«Манипулятор», глава 032 (1ая половина)

0
196

ГЛАВА 32

 

Все новогодние праздники в моей голове крутилась мысль об общих с отцом день-гах, лежащих мертвым грузом на его счету в банке. Время шло, а применения им не нахо-дилось. Моя надежда на то, что отец, уйдя от нас с Сергеем, тут же придумает себе какой-то бизнес, возьмет эти деньги и начнет себе зарабатывать, не оправдалась. За полгода отец даже не попытался чем-либо заняться. И когда он пришел к нам в гости, я понял, что отец мыкается, не зная, что делать. Его согласие заняться промышленными моющими средст-вами немного меня успокоило. Сарказм Сергея по этому поводу я пропустил мимо ушей и был рад одному – отец, пусть и косвенно, но все-таки снова рядом. И я не разделял реак-цию напарника, болезненно реагируя на такое отношение к новому начинанию. Я верил в отца. Да, я точно знал, что направление деятельности не из простых, и быстрых результа-тов лучше не ждать. «Но раз отец взялся, то результат будет», — решил тогда я, успокоил-ся, и… и в голову полезли мысли о деньгах. С ними надо было что-то делать. Оставлять их в банке на съедение инфляции было верхом глупости. Не для того мы с отцом заработали их с таким трудом. Вариант с недвижимостью крутился в моей голове уже пару месяцев и, наконец, созрел.

— Па, слушай… — начал я, подсев к отцу на диван в его комнате. – Я тут подумал, чего деньгам нашим в банке лежать, может, давай, купим квартиру на них, а?

Отец посмотрел на меня слегка отрешенным взглядом, потер руками лицо, будто умылся, цыкнул, кашлянул, переспросил: «Квартиру?»

— Ну да, квартиру! Деньги все равно дуром лежат, а квартиры постоянно дорожают! Мы просто вложим деньги в недвижимость, и пусть лежат, но так их хоть инфляция есть не будет, и заработаем еще что-нибудь!

— Кхм… — подпер отец подбородок рукой и уставился в стену перед собой.

— Че ты молчишь? – спросил я, выдержав паузу в ожидании ответ.

— Думаю! – выпалил отец и встал. – Надо подумать!

— Ну, пошли на кухню, попьем чаю! – предложил я. – Заодно и подумаем…

Чайник был поставлен на плиту и начал греться.

— Мысль неплохая… — произнес отец. – Надо только посчитать прикинуть, хватит ли у нас денег, и на какую квартиру…

— На готовую не хватит ни на какую! – отрезал я. – Я уже считал! Только на долёв-ку хватит и то на однушку!

— Долёвка – это, ты имеешь в виду, чтоб вложить деньги, а квартира будет еще строиться? – сел отец на стул и оперся локтями на стол, положив подбородок на руки.

— Да, долевое строительство! Там цены же ниже, чем на готовое жилье, а иначе никак! У нас не хватает на готовую даже на однокомнатную квартиру! – затараторил я.

— Подожди, не тарахти! – осадил меня отец. – Дай подумать!

— Думай… — чуть растерялся я, буркнул. – Кто тебе не дает?

Отец налил себе кофе, я – чай.

— Так! – закинул ногу на ногу отец, принялся ей мерно покачивать, жонглируя на носке тапком. – Квартиру, значит, предлагаешь купить… ну-ну… мысль интересная!

Он размешал сахар в чашке, вынул из нее ложку, поднес к губам, подул, облизал и аккуратно, вымеряя параллельность линии стола, положил ее подле кружки.

— Как твой этот знакомый Вася! – добавил я, вспомнив с ходу еще один аргумент. – Он как раз этим и занимается же, заработал деньги на своих цветах и фруктах и в кварти-ру их вложил и строит сейчас там ее!

— Нннуу… да, — произнес в раздумье отец. – А ты уже цены узнавал!? Надо же точ-ные цены узнать! Узнать, какая строительная компания, где и что строит, надежная ли она! Это все не так просто, как тебе кажется!

— Па, ты как с идиотом со мной разговариваешь! – вытаращился я на отца. – Ну, ко-нечно, надо все это узнавать! Я ж не предлагаю взять снять деньги с банка и отнести их в первую попавшуюся шарашкину контору!? Ясное дело, все узнаем, все цены, где, какие дома строятся, прикинем и выберем! Я не вижу в этом никакой проблемы!

— Да у тебя нигде нет никакой проблемы! – сказал отец и замер, сверля меня изуча-ющим и недовольным взглядом, хмыкнул. – Шустёр ты, как я погляжу!

— Да че шустёр то!? – возмутился я. – Ну а какой смысл в том, что деньги лежат тупо в банке, па!? Ну ведь их там инфляция жрет! Они через два года в труху превратятся! Мы для этого их что ли зарабатывали!?

Я морально выдохся, замолк. Тут же на меня навалилась физическая усталость.

— Ладно, ладно, ты не суетись, — примирительно сказал отец. – Я тебя понял. Просто это серьезный шаг, надо его хорошенько обдумать. И только давай без этих твоих «быстрей-быстрей, давай-давай»!

— Па, давай, как угодно, лишь бы толк был, — буркнул я, парируя.

— Ну, все, раз решили, то займемся, — подытожил отец. – Надо будет выбрать время и проехаться по строительным конторам.

 

Я пошел качаться.  5 января в четверг я собрал сумку со спортивной формой и по-шел в тренажерный зал – старую качалку в подвале школы, которую я забросил несколько лет назад, променяв на сигареты, алкоголь и клубы. Я спустился в подвал. Внутри ничего не изменилось, парень-администратор был все тот же. Мне даже показалось, будто он ме-ня узнал – кивнул, едва я зашел в его комнату и пожал руку. Я заплатил за месяц вперед сумму, которую я спустил бы в клубе за один вечер, подумал «насколько все-таки дешево следить за здоровьем и как дорого его гробить».

Я еле-еле отзанимался час. С первым же поднятием штанги, показавшейся мне не-вероятно тяжелой даже с небольшим весом, суставы стали ныть. Я тяжело задышал, серд-це гулко застучало, пот обильно проступил на футболку – весь мой организм оказался дрябл. Неприятное открытие. Я с трудом смог подтянуться три раза, с печалью вспомнив те времена в армии, когда, специально не занимаясь, в легкую подтягивался пятнадцать раз. Моя немощь породила злость и решимость. Я твердо решил заняться собой. Пыхтя, я влез на лавку, шумно дыша, с трудом согнул тело десять раз, пресс свело. Занывший к концу тренировки желудок лишь добавил злости. Я таскал штанги и гантели, радуясь, как с каждой каплей пота из моего тела выжимаются годы кутежа и праздной клубной жизни.

 

— Бля, все тело ломит, пиздец! – брякнул я в понедельник 9 января, едва появив-шись на работе, кряхтя, усаживаясь в кресло. – Сходил Рома в зал, называется!

— Ты качался что ли!? – оторвал взгляд от бумаг Сергей и удивленно и встревожено уставился на меня.

— Да, решил податься в спортсмены! – хохотнул я. – Бухать и курить же бросил! Те-перь следующая стадия – спорт называется!

— Тебя прям не узнать! – улыбнулась Вера.

Сергей, не отрывая от меня внимательного взгляда, покачал головой, отложил бу-маги в сторону, распрямился в кресле, выдохнул:

— Да, Роман, щас к лету накачается! Его будет не узнать!

— Да ладно! – отмахнулся я, пытаясь сбить сарказм восхищения. – Себя если просто в порядок приведу, и то дело будет! Я за штангу взялся, она такая тяжелая, Серый! Писец! Я чуть не обосрался, когда ее поднял…

Напарник запрокинул голову и загоготал в голос, довольный грубой шуткой. Вера посмотрела на меня с долей укоризной, по обыкновению промолчала, уткнулась в мони-тор и залилась легкой краской. «Да уж, ведь случился тот момент, когда мы с Сергеем пе-рестали замечать, что с нами работает девушка, и его жена вдобавок, и теперь скабрезни-чаем с каждым днем при ней все больше», — подумал я. Мне стало неловко.

 

— По-моему Сеня и Холодов пьяные! – посмотрела на меня Вера, косясь на дверь офиса, будто опасаясь быть подслушанной.

Четверг, 12 января – первая рабочая неделя нового года шла к концу. Сергей пил чай, сидя у двери, я за столом. Вера высказала то, что пару дней подозревал и я.

— Конечно пьяные! – выпалил без обиняков напрямую Сергей, отставляя кружку на полку и скидывая с ноги ногу на пол. – Они уже третий день такие. После праздников, небось, опохмеляются…

Я откинулся на спинку кресла, задумался – услышанное мне не понравилось.

— Слушайте, ну, я видел, что пару дней назад эти оба уже были какие-то с мутными глазками, но как-то не подумал на спиртное! То есть я понимал, что они бухали на празд-ники, но думал, это просто отходняк у них! Я как-то даже не мог подумать, что они опо-хмеляются на работе… — растерянно сказал я.

— Да от них пахнет! – воскликнула Вера, смотря на меня удивленно, будто я не за-метил очевидного.

— Пахнет!? – глянул я на обоих. – Да вроде не пахнет.. я, правда, не принюхивался.

— Да а че там принюхиваться!? – сказал Сергей. – Их видно. Сеня ходит со стеклян-ными глазами, руки трясутся, а Холодов вообще сло́ва сказать не может, качается, ходит, держась за стены!

— Да он всегда так ходит! – усмехнулся я. – Я удивлен, как он вообще живет, весь больной какой-то…

Я замолк, остальные тоже.

— Бля! Хуево! – выпалил я через несколько секунд. – Надо принимать меры, Серый!

— Надо… — буркнул тот, сидя расслабленно в кресле.

Через час мы вызвали обоих работников в кабинет и начали «допрос». Спустя мгновения вялых препирательств, те признались, что выпивали и принялись шумно обе-щать, что такого больше не повторится.

— Смотри, Сень! – оборвал я поток клятв и заверений. – Давайте с вами так догово-римся – на первый раз мы вас прощаем, но в следующий раз будет штраф в тысячу!

— В тысячу! – Воскликнул Сеня, качаясь на ногах и распространяя по комнате запах спиртного. – Ох, мама дорогая! Ниче себе!

— А какая разница сколько, Сень!? – улыбнулся я. – Раз вы больше не собираетесь пить! Или собираетесь?

Тот глянул на меня лукавой улыбкой мутных глаз: «Не, не, не!!! Не собираемся!»

— Ну вот, видишь… — кивнул я. – А раз не собираетесь, то штраф, хоть и большой, окажется просто на словах, так!?

— Так… — сказал Сеня, шмыгнул носом и подтер под ним рукой, буркнул негромко. – Да многовато…

— Ничего, Сень! – рубанул Сергей. – Нормально! За то пить не будете! Здоровее станешь!

Холодов качался рядом с Сеней, шамкая беззубыми деснами что-то про себя не раскрывая рта. Сеня почесал через шапку в затылке, буркнул: «Да эт-то да…»

— Все, Сень, договорились! – подытожил я. – С сегодняшнего дня вы на работе трезвые. Можете пить в свободное время, сколько хотите и когда хотите, но на работе вы трезвые и от вас не пахнет! А на сегодня работа ваша закончена! Переодевайтесь и домой! Полдня мы вам засчитаем…

Сеня хотел возразить, даже поднял руку, но передумал, махнул ей и повернулся к выходу. Холодов принялся топтаться на месте, бестолково кружась и ощупывая дверь в поисках ручки. Сеня нашел ее первым, повернул, открыл дверь и вытолкал собой пьяного грузчика в коридор. Еще полчаса из их комнаты доносились приглушенная возня и разго-воры. После, дверь офиса снова открылась, внутрь проснулась голова Сени и виновато произнесла: «Ну, мы пойдем, до свидания…»

— До свидания, Сень! – гаркнул Сергей, поведя лишь бровью в ту сторону.

— Аха… — растерялся совсем кладовщик и исчез за дверью.

Я посмотрел на напарника, тот сидел, насупившись и скрестив руки на груди, смот-рел строгим взглядом перед собой куда-то в окно. Я глянул на Веру, та печатала на клави-атуре, изредка украдкой отрывая от монитора короткие взгляды то на меня, то на мужа. В голове всплыли образы Сени и Холодова – двух бестолковых пьяных сорокалетних дура-ков. Веселый смешок вырвался из моих губ.

— Да ничего смешного нет на самом деле! – насупился Сергей еще больше, раздувая важно ноздри, придав своему взору еще больше строгости. – Такие вещи прощать нельзя!

— А кто прощает? – удивился я.

— Ну ты начал какие-то там «предупреждения»… — задрыгал Сергей коленом. – Я бы сразу деньги снял и все!

— Серый, ну так нельзя – сразу! Надо сначала озвучить наказание, а потом уже при-менять. Человек должен знать заранее, а не по факту. А то так можно не штуку, а, напри-мер, пять снять сразу! Чтоб не мелочиться… не, так нельзя, так люди могут уйти.

Напарник некоторое время молчал, жевал губу, дрыгал коленом и посматривал на меня, выдав по итогу: «Ну, я не знаю! Я бы оштрафовал сразу!»

 

На следующей неделе в понедельник кладовщик и грузчик снова оказались пьяны-ми. Как следствие, Петя уехал с товаром в кузове, погруженным как попало.

— Ром! – позвонил он, как только доехал до первого клиента и начал выгрузку. – Что мне делать!? Тут все попереебано! Загрузили не то, что в накладной, а некоторых ко-робок вообще нет!

— Петь, выгружай как есть, по факту, скажи, что недостающее довезем завтра, лиш-нее не выгружай, вези обратно на склад, понял!? – собрался я с мыслями, начав злиться.

— Понял, Ром! Все, пока! – отключился тот.

Я положил мобильник на стол и посмотрел на Сергея, сидящего за столом и Веру, сидящую на своем рабочем месте.

— Что, пересортили!? – догадалась та.

— Да… Петя говорит, там пиздец загрузили эти дятлы! Чего-то меньше, чего-то больше, что-то пересортили или вообще не положили – в общем, заебись загрузили! – по-тер я лоб рукой озадаченно.

— Они вроде с утра нормальные были… — задумчиво произнесла Вера, посматривая на мужа и меня.

— Вер, да ты думаешь, там им много надо! – раздраженно сказал Сергей. – Ты по-смотри на них, такие с утра стакан выпьют и весь день на рогах! Блять, мудаки!

— Надо идти на склад, — привстал я с кресла.

— Они, похоже, пьют там где-то на складе… — сказала Вера.

— Да, а где ж им еще пить!? Не здесь… у нас под носом! – сказал Сергей.

— Пошли! Шмон устроим на складе! Надо нычку искать! – выпалил я, одеваясь.

Сергей встал следом, натянул свою «аляску». Мы вышли на улицу.

— Вот уроды! – произнес Сергей и накинул капюшон на голову.

Наш визит на склад вызвал переполох. Сеня суетливо задергался, бегая мутными глазками по углам склада. Холодов стал изображать деятельную активность, заходил по складу туда-сюда, качаясь на ходу, стал поправлять коробки с товаром.

— Сень, ну, скажи мне – пили сегодня или нет!? – выдал я сходу, едва войдя в склад.

Тот задергался, затоптался на месте, шмыгнул носом и подтер под ним рукавом.

— Сень, ну, че ты молчишь!? – добавил Сергей.

— Сереж, да че… говорить-то… — пробурчал кладовщик, потупив взгляд.

— А где ж вы пили? Там, в каптерке у себя или тут на складе? – сказал я, расхаживая по проходам между поддонами с товаром.

— Там, в комнате! – оживился Сеня, уцепившись за вопрос попроще. – У нас было немного, мы выпили… но этого больше не повторится, Ром!

— Да понятное дело, Сень! – сказал Сергей, стоя посреди центрального прохода, за-сунув руки в карманы штанов и выпятив недовольно губы.

— Сереж, да серьезно… — Сеня виновато понурил голову. – Это последний раз…

Я смотрел на Холодова. Странный тип. Малоразговорчивый. Меня не покидало стойкое ощущение, что зачинателем попоек на работе был именно он. Сеня сам бы на та-кое не пошел. Он проявил себя достаточно дисциплинированным, толковым и усердным работником. Холодов же действовал на него разлагающе. «Не перестанут пить, этого вы-гоним», — решил я про себя.

— Сень, да можете пить, сколько хотите, мы сейчас с вас по штуке снимем и все! – сказал я безжалостно.

— Ром, ну, может не надо, а? – потухшим голосом сказал кладовщик.

— Сень, надо-надо! – сказал Сергей, прохаживаясь по проходам вдоль поддонов со штабелями товара. – Где у вас водка?

— Сереж, водки нет! – встрепенулся Сеня и добавил тише и виновато. – Мы уже это… ну… всю ее выпили…

Сергей продолжал ходить по складу, заглядывая по разным углам и принюхиваясь. Холодов стоял как истукан. Сеня нервно переминался с ноги на ногу. Сергей вернулся к воротам склада и пошел влево вглубь к стене вдоль первого ряда поддонов. Дошел до кон-ца прохода и заглянул в щель меж стеной и столбом коробок, сунул туда руку и извлек пакет со стаканом и ополовиненной бутылкой водки.

— А говоришь, выпили, Сень? – сказал Сергей, не смотря на кладовщика.

— Сень, это штраф! – сказал я зло, вскипев внутренне от обмана. – Пошли, Серый!

Мы вышли из склада, вылили на глазах работников водку в снег и ушли в офис.

— Вер, запиши – снять по тысячи с этих… — сказал я, снимая куртку и нажимая кноп-ку на чайнике.

— Что, пили все-таки, да? – сказала та, доставая из стола тетрадь, делая запись.

— Водку нашли на складе! Заныкали бутылку у стены за поддоном последним, при-кинь! – выпалил Сергей, снимая «аляску», ежась и плюхаясь в кресло у двери.

— Ого! – удивилась Вера.

— Да уроды!! – всплеснул руками Сергей, скрестил их на груди, закинул ногу на ногу боком и шмыгнул носом.

 

Пьянки прекратились.

До конца месяца оба работника ходили демонстративно трезвые.

— Они все равно когда-нибудь сорвутся и выпьют, — сказал я спустя неделю.

— Думаешь? – посмотрела на меня Вера.

— Да а че тут думать!? – громко сказал я и тут же притих, вспомнив, что через стену в комнате работников все хорошо слышно, добавил шепотом. – Они там???

— Не, на складе, — буркнул Сергей, попивая вприкуску чай, громко прихлебывая.

— Ааа! Это хорошо… Вер, щас праздники начнутся всякие – 23 февраля, 8 марта – они точно нахлебаются, а потом будут тут опохмеляться. Вот, на мой взгляд, все дело в Холодове – он хуево на Сеню влияет! Сеня еще туда-сюда, а Холодов пить будет точно! Я думаю, нам надо его уволить… — сказал я и встал.

— Ну, уволим Холодова, а Сеня один работать будет? – посмотрел на меня с какой-то испуганной растерянностью Сергей.

— Почему один? – удивился я. – Дадим объявление, найдем замену.

— Так это надо сначала найти, а потом уже выгонять, — сказал Сергей.

— Почему!? Зачем оставлять этого Холода!? Чтоб он с Сеней снова напился!? И, Серый, от него толку мало, если честно! – я налил себе чаю, взял пять кусков сахара и вер-нулся за стол.

— Почему мало? – спросила Вера.

— Вер, да он вообще никакой! Ты была на складе? Видела, как он коробки таскает? Там вообще пиздец! Сеня – кладовщик, он должен показывать, что таскать, а Холодов – таскать. А у них наоборот! Сеня хватает коробку и понес, Холодов идет не спеша за своей. Сеня уже две в «газель» загрузил, Холодов только одну принес. Сеня работает, а этот но-мер отбывает! Нахер нам такой работник!? Возьмем нормального! Лучше заплатить боль-ше, но взять нормального работника! У нас, тем более, объемы сейчас только растут, склад весь заполнен, там таскать и таскать! Холодов – это ни о чем, Вер!

— Ну, может ты и прав… — выдохнула та и посмотрела на мужа.

— Да не, Ромка прав! – сказал Сергей, сквозь размокший кусочек сахара во рту и от-махнулся. – Холодов вообще ни о чем, его надо выгонять…

— Ну вот! – кивнул я на Сергея, глядя на Веру.

— Постараемся просто побыстрей найти замену, чтоб Сеня один там долго не таскал товар, — сказал напарник и отхлебнул из кружки.

— Серый, если будет какая запара, выйдем и поможем Сене – что за беда!? – сказал я, не понимая причины сомнений напарника в таком, казалось бы, простом вопросе.

Тот задумался и сквозь мысли протянул вслух: «Нууу… не хотелось бы… все-таки, мы ему деньги платим за работу, а то получается, мы же и ее за него делать будем!»

— Серый! – глянул я на напарника с укоризной. – Не сломаемся! Поможем! Если на-до будет.

— Роману лишь бы поработать! – хмыкнул недовольно Сергей, не смотря ни на кого, уперся локтями в подлокотники стула, сцепил пальцы рук и уставился в пол.

 

— Здрасьте!! – выкрикнул я через стекло «мазды» и энергично кивнул, уловив момент, когда стоящая у проходной очкастая вахтерша глянула внутрь салона машины.

Мы с Сергеем поехали в «Форт». Вахтерша стояла и курила, манерно держа сигаре-ту двумя пальцами в согнутой кисти, запахнувшись в фуфайку и с непокрытой головой. Погода стояла теплая – небольшой минус и полное безветрие. Женщина не ответила на приветствие – отвела бесцветный равнодушный взгляд в сторону.

— Блять!!! – выругался я не желая сдерживаться. – Вот какого хуя она не здоровает-ся, а!!??? Я чуть шею нахуй не свернул, заорал – Здрасьте!! Вот че, блять, ей надо, а, чтоб ответить!!??? Чтоб я выскочил из машины и сплясал для нее и начал поклоны отбивать!!??

— Роман! – засмеялся Сергей негромко, но явно веселясь. – Завелся из-за какой-то дуры! Да брось ты! Она тебе нужна!?

— Блять, Серый!! Че за хуйня, я спрашиваю!!??? – продолжал почти орать я, клокоча внутри. – Вот хочется выйти и дать ей по ебалу и сказать – Какого хуя, блять, морду воро-тишь, сука!!???

Серый улыбался во всю ширь и качал головой, прыская смешками.

— Ромыч, да она тебе нужна!? Ну ты посмотри на нее – бабе сорок лет, ни мужа, ни детей, сидит в какой-то вонючей будке целыми днями и ты хочешь, чтоб она с тобой здо-ровалась? Тебе тридцать лет, у тебя собственная фирма и вся жизнь впереди! А у нее толь-ко эта будка…

— Двадцать восемь! – брякнул я уже весело, понимая всю правоту слов напарника и остывая.

— Ну, тем более… — улыбнулся Сергей и посмотрел на меня, уловив смену настроя.

Я молчал несколько секунд, но все-таки не удержавшись, выкрикнул напоследок:

— Пизда, блять, она!

Сергей загоготал, прекратил, глянул на меня, вернул взгляд на дорогу и произнес:

— Да все они такие, Ромыч…

Машина вылезла со снежной грунтовки на асфальт и ускорилась.

 

Вовка утонул в ухаживаниях за Лерой окончательно. Я даже перестал ему звонить в попытках затащить с собой в «Чистое небо». Мой распорядок тоже изменился. Днем – работа, вечером через день – тренажерный зал. В клуб я ходил только по субботам, иногда и в пятницы. И все.

В последнюю субботу января я вяло слонялся со стаканом виски с колой между баром клуба и танцполом, когда рядом вдруг оказалась та самая шикарная блондинка. Она словно перенеслась на два месяца вперед и стояла в нескольких метрах от меня в той же одежде, что и осенью. Меня как пробило током сквозь позвоночник, я замер в неудобной позе в полоборота к ней и краем глаза принялся следить за девушкой. Та оживленно обща-лась с прыщавой Полинкой. Я никогда не упускал нужного шанса.

— Привет! – подошел я к обеим. – Привет, Полин!

— Привееет! – расцвела в своей шикарной улыбке блондинка, одарив меня ею с ног до головы, слегка коснулась рукой моего локтя. – Ты тоже тут!?

— Да, решил зайти, — кивнул я. – Дома скучно, тут веселее. А ты только пришла?

— Ага, пришла к Полинке! Ключ забыла у нее свой, представляешь!? – сказала блон-динка, так свободно и естественно начав со мной общаться, без жеманства и тупого кокет-ства, чем расположила к себе моментально.

— В смысле, что за ключ!? – сказал я, посмотрев на Полинку.

— Да мы живем вместе! – пояснила та. – Квартиру снимаем на двоих, а Наташка ключ забыла свой у меня!

— Ааа, вон чего! – протянул я, улыбнулся блондинке. – А ты, значит, Наташа!? Классное имя! Будем знакомы, Наташ! Я Рома!

Девушка вновь окатила меня улыбкой и протянула руку. Я аккуратно ее пожал, по-чувствовав расслабляющую мягкость пальцев и теплоту ладони.

— Теперь будем знакомы поближе! – произнесла Наташа, вспыхнув в своих глазах женским интересом ко мне.

— А ты знаешь, что Ритка здесь больше не работает? – донесся слева голос Полинки и вернул меня в реальность.

— Нет, не знаю, — пожал плечами я. – А чего она не работает, уволилась?

— Я думала, ты знаешь! – надавила на слово «ты» Полинка.

— А с чего мне-то знать!? – поспешно пресек ее я.

— Да, уволилась! Уехала к тому парню, с которым у нее там летом роман был, когда вы с ней встречались, — сунула мне шпильку Полинка, деланно улыбнувшись, обнажив два ряда ровных зубов с нездоровым никотиновым налетом.

— Мы с ней уже тогда не встречались, Полин! – парировал я, внутренне злясь от та-кой странной подставы перед лицом Наташи, Полина явно сознательно говорила неумест-ное. – Мы с Ритой поссорились как раз перед ее отъездом в последнюю нашу встречу. Потом мы уже общались так…

— Ой, ну, не важно! – всплеснула руками официантка. – Какая разница! В общем, уехала она в Сочи насовсем! К жениху…

— Ну… — выдохнул я, сердце гулко застучало, я глянул на Наташу. Девушка не проя-вила никакого беспокойства от слов подруги, находясь в прекрасном настроении. – Нам остается пожелать Рите только счастья в любви!

Я улыбнулся. Полинка скисла.

— А ты надолго сегодня сюда? – перешел вниманием я к Наташе.

— Не знаю! – заискрилась та улыбкой. – Часок побуду тут, думаю. Раз уж приехала!

Наташа развела руками и хлопнула с веселой досадой себя по бедрам.

— Ладно, пойду я, посмотрю, что там на танцполе творится! – сказал я, подумывая, как бы продолжить общение с Наташей, но уже без ее подружки, тет-а-тет, добавил: «Чуть попозже к тебе подойду, хорошо!?»

— Подходи, конечно! – поправила вьющуюся копну шикарных белых волос одним элегантным движением руки, словно взбила ее, Наташа. – А то мне тут без тебя совсем скучно будет! Так что подходи, подходи!

Я кивнул, вторым кивком простился с Полинкой и отошел в сторону. «Без тебя совсем скучно будет», — завертелось в моей голове, сердце застучало надеждой. За спиной словно выросли крылья. Следующие полчаса я провел с выражением абсолютного счастья на лице, совершенно ясно для себя распознав в словах Наташи только один смысл.

— Что-то скучновато здесь… — улыбнулся я ей, подойдя спустя некоторое время и за-став одну в гроте у стойки официанток. – Решил вернуться к тебе и пообщаться с краси-вой девушкой.

Наташа улыбнулась в ответ – комплименты нравятся всем девушкам. Мы пробол-тали с ней минут десять, и я как-то естественно пригласил ее в кино.

— Спасибо, что пригласил! – улыбнулась Наташа, искрясь глазами, и вновь косну-лась моего запястья своей рукой. – Решено! Идем в кино!

Так мы стали встречаться.

 

Начался февраль. Погода стояла мягкая. «Крещенские морозы» выдались совсем не морозными, температура в последнюю декаду января опустилась всего лишь до «минус» восемнадцати, и к началу февраля быстро вновь потеплело до обычных «минус» десяти.

 

— Серый!? – окликнул я напарника, отставив кружку с горячим чаем на полку стел-лажа. – Когда начнем завозить туалетную воду к праздникам?

— Через недельку где-то, я думаю… — шмыгнул тот носом. – Раньше нет смысла, ос-татки на складе у нас еще есть, а продажи вырастут где-то с середины месяца. Так что как раз – завезем, затарим всех, и через пару дней пойдут продажи.

— А там после восьмого марта уже будем думать о дихлофосах, да? – уточнил я.

— Да, сделаем заказ где-то в конце марта, так, чтоб к середине апреля у нас они уже были на складе и там уже сезон начнется… — сказал Сергей.

— И эта отрава, которая от крыс и мышей тоже весной нужна, да? – вновь уточнил я, еще плохо представляя сезонность продаж новых товаров, привнесенных Сергеем.

— Да, весной у нее тоже всплеск, все эти грызуны начинают плодиться! – закивал тот. – А потом к лету продажи падают до обычных, и там уже будет хорошо продаваться средство от мух…

— Че за средство от мух? – сдвинул я брови.

— Ну, такой липкий сахарок… он в пакетиках продается, гранулы такие… — стал объ-яснять Сергей, изображая рукой, будто сыпет щепоткой что-то. – Их насыпаешь на подо-конник или стол или на шкаф и мухи на него садятся, ползают по нему, улетают и потом дохнут… бляяя!!! Вспомнил!! Мухоловка же еще есть!

— Че за мухоловка!??? – сильнее удивился я.

— Это липкая лента такая! Мы в «Саше» у Давидыча хорошо ее продавали! Ну, по-нял, какая!? – Сергей среагировал на мое непонимающее лицо и принялся объяснять, изо-бражая руками. – Такая маленькая картонная катушка, как от ниток… и на нее намотана липкая лента, ее разматываешь и вешаешь где-нибудь в комнате, ну, в помещении, в об-щем… и мухи на нее липнут, садятся и прилипают… а потом ее просто выкидываешь…

— Ааа!! Я понял! Я видел такую давно как-то у бабушки в деревне! Точно! Есть та-кая фигня! – закивал я. – И че, она хорошо продается!?

— Да, мы у Давидыча ее много продавали! Ей торговать удобно, она маленькая, эта одна штучка, а стоит рубль, прикинь… а в упаковке их штук двести… по двести, да, Вер, они были!?

Сергей посмотрел на жену. Та перевела взгляд от монитора на мужа, задумалась.

— Да я уж точно не помню… да, ну да, двести, наверное… где-то так! – кивнула она.

— Вот такая упаковка где-то… — Сергей показал руками объем примерно равный дипломату. – А стоит двести рублей в закупке и ничего не весит!

— А почем же вы ее продавали? – в моей голове включился калькулятор.

— По рублю брали и где-то по рубль тридцать-рубль двадцать пять продавали…

— О! Нормально! Тридцать процентов на такой херне! – закивал я, впечатлившись.

— Да! – заерзал в кресле, оживившись, Сергей. – Ее тоже Питер производит, те же, что соли нам поставляют.

— О как! – задрал я брови вверх. – Вообще отлично! А сколько ее можно продать!?

— Ну… — посмотрел Сергей сквозь потолок комнаты, вспоминая. – Мы где-то коро-бок пятьсот в сезон прогоняли…

— Неплохо, все дополнительный заработок, — откинулся я на спинку кресла. – Надо будет в этом сезоне тоже ее привезти, поторгуем ей Серый, да?

— Канешна, поторгуем! – выпалил напарник, гоготнул. – Мы такими темпами, скоро будем всем торговать!

— А разве плохо? – улыбнулся я.

— Да неплохо! – выдохнул мечтательно Сергей и добавил с ноткой удовлетворения. – Склад и так уже почти полный… пока так… нормально… ровненько идем…

 

Мы уволили грузчика в середине февраля. Как только привезли к приближавшимся праздникам большую партию туалетной воды из Москвы. Он помог Сене в последний раз с выгрузкой товара и ушел из нашей фирмы.

— Ром, а как же теперь мы будем!? – растерянно и чуть испуганно заявил Сеня, вой-дя вечером того же дня в офис и переминаясь с ноги на ногу у двери.

— Сень, да нормально будем! – сказал я ободряюще. – Пока побудешь один, будем искать Холодову замену… кстати, если у тебя есть какой-то знакомый на примете…

— Только нормальный, Сень, а не такой, как Холодов! – вставил Сергей, расслаблен-но крутясь в кресле у двери и замерев вполоборота к Сене, закинул в замке руки за голову.

— Сереж! – замахал торопливо кладовщик руками и неловко засмеялся. – Да это я понимаю! Что ж я совсем что ли…

— Сень, ну, я не знаю, совсем ты или нет, а Холодова к нам привел же! – насел на него Сергей, кладовщик смутился и впал в ступор.

— Сень… — решил я спасти того из неловкой ситуации. – Ты просто поспрашивай, вдруг, кто изъявит желание из твоих знакомых. Мы объявление дадим в газеты, будем искать, но, я думаю, тебе же со знакомым, наверное, покомфортнее будет работать, да?

— Ды эт да… — зачесал в затылке кладовщик. – А так-то в принципе…

— Ладно, Сень! – отрезал Сергей. – Ты пока так поработай, чип чё, мы тебе помо-жем, поня́л!? Найдем мы тебе грузчика, не переживай!

— Да я и не переживаю… — совсем растерялся тот, переводя недоуменный взгляд с Сергея на меня, на Веру и глуповато улыбаясь.

— Ладно, Сень, ты иди, а то нам тут работать надо, — сказал я, желая покончить с за-тянувшимся бессмысленным обсуждением.

— А! Аха! Все! Понял! – развел Сеня руками и суетливо исчез за дверью, успев ки-нуть выходя. – Тогда, если че, я у себя!

— Хорошо, Сень! Мы поняли! – рявкнул вдогонку раздраженно Сергей, жуя, практи-чески кусая нижнюю губу.

0

Автор публикации

не в сети 1 год

Dima.Sandmann

10
Россия. Город: Москва
Комментарии: 0Публикации: 94Регистрация: 06-11-2017

Добавить комментарий

Войти с помощью: