Говорят,что чудес не бывает.

0
70
Категории: ,

Всегда ли мы можем понять, что люди, которые безмерно дороги и всегда рядом с нами – не навсегда? Способны ли мы осознать, что в любой момент они могут уйти, их может кто–то или что–то отобрать?

И какой срок у самой сильной любви?

Не отпускай!

Велимир давно привык к размеренному образу жизни без излишеств и неожиданных сюрпризов. Уж на кусок хлеба с маслом, а иногда и с икрой, хватало. Да и не привык шиковать.

Вывод напрашивался весьма простой: не все уж так плохо, как могло бы сложиться. Такова жизнь. Не может же небо постоянно радовать взор безупречной синевой. Тучки тоже порой набегают. И последнюю тучку по имени Татьяна унесло легким ветерком после недолгого, но, казалось счастливого совместного сосуществования. Да, теплился маленький огонек, что еще наладится, но… Постепенно и этот источник тепла угас. Остался горький осадок на душе, тяготила недосказанность что ли, ощущение, что использовал не все средства, чтобы удержать дорогого человека.

Начиналось все как в сказке: красивые букеты, блеск в глазах, незабываемые дни и ночи…

Познакомились совершенно случайно, как бы ни банально это звучало. Велимир собирался на выходные съездить в деревню, желая отдохнуть от городской суеты. Купил билет на автовокзале и уже на выходе по ушам ударил крик полный отчаяния:

– Держите! Держите его! Он украл все мои деньги…

Обернулся и увидел. Глаза! Которые кричали ещё громче, чем голос. До того они были искажены страхом и какой–то обречённостью.

Перед ним мелькнула тень, и он не раздумывая бросился за воришкой. Но… В спорте, особенно легкой атлетике, был не силен.

– Прости… – Велимир был готов сквозь землю провалиться от смущения.

Мальчишка с ее сумочкой словно сквозь землю провалился. Быстро бегает, сорванец. К тому же умудрился зацепиться за что – то, рукав разошелся по шву. Не особенно расстроившись закатал их до локтей.

– Ничего… – обреченно махнула рукой. – Ты же пытался, спасибо. – заплаканные глаза притягивали как магнит, губы старались улыбнуться, но предательски дрожали. – Не вышло у меня покорить большой город, надо возвращаться.

– Это еще почему? Что уж такого ценного там было?

– Паспорт, деньги… Мне даже снять комнату не на что. Я ведь на юридический приехала поступать … Хорошо, что диплом был в чемодане…

– Та–а–ак, – принял решение мгновенно. – значит, тебе очень повезло. Паспорт восстановить не проблема, а я как раз сдаю свою комнату, у меня трехкомнатная.

– Но я не смогу сразу заплатить…

– Когда сможешь, тогда и заплатишь. – решительно взял чемодан. – Решено.

Девушка пристально смотрела на Велимира, явно оценивая и вдруг внезапно решилась:

– Хорошо, я согласна.

Велимир перевёл дух. Давно так не волновался. Ведь не искал никаких квартирантов, даже и мысли такой не было. Понимая, что она сейчас уйдёт, сердце начинало протестующе биться, а мозг пронзительно вопил: «Не отпускай!»

– Меня Велимиром зовут.

– Таня. У тебя необычное имя.

– Согласен. Но не я выбирал его.

С того дня они были неразлучны. Татьяна поступила в институт своими силами на бюджетной основе. А он встречал её после учёбы. И часто долго гуляли по паркам и скверам, просто бездумно катались в трамваях и троллейбусах. Велимир с удивлением замечал, что смотрит на всё другими глазами. Неужели, когда–то эти улицы могли казаться мрачными, а погода мерзкой и холодной? Рядом с этой девушкой мир был раскрашен во все яркие и светлые цвета и оттенки. И дома стало тепло и уютно. Ничто не напоминало уже ранее суровую, по – спартански обустроенную холостяцкую берлогу.

Изначально просто дружили. Ну никак не мог Велимир набраться смелости и признаться ей в своих чувствах. Был сильный страх, что испортит эти чудесные отношения. Но когда ловил её внимательный и в тоже время смущённый взгляд, догадывался, что чувства взаимны…

Этот вечер, а вернее ночь, изменила всё.

Канун Нового 2018 года.  Они стали по–настоящему счастливы. Это невероятное ощущение он помнит до сих пор.  Когда берёшь за руку родного человека, а сердце готово выскочить из груди, так колотится оно, как сумасшедшее. Он вновь и вновь переживал тот же трепет, вспоминая первый их поцелуй.

Снежные вихри кружили в своем танце, больно били в лицо колючими зарядами. Мороз щипал уши и причудливо выводил на окнах домов заманчивые фантастические рисунки. Велимиру казалось, что вместе со снегом в воздухе кружит что–то завораживающее, таинственное, загадочное. Глядя на мерцающие огоньки на новогодних елках за витринами магазинов, поневоле хотелось верить в сказку. Веришь, что с тобой обязательно случится чудо. Ну, когда же, как ни на Новый год, верить в осуществление сокровенных желаний?

Вера в Деда Мороза испарилась в далеком детстве, когда застукал «с поличным» родителей, тем не менее хотелось верить, что когда–то он непременно постучит ко мне в дверь и вместе с подарками принесет много счастья. А почему бы и нет?

– Если я осуществлю чью–то самую заветную мечту под Новый год, сам стану Дедом Морозом.

Велимир толкнул неприметную дверь магазинчика, ступени которого вели вниз. Невольно ахнул, пораженный сперва мелодичной трелью колокольчика, а потом внутренним убранством этой Лавки Чудес. Странно, почему он раньше не удосужился зайти сюда?!

Если Вы поклонники старины, то Вам сюда. Здесь жила История. Да–да, именно так. Напольные часы гулко отбили девять ударов. Пройдя вглубь салона невольно обомлел. Полки с товаром занимали все видимое пространство. Глаза разбегались от обилия и буйства красок. Кулоны, шкатулки, флаконы всевозможных форм, красивые куклы и…серебряные ножи, вилки. Все это лежало в непонятном беспорядке. Удивительно, как можно найти в этом хаосе необходимое. Тем не менее, сама атмосфера обшитого дубовыми, потемневшими от времени панелями была живой. Хотелось прикоснуться к каждой безделушке в попытке представить кому она принадлежала, чем занимался хозяин, что любил и ненавидел.

– Добрый вечер! – мягкий певучий голос вывел из гипнотического состояния. – С Наступающим Новым годом!

– Благодарю. И Вас с Новым годом!

– Могу быть чем – то полезен? – из–за неприметной двери вышел владелец этих сокровищ. – Что – ни будь желаете выбрать в подарок? – любезность прямо – таки исходила волнами, не навязывая, а предлагая свои услуги.

Велимир сдержался от возгласа, когда в конус света вошел… Хоттабыч. Ну не настоящий, безусловно, а весьма похожий на героя фильма из его детства. Возраст точно определить затруднительно, можно было дать и пятьдесят, и семьдесят лет. Но стройный, лишнего веса не наблюдалось. Широкие плечи говорили о том, что в молодости не прожигал жизнь по барам–ресторанам и прочим заведениям. Бархатный сюртук был застегнут на все пуговицы, белоснежный ворот рубашки говорил о порядочности и некоторой скрытности. А вот морщины можно было заметить с трудом. Возможно они проявлялись ярко лишь в минуты сильного душевного волнения. Или гнева. Маленький неровный шрам над левой бровью немного портил симметрию лица, но не уродовал, а даже придавал облику признак породы что ли. Замшевые перчатки плотно сидели на руках и когда он стянул одну для рукопожатия, Велимир удивился необычной худобе пальцев и бледности пергаментной кожи.

– Молодой человек я не глюк, если Вам это пришло в голову. – подошел ленивой и небрежной походкой.

И только сейчас пораженный Велимир разглядел зеленые глаза, блеснувшие изумрудом за стеклами самого настоящего пенсне.

– Ну… после корпоратива ничему не удивлюсь.

– Много приняли?

– Немало.

– Понимаю, какие Ваши годы. – кивнул головой, отчего белая бородка описала широкую дугу. – А это, – указал на свое отражение в бронзовом зеркале. – всего лишь имидж, издержки, так сказать, профессии.

– Впечатляет.

– Так Вы решили, что желаете приобрести?

– Даже и не знаю…

– Для девушки, я правильно понимаю? – зеленые глаза смотрели не мигая. – Что – то необычное, памятное и не серийный ширпотреб?

– Ну, – окинул взглядом лавку. – вряд ли тут уместно говорить о ширпотребе!

– Это Вы верно подметили, молодой человек. – щелкнул пальцами Хоттабыч. – Давно Вы встречаетесь с девушкой?

– Она, не совсем моя девушка…

– Но Вам бы очень хотели, чтоб она была таковой. – сделал логичный вывод.

– Не скрою. Глупо отрицать очевидное.

– Тогда, – не глядя старик завел руку за спину и жестом фокусника, как кролика из шляпы, подал изящную игрушку. – вот. Думаю, не посоветую плохого. Да и не в моих правилах, как говорит современная молодежь, впаривать туфту за приличные деньги.

– А что это? – Велимир озадаченно крутил в руках маленького, свернувшегося ёжика.

Игрушка была столь искусно выполнена, что поражала воображение. Черные бусинки–глаза блестели антрацитом, костяные коготки походили на ноготки младенца. Даже иголки казались настоящими, он убедился в этом, уколов палец.

– А это и есть символ наступающего Нового года.

– Да ну! – недоверчиво покачал головой. – А не собака?

– Эх, молодо – зелено! – Велимир уловил нотки обиды в голосе. – Совсем мы позабыли историю предков. Зачем Вам японские, китайские и бог весть какие символы? На Руси были свои символы. В языческие времена на Руси был в ходу тотемный летослов, то бишь славянский гороскоп животных. И даже цикл был не двенадцать лет как у тех же китайцев, а шестнадцать.

– Круто!

– Так что, не парься. Этот колючий, но очень милый ежик станет символом 2018 года.

– Интересно! Это я удачно зашел! А что он символизирует?

– Ну если совсем коротко, то ёж – существо ну очень загадочное. Это на первый взгляд он кажется маленьким и умилительным, а на самом деле – боец: упрямый, энергичный, настырный. Всегда вступает в неравные сражения и, что самое главное, умудряется в них побеждать. А почему? – поднял указательный палец, задав вопрос и сам же ответил на него. – Да потому, что крупные и опытные противники попросту недооценивают колючую кроху.

– И это правильно! – восхитился Велимир. – Не дураки были предки!

– Ну и самое главное, ежи искреннее стремятся к постоянству, к прочному браку. Но и требуют того же от любимых людей.

– И это мне по душе! – Велимир не торгуясь расплатился с хозяином, благо финансовая сторона мало волновала в этот день.

По итогам года директор автосалона, в котором трудился Велимир, расщедрился и каждому сотруднику выписал премиальные.

– Всех благ в Новом году! – Хоттабыч повернул табличку на двери надписью: «Закрыто» в сторону улицы. – И исполнения всех самых заветных желаний.

– И Вам всего самого наилучшего! – сердечно поблагодарил Велимир. – И спасибо за отличный подарок!

Домой он бежал, бережно прижимая к груди колючую игрушку. Перед дверью замер, прислушиваясь к звукам и унимая сбившееся дыхание. Он не знал какие слова скажет сейчас, несмотря на то, что долго мысленно прокручивал нелегкий для него диалог. И всегда сбивался, терялся в словах, забывал самые важные на его взгляд слова.

– А будь что будет! – махнул рукой и вставил ключ в замок.

Татьяна перед зеркалом наносила последние штрихи в своем макияже.

– Привет! – Велимир не мог глаз отвести, любуясь прекрасной картиной.

Наряд в стиле топ кроп из пышной юбки и укороченного топа черного цвета с синим орнаментом. Он только подчеркивал идеальную фигуру. А ведь до сего дня Велимир искренне считал, что на такие праздники подходит только классическое новогоднее платье. Век живи – век учись!

– Что?! – смутилась Таня, заметив пристальный взгляд.

– Любуюсь.

– Да ну тебя. – покраснела она. – Было бы чем?

– Поверь есть чем. – Велимир повернулся, собираясь выйти, но все же решился, протянул подарок. – С Новым годом!

– Спасибо! Какая прелесть! – Татьяна была рада вниманию. – Мне давно ничего не дарили! – она потянулась к нему нерешительно, смутилась мило и отстранилась.

Но все же поняла, что не школьница уже и мягко коснулась губами щеки.

– Дай мне немного времени. У меня один глаз не накрашен еще! – снова смутилась и отвернулась к зеркалу. – Пока готовила, на себя времени не осталось. Я подумала, что праздник есть праздник, а значит стоит отметить.

–Ты все правильно сделала. – Велимир тоже решил переодеться.

Все же целый день на ногах в офисе. Потом небольшой сабантуй. Даже водки умудрился на себя пролить немного.

– А почему ёжик? – услышал уже из спальни. – Вроде год Собаки.

Велимир как мог посвятил в историю предков, о которой сам узнал не более часа тому.

– Ого! Здорово!

– И я того же мнения.

– У меня для тебя тоже подарок! – Таня протянула прямо – таки огромную кружку в форме собаки желтого цвета.

Велимир бережно принял «пса», понимая, что дарила от чистого сердца.

– Спасибо! – он неловко чмокнул ее в щеку. – Теперь я только из нее и буду пить. И даже сегодня шампанское. И водку.

– Ну водку – то не надо. – засмеялась звонко. – Оцени объем и способности своего организма! Ой, я совсем потеряла счет времени! – взглянула на часы. Время 23:43!

– Так что мы тормозим?! Давай к столу!

Велимир торопливо распечатал шампанское, наполнил бокал и новую кружку.

– Давай проводим Старый год. Пожелаем ему забрать с собой все невзгоды и печали и дать путь новым возможностям.

Таня вздохнула, вытащила карандаш с листочком бумаги, торопливо написала несколько слов, подожгла записку предусмотрительно приготовленной зажигалкой и бросила пепел в бокал.

Велимир надеялся, что не ошибся, предполагая какое желание она написала.

Сквозь открытую форточку доносился смех, повсюду взрывались хлопушки и шипели фейерверки. Речь президента подошла к концу сразу же после боя курантов. Взяв шампанское к окну любовались огненными фонтанами на небосводе.

С первого же взгляда страхи ушли, душа наполнилась надеждой и счастьем. На оттаявшем стекле появилось узорчатое маленькое сердечко. И намёк этот был для Велимира однозначен, понятен и радостен. И Тане тоже.

– С Новым годом!

– С Новым годом! – тихо повторила в ответ, обжигая горячим дыханием.

И уже не колеблясь устроилась в тёплых руках.

«Боже, – он не мог насладиться вкусом губ. – застеснялась и раскраснелась, как школьница. Это так мило»!

Тихий стон подтвердил раннюю догадку о взаимности.

– Ты такая сладкая, прости, но я больше не могу…

Татьяна закрыла глаза и доверилась его нежным прикосновениям.

– Пойдем на улицу!

Сказано – сделано!

Прихватили с собой пакет с мандаринами и напитками выбежали в морозную ночь. Побежали к елке, вокруг нее толпилось много народу. Даже незнакомые совершенно лезли обниматься и с поцелуями. Всю ночь гуляли, всюду хлопушки, фейерверки. Это был незабываемый Новый год. Домой возвращались уже под утро. Уставшие и немного замерзшие, но счастливые.

Утром разбудил поцелуй. Таня принесла завтрак и ароматный кофе.

Такого он конечно не ожидал. Они позавтракали и собрались кататься и лыжах. Это было незабываемо! Накатались вволю, и уже ближе к обеду, когда зверски проголодались, заскочили домой переодеться и пообедали в кафе «Мечта». Оставив Татьяну сделать заказ, Велимир бегом пересек улицу и в цветочном магазине купил огромный букет гладиолусов, зная уже, что девушке не нравятся розы.

Восторгу не было предела.

Он был уверен, что мы всегда будут жить в этой сказке…

Ведь они любили друг друга. Все считали их идеальной парой. Велимир часто слышал советы, чтобы любил ее и никому не отдавал, а Татьяна часто повторяла выражение, что голова хоть и мужчина, но шея женщина – куда повернет, туда и голова смотрит. Как и многие, раз в неделю «ругались» из–за какого–ни будь пустяка, но как правило быстро заканчивалось примирением и постелью.

А в целом были очень счастливы и дорожили друг другом. Велимир всегда прощал Татьяну, даже если та была неправа. Часто устраивал интересные прогулки с сюрпризом и дарил подарки. Ей же это было приятно, понимая, что сделаны от чистого сердца, потому ценила поступки и хвалилась перед подругами. К сожалению, все отношения, когда–то заканчиваются, даже самые долгие, прочные и счастливые.

Последние несколько месяцев Таня стала часто пропадать, придумывала нелепые отмазки, а возвращалась в состоянии грогги. Ну, пьяной, попросту говоря. А Велимир верил. Или хотел верить. Верил во всё, что говорила, боясь потерять, думая, что тогда это конец. Ну а совсем недавно она прямо заявила:

– Вел, прости, но нам нужно расстаться.

– Не понял, как это? – опешил даже, не понимая, как можно сказать такое после…

Ведь только несколько минут тому она сама устроила такое шоу со стриптизом. А сейчас равнодушно выпустила струйку дыма и, смяв сигарету в пепельнице, произнесла эти слова.

– А что было совсем недавно?!

На следующее утро он проснулся. Он был один. Одинок. И не понимал, почему мысль о ней столь навязчива. Губы пересохли, но повторяли дорогое сердцу имя. Отступить и предать собственные эмоции он не мог. Мысленно рисовал восхитительный образ несуществующей кистью воображения, зажмурившись и погрузившись в свои мечты. Палец потянулся к нарисованному лицу, но…  Образ моментально растаял в воздухе. Велимир ударил кулаком в стену, но физическая боль не затмила душевных терзаний. Вновь залпом допил обжигающую жидкость из горлышка и рухнул в постель.

Периодически накрывало очень сильно. Даже сны изначально были связаны с ней. Просыпался в холодном поту и спешил увидеть входящие в телефоне. Звонков, СМС – ок не было. Надеялся в душе, что со временем напишет или позвонит сама. Пролетали дни, недели… И приходил постепенно к неутешительному итогу – у неё имеется гордость и характер. Было обидно осознавать, что реально остыла, а он больше не нужен. Велимир просто не был готов, что она остынет, напрочь отбросив все хорошее за все эти месяцы их знакомства. Ну не ожидал что так бывает.

Тяжело просыпаться среди ночи. Жадно погасив «сушняк» смотрел на ту фотографию, которая осталась. Они вдвоем на фоне соснового бора. Выглядит счастливой. Ничто не предвещало разлуки. Теперь он знает, понимает, что она никогда не будет с ним.

Жарко, несмотря на нежные прикосновения ветра, что страстно врываются в комнату. Голова тяжелела. Вспомнился их последний разговор.

Он несколько раз пытался дозвониться, но безуспешно.  Потом торопливо набрал короткое сообщение: «Таня, я ничего от тебя не прошу, ничего не ожидаю. Прошу только об одной маленькой встрече. Неужели это так много?»  Перечитал и, нажав на конвертик, отправил.

Трель входящего СМС раздалась через пару часов. Видимо пришлось серьезно подумать, прежде чем принять решение. Лаконично! «ОК. в нашем любимом кафе. В 10 ч».

– Ну хоть какой – то шанс понять ху из ху и с чем это едят! – вздохнул с облегчением.

Как только зашел в кафе, увидел ее. Ждала с видимым нетерпением.

– Я рад тебя видеть. Ты прекрасно выглядишь.

– Спасибо, – и также оценила его внешний вид. – А ты, если честно, выглядишь весьма усталым, – в голосе невольно появилась нота удовлетворения.

Велимир даже засомневался не показалось ли ему.

– Да, что–то в последнее время моя голова забита одними проблемами.

– Бывает. – равнодушно помешивала ложечкой кофе. – А кому сейчас легко?

Наступило неловкое молчание. Разговор застопорился

– Ты хотел со мной встретиться…

– Да, я хотел поговорить…

– Я внимательно слушаю.

– Ответь мне, чёрт возьми, почему! – с видом загнанного в клетку зверя едва не выкрикнул Велимир. – Почему мы не можем быть вместе? Почему ты решила поставить точку в наших отношениях?

– А были ли эти отношения?

– Но как же… Любовь – это когда ты радуешься просто оттого, что любимый человек рядом. Улыбаешься, если он улыбается. Постоянно хочешь его трогать, обнимать, тискать, целовать. Он кажется при всех недостатках самым прекрасным и совершенным человеком на земле.

– Слишком уж много сложностей.

– С ним рядом, спокойно, уютно. – продолжил невозмутимо Велимир. – Кроме него, никто больше не нужен. Он является смыслом жизни. Он никогда не думает об измене, и ты тоже.

– Я могла бы сказать правду. Вопрос – а нужна ли нам обоим эта правда?

– Мне нужна. – сжал кулаки до хруста в пальцах.

– Считай, что не сошлись характерами… – Татьяна попыталась спрятать глаза, будто боясь, что в них он прочтет ответы на все свои вопросы, узнает правду, которой стыдилась.

– А если откровенно?

– Слышал пословицу: «Рыба ищет где глубже, а человек где лучше»?

– Выходит нашла лучший вариант?

– Да. – ответила честно. – К чему юлить, коль вдвоем не жить?

– Тоже верно.

– Но ведь не все так и плохо было у нас.

– Это на твой взгляд. Про рай в шалаше мне не говори, потому как рай этот просуществовал бы до первых заморозков.

– Что не так? – он заметил, как она покраснела. Удивительно, вроде не маленькая девочка, не школьница…

– Ты верно подметил. – резко оборвала его. – Не маленькая, а чувствую себя как провинившийся ребенок перед учителем. Противное, знаешь – ли, чувство.

– Это всё? Скажи, что это шутка! Скажи, что не правда, что разыграла! Ведь сегодня не 1 апреля, да и с чувством юмора у меня порядок.

Таня отрицательно покачала головой.

– Я не верю.

– Твое дело.

– Нельзя же так сразу все взять и забыть…

– А ничего не было, чего стоит помнить. Я никогда не любила тебя. Никогда ноги не подкашивались, когда ты обнимал меня, не снился, я даже не думала о тебе.

– Мы же даже не ссорились.

– Наверное, поэтому мы и ругались очень редко, да и то, по моей инициативе. А лучше бы ссорились…

Велимир понял, что невозможно исправить этот сложный испортившийся механизм под именем Любовь.

– Хочу сказать, что я отпускаю тебя и желаю искреннего счастья.

– Что ты несешь. Это я ухожу, а не ты отпускаешь меня.

– Пусть и так. Дай мне высказаться. Ты единственный человек в моей жизни, который мог меня всегда рассмешить, поддержать в трудную минуту, рассказать все, что думал. Ты была частичкой меня.

– Я рада… за себя. – Таня стала собираться.

– И мне жаль.

– И чего же? – интерес был неподдельным.

– Жаль упущенной возможности.

– И какой же?!

– Возможности сделать другую девушку счастливой. Но я всегда буду помнить, что в моей жизни был такой человек.

Велимир вздрогнул от хлопка железной двери.

Вот и всё.

Закончилось…

– Водку. – бросил подошедшему официанту. – Бутылку.

Он терял её каждый день во сне. Просыпался с её именем на губах, но уже начал забывать, какой она была на самом деле. Его жизнь потеряла все яркие краски, но он этого не замечал. Он продолжал искать её глазами в толпе. Иногда он встречал девушек, которые были невероятно похожи на неё, но он утратил надежду вновь заметить тот блеск в глазах.

Могильщиком может стать каждый. Может, но не хочет.

Очень стыдно и тяжело было признавать, но Велимир спивался…

Первые пару дней просто валялся бревном и скулил, жестоко избивая подушку как боксерскую грушу, а потом взялся за бутылку. И вроде становилось легче, боль притуплялась. А теперь без алкогольного дурмана не представлял своего существования. Когда трезвел, боль накатывала с новой силой. Никогда не был слабым, а тут просто сломался…

День. Второй. Третий… Неделя…

Каждый день походил даже не на «день сурка», а на какой–то бесконечный сон, от которого невозможно проснуться. С утра – тяжкий подъем, допивание остатков водки, потом поход за очередной емкость с «огненной водой» и обратный путь домой. Снова жадное возлияние, недолгий сон и… По новому кругу. Это было… Да что там говорить, это было ужасно.

Итог всегда был одним. Каждый раз голова раскалывалась на части и гудела, как набатный колокол, дышать было трудно, словно на груди лежала тяжелая, чугунная плита, а перед глазами, как в детском калейдоскопе, плясали желтые, зеленые, фиолетовые узоры…

Каждый раз морщась от боли, я поворачивался набок и сквозь пелену тумана всегда видел один и тот же натюрморт: початую бутылку водки и недопитый стакан. Они стояли на табурете возле кровати. Это было спасением.

– От чего заболел, тем и лечись. – Дрожащей рукой тянулся к стакану, в котором грамм пятьдесят водки и делал глоток.

В моменты просветления, после пары литров огуречного рассола приходили светлые идеи. Подумывал о смене обстановки, переезде на время.  Тем более ничто уже не держало. Работу пришлось оставить. Хорошо по собственному желанию, а не по статье. Сбережения пока имелись, но надолго ли их хватило бы при таком объеме и частоте возлияний.

Деньги, как и мёд в известном мультфильме, имели свойство исчезать в самый неподходящий момент.

Велимир сменил много мест работы, и ни одно не стало постоянным по ряду причин. Где–то не хватало коммуникативных навыков, где–то ссорился, а то и устраивал потасовки с начальством, в других местах не устраивала оплата.  Потому менял работы одну за другой, предпочитая немедленный расчет. Времени обычно много не требовалось. Ну расклеить рекламные листовки на столбах или вынести пустую тару из магазина, разгрузить товар или поднять мебель на этаж.

Обычно после работы брал в магазине бутылку водки. Ласково поглаживая горлышко пока еще полной посудины, уже мысленно представлял, как придет домой, включит телевизор и.. полностью погрузиться в сам процесс выпивки. Приняв первую дозу, обычно закуривал сигарету. Не спешил, зная, что никто не стоял над душой. И это было особенно приятно…

А еще Велимир завел кошку! Подобрал котенка на улице. Блохастый, больной, но кажется любил его. И умел слушать.

– Как же мне назвать тебя? – раздумывал, почесывая котенка за ухом. – О, будешь Корсаром.

Круглое желтое пятно вокруг глаза придавало схожесть с повязкой пирата.

Вот только в агентстве «Муж на час» задержался на полгода. И то лишь потому, что был можно сказать, хозяином своему времени. Заказов было не много, а жесткого лимита времени по исполнению никто не устанавливал. И Велимиру нравился ненормированный график, возможность общения с клиентами (иногда за столом с рюмочкой) и просто удовольствие от работы своими руками. Ну и новые полезные знакомства, которые могли пригодиться в будущем. Домыслов в этой профессии конечно было много и не все из них беспочвенны.

А сколько курьезных случаев произошло за время работы в агентстве! Был бы писателем – юмористом, обязательно написал бы сборник.

Вызовы бывали самые разные: от повесить полочку до сборки тренажеров и кухонных гарнитуров, перестановка мебели, починка крана или выключателя. Чаще всего приходилось замки вскрывать. Имеют наши женщины слабость ключи терять.

Люди попадались разные, но почему – то Велимиру удавалось найти общий язык и не с вполне адекватными. Были такие, что и не пытались скрывать свое брезгливое отношение к гегемону нашего общества. Да и одинокие, как оказалось, были не редкость. Был приглашен помочь с ремонтом автомобиля, а в итоге он два часа помогал хозяину дегустировать «первач» по особому рецепту с разносолами.

Случались и курьезы. Однажды принудительно – добровольно остался попить чайку после окончания работы. Вдруг, открывается дверь. Муж собственной персоной. Прям, как в анекдоте. Поздоровался, очень вежливый оказался такой. Допив горячий чай, попрощался и вышел на лестничную площадку. И тут… Там загремело так, что слышно было через 2 двери. Создалось впечатление, что прихожая, которую собирал три часа, была разрушена и уничтожена за пару минут. Крики и скандал… И так бывало.

А в последний раз на «смотрины» попал. Приехал на адрес, а там разве что не четыре поколения женского пола удобно устроились на диване и пятнадцать минут в несколько пар глаз внимательно смотрели как он кронштейн под телевизор к стене монтировал. Зато потом целый час чай с выпечкой поглощал под восторженные комплименты.

– А мой рукожопый гвоздя в стену вбить не может…

– У моего тоже… оттуда руки растут!

– А ты сыночек, молодец…

– Внучек, ты только не пей, – при этих словах Велимира передернуло. – а с такими руками всегда при деле будешь.

– А если честно, – хозяйка всучила в прихожей пакет с пирожками. – очень уж любопытно было посмотреть на тебя, что ты за зверь такой диковинный – муж на час.

– Ну да. Благодарствую. – не хотел обижать, принял пакет с пирожками. – Стереотипы всё ещё сильны.

А потом заказов несколько дней не было. И Велимир вновь сорвался. «На бровях» домой пришел.

А в два часа ночи из забытья вырвал звонок.

– Привет, это муж на час?

– Да.

– У меня унитаз бежит, приезжайте срочно. – а голос пьяный– пьяный.

– И сильно бежит?

– Ну сильно, – язык заплетался. – вообще все затопило, залило, мама родная! Приезжайте, не пожалеете! – и как последний аргумент, весомо добавила. –  Я блондиночка!

– Натуральная?! – не удержался Велимир от возможности съязвить.

– Ну конечно! – блондинка кажется обиделась. – Вы сомневаетесь?

– Везде – везде? – спать уже не хотелось совершенно.

– Что везде?! – с мозгами явно был дефицит.

– Ну, везде блондинка?

– А приезжайте и убедитесь!

– До утра не подождет.

– Нет – нет, ни в коем случае, приезжайте сейчас! Тебя как зовут? Приезжай не пожалеешь, я тебе понравлюсь! – алкоголь видимо разрушил последние барьеры скромности и способность рассуждать здраво, коль уж открытым текстом секс предлагает.

– У меня жена есть. – очень уж не хотелось тащиться неизвестно куда глубокой ночью.

– Ну и что, проблема, что ли? – дамочка начинала капризничать. – Ну, приезжай!

– Нет, извините, – Велимир чесал Корсара за ухом. – У нее длинные ногти, глаза может выцарапать!

– Ну… – ненадолго возникла пауза. – Может у тебя друг, какой–ни будь, есть или коллега?

– Да куча целая, только у них тоже жены в наличии имеются.

– Печально! Удачи тебе, с твоей женой!

– До свидания. – почесал в затылке озадаченно. – Во времена пошли, Корсар!

– Бл…– в голове прояснилось. – Что с деньгами?

Вспомнил – таки, что проникся состраданием к ближним. Поделился финансами. Проходил мимо киоска. Стоит женщина. Вся неотёсанная, грязная, с синяками. Сзади мужик стоит, вид такой же, если не хуже. Еще возникла подспудно мысль: неужели я так же выгляжу?!

Наверное, это был ее муж. Они целовались.  И называла его «дорогой».

И вот эта… девушка на всю улицу кричит: Молодой человек, 20 рублей не найдётся? У меня такое горе – муж умер.

– А вот, этот кто тогда? – опешил Велимир.

– Муж. – икнула перегаром.

– Чудно! – Велимир протянул несколько купюр и не оглядываясь зашагал дальше.

Но нет, смятые купюры лежали там же, на столе. На опохмел хватит.

– Или не стоит? – спросил у пушистого урчащего комочка рядом. – Вопрос времен Шекспира. Пить или не пить?!

Под его мерное урчание Велимир провалился в неспокойный сон.

Сквозь сон почувствовал прикосновение чего–то холодного и мокрого. Открыв от удивления один глаз, понял, что это Корсар своим розовым носиком прикоснулся к щеке, а потом и лизнул.

«Хоть кто – то меня любит, – возникла мысль. – а значит есть смысл жить».

– Вот покурю и спать. – подошел к окну. – Небо сегодня красивое, столько звёзд!

Корсар смотрел на него, пытаясь понять настроение хозяина. Не уловив враждебных интонаций, вновь положил голову на лапы и заурчал.

– А вон одна, кажется, падает! Да, мне не показалось… Загадаю я, пожалуй, желание, но вслух не скажу, ведь не сбудется…

И чтобы окончательно закрепить принятое решение, налил еще полстакана водки и, собравшись с силами, стуча зубами о стекло, влил водку в рот. На лбу сразу выступили крупные капли пота. Откинувшись на кровать с облегчением перевел дух. Сердце заработало в форсированном режиме. Нашел в пепельнице более – менее пригодный «бычок» с наслаждением закурил. Кот поежился и лег на руку, закрыв глаза.

Проснулся через час.

– Нет, надо потихоньку выходить из штопора. – взгляд сам собой возвращался к неполной бутылке. – И на трезвую голову найти хоть какой – то калым.

В знакомой «стекляшке» как всегда было людно. И накурено, хоть топор вешай. Последние события вероятно уже все обсудили, но Велимира особо и не интересовало что в мире творится.

– Вел, подгребай сюда. – услышал знакомый голос.

Сквозь сизые клубы дыма разглядел недавнего нового знакомого Серого. Как его звали он, наверное, и сам не помнил, предпочитал обращение именно по прозвищу. Серый из своих 52 лет 35 провел на зоне. Начал с «малолетки», а потому словарный запас сплошь состоял из воровской «фени» и невероятным количеством матов. Но биография и личная жизнь других людей Велимира мало беспокоила. Серый никогда не проявлял подлости и трусости и всегда мог ссудить небольшую сумму денег. А то, что деньги у него имелись, ежу было понятно. Серый не первый год трудился на… кладбище «Лесном».

– Проблемы? – спросил, разрывая желтыми, но крепкими зубами засушенного леща. – Могу угостить. Сегодня при деньгах. – хлопнул по карману.

– Нет проблем. Вернее, одна. Работа нужна. – Велимир указал на кружку с пивом. – Пора завязывать с «зеленым змием».

– Я не отдел кадров.

– А к вам реально устроиться?

Серый даже жевать перестал, не веря ушам своим.

– Я что – то не то сказал?

– Ну как сказать… – Серый почесал в затылке. – Текучка в этой сфере большая. Но, завязать целая проблема. – так же указал на кружку. – Многие пьют, спиваются, часто не выходят на работу. Ну и родственники… часто дают водку гробовщикам, которую выпивают через 10–15 минут.

– Даааа, тяжела работа.

– А ты думал, мы пирожки сортируем. Плюс проблемы со здоровьем. Работать надобно и в грязь, и в холод, и в дождь проливной.

– Кончай лечить. Ты же не спился, а держишься на этой работе уже очень долго…

– А куда мне деваться с подводной лодки? – меланхолично ответил Серый. – Возраст уже не тот. Да и прыгать с места на место не солидно как – то. А здесь какой – никакой, а заработок имеется. Плюс левак при умном подходе.

– Мне сейчас любая работа подойдет.

– Хорошо. – легко согласился Серый. – Подгребай вечером к сторожке при погосте. Решим вопрос, сведу с людьми. – и как подводя итог разговору, философски высказал. – Могильщиком может стать каждый. Может, но не хочет.

– Заметано.

– Так не желаешь причаститься? – показал горлышко чекушки из внутреннего кармана.

– Нет, премного благодарен. Так переболею.

– Как знаешь. Было бы предложено… – он плеснул в кружку немного, не вынимая бутылки из кармана и жадно сделал несколько глотков.

Взял только бутылку пива в стеклянной бутылке, твердо решив для себя именно ею и ограничиться.

В прихожей встретил Корсар. Он уже освоился в квартире и чувствовал себя полноправным хозяином.

– Вот такие дела, котяра. – потрепал его за шею. – Теперь будем видеться реже.

Как мог привел себя в порядок, с удовольствием съел пару сосисок и сало с чесноком. Коту тоже досталась своя доля. Корсар быстро справился с трапезой и лениво растянулся рядом, изредка поглядывая одним глазом.

Включив телевизор, Велимир растягивая удовольствие, осушил бутылку. Звук не включал, на мелькающие картинки не обращал внимания.

К шести вечера уже ждал бригаду у сторожки. А через несколько минут я уже знакомился с бригадой: водителем Ильей, копателями Антоном и Серым, с которым был уже знаком.

Последней подошла так называемая «хранительница» кладбища Анфиса. Она уже 10 лет практически жила в сторожке. Позже он узнал о суровых испытаниях, выпавших на ее долю, в результате которых она долго колесила по стране и, наконец, прижилась в их городе.

Контингент был еще тот.

Антон оказался запойным алкоголиком, не просыхающим никогда. Да и Анфиса была любительницей приложиться к бутылочке. А Илья, совмещающий обязанности водителя, не имел водительского удостоверения.

– А как же мусора? – поинтересовался Велимир. – Без прав проблемно…

– А нафига они мне? – даже удивился он. – Машины здесь все равно списанные, а гоняю только по территории кладбища, так что ментов здесь не встретишь. Ну разве что в качестве… покойников.

– Спрыснем знакомство? – предложил Антон.

Отказывать явно не стоило, но Велимир смог вовремя остановится, так что Корсар радостно встречал его трезвого. Ну почти трезвого.

В девять утра Велимир приступил к работе. Если кто – то думает, что могильщик целыми днями лопатой машет и ямы копает, то глубоко заблуждается. Обязанностей у него куда больше.

Как и следовало ожидать, на работу вышли не все. Ильи не было.

– Отдыхает. – Анфиса предупредила вопрос, махнула рукой и подошел невзрачный мужичек в засаленной спецовке. – Сегодня будете с Санычем ездить, возьмешь с собой Серого и разгребайте мусор.

Саныч водил мусоровозку. Велимир с сомнением посмотрел на него: а есть ли права у этого? Но, увидев госномера на машине и свежий техосмотр, облегченно выдохнул. Кажется, только Илья игнорировал законодательство и безопасность дорожного движения.

Загрузившись в тесный салон, стали высматривать мусор на территории кладбища. Его оказалось просто немерено.

– Совсем совесть потеряли! – Серый указал на табличку.

«Мусор собирайте в пакеты и выносите к дороге» – прочитал Велимир.

И прямо под этим столбиком кто – то оставил несколько разорвавшихся пакетов из которых вывалились ветки, бутылки и остатки еды в пластиковых контейнерах.

– Не пропускайте даже окурков, – Серый сплюнул под ноги. – а то если руководство мусор заметит, шею намылит.

Через три часа почти весь мусор собрали.

– Это все на сегодня? – Велимир уже припотел конкретно.

– Ха, размечтался одноглазый! – Серый весело хлопнул по плечу.

Он периодически прикладывался к бутылке, потому не унывал.

– Надо землю для новых «клиентов» освободить. – Анфиса была вездесущей. – Проедьтесь еще раз и поищете заброшенные могилы.

– А как понять, что они заброшены?

– Не ошибетесь. На них разбитые надгробия, а земля заросла травой. Надгробия и памятники и грузите в машину.

К его удивлению таких могил оказалось неимоверное количество. Часа три обливаясь потом, он с Серым таскал плиты весом не меньше ста килограммов. Потом все это отвезли далеко в лес, где была вырыта просто гигантская яма, в которую сваливалась вся похоронная утварь: пожелтевшие от времени венки, деревянные и металлические оградки, каменные плиты и даже куски истлевших гробов.

– Железные оградки – в сторону, – распорядился Серый. – их потом сдадим.

– Точняк! – согласился Саныч. – Все прибавка.

Когда работа была закончена мышцы перестали слушаться. Велимир был выжат как лимон и привалившись к теплому колесу мусоровоза, тяжело дышал.

– Я начинаю понимать, почему на кладбище идут работать только от полной безнадеги.

– Вовсе нет. – не согласился Серый. – Есть такие, что другой и не желают.

– Согласен. – Саныч докурил и втоптал окурок кирзовым сапогом. – Есть такие, что и состояние заколачивают.

– Как это? – не понял Велимир. – На чем?

– Ты же видел брошенные могилы?

– Ну видел.

– А некоторым более ста лет. – подмигнул Саныч.

– Ааа, понял. – дошло не сразу. – Но это же чистой воды мародерство!

– А кто спросит?

– И много находили?

– Ну, правду кто тебе расскажет. Золотишко попадалось. Да и камушки порой тоже…

– Работал у нас такой мужичок, – вспомнил Антон. – Тахиром звали.

– Не русский что ли?

– Да кто его разберет? Вроде как наполовину русский, а какая вторая половина – сам черт ногу сломит! Так вот, пил исключительно дорогой виски, ездил на крутой тачке. Да как–то его заметили за раскапыванием могилы. Он забирал у покойников драгоценности, золотые коронки вырывал, тем и жил. Мы его не сдавали – это его личное дело. Хотя с ним никто особо тесно не общался.

– И где он теперь?

– Сгинул. Не пришел после выходного и все. Больше никто его не видел.

– Все, хорош базлать. – оборвал Серый. – Жрать охота. Живот к позвоночнику прилип! Поехали.

Анфиса уже накрыла стол к их приезду. На взгляд Велимира очень даже богатый! Он даже не отказался пропустить стаканчик коньяка. Мышцы гудели, требовалась разрядка, как говорят, с устатку.

Ну и как обычно за такой трапезой велись интересные беседы?

– Всегда такой напряг, как сегодня?

– А что, уже не нужна работа? – подмигнула Анфиса.

– Нужна. Если честно с непривычки ни ног, ни рук не чую! – продемонстрировал дрожащую вилку в руке.

– Пообвыкнешь. У всех так было сперва. А в целом работать можно.

– Прими анестезию! – протянул стакан Антон. – Как видишь без этого никак.

– Летом народ мрет хорошо, по четыре–пять за день хороним, – продолжила Анфиса.

– Чего же тут хорошего?!

– Все там будем. – изрек Серый, хрустнув огурцом. А так завсегда работой обеспечены.

– Если наша бригада ничем не занята, то можно и самим могилку вырыть. За одну яму тысяча рублей перепадает. Летом копать – одно удовольствие – земля мягкая, как пух. А вот зимой хороним на пятый день, а не на третий, как положено. Земля у нас сырая, поэтому на морозе схватывается, и ее ломом не продолбить. Вот и жжем резиновые покрышки целыми сутками, чтобы можно было копать.

– А можно и на третий день похоронить, если клиент щедро раскошелится.

– А вообще, откуда цены – то берутся?

– Так прейскурант есть, – Анфиса лихо опрокинула очередной стакан. – Хотя его можно и не показывать. Клиенты в шоке часто, посему цену можно заломить запросто. Во, сейчас сам все и увидишь. Вон, гляди, Валера –менеджер очередного окучивать будет.

И действительно, к воротам подъехала машина, из нее вышли женщина и двое мужчин в черном. Валера разве что не бежал к ним. Они долго спорили о чем–то, после этого менеджер подошел к ним. Лицо было расстроенное.

– Не получилось развести. – Валера сам наполнил полный стакан и залпом выпил не поморщившись. – Тетка в расстройстве, а вот мужики в адеквате – пояснил менеджер.

– Теперь понял кухню?

– В общих чертах. Ну а приведения существуют? Или еще что мистическое?

– Разве что с перепоя может померещиться, – убежденно отвергла опасения Анфиса. – За годы, что я здесь работаю, никакой мистики не видела. Некоторые могилы по ночам светятся – это да. Так это фосфор от свежей земли – блеснула эрудицией «хранительница».

Вот так закончился первый рабочий день Велимира.

Последующие дни не особенно отличались разнообразием. Обязанности были предельно просты и понятны. В последующие два года он выполнял всё, что просили: копал могилы, помогал вытачивать могильные плиты, обрабатывал дерево для гробов, помогал погружать гробы в могилы. Даже освоил художественную лепку из алебастра. Получалось очень даже неплохо. В скором времени это принесло свои плоды, и Анфиса разрешила занять одну комнату сторожки под гранитную мастерскую. Надо признать, ему доставляло удовольствие создавать памятники, беседки и другие надмогильные сооружения, дабы увековечить память о тех, кто был дорог своим родным и близким.

Алкоголь уже не занимал как ранее важную нишу в жизни. Он легко обходился стопкой – двумя со своими друзьями по вечерам в сторожке и задушевными разговорами.

– Удивляюсь тебе! – как –то высказал Серый. – Здесь основная масса спивается, а ты совсем наоборот, смог обуздать «зеленого змия».

– А он не масса, – Анфиса протянула листок с рисунком, сделанным от руки. – Вот новый заказ, если сможешь займись.

В последнее время заказы на оригинальные изделия поступали довольно часто. Велимир пользовался спросом и порой приходилось даже работать по ночам.

В целом, жизнь стала многогранной и интересной. Велимир радовался каждому дню и сохранял бодрый настрой. Появился смысл жизни, хотя порой и складывалось ощущение пустоты и никчемности.

Зато осознал, что не сторонник легкомысленности в выборе второй половины. Отношения на короткий срок были не интересны, как не интересен был и секс без обязательств.

Но пока близкого человека рядом не было. Велимир не имел завышенных требований и не выбирал по внешним параметрам.  Имел возможность убедиться, что за красивой внешностью могли скрываться духовные уродства.

Жених по расчету

Татьяна всегда знала, что красива, привлекательна и желанна. Потому часто надевала мини–юбки, ощущая назойливые взгляды вслед, которые заставляли дрожать каждую клеточку тела. Да, она знала, чего хочет от жизни. И знала, как достичь желаемого результата.

Если кто и подходил знакомиться (надо признать, случалось такое довольно редко), то подвергался этот смельчак доскональному критическому анализу, который вряд ли выдержал бы самый распрекрасный принц. Потому отшивала такого «не принца» моментально.

Татьяна была искренне уверена, что не стоит, лгать и, тем более, соглашаться на то, что сейчас вовсе не нужно и не нравится? «Уж если любовь, то только безумная и с первого взгляда» – ответила однажды на вопрос подруг, которые поинтересовались какого парня она мечтает встретить. Если рассказывать по порядку, то я, в то время еще молодая девушка, впервые искала работу. И мне удалось устроиться в небольшую адвокатскую фирму секретарем.

Устроить свою жизнь, по ее мнению, возможно было только в большом городе. А в поселке, где она закончила школу, в лучшем случае ей удалось бы устроиться дояркой, а в качестве мужа заполучить местного тракториста и гармониста в одном лице. Проработав год в поселковом почтовом отделении и скопив немного денег, приняла решение поступать на юридический.

Потому, недолго думая, быстро собрав необходимые вещи, взяла билет на ближайший поезд и через несколько часов прибыла в пункт назначения. Далее, как в ужасной мелодраме. Прямо по прибытии на вокзале у нее вырвали сумочку, в которой бы и документы, и деньги. Но повезло. Появился – таки защитник, пусть и не на белом коне. К сожалению, спасти украденное не удалось, неплохо бегал воришка. Но даже этой попытки оказалось достаточно, чтобы обратить внимание на этого мужчину. Ведь в наше время редко кто решится помочь незнакомому человеку.

– Прости, – подошел незнакомец, разводя руками. – увы, я бегаю не так быстро.

– Ничего… – обреченно махнула рукой. – Ты же пытался, спасибо.

Татьяна посмотрела ему прямо в глаза, и улыбнулась, хотя в глазах стояла пелена слез и губы предательски дрожали.

Познакомились легко. У нового знакомого оказалось необычное имя Велимир. Она даже несколько раз произнесла его про себя, прислушиваясь к ощущениям. Странно, но ощущала только положительные эмоции.

– Не вышло у меня покорить большой город, надо возвращаться.

К её удивлению, Велимир предложил помощь. И даже жильё.

«А почему бы и нет? – рассудила здраво. – Мне сейчас любая помощь сгодится. А он к тому же не урод, не озабоченный, нормальный человек, на которого можно рассчитывать в трудную минуту. А эта минута как раз и начала свой отсчет»

С того дня они были неразлучны. Татьяна поступила в институт. Он встречал её после учёбы. Они полюбили совместные прогулки по паркам и скверам. Иногда просто бездумно катались в трамваях и троллейбусах.

В Новый год они стали по – настоящему близки. Она до сих пор хранит его подарок, такого забавного ежика, как оказалось, символ 2018 года по славянскому календарю. Да конечно, это не кольцо с бриллиантом, и даже не поездка на Карибы, но почему – то подарок этот был очень дорог. Наверное, потому что сделан был от чистого сердца. И от осознания этого, становилось больно на душе. Но она старалась не обращать внимания на терзания души, помня о своей мечте добиться успеха в жизни. Любыми средствами…

На третьем курсе Татьяна нашла возможность совмещать учебу с работой. Работа в адвокатской конторе позволяла с головой окунуться в реальные дела, а не приевшиеся задачи из учебников или «дела давно минувших дней». Ну и конечно же внимание! Внимание мужчин, коллег по работе. Их было шесть и каждый «считал своими долгом» сказать ей комплимент. Она постоянно находилась в центре внимания мужчин.

Татьяне уже было 22 года, а потому заработанные деньги позволяли побаловать себя. Новая прическа, стильная одежда, обед не в студенческой столовой, а в модном кафе или даже ресторане, все это несколько отдаляло от Велимира, который, по ее мнению, не стремился к карьерному росту, деньги похоже тоже мало интересовали.

И очень скоро за Таней стал ухаживать молодой адвокат Илья. Вначале он просто болтал о работе, потом стали вместе обедать, присматривались друг к другу проще говоря.

Илья был симпатичным: рослым, плечистым, правда, немного полноватым. Но больше всего привлекало умение общаться и обаяние, была какая – то харизма. С ним было приятно проводить время. Более того, он красиво смотрелся в костюме и был похож на тех модных и уверенных в себе мужчин, которые смотрели с обложек журналов по бизнесу. И о которых мечтала Татьяна.

Вот так и начался «служебный роман». Татьяна была уверена, что Илья – это тот, кто ей нужен. Деловой, привлекательный, забрасывал комплиментами, цветами и подарками.

А однажды, после ресторана, он пригласил к себе, уговорами и ласками убедил остаться на ночь. Устоять было… невозможно. А может и сама желала этого! Прошло несколько месяцев, и Татьяна по наивности не сомневалась в скорой свадьбе, хотя Илья и речи об этом не заводил. Жизнь казалась прекрасной, была любимая работа, и был… жених.

Пусть не сразу, но Таня приняла решение оставить Илью. Не обошлось без упреков, скандала, но ее трудно было убедить в обратном. Ведь до Счастья было всего ничего!

Последний разговор в их любимом кафе проходил в спокойной обстановке, хотя в глубине души ей хотелось немного «побыть стервой», увидеть сожаление в глазах, почувствовать… она сама не знала, что именно хотела от этого разговора. Но он запал в душу, особенно последние слова Велимира.

– Ты единственный человек в моей жизни, который мог меня всегда рассмешить, поддержать в трудную минуту, рассказать все, что думал. – решил тогда признаться Велимир. – Ты была частичкой меня.

– Я рада… за себя. – Таня внутренне ликовала.

– И мне жаль.

– И чего же?

– Жаль упущенной возможности.

– И какой же?!

– Возможности сделать другую девушку счастливой.

Вот эта фраза часто всплывала из глубин памяти, когда было грустно, возникали проблемы и когда требовалась хотя бы моральная поддержка.

Чтобы привести мысли в порядок, Татьяна решила погостить немного у родителей в деревне. В квартире родителей была собственная комната, которую она очень любила и знала, что она и сейчас в полном ее распоряжении. Даже детские игрушки наверняка сейчас стоят на своих местах, терпеливо ожидая свою хозяйку.

Там же, в деревне осталась и лучшая подруга, Светка. Задорная девчонка, но как –то не складывается личная жизнь. И напрочь отметает все предложения Татьяны помочь ей на первых порах в городе. Они не виделись уже полгода, но созванивались разве что не каждый день. И завтра Татьяне очень хотелось рассказать ей о новом чувстве. Прямо – таки свербило от желания похвастаться!

Расписание поездов и автобусов она знала. До вечера времени было много, потому заказав билет через интернет, вышла просто прогуляться, подышать свежим морозным воздухом. Шел снег. Такой нежный, волнующий и трепетный. Таня потуже завязала шарф и побрела вдоль улицы. Показался незнакомый прохожий. Она посмотрела ему прямо в глаза, и улыбнулась. Он тоже улыбнулся и пошел дальше.

«Жизнь хороша! И люди хорошие!» – ударила рукой по ветке, вызвав небольшой искрящийся снегопад и зашагала дальше.

Шла так, не разбирая дороги, даже не зная на какой улице находится, шла и шла. У нее не было определенного маршрута, просто хотелось прогуляться, освежиться, ведь на душе было так тепло.  Невольно вспомнились такие прогулки с Велимиром, но она быстро отмела прочь эти воспоминания. Я еще немного побродила по улицам, после чего направилась домой.

Вернувшись домой, вернее в квартиру Ильи, куда она перебралась сразу после той безумной ночи, набрала номер Светки.

– Привет Света. Как дела?

– У меня все хорошо. А у тебя? – услышала ее задорный голосок

– У меня все отличненько, чудненько, чудовенько, прекрасненько… Ты никогда не угадаешь, что я хочу тебе сообщить.

– Быть такого не может!

– Может. Я встретила свою любовь.

– Что? Какую еще любовь? – не поняла подружка. – Еще одну?

– Самую настоящую любовь.

– А как же Велимир?

– Был Велимир, да весь вышел.

Зависла пауза. Казалось слышно было как трещит мозг, переваривая услышанное.

– Не понимаю. Ты же говорила, что все на мази…

– Тебе это не понять, так как ты не знакома с таким чувством.

– Как я не могу знать, что такое настоящая любовь. Ты кому говоришь? – гнев был неподдельным.

– Конечно, – усмехнулась Татьяна. – Откуда тебе знать это чувство, если ты ни разу не влюблялась?

– Ну и в кого это ты влюбилась? В своего препода какого – нибудь? Я угадала?

– Нет, с чего ты взяла?! Я встретила настоящего мужчину.

– Подружака, ты меня пугаешь! Ты что в старика влюбилась?

– Причем тут старик. Я ведь говорю образно.

– Сколько ему лет? – заинтересованно произнесла Света.

– Не знаю. Двадцать пять примерно.

– Хорошо. А как его зовут?

– Илья.

– Свет, давай мы встретимся, и я тебе все подробно расскажу. Хотя тут особо и рассказывать – то нечего…

– Хорошо. А куда мы в выходные пойдем?

– На твой вкус.

– Тогда можем посидеть у меня, а потом останешься с ночевой.

– Хорошая идея. Все, до встречи.

Всю дорогу в деревню проспала в автобусе, откинув спинку кресла. Даже сон какой – то приснился, но едва проснулась, не могла вспомнить ничего из виденного. Так, обрывки, как цветные картинки, мгновенно проносящиеся перед мысленным взором.

Мама не спала, предупрежденная звонком. Встретила на вокзале в 2 часа ночи, подхватила сумку и бодро зашагала к дому, болтая без умолка, не давая возможности даже ответить на свои вопросы. Ну и Татьяна успела узнать все новости поселка за время ее отсутствия: кто женился, кто развелся, кого посадили, и кто вернулся в деревню после отсидки…

С мамой за столом они проговорили долго.

– У вас действительно все так серьезно?

– Надеюсь. – Татьяна сделала глоток домашнего вина. – Я живу у него, и он не против… Кажется. Правда ни разу не заговорил о том, чтобы узаконить отношения.

– Дай Бог, дай Бог, деточка! – мама перекрестилась на иконы в углу. – Может ты добьешься чего – то в этой жизни. Сама знаешь, как в селе сейчас живется.

– Да уж знаю, не по наслышке.

Так мы и решили поступить. В субботу я проснулась рано, что мне очень не понравилось, ведь я решила высыпаться за все будничные бессонные ночи.

– Ты надолго?

– Не знаю, на пару дней, а может и на неделю задержусь. У меня сейчас накопились отгула, могу позволить…

– Ну и хорошо. Я скучала. Мы редко видимся… – смахнула украдкой слезу. – Если раньше хоть с твоим отцом можно было поговорить, то сейчас… – она рукой махнула.

– Ничего, – Татьяна обняла вздрагивающие плечи. – если все устроится, тебе недолго здесь куковать. Мы обязательно будем жить вместе.

Утром заявилась подруга. Радость была не наигранной. Едва не задушила в объятиях. Светка недолго поболтала с матерью, пока Татьяна разобрала свою сумку, раздумывая что ей надеть.

– Ну что, пошли? – вышла в кухню в простых джинсовых брючках и вязаном свитере до колен с широким воротом, который при желании можно было превратить в капюшон.

– Ага, пошли.

– Пойдем вдоль речки! – предложила Татьяна. – Такая красота!

– Да ничего особенного, ничего ведь не меняется.

– Для тебя – возможно, для меня же вечность прошла, когда гуляли здесь.

– Понимаю, ностальгия!

– Называй как хочешь. – отмахнулась Татьяна.

– Может посидим в кафе? – предложила подруга.

– Какое кафе? – остановилась в удивлении.

– Сережка Васильев кафе открыл. Не без помощи папашки, конечно. А помнишь, он ведь и к тебе клеился?

– Помню. – нехотя вспомнила Татьяна.

О том, что его настойчивость имела логическое завершение, она не говорила никому. Даже Светке. Да и неприятно было вспоминать ту ночь, когда после несчетного количества выпитого пива, она просто не могла толком соображать, а Васильев воспользовался представившейся возможностью. Никогда не чувствовала себя такой грязной, отвратительной самой себе. Да и Сергей оказался не на высоте, вырубился… в самый неподходящий момент. Но время не повернуть вспять, не изменить, не вернуть все на круги своя. Потому и старалась забыть этот неприятный эпизод жизни. Тем более, утром Васильев повел себя как последняя скотина.

– Одевайся. – кинул ей охапку одежды. – И выметайся.

– Но… – не понимала происходящее. – Я думала…

– Тебе не нужно думать. – отрезал Сергей грубо. – Да и нечем. Блин, башка раскалывается… Или ты действительно решила, что я просто обязан теперь жениться на тебе?

– Ничего я не думаю. – Татьяна быстро оделась, дав себе обещание больше никогда не позволять мужчинам вытирать о нее ноги. – Надеюсь я последняя дура, которая повелась на…

– Досвидос. – помахал рукой в ответ. – Думаю понимаешь, что не стоит распространяться о том, что произошло здесь ночью?

– А что произошло? – Татьяна изобразила удивление. – Ничего не было. У тебя ничего не получилось. Адью, импотент! – громко хлопнула дверью и покинула этот дом.

– Сука! – Васильев ударил кулаком по стене. – И стерва.

– А вот и кафешка. – они дошли до новенького здания из красного облицовочного кирпича. – «Красные розы». Не понимаю, зачем он выбрал это название? Ни одной розы в помине не видела!

Внутренний вид впечатлял. Просто, но со вкусом. Массивные столики из настоящего дерева, а не пластиковый ширпотреб. Удобные высокие стулья, тоже из ценных пород дерева. Над каждым столиком на цепочке висел оригинальный светильник с вентилятором, сила света регулировалась по желанию самим посетителем. При желании можно было отгородиться от зала перегородкой, которая пряталась в стене, свернутая в рулон.

Подруги примостились у крайнего столика справа и начали разглядывать меню. По дороге уже договорились, что закажут хорошего красного вина и разные закуски.

– Ну, колись, как твоя любовь поживет? – ехидно спросила Светка.

– Моя любовь живет у меня в сердце, и никуда не ушла, – гордо заявила в ответ.

– Танька, ты, что и вправду влюбилась?

– Ну нельзя так сказать с уверенностью. Просто с ним удобно, надежно, не нужно думать о завтрашнем дне…

– Ну, чудеса. И как можно так жить? Я не понимаю. Ты сама же начнешь искать приключений на стороне через… месяц там или полгода. Ты, о чем думаешь? – недоумение явно читалось на лице Светки.

– Знаешь, что, не тебе решать, кого я полюблю. Ты же знаешь, как долго я этого ждала. А ты сейчас все портишь. А может, ты мне завидуешь? – Татьяна начинала закипать, осознавая правоту подруги.

– Танька, остынь. Иначе мы поссоримся раз и навсегда. А все из–за твоей… запланированной любви. Ты сама то хоть понимаешь это?

– Понимаю. Не дура же совсем, деревенская!

– Проехали, давай отметим встречу! Мы же за этим сюда пришли.

Пили молча, каждая думала о своем, не решаясь и не зная, как продолжить разговор.

– Света, ты извини, конечно, меня, но давай договоримся, что свои советы и упреки оставишь при себе. Я прекрасно понимаю, что пытаюсь добиться счастья не прилагая усилий, а придя на все готовенькое. Но я так решила для себя. Очень давно. Ничто не заставит меня свернуть с выбранного пути. И давай закончим этот разговор.

– Но знай, ты всегда можешь рассчитывать на мою поддержку во всем.

– Спасибо. Но кажется мы пришли сюда отдыхать и развлекаться. И ты, как помнится, хотела парней кадрить. Я что–то не вижу, чтобы ты кого–нибудь закадрила, – улыбнулась Татьяна.

– Сейчас увидишь. – подруга была в своем репертуаре.

Она обвела своими хитрыми глазками зал и через пару секунд жертва уже была выбрана.

Татьяне было смешно наблюдать за происходящим. Но мысли все же продолжали крутиться вокруг слов, сказанных Светкой.  В глубине души она понимала ее правоту. И остро переживала, что рядом не было Ильи, неизвестно чем он сейчас занят. Или кем? Было больно постоянно думать, а все ли она сделала правильно? Не допустила ли промаха? Может стоило проявить твердость и прямо спросить его о дальнейших планах? И есть ли ей место в этих планах?

– Подруга, в каких облаках ты там летаешь? – перебила размышления Светка.

– Да я тут. А ты что вопишь как потерпевшая?

– Ты видишь вон тех двоих симпатичных парней?

– Где? – завертела головой.

– Ну, там, второй столик у окна, – показала взглядом.

– Ну вижу, не слепая, и что дальше?

– Как это что? Давай подцепим на сегодня.

– Мне сейчас не до этого. Но тебе не стану мешать, так что если так уж зачесалось, то вперед и с песней!

– Я же понимаю вокруг чего крутятся мысли. Поэтому хочу отвлечь тебя.

– Может не стоит?

– Надо. – твердо обрезала возражения подруга. – Кстати, один из них идет к нам. Чур он мой!

Светка буквально пожирала глазами этого ловеласа. Она уже научилась довольно точно оценивать человека по внешнему виду, походке, манере разговаривать. И интерес был обоснован. Красивый брюнет с карими глазами и тонкой ниточкой усиков, высокого роста, не менее 180 см, широкого телосложения. Да и держался он очень уверенно, по – хозяйски. Другой, остался сидеть за столиком, поглядывал на них и сдержанно улыбался. Казалось он был уверен в собственной неотразимости и не сомневался, что продолжение банкета плавно перенесется в более спокойное и интимное место.

– Здравствуйте, красотки, – остановился у столика.

– Здравствуй. Как тебя зовут? – сразу ринулась в бой подруга.

– Сергей. А вас?

– Меня Светлана. А это моя лучшая подруга Татьяна.

– Приятно познакомиться. – голос был завораживающий, приятный баритон уверенного в жизни мужчины. – Позвольте узнать, что такие неординарные девушки делают в этом… захолустье?

– Живем мы здесь. Вернее, я живу. – поправилась Светлана. – А подруга в гости приехала.

– И это не захолустье. – Татьян было обидно слышать такие слова. – Как известно, родителей и Родину не выбирают.

– А что там твой друг скучает в одиночестве? – перевела разговор из опасного русла Света. – Давай зови его к нам.

– Собственно говоря, я пришел пригласить вас присоединиться к нам.

– Давайте лучше вы к нам. У нас так много вещей, – покосилась она на наши сумочки. – Мы будем пол часа вещи переносить только. И толком не успеем насладиться вечером.

– Слово девушки закон. – поднял руки вверх Сергей, внимательно глядя на Татьяну, не заметив возражения продолжил. – Мы сейчас придем.

Через пару минут они уже сидели за нашим столиком.

– Антон – представился друг Сергея.

– Татьяна – тихо представилась, хотя не очень жаждала знакомства.

Но подруга есть подруга, портить ей вечер было не в силах.

«Пускай развлечется – подумала Татьяна и огляделась.

Сергей уже обнимал Светлану за талию, рассказывая на ушко какую–то смешную историю из жизни. Подруга весело смеялась, видно было, что приятно внимание, а вот Антон вел себя сдержанно.

– Мы сейчас придем. – сказала подружка, вставая с Сергеем.

Они отошли, а Антон стал пристально смотреть, что вскоре начало сильно раздражать.

– Татьяна, что ты такая грустная? – спросил Антон смущенно.

– Голова что–то разболелась, – легко соврала в ответ.

– Так выпей таблетку. Может, полегчает. Или коньку…

– Нет, спасибо. Надеюсь, что все пройдет.

– Как знаешь. Может, расскажешь что–нибудь о себе.

– А что именно тебя интересует

– Все интересует. Ты симпатичная девушка… – Антон оборвал фразу. – Черт, наверное, ты слышишь постоянно эту банальность. Представляю, как это может бесить.

– Ничего, к этому привыкаешь.

– Так вот, я был бы не против с тобой поближе познакомиться.

– А меня ты спросил? Я – против.

– А что так? – удивился, не ожидая такого ответа.

– У меня есть другой.

– И что? – недоуменно смотрел Антон.

– Я – то не намерена с тобой знакомиться ближе. – Антон бесил все больше и больше.

Бесил своей уверенностью в своей неотразимости, шарме, привычке получать желаемое здесь и сейчас.

– Детка, ты еще пожалеешь и вернешься, – улыбка сошла с лица, теперь перед ней сидел хищник, не знающий отказа. – но будет поздно.

– Не надейся, – с ненавистью парировала выпад.

В этот момент вернулись Света с Сергеем.

– Идем покурим. – потянула за рукав.

– Что случилось? – недовольно спросила Светлана.

– А то, что я ухожу.

– Почему? Мы ведь только пришли. Только вино и попробовали…

– Я бы посидела с тобой наедине, с превеликим удовольствием, но не с этими маньяками.

– Ты что завелась? Что Антон тебе сделал?

– К счастью пока ничего.  Он прямым текстом заявил, что хочет со мной переспать.

– А он должен монаха изображать по – твоему, когда рядом такая женщина – вамп?! Ты меня поражаешь своей простотой!

– Но я вовсе не намерена с первым поперечным бросаться в омут страсти.

– Вот блин невезуха! что мне с тобой делать? – поникла подруга. – Мне понравился Сергей, я надеялась с ним… немного пообщаться.

– Ну, так иди и… тра… общайся. Я что тебе запрещаю что ли?

– Я так не могу.  Не могу же тебя бросить.

– Ну, – решение родилось мгновенно. тогда я пойду к тебе. А ты уже как освободишься, придешь. Хорошо?

– Танька, ты супер! – обрадованно повисла на шее и целуя.

Забрав сумочку, попрощалась с Сергеем и Антоном, направилась домой к Свете. Она дала свои ключи, так что зайти смогла без труда.

Светка заявилась после полуночи. Изрядно пьяная, но довольная и счастливая.

– Как все прошло?

– Даже лучше, чем ожидала.

Всю ночь провели за разговорами. Вспомнили школу, первые романы и разочарования. Вспомнили как строили планы на будущее и наивно верили в их скорейшее осуществление. Обговорили, казалось бы, все. И косточки всем перемыли. Даже заснули в одной постели, как это бывало раньше в детстве.

– Разные вы очень, – уже засыпая вынесла вердикт Светка. – Но, главное, чтобы ты была счастлива! – Используй его на всю катушку.

– Я беспрестанно себе вру. – призналась Татьяна.

– В чем это?

– Уверяю сама себя, что в любой момент могу его бросить, так как нужен он мне только как стартовая площадка. Я даже не уверена на самом деле, что он меня любит. Я даже внушила себе, что его молчание о возможной совместной жизни, является признаком благородства, а не равнодушия

– А он познакомил тебя с родителями?

– Нет. – призналась Татьяна. – Всегда находил отговорки. Однажды я, правда, набралась смелости и спросила об этом в преддверие выходных.

– Сказал, что надо подождать некоторое время. – слукавила Татьяна, хотя ответ был иным. – «Я не знаю, что у меня будет завтра, тогда и решим» – услышала в телефонную трубку, когда позвонила и спросила о возможности совместного вечера с его родителями.

– Не хочешь объяснить, что происходит? – с порога набросилась на него, пока с утра никого не было на работе.

– Я не знаю, что тебе сказать, – тупо пробормотал Илья и даже попятился, невольно сравнив ее с разъяренной фурией. – Мы не так долго знакомы…

– А по – твоему почти год – это недолго?!

– Ну… не знаю даже. Дай мне еще время.

– Может, пора все–таки определиться? Нужны ли тебе совместные отношения или нет?

– Я не знаю, что тебе ответить, –  выдавил из себя он.

– Ты хоть можешь сказать, как ко мне относишься?! –  не выдержала Татьяна.

– Честно говоря, я и сам не знаю. – снова повторил оригинальную фразу.

– Ты другие слова знаешь, кроме как «не знаю»?

– Ты не подумал, – едва не разрыдалась, спросила дрожащим голосом. – что это сам по себе уже ответ?

– Я так не думаю.

– Может, лучше расстаться? – решила расставить все точки над «i».

– Я так не считаю.

Татьяна поняла, что сама себя загнала в тупик. Пыталась давить на жалость, рассердить его, вызвать ревность – все безуспешно. Илья не желал говорить ничего определенного. В конце концов, они договорились, что все будет по – прежнему и Татьяна «снова станет милой девочкой», но она берет небольшой тайм – аут и проведет некоторое время у родителей. Это поможет ей собраться с мыслями, придумать как найти выход из сложившейся ситуации.

Еще несколько месяцев они продолжали встречаться на автопилоте.

Коллеги и подруги, видя, как день ото дня становилась все более нервной, спрашивали:

– У вас с Ильей все в порядке? С тобой что–то не то творится.

– Разумеется, все замечательно. – кривила душой Татьяна. – и добавляла. – Меня все устраивает. Но если пойму, что он меня больше не любит – пошлю его куда подальше, можете не сомневаться.

Вместо запланированной недели, Татьяна задержалась в деревне на две. Вернулась отдохнувшей и телом, и душой. Если честно, то даже не хотелось возвращаться в суетливый город, с его соблазнами и большими проблемами. В деревне она просто жила, не думая о завтрашнем дне.

На работу она пошла думая, что услышит вразумительный ответ Ильи. И готова была принять любой, лишь бы была какая – то определенность. Но … Человек предполагает, а Бог располагает.

Все началось с того, что в фирму устроилась новенькая девушка, ну а если точнее – ее устроили работать. Кристина заканчивала экономический вуз, и ей была необходима практика. Ее отцом оказался крупный и влиятельный бизнесмен. И однажды зашел к начальнику. О том, что он ну очень важная шишка, Татьяна догадалась сразу. Ни с кем босс не был столь любезен. Но больший шок Татьяна испытала, увидев с ним… Антона. Да, того самого, которого она отшила в деревне. Он был сыном этой «важной шишки», потому и вникал в суть дел, повсюду следуя за отцом. В ближайшем обозримом будущем он должен был унаследовать финансовую империю родителя.

После этой встречи начальник вызвал меня к себе.

– Танечка, с завтрашнего дня у нас будет работать новая бухгалтер Кристина. Помоги ей обустроиться, ну как ты это умеешь. Да и вообще будь с ней повежливей и не отказывай ни в чем, если она попросит.

– Прямо – таки ни в чем?! – решилась на колкость Татьяна.

– В пределах разумного. – веско ответил босс.

Разумеется, приказание начальника было законом ля подчиненных. Но Кристина многим совсем не понравилась. Избалованная и капризная, явно не привыкла работать, а могла лишь отдавать распоряжения, порой далекие от профиля конторы.

Татьяна часто слышала шепот сотрудников, обсуждающих новую сотрудницу. Говорили, что избалованная очень потому, что единственная дочка богатого бизнесмена. И он в ней души не чает, прощает все шалости и безумные выходки.

– С ней лучше не связываться, а то папаша в порошок сотрет. –  видом проговорилась бухгалтер Ксения Петровна.

– А как же ее тогда учить и замечания ей делать? – усмехался один из адвокатов. – она же уверена, что все знает и умеет, а мы так, для мебели здесь!

– Прояви смекалку, на то т и адвокат!

– Так невозможно работать! Мы будем у нее на побегушках и не более того.

Дальше начался кошмар.

На Татьяну посыпались приказания и распоряжения одно за другим

– Не хочу это кресло, хочу другое.

Татьяна молча заменила на другое.

– Почему кофеварка ровесница коня Буденного?

Пришлось идти к боссу и просить деньги на приобретение новейшей модели.

– Это не ручки, гусиными перьями писать и то удобнее. Выкинь эти дешевые ручки… «Паркер» вполне подойдет.

И так продолжалось две недели. Каприз за капризом, нервные крики и даже… не литературный русский, великий и могучий.

Но помня указания начальника, терпела и выполняла капризы Кристины.

Но то, что произошло дальше, вывело Татьяну из равновесия. Опекать Кристину взялся Илья. Когда ей в очередной раз что–то не нравилось, он то уговаривал, то выполнял ее каприз.

Потом ситуация кардинально изменилась. Илья стал крутиться вокруг Кристины постоянно, стал говорить ей комплименты, развлекать ее., разве что чечетку не отбивал.

И однажды Татьяна не выдержала, подошла и как бы невзначай положила руку на плечо Ильи, шепнув на ухо что хочет пообедать с ним. Она лишь хотела дать понять нахалке, что этот мужчина занят, чтобы она не строила иллюзий на его счет.

Лучше бы она не делала этого. Кристина зло сверкнула глазами на нее и в ту же секунду Татьяна поняла, что нажила себе личного врага.

Но Илья! Такого она совсем не ожидала. Он резко скинул руку с плеча, отвел в сторону, а взгляд стал колючим.

– Совсем не обязательно афишировать наши отношения. – зло прошипел он.

– Раньше тебя это не смущало, — твердо ответила, глядя ему прямо в глаза.

Он ничего не ответил, развернулся и вышел. После этого случая они не разговаривали несколько дней. И все это время Илья вертелся вокруг Кристины, исполняя все капризы, а та смотрела свысока взглядом олимпийской чемпионки.

Это были самые тяжелые дни на работе. Ночью Татьяна плакала в подушку, вечерами жаловалась подруге Наташе.

– Он ведь заигрывает с ней прямо у меня на глазах!

– Он просто подлец! –  протянула салфетку подруга. – Купился на ее деньги, ясно же!

– Да она же страшненькая как атомная война, смотреть не на что! Тут никакие деньги не помогут.

– Ну, тут я поспорю. Не бывает некрасивых женщин, бывает мало водки. А деньги компенсируют и эти недостатки.

– Так и спиться недолго.

– Бросай его, даже не думай. Сколько можно терпеть!

– Похоже мне этого не придется делать. – сделала вывод. – Он уже сам бросил меня. Ситуация ясная, но все же поговорить требуется.

– Верно. Может не все потеряно.

На следующий день после работы подошла к нему. Кристина ушла в тот день пораньше. Она позволяла себе и совсем не появляться в офисе. Илья сидел в кабинете один.

– Ты ничего не хочешь мне сказать? — спросила, закрыв за собой дверь.

– А должен? — окрысился он

– Я правильно понимаю, ты теперь с Кристиной? И между нами все кончено? – Татьяна была спокойна как никогда.

Он вскочил со стула и нервно заходил по кабинету.

– Между прочим, я ничего тебе не обещал. – бросил он, избегая встречаться взглядом.

Татьяна молча, вышла и прикрыла за собой дверь. Скандалить не хотелось, а говорить с ним было бесполезно. Да и не о чем. По крайней мере, ситуация действительно была ясна.

На следующий день Татьяна написала заявление на отпуск. Босс посмотрел с сочувствием, согласился дать две недели.

В свой отпуск поехала в родную деревню, чтобы отвлечься и залечить свое раненое сердце. Новая обстановка помогла.

Поразмыслив здраво, а времени для этого было вполне достаточно, хотела вообще уволиться и уйти на другое место, но пока новой работы не предвиделось, пришлось выйти на прежнюю.

Но вернувшись из отпуска, к своему огорчению поняла, что все уже решено. Начальник вызвал к себе и, опустив глаза, сказал, что придется подыскивать новое место.

Бухгалтер Ксения Петровна оказалась более осведомленной.

– Кристина поставила условие, чтобы тебя уволили, и даже подключила к этому своего крутого папашу.

Начальник, надо отдать должное, сопротивлялся, сколько мог, не хотел быть подлецом, но ссориться со всемогущим бизнесменом побоялся.

Мои прежде такие любезные коллеги отводили глаза, когда встречались со мной взглядом. Никому не хотелось попасть под раздачу. А Илья вообще избегал, делал вид, что не замечает.

Так Татьяна лишилась и жениха, и работы.

Но время и молодость затягивают раны. Через три месяца устроилась на новое место, продавцом – кассиром в маркет. Вместе с новой подругой, тоже работающей в магазине, снимали маленькую квартирку на окраине города и старались устраивать себе хоть изредка маленькие праздники. Постепенно жизнь налаживалась. И неприятная история с Ильей стала стираться из памяти и казалась лишь неприятным недоразумением. Все чаще и чаще возникала мысль: «Как я могла быть такой наивной, что купилась на комплименты, смазливое личико, деньги и красивый костюм!

Но судьба словно решила подшутить над ней.  Через несколько этот «герой» снова появился в ее жизни, но на этот раз уже на работе. Она даже не сразу узнала в покупателе того успешного адвоката, достойного картинки из журнала по бизнесу. Он выглядел непрезентабельно, потрепанным жизнью, любящим выпивку мужиком с недельной щетиной на опухшем лице.

Татьяна узнала потом что с ним произошло. Илья чем– то не угодил Кристине, и обиженная папенькина дочка попросила своего отца отомстить за себя. И вот он полетел с работы. Ну а папа подключил все связи и попросил всех знакомых городе не брать на работу Илью. Так он и опустился на самое дно, перебиваясь случайными заработками.

Татьяна часто вспоминала Велимира. Прорыдала несколько недель, осознав масштаб потери. Пару раз пыталась дозвониться до него, но он либо не отвечал, либо бросал трубку. Порывалась поехать к нему, но что–то в последний момент удерживало, остатки самоуважения, наверное.  Или, что скорее всего, понимание бессмысленности этой попытки. Все же чувства странная штука Татьяна несколько раз приходила к дому, но не решалась подняться в квартиру, прекрасно понимая, что обошлась с Велимиром так же, как и с ней Илья. А может и хуже. Илью она забыла, как неприятный сон.

– Ну да, сама виновата. – засыпая уже, сделала вывод Татьяна. – Он просто выключил меня из своей жизни, как обычно выключают наскучивший телевизор. – Ну и дура же я!

Лгать самой себе нельзя никогда и ни при каких условиях, как бы больно это ни было. Но и идеал искать не следует. Этот урок Татьяна усвоила на собственной шкуре.

Потрясающая ночь

На часах 22:00. Погода была чудесной, и луна освещала всю улицу, возможно, и весь город. Пора летняя, теплый ветер обдувал углы сторожки. Велимир, закончив очередной набросок, с удовольствием закурил. Он неплохо освоил несколько компьютерных программ, которые значительно упростили работу над проектами. Достаточно было загрузить понравившеюся картину и после нехитрых манипуляций изменить её до неузнаваемости. С Corel Draw и Photoshop он уже, как говорят, был на «Вы».

Глянул на часы, решил немедленно отправляться домой. Уже полгода как он восстановил водительское удостоверение и на своём авто ВАЗ – 2105 приезжал на работу, иногда и доставлял заказы к месту назначения. (Многим пришлись по душе оригинальные работы, а потому приходилось иногда везти работу и на другие кладбища). До машины нужно было идти до ворот, примерно 60 метров по дорожке, щедро посыпанной мелким речным песком.

Завел двигатель, прислушиваясь к ровной работе. Невольно задержал взгляд на красивой паре, которая, как решил поначалу, прогуливалась этой чудесной теплой ночью. Благо лунный свет и фонари позволяли рассмотреть все детали. Но, услышав их диалог, я понял, что ситуация у них печальная и от романтики весьма далекая.

– Ничего не меняется. – буркнул себе под нос Велимир. – двадцать первый век на дворе, а страсти времен Шекспира так и не канули в прошлом.

– Ты грубый и жестокий.

– Ты всегда найдешь возможность дать повод…

– Вовсе нет, я никогда не давала повод усомниться в своей верности.

– Все вы бабы одинаковы…

– И только поэтому ты решил расстаться? Даже не выяснив…– девушка едва сдерживала слезы.

– А тебе этого недостаточно?

«А девчонка–то красивая: длинные каштановые волосы, висящие до лопаток, ярко–выраженные глаза, миленький тоненький голосок, да и фигурка даст фору многим моделям» – Велимир оценил достоинства.

Между тем словесная перепалка продолжалась уже на повышенных тонах. Велимир протирал зеркало салфеткой и вдруг… Сразу даже и не понял, что произошло. Показалось что парень отмахнулся от мухи, но звонкий шлепок позволил сделать вывод: этот недочеловек ударил девушку. Ударил жестоко, с кулака прямо в лицо, не жалея своих сил.

Быстрым шагом, забыв закрыть дверь машины. Велимир преодолел разделявшее их расстояние и перехватил руку, занесенную для очередного удара.

– Чё за… – начал было тот.

– Да ничё. – прописал по челюсти сначала левой рукой с кулака, а затем локтем правой руки.

– А, вот и подписка появилась. – смахнул выступившую кровь с губы. – И после этого ты будешь говорить, что нет никого, никому глазки не строишь?! Шлю…

Договорить Велимир не позволил.

После пары ударов, его тело без сознания упало на твёрдый асфальт. Оно и понятно, два года тяжелой физической работы не прошли аром. Помахай лопатой каждый день, да потаскай гранитные плиты, любой подкачается. А Велимир окреп, лишнего веса не было, стал жилистым и выносливым.

Не оглядываясь на тело, Велимир первым делом бросился к пострадавшей, у которой всё лицо было окровавлено, с носа, с обеих ноздрей стремительно телки две струйки крови. Она плакала, но как –то беззвучно. Поднял её и поставил на колени лицом к себе…

Благо в кармане нашлись влажные салфетки, которыми протирал руки в случае, если умудрялся испачкаться суриковой краской. Пачка была новой, поэтому хватило что бы вытереть кровь с её лица, а небольшими валиками влажной ткани остановить кровотечение из носа. И сейчас убедился в своей правоте, первому впечатлению. Её лицо было таким прекрасным, хотя из – за увеличивающейся опухоли сложно было разглядеть его во всей красе, а кожа такая гладкая, что сердце ликовало. Он благодарил небеса за шанс хоть чем – то помочь этому милому созданию. Она была словно Ангел, который спустился с небес… Велимиру очень хотелось её поцеловать, но сохранял спокойствие, сдержал свои порывы.

После оказания медицинской помощи поинтересовался, может ли она подняться и самостоятельно идти. Успокоившись, красавица кивнула головой, но её первая же попытка подняться на ноги не увенчалась успехом.

Приняв решение, взял ее на руки, пошел и посадил в свою машину. Тронулся с места и поехал в неизвестном направлении… Ему все равно было куда ехать, лишь была возможность любоваться прекрасным овалом лица вдоль череды ярких фонарей, заливающих салон мягким желтым светом.

Он не стал спрашивать почему парень её ударил, понимая насколько неприятным для нее был бы вопрос, а еще более неприятным возможный ответ незнакомому человеку, пусть и вступившегося в тяжелую минуту. Да и сам догадался из нескольких фраз их диалога. Ее друг чётко дал понять, что не намерен прощать и отомстит, за предательство.

– Куда Вас отвезти?

И тут ее как прорвало. Она говорила и говорила, не позволяя Велимиру и слова вставить. Да ему это было и не нужно. Её миленький голосок убаюкивал, но он держался, как только мог, прекрасно понимая ее состояние. Шок после произошедшего прошел и теперь ее мозг лихорадочно пытался решить логическую задачу, в которой неразрешимым казался главный вопрос: за что?

Оказалось, она жила на окраине города возле парка аттракционов, где она постоянно проводит своё время с младшим братом. Мать ее погибла в аварии. Алиса, так звали новую знакомую, смогла добиться опекунства над братом, правда пришлось бросить институт и устроиться на работу. Но нисколько не жалела об этом, намереваясь продолжить учебу на заочном отделении.

До её дома оставалось ехать пару минут, как удивила неожиданным предложением.

– Может останетесь у меня? – тихо попросила, не поднимая глаз. – Хотя бы сегодня? На сколько сможете… – поправилась, заметив колебания и нерешительность.

– Вы уверены? – Велимир прижался к бордюру.

– Я уже ни в чем не уверена. Но если… он придёт, то не осмелится распускать руки. После случившегося мне трудно передвигаться по дому, не говоря о готовке еды, уборке в доме.

– Я согласен… – внутри все ликовало.

Велимир и не надеялся на это. Еще несколько дней он сможет любоваться этим совершенством, разговаривать с ней, а может…

Утром разбудили лучи солнца. Велимир проснулся, огляделся вокруг. Сразу вспомнил, где и с кем он. Рядом мирно посапывала Алиса, лежа на животе, обнимая его одной рукой. При попытке тихонько встать, Алиса тоже зашевелилась.

– Ммм… Велимир, это была потрясающая ночь! – проговорила она, не открывая глаз. – какая ты была темпераментная.

– Ты тоже огонь! Мне всю спину исцарапала…

– Прости, я и сама не ожидала.

– Давненько у меня такого не было. – Велимир приподнялся и потянулся к девушке, чтобы поцеловать.

Но Алиса резко отвернулась и укрылась подушкой.

– Что случилось?

– Я сейчас страшная, наверное.

– Поверь, это не так.

– Зато я чувствую себя последней…

– Да что с тобой? – погладил дрожащие плечи. – Ведь нам вчера было так хорошо…

– Хорошо было тебе! – она стала торопливо собирать разбросанное белье.

Ком подкатил к горлу, Велимир был ошарашен этим ответом.

– Алиса! – Велимир не понимал, что происходит. – А тебе разве нет?

– В том – то и дело, что хорошо! Даже очень! – развернулась к нему, успев одеть только трусики.

Он быстро вскочил с кровати и прикрывшись простыней, подошел к девушке, схватил за плечи.

– Ну в чем дело, Алиса? – приятно было произносить ее имя.

Алиса стояла, не говоря ни слова, потупив взгляд.

– Алиса! –  легонько затряс за плечи.

– Нам не стоило этого делать… – подняла взгляд полный слез и пробормотала. – Не думай, что если я один раз поддалась, то так будет всегда! Ты сам знаешь, кого я люблю…

– Или думаешь, что любишь. – Велимир шумно вздохнул и отпустил ее.

Сам же отошел к окну. Алиса быстро надела всю оставшуюся одежду и присела на рядом стоящий пуф.

– Поверь, эта ночь… была просто…– она не знала, как сказать мягче, потому образовывались большие паузы. – перевалочным пунктом что ли… в отношениях… Костя и я…

– Значит, каждый раз, когда Костя будет тебя избивать, ты будешь искать утешения в постели со мной? А потом опять начнешь бегать за Костей?

– Не буду искать. Ты очень хороший, но…

Велимир пересек комнату и оказался рядом.

– А ведь он не любит тебя! И будет постоянно избивать! Поднявший руку однажды…

– Не говори так! – дрогнувшим голосом перебила она. – Костя не такой, просто у него просто выдался сложный день. Переживем как ни будь!

– Я думал… – Велимир не находил слов. – Впрочем неважно что я думал.

– Прости.

Велимир оделся, не проронив ни слова. Так же, не прощаясь вышел, тихо притворив за собой дверь.

В это утро он на работу не поехал. На следующий день тоже.

Нет, он не сорвался. Не напился до умопомрачения. Не пустился во все тяжкие. Даже Анфиса поняла его состояние, когда наведалась в гости через три дня.

– Ну, диагноз тут однозначный. – она убралась в квартире и даже приготовила ужин. – Не буду читать нравоучений. Не мальчик ведь. Так что, побездельничай немного и за работу. Будем считать, что ты в отгулах. Ведь даже в отпуске не был ни разу.

– Спасибо. – Велимир был благодарен.

Все же хорошо, что судьба свела с замечательными людьми. Да у них самих жизнь не сахар, тем не менее, наверное, именно потому по – родственному и с пониманием относятся к нему.

– Хорошая девка – то хоть?

– Замечательная.

– Ну так что ты тянешь кота за…

– Ну не все зависит от моего желания. Ладно, не будем о грустном. Завтра на работу как штык.

– Завтра, нет, не нужно. все же похмелье будет. Давай послезавтра.

– Заметано. А теперь ступай, мне одному охота побыть. – сам налил себе полсткакана водки.

Как и обещал, через день приехал на работу. Серый не стал выражать свое недовольство, поздоровался, хлопнув по плечу.

– Есть работа?

– А когда ее мало было. Тебе тоже заказов подвалило. Ну а мы…как обычно, бери больше, кидай дальше, пока летит отдыхаем.

Поработал с удовольствием, не заметил, как и день пролетел. Успел создать трехмерную модель памятника в виде ангела с мечом, оберегающим покой.

– Постоишь на шухере ночью? – Попросил Серый уже вечером, когда решили немного перекусить. – У меня дела, важные… Кореш откинулся, встретить надобно по – людски.

– Да без проблем. – Велимир не раз оставался на ночь, сочетая обходы территории с работой над новыми проектами.

Надо признать, порой ночью в голову приходили хорошие идеи. Правда не все удалось реализовать в реале, но портфолио подобных ночных разработок скопилось очень даже весомое.

– С меня причитается.

– Не нужно. Мне все равно где ночевать – здесь или в пустой хате.

Разошлись быстро и Велимир, закрыв сторожку, прогуливался по безлюдным дорожкам. Когда вернулся, на скамейке дожидалась молоденькая девчушка, лет семнадцати, не больше.

– У меня к Вам предложение. – без предисловий приступила к сути дела

– Да ну? – он рассматривал яркую представительницу «готов» о которых до сего дня знал лишь из статей в газетах и журналах. – Да говори уже.

Видно было, что не знала, с чего начать разговор.

– Вот! – протянула тонкую пачку купюр. – Это аванс.

– И что от меня требуется? – деньги были немалые, навскидку около 15 тысяч рублей. – Надеюсь труп для ритуала не нужно откапывать?!

– Только могилу. – тихо ответила неформалка.

– Уже легче, прям гора с плеч. Зачем? У тебя умер кто?

– Нет – нет, что Вы? – разговор давался ей с трудом. – В общем, у меня парень есть.

– Поздравляю.

– Спасибо! Я.. люблю его. – решилась на признание.

– Ну, желаю счастья в личной жизни. Может это и не мое дело, но мне кажется, что это место не подходит для романтических свиданий, не так ли?!

– В том – то и дело только оно и подходит! Короче, он вампир.

– У тебя с головой порядок? – Велимир даже рот открыл, услышав такое. – Насмотрятся ужастиков!

– Пожалуйста, это важно для меня. – слеза прочертила дорожку, размывая черную краску.

«А почему бы и нет, – Велимир понимал, на что готов пойти влюбленный человек. – у каждого свои тараканы в голове, лишь бы не крайность. А так, глядишь, хоть кому – то в этой жизни да будет счастье».

– Вы ничего не натворите? – принял решение. – Не хватало мне еще проблем с нашими доблестными органами.

– Нет, что Вы! Обычное… ну не совсем обычное свидание. Просто мы верим во се это, в мистику, жизнь после смерти, вот и…

– Понятно.

– Так Вы согласны?! – смотрела с надеждой.

– А почему ы и нет? Да и деньги неплохие…

Хотя, по большому счету, он согласился бы и бесплатно помочь родственной душе.

– Спасибо! – она повисла на шее. – Вы хороший человек. – поцеловала в щеку.

Выкопал вечером, а ночью приехала та самая девушка, только с парнем. Действительно, «боевая раскраска» была вампирской, но не глянул на Велимира ни разу, будто его и не существовало. Заплатили в два раза больше.

Велимира не просили, но он расположился неподалеку. Мало ли что могло случиться. Надо ли рассказывать, чем они занимались в этой могиле? Стоны доносились такие… На кладбище это было слышать особенно дико.  «Что они за люди?!» – возникла мысль, но сразу отогнал ее, вспомнив про бзики, что возможны у каждого, даже у него.

Когда помог им вылезти, они все грязные, дошли до мотоцикла и заплатили еще. Наверное, за молчание. Девушка снова поцеловала его, выражая благодарность.

«Ну хоть кому – то повезло больше» – Велимир закрылся в сторожке

– Это откуда еще появилось? – Серый сразу заметил утром свежую могилу.

– Надо было чем – то руки занять, коль голова не варит.

– Тоже верно, если не доходит через бестолковку, пусть дойдет через руки – ноги. – согласился в ответ. – Нам же меньше возиться.

– Все, я домой, на боковую.

Все же решил позавтракать. Заскочил в кафе, заказал пельменей и графин водки.

– Позвольте? – мужчина лет пятидесяти стоял рядом.

Что – то смутно знакомое шевелилось в памяти, но нет, не вспомнил откуда знает его.

– Да ради бога. – кивнул на стул рядом.

– Вы не узнаете меня? – присел с одышкой.

– А должен?

– Вы меняли у меня… сантехнику.

Все! Вспомнил. Прикольный момент из того времени, когда работал в «Муж на час»

– Да – да, припоминаю…

– Виктор Алексеевич. – протянул руку с массивным перстнем на пальце.

– Велимир.

– А я помню.

Виктору Алексеевичу тоже принесли пельмени.

– Выпьете со мной?

– Если самую малость?

Велимир дошел до стойки и сам взял пустой стакан.

– За встречу!

– Поддерживаю.

– Как кот поживает?

– Все отлично. Я так благодарен Вам, что отнеслись с пониманием.

Они еще минут десять со смехом вспоминали курьезный случай. Велимир заменил в квартире Виктора Алексеевича унитаз и благополучно отбыл домой. А на следующий день он с утра обрывал телефон фирмы, требуя срочно заменить новый унитаз на старый. Оказывается, его кот Вениамин привык решать свою маленькую проблему прямо – таки как человек. И так ловко у него получалось! Чем его не устроил итальянский фаянс – до сих пор оставалось загадкой! Бедный кот ходил вокруг новинки и орал благим матом, требуя решить проблему кардинально. Вот Виктор Алексеевич и пошел на крайние меры. Чего не сделаешь ради любимца! Велимир пришел на адрес и выполнил просьбу. И даже денег не взял с убитого горем хозяина Вениамина.

– Вы до сих пор трудитесь в этой фирме? – поинтересовался Виктор Алексеевич.

– Нет, так сложилось, что пришлось сменить работу.

– Можно поинтересоваться почему, если не секрет, конечно?

– Были сложные времена, – замялся Велимир. – ну и… в общем я тогда сильно «закладывал за воротник». Как – то так.

– Понимаю. – с сочувствием закивал головой. – А сейчас чем заняты?

– Работаю на кладбище.

– На кладбище. – брови поползли вверх. – Неожиданно. Весьма.

– Работа как работа. Меня все устраивает. Работать можно везде, было бы желание.

– Это верно. А не желаете сменить поле деятельности?

– Интересно на какое?

– Я ни в коем случае не настаиваю, вот. – протянул визитку, на которой Велимир увидел логотип местного лицея и должность директора. – Если решите, то сообщите мне. У Вас золотые руки… и сердце. Думаю, найдете общий язык со студентами. И сможете их многому научить не в теории, а на практике. А такие люди ох как нужны.

– Я подумаю над Вашим предложением. – Спрятал визитку в карман.

– Буду ждать звонка. Больших денег не обещаю, но…

– Я понимаю.

– Всего хорошего.

Попрощались как старые друзья. Велимир ехал в троллейбусе и размышлял над перипетиями жизни. Совсем недавно он потерял, казалось, все, едва не спился. Но нашлись хорошие люди, помогли с работой, помогали и далее, поддерживали во всем. И сейчас вот, нежданно – негаданно – очередное предложение что – то изменить в жизни, перейти, так сказать, на новый уровень…

И тут взгляд сам–собой в отражении окна поймал очень яркий и привлекательный силуэт.

«Ох! Какая фигурка!» – не мог отвести взгляд от силуэта.

Сбоку, лицом к окну стояла стройная, но не высокая девушка в лёгком коротком платьице. Свет, льющийся сквозь пыльные стекла, освещал не сильно прикрытые ножки. Прикинул её рост по сравнению с редкими пассажирами, решил – как раз ему подходит. Он сам был спортивного сложения, с красивым, как ему говорили, лицом, кудрявыми русыми волосами. Но ростом не вышел, чуть ниже среднего.

Заинтригованный Велимир медленно, будто безразлично осматривая пассажиров, повернул голову. Да, там действительно, было на что посмотреть. Прямая спина, гордая посадка головы и красивый, но какой–то строгий взгляд. Длинные, яркие рыжие волосы мягкой волной ложились на спину, открывая красивые плечи. Одной рукой она держалась за поручень, а второй придерживала висящую на плече женскую сумочку, в которой не умещалась ярко–красная, в тон волосам, пластиковая папка для бумаг.

«До чего же красивая!  – мысли медленно ворочались в сонной голове. –  Вот бы с ней познакомиться! Блин, какие строгие глаза. Если пошучу, она точно не поймёт и сразу обломает. Или так пошутит в ответ – чертям тошно будет! Такая девушка дорогого стоит! И одета красиво, и ухоженная. Может она тут вообще случайно?»

В этот миг девушка скользнула взглядом по пассажирам троллейбуса. Глаза их на мгновение встретились

«Какие яркие и выразительные глаза! Они стоят того, чтобы рискнуть и попробовать познакомиться. А то, что взгляд строгий – мне показалось. Она даже улыбнулась, когда она посмотрела на меня?»

Он опять посмотрел на отражение в окне. Незнакомка повернулась и пошла в сторону выхода. В голове одновременно крутились две мысли: «Ох, хороша!» и «Уходит!». От первой мысли в теле бушевал пожар, а от второй – в груди появлялась пустота.

Когда вышел из троллейбуса, незнакомка была уже далековато. Он пытался принять решение, но в его голове бешено крутились мысли: «А стоит ли оно того, знакомство на один день? А разочарований на недельный запой? Наверное, не судьба мне устроить личную жизнь? А может это и к лучшему?»

Пока он соображал, девушка отошла уже далеко и свернула на тропинку во двор между домами.

«Видимо живёт недалеко. Значит, я ещё её увижу. Может быть даже завтра.» – успокоив себя этой мыслью, перешёл через дорогу и зашел в гипермаркет купить себе и Корсару что–то вкусное на ужин и на завтрак.

Пока выбирал еду, эмоции в душе утихли. И хотя перед глазами всё время всплывал образ очаровательной незнакомки, вышел из магазина уже спокойным и с надеждой на лучшее завтра.

С утра полностью отдался привычной работе, а вечером сам напросился на дежурство к глубокому удовольствию Серого, которому не терпелось «продолжения банкета» с друзьями.

Солнце еще не зашло и Велимир, убивая время, подмел дорожки поблизости. Убираясь, заметил женщину, неторопливо идущую между памятниками. Ее он заприметил давно. И запомнил. Запомнил не потому что она очень часто приходила, а потому что ее лицо было очень грустным и красивым. Ей было, наверное, лет сорок, была высокой и стройной.

Она просто сидела на лавочке напротив памятника. Долгое время он не решался с ней заговорить, но однажды решился. Она улыбнулась, и они немного поболтали. Она похоронила мужа, которого очень любила. Ему поставили памятник, с большим портретом, глядя на который можно было сказать, что при жизни он был сильным и мужественным человеком. В целом она вызывала у него тёплые чувства. И ему было жаль её.

Ещё не стемнело, но день угасал. Велимир выпил немного, закурил и вышел из сторожки. И вдруг услышал отдаленный звук, будто кто – то кричал. Прислушался и пошел на звук, поняв откуда тот доносится. Минуты через три, быстро шагая, он стал осознавать, что это за звук… Стонала женщина. Он ускорил шаг и оказался у памятника, где обычно видел свою знакомую. Картина, которая открылась глазам, заставила застыть на месте.

Стонала именно она.

Она лежала на лавочке раскинув руки, а между ног её был какой–то мужчина, который… и заставлял издавать громкие стоны, переходящие в крик.

На ватных ногах Велимир сделал пару шагов.

– Прекратить! – попытался крикнуть, но голос дрогнул, он себя еле услышал.

Велимир решил, что её кто–то насилует. Мужчина же продолжал делать своё дело, только повернул голову и взглянул на него. И тут сильный озноб прострелил все тело. Его осенило. Он раньше уже видел это лицо, эти глаза… Черты лица мужчины как две капли походили на портрет, изображенный на памятнике. Велимир стал как вкопанный и не мог слова произнести. Протерев глаза кулаками, искал взглядом мужчину, но тот исчез. За памятником никого не было, никого не было и в кустах поблизости, рядом кроме него и женщины вообще не было ни души.  Она же привела себя в порядок и стеклянным взглядом смотрела на Велимира. Кажется, она была в шоке.

Не зная, что ему делать, он взял её за руку и повел в сторожку. Там сразу налил и себе, и ей по полному стакану водки. Выпил, не чувствуя вкуса, сразу наполнил второй. Тоже пошел как первый.

Когда выпили, она заговорила. История, надо сказать, пробирающая до костей. У Велимира волосы шевельнулись от услышанного. Виктория, а так звали ее, рассказала, что долго горевала по мужу и разговаривала с ним у памятника. И однажды она сказала, что скучает по нему в постели, что давно не было мужчины. В этот же вечер ей приснился сон, яркий, такой реальный и красочный. Она увидела мужа, который попросил прийти на кладбище.

Ей было страшно идти, но она пошла. Когда подошла к могиле, увидела, что на лавочке сидит ее муж.

Всё тело онемело от страха, она не могла ни говорить, ни пошевелиться, не то, чтобы убежать. А он уложил на лавочку, и начал заниматься с ней сексом… Всё это продолжалось минут 20–30 и она не знала сколько бы продолжалась ещё, если бы не Велимир… Когда бутылка водки опустела, она была уже совсем пьяной и уснула тут же на топчане.

Велимир долго сидел, переваривая услышанное и незаметно для себя опустошил еще бутылку. Но не опьянел. Виденное собственными глазами не выходило из его головы. Этот вечер он запомнил на всю оставшуюся жизнь.

На следующий день он уволился с этой работы.

Визитка недавнего знакомого не затерялась, нашлась в кармане. И со звонком не стал затягивать.

Маршрут в любовь

Виктор Алексеевич действительно помог. Принял уже на следующий день. А приступить к работе он должен был через три недели, 26 августа. А первого сентября уже начинался учебный год. И нагрузка оказалась большая.  Директор предложил должность мастера «Жилищно – коммунального хозяйства», что для Велимира не являлось проблемой. Руки действительно росли из нужного места, потому мог реально научить ребят правильно смонтировать систему водоснабжения, установить счетчики, правильно заменить жидкость системы охлаждения кондиционера, и многому другому. Ну и по желанию, в качестве бонуса, мог вести «Историю России».

Нельзя сказать, что сразу вник в работу и все получалось с первого раза. Пришлось учиться на собственных ошибках. Он так и не понял, почему не смог сразу влиться в коллектив. Ну не принимали его более опытные коллеги и все. Только ровесники, ну плюс – мину пять лет не строили козней и поддерживали во всем, а порой и вступались по молчаливому согласию.

Коллеги бывают… разные. Есть молодые, талантливые, перспективные, прям как глоток свежего воздуха, и в первую очередь для студентов. Таких он уважал и всегда старался помочь в трудной ситуации.

Другие же.…  Как говорят, в семье не без урода. Проработавшие достаточно много лет, считали себя незаменимыми, имеющими неоспоримое право наставлять на путь истинный новое поколение. Одним своим присутствием они могли отравить целый день. И это уже не говоря о регулярных скандалах, выяснениях отношений на ровном месте и прочей специфике работы в женском коллективе. Велимир так и называл их одним словом – «бабьё». Но тут ничего нельзя было поделать, приходилось стискивать зубы и терпеть. Хотя бы ради студентов, с которыми сложились весьма теплые отношения.

У него не имелось любимчиков, ко всем относился по – доброму и с уважением. И мог уверенно рассчитывать на взаимность. Строгость и плохие оценки, естественно обоснованные, воспринимались его воспитанниками нормально.

Конечно, хорошо относиться ко всем не получалось. И среди студентов находились индивиды, которые по – человечески уважения не заслуживали. Они чаще всего и портили нервы, вносили свою ложку дёгтя в бочку меда. Велимир и воспринимал их должным образом, как исключения и никогда не переносил негативные эмоции от общения с ними на других, ни в чем не повинных.

И студенты чувствовали, что для него они – не пустое место, не обуза, а живые люди. Потому у ребят укреплялась уверенность в том, что ему не наплевать на них самих, их проблемы и интересы.

Да, безусловно, не тяжкий труд уроки давать, но… Порой кажется легче смену за конвейером отстоять, чем день провести в «серпентарии», ежеминутно ожидая если не конкретной подставы, то уж язвительной шутки по поводу профессиональной компетенции наверняка.

Так что, коль руки ноги имеются, а значит и работа найдется. И раз уж предстоит вкалывать физически, отдаваясь полностью, зато потом, вечером можно было просто упасть на диван перед телевизором и с чувством исполненного долга позволить себе пару бутылочек пива.

Вот и сегодня настроение ни к черту. А всего лишь потому, что отказался ставить хорошую оценку одному студенту (протеже завуча), которого и видел – то на занятиях всего несколько раз. И уверенного, что в этой жизни покупается все. И дипломы в том числе.

Реакция последовала незамедлительно. После уроков Виктор Алексеевич собрал весь педагогический состав и устроил «разбор полетов», разве что горшки с цветами не летали. Досталось всем, и правым, и виноватым. Поняв, что объяснять, что – либо бесполезно, более того выглядело бы некрасиво, будто желает оправдаться, а он не видел своей вины, Велимир молча написал заявление «по собственному» и ушел, оставив листок на столе секретаря.

– Да, снова безработный! – пнул каштан, наблюдая его стремительный бег по тротуару. – Ну да что ни делается, все к лучшему. Надеюсь Серый примет в бригаду.

Не знал он о страстях, разыгравшихся после его ухода. Студенты, прознав о таком исходе дела, буквально оккупировали кабинет директора. В конце концов Виктор Алексеевич принял правильное решение.

О чем шел разговор с замами, осталось тайной. Уже на подходе к дому, Велимир почувствовал вибрацию телефона. Виктор Алексеевич. Неловко пытался извиниться за казус и просил вернуться, забыв обо всех неприятных моментах.

– Вы считаете, после этого случая у меня друзей только прибавиться?

– Но и палки в колеса ставить не будут.

– Сомневаюсь. По части интриг, мои коллеги превзошли фавориток при дворе королей.

– Ну так что, без обид? Возвращайся…

– Сейчас не могу, уже … не в форме, сами понимаете…

– Хорошо, трех дней тебе хватит спустить пар и отойти от последствий?

– Вполне.

Ноги сами принесли к кафе «Мечта». Очень любил это место. Сохранилось без кардинальной переделки. Несколько ступеней вели в полуподвальное помещение. Несколько шагов и его окутал чарующий полумрак и легкая музыка.

Свободные места были. Из семи столиков, отделенных друг от друга подвижными стенками, пустовали пять. Сюда если и забредали посетители, то случайные. Постоянные гости были знакомы работникам и даже друг другу. Все любители ретро, а точнее периода «Страны Советов».

Мягкие кресла, а не стулья из пластика, массивные пепельницы и граненые стаканы. Даже фильм можно было посмотреть тот, который пожелаешь. Конечно, прогресс не стоит на месте, и если раньше здесь стояли кассетные магнитофоны, потом CD – проигрыватели, то теперь большой планшет и несколько внешних жестких дисков с файлами.

– Водку. – заказал возникшему официанту, немного подумав, уточнил. – Бутылку.

До возвращения официанта выбрал фильм из списка. «Иван Васильевич меняет профессию». Этот фильм он мог смотреть много раз, как первый раз.

– Что – то еще? – молоденький парнишка поставил бутылку со стаканом, заменил пепельницу.

– Может быть, но не сейчас. Я сам, – Велимир придержал руку. – я вполне могу сам себя обслужить.

Не успел наполнить стакан, как дверь распахнулась и на пороге появилась стройненькая девчушка, потешно сдувающая прядь, упрямо падающую на левый глаз. Когда шагнула в конус света над входом, Велимира как током ударило.

Та самая гордая посадка головы и магнетический взгляд. Длинные, яркие рыжие волосы, красивые плечи, не прикрытые полупрозрачной маечкой. Короткая юбочка и сандалии завершали составляли весь ее наряд. Та самая незнакомка из троллейбуса. Он ее сразу узнал.

– Не против? – стала рядом, отбивая неслышимый такт ногой.

Велимир оглянулся, убеждаясь, что свободных мест достаточно, но молча кивнул.

– Ты не очень – то разговорчив!  – плюхнулась в кресло рядом.

– Я пришел помолчать.

– А, ну да, – щелкнула звонко ногтем по бутылке. – решил утопить печаль в вине?

– Что – вроде того. – Велимир проглотил первую порцию.

– Можно и я помолчу за компанию? – перед ней уже стоял бокал с красным вином.

– Как знаешь. – пожал плечами.

Если честно, Велимиру не очень – то и нужна была компания, чтобы напиться. Да, безусловно, весьма приятная компания, но… Сейчас он невольно оценил разницу в возрасте и пришел к неутешительному выводу.

– Ну я удивляюсь! – пригубила вино. – Малознакомая девушка, сама…

– Мы вовсе не знакомы.

– Алена. – протянула ладошку домиком.

– Велимир. – пожал тонкие пальцы.

– Необычное имя!

– Не я взял, папа дал.

– Тоже верно. По какому случаю выпивон без закусона?

– А без случая нельзя?

– Можно. Только тогда это диагноз.

– А ты решила заняться моим воспитанием?!

– Поздно уже заниматься этим.

– Тогда чего решила подсесть ко мне?

– Не люблю пить в одиночестве. И ты показался мне… симпатичным.

– Неожиданно как – то, но спасибо.

– Налей и мне. – пододвинула свой уже пустой бокал.

– Без проблем. – плеснул немного.

– Предлагаю выпить на брудершафт. – Аленка хитро глядела из – под челки.

– Однако! – удивился настойчивости новой знакомой, но все же решил принять предложение.

Да и, если честно, кто бы на его месте отказался от подобного?! Разве что гей, но к этой категории он явно не относился. Легонько коснулся губ губами, почувствовав горьковатый привкус вина и водки.

– Не так, не так! – Аленка обиженно надула губы. – По – настоящему.

И притянув Велимира… за уши, впилась жадным поцелуем.

– Не хило! – перевел дыхание.

– Ну вот, будем считать знакомство состоявшимся! И скрепленным.

– Так скажешь почему решила присесть ко мне?

– Я же ответила на этот вопрос. А ведь я узнала тебя! – Аленка смешно сморщила нос, напрягая память.

– Я тоже узнал тебя. – налил и себе, и ей очередную порцию. – В троллейбусе видел.

– И пялился, думала глаза сломаешь. – улыбнулась мило. – А что не подошел?

– Честно?

– А как же иначе?

– Реально оценил свои возможности.

– Ну ка, ну ка, интересно!

– Во – первых, разница в возрасте.

– Для меня это не проблема, при чем здесь возраст? Был бы человек стоящий… а во – вторых?

– Во – вторых, разный социальный статус.

– А это –то ты как определил?!

– Что б купить такие камушки, что у тебя в ушках блестят, простому смертному с учительской зарплатой, полгода горбатиться придется.

– Выходит ты учитель?

– Ну не всем же быть банкирами и олигархами. Выше головы не прыгнешь.

– Ну да. – согласилась с очевидным. – А в – третьих имеется?

– Ну а как же имеется. А при желании можно найти и в – четвертых, и в – пятых…

– Ну и? Что в – третьих?

– Личное желание.

– А у тебя его не возникло? – брови в удивлении поползли вверх. – Неужели это, – она встала и крутанулась на месте, демонстрируя фигуру. – не может вызвать… желание?!

– Еще как может! И возникло. Но ненадолго.

– Почему?!

– Просто был такой период в жизни, когда не хотелось наступит на те же грабли, пусть и другой фирмы – изготовителя. Ну и то, что было во – первых, и во – вторых…

– Понятно. Личная трагедия. – констатировала факт. – Наливай еще, мы же пить собрались.

– Ну не трагедия, скорее мелодрама. Пережил.

– Значит сейчас все в порядке?

– Более – менее.

– Может попробуем вместе…не наступить на грабли?

– Тебе – то это зачем?

– В свои 19 я всё ещё верю в любовь, романтику, улыбаюсь прохожим… Я не слежу за модой, ношу то, что мне удобно и нравится здесь и сейчас. Я всё еще читаю бумажные книги, а не электронки на телефоне, обожаю зеленый чай и не ем сладости.

– Почему не ешь?!

– За фигурой слежу.

– Тебе вроде и не нужно.

– Благодарю. – кажется случайно сделал приятный комплимент. – Наверно покажусь не от мира сего…

– Ну необычно для современной молодежи, выросшей на чипсах и кока – коле.

– Не подхожу для этого мира гламура. Но мне нравится моя жизнь. И это мой выбор.

– А почему ты обратила на меня внимание тогда, в троллейбусе?

– А хреново мне было. Бывают ведь в жизни огорчения!

– Бывают. У меня было то же состояние в те дни. – согласился легко, вновь наполняя емкости.

– Ну вот, я думала много об этом. И мечтала.

– О чем? – стукнул своим стаканом по бокалу.

– Ну, о принце на белом коне. Нет, конечно, просто ни о чем. Как Вы мужики устроены и почему так редко встречаются нормальные… Замечталась и не заметила, как на какой – то остановке зашёл ты.

– Иииии?

– Сперва ты мне не понравился. Даже неприятно как – то было смотреть на твою трехдневную щетину.

– Нууу, – развел руками Велимир. – я трудился в поте лица, не до лоска было.

– А потом накатило, – Аленка сделала глоток, сморщилась, вызвав улыбку. – теперь же, ну тогда, то есть, я просто сходила с ума. Да–да, я просто глядела тайком и не могла наглядеться на эту колючую поросль. Я еще подумала тогда: «Чёрт, неужели он посмотрел в ответ! Или мне показалось идиотке озабоченной?!» Я тогда смутилась отвела глаза, даже покраснела, как маленькая девочка.

– Я не заметил. Я сам отвернулся, смутился, боялся встретиться взглядом. Тоже мальчишкой чувствовал себя.

– Ну да, потом мне удалось рассмотреть тебя. Кажется, ты улыбнулся, и я в ответ улыбнулась.

– А ты, о чем думал тогда?

– Стыдно признаться, но мне хотелось поцеловать тебя!

– Ты удивишься, но мне хотелось того же! Я представила, как твои губы коснулись моих, такие мягкие и сладкие. Казалось слышала дыхание твое, и это кружило голову. Я даже тому троллейбусу имя придумала. Знаешь какое?

– Скажи.

– «Маршрут в любовь».

– Ты романтичная особа!

– Я даже чувствовала ритм твоего сердца… Это судьба?

– Ну трудно сказать с такой уверенностью. Инстинкт?

– Может быть. – задумалась девушка и допила водку в бокале. – Такое впечатление, что поцеловались мы раньше, чем узнали, как друг друга зовут. И сегодняшний поцелуй лишь подтвердил те… чувства.

Велимир не знал, что ответить на столь откровенное признание. В голове крутились мысли, просчитывая возможные варианты развития событий. В первые минуты было неудобно и некомфортно. А потом забыл обо всем на свете. И о разнице в возрасте, по поводу внешности тоже не обольщался. Махнул мысленно рукой, придя к выводу, что мужик и должен быть чуть красивее обезьяны.

– Теперь – то не разочаровалась?

– В чем?

– Что не оправдал надежд. Я не могу красиво говорить, в комплиментах тоже не дока, да и на конкурсе красоты занял лишь второе место…

– А кто первое?

– Обезьянка какая – то.

Аленка даже на стол легла, давясь смехом.

– А говоришь не оправдал надежд! – продолжала со смехом она. – Мне кажется ты умный, только не хочешь этого показывать, интересный и… чуткий человек. А это редкость в наше время. Потому ты и работаешь простым учителем за мизерную зарплату.

– Вот – вот, мизерную…

– Давай не будем об этом, не люблю, когда все сводится к деньгам. И не хочу портить такое чудесное начало нашего знакомства. Так хорошо и легко мне еще никогда не было.

Велимир накрыл маленькую ладошку свой. Трудно описать те чувства, что нахлынули разрушительной волной. Ему не хотелось ее отпускать. «Может она и есть моя мечта?»

Аленка прикрыла глаза. Велимир раздумывал недолго. Этот поцелуй длился дольше, намного дольше. Она дрожала, её тело горело от желания быть только его. Девушка отдалась полностью.  И это было незабываемо! Она млела от удовольствия.

– Мне пора. – нехотя отстранилась. – Действительно пора.

– Мы увидимся?

– Быстрее, чем ты думаешь… – Аленка встала из – за стола, потом наклонилась и впилась в губы, словно пытаясь запомнить их вкус.

– Твою дивизию! – Велимир схватил салфетку, прижал к прокушенной губе, останавливая кровотечение. – Зачем?!

– Что бы не забыл! – Аленка стремительно взлетела по ступенькам.

Дверь звонко хлопнула, а Велимир долго сидел, размышляя словами из песни «то ли девушка, а то ли виденье?»

– Не виденье! – даже обрадовался, скомкав салфетку с алым пятном. И уже, собираясь уходить, заметил белый листочек под бокалом, из которого пила Аленка.

«В этот прекрасный вечер я поняла, что ты, тот человек, которого ждала все эти годы и очень хочу провести с тобой незабываемую ночь любви. Я хочу, чтобы ты был первым». – прочитал ровные строчки.

– Даааа, – почесал в затылке. – и когда успела написать?!

Из гадкого утенка в прекрасного лебедя

Дома, на лестничной площадке встретил соседку, очаровательную девушку, а по – совместительству его студентку. Ее семья давно переехала с Кавказа и, насколько было известно, все еще снимали смежную квартиру. Юлдуз так и не смогла перестроиться к новым реалиям. Он никогда не видел ее в брюках или короткой юбке, косметикой так же практически не пользовалась. Но сейчас он застыл истуканом, пораженный неожиданными изменениями. Причем кардинальными. Девчушка буквально выросла на его глазах. Глядя на нее, постепенно приходил к мнению, что это уже не та девочка, играющая на площадке во дворе, а повзрослевшая девушка, способная любить и… жаждущая любви.

Серое плотно облегающее платье, длиной… явно выше колен. И намного. Серые же туфли на невысоком каблуке. Густая волна черных волос, ранее скрывавшаяся под платком, теперь свободно спадала на обнаженные плечи. Ярко алая помада усиливала очарование полных чувственных губ, темно – синими тенями слегка подведены глаза. Ничего лишнего, только необходимый минимум, чтобы подчеркнуть индивидуальность.

–  Ого! – не сдержал возгласа. – Ты сильно изменилась.

–  В лучшую сторону?! – с нетерпением ожидала ответа.

–  Безусловно. Это как, как… – он не знал, какое подобрать сравнение. – Как в той сказке, где утенок превращается в прекрасного лебедя. Прости, не умею красиво говорить и в комплиментах тоже не профи.

Велимир только сейчас обратил внимание на приятный голос, тихий, чуть хрипловатый, с еле заметным акцентом. Юлдуз проглатывала согласные, но это не вызывало смеха, лишь умиление.

–  Клево! – радость была не прикрытой, да она и не стремилась скрывать своих чувств.

–  А что послужило… причиной столь сказочного превращения?

–  У меня сегодня день рождения!

–  О. поздравляю! – легонько потянул за ушко.

–  Есть повод! – подмигнула хитро и продемонстрировала бутылку вина, которую прятала в руке за приоткрытой дверью.

–  А тебе не рано еще?

–  Мне семнадцать стукнуло уже! – обиделась на намек о возрасте, когда в магазине еще не продают алкоголь.

–  Оооо, –  заметил румянец на смуглых щечках, но не от смущения явно. – да ты уже причастилась!

–  Ну, немного совсем. Так для храбрости…

–  Странная ты мусульманка, однако. Вам же нельзя алкоголь.

–  Времена меняются.

–  Я не перестаю удивляться столь стремительной перемене в традициях… всего.

–  Это правда? – выглядела расстроенной.

–  Что именно? – не понял вопроса, думая, что спрашивает про обычаи.

–  Правда, что уволился…   уволились?

–  Не дождешься!

–  Правда?! – все же радовалась еще по – детски, несмотря на желание казаться взрослее. – Здорово. Значит увидимся на уроках?

–  Я еще успею надоесть. Не ждите поблажек на экзамене. – грозно свел брови и щелкнул по носу.

–  Да мне это не страшно. – не могла долго печалиться Юлдуз. – Так что, нанесем удар по печени?!

–  Проходи. –  легко согласился Велимир, зная, что маленькая тайна останется между ними. – Сама хозяйничай, –  кивнул в сторону кухни. – Не стесняйся, бери что нужно в холодильнике. Я переоденусь пока.

–  Можно и не одеваться. – услышал тихое на выходе, но решил не заострять на этом внимания.

«Молода, неопытна и очень любознательна. – размышлял, скидывая грязную одежду. –  Я тоже любознателен и… почти на двадцать лет старше».

Констатировав это непреложный факт, невольно задумался. Ведь годы идут, а ничего в жизни так и не добился. Да, дерево может и посадил, а вот с остальными оставляющими проблема.

–  И все –  же можно кое – чему научиться и у нее. Хотя и юна, но она женщина, а я хоть и мужчина, но в глубине душе всегда остаюсь ребенком.

Вернувшись на кухню и, усаживаясь за стол, уловил запах шампуня и духов, пьянящие воображение. Юлдуз уже наполнила бокалы и нетерпеливо ждала, водя пальчиком по краю бокала, издававшего мелодичную мелодию.

– С днем рождения! – взял бокал с вином. – С меня подарок, обещаю.

– Не нужно ничего!

– Хотя, подожди немного. –  задумался ненадолго, вспомнив про поделку, которую недавно закончил.

Коротая время ночами на предыдущей работе, он немного увлекся резьбой по дереву и камню. Попался однажды камушек интересный по форме. Он не знал, как называется этот минерал, но обратил внимание на схожесть с полумесяцем и шишкообразным наростом. Одна ночь кропотливого труда фрезой из стоматологического кабинета и получилась изящная поделка известного мусульманского символа. Уже позже из похожего по составу плоского камня вырезал несколько колец, таким образом, чтоб они входили одно в другое на манер матрешки. Скрепил их по оси, в центре которого и вращался полумесяц со звездочкой. Получился очень даже красивый кулон. Ну или брелок для ключей.

Нашел сразу, он так и лежал на столе в комнате, где и работал иногда, когда не спалось.

– Носи! – он завязал концы шнурка на шее девушки. – Не знаю, может что и не так…

– Вау! – восхищению не было предела. – Какая прелесть! Сам сделал?!

– Ну а кто же еще!

– Спасибо! Я даже не ожидала! – Юлдуз повисла на шее и чмокнула в щеку.

– Все, все, – поднял руки, будто сдаваясь. – садись за стол, а то задушишь ненароком. – Давай выпьем. За тебя! Расти большой и не будь лапшой!

Юлдуз залпом осушила бокал, подставила губы для поцелуя, закрыв глаза в ожидании.

– Поцелуй меня. – едва услышал просьбу.

Видимо он сегодня выпил достаточно. Губы сами потянулись к алому бутону…

– Что я делаю… – мгновенно осознал происходящее, отпрянул несколько резковато.

– То, что нужно. То, что мне хотелось очень давно. – ответила, не открывая глаз. – Это было… прекрасно!

– Это неправильно…

– Ты уверен?!

– Более чем.

Юлдуз молча налила себе вина. Полный бокал. И так же молча, медленно, смакуя каждый глоток, выпила вино до дна.

– Ну, я с твоего позволения коньячку хряпну. – не зная, как вести себя, достал бутылку из холодильника, давая себе возможность привести мысли в порядок.

Слишком неожиданно произошел этот… поцелуй. Ведь уже несколько лет он видел в этой девушке лишь угловатого подростка, соседку, его ученицу и не более. И никогда мысли не возникало о романтическом увлечении и тем более, влюбленности. Но, надо признать, действительно было прекрасно.

– А где родители? – спросил, сглаживая неловкую паузу. – Почему не с тобой?

– Ты же знаешь, они в отъезде. – снова плеснула себе вина. – Мне так одиноко в такой день! Налей и мне того – же. – попросила, указав на его бутылку.

Юлдуз пила, много, пила беззаботно, постоянно подливая в бокал, словно опасаясь, что не решится сказать самое важное, пока еще «работают тормоза». Алкоголь не оказывал на нее видимого эффекта, но постепенно привел к тому, что девушка стала более откровенной, говорила то, что в другой обстановке и в трезвом уме, вряд ли бы себе позволила. Веселая девчонка!

– Помнишь, когда мы приехали только, мои родители пригласили тебя?

– Конечно, помню. – тряхнул головой.

– Я тогда тебя увидела первый раз…

– Да, ты была как запуганный, дикий зверек. Спряталась за холодильник…

– Нет, просто… я не знала, как себя вести. Ты же совсем не смотрел на меня.

– Смотрел. Как же иначе?

– Ну, смотрел, как на ребенка. – Юлдуз лихо проглотила порцию коньяка. – Это сейчас я понимаю, что тогда это было… немного глупая, наивная детская любовь. Первое горько – сладостное страдание. Да, наверное… Но это было моё счастье, мой мир, мое королевство, в котором я была королевой и в котором исполнялись мои желания. В этом мире я могла себе позволить все – все.

– Я понимаю тебя. Но ведь это лишь детские фантазии, грезы…

– Но с годами они не потускнели, а лишь обрели остроту. Детскую непосредственность постепенно заменил юношеский прагматизм. Я размышляла уже другими категориями. Но как это обычно бывает, возникали препятствия… у тебя появилась девушка…

– Послушай, – Велимир накрыл ее ладонь своей. – ты сейчас… немного не в форме, потому завтра можешь пожалеть, что наговорила лишнего… Давай я провожу домой и уложу тебя баиньки?!

– Нет, ты что, – Юлдуз смахнула невольную слезу. – я потом никогда не решусь сказать то, что… накипело.

«Бл… – выругался про себя Велимир. – Вот уж действительно неожиданно! Ладно, пусть говорит, – решил не обижать даже невольно в ее праздник. – надеюсь завтра не вспомнит ничего».

– Ты не выходил у меня из головы. Но не хотела сама себе в этом признаваться. Я закрывала глаза и видела только твой образ. Это любовь?

– Не знаю. – пожал плечами. – Все, наверное, проходили через это. Я тоже однажды влюбился в свою учительницу.

– Правда?!

– Зачем мне врать?

– И…чем это закончилось?

– А ничем, все проходит. И это тоже прошло…

– У меня не так. Потом первая ревность. Первое разочарование. Я почему – то заставила верить себя, что ты изменил. Как же мой мир… Он рушился прямо на глазах… Теперь ты принадлежал другой. Я видела, как ты был счастлив с ней… – Юлдуз уже не стеснялась слез.

Велимир не прерывал ее, решив дать ей возможность высказать наболевшее. Он молча налил коньяк и выпил. К закуске даже не притронулся. В голове уже шумело, но и прервать девушку не решался, понимая ее состояние. Сам не так давно был в ее шкуре.

– Потом я поступила в лицей. Яркий красочный мир. Новые увлечения, новые друзья, новые учителя. И… ты! Я же не знала, что ты с этого года будешь работать именно там.

– Для меня самого это было неожиданностью. – признался Велимир. – Никогда не думал, что уйду в педагогику!

– Снова накатило! Ты просто не мог не нравиться! На твоих… Ваших уроках я не могла налюбоваться, слушала голос, но не могла вникнуть в смысл сказанного и постоянно ожидала, что ну вот–вот в твоей душе что–то перевернётся что ли…

«Бедная девочка, – Велимир понимал абсурдность ситуации. – Как тяжело ей было осознавать всю драматичность и обречённость своих чувств. А я даже не замечал ее чувств. Она старалась подавлять в себе все эмоции, лишь бы избежать огласки и проблем. Проблем для меня, в первую очередь».

– Мне жаль, малыш…– только и смог выдавить Велимир.

– Мне тоже. Умом – то я понимала, что взрослый человек никогда не увидит девушку в шестнадцатилетней девчонке. А вот сердце… Налей еще.

Никогда еще Велимир не чувствовал себя таким идиотом. Перед ним сидит девушка, признающаяся, что любит его, а он не знает, как вести себя в этой ситуации. Не знает, что сказать, не знает, как следует вести себя завтра, после таких признаний.

Уже не дожидаясь просьбы, налил и себе и Юлдуз. Выпили молча, каждый думая о своем.

– С каждым днём, с каждым уроком, с каждой минутой эти чувства всё усиливались и усиливались. Стоило тебя увидеть и пульс учащался, в голове происходило помутнение, в животе ощущалась приятная тянущая боль, летали «бабочки», как говорят в таком случае.

– Прости, я тупой идиот, мог бы заметить и поговорить с тобой… об этом.

– Но вряд ли бы разговор что – то изменил. Это чувство из легкой влюблённости переросло в нечто большее. Я поняла, что для этого человека могу сделать всё. Подавлять в себе эту любовь я больше не могла.  – Юлдуз задумалась ненадолго и продолжила. – И я решилась сказать все. Да и день сегодня выдался подходящий. Ну и последний урок тоже поторопил принять решение…

– А я – то, дурак, решил, что тебе просто стало плохо…

– Вы же вызвали меня к доске.

– Ну да, было дело. Но ведь я всех вызываю…

– Я никогда не смотрела тебе в глаза, а тут…посмотрела. И ты смотрел прямо в глаза и не отводил взгляд. Я вышла на трясущихся ногах, взяла маркер и стала заполнять таблицу. А ты стоял позади меня. Мои руки предательски тряслись. В голове была полнейшая каша, я не могла вспомнить ни одной даты. Будто сквозь вату я слышала, как ребята перешёптывались обо мне.

– Да, было дело. – Велимир помнил, что поинтересовался ее самочувствием. – Ты сказала, что просто не выспалась.

– Я выпила для храбрости ну и… Я здесь! – развела руками.

Велимир продолжал держать ее руку и легонько поглаживал дрожащие пальцы. Нелегко давалось признание, несмотря на алкоголь в крови. Он смотрел на нее, но взгляд был добрым, нежным.

– Я люблю Вас! – вырвалось неожиданно, а из глаз полились слёзы, размазывая тушь

Не отпуская руки, сел рядом и крепко–крепко обнял.

– Я уже понял. Бедная моя девочка, сколько же ты мучилась, прости меня. Прости… – Велимир как попугай твердил это «Прости».

– Я не думала, что смогу признаться Вам. Это я должна извиняться! Простите, что доставляю Вам столько проблем!

– Никаких проблем! Всё в порядке!

– Я, наверное, выгляжу как последняя дура?!

– Ну что ты, разве можно корить за любовь?!

– Я совсем пьяная! – шмыгнула носом.

– Я тоже! – Велимир не понимал, что творится у него на душе.

С одной стороны, ощущение не из приятных, когда узнаешь, что послужил причиной стольких страданий этого юного создания. С другой, чего греха таить, приятно было и тепло, что хоть кому – то действительно нужен, не безразличен…

Решение пришло неожиданно.

– Знаешь, я хочу… да просто должен кое–что тебе сказать… Ты должна это знать. – Велимир глотнул прямо из бутылки. – Сначала я полюбил тебя, как хорошенькую девочку – соседку, которая с каждым днем становилась все прекраснее, теперь же эта любовь переросла в любовь, как к девушке. Только сейчас я понял, что ты разбудила во мне ответные чувства к тебе. Я люблю тебя! – как ни странно слова давались легко.

– Обалдеть! – Юлдуз открыла рот в изумлении. – Строгий учитель снял маску недоступности и признался мне в любви. Я тааак счастлива!

Этот страстный поцелуй Велимир запомнил на всю жизнь!

– Давай обговорим все завтра. – предложил Велимир. – Ах да, самое главное, я вовсе не намерен принимать ислам. И уж тем более, нет ничего лишнего для… отрезания.

– Заметано! – весело согласилась Юлдуз. – Не провожай меня. Мне надо все осознать, а то даже не верится… – пошатываясь пошла к двери.

Потом стремительно повернулась и повисла на шее, осыпая поцелуями.

– Все, достаточно. – Велимир еле сдерживал себя, боясь, что начнет срывать с нее одежду. – До завтра, моя радость!

– Люблю тебя! – шепнула в ответ и хлопнула дверью.

Я всегда буду рядом!

Проснулся от звонка будильника в телефоне. Заиграл очень приятный мотив, что даже не хотелось выключать. Что он и сделал с удовольствием. Провел по сенсору, когда мелодия начала звучать с начала. Забыл отключить, ведь можно было позволить поваляться в постели. Виктор Алексеевич дал добро на три дня.

–  Вставайте граф, –  процитировал фразу из классики. – Вас ждут великие дела.

Велимир быстро умылся, а пока кипел чайник, прибрался на кухне. Вчера вечером не хотелось заниматься мытьем посуды, справедливо полагая, что утро вечера мудренее.

Кофе удался. Велимир раздумывал, а не стоит ли позволить немного коньяка, решил воздержаться. Сегодня он планировал навестить старых друзей и уже там немного расслабиться, просто пообщаться. Как ни крути, а Анфиса и ее бригада так и оставались единственными друзьями, готовыми поддержать в любую минуту. А новая работа занимала все время, потому сторожку он навещал последний раз более полугода назад.

Встретили радушно.

– Наконец – то, – Серый потер ладони. – пропащая душа объявилась. А то и выпить не с кем.

– Так, – Анфиса заглянула в пакет, который принес Велимир. – я не против, но меру знайте.

– А когда мы не знали ее?! – возмутился Серый.

Причем справедливо. Надо отдать должное, если и позволяли во время работы принять немного, то лишь для пользы дела. В сильный мороз, например, или, когда воды по пояс, а работать надо.

– Как новая работа? Как коллектив? – поинтересовалась Анфиса, пригубив немного янтарной жидкости.

– Работа как работа, спокойная, не пыльная. А коллектив… разный, я бы сказал, разношерстный.

– Понятно. – невнятно проговорил Серый, старательно прожевывая жареную рыбу. – Как и везде, всякого… хватает.

– Да нет, я не жалуюсь, работать можно.

– Вот, – поднял палец вверх Серый. – наконец – то и ты понял, что работать можно везде.

Целый час пролетел за разговорами, воспоминаниями и шутками. Велимир рад был встрече со старыми друзьями, с которыми не нужно было притворяться, вести себя, подстраиваясь под общепринятые нормы и правила. С ними он мог быть самим собой. Мог напиться до бессознательного состояния в полной уверенности, что на следующий день никто не выскажет свое недовольство и не будет потом напоминать при каждом удобном случае.

Тепло распрощавшись, Велимир вышел на сигнал прибывшей машины. Заботливые друзья побеспокоились о вызове такси.

Утром, отдохнувший и выспавшийся пришел на работу ранее обычного. Запустил компьютер и привычным движением включил кофеварку. В его мастерской постоянно щекотал ноздри густой аромат свежесваренного натурального кофе. Да и сам он прослыл заядлым кофеманом. А эту дорогущую кофеварку ему подарил Виктор Алексеевич на вечеринке по случаю Дня учителя. А Велимир смастерил из подручных средств элегантную ширму и создал что – то вроде «кофейного уголка». Маленький столик и несколько списанных кресел нашли новую жизнь в его мастерской.

Сам того не заметил, как почти все сотрудники пристрастились к кофе. О растворимом на скорую руку вовсе забыли. Примерно раз в 2 часа, если позволяли уроки, устраивался перерыв для кофе, чая, перекуров и просто отдыха. Коллектив ведь в основном женский, работать умели и работали много, а директор Виктор Алексеевич, был хорошим руководителем и психологом и заметив, что часть женщин несколько раз в день собиралась на «камчатке» у Велимира на кофе, ввел этот ритуал разве что не официально. И сам несколько раз навестил и попробовал тонизирующий напиток. Работа от этого не страдала. Но собирались там не все. Занимались кто чем, кто кофе, чай пил, кто курил, кто макияж поправлял. Для этой цели Велимир и зеркало раздобыл.

Эта часть коллектива, в основном красивые дамы 25 – 35 лет, собирались у Велимира. Пили кофе, делились своими семейными проблемами, Велимира доставали вопросами, кто из них лучше, у кого грудь красивее, даже конкурсы ножек устраивали. Но все это было своеобразной игрой. Все женщины давно поняли, что он не из тех, кто бросается на юбки, не из тех, кто стремится запрыгнуть в постель хоть разок, что он вовсе не гей, лишь хочет любить, но пока не нашел свою любовь. Потому продолжали с ним дружить, и кокетничать по–женски.

До начала занятий оставалось минут сорок. Дверь скрипнула. Вера Николаевна, педагог – психолог. Всегда хорошо относилась к Велимиру, понимала и оказывала поддержку.

– Не против?

– Вам всегда рад. Проходите. – не спрашивая налил кофе в кружку.

– Как настрой, боевой? – глянула поверх кружки.

– Не боевой, но к работе готов.

– Ну и отлично, не буду тянуть хвоста за кот. Я рада, что вернулись, что все разрешилось должным образом.

– Спасибо.

Первый урок пролетел быстро. Удивительно, но студенты сегодня вели себя особенно тихо. Быстро разобрал новую тему и дал задание. До конца урока им собирали и разбирали виртуальную модель узлов кондиционера.

Следующего урока у него не было. Потому не спеша попил кофе и вышел во дворик покурить.

Он сидел совершенно спокойно, не двигаясь и не смотря на проходящих мимо его, рассматривая затейливый узор из трещин в плитке. Чёрные с белыми проблесками кеды появились в поле зрения. Выше – слегка потёртые зауженные к низу джинсы. И, наконец, тоненькая белая курточка придавали девушке незаметный вид. Ну, такая серая мышка, небольшого росточка, с длинными черными волосами, большие зелёные глаза и слега вздёрнутый к верху носик.

– Привет, здесь не занято? – спросила с полным спокойствием.

– Нет. – безразличным голосом, принял игру Велимир.

Она уселась на самый краешек скамейки и с лёгкой улыбкой начала рассматривать его. Девушка всё время задерживала дыхание, останавливаясь взглядом на его глазах, на его лице.

А потом тишину прервал его смех.

– Почему ты смеёшься? – спросила с улыбкой.

– Ты так разглядываешь меня, будто экспонат в музее! – с усмешкой ответил Велимир.

– И ничего я не разглядываю. – отвернулась, слегка покраснев.

– Да ладно, не гони! Я Велимир. – протянул руку.

– Я Юлдуз. – пожав руку прошептала девушка.

– Рад знакомству! – Велимир опустил голову.

– Взаимно. – прошептала еле слышно. – А почему ты сидишь здесь?

– Да мне некуда идти, меня оказывается никто не ждёт. – вздохнул тяжко.

– Как это?

– Ну вот так. – развел руками. – Ты – то что здесь забыла милое создание?

Велимир повернулся лицом и посмотрел в её глаза. Сердце девушки забилось быстрее прежнего, даже дыхание приостановилось.

– Да и мне некуда идти. – прошептала Юлдуз.

– А тебе – то почему?

– На свете ещё нет такого, который бы мог меня понять и поддержать. – пробормотала с лёгкой улыбкой на лице. – Мне даже кажется иногда, что я просто – напросто одна была и буду одной всегда.

– Глупости. – обнял девушку за плечи.

– Это почему это? – спросила серьёзно.

– Ты сейчас на солнышко похожа. – смотрел в глаза и не мог налюбоваться.

Юлдуз засмущалась, опустила голову.

– Да ладно тебе, перестань. – Встал со скамейки, потянул за руку. Пойдём лучше кофе сходим попьём, у меня как раз «окно».

– Нет, я не пойду.

– Как это не пойду? – грозно свел брови Велимир.

– Сплетни пойдут, если кто в кафе увидит.

– Глупая! – засмеялся Велимир. – В моём кафе сплетен не распускают. Да и мне плевать на это по большому счету.

– В твоём? – изумилась Юлдуз

– Пойдём, всё сама увидишь.

В «его кафе» они просидели час. Как ни странно, никто не побеспокоил, видимо коллеги уроками были загружены больше, чем он сам. Они мило беседовали обо всем и ни о чем, стараясь узнать друг о друге как можно больше. И Велимир с удивлением заметил, что не хочет расставаться с этой девушкой, жаждущей и, главное, способной любить. Так бы и сидел, не выпуская ее руки из своей, погружаясь в завораживающий омут черных глаз.

Теперь они часто встречались после уроков. Каждый с нетерпением ждал конца учебного дня. Когда встречались, Юлдуз сразу же бросилась ему в объятия. Он тоже был очень рад, улыбка (можно сказать, глупая улыбка) не сходила с его лица. Велимир не верил своему счастью!

А еще любили гулять вечерами, когда небо на закате окрашивается алым и стоит оглушительная тишина. Они могли бесконечно наблюдать на жидкий огонь в каналах и кормить уток принесенным с собой хлебом.

В один из таких вечеров, он неожиданно остановился, как на стену налетел. Уже минут двадцать его не покидало ощущение обжигающего взгляда. Странного, давящего, с толикой ненависти и … зависти.

– Что – то случилось? – вернулась Юлдуз, стряхивая крошки булки с ладоней.

– Нет, все в порядке.

– У тебя странный вид, словно приведение увидел.

– Я не верю в призраков! – поцеловал в щеку.

В глубине парка мелькнула знакомая фигура. Но как ни всматривался, не мог с уверенностью сказать, что увидел знакомый силуэт.

Велимир не хотел торопить события, хотя, чего греха таить, его безумно влекло к девушке. Ведь действительно не деревянный по пояс, не импотент! Прощаясь с Юлдуз у двери и заходя в квартиру, он принимал контрастный душ. Через пятнадцать минут за чашкой кофе он в очередной раз убеждался в своей правоте. Всему свое время!

Вот и сейчас, прижавшись спиной к двери, перевел дыхание. Скинул кроссовки, включил воду в ванной. Пока журчала вода, поставил турку на огонь, решив побаловать себя чашечкой ароматного.

Звонок в дверь был неожиданным. Юлдуз принципиально колотила в дверь кулаком, а то и ногой. Значит не она нанесла визит в этот поздний час.

Татьяна! Вот уж кого не ожидал увидеть! Выходит, не почудилось видение в парке.

– У тебя выпить есть? – спросила по – хозяйски, будто и не уходила никуда, не прошло несколько месяцев с момента последнего разговора.

– Есть. Шампанское. – Велимир с удовлетворением отметил, что сердце не дрогнуло.

Совсем. Никаких чувств. Ни удивления, ни разочарования, ни, тем более злости или обиды.

– А покрепче ничего нет?

– «Столичная» – буднично ответил, спокойно. – Чекушка кажется, не больше.

– Доставай. – попросила она.

Чувствовала себя, как дома. Велимир доставал припасы из холодильника, а она помогала накрывать на стол.

Выпили молча. Татьяна собиралась с мыслями, желая сказать главное. Велимир не торопил ее, так же молча налил ей еще. Сам не хотел больше пить.

– Я много раз хотела зайти…но не решалась. – выпалила, собравшись с духом.

Велимир продолжал молчать, ковыряясь вилкой в тарелке с грибами.

– Тебе нечего сказать?

– А нужно? – пожал плечами. – Ты пришла нежданно – негаданно, а не я к тебе.

– Ты все еще зол на меня?

– Нет, совсем нет. У тебя своя жизнь, у меня – своя.

– Видела я сегодня эту твою… жизнь.

– Это моя жизнь! – сжал пальцы в кулаки до хруста. – Или я по – твоему я должен был терпеливо дожидаться и надеяться, когда на меня снизойдет неземная благодать в твоем лице? Цитирую твои слова: «рыба ищет где глубже, а человек где лучше».

– Ты совсем не пьешь. – сменила тему, не зная, как продолжить разговор.

– Завязал.

– Я понимаю, ты ненавидишь меня…

– Я же сказал тебе, и повторю еще раз, мне все равно уже.

– И ты не вспоминал то, что между нами…

– Ничего не было. – оборвал несколько грубовато. – Опять же, это твои слова.

Татьяна опустила голову.

– Может дашь мне еще один шанс? Попробуем сначала…

– Ты что не понимаешь, о чем ты просишь? У меня совершенно другая жизнь. И я не могу напрочь перечеркнуть все…  Да ты поставь себя на место той девушки, с которой видела меня. Хотела бы оказаться на ее месте в подобной ситуации? Что я ей скажу? Извини, дорогая, но вернулась та, что едва не разбила мне сердце и просит начать все сначала? А ты извини, но подвинься?!

– Она же намного моложе тебя! Что она может дать тебе?

– А что можешь дать ты?

– Немного, но ведь нам было хорошо вдвоем…

– Я вижу ты совсем берега попутала. – Велимир глотнул водку прямо из бутылки. – Ради собственного благополучия ты готова идти по головам.

– Каждый борется как может за место под солнцем.

– Это место уже занято.

– Жаль. Я надеялась…

– И зря надеялась. Поверь за этот год многое произошло. И счастливых минут выдалось на порядок меньше. Помнишь, что я сказал тебе тогда, в кафе?

– Нет. – покачала головой Татьяна.

– Почему я не удивлен. Ты и сейчас любишь только себя.

– А что ты сказал?

– Что жаль потерянного времени и возможности сделать другую девушку счастливой. И теперь я не хочу упустить эту возможность.

– А как же я?

– Я задавал тебе тот же вопрос. И тебе было плевать на то, а как же я должен жить с этим.

– Я же вернулась… – прошептал обреченно, понимая, что задуманное не получится.

– Зачем? Я же почти тебя забыл…

Татьяна посмотрела в глаза, почувствовала, что чувства еще остались, но вот разум категорически против.

– Все допускают ошибки.

– Это точно. И мне не хочется наступать на одни и те же грабли. Слишком уж дорого обходятся такие ошибки! – Велимир вылил остатки водки в стакан. – Допивай и уходи. Тебе вызвать такси?

– Сама справлюсь. – зло сверкнула глазами.

Уже у двери Татьяна с такой ненавистью посмотрела на него, что невольно вздрогнул. Не привыкла она, когда ей отказывают.

– Я приложу все усилия, но не позволю какой –то соплюшке построить счастье на чужом горе.

– Иди, горе ты мое! – Велимир открыл дверь. – Никто не виноват кроме тебя самой в том, что ты рушишь все, к чему прикасаешься.

После этого вечера он старался не допустить того, что бы Юлдуз возвращалась поздно домой одна. Ведь были пары и во вторую смену. И последняя заканчивалась в 18.30. Темнело же намного раньше. Нервное напряжение не осталось незамеченным, но он всегда отшучивался, ссылался на усталость.

Сегодня он взял отгул. День рождения был веской причиной, потому Виктор Алексеевич без колебаний разрешил устроить праздник на два дня.

– Знаю ведь, завтра головка бобо будет! – пожал руку поздравляя. – А это от меня. – протянул коробку с новым телефоном. – Поздравляю! Всех благ тебе и личного счастья!

– Спасибо! – Велимир был поражен.

Смартфон был не из дешевых.

– Да брось, от души ведь.

Закончив работу для Анфисы, Велимир оделся и вышел на улицу. Она по – прежнему нет – нет, да подкидывала ему работу, давая возможность не отказывать себе ни в чем. Если раньше он тратился только на себя, то теперь с удовольствием делал для любимого человечка, лишь бы снова и снова видеть счастливую улыбку и благодарность, за маленькие, но приятные сюрпризы.

Уже было темно, безветренно, кругом лежал пушистый свежий снежок и волшебно искрился под светом уличных фонарей. Велимир шёл по тротуару с приподнятым лирическим настроение, в ожидании чего-то сказочного. Если бы он мог сочинять стихи! Прохожих было мало. И тут увидел ее, красавицу, в беленькой вязаной шапочке, короткой курточке, в джинсах и длинных сапогах.

Расстояние неумолимо сокращалось. Заметив улыбку, понял, снова решила отчебучить что – то новое. И действительно, прошла мимо, будто и не знакомы вовсе.

-Девушка, — догнал и пошел рядом. — не подскажите, как пройти в библиотеку?

Молчание и стук каблучков по тротуару.

«Понятно. – догадался Велимир. – нужно проявить настойчивость на грани с наглостью»

– Девушка, скажите, пожалуйста, который сейчас час?

Ноль реакции.

– Да что же это за вечер такой. Ни одна не желает познакомиться с хорошим человеком!

Шаг заметно замедлился.

– Девушка, – Велимир забежал вперед и встал на колени. – Вашей маме зять не нужен?

– Даже не знаю! – задумчиво теребила губу пальчиком. – У нее надо спросить.

– А у тебя выпить есть?

– Есть, «Шампанское».

– Пойдём к тебе. – предложила она.

– Это чудо! – не нашелся сразу что ответить. – А говорят чудеса не бывают! Я сам только что хотел предложить.

– Бывают – бывают! – Юлдуз повисла на шее. – Как день прошел? Тебя   сегодня на работе не было.

– Сюрприз готовил

– Какой?

– Придем и узнаешь.

– Люблю сюрпризы.

– Закрой глаза! – попросил Велимир, когда впустил девушку в квартиру.

Целый час он хозяйничал на кухне. Безусловно, хорошим поваром его нельзя было назвать, но все получилось на славу. В комнате накрыл шикарный стол, осталось только пару свечей зажечь, что и сделал перед тем как разрешил Юлдуз открыть глаза.

– Ого! – восхитилась, увидев такую красоту. – У нас будет романтический ужин?! – даже захлопала в ладошки.

– Можно и так сказать.

– А как иначе? – улыбка пропала. – Я думала…

– Я решил совместить приятное с полезным. В общем… день рождения сегодня у меня.

– Классно! Я и не знала… Я ведь никогда не видела у тебя гостей.

– А их и не было. Присаживайся.

– Дай мне несколько минут. – Я скоро вернусь. – поцеловала в краешек губ и упорхнула к себе в квартиру.

В ожидании возвращения Велимир выпил немного и пытался понять, что она задумала.

Наконец дверь хлопнула и вошла она. Велимир застыл в изумлении. Перед ним возникло маленькое чудо, необъяснимо красивое милое создание.

На ножках блестели маленькие чёрные туфельки, блестящее коротенькое платье до колен подчёркивало красивую талию, длинные черные пряди волос свисали локонами до плеч. А на груди… красовался подарок Велимира – кулон в виде полумесяца со звездой, большие черные же глаза сверкали словно два оникса. И всю эту прелестную картину завершала лёгкая, элегантная улыбка. Велимир не смог произнести ни слова. Он был очарован.

Подошел к девушке, взяв за руку и проводил до стола.

– А это тебе! – подала медальон в виде книжечки. – С днем рождения!

– Не нужно было. – понимал ведь, что дорогое изделие, из золота. = Лучший подарок это ты!

– Открой! – Юлдуз смотрела в глаза.

Внутри была маленькая фотография. Они вдвоем на фоне розового неба. На закате. Вспомнил как Юлдуз делала селфи телефоном. Забавный получился снимок. Положила голову ему на плечо, длинный локон прижала к его губе вместо усов, а сама хищно облизывала верхнюю губку.

– Спасибо. – поцеловал девушку. – Очень мило!

Было тепло и уютно. Они наслаждались ужином и вели непринужденный разговор. Говорили долго, без умолка и вдруг заметили, что понимали друг друга и без слов, словно были одним целым. Велимир держал руку девушки в своей ладони. Тепло потекло в мою руку и медленно заполняло все его тело. Наверняка Юлдуз чувствовала тоже самое. Глаза ее затуманились и, явно не от выпитого вина.

«Какое счастье, что мы повстречались!» — невольно подумали оба разом.

Когда Велимир пригласил потанцевать и, танцуя, она прильнула к груди, то сердце замерло. Ему ужасно захотелось её поцеловать.

Вечер пролетел, как одна минута. Они были на седьмом небе от счастья.

Они сидели за столом друг против друга не в силах отвести взгляд.

– А где ты спишь? – спросила, как бы между прочим, сделав глоток вина.

Велимир показал односпальную кровать.

– А тебе не тесно?

– Нет. – ответил смутившись немного. – Чаще диван давлю.

– Не против? – указала на ванную.

– Чувствуй себя как дома.

– У меня давно такое чувство. – согласилась Юлдуз и пошла в ванную, но, тут же выглянула и спросила: – А где у тебя халат?

– Халат?! – растерялся даже неожиданному вопросу. – У меня его и не было никогда.

– А рубашка моя сойдет?

– Давай! – согласилась.

Тут фантазии так разыгрались, что унять бешено колотящееся сердце не было никакой возможности. Как робот, мечтая о близости с девушкой и рисуя в своем воображении картины одна эротичнее другой, застелил диван.

Когда Юлдуз вышла в его рубашке до колен, выглядела ещё милее прежнего. Влажные волосы тяжелыми прядями спадали вдоль тела. Изменения в обстановке заметила сразу.

– А разложить спинку ты не догадался? – одарила милой улыбкой.

Велимир быстро раздвинул диван, расправив простынь по всей его поверхности, пожелал спокойной ночи, в нерешительности топтался на месте у двери.

– И это всё?! – удивилась наигранно и, видя колебания, вытянула губки для поцелуя.

Чудеса исполнения желаний продолжались! Велимир наклонился и осторожно прикоснулся губами к её нежным губкам. Но выпрямиться и уйти не смог. Взяв за руку, усадила рядом. Вновь сладкий поцелуй и она стала расстёгивать рубашку. Она расстёгивала пуговичку за пуговичкой, медленно, внимательно следя за его реакцией.

«А гори оно все, синим пламенем»! – опомнился Велимир и стал снимать её сам.

Это было что – то с чем – то! Его принцесса предугадывала все, даже самые тайные желания! И исполняла их! Юлдуз быстро уснула, а Велимир пребывая в феерически – коматозном волнении, ещё долго не мог глаз сомкнуть.

Проснулись поздним утром. Одновременно.

Их пальцы переплелись, губы слились в поцелуе. Они вновь стали одним целым, растворяясь в бесконечной любви. И в душе каждого затаился страх… Страх поднять глаза… Как по неслышной команде, одновременно подняли глаза. Встретившись взглядом, прижал ее крепко к себе.

– Я люблю тебя больше всех на свете! И не представляю своей жизни без тебя!

По щеке Юлдуз катилась слеза. Но то была слеза счастья. Она давно ждала этих слов, но теперь растерялась.

– Я тоже люблю тебя! — заглянула в сияющие глаза и тихо прошептала — Но хочу попросить об одной вещи.

– Я выполню любое желание, обещаю.

– Никогда, слышишь, никогда больше не отпускай меня!

– Я всегда буду рядом!

– Малыш, у меня идея.

– Ну, выкладывай!

– А что, если мы с тобой уедем, в деревню? Примерно на пару недель.

– Ты с ума сошел?! А как твоя работа?

– Возьму больничный.

– Да и меня за пропуски… – он не дал ей договорить, запечатав рот поцелуем.

– Это уже не твои заботы. Ну, так как?

– Я двумя руками «за». И ногами! – подняла вверх, демонстрируя красивые лодыжки.

Месть из прошлого

«Интересно: это любовь или я придумала ее сама себе»? –Татьяна мерла шагами комнату в маленькой квартире, снятой по случаю.

Жизнь казалось катится под откос. Если не так давно еще была работа, был любимый человек и уверенность в завтрашнем дне, то сейчас…полный пипец, как говорит молодежь. Ко всему прочему нарисовалась еще одна проблема – женские дни с приходом подзадержались. На три недели. Она долго думала, стоит ли поставить в известность. Как всегда, решила быстро и бесповоротно. Благо деньги еще оставались. И знакомые в поликлинике имелись.

В редкие выходные (а теперь приходилось работать много, по двенадцать часов в сутки, что бы хоть как – то сводить концы с концами) она приходила на знакомый адрес, видела Велимира, но ни разу не решилась подойти. Наблюдала издали, пытаясь понять, чем живет, с кем встречается, появилась ли ей замена.

С удовлетворением сделала вывод, что несостоявшийся муж не совсем оправился после расставания, но сумел найти себя в работе. Новые романы, похоже, его мало интересовали. Ни разу не видела гостей в виде особей женского пола, оставшихся на ночь. И это вселяло надежду.

«Выходит есть шанс, – пришла к выводу. – главное все правильно сделать. Хоть ненадолго, хот на годик, но буду пристроена, пока не найду достойную замену…»

– Твою мать. – услышала визг тормозов и отборный мат. – Девушка, что же вы творите?

«Ну вот, попала, так попала. – подумала с досадой. – Только этого мне не хватало».

Из «Ауди» вышел невысокий крепкий мужик лет на пятнадцать старше. и.

«Главное – спокойствие» – хозяин иномарки решительно направился в ее сторону.

– Простите, – начала лепетать. – задумалась, ну и не заметила, что давно не по тротуару иду.

– Ты не заметила, а мне срок светил бы! А нафига он мне нужен, надоело у «хозяина» чалиться.

– Могу я загладить свою вину чашечкой кофе? – у нее возникла идея использовать этого бывшего арестанта.

– Не сейчас. – легко согласился. – Диктуй номер, созвонимся. – Татьяна согласилась. – А сейчас не могу, сама видишь, дочку босса надо вовремя доставить.

Глянув на машину за темными стеклами разглядела силуэт девушки на заднем сидении. Но как та выглядела, понять было невозможно.

– Что там? –  в салоне машины была Аленка.

Да – да, та самая Аленка, с которой познакомился Велимир в не самые лучшие времена. Она совсем забыла тот забавный случай в кафе, когда Велимиру удалось развеять скуку и почувствовать себя женщиной.

– Сами же видели, бросаются под колеса, чумовые! – выругался витиевато, заводя двигатель.

Похоже девушка слышала и не такие слова, потому как нисколько не удивилась, не покоробило, приняла объяснение как само собой разумеющееся.

– Я нужен буду?

– Нет, прекрасно обходилась, справлюсь и дальше без тебя. С ней хочешь встретиться? Если честно, не по себе как – то ездить на учебу, как дочь какой – то шишки из Думы.

– Почему нет?

– Расскажешь потом что и как?

– Заметано.

Гера, а так звали нового знакомого Татьяны, позвонил в этот же день. Она сама выбрала кафе для встречи. В этот же вечер, ужин закончился постелью в доме Геры. Закрутился «роман» по – мнению Татьяны. И ей казалось, что еще немного и она веревки вить будет из этого неотесанного мужлана с тремя ходками за плечами.

– Можешь мне помочь? – спросила как – то мимоходом после бурной ночи.

– Смотря чем? На «мокруху» не подпишусь.

– Нет, этого не требуется. – провела пальцем по колючей щетине. – Всего лишь проучить кое – кого, чтоб надолго запомнили.

– Это можно. Что, так насолил?

– Насолила.

– Ну бабы, – покачал головой Гера. – до чего же вы злопамятны.

– Думаю ты тоже таким был бы. – насупилась «обиженно» – Помнишь, когда ты чуть не наехал на меня?

– Ну?

– Тогда я сама не своя была. Не могла понять, да и сейчас не понимаю, как он мог променять на эту малолетку?!

– Так ты из – за этого под колеса кинулась? Ладно, постараюсь помочь… – зевнул Гера. – Вещай, что мне знать потребно.

Через десять минут он знал все. Татьяна хорошо знала привычки Велимира, знала и примерный распорядок дня Юлдуз…

До нового года оставался месяц. Зимняя сессия была тяжелой и Юлдуз часто задерживалась в библиотеке до позднего вечера. Велимир тоже был загружен чрезмерно, плюс занятия с заочниками.

– Ты встретишь меня сегодня? – услышал дорогой голос выйдя из кабинета.

С недавнего времени пользоваться телефонами в рабочее время было запрещено. Даже локальный акт по этому поводу был специально принят и доведен до сведения студентов под роспись.

– Прости, солнышко, – Велимир глянул на часы. – подожди в нашем кафе, я подойду, и мы перекусим немного.

– Хорошо, буду ждать! – дождался характерного чмока в трубке и отключился.

Юлдуз сняла пальто и села за свободный столик.

– Олег, принеси мне сок, лучше персиковый. И кусочек пирога. – попросила знакомого студента, подрабатывающего официантом. – Я друга дождусь, может еще что закажем.

– Ща, я мигом! – Олег исчез как ветром сдуло.

А через минуту на столе появилось заказанное.

– О, какая фифа! – услышала за спиной.

Два парня с шарфами какого – то футбольного или хоккейного клуба снимали куртки, пожирая ее глазами.

– Девушка, не желаете познакомиться с настоящими мужчинами?

– Нет, спасибо, у меня есть мужчина. – тихо ответила Юлдуз.

– И где же он?! – обвел взглядом зал конопатый крепыш. – Куда спрятался?

Оба парня, не спрашивая разрешения, сели рядом. Рыжий нагло взял с тарелки пирог и целиком отправил в рот.

– Как тебя зовут?

– Меня не зовут! – вспылила Юлдуз, стряхивая руку второго с плеча. – Прошу, оставьте меня!

– Ты ей не нравишься. – веско констатировал бугай с перебитым носом. – Она любит… с обрезанным! – засмеялся, указывая глазами на кулон, подарок Велимира.

– Ну нет, ради пяти минут удовольствия, я ничего не собираюсь отрезать себе! Может и такой сойдет? – рыжий схватил Юлдуз за плечи и притянул к себе с намерением поцеловать.

Закрыв глаза, девушка не глядя плеснула в него из стакана и бросилась к двери.

– Ах ты ссууу… – заревел рыжий.

– Прошу Вас соблюдать тишину и пор… – Олег попытался утихомирить буйных клиентов, но осел на пол, хватая воздух как рыба после мощного удара в живот.

Юлдуз выбежала на улицу, не одев даже куртку. На улице кружил й снег. Она бежала сама не понимая куда. Прибежала в парк, на их любимую скамейку. Из глаз одна за другой словно бусинки бежали слёзы. Она вся продрогла, открытое платье совсем не грело. Сидела, обхватив плечи руками и дрожала, усилием воли унимая стук зубов.

Велимир зашел в кафе пятью минутами позже. Официант лежал на полу. Что здесь произошло, понять было невозможно. Весь зал пустовал, только знакомая куртка подсказала, что Юлдуз здесь или была, по крайней мере.

– Где девушка? – склонился над официантом. – Она пришла в этой куртке.

– Юлдуз убежала. – с трудом выдавил студент. – К ней приставали… мне тоже досталось, как видишь.

Выбежав из кафе, кинулся на поиски, но она будто исчезла. Велимир пробежал все соседние дворы, но её не было там.

– Куда же ты могла пойти? – твердил раз за разом, заглядывая в каждую подворотню.

Юлдуз же сидела на скамейке продрогшая и заплаканная, но не уходила, уверенная, что Велимир обязательно сюда придет. Придет за ней и защитит!

Вдруг послышался чей–то грубый голос. Два отморозка все же нашли ее.

– Тебя согреть, гирла? – произнёс один из них.

– Нееееет, не трогайте меня! – Юлдуз даже крикнуть не могла, так замерзла.

Велимир был рядом и услышал этот сдавленный крик.

Но даже предположить не мог, что это может быть его любимая, но всё равно поспешил на помощь.

– Нет, не надо, не трогайте меня! – Велимир слышал только этот страшный крик, заставляющий сжиматься сердце.

Вскоре Антон увидел двух подонков, которые пытались изнасиловать его любимую. Увидев Велимира, бросились на него. Он пытался отбиваться, но силы были не равны. Да и весовые категории тоже. Уже теряя сознание, услышал, как один из ник крикнул: «Атас! Смываемся»! Потом все померкло, и он провалился в густую темноту.

К счастью Велимир быстро пришел в себя.

Подполз (подняться сразу не смог, кружилась голова) к скамейке. Юлдуз лежала как тряпичная кукла.  Её губы были синими, она едва дышала, платье разорвано, из разбитой губы и брови капала алая кровь. Собравшись с силами и унимая тошноту, схватил девушку на руки. Казалось прошла вечность, прежде чем он донес ее обратно, в кафе.

«Скорая помощь» прибыла быстро. Он смутно помнил, как суетились врачи, как грузили Юлдуз в машину, как кто – то обработал его ссадины и ушибы. Не помнил, как оказался и в больнице.

Его самого не удалось уговорить лечь в палату на свободное место. Он так и уснул возле двери реанимации, истощенный и физически, и морально.

Очнулся от того, что кто – то тормошил его за плечо. С трудом разлепив глаза увидел белый халат, потом лицо врача с маской, собранной под подбородком.

– Что с ней?! – вскочил Велимир и тут же сполз по стене

– Молодой человек, у вас сотрясение мозга, потому категорически советую…

– Мне плевать на Ваши советы! Простите… Что с девушкой?

– Сочувствую. – доктор опустил глаза. – У девушки переохлаждение и тяжёлая черепно – мозговая травма. Вероятно, эти нелюди ударили её тяжёлым предметом и пытались изнасиловать. Она защищалась как могла, потому столь серьезные побои.

Велимир слышал слова словно сквозь толстый слой ваты. Из глаз катились слёзы, и он ежеминутно повторял: «Нет, ненавижу, убью». Так просидел пол ночи в больнице, а потом выбежал в парк. Под скамейкой нашел кулон. Взяв его в руки сел на скамейку и заплакал.

Велимир забросил работу. Три дня просидел возле реанимации. Все время он теперь проводил в больнице. Заметно похудел, под глазами появились серые круги, он не ел и не спал.

Весть о случившемся облетела весь студгородок. Все его знакомые и друзья Юлдуз ходили в больницу как на работу. Оказалось, что он не один в своем горе, совсем незнакомые люди подбадривали его, предлагали помощь.

– Идите домой, поспите! – подруга Юлдуз Мадина сняла с него халат, накинула на себя. – Я побуду сколько нужно. И позвоню, если что. А Вам нужно хоть немного поспать.

Она же создала пост на странице ВК с просьбой оказать помощь в розыске виновных. И даже организовала сбор средств, необходимых для лечения.

Как же он благодарен был своим студентам, более продвинутых в новых технологиях. Сам бы он ни за что не додумался до такого…

– Что – то случилось?  Аленка удивилась, увидев Геру у института. – Я же говорила, не нужно за мной заезжать.

– Тут такое дело… – замялся тот.

– Говори, не томи. – Аленка сразу поняла, что дело серьезное.

– Помнишь ту дамочку, что под колеса едва не попала?

– Ну помню. – на память она не жаловалась. – Серьезное что намечается с ней?!

– Век бы ее не видеть! – сплюнул под ноги. – Сама глянь. – протянул планшет.

Просмотрев видео с репортажем, Аленка изменилась в лице.

– Твоя работа?! – в гневе она была прекрасна.

– Нет, ты что? – даже попятился Гера. – Просто не успел. Действительно стечение обстоятельств. Рад, что не приложил к этому руку.

– Рассказывай. – Аленка села в машину, закрыла дверь. – Все рассказывай.

– Сможешь для меня кое – что сделать? – решение она приняла быстро.

– Все, что угодно.

Гера действительно был готов на все. Пусть сам не без греха и тюрьма – дом родной, но таких отморозков он ненавидел всей душой.

– Найди этих отморозков. И накажи. Накажи, как посчитаешь нужным. – Аленка подумала немного и добавила. – Эту суку тоже. Ну, если она тебе не дорога, конечно. Я заплачу, сколько скажешь.

– Так, не обижай меня. Сделаю все лично с превеликим удовольствием.

– Да, постой. Не говори ничего отцу.

 

Добро всегда возвращается добром

Велимир проснулся, не сообразив сразу где находится. Не помнил, как попал домой, как оказался в постели. Лицо горело и чесалось неимоверно. Взлетел с кровати, разом вспомнив все события. Хотел мчаться в больницу, но глянув на экран телефона, успокоился. Случись что, позвонили бы.

Еще неделю назад его любимая была здорова и готовилась к Новому году. Прибиралась в квартире, украшала как могла и составляла праздничное меню. Даже сейчас в квартире витал аромат хвои и мандаринов.

За эти страшные Велимир совсем пал духом. Сердце сжалось, когда врач сказал, что о необходима операция. И назвал стоимость – ну просто космическую сумму.

– У меня нет таких денег. – едва слышно прошептал. – Я же не Рокфеллер. Живем очень скромно. В ответ врач посочувствовал, развел руками и подчеркнул, что больница не сможет покрыть расходы на операцию.

– Но может есть какие – то благотворительные фонды…

– Есть, но для официального решения проблемы нужно время. А его не хватает катастрофически.

Велимиру захотелось умереть. «К чему жить, если потеряю ее» – все чаще приходила в голову мысль.

– Нет, – Велимир смотрел на кружащиеся снежинки за окном. – в Новый год всегда случаются чудеса!

Он поспешил в больницу.

Еще одна ночь прошла в мучительных размышлениях. Утром медсестра с трудом уговорила отдохнуть пару часов дома.

Возле квартиры он долго искал ключ в карманах куртки. Наконец–то нашел. С верхнего этажа с ведром для мусора спускалась соседка Марина.

– Как там девчушка наша?

Рассказал невеселые новости. Марина охнула и схватилась за сердце.

– Где же взять такие деньги?

– Я что – нибудь придумаю.

– Сегодня же пройдусь по соседям – может, удастся собрать хоть немного средств.

Вскоре Велимир снова был в больнице. Юлдуз очнулась. Врач, говорил, что это хороший показатель. Молодой здоровый организм боролся как мог с недугом.

– Можно мне к ней?

– На пару минут, не больше. – подумав, разрешил доктор.

Велимир вытер слезы, не желая показывать любимой свою слабость. В палату зашел вместе с медсестрой.

– Скажите, я ведь выживу? – Велимир едва сдержал слезы, услышав дорогой сердцу голос.

– Конечно, милая, мы сделаем все возможное. – поправив простыню, медсестра вышла.

– Привет моя радость!

– Привет! – прошептала пересохшими губами.

– Как же я рад…

– Обещай мне, – перебила его. – что бы ни было, ты обязательно будешь счастлив! Я этого хочу!

– Ты и есть мое счастье! Я не смогу без тебя!

– Я хочу быть уверена, что ты будешь счастлив! Даже если без меня! Обещай мне это, ради меня! – прокричала она и из ее глаз закапали слезы.

– Я постараюсь, но обещать не могу. — он тоже заплакал не скрывая, видя, что Юлдуз закрыла глаза.

– Она у вас боец! – вошел доктор. – Дайте ей поспать. Ей нужно набраться сил.

– Это точно! – Велимир крепко сжимал кулаки и молился про себя. – «Господи, спаси ее или забери меня вместе с ней». – наверное в тысячный раз повторял в мыслях.

– Она ведь будет жить да? — из опухших и не выспавшихся глаз вновь полились слезы.

– Мы делаем все возможное, но вы же все сами понимаете…

– Пожалуйста, я вас умоляю, не дайте ей умереть! Ведь у меня кроме нее никого нет.

– Я приложу все усилия, я очень постараюсь…

– К вам посетители, — нарушила тишину медсестра, которая неслышно приоткрыла двери.

Велимир не понимал кто же мог прийти. Родственников у него не было. Родителям Юлдуз не сообщали, не желая волновать раньше времени.

За медсестрой стояла молодая незнакомая девушка. Она подошла Велимиру.

– Не узнаете меня? Я Даша, когда – то Вы помогли мне…

Как ни всматривался в лицо незнакомки и предположений не возникло, кто она.

– Признаюсь не узнаю. Простите…

– А так? – девушка достала помаду и быстро изменила цвет губ с розового на черный.

– Готка! – сразу вспомнил ночь любви на кладбище.

– Точно! – обрадовалась девушка. – Я так благодарна Вам. Другой бы на Вашем месте послал бы куда подальше и полицию вызвал бы. – трещала без умолку.

– Не стоит благодарности. Я поступил так, как считал нужным.

– Благодаря Вам мы вместе. – в порыве благодарности готка едва не задушила в объятиях. – У нас сынишка растет.

– Поздравляю. Рад за Вас.

– Вот, – протянула конверт. – это самое малое, чем я могу отблагодарить. Берите – берите, поверьте это не последние деньги. Не судите по – внешнему виду, я из состоятельной семьи. Когда я увидела новости, то решила помочь. Папа на байк деньги дал, но… пока ни к чему, с сыном все время занята.

Дрожащими руками взял конверт, заглянул внутрь.

Велимир не верил глазам своим.

– Однако! – толстая пачка зеленых купюр подтверждала реальность происходящего. – Детка, это же неподъемная сумма!

– Не волнуйтесь. Для нас это не деньги. Я живу в Лондоне, а здесь бываю редко, потому могу поддержать чем могу.

– Даже не знаю, как благодарить…

– И не нужно. Я, как и Вы, когда – то поступила так, как посчитала нужным.

– Это же мелочь по сравнению…

– Ну и что? – улыбнулась Даша. — Неважно. Для Вас возможно и мелочь, а для меня целое событие, изменившее жизнь. Главное то, что добро всегда возвращается добром.

Домой пошел уже в приподнятом настроении. Появилась надежда. А значит жизнь продолжается.

Включил ноутбук, зашел на страницу Мадины.

— Нифигааа! – глаза полезли на лоб. – Сумма которая накопилась на счету, намного превышала требуемую для операции.  И это, не считая Дашиных денег.

– Господь все–таки услышал мои молитвы! – Велимир впервые за много дней заснул с умиротворенной улыбкой.

Через несколько дней Юлдуз успешно прооперировали. Врач пообещал, что она вернется домой через пару недель.

«Вот так подарок! Как раз к Новому году! – ликовал Велимир. – И кто сказал, что чудес не бывает»?!

Все это время Даша была рядом с ним кто — нибудь да находился: Даша, Мадина, ее сокурсники и даже Серый несколько раз заходил. А Анфиса угощала домашней пищей, радуясь его счастью и смахивая украдкой предательски выступавшие слезинки.

В день выписки в палате было не протолкнуться.

Велимир как никогда волновался, но на то была веская причина.

– Дорогая, – опустился на колени перед коляской. – я тебя очень люблю! Выходи за меня замуж!

Юлдуз рот открыла, не веря услышанному и даже пыталась встать, но доктор протестующе замахал руками.

– Не положено! – строго произнес он. – Вот вывезут из больницы, там хоть на самокат садись! Таковы правила.

Дружный хохот эхом отражался от крашеных стен.

– Ты что, мне не веришь?  – Велимир открыл коробочку и достал кольцо.

– Настоящее! – Серый дурачась куснул металл зубами. – Золотое! И с камушком! Соглашайся, а то упустишь свое счастье!

– Я согласна! – ответила смутившись, и покраснела.

– Давай подадим заявление в ЗАГС сразу же после Нового года. Я буду самым счастливым человеком на свете, если ты станешь моей женой!

– Я согласна! – повторила уже громче и увереннее.

– Ну хоть салатику поедим! – Серый как всегда шутил в своем репертуаре.

– Повтори ещё раз, что ты хочешь стать моей женой! –сиял от счастья Велимир.

– Да, да, да!!! – прокричала Юлдуз и засмеялась.

В качестве эпилога

Новый 2019 год принес много хорошего. Каждый приобрел что – то хорошее, получил желаемое.

А кто – то и получил по заслугам.

Полиция до сих пор занята расследование двойного убийства, но особого рвения не проявляет. Известные в криминальной среде два брата Крыловых были найдены мертвыми в подвале заброшенного дома. Перед смертью они явно подверглись жестокому избиению. Более того, были отрезаны кое – какие части тела, которыми они… обменялись, прежде чем отойти в мир иной.

Татьяну в городе более никто не видел. Но поговаривали, что она вернулась домой и до сих пор ведет уединенный образ жизни, не думая о веселой и разгульной жизни. Выходит изредка в магазин за продуктами в платке, скрывающем уродливый шрам, напоминающий древнюю историю времен Французской революции.

Велимир и Юлдуз живут душа в душу, ожидая скорейшей прибавки в семье и каждый день совершают совместные прогулки по любимому парку, невзирая на все сюрпризы матушки – погоды.

Друзья, верьте в волшебство новогодней ночи! Верьте в Деда Мороза! Пишите письма Снегурочке! Чудеса на свете бывают! И те, кто верит в это, непременно будет счастлив!

 

В оформлении обложки использованы иллюстрации https://pixabay.com/ для бесплатного коммерческого использования. Указание авторства не требуется https://pixabay.com/ru/illustrations/пара-любовь-страсть-поцелуй-408444/

 

0

Автор публикации

не в сети 2 недели

VladimirJhirov

Говорят,что чудес не бывает. 0
flagРоссия. Город: Лебедянь
Комментарии: 0Публикации: 3Регистрация: 22-04-2020
Говорят,что чудес не бывает.
Говорят,что чудес не бывает.

Регистрация!

Достижение получено 22.04.2020
Выдаётся за регистрацию на сайте www.littramplin.ru

Добавить комментарий