«Манипулятор», глава 036 (2ая половина)

0
218

— А я смотрю… пошел на получение товара когда, смотрю… «Антипригар», две коробки в накладной… Думаю… бля, какой нахуй «Антипригар»!??? Я ж его не выписы-вал! Пока соображал, кладовщик уже мне их в руки сунул…

— А ты и взял, да!? Га-га-га! – заржал еще едче Сергей, откинув голову назад и смотря на меня глазами жулика, которому удалось облапошить простачка.

— Ну да… я и взял! – пожал плечами я и почувствовал те же ощущения неуверен-ности и совестливости, какие возникли у меня тогда, при получении тех ненужных коро-бок; и тот случай тут же ярко всплыл в голове вместе с так и нерешенным вопросом – за-чем надо было так поступать, обманывать постоянного клиента таким примитивным спо-собом? – Только я так и не понял, а зачем ты мне вообще их пробил тогда в накладную?

— Да у нас же был дистрибьюторский договор с производителем тогда, а они произ-вели эту новинку «Антипригар»… Ну, нам и пришлось ее заказать, взяли двадцать коро-бок, а они встали… вообще не продавались, прикинь! – Сергей хлопнул рукой по рулю и принялся его поглаживать. – И Давидыч говорит, давайте, распихивайте этот висяк куда-нибудь… ну, я и пробил тебе две коробки… га-га-га… подумал, заметишь – собьем назад, а не заметишь, повезешь торговать… га-га-га… ну ты и не заметил и увез их… Да, сунули мы тогда тебе эти две коробки… весело!

— Да не, я сразу заметил! – возразил я, так и не понимая поступка. – Только я тогда не понял, нахуй ты мне их так сунул… втихаря… просто взял и наебал меня, получается…

— Да не, ну, я не наебал тебя! – возразил Сергей, сразу слегка посерьезнев. – Просто надо было что-то с ними делать с этими висяками…

— Да не, наебал получается! Ты ж мне их втихаря сунул… а зачем, непонятно? Ты ж мог просто мне сказать – Ром, у меня тут товар есть, который плохо продается, давай, я те-бе его пробью пару коробок, а ты попытайся продать сколько сможешь, не продашь, ну, заберу обратно… Так же можно было сделать? И я бы тебя выручил. А то вышло некраси-во, сунул по-тихому мне их, я ж все равно тебе вернул этот ебучий «Антипригар» обрат-но… Продал всего несколько штук… штук восемь что ли… я уж и не помню…

— Ну так продал же! – ухватился Сергей за фразу.

— Да я бы и так их продал, если бы ты меня нормально попросил, а не пихал втиха-ря! – произнес я с нажимом, желая сделать акцент именно на этой фразе, чтоб напарник уяснил разницу, совершенно очевидную для меня.

— Ну, не знаю… – пожал тот плечами, взялся за ключ в замке зажигания. – Поехали?

— Да, поехали… – кивнул я устало, откинулся с безразличием на сиденье и задумчи-во отвернулся к окну. Случайное обсуждение момента, давно канувшего в прошлое, вдруг всколыхнуло во мне старые вопросы, лежавшие в душе в полудреме и возникшие в новом качестве, с новым набором пищи для размышления. Мне показалось, что Сергей так и не уловил ничего плохого в совершенном тогда поступке, считал его нормальным, но при этом, тему разговора посчитал неудобной, поспешно ее завершив.

 

— Блять… – буркнул Сергей, тыча на ходу в клавиши телефона и злясь.

— Че такое? – сказал я, идя рядом и следя глазами за его неуклюжими пальцами.

— Да время хочу посмотреть! Жму кнопки, а они не срабатывают или срабатывают, но не сразу… гамно, а не телефон! Новый надо покупать!

— Одиннадцать тридцать, — произнес я, просто посмотрев на свои наручные часы. – А че ты себе часы не купишь? Хотя, сейчас время можно и в мобильнике посмотреть…

Мы шли на склад и как раз миновали трансформаторную будку. Летняя жара нака-тила во всю мощь еще с середины мая – я сменил джинсы на легкие штаны с цифрой «77» на бедре, а тонкие лонгсливы на футболки-безрукавки. Сергей же стал приезжать на рабо-ту в светлых хлопковых летних штанах и рубашках поверх них, расстегнутых почти до пупа. Наш стиль одежды был диаметрально разный: я – высокий, носящий одежду впри-тык линиям фигуры, что лишь подчеркивало мой рост и некую энергичность и Сергей – носящий все свободное, немного мешковатое, скрывающее недостатки нескладной фигу-ры и излишний вес, но придающее ему солидности и важности.

— Ромыч, да я давно уже не ношу часы, раньше носил, а как боксом стал заниматься, так и перестал, а привычка осталась… – сказал Сергей, убирая телефон под рубашку в под-сумок. – Я просто как в драке разбил одни часы и больше не покупал их. Они на мне не держатся.  Да и, вдруг, какая драка…

— Да ладно!? – посмотрел удивленно и недоверчиво я на него, не удовлетворившись объяснением. – И че, ты так всю жизнь и будешь ходить без часов в ожидании какой-то мифической драки? Хотя, на самом деле они сейчас уже просто не нужны, вон, в мобиль-ник глянул и все…

— Ну это ты просто такой спокойный, Роман! – слегка возмутился Сергей, учуяв не-верие. – А я по молодости много дрался! У меня, знаешь, какой характер был!? Я в каждой драке участвовал, меня только успевали разнимать! Это я уже когда Верка́ встретил, осте-пенился… Ну и дети потом… Меня дети сильно изменили! Особенно рождение Лильки! Я совсем другим человеком стал…

Я проникся словами напарника, в моей голове проплыли слова «ответственность», «зрелость», «обстоятельность». Я отчего-то представил отчетливо этот переход, как в ки-но с быстрым монтажом – молодой Сергей, дерущийся и бесшабашный – держащий на руках маленькую новорожденную Лильку – и Сергей теперешний, отец двоих детей, от-ветственный. Серьезный, строящий свой бизнес и уверенно стоящий на ногах молодой мужчина. Мне импонировал построенный образ.

— Ну да, я сам по себе совсем спокойный… – кивнул я. – Это меня нужно очень по-стараться довести, чтоб я в морду дал. Но если уж довести, то все… у меня планка падает, я ничего не соображаю… ха! Я в этом плане весь в отца, отец такой же… терпит, терпит, а потом срывается и все… пиздец…

Мы обошли угол и оказались у распахнутых ворот склада. Сеня полулежал у стен-ки на каком-то самодельном кресле с голым торсом и тюрбаном на голове из майки. Груз-чик сидел в теньке склада на коробке с товаром.

— Привет, бездельники! – выпалил я весело.

Сеня встрепенулся, но уловив мое настроение, не вскочил, а лишь вяло поправил тюрбан и улыбнулся.

— Сень, завтра приедет Манин! – сказал Сергей и вошел следом за мной в склад.

— Эт хто эт такой? – раздалось сзади, Сеня уже стоял и озадаченно вертел головой, переводя взгляд между Сергеем и мной.

— Сень! – бросил Сергей пренебрежительно-строгий взгляд на кладовщика. – Это не хто эт такой, а наш клиент из Тамбова! Завтра приедет, будет забирать много товара за на-личку! А ты тут лежишь, танана свои раскидал на солнце и греешь их!

Сеня улыбнулся, явно сдерживаясь, чтоб не засмеяться. Я давно не слышал такой версии определения мужских причиндал. Улыбнулся сам.

— Так, а че делать, Сереж? – не замялся по своему обыкновению Сеня. – Петя уехал, приходов пока нет никаких, накладные собирать никакие не надо…

— Щас будет тебе накладная на Манина! – начал Сергей и замолк, за стенкой склада нарастал звук мотора. Ехал отец – звук нашей «газели» я отличал без труда. Все прислу-шались. Звук доехал до угла, машина остановилась, двигатель затих.

— Хто эт там? – посмотрел на меня растерянно Сеня.

— Анатолий Васильевич приехал, — сказал я, частенько называя отца для других так.

— Ааа… — протянул кладовщик.

— Сень, слушай меня! – недовольно рявкнул Сергей, метнувший чуть ли не молнию из глаз в кладовщика, мгновенно рефлекторно сжавшегося и затрясшегося.

Сергей завел руки за спину, сцепил там пальцы в замок и размеренно и важно заша-гал вглубь склада. Все его движения, от недовольного шевеления пальцев до поворотов головы с задранным подбородком говорили о том, кто здесь хозяин. Я с внутренней иро-нией отметил, что Сергей частенько вел себя так в мелочах, которым я вообще не прида-вал значения. А уж тем более на ровном месте тягаться в регалиях с кладовщиком – мне такое поведение виделось ненужным и пустым. Я улыбнулся и пошел следом. Сеня тру́-сил тут же, стараясь не отставать от Сергея. Тот остановился посреди склада, расставив широко ноги.

— Так, Сень, щас мы тебе дадим накладные на Манина, подготовишь для него то-вар… – произнес напарник после выдержанной паузы.

— Дык… – замялся Сеня, переступил с ноги на ногу, озадаченно потер щетинистый подбородок — … Петю же еще не грузили… второй рейс… Как загрузим, тогда и…

— Да, Сень, все ты правильно понимаешь! – развернул свои квадратные плечи Сер-гей, мерно пошел короткими ножками к выходу.

Не став дальше слушать, я вышел из склада на улицу первым. Причина для такой выволочки кладовщика виделась мне надуманной,а сама сценка неприятной. Зачем? Непо-нятно. Сеня был вполне приличным малым. Его хитрость, приобретенная в общении с та-кими жуликами как приятель Холодов, давно уже не проявляла себя на работе. «Все-таки окружение меняет человека», — подумал я, вспомнив, что уже полгода как совершенно не чуял от Сени ни малейшего запаха спиртного. Наоборот, Сеня как-то преобразился, стал более ответственным и работящим. Ему не надо было говорить дважды, на складе всегда был порядок, а любое замечание Сеня исправлял тут же, качественно и без отлынивания. И такое «дисциплинарное» давление на кладовщика я воспринимал как излишнее и даже вредное. Но выговаривать напарнику из-за такой мелочи я не стал, вышел из склада и при-нялся греться на солнце.

— Хорошо, Сереж, я все понял… – донесся за спиной голос кладовщика.

— Сень, а ты Холодова давно видел? – сменил я напряженную тему, обернувшись.

— Холода!? – выпалил тот, подпрыгнув на ногах как гуттаперчивый с одной на дру-гую и отмахнувшись брезгливо рукой. – Да этот… вон… там он… в шайбе стоит целыми днями… Холод то этот!

— В какой шайбе??? – хмыкнул я на очередной словесный выверт Сени.

— Да есть там у нас… – заулыбался тот, уловив мою реакцию. – Ой, да Господи, па-вильон там у нас во дворах стоит… так это…

Сеня замотал беспорядочно руками, должно быть, рисуя в воздухе контуры павиль-она, но его пассы больше походили на атомный взрыв.

— … вот в нем он и стоит целыми днями, пятаки сшибает на опохмелиться! – закон-чил Сеня мотать руками и снова отмахнулся.

— И че, он не работает что ли??? – спросил я, зная ответ.

— Да не работает он! Это ж Холод! Он ходит-то еле-еле, какой ему работать! – хмыкнул ехидно Сеня. – Стоит там… в шайбе… деньги у всех подряд выпрашивает…

— Да уж… – вздохнул я. – Это он так сопьется…

— Да он уже! – махнул рукой в который раз Сеня.

— Ну че, пошли? – посмотрел на меня Сергей, терпеливо молча стоявший рядом.

— Да, пошли, — кивнул я, и мы вдвоем медленно побрели к офису.

«Газель» отца и вправду стояла за углом. С новой, добротно сделанной высокой будкой она уже не казалась сиротливой, а выглядела как настоящий, пусть небольшой, но солидный грузовик. Отец ковырялся в инструментах в кабине, увидел нас, ничего не ска-зал, продолжил работать. Мое настроение сразу подпортилось, я молча прошел несколько шагов, пока «газель» не осталась позади. Сергей молчал. Я обернулся – будка была пол-ностью готова, только сзади еще не были навешены двери – они лежали в кузове.

— Что, Анатолий Васильевич собирается за помидорами? – сказал Сергей.

— Не знаю… – пожал я плечами. – Вроде да… мы не общаемся на эту тему…

— Ну… дома-то вообще хоть общаетесь???

— Да, общаемся… так… только по нужде или бытовым каким-то делам…

— А мать как? Так и не работает? Сидит дома?

— Да, все тоже самое… там еще хуже… вообще пиздец какой-то… заебись семья, да!?

— Ну, Ромыч, что ты хочешь… у меня дома тоже был не сахар… мы вообще сначала жили в двух комнатах…

— Как это, в двух комнатах?

— Раньше же как, давали четырехкомнатные квартиры на две семьи военнослужа-щих. Вот мы и жили сначала в нашей двумя семьями, мы в двух комнатах и соседи в дру-гих двух. Это потом те съехали, и мы получили всю квартиру себе. А ты прикинь: я, Ром-ка – брат мой, мать, отец и бабка – мать отца… и все мы впятером в двух комнатах!

— Да уж, жесть… две семьи в одной квартире… бррр… – я передернул плечами, пред-ставив людской муравейник.

— Да вот… так и жили, это потом уже у каждого по комнате стало – у меня своя, у Ромки своя. Я хоть мог бабу себе привести в комнату… Мы же с Верко́м первое время там у меня и жили…

Мы подошли к дверям административного здания, разговор затух сам собой.

— А че ты время-то спрашивал? – вспомнил я.

— А! Да! – встрепенулся Сергей. – Точно, Ромыч! А сколько уже времени?

— Двенадцать, — посмотрел я снова на часы и плюхнулся в кресло за стол.

— Да в «Форт» надо ехать на выплаты! – засобирался Сергей, потянул свой «чемо-дан» с полки, раскрыл его, поковырялся внутри, закрыл.

Сидеть в комнатке в такой солнечный весенний день не хотелось совсем.

— Хочешь, вместе сгоняем в «Форт», — предложил я.

— Ромыч, да че ты поедешь!? – посмотрел на меня Сергей заботливо. – Я быстро ту-да и обратно! Ты, вон, этих гавриков проконтролируй, чтоб они на завтра все собрали, а то Манин любит с самого утра приезжать… Он у нас в «Саше» к открытию всегда уже стоял под дверью…

— Все равно, пока Петю во второй рейс не отправим, собирать там ничего не будут же… – сказал я, глянув на бумаги на столе и понимая, что никакой срочной работы нет.

— Ромыч, да я быстро… отдыхайте… вон… с Верой, — Сергей кивнул на жену, — обсу-дите пока твоих баб…

— Да мы не обсуждаем с Верой моих баб, — парировал я, оскорбившись.

— Га-га-га! Да я пошутил, Ромыч! – отыграл назад Сергей, чрезвычайно довольный произведенным эффектом. – Все, я поехал… скоро буду!

Напарник выскочил из офиса, появился снаружи здания в окне, прошел по дорожке меж палисадников, открыл багажник «мазды», поставил внутрь портфель, захлопнул ба-гажник, сел за руль, машина ожила, сделала на пятачке круг и, подняв пыль, укатила.

Следующий час пролетел незаметно. Мы попили с Верой чай, поболтали о разном.

«Мазда»вернулась. Сергей вышел, вынул из багажника портфель и с довольным выражением лица пошел в нашу сторону. Я смотрел на него. Глаза были спрятаны за стек-лами очков. Но я их будто видел. Я чувствовал, что Сергей смотрит сквозь стекла в наше окно, видит меня и Веру, но смотрит на меня. Мы смотрели сквозь стекло его очков друг другу в глаза, и я почувствовал, как Сергей ловит кайф от момента. Под ощущения изме-нилась и его походка. Сергей шел важно, словно его распирало от ощущения собственной значимости. Чуть размеренней шаг, чуть сильнее выпяченная грудь, чуть сильнее задран-ный подбородок. Все немного «чуть». И портфель в его руках пружинил, словно неся в се-бе приятную тяжесть, которая по руке напарника разливалась и по всему телу.

— Привез!? – расплылся я в улыбке предвкушения, едва Сергей широким энергич-ным движением распахнул дверь офиса, вошел внутрь и плюхнул свой «чемодан» в крес-ло у двери. – Сколько!?

— Да мы уже посмотрели! – звонко сказала Вера, улыбаясь вовсю. – Сто двадцать восемь тысяч, да!?

— Вер, запиши! – сказал Сергей по-деловому, задрал очки вверх, ловко поставив их на надбровные дуги, упер руки в боки и задышал как паровоз, раздувая деловито ноздри.

Вера полезла в стол, шурша, нащупала тетрадку, вынула на стол, открыла.

— «Форт» – сто сорок две тысячи пятьсот, «Темп» – двадцать восемь ровно! – про-читал Сергей, записанные на тыльной стороне руки авторучкой цифры.

— Ты и в «Темп» успел!? – удивился я.

— Да! Позвонил хозяину, он был на месте, сказал – подъезжай, деньги есть… – Сер-гей снял портфель, плюхнулся на его место, поставил портфель себе на колени и рывком подкатил в кресте к моему столу. – И он еще дихлофосов заказал! Щас пробьем! Вер, за-води накладную! Ты деньги записала!? Получение…

— Да, Сереж, записала… – спокойно сказала та, словно не одобряя чрезмерную активность в поведении мужа, распространяющуюся на нее хаотичными указаниями.

— Так, ну как будем делить общак, как обычно, да, пополам – половина у тебя, по-ловина у меня!? – посмотрел на меня Сергей, жуя энергично нижнюю губу.

— Ну да… как обычно, — кивнул я.

— Вер, ну посмотри там, по сколько у нас в общаке с Ромкой!? – раскрыл Сергей портфель, сунул внутрь по локоть обе руки и выудил каждой по три пачки денег, замер с ними на весу, посмотрел на жену.

— На тебе – десять пятьсот, на Роме – двенадцать ровно, — сказала Вера, провела рукой по записям, перепроверила. – Да, все так – десять пятьсот и двенадцать!

— Аха! – выпалил Сергей, бухнул на стол пачки из рук и выудил оставшиеся, следом достав свой толстый кошелек. – Сколько на мне, Верок, десять пятьсот!?

— Да, Сереж, десять пятьсот… – выдохнула та, уже занимаясь чем-то в компьютере и не отрывая взгляда от монитора и не переставая кликать мышкой.

— Аха! Так… – Сергей распахнул кошелек, и достал пачку денег из одного из отде-лов, пересчитал ее. – А у меня девять пятьсот… Вер, ну ты не помнишь, нырял я в общак или нет недавно!?

— Сереж, ну, мы по пути заезжали в магазин… – начала Вера.

— А! Да! Точно! – Сергей вскинул указательный палец левой руки вверх, продолжая правой держать раскрытый кошелек, задрыгал одной ногой, не держащей портфель. – Мы заезжали в магазин и покупали детям ягоды и фрукты…

— Да мы там много чего покупали… – вставила Вера, глянув мельком на мужа и вер-нув взгляд в монитор. – И еду на дачу… и водку тебе…

— Так, ладно… Блин!!! У нас же у Лёньки скоро день рождения!! – встрепенулся тот.

— О! Классно! – ожил и я. – И сколько ж ему?

— Да два будет… Слушай, Ромыч, ну давай выпишем себе премию – возьмем по десятке! А то я с этими днями рождениями никак не выровняюсь по деньгам тут у себя…

— Ды давай, Серый, — сказал я, скрестив руки на груди и пожав плечами.

— Так, Вер! – тут же среагировал напарник, словно заждался моего ответа. – Ну, спиши с меня и с Ромки по десятке… напиши – премия!

Сергей ловко подкинул ко мне поближе пачку сотенных, себе взяв такую же, отсчитал от своей десять банкнот и положил в тот самый отдел кошелька, где не хватало в его части «общака», демонстративно сказал: «Вот, Ромыч, видишь!? Я докладываю в свой общак, а то брал из него, теперь докладываю, чтоб ты ничего не подумал…»

— Да я и не подумаю ничего… – сказал я. – Ну, взял, но ты ж доложил… Тем более, сумма записана у Веры, учет ведется…

— Ну да, я тебе как раз и хотел сказать, что у меня так бывает, что я могу нырнуть в свой общак, а потом я все равно из своих докладываю… И у меня, видишь, деньги даже лежат в разных отделениях… общак в этом, а свои в этом!

Сергей принялся усердно показывать мне отделы своего необъятного кошелька.

— Серый, да какая разница! Можешь их хранить, как хочешь, лишь бы сумма, запи-санная в той тетрадке, у тебя была в нужный момент и все! А все эти отделы это уже ты там сам для своего удобства… – я отмахнулся от объяснений напарника, уловив в них ка-кие-то надуманные формальности, никак не влияющие на реальную работу.

— Не, ну я тебе показываю, что все у меня тут ровненько! – оскорбился тот в тоне.

— Да я понял, — кивнул я.

— Вер, ну посчитай, сколько мне надо Ромке отдать из оставшихся, чтоб было по-ровну? – Сергей выдохнул, словно совершил титаническую работу, и предстояла не мень-шая, уставился на пачки денег на столе.

Пальцы Веры ловко выудили калькулятор из стола и зацокали по кнопкам.

— Так, по десять вы взяли… осталось сто пятьдесят пятьсот… на полторы меньше… – Вера подняла взгляд на нас обоих. – Себе берешь семьдесят шесть, а Ромке отдай семьде-сят четыре пятьсот и у вас будет по восемьдесят шесть пятьсот…

— Аха, понятно!  Так, это тебе, а это мне! – сказал Сергей, разделил деньги поровну, откинув половину пачек мне, остальное засунул обратно в портфель и принялся заталки-вать премиальную десятку в свой кошелек. Я смотрел на действо – сотенные банкноты пачки влезли в пустой отдел кошелька, раздув его до размеров половинки кирпича. Коше-лек приобрел законченный вид принадлежности к райской жизни – раздувшийся от денег, увесистый, один вид его говорил о статусе хозяина больше, чем все остальное. Сергей с приятным усилием застегнул кошелек, взвесил в руке и сунул в портфель.

— Нормальный такой у тебя лопатник! – сказал я, покачав головой.

— Да! – радостно среагировал напарник, сдобрив тут же радость щепоткой огорче-ния от столь приятного неудобства. – С таким вот и хожу везде!

Он закончил возню, перевел взгляд на стол, сказал:

— Слушай, ну, а как ты свои то понесешь!?

Сергей был прав – я ходил на работу обыкновенно с пустыми руками. Весь доку-ментооборот поглощал портфель напарника, деньги перемещались там же. Я даже никак не мог привыкнуть к кошельку – носил деньги в кармане джинсов или курток.

— Да, класть некуда, это точно… – буркнул я, посмотрев на тесные карманы узких штанов. – Ой, да пакет какой-нибудь возьму, да щас сложу… Вер, у тебя есть пакет?

— Сейчас гляну, Ром, — полезла та в свою сумку.

— А хочешь, на меня запишем, да и все! – предложил вдруг Сергей. – Мне так и так с деньгами таскаться сегодня… да и завтра… кстати, может, завтра и положим деньги в банк тогда уж сразу!?

Сергей замер, спрашивая глазами нас обоих.

— Ну, кстати, да… – сморщила по-своему носик Вера, смотря на меня. – Нам все равно деньги в банк же класть, че их туда-сюда сто раз передавать? Пусть у него уж будут.

— А вы завтра с утра хотите деньги в банк положить? – уточнил я, обдумывая.

— Ну а че!? – пожал плечами Сергей. – Я завтра с дачи прям сразу поеду в банк – по-ложу деньги, заеду в «Пересвет» – возьму как раз остатки на понедельник и заеду в эту, как ее, в «Сферу»!

— Точно, Серый! – вспомнил я случившийся накануне разговор. – В «Сферу» надо обязательно заехать, раз ты с ними раньше работал, вот туда бы засунуть дихлофосы было бы просто супер! У них должны быть хорошие объемы…

— Да они, знаешь, как жрут по лету дихлофосы… больше, чем «Арбалет»! – закивал напарник и для полноты сказанного откинулся назад в кресле.

Мы продолжали лелеять планы на «Сферу», крупную оптовую компанию на левом берегу нашего города. Занималась фирма строительными материалами, попутно торгуя бытовой химией и имея по ней одни из лучших продаж в городе.

— Ну все, решили, тогда завтра занимаешься с утра полноценно левым берегом… – согласился я. – Ну, и деньги тогда бери себе, завтра сдашь в банк… Вер, запиши тогда мою часть на Серого…

Снова раскрылась тетрадь, Вера сделала очередную запись, тетрадь закрылась.

— Тогда надо сейчас бить накладные и чеки, — сказала Вера и принялась за работу.

Мы жульничали с документами, как и все, показывая меньшую прибыль. Делали задним числом фиктивные накладные с минимальной наценкой, к ним же пробивали кас-совые чеки на нужную сумму и все – текущая выручка получена, можно нести ее в банк на счет. На это ушел следующий час. Приехал Петя и сразу укатил загружаться на склад. Через полчаса он уже выехал с полным кузовом. Сеня с грузчиком остались на складе – готовить товар на утро следующего дня.

— Я думаю, сегодня можно и пораньше поехать домой, часов в пять… – сказал Сер-гей то ли мне, то ли своей жене, но слова предназначались явно мне. – Приходов сегодня уже не будет, Петя уехал, товар Манину щас гаврики соберут… че тут сидеть?

— Да можно, — кивнул я.

— Сереж, еще Ваня же с нами поедет! – напомнила Вера, залилась румянцем.

— А, да! Ванёк еще едет… – Сергей чуть обреченно уронил голову на грудь.

— А он куда? В смысле… с вами на дачу? – посмотрел я на обоих по очереди.

— Да, Ром… Мы все равно туда едем и его заберем, чего он в городе один будет бол-таться, — произнесла Вера тоном заботливой старшей сестры.

— Вер, ну звони тогда Ваньку́, пусть приезжает сюда к пяти, да поедем! – нетерпели-во выпалил Сергей, вздохнул, расцепил руки, зачем-то открыл-закрыл портфель и отста-вил его на нижнюю полку шкафа.

В половине пятого в дверь робко постучали. Вошел молодой парень. Брат Веры. Внешняя схожесть их оказалась явной. Чуть ниже меня, около метра восьмидесяти, строй-ный субтильный блондин стриженый под машинку со светло-голубыми глазами и хитро-вато-застенчивым взглядом. Светлые брюки, белая рубашка в тонкую темную полоску и с закатанными до локтей рукавами. Вид Ваня имел вполне презентабельный, только вещи были из дешевых, из тех, какие покупают лет в двадцать и носят до бесконечности.

— Привет, Ванёк! – небрежно и вальяжно протянул тому расслабленную руку Сер-гей, не скрывая формальность жеста, после чего потерял всякий интерес к вошедшему.

Молодой человек чуть суетно и застенчиво пожал руку Сергею, кивком поздоро-вался со мной, Верой и остался переминаться с ноги на ногу в углу у входа. Спасал его неловкое стояние полиэтиленовый пакет, который Ваня перекладывал из руки в руку и вроде как чем-то был занят. За пару минут  я составил свое мнение о парне. Передо мною стоял начинающий алкоголик или, минимум, большой любитель выпить. Они все так оде-ваются. Утром всегда в аккуратной и чистой наглаженной одежде. Почти всегда в брюках и рубашках и любят носить пиджаки для солидности. Возвращаются такие домой поздно ночью, естественно пьяные и в мятой и испачканной одежде. Следующим утром они сно-ва в чистом, кто-то заботливый их с утра наглаживает, одевает во все свежее и снова от-правляет на алкогольный фронт. Еще пока никто не победил в алкогольной войне, полегло же таких, наглаженных и аккуратно причесанных бойцов, много. Передо мной стоял один из них. Если не знать их натуру, то впечатление они производят самое благодушное, осо-бенно на одиноких женщин – тихие, не перечащие, деликатные, вежливые и совершенно бесполезные и проблемные в жизни, как выясняется позже. Одинокие женщины их охотно подбирают, цепляют себе, начинают о них заботиться как о дитятках малых, обстирывая, кормя и наглаживая. Дитятко же за все скромно благодарит, надевает чистое и наглажен-ное и идет пить. Намучавшись с таким, женщина, скрепя сердце, оставляет очередной «че-модан без ручки» или передает обратно маме. И роль благодетельницы выполняет уже ма-ма, которой некуда деваться. Ваня жил с мамой и ехал на дачу к маме. Я поглядывал в его светло-голубые, почти прозрачные глаза и видел в них примитивную хитрость, недалекий ум, лень, изворотливость и отсутствие хоть какой-нибудь внутренней силы. Безвольность, бесхарактерность. Брат оказался полной противоположностью сестры – честной, умной, трудолюбивой и ответственной.

Без пятнадцати пять мы выехали с завода. Ваня занял левую половину заднего си-дения, я правую. Очкастая тетка у проходной нас опередила – кивнула первой и сказала «до свидания». Мы втроем кивнули в ответ. Тетка, по обыкновению, дымила сигаретой, держа ее манерно двумя пальцами и отставив мизинец. Мы обдали ее клубами пыли и уехали. Пока тряслись по кочкам через переезд и до асфальта, вяло перекидывались раз-розненными фразами о работе. Я изредка поглядывал на Ваню, тот молчал и виновато лыбился сам себе в углу салона. «Мазда» вылезла по гравию на асфальт и ускорилась.

— Роман, прикинь, вдруг у меня портфель с деньгами своруют, вот что мы будем делать!? – вдруг сказал Сергей, глянув на меня, сквозь очки и зеркало заднего вида.

— А почему «мы» будем делать??? – удивился я. – Деньги ж у тебя…

— Так там и твоя же половина общака… – Сергей поглядывал на меня в зеркало.

— А какая разница?? – не понял я сути вопроса. – Записано же на тебя, деньги у тебя, ты и отвечаешь за них…

Я замолк, но стекла очков напарника продолжали внимательно смотреть на меня.

— … своруют – будешь должен фирме, — закончил я, пожав плечами, внутренне про-должая удивляться странности вопроса, ответ на который мне казался очевидным.

— Ммм… – протянул Сергей, в салоне наступила тишина.

Через минуту молчание прервала Вера, начав обсуждать с мужем продуктовые за-пасы на их даче на все выходные. Сергей повел машину по моей улице, остановил напро-тив моего дома. Я распрощался со всеми, вышел и пошел через дорогу.

 

Позже вечером мы с Сергеем созвонились и изменили решения по следующему дню – с утра Сергей один приехал сразу на работу, за ним к офису подъехала и «газель» с тамбовскими номерами. Я появился в офисе буквально минут на пять раньше и вышел навстречу приехавшим. Манин Игорь – невысокий приятный дядя лет сорока с бритым под машинку почти идеальным шаром головы, был разодет в красную пеструю рубашку – «гавайку» и такие же яркие синие шорты. Он зашел в офис с полиэтиленовым пакетом подмышкой и, едва Сергей провернул позади ключ в двери, высыпал на стол кучу денег – двести восемьдесят тысяч рублей. В комнатке воцарилось радостное возбуждение. Сергей принялся пихать деньги в портфель, отчего тот раздулся и стал походить на его кошелек.

— Игорь, ну, я пачки пересчитывать не буду, тут все ровно, да!? – источая доверие  и подчеркивая приятельские отношения, произнес Сергей.

— Да, Серёж, можешь не считать, там все нормально! – скрипучим севшим голосом произнес гость и небрежно отмахнулся для верности.

— Что это у тебя с голосом-то, гы-гы!? – гоготнул Сергей.

— Холодное пиво… – закивал Манин. – Вчера пили холодное пиво.

И тут я заметил, что гость наш находится в легком подпитии.

— Да я и сегодня уже в дороге успел пару бутылок выпить, — подтвердил тот мою догадку. – Водителю сказал «Дорогу знаешь? Знаешь! Вот и вези!»

Все засмеялись.

За час машину загрузили. Грузили всеми – Сеня с грузчиком, я с Сергеем и Манин с водителем. «Газель» забили под завязку, машина просела на рессорах почти до отбойни-ков. Мы распрощались с Игорем, клиент уехал. К тому времени прикатил и Петя, стал сле-дом под погрузку. Мы с Сергеем пошли в офис.

— Ну че, Ромыч, я поехал в банк, положу туда все деньги… – взял в руки раздутый и увесистый портфель Сергей. – А вы, Вера приедет, тогда уж пробьете чеки?

— Да, давай, Серый, едь. Вера придет, все сделаем, — кивнул я и остался в офисе.

Вера появилась через час, а Сергей вернулся только к трем, но с хорошей новостью – «Сфера» согласился брать у нас дихлофосы.

— Бля, Серый, заебись! – выпалил я, услышав новость. – И сколько ж они заказали!?

— Сто коробок на пробу на керосине и по десять коробок остальных, — сказал тот.

— Круто! – кивнул я. – В понедельник как раз вместе с «Пересветом» и отвезем, они там, рядом, практически через забор!

0

Автор публикации

не в сети 12 месяцев

Dima.Sandmann

10
Россия. Город: Москва
Комментарии: 0Публикации: 94Регистрация: 06-11-2017

Добавить комментарий

Войти с помощью: