Медиум: ловец душ на службе у Дьявола

1
360

1. Знакомство
Дело было в довольно большом городе Саммертаун, в самой дешёвой гостинице, в самом старом, маленьком и дешёвом номере. За столом сидел писатель — Дэйв Дженекс, который уже давно забросил своё занятие и сейчас просто заливает горе алкоголем. Печатная машинка давно покрылась паутиной, да и сам писатель с виду постарел: морщины и густая щетина из-за долгого запоя, седые волосы из-за ужаса, пережитого три года назад; хотя на самом деле ему лишь 30. Выпив ещё пару стаканов виски, Дэйв сложил руки на стол, положил на них голову и попытался уснуть, но кошмары никак не позволяли. И внезапно он услышал довольно знакомый женский голос:
— Так-так, вы только посмотрите на него. Казалось, ещё недавно ты был хорошим писателем, а сейчас просто гробишь печень. И ради чего? Чтобы забыть или умереть?
— Уходи, — пробормотал во сне Дэйв. — Тебя никто не звал.
— Нет уж, знаешь ли. Я три года копила силы, чтобы наконец здесь появиться. И вот, я здесь, явилась за твоей душой, — но ответа не было. — Эй! Рота подъём, кому говорю!
Дэйв поднял голову, но из-за выпивки было всё плохо видно. Но, похлопав себя немного по лицу и помотав головой, немного пришёл в себя и увидел перед собой молодую женщину. Она появилась из неоткуда, ведь дверь в комнату была заперта, и выглядела она очень знакомой. Гостья была одета в красные кожаные брюки, короткую красную майку с голым животом, и в красных сапогах на высоком каблуке, огненно-красные волосы еле доставали до плеч, а лицо было пугающе знакомым. Он узнал в ней свою покойную жену.
— Люси? — он не поверил своим глазам. — Хотя, пьяному что угодно может померещиться. Ты ведь умерла.
— Вот именно, умерла. При чём, из-за тебя, придурка чёртового! И теперь я не просто дурочка-Люся, я Люсия.
И тут лицо Люсии изменилось — стало рогатым черепом с огнём в глазницах и змеёй вместо языка.
— Боже! — от ужаса писатель чуть со стула не упал, а когда моргнул, она снова стала похожа на человека.
— Ха-ха, вот не понимаю я вас, люди. Где ты его увидел? Да, я была демоном когда-то. А из-за тебя я теперь демон-призрак. Зашибись, да? Урод долбанный, так бы и уничтожила, если бы могла! — затем внезапно она появилась прямо перед столом, и резким движением руки сбросила бутылку со стаканом на пол, они упали возле стола и разбились. — Вот что бывает, если перепутаешь лишь пару слов в заклинании экзорцизма.
— А чего ты ещё ожидала? Ты ведь меня тогда ослепила, и пришлось импровизировать.
Дэйв нагнулся чтобы поднять упавшую посуду, но когда потянулся рукой — осколков бутылки и стакана на полу не было. С недоумением он снова сел за стол, а стакан и бутылка стояли на столе, целые и нетронутые, а призрак как прежде стояла посреди комнаты.
— Как ты это сделала? — удивлённо спросил писатель у призрака своей жены. — Ты разбила стакан, а он снова на столе.
— Я не знаю, что там тебе уже мерещится! Особенно после двух лет в психушке! — Люсия пришла в ярость, и от злости громко стуча каблуками, подошла к столу. — Я призрак, твою мать! Я даже по морде тебе врезать не могу, — она попыталась ударить его в челюсть, но кулак прошёл насквозь, а Дэйв лишь отделался испугом, — а ты ведь даже не представляешь, как я этого хочу! Зато я могу сделать так…
У Люсии из ниоткуда появился в руке нож, и она ним со злости проткнула бывшему мужу руку, пригвоздив её к столу. Дэйв сильно испугался, но боли не почувствовал. А когда подвигал кистью, понял что нож призрачный, и прошёл сквозь руку, не нанеся вреда. С изумлением он стал рассматривать нетронутую руку, а когда услышал продолжение фразы Люсии «Или так…», всё резко изменилось. На руках стали появляться гнойные нарывы, в агонии писатель стал замечать, как эти язвы лопаются, и из них вытекает кровь, вперемешку с желчью. Начали выпадать волосы, кожа сдиралась от слабого прикосновения, боль была невыносима. В воздухе витала вонь тухлятины и серы, когда кожа с рук слезла, стало видно, как просоченое смолой мясо отваливалось от костей.
Дэйв услышал злобный смех Люсии, а когда посмотрел на неё, она стояла в своём демоническом облике, а комната превратилась в Ад. Всё вокруг окутал красный цвет, стены были потресканы, и из трещин сочилась кровь, которая заливала лица, вылезающие из стен. С потолка свисали крюки на цепи, на которых были подвешены окровавленные и растерзанные части тела. По кипящей смоле, разлитой по полу ползли зомби, у которых вся шкура и большая часть мяса уже расплавились. Они с пронзительным стоном ползли к Дэйву, а тот от ужаса запрыгнул на стол, опрокинув стакан и бутылку, которые упали и разбились точно так же, как ему показалось перед этим. А посреди этого кошмара стояла Люсия, похожая на жуткого рогатого демона c копытами, острым хвостом и порванными крыльями, и злобно смеялась, а затем сказала страшным звериным голосом:
— Эх, писака, если бы не ты, я бы сейчас загорала и упивалась агонией мертвецов, ела бы их души на родине. Но вместо этого мне придумали пытку, — и после этих слов всё стало вновь по прежнему: обычная комната, Люсия в человеческом облике, на теле писателя нет ни одной раны, вот только осколки стекла остались так же на полу. — И меня послали сюда, чтобы забрать твою душу. Мда, худшей пытки моё начальство придумать не смогло. Мало того что местный жнец в отпуске, а соседние заняты своими районами, так ещё и я пока не могу убивать. Я три года копила силы, чтобы стать видимой и иметь возможность с тобой поговорить, а на то, чтобы душу твою съесть, мне нужна ещё неделя подзарядки. — Дэйв от страха и тревоги места себе не находил, а когда услышал что можно ещё неделю пожить, вздохнул с облегчением и слез со стола. А в руках у призрака появился хрустальный шар, в котором горел огонь, и она продолжила говорить, рассматривая его. — Да, дорогой муженёк, для тебя это — хорошая новость, успеешь попрощаться со всеми в своей жизни. Но когда этот огонёк погаснет, твоя душа навеки отправится в Ад!
Дэйв решил не терять зря времени и стал обзванивать всех родственников, чтобы попрощаться перед смертью. Но после того, что случилось с Люси, все знакомые навсегда отреклись от горе-экзорциста и забыли его. На третий день в отчаянии он спился и продолжал так до предпоследнего дня жизни. Всё это время Люсия была с ним, издеваясь и прикалываясь. Дэйв никак не мог за свои последние дни жизни выспаться, потому что Люсия постоянно показывала ему кошмарные видения о том как он по-разному умирает, а затем варится в котле в Аду, либо поджаривается на вертеле в Инферно, или даже висит, пронизанный крюками, либо бродит привидением по улице, моля о помощи.

2. Первое дело
В последний день перед смертью Дэйв решил прогуляться по городу. Он бродил по главной улице, по бокам которой были высокие здания: отели, рестораны, банки. Была ранняя осень, и листья на деревьях, посаженых по бокам дороги, начали желтеть. Он шёл, одетый в тёмные брюки, а из-под коричневой кожаной куртки выглядывала белая клетчатая рубашка, от обычных людей он отличался не только белыми волосами, но и уже красными глазами, от длительной бессонницы. Рядом шла Люсия, всё в той же привычной одежде, и ела мороженое, которое, как и всё у неё, было призрачным и появилось из ниоткуда. Они спокойно шли, мимо проезжали автомобили, навстречу по тротуару проходили обычные прохожие. Однако среди них попадались и те, на кого никто не обращал внимания, и их мог видеть только Дэйв. Это были призраки тех, кто умер раньше времени, без участия жнеца, и они теперь бродят здесь в надежде обрести покой.
— Ну, как тебе? — обратилась к супругу Люсия, доедая рожок. — Теперь ты видишь их. Как же я тебе не завидую!
— Не волнуйся, после твоих видений я привык к такой бесовщине. — Он говорил с Люсией, но окружающие люди её не видели, поэтому все смотрели на Дэйва, как на чокнутого. — Однако, я и раньше мог видеть мертвецов, но я думал что это от душевной травмы, которую я получил после твоей смерти.
— Отчасти так и есть, — Люсия уже доела своё двенадцатое мороженое, и в её руке появилось новое. — Ты получил этот дар, когда моя кровь попала тебе в глаза.
— Не думаю, что для меня это дар. Но благодаря препаратам, которые мне давали в лечебнице для душевно больных…
— Эээх, — зевнула демон-призрак. — Какое длинное название. Почему ты не можешь сказать «психушка», как все нормальные люди?
— … Я наконец перестал их видеть… и вот, снова. Видимо, это потому что мне осталось жить последний день, поэтому я могу одним глазком заглянуть за грань.
Проходя мимо здания с зеркалами на стенах, писатель увидел, что отражений в зеркале несколько больше, чем людей на улице. Мало того, ещё и Люсия в зеркале не отражалась. А одно из лишних отражений с той стороны подошло к Дэйву, но зеркало его не пускало. Это был длинный худой брюнет, одетый в джинсы и чёрную футболку. Казалось, что он был заперт по ту сторону зеркала и, осознав что ему не выбраться, парень, медленно сползая по стеклу, простонал «помоги мне» и постепенно стал разлагаться и превращаться в гнилой труп.
— Что за чертовщина?!
— А что, он молодец — узнал, что ты его видишь, взял и обратился. Вот только не думай разгоняться и разбивать лбом это зеркало. Он ведь не в Зазеркалье, а просто нашёл способ с тобой связаться.
— Значит он где-то здесь. Я наверное пойду и поищу его. Может с моими способностями я смогу ему помочь.
— Я бы конечно не советовала. Но, если это твоё предсмертное желание… Только учти — твой огонёк гаснет, и скоро я тебя убью.
Дэйв кивнул и пошёл дальше по улице, в надежде найти призрак этого человека. И по пути внезапно он услышал гудок машины, и рефлекторно оглянулся. По трассе с бешеной скоростью мчал автобус, а за рулём была Люсия и кричала «с дороги, инвалиды!».
— Как ты это делаешь? Ты ведь призрак, — пробормотал тихо Дэйв, смотря за ней вслед.
— А что я делаю? — Люсия оказалась у него за спиной и доедала свой шестнадцатый рожок, с таким видом, будто ничего не случилось. — Меньше надо было пить, белочник!
Дэйв пожал плечами и пошёл дальше. На следующем перекрёстке часть дороги была перекрыта жёлто-чёрной лентой. На трассе стояли две полицейские машины, вокруг столпились опера, журналисты и кучка простых зевак. Видимо случилась авария, и все вокруг копошатся, пытаются опознать пострадавшего и найти виновного. Дэйв ради интереса подошёл поближе, и увидел того парня, который просил о помощи. Он лежал мёртвый на асфальте, весь в крови и рваной одежде, на теле много порезов и следы автомобильных шин.
— Эх, какая жалость, — вздохнула Люсия, садясь на появившийся призрачный стул. — Его сбила машина, мы ему ничем не можем помочь. Да и зачем? Вон, целая армия помощников собралась.
Но Дэйв вспомнил детективы, которые он прочёл, и постарался действовать так же: осмотреть всё вокруг, искать улики, любые мелочи которые помогли бы. Но, внезапно увидел кое-что покруче: по пешеходному переходу спокойно проходил призрак того длинного брюнета, а по трассе на бешеной скорости пронёсся автомобиль и сбил его. Писатель понял, что это было лишь очередное видение, ведь эти объекты двигались, не обращая ни на кого внимания и проникая сквозь всё на своём пути. Думая, то эти видения, как и остальные, ему показала Люсия, он вопросительно посмотрел на неё.
— Что? Не смотри на меня так! — она закинула ногу на ногу, и в её руке появился бокал с мартини. — И вообще, ты ведь сам сказал, что перед смертью ты можешь заглянуть по ту сторону.
Сказав это, демон-призрак выпила свой напиток, выбросила бокал за спину и тот растворился в воздухе. А её супруг напряжённо пытался повторить видение, и у него это получилось — на мгновение он увидел и запомнил номера серой Хонды и лицо её водителя. Дэйв попытался пробраться через толпу и рассказать об увиденном полиции:
— Простите, но у меня есть сведения. Я запомнил номер машины, которая его сбила.
— Это как же? — крикнул кто-то из толпы. — Ты ведь только что подошёл.
Тогда и стражи порядка засомневались в правдивости его слов. А пока Дэйв доказывал, что в тот момент был здесь, потом отошёл по делам и вернулся помочь следствию, в это время Люсия осматривала тело жертвы с особой изощрённостью:
— Так, посмотрим… ноги подкошены, руки вывернуты, шея скручена, — затем она оторвала голову, — бедный Йорик, до чего же ты докатился… — открыла череп, как банку, воткнула в мозг палец, потом облизала его. — Ммм, а мозги-то вкусненькие! Хоть и разбиты в кашицу. — Затем зачерпнула горсть мозгов и проглотила, потом отбросила голову в корзину, вспорола туловище, и принялась за остальное, начав с сердца: — О, моя валентинка! Походу кто-то ему разбил сердце, ха-ха-ха… Дальше у нас — лёгкие… совсем нетяжёлые. Эх, сколько крови зря вылилось… так, почки, печень… ммм, вкуснятина! Так, желудок… посмотрим, что он ел… ой, сколько всего: мяч, кроличья лапка, глаза, мозги… а, это же его мозги… о, снова Йорик!.. куча мусора, бутылок, куриные лапки… или гусиные, не важно. — Затем она стала вытягивать кишки и наматывать их на руку, считая их длину.
Дэйв с отвращением смотрел на эту картину, и пытался всё-таки настоять на своём, чтобы ему поверили и нашли убийцу. Но со словами «мы сами разберёмся», его прогнали. А в это время Люсия домотала сотню метров кишечника, и санитары забрали тело в карету скорой.
— Эй, так не честно! — возмутилась она. — Нельзя забирать пациента посреди обследования! — затем обратилась к мужу: — Ну, и что теперь собираешься делать?
Жертву увезли, криминалисты собрали все возможные улики, и вся толпа разъехалась кто-куда. А Дэйв, решив, что ему всё равно никто не поверит, сам ушёл туда, куда в его видении ехал убийца. Следя за машиной-видением, он часто видел прохожих призраков, людей, которые не отражаются в зеркале, или же наоборот — отражения без оригиналов.
— Допустим, ты найдёшь его, — заговорила с ним мёртвая жена. — Что дальше? Как ты этим поможешь тому пареньку?
— Я знаю несколько способов послать призрак в Царство Мёртвых: христианские похороны, экзорцизм, кремация, уничтожение одержимого предмета, а в этом случае — восстановление справедливости. Проще всего заставить убийцу заплатить, чтобы дух жертвы успокоился.
Так они продолжали идти, пока не нашли знакомую машину возле небольшой церкви. Капот машины был немного помят, на номерах и шинах остались следы крови. Дэйв вошёл в церковь, надеясь что водитель там, исповедуется. Люсия боялась, что если она всё-таки демон, то не сможет войти, но ничто ей не помешало пойти за мужем. Внутри они встретили того водителя, которого Дэйв видел, он интенсивно и громко просил прощения у всех икон и образов. А пока писатель к нему подходил, церковь начала меняться: потолок стал ниже, стены потрескались и из трещин стала вытекать смола, люстра загорелась, как факел, на иконах, вместо святых, появились образы демонов, которые смотрели на Дэйва и повторяли, смеясь, «скоро… скоро ты станешь нашим». Дженекс сразу понял, чьих это рук дело, и грозно посмотрел на свою спутницу.
— Что? — поняла этот взгляд Люсия. — Уже и пошутить над твоей фантазией нельзя?
Затем она вздохнула и церковь снова стала прежней. Успокоившись, Дэйв продолжил своё дело, он подошёл к убийце и заговорил с ним:
— Привет, извините, я не знаю кто вы… но, я знаю что вы сделали… и за это придётся ответить.
— Чччто? А я… я ничего не сделал… совсем… я не знаю, о чём вы. — Его лихорадило от сильной вины, и видно, что он в стельку пьян.
Виновник быстро выбежал на улицу, и писатель выбежал за ним. Пытаясь открыть машину, он от страха уронил ключи, и Дженекс поймал его за руку. И во время прикосновения, всего за две секунды Дэйв увидел несколько часов его прошлого.
В небольшом домике этот водитель-убийца жил вместе с женой и её братом. В этот день он сильно выпил и продолжал заливаться. Его супруга попыталась его образумить, но тот был в бреду и совсем её не слышал. Тогда она забрала бутылку со спиртным и разбила её о стену. Мужик из-за этого сильно разозлился, и хоть он и не мог твёрдо стоять на ногах, но смог собрать побольше силы в кулак, и ударил жену. От такого удара хрупкая женщина упала лицом прямо на осколки. Смерть наступила мгновенно, когда большой осколок воткнулся в глаз. На звуки борьбы прибежал её брат, и был шокирован увиденным ужасом. А в этот момент сумасшедший алкаш разбил стакан и воткнул острый осколок парню в горло. Через пару часов убийца наконец очнулся, осознал что он сделал, сел в машину и уехал куда глаза глядят, подальше от этого ужаса. В таком неадекватном состоянии он и сбил пешехода.
От увиденного Дэйв в шоке отпустил руку, сказав:
— Так ты убил троих! Век тебе в Аду гореть за это!
От ужаса, что его неизвестно как разоблачили, пьяница забыл о машине и попытался убежать так. Но, когда он выбежал на трассу, неожиданно из-за поворота появился автобус и сбил насмерть. Кровь брызнула на лобовое стекло, кости и одежда застряли между подшипников колёс, от чего автобус остановился. Дэйв узнал этот автобус — он видел его в своём видении, и за рулём была Люсия. Водитель в панике начал вызывать полицию на место ДТП, и писатель решил скрыться. Дело сделано, хоть и не так, как хотелось бы.
Когда Дэйв с Люсией вернулись в номер, всё вокруг превратилось в Ад. Было темно, и лишь красные проблески глаз и трещины в стенах немного освещали комнату, отовсюду доносили страшные крики и стоны, по стенам и потолку ползали демоны, по полу ползли скелеты и зомби. Дэйв от ужаса впал в ступор, а все эти твари окружили и схватили его. Писателя начали разрывать на части, пока Люсия смотрела на это и смеялась. Затем она превратилась из соблазнительной девушки в жуткого монстра: вместо головы — рогатый череп с огнём в глазницах и змеёй в зубастой пасти, исхудавшее чешуйчатое тело, за спиной торчали рваные красные крылья, каблуки на ногах превратились в копыта, а маникюр на руках — в длинные острые когти. В правой руке у неё появился хрустальный шар, в котором догорал маленький огонёк. И когда он наконец погас, демоны перестали издеваться над Дэйвом и освободили проход для Люсии.
— Твой огонёк погас, дорогой, — сказала Люсия звериным голосом. — Пора платить по счетам.
Демоны поставили писателя на колени и держали его, чтобы тот не вырвался. Демон-призрак медленно подошла к бывшему супругу, воткнула в его сердце свою руку и начала забирать его душу. Но в последний момент прозвучал треск горящих дров, и, кажется, Люсия что-то почувствовала. Она убрала руку из Дэйва, и в руке появился яркий огонёк, из которого выделялся чёрный дым, и демонесса начала с ним говорить:
— Алло? Да, уже начала… Как прекратить? Я ведь… Его душа — единственное, что мне нужно. И он этого заслуживает… Тогда почему?.. А… ага, вот оно что. А с ним тогда что делать?.. Один день, значит?.. Ну да, так действительно прибыльно… Хорошо, но если он не справится или все заказы будут выполнены — ничто не помешает мне забрать его к себе! — с этими словами Люсия погасила огонь в руке, превратилась в человека, и обратилась к мужу: — Жить хочешь? Видишь этих ребят? Это всё — моя добыча, так сказать, они — мои рабы. Если не хочешь к ним присоединиться, лучше слушай меня внимательно, — в этот миг все монстры и призраки исчезли, и комната снова стала обычной. — Со мной только что связалось начальство, те две души, благодаря тебе, благополучно попали в Ад и их там вовсю разрывают на части. Кстати, тот паренёк оказался далеко не святошей, хотя какие тёмные делишки он проворачивал, мне по-барабану. Поэтому они считают, что ты можешь быть довольно полезным. Я, естественно, сомневаюсь, но готова отсрочить твою поездку в один конец, если ты будешь ловить заблудшие души. Отправляешь дух в Ад, либо возвращаешь домой сбежавшего демона — и я дарю тебе жизнь. Один день за одну душу, как тебе, любимый?
— Значит на поимку следующей души у меня два дня, — успокоившись, и взвесив все «за» и «против», ответил Дэйв. — Я согласен, но при одном условии — этой ночью я хорошенько высплюсь!

3. Смерть в депрессии
— Это уже третья чашка кофе за это утро, — начала критиковать Дэйва его жена-призрак. — Так можно и инфаркт получить. И откуда у тебя на это деньги?
Они стояли под открытым небом, за столиком возле киоска с фаст-фудом. Дэйв ел хот дог и запивал его кофе, и при этом смотрел на рассвет. А Люсия создала себе удобное кресло, села в него и начала бросать в прохожих черепа, которые у неё появлялись из ниоткуда. Конечно, эти снаряды были призрачными, поэтому никто их не замечал, но демонессе это доставляло немало удовольствия.
— Я же вчера надеялся выспаться за ту неделю бессонницы, — оправдывался тот, допивая чашку и доев хот дог. — Но, спасибо тебе, что дала хоть пять часов подремать. А насчёт денег: у меня в кармане осталась сотня заначки от тиражирования последней книги.
С этими словами писатель ушёл, и стал бродить по улице в поисках душ, которых можно отправить в мир иной.
— Так значит я, пока жива была, вкалывала по две смены, а у тебя заначки остались?! — возмутилась Люсия, догнав его. Они шли по улице, мимо проходили обычные люди, бродившие туда-сюда по своим делам. А так же проносились привидения и души, почему-то застрявшие в этом мире. И проходя мимо них, Люсия присматривалась к каждому призраку и выбирала, кого бы она хотела видеть своим трофеем. — Нет… нет… слишком… не достаточно… фу, не годится… А вот эта какая-то бледная, может и сойдёт…
— У меня идея получше, — предложил Дэйв, услышав полицейскую сирену.
Они пошли в сторону услышанного звука и зашли в узкий переулок между двумя высокими зданиями. Там припарковались, закрыв проход, полицейская машина и карета скорой помощи, а между ними собралась группа экспертов, исследующих мёртвое тело молодой девушки. Дэйв подошёл поближе, чтобы подслушать их разговор по этому поводу, а Люсия снова принялась издеваться над трупом. Девушка-фотограф снимала это место со всех ракурсов, и заметив Дэйва, немного испугалась, вспомнив его присутствие на предыдущем месте преступления. А тем временем Дэйв стоял в стороне и слушал, как детектив говорит о происшествии в свой диктофон:
— Как я уже говорил, жертва — молодая девушка, студентка, лет… двадцати…
— Либо младше, хрен поймёшь эту молодёжь, — добавила Люсия, копаясь в её кишках.
— …Причина смерти — падение с большой высоты и приземление плашмя на живот и лицо. Судя по расположению тела и открытому окну над ним, она упала с пятого этажа общежития. Следов насилия не обнаружено, кроме порезов на запястьях… судя по всему, она очень хотела покончить с собой… и ей это удалось, — с этими словами он выключил диктофон и начал собирать свои вещи. — Блин, да что за поколение сейчас растёт? Почему наши дети так ненавидят жизнь, что хотят с ней покончить вот так? Чёрт, да что ж это такое? Третий самоубийца за эту неделю! С этой работой и свихнуться можно.
Оформив все нужные документы и сделав достаточно снимков, тело забрали, собрали все вещи, и все разъехались. Люсия снова разозлилась, что её пациента рано забрали, и забросала машину скорой разорванными органами. Вся машина стала окровавленной, но это ведь был всего лишь призрачный прикол, так что никто этого не увидел. Даже Дэйв, который был занят: он увидел видение, где эта студентка выпрыгивает из окна. И не было показано, почему она это сделала, видно лишь её заплаканное лицо и порезанные руки.
— Ну что ж, — Люсия первой нарушила тишину, — её души я рядом не вижу, значит она уже давно в Аду, отмеченная клеймом самоубийцы. Только жаль, что не мы ей помогли, и день я тебе не засчитываю.
— А я и не надеялся, — на удивление жены, ответил Дэйв, внимательно осматривая открытое окно. — Однако, что-то здесь не так. Нормальные люди, как бы они ни ненавидели жизнь, не решились бы на такое. И, нравится тебе это или нет, я хочу разобраться с этим, пока ещё подростки не погибли.
— Утю-тю, какие мы правильные, — стала кривляться демон-призрак.
Дэйв ушёл в сторону входа в общежитие, будто избегая разговора. В ответ Люсия ему вслед показала язык, который вскоре превратился в красную змею. Писатель зашёл в общежитие, поднялся на пятый этаж и направился к комнате жертвы. В коридоре стояли её соседи и обсуждали эту трагедию, однако в этом разговоре Дэйв не услышал ничего полезного, кроме имени девушки — Дейзи. Сказав, что он частный детектив, Дэйв разогнал всех, чтобы не мешали, и зашёл в комнату. Это была обычная комната на три человека, каких полно в этом общежитии. Одно окно, старая люстра, посреди белого потолка, зелёные обои с узорами, паркетный пол. Места хватало, чтобы разместить здесь три кровати с личными тумбочками у каждой, холодильник, полки для книг и два стола: обеденный и письменный. Казалось, что криминалисты уже проверили здесь всё, что можно, но у них не было способностей Дэйва. Он просто стоял посреди комнаты в ожидании очередного видения. Но Люсия его отвлекала, прыгая по пружинным кроватям, и напевая ностальгирующие песни о студенческой жизни.
Наконец последовало первое видение: Дейзи заперла комнату и мечется по комнате туда-сюда, не зная что делать. С другой стороны уже начали стучать в дверь, потом громко звали и требовали открыть. От криков девушка волновалась всё сильнее, начала плакать. А когда дверь начали выламывать, она уже не выдержала, открыла окно и выпрыгнула из него. После этого видение закончилось, и Дэйв увидел Люсию, она сидела на подоконнике и насвистывала:
— Фиу-фью, ну и высота! Думаю, прикольно было ей лететь пару секунд. Жаль, что крыльев не было.
Но Дэйв не обращал внимания на супругу, и напрягся, чтобы увидеть более ранние события. И вот он увидел Дейзи, лежащую на кровати и накрытую одеялом. Её соседки по комнате пытались её разбудить, но всё было бесполезно. Тогда с неё стянули одеяло, и оказалось, что она порезала себе вены и почти полностью истекла кровью. Подруги завизжали и убежали за помощью, и на этом видение закончилось.
Дэйв хотел осмотреть тумбочку возле её кровати, но она уже была пуста. И тогда он сконцентрировался, пытаясь увидеть причину такого поведения, но его снова отвлекла Люсия. Она открыла холодильник, в котором находились банки с кровью и органами, и принялась выбирать ужин из этого ассортимента. Взяв банку с кашей из мозгов и ливера, она зачерпнула рукой горсть содержимого и съела, а когда увидела скривившееся лицо мужа — предложила и ему, облизывая пальцы. Тот, конечно же, отказался, и наконец увидел следующее видение: Дейзи радостно забежала в комнату и начала хвастаться соседкам, что случайно нашла кулон. Она показала на своей шее серебряный кулон с круглым огненным камнем, висящий на серебряной цепочке. Дэйв присмотрелся внимательнее и увидел в камне, переливающемся огненным цветом, серое изуродованное лицо. Он пытался лучше рассмотреть его, но его испугал внезапный хруст возле уха. От неожиданности писатель повернулся в сторону звука — над ним склонилась Люсия и, хрустя чипсами, тоже пыталась рассмотреть лицо в кулоне. Он обернулся обратно, но видение уже закончилось. Тогда Дэйв сломя голову выбежал из комнаты и, встретив в коридоре одну из соседок Дейзи, он спросил её:
— Где кулон, который Дейзи нашла?
— Не знаю, — ответила девушка, озадаченная таким неожиданным вопросом. — Я помню, как она выбросила его в окно. После этой находки она стала сама не своя.
Дэйв выбежал из здания, как угорелый, а Люсия медленно шла за ним, громко цокая каблуками и проходя сквозь студентов, встречавшихся на пути. Выйдя на улицу, писатель сразу направился в переулок, который находится под окном той самой комнаты. Он обошёл его вдоль и в поперёк, пытаясь найти это странное украшение. Люсия тоже пыталась ему помочь, осматривая асфальт через огромную лупу. Потом, поняв что кулона здесь нет, Дэйв остановился и стал рассуждать:
— Три жертвы… они покончили с собой… из-за кулона?.. Значит, первая жертва нашла его… затем, осознав, что что-то в ней изменилось, жертва от ужаса выбрасывает его… После этого наступает конец этих изменений — жертва убивает себя…, а кулон находит следующая жертва… Значит кулон — проклят.
— Правильно мыслишь, — поддержала Люсия, подойдя к нему с большой лупой. А когда она посмотрела на мужа через увеличительное стекло, Дэйв увидел сквозь стекло её демоническое обличье. — Но мыслишь не до конца.
И тогда она направила взор в другую сторону. Дэйв проследил её взгляд, и увидел как пятнадцатилетний школьник шёл после занятий по этому переулку, и случайно нашёл проклятый кулон. Почему-то интуитивно писатель знал, где мальчик живёт, и сразу отправился к нему, думая по дороге, как покончить с этим. Забежав в подъезд, где тот жил, первым делом Дэйв забежал в подвал и взял молоток, затем поднялся к школьнику, следуя за видениями.
Писатель зашёл в трёхкомнатную квартиру, дверь которой была почему-то открыта. Родителей мальчика дома не было, и Дэйв сразу, не теряя времени, забежал в его комнату. Школьник сидел в слезах на кровати и делал петлю из своего ремня, а злополучный кулон лежал на письменном столе. Дженекс резко выхватил ремень из его рук, чтобы тот не наложил на себя руки, а затем с размаху ударил молотком по кулону. Серебряный овал помялся, а огненный камень выпал из него и покатился в другую сторону. После этого мальчик в слезах, проклиная свою жизнь, упал на кровать и накрыл голову подушкой. А Дэйв, зная что ещё не конец, развернулся, чтобы разбить камень. Но увидел перед собой бледную старуху в белом рваном платье. Она появилась из кулона, и мешала подойти к камню, в котором и заточена. Дэйв хотел пройти сквозь неё, но призрак схватила его за горло и очень широко открыла рот, аж до груди. В этот момент писатель взглянул ей в глаза, и увидел часть её жизни. А Люсия всё время стояла рядом и наблюдала, хрустя попкорном.
— Так вот оно что, — Заговорил Дэйв с призраком, пока та пыталась высосать энергию из пленника. — Ты жила счастливо и дарила людям радость, верно, Кэролин? Но когда умер твой внук, вся радость иссякла, и ты покончила с собой, а душа осталась в твоём кулоне. И теперь ты питаешься радостью своих жертв, и они в депрессии совершают суицид… А теперь ты пытаешься высушить меня.
— Та врежь ей молотком по роже! — подсказывала Люсия, наблюдая за происходящим, будто смотря фильм.
— Хочу тебя огорчить, — сказал Дэйв, чувствуя что сейчас призрак его задушит. — Во мне нет ничего съедобного.
Кэролин всё сильнее сжимала шею писателя, вытягивая из него жажду жизни. Но Дэйв взял на столе сломанный серебряный кулон и ударил ним призрака. Побоявшись серебра, старуха исчезла, и это дало возможность ему подбежать к камню и разбить его молотком.
Когда мальчик очнулся от пережитого ужаса, в комнате уже никого не было. Призрак исчез, к нему вернулась радость и любовь к жизни. Никто из взрослых и друзей не поверил его рассказу. Однако, оставшаяся вмятина на столе доказывала, что человек с белыми волосами и красными глазами, который спас его от кошмара, существует.

4. Изгнание беса
На протяжении нескольких следующих дней писатель продолжал заниматься своим делом. Ведь это была огромная выгода: Люсия получала души, которыми питалась или могла сделать своими рабами, а Дэйв очищал город от застрявших призраков, спасал живых людей от умерших убийц, а так же продлевал свою жизнь. Не признанный ранее писатель теперь стал экстрасенсом, искавшим очернённые души и отправлявшим их в Преисподнюю. Однако ему приходилось работать скрытно, ведь не всякий может поверить в существование потусторонних миров. И всё-таки, благодаря умению видеть всё, что скрыто от обычных глаз, за это короткое время он спас несколько душ-мучеников, отправил парочку злых духов на съедение Люсие. И теперь Дэйв с Люсией прогуливались по площади, в поисках новой работы.
Площадь находилась в самом центре Саммертауна, и была очень широкой. В центре стоял фонтан и памятник основателю города, а по краям располагались мэрия, музей, банк, несколько кафешек, чтобы атмосфера не казалась слишком деловой, и большой позолоченный собор. Дэйв как обычно пил чёрный кофе, прогуливаясь по площади, ведь кошмарные сны от Люсии позволяют ему поспать от силы пару часов в день. А весёлая Люсия, как обычно от скуки, издевалась над его воображением. Так, например, Дэйву казалось, что вместо воды из фонтана льётся кровь, жуткая старуха кормит окровавленных ворон человеческими пальцами, хотя на самом деле голуби клевали хлеб. Мимо проходило много жутких мертвецов и призраков, а из-за Люсии трудно было понять, какие из них настоящие. А когда к писателю подошла молодая женщина, а, оказавшись совсем рядом, стала монстром с острыми клыками и напала на него, Дэйв не выдержал и крикнул:
— Чёрт, это уже не серьёзно! — В этот момент видения закончились, и он видел уже привычную площадь. А Люсия со скучным лицом сидела и качалась на кресле-качалке, сделанной из костей, при этом бросая ножи в птиц. — Я вообще-то пытаюсь найти нам подходящую цель, ты хоть бы помогла, что ли!
— Что значит нам? — возразила призрак-демон и бросила нож супругу в лицо. — Тебе напомнить, что я ничего не могу сделать?
— Вот хватит ныть, что ты призрак и так далее. Я и так без тебя изгоняю духов. Ты здесь просто сидишь, а ведь можешь видеть и слышать, и хоть подсказать мне, что делать.
— Хочешь подсказку? — Люсия закинула ногу на ногу, в руке появился бокал с кровью, а второй рукой она указала в сторону фонтана. — Беги!
И когда Дэйв посмотрел в ту сторону, из фонтана била смола, из которой вылез огромный чёрный волк. Дэйв думал, что это лишь очередное видение, но когда волк оскалил зубы, зарычал и собрался напасть, то сразу вспомнил как сильно хочет жить, и не решился проверить это на правдивость. Поэтому, когда волк побежал к нему, Дэйв, под звук громкого смеха мёртвой жены, убежал в другую сторону и выбежал на дорогу. Там он чуть не попал под машину: чёрный Шевроле выезжал с парковки на площади, и остановился, чуть коснувшись ноги Дэйва.
— Ты куда, блин, так несёшься?! — выкрикнул из окна шокированный водитель.
Дэйв отошёл, чтобы не нарываться на проблемы, а пока машина трогалась с места, он успел осмотреть её салон. В машине сидела молодая супружеская пара, а на заднем сидении — их сын, лет двенадцати. С виду мальчик казался обычным, но почему-то писатель не мог оторвать от него глаз. Пока машина делала круг по площади, чтобы выехать на трассу, Дженекс следил за мальчиком. Наконец, когда они подъехали к собору, он услышал пронзительный крик, и увидел как ребёнок скривился от вида куполов, а затем понял, что за ним следят, и напал на Дэйва. От страха тот закрыл лицо руками, а когда открыл — машина уже уехала, и он понял, что это было лишь призрачным проявлением. Но такого мощного проявления он не видел ещё никогда, и стало понятно, что именно на эту цель указала демон-призрак.
— Можешь не благодарить, — Люсия подошла сзади, положила локоть на плечо Дэйву, а другой рукой вертела на пальце оторванную лысую голову. — А теперь давай, милый, поймаем этого демонёнка.
Но перед этим нужно было подготовиться: Дэйв зашёл в собор и взял там Библию, крест, несколько свечей, пока никто не видит, затем подошёл к иконе и исповедался:
— Прости, Боже, что ворую твоё священное имущество, но оно нужно для спасения ребёнка.
— Просишь прощения у картинки? Как банально, — сказала Люсия, разрисовывая маркером фреску.
— Вот ты — демон, ты ведь должна знать, чего твоя родня боится. Помоги мне с изгнанием. Что мне ещё нужно? Каких предметов не хватает?
— Ага, вот так я с разгону тебе и сказала! А потом ты покончишь со мной и избежишь своей судьбы? Нет уж! Чтоб ты знал: изгонишь меня — придут другие.
— Да не собирался я. Тем более как я смогу изгнать первого в своём роде демона-призрака? — демон с согласием закивала головой, затем принялась рисовать на иконах дьявольские символы. — Тебе ведь нужен тот демон? Так помоги мне с ним разобраться! Я всего лишь хочу спасти того мальчика.
— А, я, кажется, поняла суть. Ты хочешь спасти как можно больше народу, надеясь, что потом тебе на Небесах это зачтётся. И ты думаешь, что когда я заберу твою душу в Преисподнюю, ангелы придут к тебе на помощь? — демонесса бросила рисование, подошла к Дэйву, вылила на него свою красную краску, и начала издеваться, водя кистью по его запачканному лицу. — Так вот, я хочу тебя обломать: там они зачтут только то, что ты со мной сделал три года назад, и то, что мне помогал собирать духов. — Дэйв сделал вид, что пропустил все её слова мимо ушей, однако эти слова его до глубины души ранили. А Люсия затем внезапно перевернула кисть и воткнула ему в глаз. — Так что ты мой в любом случае!
Тот от страха схватился за рану, и в этот момент к нему подошёл помощник священника:
— Вам что-то нужно?
Дженекс быстро спрятал вещи под куртку, осмотрелся, а вся краска уже исчезла.
— Нет, спасибо. Я уже помолился, и ухожу. Да хранит вас Господь.
Дэйв, медленно направляясь к выходу, вопросительно взглянул на люстру, на которой качалась Люсия.
— Ну, ладно, — вздохнула демон-призрак, слетая с люстры и садясь на плечи мужа. — Из предметов ты взял всё, что нужно. Правда, не помешали бы ещё цепи. А всё остальное я тебе расскажу на месте. Мы ведь не хотим, чтобы ты так же облажался?
Выйдя из церкви, они направились к дому жертвы, следуя за видениями. Наконец, они пришли к высокому многоэтажному зданию, и поднялись к уютной пятикомнатной квартире. Дэйв позвонил, и дверь открыла женщина, которая сидела в той машине.
— Ой, вы тот, кого мы сегодня чуть не сбили? Мне очень жаль за этот инцидент. Если хотите, мы можем выплатить вам компенсацию.
Она пригласила гостя в квартиру, а Дэйв стал в прихожей и объяснился:
— Нет, не стоит. Я сам виноват, спешил очень. Я здесь по другому делу. Я — писатель Дэйв Дженекс, расследую разные паранормальные явления. Ваши соседи жалуются на странный шум, а вы ничего не замечали?
— Ну, бывают иногда шорохи за стеной, но ничего необычного. Да и вообще, как можно верить во всякий бред о призраках и полтергейстах?
— Я и сам не верил, пока это меня не коснулось. Могу ли я поговорить с вашим сыном? — хозяйка с недоверием посмотрела на него, а в это время Люсия от скуки мерила пальто и шубы, висящие на вешалке, а неподходящие разрывала и сжигала. — Да не волнуйтесь, я лишь спрошу его кое-что. Ведь дети сильнее всего подвержены действию разных паранормальных явлений. И то, что они рассказывают — не всегда их выдумка.
Женщина провела его в комнату сына, а пока они шли, Люсия сказала супругу:
— Молодец, хорошо сыграл. Теперь нужно узнать имя нашего демона, — Дэйв посмотрел на неё, не поняв, зачем это, и тогда она объяснила: — Просто интересно узнать, какая падла осмелилась прийти сюда, не спросив разрешения. Да и изгнать его будет проще. Это же Магия Имени, не слыхал?
Они зашли в комнату, где мальчик сидел за столом и рисовал коня на фоне леса. Это немного насторожило Дэйва, ведь на стене висели мрачные рисунки с огнём, кровью, монстрами. Мама подошла к нему и познакомила с гостем, но мальчик, не обращая внимания, продолжал раскрашивать деревья. Тогда Дэйв сам подошёл к нему:
— Привет, я — Дэйв, а тебя как зовут?
— Эрик…
— Неужели? Ну, ладно. Слушай, мне очень интересно, ты не видел ничего необычного на площади сегодня? — теперь Эрик заволновался, взял оранжевый карандаш и начал рисовать пожар в лесу. — Например, когда ты с родителями проезжал мимо большой церкви? Неужели ты ничего не почувствовал? — Мальчик всё сильнее волновался, даже злился. Дорисовав огонь, он взял красный карандаш и стал рисовать кровь на коне и траве. Но Дэйв продолжал давить на него: — Боль, страх, злость, может даже ненависть? Почему ты нарисовал такие жуткие рисунки?
Эрик после этих слов от злости сломал карандаш, и что-то начал бормотать себе под нос. Его мать стояла рядом, ошеломлённая от происходящего. А Люсия сидела на кровати довольная, и с умилением смотрела на картинки. А потом писатель снова спросил:
— А теперь серьёзно, как тебя зовут?
— Я — Эрик! Мама, убери его отсюда.
Его мать чувствовала, что что-то всё-таки не так, но материнский инстинкт в ней победил, и она попыталась выгнать гостя. И когда на защиту Эрика пришёл его отец, Дэйв внезапно увидел, как рисунки Эрика оживают, из них вылезают монстры, слышатся неистовые крики. И среди этого хаоса Люсия танцевала на шесте, а лицо Эрика изменилось, будто его демон выходит наружу.
— Стойте! Ладно, я уйду, но сначала задам ему ещё один вопрос… всего один, и вы узнаете правду, — видения исчезли, и Дэйв прорвался мимо родителей, подошёл к мальчику и, спрятав руку в карман, спросил: — Не признаешься по-хорошему — придётся действовать по-плохому.
— Что вы от меня хотите? Мам, скажи ему, что я — Эрик! — он встал из-за стола, встал перед Дэйвом и обижено смотрел в его красные глаза.
— Значит, по-плохому…
С этими словами писатель схватил Эрика за руку, а другой рукой достал из кармана крест и приложил к его руке. Крест громко зашипел и задымился, а Эрик стал дёргаться в конвульсиях. Его мать стояла в ужасе, а отец сразу оттащил обидчика от сына. Но когда все трое взглянули на мальчика, то ужаснулись: лицо изуродовалось шрамами и ожогами, одежда была местами порвана, на руках появились синяки, шрамы и длинные когти, глаза стали чёрными, а когда он улыбнулся — стали видны клыки.
— А вот и ты, уродец! — поприветствовала демона Люсия, но не услышав ответа, поняла: — Чёрт, только не говорите мне, что он меня тоже не видит. Здарова, говорю, тварь!
Но Эрик её не заметил, но вместо этого сразу напал на медиума Дэйва. Но тот не растерялся — он поймал его крестом, уложил на кровать и крикнул его родителям:
— Вяжите его!
— Цепями! — добавила демон-призрак.
Но Люсию не услышали, и привязали одержимого ремнями. Эрик сопротивлялся, его лицо постоянно менялось: то он был мальчиком, как прежде, то жутким зверем, то снова человеком, но с клыками и чёрным глазами. Родители держали сына за руки и ноги, и с ужасом терпели его крик и смех. А в это время Дэйв достал Библию и листал её, пытаясь найти подходящие слова.
— Рано, — подсказала демон-призрак, сидя в перевёрнутом положении на потолке и спокойно попивая коктейль. — Сначала разложи зажжённые свечи пентаграммой вокруг него, так ты защитишь его человеческую душу.
Дэйв сунул руку в карман, но нашёл там только три свечи. Пришлось разломать две пополам, и после этого он отодвинул кровать от стены. Затем он спросил супругу, раскладывая свечи по углам пятиугольника, и зажигая их:
— Ты о нём так заботишься?
— Да мне пофиг… — ответила Люсия, и в её руке появился новый бокал крови.
— Странный вопрос, он вообще-то мой сын, — ответила мать Эрика, думая что этот вопрос был адресован ей.
— Ой, простите, я знаю, — извинился перед женщиной медиум, тем временем снова перелистывая страницы. — Вы не обращайте внимания, я часто буду говорить сам с собой.
— Вот нахал! — крикнула Люсия, стоя теперь в проходе между этой комнатой и кухней, а затем метнула нож ему в живот.
— Ты совсем больная?! — крикнул Дэйв, взявшись от боли за рану.
Но после этого крика демонесса вовсе разозлилась, и бросила в него ещё дюжину ножей, вперемешку с вилками. Писатель увернулся, а когда повернулся обратно все столовые приборы исчезли, а Люсия всё так же сидела на потолке, как ни в чём ни бывало. Однако критику в свой адрес она всё-таки услышала, и громко ответила, бросив в него допитый бокал:
— Это я больная?! Ах ты ж подонок!
— Слушай, не до тебя сейчас…
— Тебе пять лет было не до меня!
— Но, Люси…
— Сам ты Люся!!!
От злости Люсия приняла свой демонический облик, стены затряслись, из рисунков вылезли твари, и все набросились на медиума и принялись разрывать его на части. Хозяева квартиры ничего этого не видели, кроме Дэйва, который странно себя вёл: говорил сам с собой, почему-то резко взялся за живот, обратился к несуществующей Люси, а теперь стоял и бился в конвульсиях. Но всё это отошло на второй план, и видения Дэйва прекратились, когда Эрик порвал один ремень и стал разрывать второй.
— А я же говорила, что нужны цепи! — Люсия с довольным видом, что оказалась права, села в созданное из костей кресло, и стала наслаждаться шоу.
Все сразу схватили Эрика за освобождённую руку и привязали её заново. А Дэйв открыл первый попавшийся раздел, ибо времени искать нужный уже не было, и начал его читать вслух. И ему повезло, ведь это действовало на демона, как скрип вилкой по тарелке. А тот в агонии начал говорить на неизвестном языке.
— Это что? Язык демонов? — поинтересовался Дэйв у призрака жены. — Что он говорит?
— Послал тебя куда подальше и поглубже. Ты лучше прочти ему 22-ю главу, на 147-й странице. Может очухается, и скажет что-нибудь нужное.
Дэйв начал читать, от чего Эрик начал яростно дёргаться, рвать оковы, а затем громко крикнул читателю что-то на демоническом языке. От этих слов Люсия разозлилась, подошла к Дэйву и сказала:
— Да он наверное не понимает, с кем связался. Значит так, я буду говорить, а ты повторяй за мной слово в слово. — Дальше она стала шептать на ухо Дэйву, а тот говорил эти слова демону в Эрике на демоническом языке: — Ты хоть понимаешь, на кого огрызаешься? Очумел совсем, придурок! Хоть ты и не видишь, но рядом с тобой стоит Люсия. И ей очень интересно, кто ты и какого лешего ты сюда припёрся?!
— Быть не может, — демон в Эрике заметно испугался такого заявления, но потом широко улыбнулся и сказал по-демонически. — Сама Дьявол Люсия ко мне пожаловала? Ну, надо же! Жаль, что я привязан, а то стал бы кланяться, как бешеный. Ха-ха, тоже мне, семя Сатаны! Надеешься, что я расскажу о своих планах?.. Фиг тебе! Выкуси!
— Вот хам чёртов! — разозлилась Люсия и обратилась к Дэйву: — Слушай, милый, прочти-ка ему 214-ю страницу, может образумится. — Медиум зачитал, демон в Эрике яростно завопил от боли, начал ворочаться, грызть себе руки, весь запылал. Когда Дэйв дочитал до середины, Люсия сказала ему: — А теперь скажи ему «Назови имя!» на демоническом, и дочитывай этот стих, пока он не расколется.
Дэйв продолжал читать на латыни, демон бился в истерике, постоянно меняя лица. Родители Эрика ничего не понимали, но продолжали его держать, молясь чтобы всё поскорее закончилось. Наконец, Дженекс дочитал до конца, осталось сказать лишь одно слово, но вместо него он приложил крест ко лбу Эрика. Не выдержав, демон крикнул так громко, что люстра и остальное стекло в комнате разбилось:
— Смерть тем, кто усомнится в мощи Кросира!
— А, Кросир, — Люсия узнала его, и даже разочаровалась. — Мелкий, слабый демон-паразит. Ирод, который только и может, что выпендриваться и вселяться в беззащитных детей. Тьфу, а я надеялась, что будет интереснее! — Узнав, что теперь от него избавятся, демон Кросир порвал ремень на второй руке, оттолкнул тех, кто его держал, и стал освобождаться. На этот раз Люсия смотрела на него не как на слабака, который так легко сдался, а как на добычу, которая вот-вот ускользнёт. — Ладно, дорогой, давай уже кончать с этим. Мне нужна его душа! — а Дэйв уже давно перелистывает Библию, зная что времени мало. — Твою мать, какой же ты беспомощный! Открой Эпилог на странице 374.
— А ты уверена? — Дэйв беспокойно ищет эту главу, хотя Кросир уже начал играть с освещением, да и третьи сутки без сна дают о себе знать — все буквы перед ним расплываются.
— Ой, не тупи. Я ведь вижу сквозь бумагу. Давай лучше побыстрее прочти. И разбуди этих двоих, он ведь скоро вырвется!
Люсия уже стала как болельщик в футболе: увидев, как всё плохо, она сама хотела помочь. Она пыталась помочь мужу открыть нужную страницу, но пальцы всё время проходили сквозь страницы, затем она подбежала к одержимому Эрику и хотела привязать его обратно, но никак не могла ни за что взяться. Эта жажда помочь, но невозможность что-то сделать, сильно раздражала. И всё-таки она придумала, что можно сделать: увидев, что Дэйв совсем не видит мелких букв в книге, она начала видениями показывать нужные слова. Дэйв увидел, как прямо перед глазами выжигаются слова на древнеримском языке, и принялся зачитывать их. Услышав, что его изгоняют, Кросир стал барахтаться ещё яростней, своим криком он разбудил родителей Эрика. А потом внезапно свечи погасли и отключилось электричество в доме, наступила кромешная тьма. А когда отец Эрика вновь зажёг одну из свечей, она осветила кровать, на которой уже никого не было.
— Твою мать, — разозлилась демон-призрак. — Я же говорила, что нужны цепи! Ладно, муженёк, читай, не останавливайся! Он далеко убежать не мог.
Дэйв продолжил читать слова, которые появлялись бегущей строкой перед глазами, а в это время остальные пытались любым способом осветить комнату. Затем наверху послышался шорох, и когда комната хорошо осветилась, все увидели Эрика, бегущим по потолку. Он убегал от взглядов быстро, как паук, поэтому, чтобы его остановить, Дэйв продолжил ритуал. Это действовало демону на нервы, вскоре он остановился на месте, рыча и скаля зубы на медиума, пытался наброситься, но что-то его не пускало. Тогда он стал пристально на него смотреть, при этом он помахал рукой, и Дэйв услышал испуганный визг мамы Эрика. В комнату залетел нож и, точно так же как в видении, полетел писателю в живот. Повезло, что Дэйв запомнил его траекторию из видения, и поймал нож книгой. Но затем вспомнил, что за этим ножом в видении следовали остальные столовые приборы, он схватил родителей Эрика и резко потянул их за собой на пол. Ножи и вилки пролетели над ними и воткнулись глубоко в стену, пройдя сквозь Люсию. На торсе демонессы появилась дюжина колотых ран, она осмотрела себя и с улыбкой развела руками. Дэйв встал и продолжил читать, он дошёл уже до последнего абзаца, из-за чего Кросиру стало невыносимо плохо, и он упал на кровать. Демон бился в жуткой агонии, стены дрожали, с потолка осыпалась штукатурка, мебель немного подпрыгивала. Наконец Дэйв дочитал последнюю строчку:
— …Во имя отца, и сына, и Святого духа… — В этот момент демон до жути испугался: над ним склонился рогатый череп с огнём вместо глаз. Он увидел Люсию в своём демоническом обличии, она уже приготовилась забрать себе его чёртову душу. Но Дэйв не придал этому значения, ведь всё было почти закончено, и с облегчением он сказал последнее слово: — …Аминь!
В этот же момент Люсия вонзила свои когти в одержимого мальчика, и вытянула из него Кросира. Всё закончилось для всех благополучно, разве что придётся сделать небольшой ремонт, и на Эрике осталось несколько синяков и царапин, а так же пять небольших отметин от когтей призрачной демонессы.
Через несколько минут Дэйв с хозяевами квартиры сидели на кухне, отдыхая от пережитого за стаканом крепкого коньяка. От шока у всех будто ком в горле образовался, но экзорцист первым нарушил тишину:
— Ну, что ж, мне пора.
— Мы вам так благодарны за спасение сына. Мы теперь ваши вечные должники. Может вам что-нибудь нужно? Мы хоть и не богаты, но у нас найдётся достаточно денег, вам в благодарность.
— Ура! — обрадовалась Люсия и начала воображать. — Давай, попроси миллион, лимузин, виллу за городом…
— Мне бы пару сотен на еду и кофе, — скромно ответил писатель. — А ещё можно я у вас тут прилягу? Я уже не помню, когда в последний раз спал.
Мужчина кивнул и показал на свободный диван в гостиной. Тогда Дэйв улыбнулся и упал в обморок прямо ему под ноги. А в это время Люсия сидела на плечах отца Эрика и ела его мозг, а затем взглянула на шлёпнувшегося мужа и вздохнула:
— Слабак, только три дня без сна выдержал!

0

Автор публикации

не в сети 2 года

Dante_Rebellion

0
Комментарии: 1Публикации: 1Регистрация: 16-01-2017

1 КОММЕНТАРИЙ

Добавить комментарий

Войти с помощью: