«Манипулятор», глава 032 (2ая половина)

0
188

— Серый, привет! – позвонил я с утра 22 февраля, в среду. – Слушай, я сегодня задержусь на час-два, я тут в одно место схожу, а потом приеду, хорошо!?

— Ромыч, да без проблем, решай какое у тебя там дело и приезжай! Не спеши асоба, мы тут с Верком управимся, отгрузим Петю! – бодро сказал Сергей, по сопению которого я понял, что тот ведет машину.

— Хорошо, Серый, спасибо! Я постараюсь побыстрей и к вам! – сказал я.

— Да, давай, аха, пака! – ответил тот и отключился, мои ответные слова прощания застряли в горле на полпути.

Я принялся одеваться. Телефон тут же зазвонил.

— Да, Серый! – выпалил я.

— Ромыч, слушай, ну, мы тут с Верком подумали! – донесся его голос из салона «мазды». – А че ты будешь приезжать!? Завтра праздник, сегодня у нас короткий день, у Пети один рейс всего. Мы его загрузим, да и сами по домам пораньше разъедемся!

— Да? – задумался в нерешительности я.

— Да канешна! Ну че ты будешь сюда ехать час, чтоб через полчаса обратно ехать домой!? А так мы Петю сами отправим, да и по домам!? – замер голос Сергея.

— Вообще-то ты прав! – согласился я. – Давай! Да! Отправляйте Петю и по домам!

— Да и я о том же говорю! – тут же откликнулся Сергей.

— Ну ладно… — выдохнул я. – Серый, тогда тебя с праздником и до пятницы!

— Спасибо, Ромыч! – бодро выкрикнул тот. – Тебя тоже с праздником! Ты ж у нас настоящий военный, я-то не служил… аха… да… вот, Вера тут тебя тоже поздравляет! Аха… желает тебе… аха…

— Да, Серый, спасибо! Вере спасибо! Давайте, до пятницы! – скомкано произнес я.

— Аха, давай, Ромыч! – снова выкрикнул Сергей и отключился.

Я натянул джинсы.

— На работу не идешь? – появился в дверном проеме комнаты отец.

— Да, па, не пойду, Серый там все сам сделает, — кивнул я, продолжая одеваться. – Так что, пойду – дойду до «Шанса», поговорю на счет квартиры, приду – расскажу…

— Ну, давай, да… — заскреб в затылке отец. – Потом придешь – расскажешь, что там и как… посидим, подумаем, кхе-кхе…

Через полчаса я уже стоял посреди небольшого по-деловому шумному офиса стро-ительной компании «Шанс». Компания, будучи совсем молодой, за пять лет работы успе-ла построить и сдать всего три дома. Я, как смог, навел справки – у «Шанса» шла стройка двух домов. Оба кирпичные, оба в том же районе, где жила моя семья. Один – через улицу в уже обжитой части района около большого рынка и двух общежитий. Та часть района была так себе – довольно криминогенна, близость рынка и общежитий сказывалась. Я от-мел вариант с этим домом сразу, сосредоточившись на втором, который строился в самом конце нашей же улицы у Окружной дороги, подле большого клочка еще не вырубленного хвойного леса. Удаленность дома меня не смущала, я понимал, что в перспективе улица будет застроена сплошь.

— Здравствуйте, вы ко мне!? – бодро произнесла, процокавшая высокими шпилька-ми мимо меня миниатюрная женщина, зашла в ближний кабинет за стеклянной перегород-кой и юркнула в большое кресло.

— Не знаю, наверное… — пожал плечами я и вошел в кабинет следом, сел на стул на-против через стол. – Я по поводу квартиры.

— Значит, ко мне! – решила дружелюбно женщина, улыбнулась открытой широкой улыбкой, обнажившей два ряда безупречных зубов. – Зовут меня Анна Петровна, я зани-маюсь реализацией квартир в нашей строительной компании, чем могу быть полезна!?

Женщина отчеканила фразу без запинки, явно произнося ее не первую тысячу раз. Невысокая, около метра шестидесяти, по годам около пятидесяти, безупречно стройная с красивым моложавым лицом с трудом отыскиваемыми на нем тоненькими мимическими морщинками, красивая блондинка со стрижкой каре в короткой кремовой юбке выше ко-лен и таком же пиджаке на белую рубашку.

«Да уж, если кому и заниматься реализацией квартир, то лучше кандидатуры и не найти», — подумал я, считав мгновенно все сильные стороны Анны Петровны.

Та расположила меня к себе сразу, наш диалог сходу стал непринужденным.

— Так, смотрите, значит, есть у нас две позиции! – начала женщина, развернув пере-до мною большой строительный буклет. – Один дом строится сейчас у рынка…

— Да, я знаю, уже так немного ознакомился с вашими объектами, — закивал я. – А вот тот, другой, второй дом у Окружной… его покажите, пожалуйста…

— А, уже знакомы!? – произнесла та, сгребла буклет и мигом выложила другой. – Вот этот дом, вот схема расположения, вот планировки квартир посекционно, смотрите…

— А сдача когда у него? – спросил я, шаря глазами по листам буклета.

— Сдача – конец седьмого года! Тот, что у рынка – пораньше на полгода, летом две тысячи седьмого! – отчеканила Анна Петровна, тут же схватилась за настойчиво звоня-щий мобильный телефон.

— Тот, это понятно… — протянул я негромко в раздумье.

— Так какой вы выбрали!? – отложила телефон в сторону Анна Петровна.

— Этот, у леса… а сколько у вас метр стоит и какие условия договора? – вспомнил я главное, зачем, собственно и пришел.

— Так, по договору! Договор долевого участия, если будем подписывать, он стан-дартный у нас для всех долевщиков, цена за метр сейчас четырнадцать тысяч! Если мы подписываем договор, то цена для вас фиксируется до следующего подорожания и, не зависимо от размера подорожания, индексируется на непогашенную вами сумму на два процента каждый месяц! Минимальный начальный взнос тридцать процентов у нас! Вы какую квартиру хотите – двушку, однушку!?

— Да я пока не определился еще… — протянул я, помня о шестистах тысячах рублей в банке. – А сколько общая сумма и той и той квартиры?

— Ну, смотрите! – Анна Петровна взяла калькулятор и застучала по нему пальцами. – Однушки у нас 44 и 46 метров, соответственно… 616 и 644 тысячи… а двушки…

Женщина ловко перекинула под моим носом несколько листов буклета.

— А двушки у нас 61 метр, округленно, и 63 метра… получается… 854 тысячи и 882, соответственно… — оторвалась она от калькулятора, посмотрела на меня.

Зазвонил настольный телефон.

— Сейчас, секунду! – произнесла Анна Петровна, схватила трубку. – Да, алло! Стро-ительная компания «Шанс», слушаю! Двушки!? Да, есть! Есть! Пока, да, есть выбор эта-жей! Да! Четырнадцать тысяч! Да! Подъезжайте…

«Денег как раз хватает на однушку, можно ее купить и все – у меня есть квартира, а с отцом потом рассчитаюсь… — запульсировало лихорадочно в моей голове, — неужели у меня будет своя квартира? Так необычно и… и главное – это реально! Вот она, только про-тяни руку! Непривычно».

Сердце гулко стучало, я не мог упорядочить хаос мыслей.

— … да, подъезжайте, подъезжайте! – Анна Петровна положила трубку и тут же пе-реключилась на меня. – Ну, что решили!? Какую выбрали!? Однушку, двушку!?

— Анна Петровна, надо подумать! – вздохнул я. – Так ваши условия мне понятны, они хорошие! Дома надо мне посоветоваться, и там уже решим, хорошо!?

— Да, давайте! Советуйтесь, конечно! Только не затягивайте, а то неизвестно когда будет очередное подорожание на квартиры! – сказала та и тут же схватила со стола вновь зазвонивший мобильник. – Да, слушаю!

Я терпеливо выждал окончание ее разговора.

— Так что вот так! – продолжила женщина и, осознав мое замешательство, ободря-юще добавила. – Думайте! Советуйтесь! И приходите! Не затягивайте…

Оказавшись через полчаса дома, я рассказал все отцу.

— Ну, что… кхе-кхе… — произнес он, налил себе кофе, насыпал сахар, размешал, вы-нул ложку, облизал ее и положил аккуратно на стол. В этих действиях выразилась вся квинтэссенция педантизма отца. Я ухмыльнулся, скрывая внутреннее раздражение такой обстоятельностью. Мне она виделась чрезмерной. Отец аккуратно взял чашку за ручку, поставил перед собой и сел на стул, закинул ногу на ногу, цыкнул, произнес: «Мда, усло-виях их понятны… Но, надо будет еще в несколько организаций позвонить или съездить, а лучше съездить, и тогда посмотреть, у кого выгоднее купить квартиру…»

— Па, ну, само собой! – нетерпеливо бросил я, возбуждено меряя  шагами периметр кухни. – Я думаю надо в «Стройкомбинат» позвонить, они панельные дома делают, они должны быть дешевле, чем кирпичные! В остальные компании нет смысла звонить, я так поспрашивал уже, там условия точно хуже, чем у «Шанса»! Или сто процентная предо-плата или половину сразу, остальное потом и без фиксации цены! Да и дороже нет смысла покупать!

— А какая тебе разница, если даже и сто процентная предоплата? На однокомнатную вполне хватает тебе квартиру. Купим тебе однокомнатную и, пожалуйста, делай ремонт, въезжай и живи!

— Да там с такими условиями можно и на двушку договор подписать! Че, цена фик-сируется, остаток суммы можно доносить любыми частями, главное, чтоб до конца строи-тельства закрыть долг и все! Это очень удобно! Я бы потихоньку носил деньги из заработ-ков фирмы нашей в квартиру, да и все… цена-то фиксированная! А подорожание все равно будет же… Это очень выгодно!

— Ну! Ты не торопись! – одернул меня отец, предупредительно выставив вперед ру-ку. – А то уже, я смотрю, понес деньги туда! Это не маленькие деньги! Мы их, между про-чим, шесть лет зарабатывали! И не для того, чтобы с легкостью ты вот так их в один день профукал!

— Па, да причем здесь профукал!? – удивился я. – Я ж не собираюсь брать их и вти-харя от тебя куда-то там нести!? Мы ж с тобой, вот, видим и советуемся!

— Вот и советуйся! – замотал ногой в тапке отец, отхлебнул кофе. – А торопиться не надо… А то так не подумавши отнесем деньги, а дом так и не построят, и будем смотреть потом на кирпичи… Сколько их таких сейчас!? Начинают строить и бросают, а люди по-том мыкаются, не могут деньги свои вернуть и без жилья остаются…

— Па, да я все понимаю! – тихо кипел я, преодолевая все эти так методично выстра-иваемые отцом барьеры осторожности и сомнения. – Я ж не маленький! Мы все посмот-рим, посчитаем, прикинем и примем вместе решение!

— Вот так и сделаем! – кивнул довольный отец. – А пока не суетись… Съездим в «Стройкомбинат», куда там еще надо будет? И тогда уже посмотрим…

— Хорошо, па, хорошо… — обессиленный препирательством, я с облегчением закон-чил диалог.

 

— Че, сделал все свои дела там? – спросил вдруг Сергей, оторвавшись глазами от листа с остатками нашего товара в «Форте». На календаре была пятница 24 февраля.

— Да, нормально все! – кивнул я и закинул ногу на ногу, по привычке напарника.

— Вер, а че один лист!? – Сергей недоуменно покрутил лист в руках, уставившись недовольно на жену. – А где второй!? Ты че, не распечатала!?

— Сереж… — спокойно сказала Вера, посмотрела на мужа и подалась вперед, потяну-лась рукой к вороху бумаг под локтями мужа. – Там два было, раскрой глаза…

Она ловко выудила двумя пальцами недостающий лист из прочих, протянула мужу.

— А, да! Спасибо, Верок! – суетливо произнес тот и уставился в полученный лист, через несколько секунд произнеся мне. – Так а че ты, куда ходил то?

— Да это я по поводу квартиры ходил, — сказал я.

— Че за квартиры??? – нахмурился наигранно Сергей, смотря внимательно на меня.

— Да мысль одна возникла – квартиру купить… — начал я объяснять. – У нас же с от-цом деньги остались, ну, когда мы с ним вместе работали… и вот я подумал – а чего им просто так лежать, лучше уж купить квартиру! Чтоб деньги тупо не лежали без дела, а то нам они тут не нужны, отцу тоже… Их просто ест инфляция и все, а так, можно их вло-жить, квартиры же все равно только дорожают…

Напарник замер, задумчиво смотрел на меня пару секунд, ожил, встрепенулся, словно сбросил оцепенение, повернул голову в сторону жены и эмоционально выпалил:

— Прикинь, Верок, Роман собрался квартиру покупать!!

— Ну а че, правильно делает, — пожала плечами его супруга. – Чего деньгам просто так лежать где-нибудь в банке? Они же у вас в банке лежат?

Вера посмотрела на меня с последней фразой, я утвердительно кивнул.

— Ну вот! А раз так, то я считаю, Ромка правильно делает… — высказалась Вера, по-смотрела на мужа и вернула взгляд в монитор.

— Не, ну, в банке же под процент можно положить, как-никак – копеечка какая-то будет капать… — сказал Сергей, явно заинтересовавшись темой.

— Серый, да там процент детский! – хмыкнул я. – Сколько там банк даст… пятнад-цать процентов? Или  сколько?

— Меньше! – отмахнулась Вера.

— Ну, тем более! – перевел я взгляд с нее на Сергея, развел руками. – Нет смысла!

— Ну, а Анатолий Васильевич… — начал тот новую мысль. – Он чего не хочет взять эти деньги и заняться бизнесом?

— Не знаю… — пожал я плечами. – Я особенно с ним на эту тему не разговаривал. Я так понимаю, он зарабатывает извозом какие-то деньги… да и тут у нас с этой темой с мо-ющими средствами для предприятий, думаю, заработает что-то…

— На монопавах? – гоготнул Сергей, поддев фразой.

— Ну да, на них самых… – улыбнулся я, ощутив в душе тычок дискомфорта.

Сергей задержал на мне взгляд, хотел что-то сказать, тут ожил офисный телефон.

— Да, слушаю! – среагировала Вера, схватив трубку, тут же расплылась в благодуш-ной улыбке. – Ааа, Сень, привет! Да все хорошо, ага! Да, трудимся! Да вот они тут рядом сидят! Давай, стартую!

Вера ткнула в кнопку приема факса и положила трубку на стол. Телефон пискнул, скрежетнул и прерывисто заскрипел, выталкивая из себя факсимильный лист.

— Сеня!? – посмотрел Сергей на жену.

— Да, «Меркурий», заказ… — кивнула та, уже уткнувшись в монитор, печатая.

— Сеня – молодец! – вслух выдал я мысль, искренне в душе восхищаясь его чертой – умением четко и в срок выполнять свои обязательства по нашей договоренности. – Рабо-тает как часы! Строго! Два раза в неделю заказ! Как автомат!

— Да, Сеня… — протянул Сергей имя, скривив губы вниз в уважительном удивлении.

— Че он там заказал, Вер, много? – не терпелось мне.

Та глянула на вылезший лист, факс с хрустом его обрезал и начал толкать второй.

— Ром, мыло, порошки, мыла много… приличный заказ! – закивала Вера размеренно головой, проглядывая цифры на листе, закончила и протянула его мне.

Я быстро пробежал глазами по первому листу заказа, передал его напарнику. Факс обрезал второй лист. Сергей взял и его.

— Полная «газель» будет, — удовлетворенно выпятил он губы.

Факс вытолкал последний лист, пискнул и обрезал его. Сергей подхватил лист.

— Да, Сень, все прошло, все хорошо! – подняла трубку Вера. – Когда привезем?

Она глянула на нас обоих по очереди.

— Сегодня пятница… в понедельник привезем, скажи! – отмахнулся Сергей.

— Сень, в понедельник! – исполнительно повторила та. – Хорошо, да, пока!

Вера положила трубку, добавила: «Сказал, чтоб в понедельник точно привезли, ес-ли чего у нас не будет из заказа, довозить не надо, в среду сделает новый».

— Вер, ну как, ты пробьешь сама или мне тебе диктовать!? – раздраженно и недо-вольно скривившись, произнес Сергей.

— Да давай сама… — сказала Вера и протянула руку.

Напарник небрежно кинул листы на ее стол, откинулся в кресле, скрестил руки на груди и повернулся в мою сторону, произнес:

— Так а че, Ромыч, ты какую хочешь квартиру – двушку, однушку?

— Серый, да я вот не знаю как раз… — начал я, глянув на Веру, которая уткнулась в монитор, занявшись накладной.

— А денех то сколько вообще!? – перебил меня напарник, резанув слух искажением слова «денег». – А то, может, ты и трешку собрался покупать, я ж не знаю!

— Да денег там впритык, шестьсот тысяч всего… — сказал я правду. – На однушку как раз хватает, они примерно столько и стоят в долевке…

— Ты в долевку что ли решил влезть!? – нахмурившись, снова перебил напарник.

— А так на просто покупку у меня не хватает даже на однушку, Серый! – развел я руками. – Они готовые семьсот-восемьсот тысяч стоят. Так что тут без вариантов… или долевое строительство или никак!

— А не боишься? – сказал он, Вера закончила работу и обратила внимание к беседе.

— Серый, да дело не в «боишься» или «не боишься», тут надо просто выбрать строи-тельную компанию правильно… — сказал я, размышляя вслух. – Куча народу ж строит так квартиры и ничего… Да, бывает, стройки останавливаются и народ попадает на бабки, но это обычно какие-то или жулики или мелкие компании, кто строит один дом и то кое-как. Не знаю, пока, вот, думаю! Но мне этот вариант нравится, потому что, опять же, есть шанс купить квартиру! Когда еще так вот вместе такую сумму денег соберешь? Да никогда! Деньги если крутятся, то их не выдернешь так вот сразу, это будешь год их собирать… Да и цены на квартиры постоянно растут! Ты вот свою за сколько брал? Сколько метр стоил?

— Да я уж и не помню, это был… какой, Верок, две тысячи какой год? – посмотрел Сергей на жену. Та ответила тут же: «Двухтысячный, Сереж! Мы в октябре въехали!»

Вера посмотрела на меня, заулыбалась от воспоминаний, добавила:

— Прикинь, заехали в голые стены! Вообще ничего не было! Спали на матрасе на полу, даже посуды не было! Мы в первый день проснулись, я за кастрюлей к соседям бе-гала, чтоб хотя бы яйца сварить! Вообще ничего не было своего!

Я смотрел на Веру, ее глаза, вспыхнувшие воспоминаниями, весело смотрели на меня. Она хохотнула, озарилась улыбкой и посмотрела на мужа.

— Да, Верок ходила за кастрюлей! – закивал тот. – Первый год так и спали на полу, да, Верок!? Потом уже покупили себе мебель, сделали ремонт… я помню, кухню нам при-везли… Мы хорошую дорогую заказали, сорок тыщ по тем временам отдали, прикинь!?

— Ого! Ниче се! – удивился я. – Дорого как!

— Да, я там хороший ремонт сделал! – довольно воскликнул Сергей, еще больше от-кинулся назад и растекся в кресле, уставив блёклый взгляд в неопределенную точку.

— Раньше у нас глазки блестели… — посмотрела на мужа Вера, откинулась в своем кресле и скрестила руки на манер Сергея, улыбнулась. – А сейчас уже не блестят…

— Вер, да сколько им можно блестеть? – заворочался тот, вздохнул устало, глянул на меня. – Ромыч, да тебе надо как-нибудь к нам в гости приехать…

— Да, кстати, приезжай к нам в гости! – всплеснула руками Вера. – Можешь приез-жать, когда захочешь! И вообще – ты не был у нас дома еще ни разу, так что приезжай! Посмотришь, как мы живем! На наших чижиков посмотришь! Лилька, та уже большая, да и Лёнька уже подрос…

— Классно! У вас уже двое! А сколько им? – сказал я, почувствовав, как где-то вну-три тихо зацарапала зависть. Зависть к такой замечательной тихой семейной жизни, какая протекала у Сергея и Веры. Они жили, уже обретя свою защищенную уютную бухту, бро-сили в ней якоря и тихо врастали в грунт. Я же по-прежнему без отдыха болтался на своем утлом кораблике по волнам отношений и никак не мог даже выбрать направление движе-ния, бросаясь из крайности в крайность.

— Лильке – четыре, вот, пять будет летом в августе! – произнесла Вера. – А Лёньке только год, ну, уже полтора, только ходить начал, летом в июне уже два будет…

— А во сколько ж он пошел!? – полюбопытствовал я.

— Да вот недавно, я не знаю… — Вера задумалась, подсчитывая, загибая пальцы. – Осенью пошел… Сейчас ему год и восемь… Это значит в год и три-год и четыре он пошел.

— Че-то поздновато… — покопался я в памяти, перебирая скудные знания о малень-ких детях. – Обычно дети где-то месяцев в девять ходить начинают, вроде так…

— Да не, Верок! – возразил Сергей. – Лёнька раньше пошел! Он летом уже вовсю хо-дил, вспомни!

— Когда, Сереж!? – искренне удивилась та. – Не ходил Лёнька еще летом…

— Да ходил! – махнул рукой Сергей, жестом, не терпящим возражений. – Я его еще, помнишь, на даче за руки водил!?

— Сереж, ну, это он еще не ходил! – продолжала Вера. – Ты его просто взял за руки и вы там пару метров просто ножками кое-как проболтались в воздухе, касаясь земли и все… А ходить он не мог… Он даже летом вдоль дивана с трудом ходил, вспомни!

— Вер, вот не помнишь и не говори, чего не знаешь! – обрезал Сергей. – Все!

Вера замерла оторопело. В воздухе повисла пауза. Зазвонил офисный телефон.

Разговор, сам собой ушедщий от обсуждения покупки квартиры к детям, после те-лефонного звонка прервался, и мы переключились на работу.

— Я б на твоем месте лучше под двушку подписался! – выдал вдруг Сергей через час. Время перевалило за три часа дня, солнце, хоть еще и довольно низко, но уже ярко светило, пробиваясь в наше окно пологими густыми и сочными лучами.

— Ты думаешь? – механически произнес я, мысленно давно склонившись к такому варианту, практически сразу после посещения офиса строительной компании.

— Ну а че, Ромыч! – встал Сергей из-за стола, сделал пару шагов ко мне и включил чайник, тот лениво зашумел. – Смотри сам… — Сергей вернулся к столу, выудил из канце-лярского набора линейку и принялся ей беспорядочно жонглировать, заняв руки на время разговора. — … ты отнесешь свои шестьсот тысяч, подпишешься под двушку и пусть стро-ится! Когда там у нее сдача?

— Конец 2007 года, — сказал я и принялся готовить свою кружку к чаю, накидав в нее сахара и сунув одноразовый пакетик.

— Полтора года еще… — взмахнул линейкой Сергей.

— Да это и не долго! – вставила Вера. – Что такое полтора года!? Пролетят, не заме-тишь!

— Да эт да… — задумчиво произнес напарник. – Двушка стоит там, небось, тысяч де-вятьсот, да?

— Восемьсот пятьдесят, — кивнул я.

— Еще лучше! – принялся крутить линейку в руках Сергей. – Тебе остается отнести за квартиру всего двести пятьдесят тысяч за два года, и все… Мы работаем, будешь брать деньги из фирмы и носить в квартиру…

Чайник забурлил изо всех сил, поднатужился и выключился. Я разлил его содержи-мое по трем кружкам. Все принялись за чай, каждый забрал свою.

— Серый, вообще ты правильно все сказал… — произнес я, сделав первый глоток. – Я с самого начала тоже так подумал, надо только с батей посовещаться… там же половина денег его, сам понимаешь…

— Да ладно! – хмыкнул Сергей, откинул линейку на стол, наигравшись и усевшись аккуратно в кресло с кружкой горячего чая. – Что отец разве не даст сыну денег на кварти-ру!? Построишь, потом ему отдашь, да и все! Если уж будет требовать…

— Да ладно!? – удивленно уставилась Вера на мужа. – С чего это Анатолий Василь-евич будет еще деньги обратно требовать!? Так даст! Все кругом строят квартиры своим детям сами, ну, или помогают, если дети тоже зарабатывают хорошо! Я что-то не помню таких, кто бы деньги детям в долг давали! Это, уж простите, ерунда какая-то…

— Верок, все ты правильно говоришь, — отхлебнул из кружки Сергей, аккуратно бук-вально щупая губами поверхность чая в ней. – Просто все люди разные! Мы же не знаем, какие там отношения у Ромки с отцом! Анатолий Васильевич, он тоже мужчина не прос-той, ты ж сама, знаешь, у него не особо проскочишь…

— Да это тоже верно… — замерла и задумалась Вера на секунду, посмотрела на меня и махнула рукой. – Ой! Сами решат! Че мы-то туда лезем, да, Ром!?

— Решим, Вер, куда уж деваться… — кивнул я и ухмыльнулся.

 

В субботу 25 февраля около одиннадцати я позвонил в офис «Стройкомбината», де-вушка ответила, что они работают, и можно подъехать по поводу покупки квартиры. Мы с отцом позавтракали и в полдень выехали на «газели» в сторону центра города. Через двад-цать минут, оказавшись практически в одном квартале от цели поездки, мы попали в жут-кую автомобильную пробку. Впервые оба оказались в подобном заторе. Весь отрезок ули-цы длинной метров в пятьсот между двумя крупными перекрестками оказался забит авто-мобилями. По две полосы в каждую сторону и трамвайные пути между ними заполнились машинами. Вся эта живая автомобильная змея еле шевелилась, урчала моторами, отравля-ла воздух выхлопами и изредка раздраженно сигналила в разных концах улицы. Мы про-стояли час и переместились лишь до середины пробки. Противоположная сторона пришла в движение – там стало посвободнее.

— Жуть, что за пробка такая!? – не выдержал я, открыл окно в жажде глотка свежего воздуха и тут же его закрыл, спасаясь от угарной вони, которая все равно сочилась в салон через вентилятор и печку. – Фу! Уже голова начинает болеть!

— Дааа уж… — протянул отец, выудил из пачки сигарету, зажал ее фильтр зубами, прикурил и чуть опустил стекло на своей двери. – Ничего? Дым не мешает?

— Да не, кури! – отмахнулся я, смирившись, оглядев безрадостно соседние машины в пробке. – На той стороне рассосалось… а у нас наглухо…

Отец выпустил дым в щель окна: «Ничего, подождем…»

— Да они до трех работают… — глянул я на часы. – Нам тут еще час торчать… не факт, что успеем…

Я задумался, принялся копаться в телефоне, нашел номер, по которому звонил пе-ред выездом и нажал кнопку вызова.

— Алло, девушка, здравствуйте еще раз! – сказал я машинально, сообразив по голо-су на той стороне, что разговариваю уже с другой сотрудницей. – Я звоню вам по поводу квартиры…

— Здравствуйте! Что вы хотели!? – довольно резко ответила та. – Купить квартиру!?

— Да… — сбился я, — хотели бы купить, но только не готовую, а вступить в долевое строительство… Какая у вас сейчас цена метра, если вступить в долевое стро…

— Семнадцать тысяч сейчас метр стоит у нас! – выдал голос сотрудницы.

— … а… семнадцать тысяч??? – осознал я цифру. – Ого! Дороговато что-то… А деньги как у вас можно вносить… сколько сразу, а сколько потом?

— У нас нет рассрочки платежа! Заключаем договор долевого строительства, вно-сите всю сумму сразу и ждете, пока квартира построится! – отчеканил голос.

— А сколько ждать? – спросил я по инерции, пытаясь лихорадочно найти в поступа-ющей информации хоть что-то интересное.

— Два года! – сказала девушка.

— Семнадцать тысяч метр, все деньги сразу и ждать два года… — собрал я все факты вместе. – Я правильно вас понял?

— Да, все правильно! – раздраженно ответил голос, словно я мешал ему закончить короткий субботний рабочий день и, наконец, оказаться дома.

— У вас же панельные дома, да? – все искал я логику, но она ускользала.

— Да, панельное домостроение у нас! – раздражался голос девушки все больше.

— … и семнадцать тысяч за метр? – повторил я.

— Да, семнадцать тысяч! – сказала девушка.

— А кирпичные дома у вас есть? – торопливо спросил я, обрадовавшись найденному в голове нужному вопросу.

— Нет, кирпичные мы не строим! У нас только панель! – отрезала девушка.

— Хорошо, спасибо, если что, мы подъедем к вам в офис… — промямлил я.

— Да, подъезжайте! – рявкнула девушка и положила трубку.

Я ошалело посмотрел на отца.

— Сколько у них? Семнадцать тысяч? – посмотрел на меня тот, затянулся, прищу-рился от попавшего в глаза дыма, и прицельно выдохнул им в щель окна. – Дороговато…

— Дороговато!??? – вылупился я на отца. – Семнадцать тысяч за метр!? Это не до-роговато, это какая-то нереальная цена! В «Шансе» — четырнадцать, кирпичный дом, трид-цать процентов сразу, остальное до конца строительства, цена фиксируется в договоре…!

Я поднял палец вверх, задохнувшись одновременно от негодования и нехватки воз-духа в легких. Вдохнул поглубже, продолжил:

— А в «Стройкомбинате» какая-то сраная панель и семнадцать тысяч за метр и день-ги все и сразу и ждать два года! Я че-то наверное не понимаю просто!? Они там не ахере-ли!? … Семнадцать тысяч за квартиру в панели… кто у них вообще квартиры покупает??? Зачем у них вообще покупать по такой цене??? Если рядом есть и лучше и дешевле… Ни-чего не понимаю… Надо быть просто идиотом, чтоб у них покупать квартиры…

— И, тем не менее, люди покупают же… — сказал отец и выкинул бычок в окно.

Машина впереди нас тронулась на пару метров. Я вернулся в реальность и вспом-нил, что мы торчим в пробке. Отец выжал сцепление, пхнул ручку передач в направлении первой – передача не включилась. Отец толкнул ручку еще раз – результат тот же. Отец сцепил зубы и попытался с бо́льшим усилием включить первую передачу – ручка не под-далась. Более того – ее заклинило. Отец потянул ручку назад, та не двинулась. Отец, заши-пев и вмиг побагровев, дернул, что было силы, ручку назад – та расклинилась и с лязгом в коробке передач вернулась в нейтральное положение.

— Сука такая! Ты посмотри! – выругался отец, отпустил сцепление, перевел дыха-ние. – Ну что ты будешь делать!? А!?

— Па, ты попробуй сначала назад включить вторую, а потом вперед – первую… — сказал я, вспомнив, как переключают передачи на грузовиках.

Отец кинул на меня недоуменный взгляд, смолчал, выжал сцепление, ткнул назад вторую – в коробке снова лязгнуло. Отец тут же подал ручку вперед – первая включилась без проблем. «Газель» протянула два метра и остановилась.

— Достало все это уже! – процедил отец, добавил в конце беззвучно «блять» и снова потянулся к пачке сигарет, закурил.

— Да всех достало… И меня достало… И эта пробка достала… — сказал я.

— У меня уже нога не работает от этой педали! – устало нервничал отец. – Жмешь, жмешь ее, а она тугая…

Отец пхнул два раза педаль сцепления. В кабине воцарилась тишина.

— Поехали отсюда домой! – выдал я через мгновение. – Делать тут нечего… По теле-фону я все узнал… Надо было и не ехать, а из дома вот так все узнать! Че-то я протупил… Семнадцать тысяч… Панель… Кому нужны эти квартиры?

— Да, надо отсюда выбираться! – сказал отец, глянул в зеркало заднего вида, дож-дался, когда машина впереди подалась вперед, вывернул руль влево и, «газель», прогре-мев пустым кузовом, переехала через рельсы на встречную полосу. Мы покатили домой.

— Блин, я просто не понимаю! – продолжил я больше сам с собой. – Кто покупает такие дорогие квартиры? Панель! Ты знаешь, что срок службы панельных домов по нор-мативам сорок лет, а кирпичных и монолитно-кирпичных от ста до трехсот!?

Я посмотрел на отца, тот слушал молча, вел машину и курил.

— И народ, вот, покупает эти панельные квартиры… и деньги то платит такие же, как за кирпичные! А ведь не знает, что через сорок лет эти дома уже будут считаться аварий-ными… То есть этих квартир даже на жизнь им не хватит, про детей я уж молчу! Блин, не понимаю, народ что, такой тупой!? – выговорился я, замолк.

Мы быстро доехали домой по почти пустой дороге. Уже там я сказал отцу:

— Слушай, па, ну, я не вижу никакого смысла ходить в другие строительные конто-ры… Все, какие такие же крупные, как «Стройкомбинат» цены держат высокие, это точно! Есть смысл покупать квартиру только у такой фирмы, как «Шанс», которая зарекомендо-вала себя уже хорошо, но еще не настолько крупная, чтобы диктовать цены. Они созна-тельно держат цены ниже, чем у крупных конкурентов, иначе им не развиться. А когда ра-зовьются, станут такими же, то халява кончится, конечно… Но пока у них условия очень хорошие… И дом кирпичный там… Я думаю, надо к ним идти…

Отец слушал молча. Мы сидели на кухне и пили чай.

— Что скажешь, па? – произнес я.

Отец оторвал отсутствующий взгляд из одной точки, посмотрел на меня, глотнул из чашки, сказал:

— Да, пойдем, пойдем! Больше действительно некуда, а квартиру надо покупать тебе… не всю же жизнь ты с нами будешь жить… пора тебе уже отделяться… Да! Пойдем в «Шанс»! Когда ты хочешь туда пойти!? Сколько нужно денег на первый взнос!?

— Ну, Анна Петровна сказала, что первоначально достаточно тридцать процентов… А мы двушку будем брать или однушку!? – вспомнил я нерешенный между нами вопрос и добавил. – Я думаю, надо подписываться под двушку! Отнести шестьсот тысяч, а осталь-ные я буду уже из заработков носить сам!

— Какой ты быстрый! Отнести шестьсот тысяч! Отнести не долго! – отец глянул на меня недовольно. – Вот сколько надо по первому взносу, столько и отнесем! Остальные потом…

— А чего их держать? – сказал я, но тут же сообразил, что снова лезу в дебри пустой словесной перебранки, поспешно согласился. – Хотя, ладно! Так и сделаем – отнесем пер-вые, сколько там, триста тысяч? И дальше будем смотреть… остальные по ситуации.

— Ну, вот это другое дело! – удовлетворился отец. – А то, чуть что – отнести! Много вас таких, я посмотрю, несунов собралось! Ты да мать! Вам лишь бы что-нибудь вынести из дома! Вы сначала научитесь в дом нести, а потом уже выносите! Умники…

Мать влетела на кухню стремительно. Будто стояла за углом и ждала фразу или слово или полслова, за какие можно зацепиться. Она начала орать сразу, как делала это почти всегда, словно сорвавшись с цепи:

— Что мать!!!? Что я вынесла!!!? Я всю жизнь только пахала, как проклятая!!! Что я здесь не заработала!!!? Здесь половина куплено на мои деньги!!! Стенку я покупала!!! Хо-лодильник на мои деньги куплен!!! На стиральную машинку тоже я деньги дала!!! Ты бы ее сроду не купил!!! Жлоб вонючий!!! Всю жизнь трясся над каждой копейкой!!! Ни ко-пейки мне не давал!!! Если б я не дала деньги на машинку, так и стирала бы в той старой да руками!!! Уже руки болели по ночам от той стирки!!! Стирала ночами ваши вонючие трусы и носки!!! Тварь ты неблагодарная!!!

Мать стояла и орала посреди кухни. Последнее время я видел ее лишь такой. Мать взрывалась по любому поводу и несколько минут совершенно неконтролируемо орала что на меня, что на отца. Выплеснув злобу и ненависть, она уходила в свою комнату и через некоторое время – в тот же день еще раз или через день или два – все повторялось снова. И снова. Я понимал, что у матери какое-то критическое состояние, при котором она не в силах контролировать эмоции. Беспокоило другое – состояние длилось уже слишком дол-го, несколько лет, и лишь ухудшалось. Мать никогда не была слишком деликатной. Наха-мить, обозвать грубым словом она могла всегда. Я с детства, с момента, когда начал пом-нить хоть что-то, слышал в свой адрес разное – баран, идиот, тварь – самый ходовой набор ругательств матери в мой адрес. Да и в адрес отца тоже. Отец оставил всякие попытки умерить хамство матери и свыкся с данностью. Я же свыкнуться никак не мог. Каждый раз любое оскорбление оставалось мною безответным и портило мне настроение на дол-гое время. И, что самое неприятное, негатив к матери внутри меня рос как снежный ком с каждым ее очередным бранным выкриком. Я понимал, что момент, когда я начну мать не-навидеть близок.

— И ты такая же тварь растешь!!! – вцепилась в меня злобным взглядом мать. – Па-пенькин сыночек уродился!!! Бегаешь за своим папочкой!!! Лижешь ему жопу!!! Шестер-ка чертова!!! Мудаки оба!!! Не мужики, а так… тряпки!!! Все, я сказала!!

Мать начала утихать, устала, выдохлась.

— Все!! Я на вас больше батрачить не собираюсь!! Вот нравится так жить!? Живите! Сами себя обстирывайте! Сами жрать готовьте! Все, хватит! Я наготовилась, настиралась! Так, что аж руки болят! Стирала всю жизнь ими, рученьками, моими в холодной воде! Так настиралась, что аж крутило их по ночам от холодной воды и до сих пор крутит! А вы…

Лицо матери дрогнуло. Злые черты сломались, стали округлыми и быстро потеряли форму. Я знал, что будет дальше. Много раз видел. Мать заплакала. Зарыдала взахлеб, не в силах сдержаться.

— Вы!!! – выкрикнула она, что есть сил. – Вы!!! Ты особенно!!! – мать ткнула паль-цем в направлении отца и тут же перевела его на меня. – И ты тоже!!! Вы оба! Ыыыы! Твари вы неблагодарные, вот вы кто! Ыых! Ы-ы-ы…

— Ма, да ты чего??? – едва смог произнести я, придавленный ее словами к стулу.

Мать завыла навзрыд, махнула на нас рукой и выбежала из кухни. Дверь ее комна-ты громко хлопнула. В квартире наступила могильная тишина.

— Да уж… — сказал я, посмотрев на отца. Тот покачал головой, встал, взял сигареты и зажигалку, накинул в коридоре куртку и ушел курить на балкон.

0

Автор публикации

не в сети 12 месяцев

Dima.Sandmann

10
Россия. Город: Москва
Комментарии: 0Публикации: 94Регистрация: 06-11-2017

Добавить комментарий

Войти с помощью: