«Манипулятор», глава 019 (2ая половина)

0
257

Вся неделя прошла в подготовительной суете. Во вторник позвонил Сергей и ска-зал, что владелец торговых точек на рынке, сделал заказ на товар из наших розничных остатков. В среду с утра мы с отцом отвезли заказ на одну из точек на рынке, на ту, где торговала мать Сергея. Там я увидел ее в первый и единственный раз. Полноватая невы-сокая женщина за шестьдесят со смуглой как у сына кожей, такими же мягкими миловид-ными чертами и уставшими от жизни блеклыми глазами. Видя таких пожилых женщин, безошибочно понимаешь, что в молодости они были очень привлекательны.

— А Сергей – копия матери прям! – произнес отец, едва мы только вдвоем сели в кабину «газели» после выгрузки товара.

— А может в отца? – предположил я. – Мы ж отца не видели.

— Вряд ли, — закурил отец. – Слишком уж похож на мать, копия.

Вечером того же дня Сергей позвонил вновь и сказал, что владелец торговых точек готов забрать весь наш товар за исключением нескольких позиций с отсрочкой до конца лета. Мы согласились сразу и следующим днем в четверг отвезли товар на другую точку. Старый склад опустел совсем. Две коробки с остатками розничного товара я перенес в но-вый, сунув на полку одного из двух железных стеллажей в дальнем углу склада.

Пятница, 1 июля. С утра мы с отцом сделали последний рейс со своим товаром, ка-кой не успели отвезти в четверг. Остальное в тот же день, уже должно было начать отгру-жаться от общей фирмы. Мы потрудились неплохо, успев до конца месяца продать три четверти складских запасов. Каждый такой рейс сопровождался неодобрительными взгля-дами Сергея, но не более. Уговор, есть уговор.

Пока мы разъезжали, Сергей пилил трубы в старом складе. Вернувшись из рейса, я сразу пошел туда. Сергей сидел под крышей на верхней полке стеллажа и пилил самую верхнюю трубу, болтавшуюся туда-сюда от движений пилы.

— Пилите, Шура, пилите! Они золотые! – пошутил я известной фразой и засмеялся.

Сергей неловко гоготнул, пыхтя, перемялся на затекших ногах и продолжил дело.

— Слушай, нам надо бы уже кладовщика с грузчиком искать, — сказал я.

— А грузчик-то зачем!? – удивился Сергей.

— Думаешь, кладовщик один справится?

— Да конечно справится! Чего там справляться-то!? – и чуть погодя добавил. – Ну, если не будет справляться, наймем и грузчика.

— Тоже верно, — согласился я. – Ну что, кто объявление даст, я или ты?

— Да без разницы, могу я дать в газету объявление.

— Хорошо, дай сегодня объявление на оба телефона, на твой и наш. Какую зарплату ему назначим? Я думаю, тысяч восемь нормально будет.

— Да ну, это много! – возразил Сергей. – Шесть за глаза.

— Да ну, Серый! – возразил уже я. – Грузчики по пять получают на базах, а кладов-щики от восьми минимум!

— Да? Ты думаешь? – зажевал губу он.

— Да не думаю, я знаю! У вас в «Саше» же кладовщики сколько получали?

— Ну да, — согласился, поникнув Сергей. – Хорошо, скажу восемь.

Я осмотрелся в складе, произнес:

— А когда ты собираешься вывезти стеллажи и трубы? Ты уже поговорил с отцом?

— Нет, пока не разговаривал, сейчас допилю и как раз поговорю. В субботу, я ду-маю. Так, чтоб не в рабочий день. Мы же ведь со следующей недели уже от фирмы будем работать? – Сергей посмотрел на меня внимательно, все с той же легкой укоризной. – Вы все, уже все продали? Можем начинать работать?

— Серый, как договаривались! – пропустил я укоризну мимо ушей и двинулся к вы-ходу. – Если сказали, что с начала июля, значит с начала июля! Сегодня все равно пятни-ца, вот с понедельника и начнем. И компьютер нужен!

— Я привезу. Ну а принтер ты же вроде обещал…

— Принтер я привезу, да! Так что, все нормально. В понедельник привозим, собира-ем, ставим товар на приход и вперед! – махнул я рукой и вышел из склада.

В субботу отец повез Сергею стеллажи и трубы без меня. Сергей позвонил утром и сказал, что будет с младшим братом, который поможет ему.

— Чего ты поедешь? – сказал отец мне. – Места лишнего там не будет, а они вдвоем все погрузят и выгрузят. Я даже прикасаться ни к чему не буду.

— Ты, хоть, за деньги везешь? – поинтересовался я.

— На пятьсот рублей договорились, — отмахнулся отец недовольно. – Пусть.

— Ну, тоже ничего! – подбодрил я его, понимая символичность суммы.

Отец вернулся часа через три.

— Ну как? – встретил я его у порога.

— Что – как!? – съязвил отец, разуваясь и отдуваясь от жары.

— Отвез?

— Отвез.

— А где ж у них дача?

— В Сладковке, — махнул отец рукой на север. – В сторону Москвы десять километ-ров.

— Хм, неудобно как-то. Живут на левом берегу, а дача аж за правым. Считай, в про-тиивоположном конце, это пилить через весь город каждый раз час минимум, если на ма-шине. Неудобно. Они сами с братом загружали и выгружали?

— Да, сами все сделали, — разулся и отдышался отец, все еще красный лицом в мел-ких капельках пота от жары. – Да там разгрузили вообще быстро. Брата, кстати, тоже Ром-ка зовут, как и тебя.

— Ого! Прикольно! – удивился я, проходя следом за отцом в его комнату.

— Такой интересный малый! – воскликнул он, приподняв удивленно брови.

— Кто, брат?

— Да, любознательный такой, общительный, начитанный! Мы с ним так приятно по-общались, прям! – отец разделся до трусов, взял сигарету и шагнул на балкон. Я, захотев курить, мигом сгонял в свою комнату за сигаретой и вернулся к отцу, тот уже не спеша дымил сидя на диванчике и утирая пот с живота.

— А внешне брат похож на Серого?

— Да, похож, — кивнул отец. – И комплекция такая же, только не такой толстый, а нормальный. И внешне на лицо похож, только мельче и в очках и… какой-то он, ну… что ли скромный. Такой вежливый! Поздоровался нормально и вообще, сразу было видно, что приятный, открытый парень.

— А с чего ты решил, что начитанный? – стало интересно мне.

— Да ты знаешь! – отец хлопнул себя по бедру рукой, подавшись ко мне вперед. – Как-то мы пока ехали, разговорились с ним, и разговор о книгах зашел. И тут он, оказыва-ется, и то читал и это и все книги хорошие, серьезные. А он как почувствовал, что я тоже начитанный, ну, мы с ним и давай о книгах говорить! Всю дорогу так и проговорили!

— А Сергей?

— А что Сергей!? – отец приподнял брови и пустил дым вверх. – Не, Серый, не та-кой! Молчал всю дорогу, безразлично в окно смотрел. Ему, как я понял, это не интересно.

— А дача хорошая? – не унимался я. – Есть дом там у них?

— Дача, как дача! Обычная. Есть домик, так, как курятник, маленький и слеплен как-то криво, как попало, в общем.

— Ну, а так? – я развел руками, рисуя движениями прямоугольник. – Участок боль-шой? Забор есть? Огород? Что там еще?

— Да я так понял, там два участка рядом по шесть соток, просто объединены вместе и все. Ну, так, что-то посажено, но мало. Забор такой, из чего попало слепленный…

— В общем, ничего особенного, — подытожил я.

— Да, ничего особенного, обычная пенсионерская дача, — выдохнул отец дым пос-ледней затяжки и пульнул щелчком бычок с балкона в траву газона.

— Почему пенсионерская?

— Да там тетка пожилая была, как я понял, жены Сергея мать, теща его. Может быть дача ее. По виду, похоже.

— А кто там еще был?

— Вера и дочка их малолетняя.

— А сын?

— Какой сын?

— Серый сказал мне, что у него двое детей, дочка старшая и сын, годовалый что ли.

— Ого, уже двое! – впечатлился отец. – Сына не видел.

Я докурил, и тут же зазвонил телефон. Вовка. Субботний вечер прошел в «Чистом небе». Мы снова крепко выпили, я даже пытался заставить Вовку курить. Но тот стойко упирался, и я отстал. В полчетвертого утра Вадик повез нас по домам. Я пялился пьяными глазами в открытое окно машины на восток на занимавшуюся сквозь чернила ночи зарю. Это было красиво.

 

В воскресенье вечером я распечатал остатки по нашему с отцом предприятию и отключил принтер, подготовив его к перевозке.

 

В понедельник в 9:02 зазвонил телефон. Я только-только продрал глаза. Звонили уже по объявлению на работу на вакансию кладовщика.

— Подъезжайте к одиннадцати, — произнес я в телефон, рассказав как добраться и помня, что к означенному времени должен был как раз приехать и Сергей.

Я, заглянув на кухню и обнаружив завтракающего отца, пошел в душ.

В десять мы пошли на стоянку, я нес принтер – крупный белый ящик, крайне неу-добный в руках своей кубической формой. Едва я донес его до «газели» и положил на си-дение, как отец крутанул ключ зажигания и тихо выругался.

«Блять, сука», — послышалось мне. Я глянул на отца. Тот, красный от злости, сидел, сцепив зубы и вытаращив глаза куда-то в приборную панель. Он словно жег ее взглядом. «Надо же», — удивился я, поняв, что мне в который раз не послышалась брань из уст отца.

— Что там такое, па? – произнес я как можно спокойнее, явно наблюдая все призна-ки самого взрывоопасного состояния отца.

— Не заводится, что тут может быть еще такого! – выпалил тот и снова провернул ключ зажигания. Стартер бодро закрутил, но двигатель молчал.

— Сука! – рявкнул отец, выскочил из кабины и полез под капот.

Я тихо сполз со своего сидения и стал прохаживаться рядом, хорошо и давно зная, что к отцу в таком состоянии лучше не лезть.

— А что там такое? – аккуратно поинтересовался я чуть позже, время было «10:15».

— Да кто его знает, что ей надо еще! – отец склонился в очках над двигателем и стал проверять провода. – Все, вроде, целое!

— Может, снова коммутатор или предохранители? – предположил я.

— Да может быть, — произнес отец подостыв.

— Слушай, может, я тогда поеду, а ты позже приедешь, как сделаешь?

— Да, давай, поезжай. Человек же ждать будет.

Я кивнул, взял мобильник, бумаги с остатками по складу и пошел на остановку. Без пяти одиннадцать я был на заводе. У проходной прогуливался мужчина на вид лет под со-рок среднего роста в светло-коричневом пиджаке, галстуке, кремовых туфлях и прилежно зачесанным вправо пробором на черных коротко стриженых волосах.

— Это к вам, наверное? – сообщила мне коренастая вахтерша.

— Пойдемте, — пригласил я гостя за собой в офис, выискивая глазами Сергея.

Мужчина деликатно пошел следом, выражая своим видом всяческое почтение и прилежность. Мое внимание зацепилось за его внешний вид, который резко не соответ-ствовал окружающей обстановке и всей моей жизни последних семи лет. «Как дикарь, от-выкший от цивилизации», — подумал я о себе, идя  по центральной дорожке меж запущен-ных палисадников все в том же – шлепанцах, футболке и шортах. Два оборота ключа в замке и я вошел в офис. Навстречу пахнуло свежеокрашенными полами, побелкой и запа-хом обойного клея. Внутри уже стояли стол и стул.

— Извините, мы только въехали, не успели еще обжиться! – сообщил я гостю и вспомнил, что в комнате напротив, видел табуретку. – Присаживайтесь, я сейчас.

— Итак, — продолжил я, занимая положенное работодателю место через стол от соис-кателя, усаживаясь на табуретку. – Вы по поводу работы кладовщиком, я так понял?

— Да, я на должность кладовщика, — произнес гость, которого я получил возмож-ность рассмотреть лучше. Мой взгляд зацепился за очень аккуратный пробор волос. Я сра-зу вспомнил тип людей, встречавшийся в жизни с похожими внешними признаками. «Вы-пивает», — понял я. Простое наблюдение. Пьющие мужчины всегда аккуратно причесаны и нелепо смотрятся в костюмах с галстуком. Как этот. Абсолютно точный утренний типаж выпивающего мужчины. Мне не хотелось думать поспешно и предвзято о нем, как об ал-коголике. Поэтому, «выпивает», — решил я.

— Хорошо, — продолжил я собеседование, изо всех сил стараясь сходу вжиться в не-привычную новую роль. – С условиями работы вы знакомы?

— Да! – резко и четко выпалил мужчина, резче и быстрее, чем было бы нормально, и без паузы отчеканил: «Там в газете написано – оклад восемь тысяч, пять дней в неделю с девяти до восемнадцати!»

— Да, все верно, — слегка вздрогнув, кивнул я и стал наблюдать за бегающими глаз-ками гостя, рефлексом мелких воришек или людей с пакостными мыслями. Умение заме-чать разницу людей по глазам пришло с опытом само. После одного-двух взглядов в глаза собеседника я примерно уже представлял его моральный и даже интеллектуальный уро-вень. Но самое главное в глазах любого человека – сила их блеска. Чем глубже и ярче взгляд, тем личность сильнее и благороднее. У маргиналов всегда грязный взгляд – мут-ный или стеклянный. Словно безжизненный. В массе своей такие люди не умны, но есть категория маргиналов с неплохим уровнем интеллекта. Такие опасны. Ведь ум всех мар-гиналов направлен на зло. «Какие пустые глаза, словно зашореные изнутри, стеклянно-светло-серые», — отметил я для себя и продолжил:

— Расскажу вам немного о нас. Мы оптовая фирма по бытовой химии, косметике, хозтоварам и  тому подобному. Здесь у нас на территории завода склад в двести пятьдесят метров и тут офис. Кстати, соседняя дверь, там как раз комнатка для кладовщика. Если что, глянете потом.

— Да, гляну хорошо! – снова активнее, чем нужно закивал мужчина.

— Можно ваш паспорт? – протянул я руку. – А где вы раньше работали?

Гость засуетился, полез по карманам непривычного для него пиджака и выудил паспорт, сунув мне его в руку каким-то неестественно негибким движением, назвал скоро-говоркой несколько торговых баз, среди которых промелькнул «Пеликан».

— В «Пеликане» работали!? Когда? – переспросил я.

— Да! – дернул головой мужчина, именно дернул, а не кивнул. – Два года назад, грузчиком, а потом уже кладовщиком, в трудовой все записи есть!

Так же суетливо, но почти сразу извлек трудовую книжку и протянул мне, руки его тряслись. Я продолжал изучать паспорт. Женат, один ребенок, взрослый сын шестнадцати лет. «Виле… вилено… рович», — с трудом прочитал по буквам я отчество в паспорте.

— Арсений Виленорович Лебедев, — произнес я.

— Да! Это я! – встрепенулся, как ужаленный мужчина.

Его реакция начинала смешить.

— Просто у меня друг в «Пеликане» коммерческим директором работает, поэтому я спросил, — по-свойски, чтоб разрядить обстановку, произнес я.

— Ясно, — спокойнее, но уже с долей натурального уважения произнес тот.

— Как у вас с алкоголем дела? Курите? – мимоходом поинтересовался я.

— Курю, как все, — кивнул гость, нервно улыбнулся, обнажив еще живые зубы в пла-чевном состоянии вперемешку с металлическими мостами с напылением под золото.

Я продолжал, не мигая, смотреть ему в глаза.

— Как с алкоголем? – заерзал на стуле мужчина, глазки забегали, ища спасения в углах пола и под плинтусами. – Выпиваю иногда по выходным… Но, как все! Иногда!

Я вернул взгляд к паспорту и ощутил спиной, как напряжение в комнате спало.

Мы немного поговорили о работе, и соискатель окончательно успокоился.

— Хорошо, давайте с вами так условимся, — вернул я ему документы. – Вы оставьте свой телефон, я вам вечером позвоню и скажу наше решение. Просто я не один в фирме, мы сообща принимаем решения.

Мужчина, кивая и соглашаясь, принялся царапать ручкой клочок бумаги. Я с инте-ресом наблюдал, как рука, так и не привыкшая со школьной скамьи нормально пользо-ваться ручкой, мучительно выводила негнущимися пальцами шесть цифр.

Мы распрощались. Я перевел дух, вышел следом за гостем на улицу и выкурил сигарету. Подъехало такси. Приехали Сергей и Вера, привезли компьютер.

— Здрасьте! Что-то вы припозднились! – улыбнулся я, едва они вышли из машины. – Тут уже посетитель был по объявлению на должность кладовщика, только что ушел.

— Да ты че!? – выпалил Сергей, неся под мышкой видавший виды системный блок. – Привет! Да мы пока доехали с дачи домой, пока детей оставили на родителей, вот, толь-ко смогли приехать! А где Анатолий Васильевич?

— Привет! – звонко пискнула фальцетом Вера и улыбнулась.

— Сейчас приедет, с «газелью» возится, там что-то с электрикой, — сказал я и пошел в офис вместе с ними.

— А че за мужик приходил? – сказал Сергей, войдя в офис и поставив системный блок на стол. – Нормальный?

— Мужик, как мужик, обычный, — произнес я. – А где монитор?

— Щас принесу, — исчез за дверью Сергей.

— О! У нас теперь и табуретка есть!? – засмеялась Вера.

— Да, теперь мы упакованы! – улыбнулся я. – Нашел в соседней комнате, а то не на чем было собеседование проводить! Надо будет нам пару-тройку стульев купить себе сю-да. Места мало, правда, не понятно, как мы тут все уместимся.

— Ой! Да пока тут посидим, а потом присмотрим себе еще одну комнатку! – махну-ла заговорщицки она. – Я думаю, этим, собственникам, все равно.

— Так че за мужик-то приходил? – ввалился с монитором в офис Сергей.

— Серый, комп – жесть! – произнес я, оторопев. Компьютер был жутко старым. «Лет восемь ему точно», — подумал я. Монитор такой же – тяжелый, с маленьким четырнадцати дюймовым выпуклым кинескопом.

— Он точно рабочий? – ухмыльнулся я, приятельски подначивая Сергея.

— Ну, не знаю, в «Саше», когда забирал, работал! – развел руками и надул губы тот, не оценив шутки. – А ты сможешь его собрать и подсоединить тут все?

— Конечно, смогу! – удивленно выпалил я. – Че тут собирать-то!? Тут все разъемы разные, специально для дураков сделано, так что перепутать провода просто нереально!

— Просто я в компьютерах не очень разбираюсь, — буркнул тот.

— Соберу, не переживай.

И в маленькой комнатке, названной нами значимо «офисом», завертелась совмест-ная деятельность. Вера быстро где-то раздобыла тряпку, сбегала за водой на второй этаж и за мгновения шустро протерла от пыли всю скромную мебель офиса. Я занялся сборкой компьютера. Сергей крутился рядом, пытаясь помочь. Я сказал ему, что на мой первый взгляд, приходивший соискатель вполне нам подходит и предложил не ждать других звон-ков, а принять того на работу. Сергей согласился. Занятным оказалось то, что этот соиска-тель, так и оказался единственным позвонившим по объявлению.

— Нужен второй стол! – заявил я, едва компьютер был собран и включен, заработав с внутренним хрустом, будто кофемолка.

— Ну да, второй стол не помешает, — сказал Сергей. – А как ты их хочешь поставить?

— Вот так! – сложил я кисти рук вместе, как делают все перед нырянием в воду, и направил их пальцами к подоконнику, будто уперев в него.

— Ааа, ну да, так удобно будет, — кивнул Сергей.

— Да, очень хорошо, по-моему, будем! – разрезала голосом воздух Вера и затарато-рила. – Один может сидеть за этим столом, второй за тем, ну а остальные… Остальные по-ка так. Тесновато, конечно.

— Удобно, у каждого стола своя розетка, — указал я на сделанную новую розетку. – Если нужно будет, всегда можем и второй компьютер купить. Ты сам делал?

— С батей делали, — чуть помрачнел, вспомнив предысторию, Сергей. – Приезжали с ним в выходные, сделали.

— Ну, видишь, хорошо, так намного лучше, а то одной было бы мало.

— Да, хорошо, — ощутимо через силу и нехотя произнес Сергей.

Я обернулся, Вера уже устроилась на единственном стуле за компьютером.

— Все работает, все нормально! – тут же отрапортовала она и скосила взгляд на по-доконник. – Это ваши остатки?

— Да, Вер, это остатки, я вчера распечатал, вбивай пока их, как раз время есть, пока Анатолий Васильевич не приехал. – Ну-ка, покажи, что там у вас за программа стоит?

— Да у нас программист знакомый был в «Саше», он свою программу нам поставил, — сказала та, порхая пальцами по знакомым комбинациям клавиш, пролистывая для меня разделы программы. – Мы привыкли, очень удобная.

— Ладно, раз привыкли, пусть будет эта программа, раз уж стоит тут, — отмахнулся я. –  Ставь остатки на приход, я сейчас позвоню в «Арбалет» по заказу.

Три человека в комнате – теснота ощутилась сразу, захотелось на свежий воздух и покурить. Я вышел на улицу к полисаднику, позвонил в «Арбалет» и получил стандарт-ный еженедельный заказ – шестьдесят упаковок синьки и семьдесят коробок «Ерша». По объему две трети «газели», хороший заказ. Я докурил, и тут же подъехал отец. Вовремя. Я взял принтер и понес в офис, подсоединил его к компьютеру, и из принтера вышла первая накладная от общей фирмы.

— Стол нужен второй, — поздоровавшись и оглядев офис, сказал отец.

— Да, мы уже об этом тоже думали! – выпалила вперед всех Вера.

— Ну, что? Пошли грузиться? – показал я отцу накладную. – Илюха из «Арбалета» заказ сделал. Что там с машиной-то было?

— Коммутатор сгорел, эх! – отмахнулся отец. – Такое дерьмо делают.

Всеми вышли на улицу. Отец покатил на «газели» к складу, мы втроем пошли пеш-ком. Я распахнул ворота, отец подал «газель» задом к складу и заглушил двигатель.

— Слушайте, ну, пока мы не начали еще работать, как раз все собрались вместе, — сказал Сергей. – Нам надо бы определиться с зарплатами для себя.

— А, да! Точно! – сообразил я, снова удивившись про себя, как такой важный вопрос мы не обговорили заранее. – Давайте определимся.

Возникла заминка. Я смотрел на Сергея с Верой, они на меня. Отец сидел в кабине, прикуривал.

— Ну, я думаю, нам с тобой по пятнадцать будет нормально, — предложил я Сергею, помня его пожелание на счет такой суммы. – Начнем с минимума, а там посмотрим, как дела пойдут. Станем зарабатывать хорошо, добавим себе. Да? Что скажешь?

— Да, по пятнадцать нормально, — сразу согласился тот. – А Вере сколько назначим? Вы с ней определитесь вдвоем, я же лицо заинтересованное.

Вера внимательно глянула на меня, я тут же уловил ее внутреннее напряжение.

— Сколько сейчас получают менеджеры на базах? – повернулся я к Сергею, осозна-вая свое полное незнание возникшего вопроса.

— Где-то от семи до двенадцати тысяч, — произнес он сходу.

— Ну, где-то от семи до десяти, — поморщившись, добавила Вера.

— Ну, наверное, просто у нас в «Саше» и по двенадцать получали девчонки! – доба-вил Сергей категорично, глянув строго на жену.

— Хорошо, я понял! Давайте так, начнем тоже с минимума, а там посмотрим, да!? – я посмотрел Вере прямо в глаза. – Вер, для начала восемь – нормально?

— Нормально, — слегка покраснев от вопроса в лоб, скромно ответила та, как чело-век, привыкший принимать сторонние решения по своей персоне сразу и без торга, если они оказывались разумны.

— Мне кажется, и десять было бы нормально, — вмешался Сергей. – Но, раз у нас уговор, то я не лезу, как решили вы с Верой, так решили.

— Серый, пока мы сейчас в самом начале, будем отталкиваться от разумного мини-мума, — спокойно озвучил я, как мне показалось, главный принцип формирования наших зарплат. – Если дела пойдут хорошо, то мы, конечно, добавим денег всем. Кто ж против! Я только за!

— Сереж! – хлопнула дверь «газели», отец подошел к нам, почему-то обратившись к Сергею, произнес с нажимом. – Ну, а мне-то вы собираетесь платить или как!?

Все трое разом повернулись к нему. Годы совместной работы научили меня хоро-шо разбираться в настроениях отца. В его мимике и движениях скользило сдерживаемое недовольство и раздражение. Чем отец был недоволен в тот момент? Я не понимал. Воз-можно тем, что на его глазах решился какой-то вопрос и без него. Возможно, причина ле-жала в прошлом, когда оформили из нас двух в фирму меня, а не его. Хотя, ведь он сам предложил меня. Возможно, его напрягло то, что из всей четверки, только он получался вроде как рабочий человек на машине, а остальные что-то вроде руководителей и офис-ных работников. Если учесть, что мы уже почти что взяли на работу в штат кладовщика, и при хороших объемах работы, точно взяли бы и грузчиков, то эта версия мне казалась не-безосновательной.

— Анатолий Васильевич, а какой бы вы оклад хотели? – произнес Сергей. – А то мы действительно с вами еще не обговорили сумму.

Я молчал, предоставив им двоим решить между собой финансовый вопрос.

— Сереж, ну, я думаю, пятнадцать тысяч будет в самый раз, — озвучил отец сумму. – Водители со своей «газелью» сейчас так стоят.

— Что-то многовато, Анатолий Васильевич, — недовольно скривился Сергей, словно ему сказали что-то оскорбительное. – Я думаю, тысяч десять вполне нормальная зарплата.

— Сереж, возьми купи газету и посмотри сколько стоит водитель со своей «га-зелью», — добавил отец с нажимом в голосе, заводясь. – Ты смотрел газеты с вакансиями!? Ты вообще в курсе, какие расценки сейчас на «газель»!?

Сергей молчал, настороженно и неприязненно глядя на отца и жуя нижнюю губу.

— А я в курсе! – продолжил наступление отец, не встретив отпора. – Пятнадцать ты-сяч стоит водитель с «газелью» в месяц. Без машины – восемь! Так что, ты не найдешь за десять тысяч такого водителя.

— Анатолий Васильевич, я, конечно, не знаю, посмотрим, — произнес Сергей некон-фликтно, все так же мягко, даже по-детски растерянно, на его лице изобразилось непони-мание причины тона и жесткой позиции отца. – Видите, вы вот уже изучили вопрос, а я пока нет. Надо посмотреть, может быть, вы правы, а может быть, я окажусь прав. Я вам верю, Анатолий Васильевич, вам не зачем врать. Я знаю, вы человек компетентный. Прос-то мне кажется, это дорого, пятнадцать тысяч. А вот десять – в самый раз.

В моей голове на долю секунды возник логический тупик. Зная педантичность и скрупулезность отца во всем, я был абсолютно уверен, что названная сумма адекватна. И поведение Сергея мне показалось непонятным. Его слова звучали логично и нормально, но предлоги, под которыми Сергей отказывал отцу в пятнадцати тысячах, ощущались на-думанными. Сомнения заворочались в моей голове, рождая все большее желание вкли-ниться в спор, но отец прекратил все одним махом.

— Знаешь что, Сережа! – сцепил зубы он, заиграв желваками. – Ищи-ка ты за десять тысяч себе другого водителя! А я посмотрю, как ты его найдешь! Я за эти деньги на вас ишачить не собираюсь! Ты меня понял!?

Немая пауза. В тот момент я, наверное, выглядел, как и Вера, стоявшая по левое мое плечо, и наблюдавшая за происходящим с крайне удивленным лицом. Непонимание и удивление застыли на ее лице совершенно отчетливо. Сергей молчал тоже.

— Все! – поднял угрожающе указательный палец правой руки вверх отец. – Я вам все сказал! На меня не рассчитывайте! Работайте сами как хотите! Я вам не ишак, манту-рить на вас за копейки!

Отец сел в «газель», хлопнул со всего маха жестко дверью, завел машину и нервно уехал. Совсем. Просто взял и уехал.

— Че это он? – произнесла первой Вера, прервав минутную немую сцену.

— Мда, странно, — все, что смог сказать я, чтобы сказать хоть что-то.

— Какой-то Анатолий Васильевич нервный, — добавила Вера, глянула на меня, я на нее и сразу на Сергея, тот молчал.

И тут у меня будто камень с души свалился. Стало невыносимо легко. Я еще не отошел от удивления, но внутри меня все облегченно расслабилось, словно случилось то, что было бы наилучшим в данный момент жизни. И словно руки развязались. Не надо бы-ло уже сглаживать острые углы между Сергеем и отцом, находясь в постоянном нервном напряжении. Теперь нужно было лишь работать и все. Причем работать с людьми прият-ными, жизнерадостными, искренними – такими, какими я успел увидеть за короткое вре-мя Сергея и Веру. Все, чего мне хотелось – это успеха в работе, успеха в так трудно нача-том и осторожно выпестованном бизнесе. И хотелось развить бизнес так сильно, что я ре-шил отгородиться от всего, что мешало осуществлению моего желания. Я знал, что и отец желал развития нашего семейного бизнеса. Ради важной общей цели я мирился с его ха-рактером, а он с моим. Но когда отец, своим демаршем вдруг грубо поставил под угрозу это самое развитие, я оказался не готов к такой дорогой жертве. Все что угодно, но только не это. В голове пронесся рой мыслей. «Почему отец так резко все сам обрубил, даже не попытавшись отстоять свою позицию до конца? Не понимаю. Это же глупо. Тем более, Сергей не упирался категорично, а лишь поставил под сомнение сумму в пятнадцать ты-сяч, показавшуюся ему завышенной. Да, неприятно такое слышать, но надо же договари-ваться. А вот так, хлопнуть дверью и уехать. Зачем? Или это банальный нервный срыв? Возможно». Не в первый раз уже, резко осложнившаяся ситуация словно запускала во мне внутренний механизм – я не раскисал, не падал духом, а наоборот, собирался волей и мыс-лями в монолит и хладнокровно принимал вызов. Так я поступил и в тот момент, мгновен-но собрался и с полной ясностью мыслей произнес: «Ну что ж, сами, так сами!»

Сергей и Вера вышли из оцепенения.

— Серый, надо нам будет срочно дать объявление на счет водителя с собственной «газелью» на полную занятость, — произнес я и пошел закрывать склад.

— Ты думаешь, Анатолий Васильевич это серьезно сказал? – осторожно спросил он.

— Да кто его знает, — пожал я плечами и накинул замок на ворота. – Вечером узнаю.

— Ну, а если твой отец завтра вернется к нам, то зачем же давать объявление? – ре-зонно заметила Вера.

— Пошлите! – махнул я обоим рукой, и все трое не спеша двинулись к офису. – Если отец передумает, тем проще, снимем объявление, что за беда. Нам работать надо! Не си-деть же нам, сложа руки? Сейчас заказы пойдут, их возить надо.

Первый рабочий день как-то прошел и закончился. Вечером между мною и отцом случился лишь короткий диалог, смысл которого можно свести всего к двум фразам.

— Па, чего ты уехал-то? – прозвучал неловкий вопрос с моей стороны.

— Я сказал, работайте сами, вот и трудитесь со своим Сережей вдвоем, — сидя с сига-ретой на балконе, глядя во двор и даже не обернувшись, сухо и однозначно подтвердил тот свое решение.

Все.

Возможно, и надо было, но уговаривать я не умел. Привык воспринимать слова лю-дей буквально и не искать в них потаенных противоположных смыслов. Да мне и не хоте-лось уговаривать отца. Я устал от него страшно. Бегство отца я воспринял, как свое долго-жданное освобождение. И это была чистая правда.

Все, что ни делается, к лучшему?

Мать, всегда тонко чувствовавшая наши настроения, уловила перемены и, застав меня одного на кухне, попыталась узнать, что случилось. Я отделался общими фразами.

Позже я позвонил единственному пришедшему на собеседование мужчине и ска-зал, чтоб тот на следующий день выходил на работу и принимал склад.

0

Автор публикации

не в сети 12 месяцев

Dima.Sandmann

10
Россия. Город: Москва
Комментарии: 0Публикации: 94Регистрация: 06-11-2017

Добавить комментарий

Войти с помощью: