при Рождении Свыше, когда смотрим на Распятого Сына Божьего и Дух Святой, Божья Любовь сокрушается наши грешные, каменные, злые, эгоистичные сердца и Божья любовь изливается в наши сердца Духом Святым данным нам (как и Иисус сказал: ВАМ ДОЛЖНО РОДИТЬСЯ СВЫШЕ!!!!!). Твои слова звучали, как обольщение. Но, я думаю, что ты не хотел меня обольщать?

— Не хотел, я тебя люблю.

— И я тебя. Ты очень добр ко мне. Не то, что моя мама в детстве.

— А что она тебе сделала?

— У меня умер папа, и она вышла замуж во второй раз. Но отчим оказался настоящим извергом. Он насиловал и бил меня, а мама смотрела на это сквозь пальцы. Я не знала, что делать, поэтому упекла его в тюрьму. Мама, как узнала об этом, сразу рассердилась и выгнала меня из дому.

— Зато теперь ты со мной.

Когда они оба ушли, Авигея отошла от двери и взялась за телескоп. Звездочета долго не было, так что Авигея взялась рьяно осматривать книжные полки. Каждая книга содержала подробные учения о космосе и астрологии. Тут наша шаманка не могла усидеть. Придворный звездочет пришёл с кучей бумаг, чернилами и перьями. Авигея встретила его с беззаботной улыбкой.

— Профессор, как вы вовремя. – Сказала она.

— Да, сегодня нам с вами предстоит много работы. Надо начертить очень большую карту, а затем перебрать готовые карты по годам и месяцам. — Сообщил звездочет.

— Я понимаю. Но мне люди сказали, будто вы умеете читать по звёздам их судьбы.

— Что верно, то верно. У каждого из нас есть звезда.

Сначала они делали порядок в картах. Каждый год был помещён в отдельную ячейку.  А карт была толстенная стопка, и разбирать ее было настоящим мучением. Пока Авигея и звездочет делали уборку, к ним зашли слуги и вытерли везде пыль. Таким образом, уборка прошла быстро и без лишних усилий.

— Ну, теперь можно заняться черчением. – Сказал звездочет.

Это задание очень обрадовало Авигею – ведь чертить было куда приятнее, чем наводить порядок. У окна стояли два телескопа, один для Авигеи, а другой – для звездочета.

— Для начала надо рассмотреть все созвездия, запомнить их местоположение и перечертить на карту, — объяснил звездочет. – Потом выделить наиболее яркие звёзды.

— А подписывать их надо? – уточнила шаманка.

— А как же? без этого нельзя будет понять, где чья звезда. Только так можно определить судьбу, иначе прогноз будет неверным.

И тут в кабинет зашёл Отис. Ему было очень интересно, что делала его жена. Авигея тут же представила его звездочету:

— Это мой муж. Его зовут Отис.

— А меня – Томас, – отвечал звездочет. – И вы можете стать моим учеником, Отис. Будете вместе работать.

— Хорошо бы. Я всегда хотел заняться космосом.

— Тогда садитесь.

Отис тоже присоединился к их кампании.  Быть учеником звездочета почётно и престижно. Они втроём уселись за стол, где лежала будущая карта созвездий. Так они целый день чертили и писали, что очень понравилось Отису. Он даже решил посвятить себя астрономии, после чего определять будущее и развить в себе так называемый «третий глаз». Тогда Отис был бы ещё и провидцем, или пророком. Как объяснил потом Томас, звёзды таят в себе множество загадок и никто никогда не сможет разгадать их до конца

Вечером, когда работа в кабинете была завершена, Авигея пошла спать и Отис тоже. Потом пришёл к звездочету и Франклин, которому так и не терпелось узнать побольше об окровавленной луне и понять, чем она опасна. Профессор Томас, как этого звездочета называли все обитатели дворца, сразу же согласился проконсультировать Франклина. Дождавшись абсолютной темноты за окном, юноша подошёл к телескопу. Томас спросил его:

— Вы что-нибудь видите, герр Леонтью?

— Вижу. Молодой месяц.

— Чего?

— Месяц молодой на небе.

— А кровь есть?

— Нет.

— Я много слышал о вашей окровавленной луне. Даже видел ее. Жуткое зрелище. Я могу сказать вам о ней очень много. Это плохое предзнаменование не для вас, а для нашего короля. Кровь на луне – это кровь его жертв.

— Его жертв?

— Ну, да. Всех, кто погиб или погибнет от его рук. Я запишу об этом в книгу тайн.

— А вы не боитесь, что вас могут казнить? – Забеспокоился Франклин.

— А мы спрячем книгу. – Успокоил юношу звездочет.

Всю ночь Франклин видел во сне кошмары. А в это время король Мартиан злился на Юану и осуждал ее, как мог. Он готовился к своей свадьбе, но фаворитка отказывалась:

— Не могу. Теперь я белица. Я люблю тебя, но мне надо уйти в монастырь.

— Почему? – удивился король.

— Если мы поженимся, то потомства у нас, к несчастью, не будет.

— Как это не будет?

— Я лечилась у лучших докторов, и они сказали, что я бесплодна.

После этих слов король так рассвирепел, что успокоить его было невозможно. Он от ярости подскочил на месте и затопал ногами. Юана ужаснулась, она поняла, что надо спасаться.

— Бесплодна. И теперь белица! Ну, держись, ничтожество.  Бараниха ты, скотобаза.

И с этими словами король ударил ее по лицу, схватил верёвку с кистями, поддерживавшую шторы, и связал Юане за спиной руки, после чего заткнул ей рот и повёл в камеру пыток. Там сидел палач. Король показал ему свою бывшую фаворитку и сказал:

— Убей её, она мне изменила.

Палач схватил Юану за руку и посадил на гарроту. Та, дрожа села на стул, и вскоре на шею ее наделся металлический обруч, нашпигованный с внутренней стороны острыми, как бритва, шипами, способными ускорить агонию, задев трахею и сонные артерии. Пока палач потирал руки, Юана мысленно прочла покаянные молитвы. Но тут ворот заскрипел, и королевская фаворитка скончалась от медленного удушья. Король и палач без зазрения совести смотрели на ее мёртвое тело, которое затем кинули в саркофаг в подвале и заколотили. Обитателям дворца пришлось сказать, что Юана пропала без вести. Все поверили злодею.

Днём король созвал всех к себе в тронный зал на аудиенцию. Пришли все, даже духовенство. Темой для разговора была предстоящая свадьба принцессы Луизы. Франклин жадно выслушивал слова короля. Когда юноша слишком близко подошёл к трону, король улыбнулся ему и сказал:

— Завтра я устрою турнир лучников. Самого меткого я женю на принцессе Луизе.

Помимо Франклина за этот приз решили сразиться Вольфганг и Вальтер, а с ними ещё двадцать юношей. Услышав о том, что призом будет свадьба с принцессой, они пришли в неописуемый восторг.

— Замолчите сейчас же! – Рявкнул король. – Она выйдет замуж за одного стрелка, а не за всех сразу!

Все были очень рады, кроме Луизы. Она боялась, что Франклин может проиграть, а ее выдадут замуж за другого. Все эти мысли долго не давали принцессе покоя, и она не находила себе места. И тут она заплакала и вышла в коридор. Там ей встретилась шаманка Авигея и спросила:

— Что ты плачешь, завтра турнир лучников, и там ты увидишь Франклина.

— Я сама знаю об этом. Но папа обещал выдать меня замуж только за самого меткого из них. А я хочу, чтобы победил Франк. Помоги мне, пожалуйста, я за это дам тебе сладостей. – Пообещала Луиза.

— Нет повода для беспокойства. Твой Франк и без того самый меткий. Но я, так уж и быть, помогу тебе. Здесь моё волшебство поможет.

Принцесса была очень благодарна шаманке. Утром в одиннадцать часов зазвенел колокол, извещая о начале турнира. Пришли друзья и родные Франклина, также старушка Грета с младенцем Йоганнесом. Ей тоже хотелось посмотреть, как Франклин будет выигрывать турнир; в порыве радости она улыбалась, подбрасывая на бегу своего младенца все выше и выше. Вслед за ней побежали ещё и разные дети. Они захватили с собой своих младших братьев и сестёр и даже взяли игрушки. Желающих поболеть за Серебряного лучника было много.

— Там будет здорово! – радовались дети.

— Скорее, – торопила Грета, размахивая ребёнком. – Они уже начинают.

На стрельбище выставили мишень, после чего в ряд выстроились двадцать два метких лучника, последним пришёл Франклин. Около мишени лежала Импреза, качая хвостом. За Франклином шёл тигр, что удивило зрителей. А тот потом объяснил окружающим, что тигр – его тотем. Из зрительного зала Луиза подала Франклину знак. А вместе с ней и Авигея, которая готовилась помочь принцессе.

— Дорогие участники! – объявил распорядитель турнира. – Кто попадёт с первого раза в эту мишень, тот женится на принцессе Луизе Энтен.

— Ты готов, Вольфганг? – Спросил Вальтер.

— Конечно, волкодав мой. Конечно, песик мой ручной. – Было ему ответом. – Думаю, Луиза выберет меня. Я буду для неё достойным мужем.

— А как же Франклин?

— Причём здесь Франклин?

— Ну, он же хочет на ней жениться.

— Совсем забыл…

Стрелки по очереди целились, но стрелы летели не в мишень, а мимо неё. Сложно было представить себе, чтобы эти меткие лучники, целясь ровно и точно, промахивались. Это очень разочаровало их. Они даже не подозревали, что Авигея заколдовала все их луки. Последним выступил Франклин. Тигр обвил хвостом его ногу и замурлыкал, а потом исчез. Он, как видно, хотел поддержать юношу. Из зрительного зала за Франклином следили его родители и сестра с ее мужем. Как же они беспокоились за него. Но и тут Авигея не пожалела своего волшебства. Франклин стал единственным, кто сумел выиграть турнир.

— Ура! он победил! да здравствует Франклин-победитель! – кричала толпа.

Король поздравил Франклина и разрешил ему жениться на Луизе. Как же она была счастлива. И начались большие приготовления к свадьбе. Не терпелось нашим влюблённым пожениться. Поэтому они радовались каждой истекшей минуте и хвалили Бога. Радовались также родные со стороны Франклина и Луизы.

 

Глава 20. СВАДЬБА.

Свадьба была назначена через день, так как шёл дождь. А это было очень некстати. Вскоре наступил последний вечер перед свадьбой. Франклин сидел у окна и смотрел вдаль. Дождь подходил к концу. Небо всё ещё было серым и мрачным, потом взошла окровавленная луна, что навевало дурные мысли. Юноша от скуки постукивал по столу или гладил раму своей арфы, ему было грустно, он даже забыл о свадьбе – так дурно на него повлияла непогода. На столе стояла ваза с узким горлышком, из которого торчала горящая свечка. Ее пламя дрожало и тускло освещало комнату. Лемур вернулся в клубочек и спал. Вдруг юноша услышал звуки арфы. Он повернулся и увидел около неё великолепного ангела, который плавно перебирал струны, желая привлечь к себе внимание.

— Франклин, ты что пригорюнился? у тебя же завтра свадьба. Ты же ждал этого очень долго. — Молвил ангел.

— Я просто загрустил. Так на меня влияет окровавленная луна. Я такой. – Ответил Франклин.

— С Луизой сейчас творится то же самое. Поэтому я пришёл утешить вас обоих. Я знаю, что у вас совместная любовь, но завтрашняя свадьба не должна омрачаться. Ты станешь принцем.

Ангел спел, после чего поцеловал Франклина со словами:

— Всё будет хорошо. Не кручинься и спать ложись.

Когда Франклин был уже в постели, ангел направился к Луизе. Она тоже была в печали от забрызганной кровью луны. Как вы уже знаете, эта луна на всех нагоняла печаль и тоску. При виде ангела принцесса протянула к нему руки, после чего он спел ей дивную песню и обнял ее:

— Не печалься, милая. Не печалься, дитя Божие. Забудь свои страхи. Завтра ты проснешься, наденешь виссон и вас с Франклином обвенчают.

— Спасибо тебе, мой ангел, что ты обо мне заботишься. Мои слёзы уже высохли. Твоё пение меня утешило.

— Я хотел тебе помочь. И Франклину тоже. Завтра мы, ангелы, будем на вашей свадьбе.

Луиза успокоилась. Ангел, который явился к ней и Франклину, был послан Богом в утешение влюблённым.

Утром началось торжество. Франклин вместо стрелкового костюма был одет в богатые одежды, как подобает принцу. Его пепельные волосы искрились на солнце, а лицо как всегда, было гладко выбрито. Смотреть на него было приятно, ведь в этот день он должен был стать австрийским принцем.  Франклин вошёл в коридор, чтобы дождаться Луизы; он сидел у ее комнаты, из которой доносились голоса служанок и самой Луизы.

— Шла бы скорее, – шептал Франклин. – Пора жениться. А я ждал этого безумно долго.

Пока Франклин рассуждал, к нему явился король, который радовался будущему зятю. А вскоре пришли и все остальные. И на всех были красивые наряды. Никто не мог сдержать своей радости, зная, что ожидало влюблённых.  Оставалось дождаться только Луизы.

— Что с тобой, Франк? – спросил Кристиан.

— Луиза не пришла. – Вздохнул Франклин.

— Сначала тебя проведут в тронный зал, где я соединю ваши с ней руки. Потом будет венчание в церкви. А далее, как ты понимаешь, пир. – Объяснил король.

— Вы не сказали, где Луиза. – Произнёс Франклин.

— Она ещё не готова. Ее придется подождать. – Заметил ему король.

Франклину очень не терпелось увидеть Луизу в свадебном наряде. И он стал представлять ее по-всякому. Лемур тоже был приглашён, как ни странно. К счастью, он был очень воспитанным зверьком и умел сидеть спокойно. Такого друга нельзя было не взять.

Наконец, торжество началось. Король стоял в тронном зале на возвышении в парадном одеянии, держа Франклина за руку, а все остальные выстроились по обеим сторонам красной ковровой дорожки и смотрели на них с замиранием сердец и некоторым испугом. Вскоре заиграла музыка, и в зал вошла облачённая в свадебный виссон Луиза. Она держала в руках цветы, а локоны ее были собраны в низкий пучок. Люди восхищались ею. Авинар и Импреза встали около ступеней, ведущих к трону. Луиза взошла на возвышение, где король взял ее за руку и соединил с рукой Франклина:

— Дорогие мои Франклин и Луиза, я соединяю ваши руки и сердца воедино. И мы отправляемся в церковь обвенчать вас.

Кристиан при виде этого обнял Алисию, пытаясь напомнить, что они сами когда были молодожёнами. Они с нежностью смотрели друг на друга, и закрывали от удовольствия глаза. У каждого из них было тепло на сердце. Кристиан положил руку Алисии себе на сердце со словами:

— Ты моя Полярная звезда.

— А ты мой Южный крест, – и она поцеловала мужа в лоб.

— Поверить не могу, что наш сын станет принцем. Помнится, как он родился, и мы окрестили его.

— Да уж. То же самое было и с Софией. Она, когда замуж за Беркава выходила, нас с собой во дворец повела. Выросли дети наши. Я летала над ними, как орлица над орлятами, оберегала, жалела, и не знала покоя.

— Все птенцы рано или поздно улетают из гнезда. Это было и будет всегда.

— Да, я согласна. Когда-нибудь наш сын взойдёт на австрийский престол и история нашей страны изменится. Из него получится добрый и милостивый правитель. И все будут воспевать его. Даже, став королём, он навсегда останется тем же Серебряным лучником.

— Серебряным. И это будет хорошо для его будущего народа.

— То, что он добрый, я знаю.

Кристиан и Алисия долго рассуждали о грядущей судьбе своего сына, и умилялись ему. Все гости, состоявшие в браке, глядя на брачующихся, проявляли к своим вторым половинкам нежность. Луиза смотрела на Франклина потупленным взглядом. Она не могла поверить, что ее мечта, наконец-то сбылась.

— Ты готова? – спросил Франклин.

— Почти. – Прошептала Луиза.

В церкви у входа гостей встречали епископ и два священника. Пришли также гости с младенцами на руках, что очень удивило новобрачных. София и Беркав вели за руки своих двухлетних детей: дочь Сэди и сына Вилли, которые тоже не прочь были погулять на свадьбе своего дяди. Внутреннее убранство церкви было декорировано на широкую ногу.  На аналое лежало блюдце с обручальными кольцами: серебряным – для Франклина и золотым – для Луизы; а также две мантии из алтабаса, два пояса и два венца – тоже серебряный и золотой, как и кольца. Когда новобрачные вошли в церковь, у алтаря их встретили ангелы. Это были их ангелы-хранители.  Тут зазвучал хор. Франклин и Луиза зажгли венчальные свечи и вслушивались в слова песнопений. Франклину представлялись ветхозаветные пророки в длинных свободных одеждах, одиноко стоящие среди угловатых скал, осененные молниями, над их головой гремел гром, а ветер развевал их седые волосы… Луизе же представлялся Христос, ласкающий людей и животных.

— Мы собрались здесь, чтобы сочетать священным браком герра Франклина Леонтью и принцессу Луизу Энтен. Они полюбили друг друга с первого взгляда и поклялись в верности, – произнёс священник. – Да будет так.

Трижды осени аналой с венчальными принадлежностями, священник велел молодожёнам обменяться кольцами так, чтобы Луиза надела Франклину серебряное кольцо, а он ей – золотое. Венцы, мантии и пояса новобрачным надели ангелы. Почувствовав корону на своей голове, Франклин сказал Луизе:

— Для тебя я стал принцем. Ты повысила мой титул.

— Это, действительно, так. Ведь ты женился на принцессе. Я  всегда жила мыслями о тебе. Когда я глядела на камни и воду, то вспоминала тебя.

— В смысле? Какие камни и вода?

— Не знаешь? Ты ходил по камням, ты пил воду.

— Помню, любимая. – И с этими словами Франклин поцеловал Луизе руку – ту, на которой было кольцо.

Импреза и Авинар поклонились новому принцу и у них душе посветлело. Они невольно вспомнили, как прежде, когда Франклин только познакомился с Луизой и подарил ей кольцо с небесными самоцветами. Как он пел ей, обнимал и даже целовал в уста. Ему казалось, что она послана Богом ему в утешение. А сколько слёз Франклин пролил, когда, прилетев на Авинаре в Лион, никак не мог понять, где Луиза. Все эти мысли промелькнули в головах двух грифонов, а затем и вовсе растворились, точно морская пена.

После венчания молодожёны верхом на конях  поехали во дворец, где затем состоялся пир. Свадебный напиток был приготовлен следующим образом: вино кагор было разбавлено водой и заправлено сахаром. Это свадебный напиток, именуемый амброзией, был подан молодожёнам в роскошных хрустальных бокалах, которые после осушения Франклин и Луиза разбили о мраморный пол. Так полагалось издревле, эта традиция сохранялась веками, и нарушить ее было нельзя. Были также танцы, где Франклин танцевал с Луизой, как когда-то делал это на балу. Угощения были самыми разными; одного дня не хватило бы, чтобы описать всё торжество. Свадебный вечер пролетел незаметно, но получился очень весёлым. Луиза радовалась, что вышла замуж за того, кто любил ее, ласкал и молился вместе с ней, обнимая за плечи. И это был Франклин. И он проведёт с ней остаток жизни до самой гробовой доски. Франклин даже примирился с королём и перестал считать его бессердечным. А на медовый месяц король отправил молодых в свадебное путешествие.

 

Глава 21. ШЕСТАЯ ЛУНА.

Свой медовый месяц Франклин и Луиза провели во дворце в Арнфельсе. Этот дворец был необыкновенно красивым и супругам там так понравилось, что они не захотели возвращаться.

Дома Франклина и Луизу встретили фуршетом и танцами. А потом они усталые отправились спать. Засыпали они всегда под пение своих ангелов-хранителей, которые оберегали их денно и нощно. Луиза уже  крепко спала, а вот Франклин  проснулся от красного света, ударившего его в глаза. Это была окровавленная луна, шестая по счёту. При виде неё из щелей полезли странные белые насекомые – бабочки с человеческими черепами вместо голов. Они летали по комнате и манили Франклина за собой:

— Пошли с нами. Ты увидишь много интересного. Мы покажем тебе то, о чём молчат пророчества. Ты же хотел об этом узнать.

Франклин натянул на себя стрелковый костюм, вооружился кинжалом и луком и пошёл за неизвестными насекомыми. Они были очень хитры, и хорошо знали, чего он хотел. Юноша открыл дверь и увидел загадочный портал, ведущий в большую круглую комнату. Посмотреть, что находилось там, Франклину очень хотелось, ещё больше было его желание узнать остаток пророчеств. Он зашёл в портал. Насекомыши вели его за собой. Они пищали:

— Иди за нами, Серебряный лучник, не останавливайся!

Франклин шёл, даже не подозревая, что ждало его в круглой комнате. Вскоре он вошёл в неизвестную комнату и увидел сидящего на троне незнакомца разодетого во всё чёрное, голову его венчал обруч с воловьими рогами, а лицо полностью покрыто маской с красными каплями около прорезей для глаз, он очень напоминал Крампуса. Рядом с незнакомцем стоял кипящий котёл, полный воды, и в этом котле барахтался человеческий скелет. Это был тот самый скелет, которого Франклин когда-то встретил в норе паучихи Джоанны.

— Бэзил, зачем ты меня кипятишь здесь? – спросил скелет.

И тут Франклин догадался, что Бэзилом скелет назвал незнакомца в маске. Бэзил выглядел как демон, и у юноши не осталось сомнений, что Джоанна и белая гиена являлись его сторонницами.

— Я хочу, чтобы ты сказал мне, где находится Серебряный лучник. Румынскую армию разбил он, а это должен был сделать я. За меня всё делает он. Принцесса Луиза вышла за него, а не за меня. Я не смог ему отомстить. – Злобно ворчал Бэзил. – Он встал мне поперёк горла.

— Я его видел. – Захрипел скелет.

— Где? Отвечай, костяк, иначе я сломаю тебе какую-нибудь косточку.

— Он встретился с Джоанной… и победил ее.

— Победил?

— Да.

— А почему ты не схватил его?

— С ним был ангел.

— И что?

— Ангел спас его. И ещё, я хочу сказать тебе. Серебряный лучник здесь.

Бэзил очень обрадовался. Он свистнул и жуткие насекомые, приведшие Франклина, слетелись к бедному юноше и подтолкнули вперёд.  Бэзил  сказал:

— Ну, здравствуй, Франклин. Ты как раз пришёл вовремя. Я хотел бы с тобой разобраться.

— В чём? — удивился Франклин.

— Да во всём. Ты отравил мне жизнь. Луизу полюбил я, а она предпочла тебя. Я мог бы стать принцем. Ты лишил меня счастья, и за этот дерзкий поступок я покараю тебя.

— Я не сделал тебе ничего плохого. Я не виновен.

— Не хочу ничего слышать. Пошли со мной.

Бэзил схватил Франклина за руку и бросил в подвал, освещённый мелкими свечками. Подвал был абсолютно пуст, как тюремная камера. С потолка свешивалась паутина, а по стенам стекали капли холодной воды. Окна все в пыли и местами побиты. Кругом стояли лужи в барахтающимися в них червями. В подвале было холодно и сыро.  Простудиться было не мудрено. Франклин осмотрелся по сторонам и услышал, как дверь подвала захлопнулась — ее закрыл Бэзил. Всё это напоминало историю с Джоанной, только волшебных лиан не было. Этот подвал выглядел очень подозрительно, там тоже могло жить какое-нибудь чудовище, которое специально пряталось, чтобы не привлечь к себе внимания. Юноша бросился к окну и увидел окровавленную луну и Бэзила, сказавшего ей:

— Пробуди, кровавая луна, моих сторонников. Я не покинул этот свет, покуда Франклину не отомщу!

Лунный свет достиг земли, и в подвал вылетела целая стая летучих мышей. Вслед за ними вылетела ещё одна, больше и злее их. Это были не просто летучие мыши, а вампиры, жадные до крови и мозга. Зверюги щелкали зубами и издавали неприятные звуки, норовя вцепиться Франклину в волосы, а затем покусать его. Здесь медлить было нельзя. Сигнального рога у Франклина не было, приходилось надеяться на себя самого. Он никогда не промахивался, поэтому с лёгкостью пробивал врагов. Стрелы его были снабжены серебряными наконечниками, что оказалось пагубным для вампиров. Они не подозревали, что запас этих стрел неисчерпаем. Когда одно из чудовищ укусило Франклина за шею, то сразу же упало замертво. А всё из-за того, что у Франклина была серебряная кровь, а серебро, как известно, убивает вампиров. Юноша измучился всё время стрелять, и ему пришлось бы плохо, если бы рядом не появился ангел.

— Я заклинаю вас, создания тьмы! Сгиньте в адский огонь. Оставьте земных созданий. – Воскликнул ангел.

Вампиры задрожали и рассыпались в пыль от света, исходящего от ангела. А самый большой вампир превратился в Бэзила. Ангел вступил с ним в дуэль и одержал победу. Франклин упал на колени и поклонился своему спасителю до земли. Потом ангел повёл юношу к двери и ударом меча выломал ее.

— Спасибо тебе, милый мой ангел. – С усилением сказал ему Франклин.

— Если бы ты знал, в какую беду попал, дитя Божье. Твой противник Бэзил оказался вампиром, и ты, женившись на Луизе, уберег ее от несчастного брака. – Произнёс ангел, положив свою красивую изящную руку на серебряную головку Франклина. – Ради ее счастья ты стал принцем.

— А ты знаешь, откуда взялись эти вампиры?

— Они являются слугами Бэзила. Окровавленная луна сводит их с ума. Они знают тебя, знают, что ты хочешь узнать, чего не написано в пророчествах. Они пошли на хитрость, чтобы заманить тебя в ловушку. Вампиры очень наглые – нападают на невинных созданий, кровушку пьют. А в тебе увидели врага, ибо твоя кровь серебряная.

— А ты знаешь, чего нет в пророчествах?

— Знаю, но говорить тебе пока ничего не буду.

— А почему это?

— Об этом ты узнаешь через двенадцать лет, когда взойдёт седьмая окровавленная луна.

— Вот оно что. А что ты знаешь об Искоренителе Зла?

— Он не один – их много. Это ангелы-лучники, посланные Богом на землю с целью уничтожать зло. Имён у них нет. Они пускают в злые сердца стрелы доброты, тем самым вселяя в них добро. Добрым они тоже так делают, ведь рано или поздно доброе создание может, не дай Бог, стать злым. А если будешь сопротивляется, они начнут петь. От их пения душа успокаивается, и ты становишься спокойнее. Тогда и стрелу доброты получить легче. Я видел это, что и говорю тебе.

— Мне папа говорил о пилигриме, который получил стрелу доброты.

— Так оно и есть. Если она вонзилась в твоё сердце, ты не можешь ее вытащить. И вместо физической боли ощущаешь душевное тепло.

— А где искать Искоренителей Зла?

— Везде.

— А если это так, тогда почему на земле так много нечисти?

— Потому, что злодеи не хотят исправляться, и нечисть берёт верх над ними.

— Жалко. Я всегда думал, что зло смертно.

— Это так. Но ты должен молиться, чтобы грешники покаялись от всего сердца.

Ангел вывел Франклина из портала и тот вошёл в спальню, где спала Луиза.

— Ты вернулся в то время, в которое исчез. – Сказал ангел. – Ложись спать, а я буду оберегать тебя и твою жену до самого утра.

Франклин заснул, обняв спящую Луизу, а ангел благословил их. Оба они находились род надёжной защитой. Ангел взял в руки щит и меч, закрыл спящую чету щитом, а меч выставил вперёд — на врага. Много злых демонов пришло в спальню, и все они полегли от ангельского меча. А ангел шептал принцу и принцессе:

— Спите, дети Божьи. На вас смотрит Иисус Христос из окна Своей небесной горницы и благословляет. Это Он послал меня вам в помощь. Не бойтесь окровавленной луны. Чувствуйте, как на вас льется божья благодать. Господь с вами.

Ангел поцеловал спящих, завесил их ложе балдахином и стал молиться. Франклин и Луиза спали спокойно. Над их изголовьем висела икона Богоматери с младенцем Христом – для защиты во сне.

 

Глава 22. ФАКИРЫ.

На другой день король устроил в своём дворце цирковое представление, посмотреть на которое сошлись многие люди. Он очень любил цирк и театр. Но, когда прежние артисты надоедали ему, он тут же увольнял их и в тот же день нанимал новых. Уволенные артисты тогда превращались в бродячую труппу, и выступали на улицах, веселя прохожих и получая хоть мелкие, но зато деньги. В мыслях они то и дело проклинали короля и говорили в его адрес разнообразные бранные слова. Надо сказать, что во дворце им жилось спокойно, и они готовы были даже умереть там.

А на этот раз во дворец пришёл индийский факир Раджив Махараджа. Его до этого долго держали в рабстве и даже запрещали показывать его знаменитые трюки с огнём и глотанием мечей. Но это было далеко не всё, что он умел. Такого факира королю явно не хватало.

— А что ты умеешь? – Поинтересовался король Мартиан.

— Я? – переспросил Раджив.

— Да.

— Я огнедышащий факир, глотатель мечей и пик, фехтовальщик и вызыватель зверей.

— Как ты их вызываешь?

— У меня есть боевой панцирь, на груди которого нарисован тигр, и из этого изображения вырывается этот зверь. Но, только когда я сам попрошу его об этом.

— Я рад, что ты будешь у меня выступать. Ты сегодня будешь соревноваться с моим зятем.

— А кто ваш зять?

— Его зовут Франклин. Франклин Леонтью. Его ещё называют Серебряным лучником.

— А почему Серебряным?

— У него волосы цвета серебра.

— А он тоже факир?

— Да, он умеет делать то, что делаешь ты. Посоревнуйтесь вместе. А победитель получит приз.

Раджив был поражён услышанным, и ему очень захотелось выступить перед его величеством. А ещё больше он мечтал увидеть Франклина, чтобы побольше о нём узнать. И факир стал мечтать посоревноваться с принцем. Ему также хотелось узнать, какой приз получит победитель.

В полдень  началось представление. Луиза сидела около отца и ждала выхода Франклина. Номера должен был объявлять воевода Атонор. Зрители, ожидая начала представления, кричали и свистели, создавая тем самым сумбур и шум. Беркав повернулся к Софии и прошептал:

— О-о-о! Сейчас наш Франк выйдет.

— Хорошо бы. – Изумилась София.

— А знаешь, с кем он будет соревноваться?

— Нет. Скажи.

— С Радживом Махараджей. Этот старик был многократным чемпионом мира в цирковом искусстве. Думаю, наш Франк не хуже.

Раздался гонг, и на середину тронного зала вышел Атонор. Он объявил:

— Здравствуйте, почтенная публика. Сегодня на арене будут соревноваться два талантливых факира: Раджив Махараджа и наш новый принц Франклин Леонтью. Встречайте.

Заиграла музыка, после чего открылись двери и на середину тронного зала вышли Франклин и Раджив. Франклин специально вышел в своём стрелковом костюме, ведь на груди камзола был изображён лев; а Раджив был в боевых индийских доспехах с изображением тигра. Оба факира оделись так, чтобы вызывать своих внутренних зверей. Пажи вынесли два меча и четыре горящих факела на подставке. Франклин и Раджив поклонились друг другу и состязание началось. Раджив очень удивился, что Франклин выдыхал пламя, не используя при этом специальной жидкости.

— Ой, мама. Да он просто волшебник. – Сказал индус.

— Вы ошибаетесь. – Ухмыльнулся принц. – Тут никакого волшебства. Просто это высшие силы мне помогают.

На самом деле Франклин соврал. Он просто не хотел раскрывать своих секретов. Трюки с огнём юноша показывал ещё, когда выступал в театре зверей. Правда, там он ни с кем не состязался. Потом наши факиры соревновались в глотании мечей. Это было довольно неприятно. Хорошо, что клинки были узкими, иначе это плохо сказалось бы на пищеводах и остальных внутренностях участников. Ещё неприятнее было их вынимать. Франклин ещё показал, как он мог проглотить копьё, с чем Раджив не справился.

— Не могу поверить, что мой муж – факир. – Изумилась Луиза.

— Подожди, – ответил король. – То ли ещё будет.

Следующим номером было вызывание зверей. Это было куда опаснее, чем огненное дыхание или глотание мечей. И самое удивительное, что вызванные хищники должны были подраться. Чей зверь умрёт, тот и проиграет. Все это очень волновало обоих факиров. Они встали друг напротив друга и каждый из них прошептал изображению своего зверя следующие слова:

— Древняя сила, проснись. И поскорее в бой пустись.

После этих слов у каждого факира из изображения на груди вырвался свой зверь: у Франклина – белый лев, а у Раджива – жёлтый тигр. Оба хищника рычали и хлестали себя хвостами по бокам. Это они так угрожали друг другу, готовясь к прыжку. Зрители замерли от ужаса. А что, если эти хищники, не дай Бог, нападут на кого-нибудь из людей? Хищнические бои, как известно, были выдуманы королями для увеселения. Можете себе представить, какой азарт охватывал зверей-бойцов и зрителей. Факиры отошли в стороны, чтобы хищники их не разорвали. Звери вступили в битву, в которой только один из них должен был выйти победителем. Зубы зверей были далеко не единственным орудием защиты, они использовали ещё и когтистые лапы. Франклин замер от неприятного удивления – он боялся, что победит тигр. Битва продолжалась. И победил лев, после чего убитый тигр воскрес, а вскоре оба зверя вернулись в изображения на груди своих хозяев.

— Так, кто же победил? – спросила Луиза.

На сцену вышел Атонор и произнёс:

— Победитель принц Франклин. И он получает золотой рог изобилия.

Король послал одного из своих слуг в  зал сокровищ, чтобы тот принёс награду Франклину. Раджив опечалился, ведь были времена, когда он считался лучшим факиром, а теперь это звание получил Серебряный лучник. Когда слуга вернулся, все увидели в его руках золотой рог с цветами и фруктами внутри. Рог Франклину вручил король. Но тот ответил:

— Спасибо, ваше величество, но я признаю только серебро.

— Ты отрекаешься от награды? – удивился король.

— Я рад, что победил. Просто я не достоин золота. Я же Серебряный лучник, а не Золотой.

— Но у тебя же есть эликсир, обращающий любой металл в серебро.

— Я знаю.

Принц нехотя взял награду, а Радживу он дал утешительный приз – мешок монет. Индус успокоился и взял его. Но потом собрался уходить. Франклин спросил:

— Вы уходите?

— Да. – Отвечал Раджив. – Я не достоин выступать перед его величеством.

И тут встряла Авигея:

— А вы не хотите посоревноваться со мной?

— Нет, с меня довольно. Чувствую, я никогда не смогу больше быть чемпионом.

И с этими словами Раджив вышел из дворца. Все долго смотрели ему вслед. А Франклин при помощи эликсира осеребрил свой рог изобилия. В душе ему было жалко Раджива. И юноша загрустил. Но грусть его длилась недолго – пришедший к нему святой ангел сыграл ему на его же арфе.  Ангельское пение утешило и умилило Франклина, он долго смотрел на милое небесное создание и взял его за руку. А что произошло с Радживом и куда он ушёл, никто никогда не узнал.

 

Глава 23. 12 ЛЕТ СПУСТЯ.

С тех пор прошло двенадцать лет. Но я не стала их подробно описывать, так как вышло бы очень много книг. За это время Луиза успела родить Франклину семь детей, из которых выжило только три: Рихард, Беатриса и Ханна, они были тройняшками. А сам Франклин успел поучаствовать в двух битвах, которые он выиграл.

И вот однажды Франклин праздновал своё тридцатилетие. Пришло много гостей, их было аж двести. Были приглашены и четыре феи, которые посвятили его в воины. Все подносили принцу свои дары, пели ему хвалебные песни и даже кланялись до земли. Праздник получился таким же весёлым, как и свадьба Франклина с Луизой. Пир должен был получиться очень богатым. Первым делом подносили лёгкие закуски в виде бутербродов, тостов, канапе, овощных салатов и фруктовых ликёров. Франклин хотел сразу притронуться к первому попавшемуся тосту и съесть его, так как был виновником торжества. Он протянул руку и уже собрался взять желанный кусочек, но Кристиан остановил его:

— Не торопись сынок, пир не начнётся, пока ты не прочитаешь молитву.

— Правильно, Франк, – поддакнула Алисия. – Папа дело говорит.

Франклин тогда молитвенно сложил руки, склонил голову и, закрыв глаза, принялся читать:

— Очи всех на Тя, Господи, уповают. И Ты, даеши им пищу во благовремени, отверзаеши Свою щедрую руку и исполняеши всякое животное благоволение.

Все присутствующие повторили молитву в мыслях и перекрестились. Король благословил трапезу и пир начался.  Луиза подняла рюмку ликёра и, посмотрев мужу в глаза, сказала:

— Милый мой Франк, я и все присутствующие поздравляем тебя с тридцатилетием. Мы хотим пожелать тебе здоровья, счастья и больших побед. Пусть тебя оберегают Бог, Матерь Божия, святые и ангел-хранитель.

— Спасибо. – Отвечал Франклин.

Гости подняли рюмки, чтобы чокнуться друг с другом, создался мелодичный звон стекла об стекло. Все они хором желали принцу всего наилучшего. Каждый брал себе понравившийся бутерброд и клал на блюдо. Угощений было много. Голодные гости были особенно рады такому столу, они даже не подозревали, какие кушанья подадут позднее.

После холодных закусок пошли горячие. Это были жареные лебеди, фазаны и даже павлины. Самым удивительным было то, что птицы прожарились целиком, а их чудное оперение нисколько не пострадало. Перья надо было срезать ножницами. Павлиньи хвосты по форме напоминали гигантские опахала и элегантно качались над каждым блюдом. Потом подавали кабанов, у каждого из которых было по яблочку в пасти и по морковке в дырочке под хвостом. Именно они больше всего нравились Франклину. Подавали также печёный картофель, шашлык из грибов, телячий студень, пироги-курники, тонкие блины и красное вино по-церковному разбавленное водой и приправленное сахаром. Это был кагор. Король Мартиан употреблял кагор только в таком виде и терпеть не мог крепкое вино. Хороши и вкусны были также запеченные журавли, зайцы в лапше, фаршированные грибным фаршем яйца, гренки с чесноком и голубой сыр.

Из рыбных блюд подавали осетровых рыб на длиннющих овальных тарелках, чёрную и красную икру; омаров, осьминогов, креветок и мидий в маринаде; кусочки копченой сельди, стейки из жареного лосося и шпроты. Омары на блюдах выглядели как живые. Их клешни тоже шли в пищу.

Вскоре настало время десерта. Подавали конфеты, торты-тирамису, орехи в сахаре, шоколадные фигурки людей и животных, ягодное варенье и медовые пряники. Всё  это тоже порадовало гостей. Франклин первым покинул трапезу, он поблагодарил Бога за хлеб и соль и сказал:

— Мне что-то нехорошо. Можете продолжать без меня.

— Тогда и я пойду. – Сказала ему Луиза и пошла с ним.

Трёх годовалых детей Франклина и Луизы повели спать. А сам Франклин сел у окна и обратился к Луизе:

— Послезавтра твой день рождения.

— Я знаю. – Отвечала та.

День рождения Луизы получился таким же роскошным, как и у Франклина. Она получила от мужа в подарок обещанные серьги-обманки, ведь для обычных серег она так и не проколола уши. Серьги-обманки цеплялись за ухом при помощи специальной дужки и спереди накладывались на мочку. Они позволяли экспериментировать без обязательств.  Когда праздник закончился, остаток пира по приказу принца и принцессы отнесли на дворцовую площадь — для бедных.

А вечером случилось следующее — Франклин вышел из кабинета астрономии с книгой предсказаний, в которой он писал всё, что видел в волшебном зеркале. Потом принц отправился спать, а король выкрал у него эту книгу, чтобы почитать ее перед сном. Книга сама собой открылась на последней странице. Там было написано: «… Луна целиком покроется кровью. Король Мартиан II Бессердечный умрёт. Это произойдёт 2 октября 993 года…» Тут-то король не стерпел. Он топал ногами и стучал кулаками по стене, а его лицо от злости кривилось в разные стороны.

— Я ненавижу этого Франклина. И зачем я женил его на Луизе? – бурчал он себе под нос.

Уснул король далеко за полночь, когда его злость немного стихла. Всю ночь ему снились кошмары. Видел он во сне также Франклина, который приготовил для него место в камере пыток. Почему королю Франклин приснился чудовищем, спросите вы, да потому что король решил, что тот пожелал ему смерти в своих предсказаниях. А вот о волшебном зеркале его величество ничего не знал.

Утром, пока Франклин спал, король уложил его лодку и пустил по Дунаю:

— Прощай, Серебряный лучник.

И довольный король ушёл домой.

Лодка, подгоняемая ветром, плыла по быстрой реке и вскоре приплыла в Словению. Но там Франклина не ждал тёплый приём. Остановилась лодка у старой заброшенной мельницы, на которой жили русалки и селки, которые играли в поло и жутко верещали. Франклин проснулся от их воплей, схватил лук и стрелы и пошёл искать, куда бы ему приютиться. Идти так пришлось целый день. Пришёл он в опустевшую деревушку, где никого, кроме бездомных собак и кошек не было. Первым делом он стал осматривать дома.

— Привет! – Закричал он. – Здесь есть кто-нибудь?

— Кто-нибудь… кто-нибудь… – вторило словам Франклина эхо.

Все дома до одного были пустыми. А это означало, что он мог остановиться, где вздумается. Франклин зашёл в первый попавшийся дом и спустился в подвал, чтобы найти там еды. Подвал, к счастью, был полон различных запасов, которых хватило бы на целый год. Принц взял два яблока, кубик ветчины, кружку воды и один помидор. Всего этого ему было достаточно, чтобы утолить голод и жажду. Закончив есть, Франклин поднялся из сырого подвала в просторную комнату, где лежала куча свежего душистого сена, и лег на неё.

— Сейчас пора бы вздремнуть. – Сказал он.

Только принц закрыл свои серые глаза, как в них ударил дюже яркий свет. И это был неземной свет. Франклин тут же встал и увидел ангела. При виде этого ангела он не мог не заплакать. Свет, исходящий от небесной твари, не слепил глаза, как это бывает с солнцем. Ангел взял Франклина за руку и сказал ему:

— Для ночлега ты выбрал небезопасное место. Здесь могут быть враги, которые для засады выбирают пустые места. Поэтому я и пришёл к тебе. Я буду всю ночь хранить твой сон до самого рассвета. Спи спокойно, Серебряный лучник, Господь с тобою.

Ангел склонился над принцем, поцеловал его в лоб и принялся петь ему. Пение ангела убаюкало принца, а вслед за ним заснула и природа: горы, рощи, долины и река Дунай. Закончив петь, ангел помолился за своего подопечного и взял в руки щит и меч. Щитом он закрыл Франклина, а меч выставил вперёд, чтобы отразить нападение тёмных сил. Ни один демон не тронул спящего принца – так усердно оберегал его святой ангел. Ночью Франклин видел чудесные сны. Что ему снилось, он не сказал.

На другой день Франклин спустился в подвал, чтобы поесть. Там он нашёл круглое зеркало в старой деревянной раме в форме солнца. Его очень удивила такая находка, ведь зеркала в подвалах никто не держит. Принц смахнул с зеркала пыль и прислонил его к стене. Вначале он увидел своё отражение, но потом оно сменилось изображением австрийского королевского дворца.

— Вот тебе и раз! – Воскликнул Франклин. – Это волшебное зеркало. Теперь я могу видеть что-угодно. Но для этого надо попросить его показать то, что хочешь увидеть. Взять бы его с собой…

Помимо австрийского дворца Франклин увидел своего двенадцатилетнего крестника Йоганнеса, который вёз на маленькой тележке свою приёмную мать — старушку Грету. Когда мальчик приблизился ко дворцу, Грета попыталась встать. Она сделала примерно пять шагов и упала замертво – так она была стара. Йоганнес был вне себя от ужаса, он побежал к королю, который согласился приютить мальчика-сироту.

— Вот бедняга. – Со слезами вздохнул Франклин.

Прошло три дня. За всё это время случилось много нового. Зеркало показывало всё, что происходило в Австрии. А Франклин жил в пустом доме. Брился он при помощи кинжала, умывался водой из колодца, а спал на сене. Каждую ночь ему снилась Австрия, куда он очень хотел вернуться. Наяву Франклин мог видеть только мрачный старый дом и пустые дворы. Его также беспокоило и то, как он вернётся домой. Во дворце, как показало зеркало, все занялись поисками пропавшего принца. Король только делал вид, что ищет своего зятя, в душе он был счастлив. Воины же обыскивали весь город, а вскоре к ним присоединились и остальные люди, включая детей.

— Все меня жалеют, кроме короля. – Пробормотал Франклин, оторвавшись от зеркала. – Надо же, какой он монстр. Да враги, которых я побеждал, просто овечки по сравнению с ним.

Принц вышел во двор, сел на траву и поднял голову к небу. Он надеялся, что вот-вот за ним прилетят Импреза или Авинар. Но никто не прилетал. По небу летели лишь облака или стаи птиц. Так Франклин смотрел на небо, не моргая, так как хотел вовремя заметить нужных существ. Прошло десять минут, потом двадцать, потом час, никого не было. От этого непрерывного взгляда у Франклина начало жечь глаза. Он зажмурился от боли, но это не помогло.

— О силы небесные! – воззвал Франклин к небу, упав на колени. – Воззрите на мои больные очеса. Облегчите мою боль! Услышьте меня, нету сил терпеть.

Только он закрыл глаза руками, как вдруг над его головой раздались чьи-то добрые мелодичные голоса:

— Господь услышал твою мольбу.

Франклин поднял голову и увидел Юану в богатом облачении и с пиалой в руках. Вместе с ней перед принцем стояли Лонгин Сотник и Георгий Победоносец. Наряд Юаны выглядел куда чудеснее, чем бальное платье, которое она носила при жизни. На ней было белое закрытое платье с золотым поясом, персиковая мантия, белые туфли, а дополняли ее наряд золотые венец, серьги и ожерелье. Франклин с изумление спросил:

— Что с тобой произошло, Юана?

Юана ответила:

— Я теперь стала святой. Моя земная жизнь давно закончилась.

— А разве ты умерла?

— Да. Король убил меня.

— Какой кошмар.

— Но есть и хорошая сторона. Я исцеляю от глазных болезней. В этой пиале отвар из очанки. Умой глазоньки, эта трава намоленная. Когда я вышла из своего тела, меня встретил чудесный ангел, он облачил меня в богатый наряд, возложил мне на голову венец, видел в мои уши серьги и застегнул на моей шее ожерелье. А Бог дал мне возможность исцелять глаза. Весь этот отвар я отдаю тебе.

Франклин снял перчатки, подставил руки, Юана вылила в них травяного отвару, и он промыл свои глаза. Боль в миг прошла. Поблагодарив трёх святых за помощь, Франклин отвесил им поясной поклон. Далее он увидел настоящее чудо: в тех местах, где Юана прошла, распустилась очанка. Принц был просто счастлив, что ему удалось припасть к ножкам своих любимых святых. А когда все они исчезли, он снова сел на камень и загрустил. Чтобы утолить голод, Франклин питался травой и слизывал с неё росу. Вскоре за ним прилетел Авинар. Послан он был по приказу Луизы.

— Давай, Франк. Пора ехать, – сказал грифон.

Авинар под утро довёз Франклина до королевского дворца. Там принца заждались. Жена и дети встречали его со слезами радости, далее пришли все остальные. Король тоже был рад, на время позабыв о написанной Франклином дате смерти.

Вечером Кристиан пригласил на пивную вечеринку Атонора и своего друга Зигмунда. Франклин, которому к пиву мало было гренок и раков, принёс двух жирных гусей. Гуси, добытые им на охоте, казались ему худыми и невкусными. По просьбе принца повар замочил гусей в вине, после чего зажарил. Когда Франклин пришёл в бар, там за столом его ждал отец со своим другом и воевода. Всю вечеринку у них разговор был о подвигах Франклина. Самым жутким была тема недавних войн. Каждому гостю было интересно послушать о подвигах своих собеседников, а с гусями стало вдвойне приятнее. Каждому досталось по половине гуся. Хорошая и весёлая была пивная вечеринка.

Пока Франклин отдыхал после своей пирушки, к нему подбежал лемур Джоги с радостным криком.

— Что? Что тебе надо? – спросил принц лемура. – Ты не скажешь?

Лемур прыгнул ему на руки.

— Да, ты соскучился, комок шерсти… – Отрезал Франклин. – На стол не лезь.

Зверёк отлично понимал своего хозяина, поэтому на каждое его слово отвечал криком.

— Джоги, целоваться будем? Целоваться будем? – и Франклин почесал лемуру шейку, после чего тот принялся лизать ему щёки.

 

Глава 24. ТЮРЬМА.

Франклин и Луиза решили прогуляться по берегу Дуная. Они собирали ракушки и складывали из них на песке разные узоры. Луизе это понравилось. Пока Франклин запускал берестяные кораблики, она взялась за ракушку устрицы, эта ракушка по форме напоминала сердце. Принцесса набрала в неё воды. Да не тут-то было. На ракушку села большая стрекоза, и Луиза выронила свою находку. К несчастью, ракушка оказалась острой, она больно ранила Луизе ногу до самой крови. Та вскрикнула от боли:

—  Франк, на помощь! Я поранилась!

На ее крик прибежал Франклин. Принцесса сняла равный чулок, залитый кровью, затем — второй и приподняла подол платья, чтобы не запачкать его, а туфли уложила на песок. Кровь из раны текла жуткой красной линией по босым ногам Луизы, образуя на песке круглую, точно тарелка, лужу. Франклин обнял жену за плечи и поглаживал ей локоны. Но это ненадолго успокоило Луизу.

— Не плачь, любимая, я с тобой. – Утешал ее Франклин. – Любовь всегда сильнее боли.

Луиза не могла терпеть – настолько боль была сильной. Она жалась к мужу и тихо плакала. Рана кровоточила, а боль не утихала. Франклин промыл рану речной водой, после чего тяжко вздохнул:

— Жалко, что у нас нет заживляющего бальзама.

— Да уж, – подтвердила Луиза. – Если бы я предвидела ситуацию, то подготовилась бы к ней заранее.

Было очень обидно. Оба супруга горевали. Однако, их печали вскоре пришёл конец. К ним явился ангел с хрустальным флаконом в руках. В этом флаконе была синеватая жидкость с приятным запахом.

— У меня для вас есть целебный бальзам. – Ласково сказал принцу и принцессе ангел. – Я принёс его вам. Сам Небесный Отец посылает вам через меня Свою милость. Вечером сходит в церковь и постойте на литургии.

Франклин и Луиза поцеловали ангелу крылья и взяли из его рук флакон. Луиза обработала себе рану, и рана тут же затянулась.

А вечером состоялась обещанная литургия. Франклин сидел на скамье под иконой Святой Троицы и держал Луизу за руку. Тем временем в церковь зашли Импреза и Авинар, что очень удивило прихожан. А больше всех удивился король, он вышел из себя. В этот момент ему вспомнились предсказания о точной дате своей смерти.

— Ну, теперь ты меня ещё больше разозлил, Серебряный лучник. Ты осквернил церковь, разрешив этим грифонам войти в неё. И за это ты и твои приятели-стрелки хорошенько поплатитесь, –  проворчал король.

На другой день Франклин пришёл к своим подчинённым, чтобы собрать их в бойцовский клуб. Те очень обрадовались и побоялись упустить такую возможность. Только лучники собрались ехать, как вдруг раздались страшные удары в дверь. Первой к двери подбежала Авигея:

— Кто там?

— Стража короля. – Отвечали снаружи.

Пришлось открыть. На пороге стояло два десятка стражников. Они были вооружены до зубов. По всей видимости, от них ничего хорошего ждать не следовало. Вальтер спросил:

— Что привело вас сюда?

— Не что, а кто. – Отвечал один из стражников. – Мы здесь по приказу короля. Вы обязаны пойти с нами.

Все семь стрелков нехотя подчинились. Король приказал привести их, но зачем? Версий было много, причём, все до одной плохие.

Пленников провели в большой зал, где за большим столом сидели король и судья. Вид у короля был очень злым, так что на хорошее надеяться не следовало. Франклин был удивлён, ведь на суде он никогда ещё не был, а только слышал о нём. Судья объявил на весь зал:

— Встаньте! суд идёт.

Подсудимые встали. Они с неприятным чувством ожидали, что произойдёт далее. Прокурор обратил свой взгляд к ним и строго сказал:

— Вы обвиняетесь в кощунстве. Все, до одного.

— Зачем вы судите меня? – Удивился Франклин. – Я же принц, ваш зять.

— И меня. – Добавил Беркав.

Но король ответил:

— Принцы вы, или нет – это не лишает вас обвинения. Дело в том, что вы все осквернили церковь. Вы позволили двум своим грифонам пройти туда. Это карается очень страшно. Теперь церковь закрыта – по моему приказу. Вы все должны ответить за это кощунство. А ваши грифоны теперь будут в клетке, как и вы в скором времени. Но тайком их освободить нельзя – охрана около клетки надёжна.

В зал вбежала Луиза, а за ней: Кристиан, Алисия, София и другие знакомые Франклина. Луиза с воем бросилась к отцу в надежде, что тот смягчит наказание для подсудимых. Она печально произнесла:

— Папа, мой муж и его сообщники не виновны. Они должны жить, пощади их.

Защищать Франклина бросились и все остальные, но они боялись приблизиться к королю. Луиза с горькими слезами упала на колени, пытаясь разжалобить его, но он вместо этого разозлился ещё больше:

— А ну, тихо, шавка! Никто не смеет возражать мне.

— Не делай этого, он ни в чём не виноват. Прошу тебя. – И принцесса схватилась за край отцовской мантии.

— Это что такое! Это что такое? – в ярости вскрикнул Мартиан и отлупил дочь жезлом. – Страх потеряла? Я тебе сейчас порыдаю. Хабалка рыночная.

От этого оскорбления Луиза начала рыдать ещё громче прежнего. Она такого не ожидала – теперь король плохо отнёсся и к ней. Принцессе оставалось только покинуть зал суда. Тем временем к королю явился канцлер и попросил подписать ордер на арест Франклина и остальных стрелков. Их защищал чуть ли не весь зал, но, несмотря на это, их признали виновными. Подписав важные бумаги, король ударил в гонг, на звук которого в зал вошли стражники. Его величество был в ярости. Он сказал:

— Отведите Серебряного лучника и его подчинённых в тюрьму. Пусть обдумают своё поведение.

Стража мгновенно схватила пленников и повела на первый этаж, где находилась тюрьма. Там начальник полиции принялся осматривать их. У него на лице была злая гримаса, делавшая его похожим на саблезубого тигра. Спорить с ним, как поняли семь лучников, было опасно. Первым делом начальник полиции указал на луки и кинжалы:

— Оружие прошу сдать. Оно вам больше не понадобится. А питомцев ваших уже отвели в зверинец.

После сдачи оружия наших стрелков переодели во всё чёрное, а Франклин и Беркав вынуждены были отречься от корон и мантий, которые указывали на то, что они принцы. Полицейский сказал:

— Второго октября вас всех в полдень обезглавят. Это решение нашего короля. А теперь в камеру.

На бедных  стрелков надели наручники и отвели в тюремную камеру, где их ждали сухари и вода. Дверь заперли на большой замок. Вскоре к ним подселили и Софию, она тоже была в чёрном. Вечером в тюрьму спустилась Луиза, с ней был священник, которого прислал король, чтобы исповедовать пленников перед казнью. Священнику разрешили войти в камеру. И началась исповедь. Каждый перечислил свои грехи до одного, зная, что это последняя исповедь. Когда все исповедовались, священник сказал:

— Дорогие братья и сёстры. Повторяйте за мной слова покаянной молитвы: «Дорогой Господь, я раскаиваюсь в своих грехах. Я верю, что Ты пострадал на кресте за меня, Ты отдал Себя в жертву за наше беззаконие. Прошу Тебя от всего сердца, отгони от меня нечистую силу, даруй моим устам вечное славословие, а очесем – возможность созерцать всякое благо. Войди в моё бедное сердце, омой меня Своей святой кровью. Не оставь меня грешнаго. Я знаю, что Ты любишь меня. Аминь».

По прочтении молитвы, пленники обратили свои взоры на священника, возле которого вскоре появились ангелы.  Они обратились к нему:

— Эти люди раскаялись. Их следует усыпить, чтобы грехи не вернулись к ним. До казни они должны пребывать в праведном состоянии. А безгрешен человек только во сне.

— Да, усыпляйте. Противостоять казни невозможно. Чему быть, того не миновать. – Отвечал Священник.

Надо сказать, Франклин понял, что после смерти его ждало Царство Небесное, и он радовался предстоящей казни. Ангелы запели, их пение нагнало на стрелков сон. И этот сон должен был развеяться в день казни. Ангелы поцеловали спящих и встали на их защиту. Каждый ангел имел при себе щит и меч для борьбы с нечистью, ведь человеческая душа наиболее уязвима во сне.

А Луиза, оставшись со своими детьми, печально смотрела на портрет мужа и плакала. Потом она отыскала в сундуке луки, принадлежавшие заключённым стрелкам. Причём, на каждом луке и колчане было выцарапано имя их владельца. Луиза взяла лук Франклина и отправилась на стрельбище. Оно было пустым, на нём не было никого, даже бездомных детей. Принцесса зарядила лук и выстрелила. Стрела попала в цель. Выстрелила опять — то же самое. А стрелы в колчане всё не убывали. Так она стреляла, пока не разодрала кожу пальцев до сукровицы.

— Теперь я понимаю, зачем лучникам перчатки. – Догадалась Луиза.

Принцесса легонько подула на поцарапанные пальцы, отчего боль медленно отступила, а кровь остановилась. В слезах Луиза села на ступени парадного входа во дворец, около которого стояли две статуи грифонов. Она плакала, понимая, что Франклина казнят. Вдруг она услышала громкое урчание. Перед ней стоял серый кот, и не просто серый – он был пепельным; шерсть его по цвету напоминала волосы Франклина. Кот терся об ноги Луизы и мурлыкал.

— Что ты хочешь сказать мне, серенький? – Спросила кота Луиза.

Но кот не понимал ни единого слова, а только сидел и мурлыкал, как это обычно делают кошки при виде добрых людей. Принцесса взяла кота на руки и пошла в тюрьму посмотреть, что там к чему. Тюремщики разрешили ей пройти. Прямо на глазах Луизы один из них изготавливал гробы, и гробов было одиннадцать. Каждый из них был обтянут синим бархатом с чёрными кружевами в форме акульих зубов, а на крышках помещались серебряные рельефы ангелов с крестами. Смотреть, как мастера декорируют гробы, принцессе вскоре надоело, и она подошла к двери тюремной камеры. Через решётку Луиза увидела спящих узников, разодетых в чёрное и спящих на полу. Среди них была и София, которую сочли соучастницей кощунства. Она лежала па полу, раскидав свои пепельные волосы во все стороны.

— Слава Богу, что хоть детей наших помиловали. – Зашептала Луиза. – Услышь меня, Франклин. Ты, как сказали мне ангелы, получишь возможность спастись после казни.

Простояв так до вечера, она поднялась в свою комнату.

Наступила ночь. Луиза легла спать одна на своё ложе. Подушка, на которой когда-то спал Франклин, навевала на бедную принцессу печаль. Эта подушка опустела, она скучала по волосам и щекам заключённого принца. Луиза погладила ее и печально сказала:

— Всё кончено, Франк. Теперь я уже никогда не усну с тобой в обнимку. Больше я тебя никогда не увижу.

А Франклин тем временем сладко спал и видел во сне, как гигантские крысы перегрызают решётку, чтобы его освободить. В реальности Авинар и Импреза могли бы ему помочь, но их заперли в крепкой клетке, к которой ещё и охрану приставили. Поверить в то, что скоро состоится казнь, было очень трудно.

 

Глава 25. ОСТАЛАСЬ ОДНА ЛУНА.

Кристиан и Алисия печально перебирали самоцветы. Глядя на серебро, они невольно вспоминали своих детей, в частности Франклина, так как у него одного была серебряная кровь. Алисия тяжело вздохнула и на ее глазах поступили слезинки размером с булавочную головку. Кристиан отложил работу в сторону и подошёл к жене, не зная, что сказать ей. Оба они оплакивали своих сына и дочь, приговорённых к казни без всякой вины. Родительское сердце, как известно, не сможет выдержать такого ужаса, как смерть детей.

А тем временем король Мартиан отправился с Луизой на речную прогулку по Дунаю, думая, что это поможет ей забыть о Франклине. Лодочник не вступал с ними в разговор. Король обратился к дочери:

— Ты не должна жалеть Серебряного лучника, даже, если он твой муж. Он враг народа. Из-за него я попадаю в разные неприятности, типа точной даты моей смерти, а ещё он осквернил нашу самую любимую церковь.

— Как? – удивилась Луиза.

— Да очень просто. Грифон Авинар вместе с Импрезой, покровительницей стрелков, дружат… а точнее, дружили с твоим мужем. Так вот, он позволил им войти в церковь, и даже не остановил их. Это получается измена церкви.

— Он на такое не способен. Ты лжец. Ты просто лжец.

— Зачем ты его защищаешь? А? красавица!

— Я люблю его, он столько добра сделал многим.

Король ничего не ответил. И они вернулись во дворец.

Ночью взошла луна кроваво-красного цвета. Своим видом она нагоняла не только страх, но и печаль. Причём, это жуткое душещипательное зрелище увидел весь мир. Красная луна пугала людей, некоторые даже покончили жизнь самоубийством. Они решили, что это конец света. Не знали они, что красный цвет луне придавала кровь. Австрийцы первыми увидели кровавую луну. Астрономы, работавшие над картой лунной поверхности, установили, что кровь покрыла ее целиком, отчего затруднила все наблюдения и ухудшила лунное свечение. Как постановили провидцы, это была последняя кровавая луна в 993 году. Кровь на луне негативно повлияла на природу. На Дунае произошло странное явление — уровень воды в реке резко упал и рыбак Виктор Сайц оказался на мели; по его мнению во всём были виновны аристократы из Вадуца. Это могло бы развязать войну между Австрией и Лихтенштейном. Австрийцы, зная это, молились об избежании войны. Другие страны тоже волновались за свою судьбу. В общем, всюду царило великое смятение.

А что касалось короля Мартиана, он обратился к своему придворному звездочету, который объяснил, что кровь на луне – это кровь всех людей, которых он убил при жизни. И это был недобрый знак для его величества. Король вернулся к себе в комнату, завесил окна и запер двери, чтобы не видеть кровавой луны. Он во всём винил Франклина и подчинённых ему шестерых лучников. Можете себе представить, как разозлился король. Успокоить его было очень трудно. Никто, даже стража и министры, не осмеливались к нему приблизиться и перекинуться словом.

Когда король пошёл спать, то увидел в своих покоях нечто невообразимое. Раздался страшный грохот, словно на асфальт с крыши свалилось семьдесят тысяч металлических бочек, а комната осенилась янтарным светом. Мартиан был неприятно удивлён к нему начали являться призраки всех тех, кого он убил в своей жизни. Они проклинали его, говорили ему всякие обидные ругательства и даже желали ему смерти. Это были люди разных возрастов. Потом появились и животные, которые норовили наброситься на Мартиана и разорвать на части. Король проснулся и увидел этих призраков наяву.

— Нет, – возразил он. – Это не сон.

— Конечно. – Соглашались с ним призраки.

Надо было спасаться. Но не так просто оказалось это сделать — призраки ведь могут и сквозь стену пройти. Среди них была и Юана, она тоже, как вы уже знаете, была убита королём. Правда, была Юана не призраком, а святой. Просто ей хотелось напомнить Мартиану о своём убийстве. Но король не считал себя виноватым. Животные же говорили на своих языках.

— Ты убил нас, король Мартиан. Осталась одна луна. И она последняя в твоей несчастной жизни. Вся кровь на этой луне – наша. И не только наша. Скоро ты лишишь жизни ещё несколько людей.

— Ну, что вы на меня так напали? Разве вы не понимаете, что есть короли куда злее, чем я?

Но призраки не слушали его они высказывали свои претензии к нему:

— Ты просто чудовище!

— Никто из королей ни в одной стране и ни в одном городе ещё не убивал столько невинных душ.

— Быть таким злым и не стыдиться этого… Позор!..

— Да ты такой злой, что черти тебя ни в один Ад не берут.

— Убить бы тебя…

Так призраки донимали короля ещё долго, но он пропускал их слова мимо ушей. Не хотелось ему осознавать своих злодеяний. Каждое своё действие он аргументировал тем, что королю можно делать всё, что вздумается. Король очень любил себя и поэтому не любил, когда его критиковали. Это было у него с самого детства. Ребёнком Мартиан часто рисовал на бумаге гробы, виселицы, палачей и могильные кресты. А потом начал рисовать и сцены жестокости. От его рисунков за версту пахло жутью. Он также считал, что чтобы никого не бояться, надо самому стать ужасным.

А Луиза сидела у окна и смотрела на красную луну и плакала. Тут к ней явились семь ангелов, при виде которых она замерла, а душа ее затрепетала. Печальная Луиза положила руку на сердце и произнесла:

— Пойте мне, ангелы мои милые. Совсем мне горько стало.

Ангелы запели, отчего глаза принцессы стали светлыми, а лицо озарилось нежным румянцем. Один ангел обнял ее своими большими белыми крыльями, и она почувствовала тепло. Это было божественное тепло, а на голову Луизы с неба длилась божья благодать. Но ей всё же не хватало Франклина, она целовала его портрет. Бедный Франклин – его скоро должны были обезглавить ни за что, ни про что. Но обезглавить собирались ещё и его сообщников. У Луизы не хватало слёз, чтобы оплакать всех. Она даже вспомнила о гробах, которые видела в тюремном коридоре. Ее также удивило и то, что Франклин радовался предстоящей казни.

— Не забывай навещать своего мужа в тюрьме. – Сказали ей ангелы. – Он хоть и спит, но молится. Молитву читает его вечно бодрствующая душа.

Луиза по просьбе ангелов каждый день ходила в тюрьму, чтобы посмотреть, как там узники. Глядя в сторону Франклина, она слала ему воздушные поцелуи. Франклин мог видеть с закрытыми глазами, и он во сне улыбался жене. Слёзы Луизы слились в три ручья. Детям она ничего не говорила, так как не хотела их огорчать и они ничего не поняли бы. А Импреза и Авинар томились в грязной клетке и жалели, что не смогут никого спасти. Их не покидали мысли о семи лучниках, им хотелось, чтобы стража у их клеток поскорее уснула, тогда кто-нибудь освободил бы их. Но, к сожалению, эти ожидания не оправдались. Грифонам оставалось лишь смотреть на кровавую луну и печалиться.

А что до короля? Призраки приходили к нему еженощно, они не спешили отстать от него. Неприятно было Мартиану слушать их бесконечные упрёки. Каждый раз он переходил в новую комнату, надеясь обмануть их и скрыться посохраннее. Однако призраки были не так глупы, как он себе представлял. Они находили его, где бы он ни прятался, что очень огорчало и раздражало его.

 

Глава 26. КАЗНЬ.

Дни проходили за днями. И вот наступил решающий день. По всей Вене разнеслась ужасная весть о том, что принц Франклин по прозвищу Серебряный лучник, его сестра и подчинённые будут казнены на дворцовой площади. Этот день должен был оборвать жизни нескольких людей навсегда. Узнав о казни, некоторые люди надели свои торжественные наряды, но в душе очень жалели подсудимых. Они только делали вид, что презирают их.

— Все на дворцовую площадь! – кричал гонец, размахивая чёрным флагом. – Сейчас всё начнётся.

Король сидел за столом и завтракал, а палач смотрел на него из-под чёрного колпака с прорезями для глаз и со злым видом натачивал секиру. Никто не сомневался в намерениях его величества. А Луиза спряталась у себя в комнате и примеряла маски с нарисованными у глазных отверстий красными слезами. Почему красными? Да потому, что этот цвет ассоциировался с кровью – это были кровавые слёзы, слёзы искренней скорби. Маска закрывала принцессе всё лицо, так что никто не увидел бы ее заплаканного лица. Король разрешил ей прийти на казнь в маске.

Народ рекой стекался на площадь, где на эшафоте стоял палач и теребил рукоять своей секиры. Одним своим видом он нагонял страх. Кристиан и Алисия заплакали наперёд. Люди начали занимать свои места и покупать еду и напитки, они не знали, сколько времени им придётся ждать решающего момента. Королевские слуги вынесли на площадь стол с соками, сладостями и бутербродами в качестве бесплатного угощения.

— Начинали бы скорее, – ворчал кто-то в толпе. – Я не могу долго ждать.

— Да уж. Так до утра просидим. Совсем о других не думаете.

Король и принцесса сидели на почётных местах, принцесса была в маске. Ей очень повезло, что отец не видел слёз на ее глазах, а видел только те слёзы, которые были нарисованы на ее маске. Не знал никто, что все подсудимые радовались собственным казням. Палач смотрел на дверь, через которую к эшафоту проведут приговорённых навстречу смерти, и он считал шёпотом:

— Раз, два, три… раз, два, три…

Заиграли трубы и барабаны, близилась казнь. К плахе подошёл королевский министр и, когда вывели подсудимых, он оглушительно  закричал:

— Именем короля Франклин Леонтью и его сообщники приговариваются к смертной казни путём обезглавливания. Они осквернили главную церковь нашего города, выпустив туда двух грифонов и отрицают свою вину. Так пусть они умрут прямо здесь!!!

Ужас овладел зрителями. Подсудимым по очереди завязали глаза, прежде, чем отправить на плаху. А палач злобно бормотал себе под нос неприличные фразы. Дети, пришедшие смотреть на казнь, дрожали как зайчата и жались к родителям со слезами и диким рёвом. Но палач был очень спокоен, он манил свободной от секиры рукой подсудимых, называя их по именам.

— Беркав Лозинский. – Сказал палач.

Беркав с завязанными глазами торжественно двинулся к плахе, чем очень удивил зрителей. Он послушно положил голову на плаху, и на его шею обрушился удар секиры, которая была острее бритвы, а голову отсекла словно масло. Люди заплакали, а остальные подсудимые остались ждать своей участи. Следующей была София, а за ней: Вальтер, Вольфганг, Отис, Авигея, Альберт. Франклин остался один. Палач не спешил подзывать его. Бедный принц повернулся к эшафоту спиной, так как не хотел видеть ужаса казни; он мог видеть, несмотря на повязку на глазах. Прошло несколько минут, и палач проговорил:

— Франклин Леонтью! Подойдите к плахе.

Франклин гордо двинулся на казнь. Зрители не знали, что он был рад этому и что он мог видеть с закрытыми глазами. А чтобы принцу было мучительнее умереть, в него начали швырять гнилыми фруктами и плеваться. Кое-кто применял ненормативную лексику. Но Франклин не обращал на это никакого внимания, он думал о Боге и скором путешествии в Царство Небесное. Смерть подкрадывалась медленно. Подойдя к плахе, Франклин согнулся, а палач стукнул его по плечу, чтобы тот встал на колени и положил голову на плаху. Бывший принц так и сделал. Палач поднял секиру, она засверкала на солнце, и… пепельная головка Франклина упала у ног палача. Серебряный лучник был уже мёртв.

— Горе-то какое! – воскликнули Кристиан и Алисия в один голос, после чего упали и больше уже не встали.

Мёртвое тело Франклина было залито его серебряной кровью. Цвет этой крови очень удивил зрителей и палача, он в ужасе отскочил в сторону. Сам же Франклин вышел из тела и с ужасом покинул место казни. Тут перед ним появилась белая мраморная лестница и устремилась в небо, а потом загорелась яркая синяя звезда. Душа принца отправилась за ней вверх по лестнице… Подробно об этом вы узнаете из следующей главы!

А на земле произошло следующее. Трупы и отрубленные головы стрелков и трёх их родных положили в гробы. Возле гробов собрались скорбящие ангелы и заплакали. Луиза не могла выдержать такого жуткого зрелища и бросилась к отцу:

— Папа, это ужасно!

— Что? лучника жалко! А меня тебе не жалко? – Вскрикнул король Мартиан.

— Это был мой муж и твой зять.

— Я знаю, моя красавица.

— Я его очень любила. А теперь смерть нас разлучила.

— Если этот твой лучник-разлучник тебе так дорог, то я верну его тебе.

— Как?

— Пошли со мной.

Слова короля смутили принцессу-вдову, и она долго не могла понять, что он на самом деле имел ввиду. Луиза пошла за уходившим отцом. Он привёл ее в длинный коридор с множеством ниш в стенах. В каждой такой нише стояли статуэтки плачущих ангелочков, а на стенах висели картины, изображающие средневековых людей с дикими зверями. Глянув на портрет лучника, восседающего на зебре, Луиза задрожала, ее внутри начало трясти. А всё из-за того, что этот лучник был похож на ее покойного мужа. Шли отец и дочь ещё очень долго. Наконец, они пришли в комнату, где содержались слоны.

— Ну, всё. Пришли. – Сказал король.

Слонов было три. Укротитель больших зверей устанавливал на середине комнаты цирковую тумбу, имевшую форму усечённого конуса; и предназначалась она для того, чтобы на неё взбирались звери. Рядом с тумбой лежал гроб, что ещё больше удивило и даже напугало принцессу. Когда тумба была установлена, к укротителю подошёл король и что-то прошептал ему на ухо – чтобы Луиза не слышала. Она сняла свою траурную маску и бросила ее в очаг, прогревающий слонов. Укротитель кивнул королю в ответ головой, взял принцессу за руку и сказал ей:

— Опуститесь на колени, милая. А голову положите на тумбу.

Луиза подчинилась. После этого укротитель забрался на слона и крикнул: «Гай! гай!» Слон подошёл к лежащей на цирковой тумбе принцессе и встал на дыбы. Когда хозяин ударил слона по голове деревянной тростью с металлическим набалдашником, зверь взревел и положил свою переднюю лапу на голову принцессы, которая успела произнести:

— В руце Твоё, Господи Иисусе Христе Боже мой, передаю дух мой. Ты же мая благослови, Ты же мая помилуй и живот вечный даруй мне. Аминь.

А слон всё сильнее и сильнее придавливал голову Луизы, пока она не скончалась. Король и укротитель без зазрения совести смотрели на ее мёртвое тело, которое стражники положили затем в гроб. Мартиан был очень спокоен, словно не его дочь казнили, он с улыбкой отправился к себе в покои, чтобы вздремнуть.

— Ну теперь-то она увидится с ним на том свете. А то ее плач по этому лучнику меня, если честно, уже достал. И что она такого в нём нашла, что вышла за него замуж? Не понимаю. — Бормотал король Мартиан. – Мне он ничего хорошего не сделал, разве что врагов из Австрии прогнал. Но ничего, посплю часок-другой, может, забуду о своих мучениях.

После полуденного сна король Мартиан вышел на балкон, чтобы выпить бокал кагора. Только он осушил свой бокал до дна, как над его головой раздалось мерзкое карканье. Его величество поднял голову и увидел большого чёрного, как сажа, ворона. Чёрная птица летала над ним и пронзительно кричала:

— Мартиан предатель! Мартиан урод! Ты убил Франклина и его подчинённых.

— Молчи, глупая птица. – Рассердился король. – Я ни в чём не виноват. И больше не произноси никаких имён на букву «Ф».

— Предатель! изменник! убийца!

Мартиан замахал руками, чтобы прогнать ворона, но тот не улетал. Дело закончилось тем, что ворон выклевал королю глаза. Утратив зрение, Мартиан стал метаться во все стороны и кричать. Не знал король, что это был тот самый ворон, который надоумил Франклина стать воином. Злость короля росла с каждой секундой. Ворон клевал его на этот раз уже в затылок. Мартиан двигался ощупью, он даже сам не заметил, как залез на парапет. Разъярённый ворон клюнул его боль неё прежнего. Король сорвался с балкона и полетел вниз. А внизу были натыканы колья, Мартиан напоролся на них и тут же умер. Никому не было жалко этого злого короля, попавшему затем в Ад.

С момента жестокой казни прошло два дня. Наших героев похоронили на кладбище со всеми почестями. Возле могил собрались скорбящие ангелы, они упали на колени, опустили головы и заплакали вместе с людьми. Все они плакали кровавыми слезами. Некролог произнёс воевода Атонор:

— Друзья мои! Я знаю, каково это потерять своих друзей и близких. Но, увы, ничего не поделаешь. Франклин Леонтью и его сообщники отдали Богу свои души. Все они помогали нам и ничего взамен не просили. Они не жалели себя ни для кого и ни для чего. Так, пусть, они направятся в мир радости и вечного блаженства, куда не каждому дано попасть. И пусть явится к ним для этого стая белокрылая. Именно белокрылая и больше никакая. Хвала героям во веки вечные. Вечная им всем память!

После погребальной церемонии Атонор освободил Импрезу и Авинара из клетки. А на другой день принца Рихарда, годовалого сына Франклина и Луизы, избрали австрийским королём. На троне с ним должна была сидеть крылатая львица Импреза, чтобы помогать ему. И малыш ее ни капли не боялся. Это зрелище очень удивляло людей. Импреза нашла с маленьким королём общий язык ещё при его рождении. Из Рихарда должен был получиться чудесный король.

Лук и кинжал Франклина взял его племянник Вилли, которого называли «вторым Серебряным лучником», так как его волосы тоже были пепельными. На его луке и колчане имя «Франклин» сменилось на «Вильгельма». Вилли, по словам многих людей, а также Импрезы и Авинара, должен был доделать все дела, что Франклин – его дядя не успел сделать при жизни. И мальчик блестяще с этим справился. Короны, пояса и мантии своих покойных дяди и тёти он надел на статуи Христа и Богоматери. А церковь Австрии канонизировала Франклина и устроила ему молебен.

 

Глава 27. У НЕБЕСНЫХ ВРАТ.

Франклин, облачённый в стрелковый костюм и вооружённый кинжалом и луком, шёл вверх по лестнице. Точнее, это был не сам Франклин, а его душа. По перилам лестницы явились гирлянды роз и вьюнка. С каждой пройденной ступенью принц чувствовал себя всё легче, с его плеч упало тяжёлое мирское бремя. Земля, которую он покинул, становилась всё меньше и меньше, и, поднимаясь, он созерцал всю ее красоту. Теперь, оставив землю позади, Франклин мог видеть с верху всё: горы, леса, реки, моря, луга, города, поля, сёла, пустыни, небесные светила и все божьи творения. Его глаза не были столь образованы, как теперь, по разлучении души с телом. Ветер развевал его пепельные волосы, казавшиеся ещё более похожими на серебро. Принц смотрел вверх и улыбался, обнажая белоснежные зубы. Космос уже остался позади.

— Где это я? – удивился принц.

Лестница закончилась. Перед Франклином показались необычайной красоты ворота. Они целиком были сделаны из золота, отчеканены и украшены самоцветами, точь-в-точь как царские врата в церкви. Это были небесные врата, такие, какими их описывают во всех священных книгах. За этими воротами находилось Царство Небесное. Так больно было верить, что это случилось на самом деле и так скоро. Франклин стукнул несколько раз в позывное кольцо и огромные створы ворот отворились. Он встал на колени, воздел руки кверху и воскликнул:

— Слава вам, силы небесные! Слава вам!

Ангелы повели Франклина за собой и запели:

          Бог тебя благословил

          И в Раю определил,

          И сердце Богу отдал ты,

          Позабывши все мечты.

          Ты сияешь как луна —

          Твоя душа осветлена,

          Вот святое серебро

          Всей души твоей добро.

           О как ты мечтал к Богу путь свой найти,

           Ты покинул свой мир, чтобы стать частью Рая.

           Сердце свято таит Божью милость.

            Бога любить, жить в любви ежеденно,

             Можешь ты теперь всегда.

            Петь хвалу Ему и честь

            У тебя возможность есть.

           Твои ликуют очеса,

           Тебя ласкают небеса.

           Дни блаженства начались,

           И ты обрёл другую жизнь.

           Смерть не властна над тобой,

          Потому что ты святой.

          Сердце Богу отдано

          И всё давно предрешено.

          О как ты мечтал к Богу путь свой найти,

          Ты покинул свой мир, чтобы стать частью Рая.

          Сердце свято таит Божью милость.

           Бога любить, жить в любви ежеденно,

           Петь хвалу Ему и честь

            У тебя возможность есть.

            О как ты мечтал к Богу путь свой найти,

           Ты покинул свой мир, чтобы стать частью Рая.

            Сердце свято таит Божью милость.

            Бога любить, жить в любви ежеденно,

             Петь хвалу Ему и честь

            У тебя возможность есть.

Франклина усилили слова этой песни, так сладко пели ее ангелы. Они приветствовали его как нового святого. Когда он шёл, ангелы бросали ему под ноги цветы, чтобы мягче было ступать. Так Франклина ещё никто не чествовал. Он ощутил на себе доброту небесных созданий. Ему от радости даже хотелось петь. Ангелы повели Франклина за собой, и перед ним показалась часовня. Внутреннее убранство этой часовни поразило его своей красотой.

— Что это? – Спросил Франклин, осматривая ее.

— Эта часовня воздвигнута в твою честь, – ласково сказал один из ангелов. – Здесь ты будешь жить и молиться. Ты обрёл вечное блаженство. Теперь ты навсегда забудешь беды. Никакой демон не коснется тебя. Луиза тоже будет жить с тобой. Когда она была жива, мы часто зазывали ее в гости.

— А я, когда был земным созданием, увидел страшный сон.

— Какой же? Скажи, дитя божье.

— Мне снилось, что я ходил по лесу и искал грибы и ягоды. Ко мне слетались ангелы и пели мне. Я млел от их песни. И тут из кустов выскочил демон. Он схватил копьё и стал протыкать их.

— Кого протыкать?

— Ангелов, певших мне. А иным отрывал крылья.

— Какой ужас. Но в реальности такое невозможно, так как нас, ангелов, защищает Бог. Иди же с нами и ты увидишь всех, кто принял смерть от рук злого короля Мартиана, как и ты. Именно о твоей казни молчали пророчества. Тебе очень хотелось раскрыть этот секрет, и теперь он раскрыт.

Франклин обрадовался, его радость нельзя было описать никакими словами. Он пошёл вслед за ангелами. Отовсюду слышалась радостная музыка и херувимские песни — это ангельский хор славил Бога, восседавшего на троне в роскошном царском облачении. Принц заплакал, увидев Его кроткое и милостивое лицо, после чего отвесил Богу земной поклон. Много людей и животных, живущих душа в душу, увидел Франклин. Двинувшись дальше, он увидел своих родителей, жену и сестру. Были там также его подчинённые: Беркав, Вальтер, Вольфганг, Авигея, Отис и Альберт. Вместе с ними Франклин увидел и Юану, благословлявшую заросли очанки. Все были рады Франклину и радостно его приветствовали. Луиза подбежала к мужу и они по-супружески нежно расцеловались.

— Меня тоже казнили. – Сказала Луиза. – А всё из-за того, что я оплакивала тебя, милый мой Франк.

— А как? – удивился Франклин.

— Папа отвёл меня в зверинец. Там стоял гроб, а потом меня раздавили слонами. Зато теперь мы снова вместе.

— Я счастлив, ведь мы останемся вместе навсегда. И я смогу бесконечно целовать тебя в сердечко. А ещё мы вместе будем славить Бога и молиться Ему о благополучии мира. Ведь это Он связал нас всех судьбою и соединил всем нам руки.

— Слава Ему. Он всё так хорошо устроил. Ранее ты думал, что всё проходит, становится горсткой пепла или теряется в белой дымке и что мы не вечны. Но это, слава Богу, не так. Мы все будем жить как небо, плыть вдаль как лебеди, зная, что после нас останется мир. Чудесный мир. Наш Бог всё так чудесно устроил. Его славу я пою род звуки арфы. Ты даже не представляешь, как это приятно быть с Богом.

— Ещё бы. Пить Его благодать и купаться в лучах Его славы – это чудесно. Он милостив над миром.

Франклин много времени провёл с родными, он с нежностью смотрел на грешную землю. Его очень обрадовало то, что канонизировали. Теперь этот принц именовался святым мучеником Франклином Венским и покровительствовал воинам. Много историй о Франклине рассказали австрийцы. Они даже построили на кладбище усыпальницу для его родных. А святые ангелы день ото дня собирались у этой усыпальницы и пели свои сладкие песни.

— Славься, славься, всё кругом! – не умолкали ангелы.

Так за короткое время Франклин уже успел прославиться на своей родине, в Австрии. Люди и животные каждый день приходили к его усыпальнице, и на них лилась божья благодать. Потомки Франклина (а у них пепельные волосы, светлая кожа и серо-голубые глаза) до сих пор ходят по нашей земле, некоторые даже не подозревают, о том, кто их предок и какой он. А кровавая луна больше не появлялась на небе. О ней рассказывали многие книги, а священнослужители до сих пор поют:

— Святой мученик Франклин Венский, моли Бога о нас!!!

 

СЛОВАРЬ МАЛОПОНЯТНЫХ СЛОВ, ВСТРЕЧАЮЩИХСЯ В ТЕКСТЕ

Акинак – короткий (40—60 см) железный меч, применявшийся скифами во второй половине 1-го тысячелетия до н. э. Помимо скифов, акинаки использовали также племена персов, мидян, саков, аргипеев, массагетов и меланхленов.

Алтабас – плотное шелковое полотно с фоном или орнаментом из золотой волоченной или серебряной волоченной нитей. Ткань можно отнести к разновидностям парчи.

Банкетка – Предмет мебели, у которого мягкое сиденье, но спинки нет, и отсутствуют подлокотники.

Бастард – (применительно к людям) внебрачный или незаконнорождённый ребенок.

Белец, белица – термин, обозначающий в русских монастырях как лиц, готовящихся к поступлению в монашество, но ещё не принявших обета, так и мирян, не имеющих намерения посвятить себя монашеской жизни, а просто удалившихся от мирских сует на житье в монастырь. Как те, так и другие не подвергались в юридическом отношении тем ограничениям правоспособности, которые были установлены для лиц, принадлежащих к чёрному духовенству.

Виверн – вымышленное существо, разновидность дракона, в отличие от классического геральдического дракона имеющее только одну, заднюю пару конечностей, а вместо передней — перепончатые крылья. Для него характерна длинная шея и очень длинный, подвижный хвост, Виверны не изрыгают пламя, зато некоторые имеют змеиные клыки со смертельным ядом.

Виссон – дорогая одежда пурпурного цвета. Иногда служила свадебным нарядом.

Гаррота — орудие казни через удушение в Испании. Первоначально гаррота представляла собой петлю с палкой, при помощи которой палач умерщвлял жертву. С течением времени она трансформировалась в металлический обруч, приводившийся в движение винтом с рычагом сзади. Перед казнью осуждённый привязывался к стулу либо столбу; на голову ему надевался мешок. После исполнения приговора мешок снимали, чтобы зрители могли видеть лицо жертвы.

Герр – обращение к мужчине в немецкоязычных странах.

Декреталий – постановления римских пап (с конца IV века) в форме посланий. В отличие от энциклик, декреталии оформлены как письмо конкретному адресату, ответ на вопрос, обращенный к папе по частному делу, разрешение которого может служить общим правилом.

Дьячок — церковнослужитель низшего разряда, не имеющий степени священства; дьяк, псаломщик, причётник.

Жазеран — длинная цепь из золота или серебра очень тонкой работы, украшенная драгоценными камнями и розетками. В 16 веке модно укладывать на шее в несколько рядов вокруг стоячего воротника.

Капище (святилище, устар. идолище, жрище, поганище, кумирня) – культовое место, на котором устанавливались идолы языческих богов, языческий храм. У восточных славян ни письменным источникам, ни археологии неизвестны языческие храмы.

Кофр – сундук, чемодан или дорожная сумка с несколькими отделениями.

Крампус – легендарная фигура в фольклоре альпийского региона, спутник и одновременно антипод Николая Чудотворца, а также название обходного обряда в ночь с 5 на 6 декабря.

Левитация — преодоление гравитации, при котором субъект или объект пари́т в пространстве (левитирует), не касаясь поверхности твёрдой или жидкой опоры. Левитацией не считается полёт, совершаемый за счёт отталкивания от воздуха, как у насекомых, птиц или рукокрылых.

Лжица – Небольшая ложка с крестом на конце рукояти, употребляется в византийском обряде для преподания причастия из потира верующим. Так же как дискос, потир и звездица, лжица делается из золота, серебра, олова или из металлических сплавов, не дающих окиси.

Линчевать (от «линчи») — особо мучительный способ смертной казни путём отрезания от тела жертвы небольших фрагментов в течение длительного периода времени. Также именовалась ваньгуа линчи.

Лонги́н Со́тник — согласно христианскому преданию, римский воин, центурион (сотник), пронзивший копьём бок распятого Иисуса Христа с целью добыть Его святой крови для исцеления своих глаз.

Мандорла — в христианском искусстве особая форма нимба, сияние овальной формы, вытянутое в вертикальном направлении, внутри которого помещается изображение Христа или Богоматери (реже святых).

Меандр — геометрический орнамент, узор в виде изогнутых полос или линий.

Мусли́н (фр. mousseline — «кисея», от фр. Mossoul — Мосул, древнейший центр текстильного производства на Ближнем Востоке) — очень тонкая ткань полотняного переплетения преимущественно из хлопка, а также шерсти, шёлка или льна.

Отчитка — церковный чин, в котором произносятся особые заклинательные молитвы с целью изгнания из одержимого человека нечистой силы. Применяться этот чин должен в тех исключительных случаях, когда человек оказывается под тотальным воздействием вселившегося в него темного духа и уже не контролирует свои движения и поступки. Допустим, в Евангелии мы читаем о гадаринском бесноватом, который днем и ночью бился о камни, а когда его заковывали в цепи, то он разрывал узы и в беспамятстве носился по пустынным местам. Христос Своей благодатной силой в одно мгновение освободил несчастного от тяжких уз одержимости (см.: Мк. 5: 1–13; Лк. 8: 26–33). Эту-то силу изгонять темных духов Господь передал Своей Церкви.

Очанка — род растений, относящийся к семейству Заразиховые. Ранее обычно включался в состав семейства Норичниковые. В умеренной Евразии и Северной Америке род представлен однолетними травянистыми растениями-полупаразитами, в тропических регионах обоих полушарий встречаются многолетники и полукустарники. В народной медицине применяется для лечения глазных болезней.

Пилигрим — паломник, странник, путешественник, скиталец по разным странам.

Селки (шелки) — мифические существа из шотландского и ирландского фольклора (в Ирландии их называют роаны), морской народ, прекрасные люди-тюлени.

Уроборос — свернувшийся в кольцо змей или дракон, кусающий себя за хвост. Является одним из древнейших символов, известных человечеству, точное происхождение которого — исторический период и конкретную культуру — установить невозможно.

 

 

0

Автор публикации

не в сети 7 месяцев

super.evk@yandex.ru

0
Комментарии: 0Публикации: 1Регистрация: 30-11-2017

Добавить комментарий

Войти с помощью: